Рано расслабились? Третья волна коронавирусной инфекции

Гости
Юрий Крестинский
председатель экспертного Совета Института развития общественного здравоохранения
Агаси Тавадян
эксперт по статистике и моделированию Центра экономических исследований

Петр Кузнецов: Продолжаем. Расслабились? Соседние страны одну за другой накрывает третья волна пандемии, Америка уже готовится к четвертой, кто-то, может, к пятой. Мы вроде как две выстояли, ну не все, конечно, увы, но как будто бы после этого коронавирус победили. По крайней мере от карантинного поведения граждан, я думаю, вы согласитесь, почти ничего не осталось: перчатки не носим уже давно, дистанцию не соблюдаем, маски перестали носить, да и в магазинах их уже не особо-то и требуют на самом деле.

Оксана Галькевич: А раньше даже и не пускали, к кассе не подпускали.

Петр Кузнецов: Даже в Москве.

Оксана Галькевич: Зато мы активно вакцинируемся. Может быть, этим, собственно, расслабление и объясняется? Вице-премьер Татьяна Голикова на днях сообщила, что резко увеличилось число людей, которые хотят привиться, но конкретных цифр все-таки она не назвала. Есть цифры у РБК: по их подсчетам, на сегодняшний день хотя бы одну прививку в России сделали почти 7 миллионов россиян, а это чуть меньше 5% населения.

Петр Кузнецов: Ну, много это или мало, не знаем, но замминистра здравоохранения Татьяна Семенова сообщила, что власти добиваются создания в стране популяционного иммунитета. Он может быть достигнут через месяц-полтора, но, цитата, «в ряде субъектов, в ряде крупных городов все равно риски, угрозы инфицирования очень велики».

Оксана Галькевич: Уважаемые зрители, мы сейчас к вам обращаемся, звоните и пишите нам, расскажите, вы по-прежнему боитесь коронавируса или все-таки замечаете за собой, что да, как-то попроще стали к этим мерам безопасности, к использованию средств индивидуальной защиты относиться? Может быть, вы уже вакцинировались? Может быть, вы по-прежнему настроены резко отрицательно в отношении этого процесса? Звоните, пишите, делитесь своим мнением, мы в прямом эфире, телефоны бесплатные у вас на экранах.

Петр Кузнецов: Юрий Крестинский с нами на связи, это председатель Экспертного совета Института развития общественного здравоохранения. Здравствуйте, Юрий Александрович.

Оксана Галькевич: Здравствуйте.

Юрий Крестинский: Здравствуйте.

Петр Кузнецов: Вам тревожно от поведения наших граждан? Или это нам кажется, что мы расслабились? Или мы расслабились, но это особо на коронавирусную ситуацию не повлияет, потому что если и будет новый пик заболеваемости, то он будет связан больше с естественным весенним пиком, то есть когда бактерии всякие тоже «расслабятся», оттают? Или здесь дело в вакцинации? Что скажете, почему мы так себя ведем?

Юрий Крестинский: Вы знаете, тревоги я не испытываю несмотря на то, что сейчас весна на дворе, у многих обостряются тревожные состояния, тем не менее опасения определенные, конечно же, есть. И то, что мы видим сегодня на улицах, свидетельствует о том, что люди уже хотят весны, уже хотят лета, они расслабились, им надоело ходить в масках, им надоело изолироваться.

А вот расслабляться, на мой взгляд, как раз еще рано. Рано в связи с тем, что высоки риски начала так называемой третьей волны в России, и такие риски значительные. Мы видим, что происходит в окружающих странах, когда повсеместно вводятся локдауны, опять закрываются общественные, культурные, досуговые учреждения. Если мы не будем осторожны, то такие же риски есть у нас, особенно учитывая, что всего около 5% населения получили вакцину, с учетом тех, кто переболел, доля населения, которая обладает тем самым коллективным иммунитетом, пока явно недостаточна, для того чтобы остановить распространение эпидемии. Поэтому риски остаются и нужно быть начеку.

