Реальная стоимость: iPhone. На какие уловки идёт яблочный бренд, чтобы завысить цену телефона

Реальная стоимость: iPhone. На какие уловки идёт яблочный бренд, чтобы завысить цену телефона | Программы | ОТР

Реальная стоимость, iPhone, яблочный бренд, телефон

2020-12-02T22:04:00+03:00
Реальная стоимость: iPhone. На какие уловки идёт яблочный бренд, чтобы завысить цену телефона
Бизнес после пандемии. Как подготовиться к пенсии. Долги за «коммуналку». Отпуск-2021
Гольфстрим стал очень медленным
Инвестпортфель на старость
Спасти и сохранить бизнес
Где и как россияне будут отдыхать в этом году
В долгах по самые ЖКУ
Бизнес закрывается: выручки нет, господдержки не хватает…
ТЕМА ДНЯ: Хочу пенсию в 100 тысяч!
ЖКХ: новые правила
Бесплатное высшее – только льготникам?
Гости
Владислав Мартынов
сооснователь и председатель совета директоров компании «Iceberg Sports Analytics Inc»
Владимир Пирожков
футуролог, промышленный дизайнер, директор инжинирингового центра «Кинетика»

Александр Денисов: А у нас премьера, новая рубрика «Реальная стоимость», и сегодня в ней разберем на запчасти iPhone (опять мы все про эти смартфоны), где там действительно себестоимость, а где, что называется, маркетинг, то есть пафос, который, как известно, дороже денег и за который мы переплачиваем.

Елена Медовникова: Ну и вот ответим вам на вопрос, много ли мы переплачиваем, и вы нам в этом поможете.

И вот себестоимость нового iPhone, внимание, более чем в 2 раза ниже цены в магазине, оказывается. Японские аналитики посчитали, что в целом iPhone должен был стоить порядка 28 тысяч рублей, а не 80 тысяч. Из чего же состоит iPhone? Вот известно, что самая дорогая деталь – это дисплей стоимостью в 70 долларов, далее чип, оперативная память, флеш-память от Samsung, кстати, в 20 долларов и фотосенсор от Sony, его цена 7 долларов.

Александр Денисов: Да. Ну вот я посчитал, по этим позициям у меня получилось 147 долларов, а не 373, даже еще дешевле. Ну, наверное, это еще прибавили идею Стива Джобса, он же говорил, что главное в устройстве – это идея, она чего-то тоже да стоит.

Елена Медовникова: Ну еще есть, наверное, какие-то маленькие запчасти, о которых мы не знаем.

Александр Денисов: Да-да-да, маленькие кусочки пластмассы. «Готовы ли переплачивать за бренд?» – спрашиваем мы вас. Отвечайте «да» или «нет», через полчаса традиционно итоги.

И с нами на связи два уважаемых собеседника, постоянных наших эксперта. Владислав Мартынов, инвестор, предприниматель, сооснователь и председатель совета директоров компании Iceberg Sports Analytics Inc, – Владислав, добрый вечер.

Владислав Мартынов: Добрый вечер.

Елена Медовникова: Добрый вечер.

Александр Денисов: Здравствуйте. А также Владимир Пирожков, футуролог, промышленный дизайнер, директор инжинирингового центра «Кинетика», – Владимир, добрый вечер.

Владимир Пирожков: Добрый вечер.

Елена Медовникова: Добрый вечер.

Александр Денисов: Да. Как восприняли эту новость (хотя, возможно, для вас это и не новостью было) про себестоимость этой электроники популярной модели «яблочной» в народе? Давайте начнем с вас, Владислав, вы же делали YotaPhone, наверняка знаете, что там да почем, говоря по-русски, сколько накидывают.

Владислав Мартынов: Ну да. Я думаю, вот аналитики, которые сделали раскладку, о которой вы сейчас сказали, все-таки учитывали себестоимость запчастей и компонентов, комплектующих, из которых состоит iPhone. Но на самом деле там в себестоимость включены еще ряд показателей.

Во-первых, это различного рода лицензии. Условно говоря, если вы используете процесс, чипсет, значит, какой-нибудь компании, ну Qualcomm, например, то там еще зашиты очень большие лицензионные платежи, потому что очень большое количество патентов есть у компании Qualcomm, вот. Если вы используете какое-то специальное программное обеспечение для высококачественной, скажем, фотографии, для оптимизации images, то, скорее всего, вы тоже платите какую-то лицензию за это программное обеспечение или за эту технологию. Поэтому, возможно, большой блок еще накручивается потом на себестоимость из-за этого.

Дальше есть маркетинг, который никто не отменял, и на самом деле продвижение своего бренда требует постоянно гигантских вливаний, которые здесь, конечно, в этой схеме, которую вы показали, не учтены. И сейчас, конечно, идет мощная борьба между двумя брендами, последние несколько лет это Samsung и Apple, они, конечно, тратят миллиарды долларов ежегодно на продвижение своего бренда, на продвижение своей продукции, там тоже разбиваются маркетинговые бюджеты на разные блоки и компоненты. Поэтому я думаю, что не так все однозначно. Хотя вы правы, в чем вы правы, что потребитель переплачивает зачастую за бренд, и зачастую переплачивает необоснованно. Поэтому вот я бы так прокомментировал.

Ну и если говорить про Apple, еще последний комментарий, про Apple и Samsung, да у любого производителя смартфона, там еще есть расходы, связанные с разработкой своей операционной системы, своего программного обеспечения, соответственно, оба бренда, любой бренд в принципе тратит на это большие средства, которые здесь не отражены, которые тоже влияют на себестоимость.

Александр Денисов: Да.

Владимир, к вам вопрос: а это нормально, что мы оплачиваем борьбу двух брендов? Они, значит, борются за свою долю рынка, а мы все это спонсируем, их веселую игру за первое место.

Владимир Пирожков: Ну, дело в том, что их борьба – это их борьба, наше дело получать желанный продукт, и если он желанный, то мы готовы заплатить то, что нам скажут. И второй еще момент я хотел бы добавить к предыдущему эксперту: есть еще фонд заработной платы тех людей, которые собирают огромное количество устройств. Там, конечно, очень много роботов, но очень много и людей. Даже учитывая то, что в Китае сейчас зарплаты стали выше, нужно понимать, что с каждой зарплаты еще идет налог государству. Поэтому тут в России это можно видеть, что главной, скажем, затратной позицией является фонд заработной платы персонала. Соответственно, мы оплачиваем то, что называется операционными расходами этих компаний, и плюс, конечно же, бренд. В последнее время бренд и, если хотите, эмоции, которые вы с ним вместе получаете, как раз и продаются, технологии примерно одинаковые у всех.

Александр Денисов: Да, интересно слово «эмоции». А может быть, мы перекладываем с больной головы на здоровую, в смысле здоровая-то у бренда, естественно, он сделает и за 200 тысяч, главное, чтобы купили. Мы-то что покупаем? Вот можно купить «китайца»... Владислав, к вам вопрос: вот «китаец», ну китайское устройство за 10, за 15 тысяч, неужели оно будет прямо намного хуже и менее удобно, чем тот же iPhone? Ну да, там не будет яблока, но с другой стороны, в чехле... Вот у меня «китаец», люди меня постоянно спрашивают: «Это что, новый iPhone?» Я, честно говоря, понятия не имею, как они выглядят, но все время путают.

Владислав Мартынов: Вы правы, можно найти очень хорошее устройство, очень хороший смартфон, который несильно будет отличаться от Apple, а иногда даже в лучшую сторону может отличаться, и стоить в разы дешевле. И кстати говоря, если посмотреть на китайский рынок смартфонов, там доминируют как раз местные бренды, большая доля рынка принадлежит местным брендам, и они достаточно качественные, и китайский, да и многие азиатские рынки выбирают, потребители на этих рынках выбирают местные бренды или китайские бренды. Ну вот, вы знаете, как-то в России, в Европе, в США психология потребителя такая, что мы вот ведемся на эмоции, ведемся на бренд, переплачиваем...

Александр Денисов: А вы тоже ведетесь, Владислав? Вы тоже ведетесь?

Владислав Мартынов: Вы знаете, да. Ну, я как бы, наверное, после проекта YotaPhone, конечно, погрузившись в эту тему, понимаю всю кухню внутри, намного меньше стал, но до этого проекта, конечно, я велся, в общем, на эту эмоцию, покупал то, что круто, потому что это же еще и статус. Сегодня телефон – это не просто устройство коммуникационное, это еще некий статус, это еще некий способ социализации. Если у тебя нет Apple Watch или не iPhone, то ты как бы вроде не вписываешься, да.