Оксана Галькевич: Юрий Александрович, вы знаете, я честно скажу, я вот по себе замечаю, что я постоянно стала маску забывать вот на выходе... Раньше вот десять раз проверю, лежит ли она у меня в сумке, перчатки куда я положила, не забыла, теперь вот просто уже устали, просто сил нет. Но тем не менее, ведь это должно как-то темпами, может быть, вакцинации компенсироваться, естественная усталость людей? А может быть, еще активностью вот этой вот кампании, которая людей приводит к мысли, что давай, хороший человек, приходи, сделай себе прививку, будешь здоров? Как вы считаете, темпы вакцинации и активность вот этой пропагандистской (в хорошем смысле) кампании правильные? На нужном уровне?

Юрий Крестинский: Что касается пропагандистской кампании, то она продолжается, и продолжается достаточно...

Оксана Галькевич: Агиткампании, назовем ее агиткампании, ага.

Юрий Крестинский: ...хорошим напором. Что касается темпов вакцинации, то они крайне низки. И во многом это связано не с тем, что люди не хотят вакцинироваться, хотя доля антивакцинальщиков у нас высока, а с тем, что просто во многих субъектах наблюдается дефицит вакцины и также не отлажена инфраструктура по вакцинации населения, и это является главной причиной, почему на сегодняшний день у нас только 5% населения вакцинированы. Вроде бы мы говорим о том, что мы впереди планеты всей и имеем аж 3 вакцины, с другой стороны, в сравнении со многими странами, где вакцинировалось более 50% населения, 40% или даже 30%, всего 5% для России выглядит ну как-то несерьезно. Конечно, мы рассчитывали, что темпы будут совершенно другими.

Оксана Галькевич: Вы знаете, я, честно говоря, с вами не совсем согласна, что вот эта вот агиткампания шла достаточно активно. Мне почему-то кажется, что она не такая уж и активная. Но, может быть, вы действительно правы, что она не такая активная, потому что вакцины-то самой недостаточно. Гораздо больше мы слышим о том, что «Спутник» хотят закупать и там и сям, по всему миру, это здорово, это замечательно, но как-то вот эти три процесса разнонаправленные такие, знаете, с разной скоростью идут. В чем, собственно, основная-то проблема?

Юрий Крестинский: Ну, соглашусь с вами, что «Спутник» хотят закупать, и действительно, тут встает вопрос, что мы должны делать в первую очередь, обеспечивать собственное население вакциной или поставлять на экспорт. Что касается...

Оксана Галькевич: Объясните логику, Юрий Александрович. Ну, может быть, я вот просто думаю, может быть, я пытаюсь найти какое-то оправдание: может быть, нам поэтому так активно об этом рассказывают, что это каким-то образом поможет нам, может быть, развернуть новые производства, не знаю, добиться каких-то новых высот в чем-то? Может быть, для этого это делается, такое вот активное продвижение нашего продукта, которого нам самим не хватает?

Юрий Крестинский: Производства разворачиваются, каждую неделю сейчас запускаются производства, в том числе за рубежом, и есть надежда, что в ближайшее время мы будем получать вакцину не только с российских производственных площадок, но и из-за рубежа. Оттуда же, кстати, будут осуществляться и экспортные поставки, когда вакцина, которая будет поставляться на экспорт, не будет поставляться из России.

Для справедливости следует признать, что непосредственно из России крайне мало доз было поставлено на экспорт; в основном, заключая контракты с другими странами, мы рассчитываем именно на контрактные площадки, с которыми Российский фонд прямых инвестиций заключил договора и которые вот сейчас подходят к тому самому рубежу, когда выходят на массовое производство нашей вакцины. Но объемы производства таковы, что они позволят в том числе осуществлять поставки вакцины из-за рубежа, с зарубежных площадок и для российских жителей.

Оксана Галькевич: Ага.

Петр Кузнецов: Ага. Вот что пишут наши телезрители: «Какой смысл носить маску, если в маршрутке стоим вплотную друг к другу и все, включая водителя, без масок?» – это SMS из Волгоградской области. «Вся эта псевдопандемия – большая афера», – Краснодарский край. «Не боимся COVID-19, гуляем на свежем воздухе, здоровое питание и не болеем даже ОРВИ», – SMS из Кирова.

Оксана Галькевич: Ох...

Петр Кузнецов: И Костромская: «Расслабляться рано, надо потерпеть. Маска всегда со мной, это надо нам, а не кому-то. Люди должны думать головой». А что думает Магадан...

Оксана Галькевич: Меня удивило просто сообщение из Ярославской области (сейчас выслушаем Магадан, да): «Не боюсь, не боялся и бояться не буду, мне 51, хватит уже, пожил, смерти не боюсь», – слушайте, 51 год, молодой же человек-то, ох.