Но после проекта, конечно, я, разобравшись во всем, я очень долго пользовался различными... У меня всегда было два телефона на самом деле, ну это необходимость была, с двумя SIM-картами, в общем, еще там ряд причин. До последнего момента у меня был YotaPhone, причем у меня был даже третий YotaPhone, который в России не продавался, а продавался в Китае, я его, значит, привез оттуда, локализовал. Буквально вот месяцев 9 назад отказался от него, потому что уже просто технологии там трехлетней давности не тянули программные приложения, и, соответственно, iPhone.

Сейчас когда покупаю, у меня всегда есть какой-то такой... Ну Huawei мне нравится, хотя это уже крутой бренд, ну и какие-то такие, я вот смотрю, чтобы оптимальное соотношение цена/качество было. Реально можно найти в 2–3 раза дешевле китайский бренд. Но к сожалению, китайские бренды не все локализованы для российского потребителя, поэтому тут использовать их тяжеловато. Ну да, вот все равно ведусь даже сейчас.

Елена Медовникова: Владислав, а кто же нам навязывает вот эту популярность? Реклама или, я не знаю, какое-то сарафанное радио? Действительно, вот такой бум идет, одна модель, другая, третья, особенно iPhone, и самое главное, что не достать, очередь, запись.

Владислав Мартынов: Честно говоря, мне кажется, мы сами все готовы, такой у нас психотип у потребителя как бы вестись на эмоцию и так далее. Я думаю... Ну понятно, что навязывают нам сейчас и рекламщики, и большие миллиардные бюджеты, нас убеждают, что камера еще в 3 раза с более сильным разрешением или мощнейший процессор крутой.

На самом деле мы, может быть, различия уже глазом-то и не видим человеческим, но все равно слушаем рекламу: «У тебя какое разрешение на камере?» – «Вот такое». – «А у тебя какой процессор?» – «Вот такой». А зачем такой процессор нужен, мы уже не спрашиваем, то есть как бы раз последняя модель, значит, круто. То есть вот это ощущение быть крутым, ощущение быть в теме, в тренде, не быть белой вороной, к сожалению, в нашем социуме очень сильно развито, и это проблема, связанная не только со смартфонами, я думаю, с любым другим товаром, машина, одежда и так далее.

Александр Денисов: У нас зритель на связи, сейчас поговорим. Александра из Самарской области, добрый вечер.

Елена Медовникова: Добрый вечер.

Зритель: Здравствуйте.

Александр Денисов: Здравствуйте. Александра, вы с iPhone звоните или нет?

Зритель: Нет, конечно, я с кнопочного звоню.

Александр Денисов: Ага.

Елена Медовникова: Такие еще остались.

Александр Денисов: Отлично. Слушаем вас.

Зритель: Ну куда деваться, я уже в возрасте, мне 72.

Дело в том, что вот дочка купила телефон в «Портале» в Сорочинске в магазине, «Портал» такой, и, это самое, мечтала она о нем, зять подарил, ну муж ее, на день рождения ей, она дождалась. И телефон этот в течение трех дней не стал работать. Она пошла в этот магазин, они покрутили, повертели, не знают, что делать. Поехала в Оренбург, в областной город, а там тоже посмотрели и то же самое, ничего. И менять не стали. Так в чем дело?

Елена Медовникова: А как обосновали, что не стали менять, Александра? Вообще это нарушение абсолютное.

Зритель: Ну вот вообще сказали, что вот они ни при чем и все, не стали ни менять, ничего.

Елена Медовникова: Очень странная история, честно говоря.

Зритель: Мучилась-мучилась, так вот лежит. Скажите, что можно сделать? Или ничего?

Александр Денисов: А сколько отдали за телефон?

Зритель: Ой, ну вот сколько он 2 года назад стоил, я уже теперь не помню. Ну дорого, он ведь там был почти...

Александр Денисов: Ну тысяч 70 и 80 они стоили, по-всякому, в зависимости от объема памяти.

Зритель: Да нет, поменьше, наверное.

Александр Денисов: Ну хорошо, что поменьше.

Зритель: Или 50, или 60, вот как-то так.

Александр Денисов: Спасибо.

Елена Медовникова: Спасибо, Александра. Ну вот давайте обратимся как раз к нашим экспертам.

Александр Денисов: Владимир, как считаете?