Юрий Крестинский: Бог в помощь, бог в помощь, есть такая...

Петр Кузнецов: Ну смотрите, год прошел, и такое переосмысление информации, уже теперь заговор видят, начитались за этот год, уже успели посмотреть, как болезнь сказалась... Не знаю, как это на самом деле отражается на конкретной семье, кто как там размышляет. Давайте Магадан подключим...

Юрий Крестинский: 325 тысяч избыточных смертей за год в России – вот что мы имеем в сухом остатке, то есть дополнительно по сути вымер город размером с Орел за год из-за эпидемии. Поэтому говорить о том, что это заговор, наверное, нужно обладать, слишком большим воображением. Когда по факту мы имеем дополнительно вымерший за год город, то есть по численности населения 325 тысяч дополнительных смертей по сравнению с обычной практикой, – это надо признать, что цифры являются катастрофическими.

Оксана Галькевич: Это очень много.

Петр Кузнецов: Это очень много.

Юрий Крестинский: И по этому показателю Россия находится на одном из первых мест в мире, по избыточной смертности.

Петр Кузнецов: Даже в масштабах нашей страны.

Юрий Крестинский: Поэтому, конечно же, меры предосторожности нужно соблюдать. Конечно же, общественный транспорт является наибольшим, скажем так, местом риска, потому что концентрация населения именно в общественном транспорте такова, что позволяет лучше всего распространяться инфекции. И конечно, именно там нужно в первую очередь обеспечивать себе барьерную защиту, потому что да, наличие маски снижает в несколько раз вероятность того, что вы либо передадите вирус, либо примите его от того, кто находится рядом с вами.

Петр Кузнецов: Юрий Александрович, ну вы же согласитесь, что наш народ в том числе почему стал себя свободнее так вести? – потому что снимаются ограничения. Нашему человеку если скажут, что здесь нельзя, здесь соблюдайте дистанцию, сюда не пустят, мы будем соблюдать.

Оксана Галькевич: А здесь тебе штраф, вон, нам человек пишет: «До сих пор плачу́».

Петр Кузнецов: А с самоконтролем и с самодисциплиной у нас, с уважением к рядом стоящему в маршрутке, в магазине не совсем. Нам надо прямо вот сказать конкретно, здесь нельзя, здесь 5 метров соблюдайте, но тем не менее практически везде, во всех регионах ослабления сведены до минимума или в данном случае до максимума.

Юрий Крестинский: Ограничения сведены до минимума, да.

Петр Кузнецов: Ограничения, ну то есть их практически не осталось.

Юрий Крестинский: И это, наверное, хорошо. Хотя бы вот то, что мы можем привнести, – это обеспечивать собственную защиту и защиту своих близких, мы, наверное, должны в этой ситуации делать, для того чтобы опять не вернуться под замок, для того чтобы опять не оказаться в ситуации, когда общественная жизнь, деловая жизнь опять встанет, как это происходит сейчас во многих странах, близких к нам и территориально, и...

Оксана Галькевич: Да. Давайте все-таки, Юрий Александрович, я прошу прощения, что перебиваю вас, просто у нас Магадан рвется в эфир, мы уже несколько раз пригласили Людмилу высказаться. Людмила, здравствуйте, мы вас слушаем.

Петр Кузнецов: Добрый вечер.

Оксана Галькевич: Добрый вечер, кстати, да.

Зритель: Здравствуйте, здравствуйте.

Я хочу вас порадовать: у нас в Магадане 1–2, вот сегодня 3 случая было всего заражения. У нас на аптеках, на магазинах, на рынках, везде висит: «Вход строго в масках». Все в общественных местах ходят в масках.

Оксана Галькевич: И прямо все ходят? Просто вы поймите, у нас-то тоже висит все это...

Зритель: Только я куда бы ни ходила, я на пенсии, вообще без масок никого. На улице, да, все без масок. Только я сама привилась, прекрасно перенесла две прививки, прививочная кампания замечательно у нас идет. Я вот только единственное переживаю, вот на вахту к нам ездят, но у нас и предприниматели, я скажу, молодцы, сразу же на 2 недели карантин, через 2 недели они полностью проходят медосмотр, полностью сдают все анализы, ПЦР, все, только тогда их завозят. Так что у нас Магадан, я просто не ожидала такого, замечательно.