Владимир Пирожков: Ну я не знаю, это, наверное, юридический вопрос, я совсем не юрист. Я просто хотел вернуть нас в тему по переплате за бренд. Недавно был хайп по поводу кроссовок Balenciaga, когда люди ломились в очередь и платили по 50–70 тысяч за пару кроссовок, которые, скорее всего, стоят около 10 долларов. Поэтому мне кажется, что очень много, конечно, скажем, маркетинга вокруг, очень много... Мы действительно готовы обманываться и идти на это. Но в моем случае, например, я просто не знаю системы Android, я всегда был на Apple, будь то компьютер или потом, позже пошли телефоны.

Я вам искренне скажу, что я не всегда рад Apple, потому что очень сложная система загрузки файлов там и так далее, это все не так просто. С другой стороны, есть очень интересная вещь, как вторичный рынок, и, например, тот же iPhone на вторичном рынке улетает просто очень быстро, нет вопросов по перепродаже его, если захочешь обновиться. Поэтому по сути, если у вас есть хороший аппарат, вы всегда можете его продать достаточно удачно, добавить сколько-то денег и быть в тренде. Вот это, наверное...

Александр Денисов: Владимир, а кстати, вопрос насчет покупки: стоит ли покупать такое устройство (Владислав, и вам тоже вопрос)? Есть такое понятие, как дилемма жизненного цикла. Все эти устройства запрограммированы на самоубийство в конечном итоге, то есть на них перестают вставать приложения новые, начинают замедляться. Все мы помним вот этот скандал с замедлением новых моделей Apple...

Владислав Мартынов: Да-да-да, целенаправленное замедление.

Александр Денисов: Как выходит новая модель, сразу начинал замедляться. Их там долго пытали, в итоге они признались, что да, они это делают. Заранее...

Елена Медовникова: Но сейчас, по-моему, такого нет.

Александр Денисов: Заранее запрограммировано умирание электроники, в том числе и признавались производители принтеров в этом. То есть вот с этим мы ничего поделать не можем, мы тратим колоссальные деньги сроком на 3 года, все. Это, по-моему, вообще чистой воды хамство, Владислав, как считаете?

Владислав Мартынов: Я с вами полностью согласен. Во-первых, есть факт, что это осознанная нечистоплотная политика крупных международных корпораций, ну конкретно Apple был в этом уличен как ваш пример. И на самом деле, собственно, здесь я не знаю, здесь если говорить про Android, там у большого количества брендов более либеральная политика, сами устройства могут работать намного дольше.

Просто, понимаете, надо разделять, есть некий жизненный цикл у устройства, вот как я приводил пример, YotaPhone, если там, условно говоря, процессор с определенный характеристикой, а прошло 5 лет, уже реально все приложения в Google Play требуют большей мощности, то по факту ну просто больше 5–6 лет невозможно удержать устройство от того, что его надо апгрейдить каким-то образом...

Александр Денисов: Владислав, а мы давайте разделим...

Владислав Мартынов: Да, я просто хотел второе сказать. Но есть осознанная политика...

Александр Денисов: Вот-вот.

Владислав Мартынов: ...например, крупной корпорации, значит, специально, понимаете, через год-полтора подталкивать к покупке... Там у них цикл просто год-полтора, и они подталкивают к покупке, осознанно замедляя работу своей операционной системы или осознанно как бы привнося какие-то проблемы. Например, сейчас у меня есть подозрение, что с Apple Watch происходит та же история, потому что несколько обновлений было сделано у текущего поколения Apple Watch, они стали плохо работать, условно говоря пульс не считают или еще какие-то сбои, зато это делается за несколько месяцев до выхода нового Apple Watch.

И это повторяется заново и заново, это сложно доказать, но в течение последних 5 лет количество фактов показывает о том, что, скажем, у Apple это конкретная осознанная политика, таким образом они создают себе гигантские доходы за наш счет и подталкивают нас менять устройство намного раньше, чем заканчивается технологический цикл в среднем по рынку. То есть если в среднем по рынку это до 5 лет может быть, устройство работает, то они через год-полтора нас уже подталкивают менять устройство. Это, конечно, большое хамство.

Елена Медовникова: А вот почему нет никакой борьбы с таким хамством?

Александр Денисов: Владимир, вам вопрос.

Елена Медовникова: Владимир, конечно.

Владимир Пирожков: Как к юристу, да?

Александр Денисов: Владимир, как к футурологу, это явно вопрос будущего.