Оксана Галькевич: Ну хорошо.

Зритель: И люди привыкли, ходят, у нас и в магазин, и везде, где только ни была, я вот, честно, хожу каждый день, на улице да. И у нас что характерно, хочу сказать, у нас на расстоянии в магазинах, все это у нас так же расчерчено на 1,5 метра. Я очень рада, я прямо очень удивлена.

Петр Кузнецов: Стараетесь соблюдать. Молодцы!

Оксана Галькевич: Молодцы магаданцы! Мы вам аплодируем. Спасибо.

Петр Кузнецов: И на статистике, как мы узнали, это очень показательно отражается. Спасибо, это Магадан.

Юрий Крестинский: Магадан в этом плане является уникальным регионом, по сути это внутренний остров.

Петр Кузнецов: Ну да.

Юрий Крестинский: Особенности транспортного сообщения с Магаданом таковы, что они сопоставимы с перелетом на какой-то остров посреди океана. И это, конечно, во многом обеспечивает дополнительную защиту региона именно в связи с тем, что ограничены коммуникации, именно транспортные коммуникации, с другими областями, что дает возможность региональным властям обеспечивать дополнительные меры защиты своего населения.

Петр Кузнецов: Географией, да наш эксперт объяснил.

Ну, давайте еще Свердловскую область, Надежду послушаем.

Оксана Галькевич: Здравствуйте, Надежда.

Зритель: Я да, слушаю я.

Петр Кузнецов: Да, вы, здравствуйте.

Оксана Галькевич: Мы вас слушаем внимательно.

Зритель: Включить телевизор нужно?

Оксана Галькевич: Нет-нет-нет, разговаривайте, вы в прямом эфире, страна вас слушает.

Петр Кузнецов: Наоборот, выключить и нас слушать, с нами разговаривать по телефону.

Зритель: Алло-алло, алло? Здравствуйте!

Оксана Галькевич: Здравствуйте, Надежда.

Зритель: Я вас слышу.

Петр Кузнецов: И мы вас слышим.

Зритель: Здравствуйте, здравствуйте. Скажите, пожалуйста, когда в Свердловской области будет достаточно вакцин? Здесь люди записались в декабре месяце, до сих пор не могут вакцинироваться.

Петр Кузнецов: А вам что там говорят, в пунктах?

Зритель: Я вот записалась 2 недели тому назад...

Петр Кузнецов: Где это, в поликлиниках, да?

Зритель: ...мне сказали: вы что, говорят, хотите? – мы еще декабрьских вакцинируем. И до сих пор у нас вакцины нет. Свердловская область, город Артемовский, поселок Буланаш.

Петр Кузнецов: С декабря. Да, спасибо.

Оксана Галькевич: Понятно, с декабря. Это поселок, это не большой, не крупный центр краевой, видите, Юрий Александрович.

Юрий Крестинский: Да, и речь идет в том числе о Екатеринбурге непосредственно, эта область относится к числу тех, где наблюдается жесточайший дефицит вакцин. У меня масса знакомых, коллег, которые тоже не могут получить вакцину несмотря на то, что уже более месяца назад записались на вакцинацию, и это большая проблема. Мы говорим о том, что сегодня производственных мощностей, которые уже развернуты, несмотря на то, что несколько площадок производят вакцины, их недостаточно, для того чтобы обеспечить ту потребность, которая уже возникла. И сегодня больше проблемы заключается именно в том с темпами вакцинации, что люди не могут получить вакцину. Но день ото дня ситуация улучшается, я думаю, в ближайшие недели вопросы как раз доступности, физического наличия вакцин будут в нашей стране решены.

Оксана Галькевич: Спасибо.

Петр Кузнецов: Благодарим вас.

Оксана Галькевич: Юрий Крестинский, председатель Экспертного совета Института развития общественного здравоохранения, был на связи. То есть, получается, у нас спрос сейчас выше предложения.

Давайте посмотрим небольшой опрос наших корреспондентов. «Боитесь ли вы третьей волны коронавируса?» – об этом спрашивали жителей Екатеринбурга, Рязани и Чебоксар.

ОПРОС

Петр Кузнецов: Мы вернулись в студию, и прямо сейчас с нами на связи Агаси Тавадян, эксперт по статистике и моделированию Центра экономических исследований. Агаси Ашотович, здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте.

Петр Кузнецов: Мы сразу вас представим, чтобы понимать, с кем мы сейчас будем общаться: вы один из первых, кто разработал некую математическую модель того, как пики будут распределяться с начала этой пандемии. Согласно вашей модели, пик, такая как раз волна, придется вот-вот, на апрель, да, верно?

Агаси Тавадян: Да, примерно пик придется на апрель. Я математическую модель разработал в феврале предыдущего года и до сих пор разрабатываю и улучшаю. Ну, я слежу за ситуацией по всему миру, и модель сейчас моя сопоставляет развитие ситуации с другими странами, как ситуация в других странах идет. И моя модель говорит, что через несколько дней или через неделю уже третья волна, к сожалению, начнется. Но пик будет через 1,5–2 месяца этой волны, и эта волна следующая, третья, будет немножко больше первой волны, то есть пик будет больше первой волны, но она будет ниже второй волны.

Оксана Галькевич: Ага.

Петр Кузнецов: Ага.

Оксана Галькевич: Агаси Ашотович, скажите, а у вас там в этой модели вы не используете информацию для построения, собственно говоря, этой модели о том, как вообще режим соблюдается в той или иной стране? Слабее, жестче, где-то локдауны вводятся не вводятся. Ведь от этого же, наверное, тоже распространение вируса зависит. Ну вот смотрите, у нас пустили всех туристов, кто в Турцию полетел, кто в Занзибар, кто куда, в общем, полетели...

Петр Кузнецов: Внутренние перемещения начались...

Оксана Галькевич: Может быть, это новые всплески дает? Вы никак эти не связываете события в моделировании, в работе над моделью?

Агаси Тавадян: Вы знаете, есть связь, есть связь. Связь такова, что если люди чаще перемещаются, то пик заболевания каждый будет выше или ниже соответственно. Но заболевание, коронавирус – это отчасти острая респираторная вирусная инфекция, она имеет свою тенденцию распространения, так что так или иначе будет такой пик. Но по сравнению с тем, что будет, влияет перемещение людей на размер пика, а не то, будет ли пик или нет.

Петр Кузнецов: То есть этот пик связан прежде всего с естественным весенним пиком, тот, который придет?

Агаси Тавадян: Да.

Петр Кузнецов: И он будет как бы равномерен для всей страны, или там еще пики по-своему в регионах будут распределяться?

Агаси Тавадян: По-своему будет, но в основном будет равномерно по всей стране.

Оксана Галькевич: Но вообще вы нас не обрадовали, потому что через 1,5 месяца, это как раз...

Петр Кузнецов: Май.

Оксана Галькевич: ...начало сезона отпусков, понимаешь, когда хочется куда-то поехать в теплое место, греться под солнышком, вот как раз все опять и ломанутся в эти Турции и все...

Петр Кузнецов: Ну уж извините... А это последний будет пик?

Оксана Галькевич: Или там еще четвертый, пятый, десятый?

Агаси Тавадян: Наверное, я надеюсь, что будет последний, потому что если заболевание естественным путем распространяется, то 50% людей, ну хватает того, что будет 50% активного населения заболело, а если 50% активного населения заболеет, то вирус уже не будет распространяться. Так что, видимо, это будет последняя волна, но увидим. Так что к лету уже надеемся, что это будет третья волна к лету и все будет налажено.

Петр Кузнецов: Ну да. Агаси Ашотович, все-таки поясните, пожалуйста, мы коснулись этого момента, но не совсем я понял до конца, почему же все-таки вот сейчас Европа, если это прежде всего связано с естественным пиком природным, почему Европа-то сейчас вся под третьей волной, а мы нет? Хотя Европа вся закрывалась, особо там никто и не гулял все это время так уж широко, как мы.

Агаси Тавадян: В Европе все это дело началось раньше, не знаю, раньше немножко, а Россия немножко отстает. Это касается и других, второй пик и первый пик тоже отставали немножко.

Петр Кузнецов: Ага, понятно, то есть просто речь об отставании.

Оксана Галькевич: Вы знаете, не все верят в работу математических моделей, зрители пишут, что нам надо будет с вами пообщаться еще месяца через полтора, чтобы посмотреть, сбылись эти прогнозы математические или нет...

Петр Кузнецов: Ну, по двум-то сбылись, по двум волнам.

Оксана Галькевич: Вот, я как раз хотела сказать по сценарию, расхождение незначительное, то есть все идет в соответствии с вашими расчетами, так?

Агаси Тавадян: Ну да, ну есть расхождения немножко. Я думал, что пик начнется, когда суммарные случаи дойдут до около 6–5 тысяч людей в день, но уже по новым расчетам это 8 тысяч, то есть новый пик начнется примерно, когда будет 8 тысяч случаев в день. Но это примерно, ну посмотрим, когда он начнется. Но я буду рад с вами говорить через месяц, когда, по моим расчетам, все это дело начнется.

Петр Кузнецов: Агаси Ашотович, мы здесь как раз коснулись с предыдущим экспертом темы поведенческого настроения вообще местных властей. То есть они, вводя или, наоборот, ослабляя какие-то ограничения, наверное, основываются на каких-то данных. Этих экспертов, которые предоставляют данные, очень много, они друг другу противоречат, вирусологи. Вашу математическую модель кто-то берет в расчет, ссылается на нее, для того чтобы минимизировать последствия прихода в данном случае третьей волны?

Агаси Тавадян: Ну, знаете ли, в основном обращают внимание на мою математическую модель с февраля предыдущего года российские СМИ в основном. К сожалению, пока все.

Петр Кузнецов: Ага.

Оксана Галькевич: Спасибо!

Петр Кузнецов: Спасибо. Ну что, проверим через месяц плюс-минус, спасибо вам большое, будет ли третья волна по математической модели нашего эксперта. Наш эксперт Агаси Тавадян, эксперт по статистике и моделированию Центра экономических исследований, он рассчитывает пики прихода пандемии в России, с двумя волнами это получилось практически день в день. Волгоград?

Оксана Галькевич: А я наблюдаю как раз за коронаскептиками на нашем SMS-портале. Ленобласть пишет, что испанка исчезла за 2 года без всяких там вакцин. Женщина, кстати, пишет: «Болела в легкой форме, но последствия ужасные», – друзья, поэтому вы подумайте все-таки, может быть, стоит вакцинироваться. Кто у нас на связи?

Петр Кузнецов: Волгоград, Наталья.

Оксана Галькевич: Волгоград. Наталья, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте.

Вот нас сегодня с мужем пригласили на вакцинацию, 3-я поликлиника, город Волгоград. Мы пришли, назначили с 11 до 12 часов дня. Вы знаете, аж плакать хочется, народу море, все стоят как кильки набитые в коридоре, закуток вот такой.

Оксана Галькевич: Так.

Зритель: Надо заполнить обязательно бумаги, бумаги заполнить, только на подоконничке ютятся. Большая очередь, народу море – это что за вакцинация такая, а? Все стоят, один другому в затылок дышит – разве так можно? Неужели нельзя было какое-то число назначить... Нам сказали с 11 до 12, там столько народу, какой с 11 до 12! Разве так можно относиться к людям? Меня вот до сих пор трясет, обидно даже.

Оксана Галькевич: Наталья, скажите, я понимаю на самом деле ваше состояние сейчас эмоциональное, но вот вы позвонили, это сегодня произошло, на телевидение – что вы дальше намерены делать? Вы будете где-нибудь жаловаться, писать, заявки какие-то оставлять?

Зритель: Вы знаете, я хотела, да, написать жалобу. Нельзя так к людям...

Оксана Галькевич: Обязательно.

Зритель: Рекламируют, что прививайтесь-прививайтесь, вот пошли с мужем прививаться, там невозможно было даже отстоять, там духота, сердце забилось. Разве так относятся к людям? Ну назначьте 20 человек...

Петр Кузнецов: Наталья, с отдельно взятой поликлиникой в принципе понятно. Как в Волгограде на улицах города? Как люди себя ведут? Маски? Или тоже как кильки в банке все?

Зритель: В магазинах все надевают маски однозначно, а на улице, конечно, снимают.

Оксана Галькевич: Ага. Ну что ж, спасибо, Наталья. Здоровья вам, все-таки нормально сделать себе прививку, поставить этот укол.

Друзья, спасибо всем, кто принимал участие в обсуждении этой темы. Мы идем дальше.

Петр Кузнецов: Оставайтесь с нами.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)