Владимир Пирожков: Смотрите, я считаю, что бороться против американских корпораций достаточно сложно, если не сказать бессмысленно, с нашей-то территории точно. С ними попытались побороться местные ребята, у них даже получилось, несколько штатов отсудили для себя те, скажем, неустойки, которые они считают нужными. Но с нашей стороны я думаю, что, во-первых, никто не подавал этих исков, а с другой стороны, я думаю, американские юристы не будут всерьез относиться к таким запросам, вот, это раз.

Второе. Я вот хотел вернуться опять же, извините, что я возвращаюсь постоянно, я просто сейчас посмотрел, рядом лежит коробка с детскими игрушками, и там у моей дочки целые бусы из старых телефонов, там Nokia, Sony, прекрасный Siemens 45-й, такие хорошенькие, прямо как галечка такие...

Александр Денисов: А вы покажите, они там далеко, дотянуться-то?

Владимир Пирожков: Достаточно далеко, просто вчера мы с ней смотрели...

Елена Медовникова: Мы поверим вам на слово.

Владимир Пирожков: Они классные, реально классные, кнопочные все такие, аналоговые, прямо супервещи. И я, честно говоря, удивляюсь, какая высокая технология уже тогда была. А сейчас это смартфоны, естественно, сейчас кнопочные телефоны только у гебистов.

Елена Медовникова: Нет, кстати, у детей тоже есть, которые ходят в школу, родители им намеренно дают, чтобы не разбили.

Владимир Пирожков: Да, чтобы не подслушивал Apple.

Александр Денисов: Владимир, это, наверное, у детей гебистов, следуя вашей логике.

Владимир Пирожков: Абсолютно, да, абсолютно. Но тем не менее сейчас, конечно, телефоны удивительные, и то, что можно производить с телефоном, можно с него работать... Вот я сейчас сижу перед компьютером, а на самом деле можно и перед телефоном сидеть с таким же успехом, а то и даже лучше качество.

Елена Медовникова: Владимир, а у вас сейчас какая модель iPhone? Вы как пользователь, приверженец.

Владимир Пирожков: Да, у меня iPhone 11, 12-й я не вижу смысла покупать.

Елена Медовникова: Вот как раз вопрос, насколько отличалась 11-я, 10-я, 9-я модель? Вы знаете, у меня в свое время тоже был 7-й, он до сих пор работает, ну так сложилось, что оказался 8-й и 9-й.

Владимир Пирожков: Ну, небольшие нюансы, например, в 11-м гораздо лучше камера, это правда, это видно, появились какие-то новые форматы на камере видео, еще что-то. Но видите ли, мы в жизни-то по-настоящему этим не пользуемся, редко очень, и поэтому если он звонит, и если он звонит хорошо, что в последнее время все хуже становится, я думаю, что это по вине операторов или по вине каких-нибудь сайтов, тот же WhatsApp, Telegram или еще что-то, Viber, не знаю, Skype… В последнее время просто «Билайн» плохо работает и «Мегафон», поэтому тут уже не вина телефонов, телефоны, может быть, даже и неплохие. Но их менять все равно надо, ничего не остается. Мы же в капитализме живем, капитализм устроен так, что нужно постоянно потреблять.

Александр Денисов: Он с нечеловеческим лицом, да, мы помним.

Владимир, сейчас мы пообщаемся со зрителями, сходите, пожалуйста, за вашим ожерельем из телефонов, покажете, любопытно, как раз есть время.

Владимир Пирожков: Хорошо.

Александр Денисов: У нас на связи много зрителей, Игорь из Москвы.

Зритель: Алло?

Александр Денисов: Да, Игорь.

Елена Медовникова: Да, добрый вечер.

Зритель: Да, здравствуйте.

У меня телефон, я его купил 2 года назад, китайский, и выбирал только по функционалу, то есть я подобрал то, что меня устраивает по скорости и заряду батареи. И он у меня улетел с третьего этажа в пролет лестничной клетки, я даже не хотел его особо идти поднимать, потому что думал, что уже все. Но я его поднял, и ни одна функция не угасла, он ударился об пол, отскочил, ударился об стену и остался жив. Повезло мне.

Елена Медовникова: Живучий.

Зритель: Получается, что он, да, живучий, этот телефон.

Александр Денисов: Этот китайский телефон сколько стоил, Игорь?

Зритель: Это телефон OPPO, он стоил, по-моему, 21 тысячу.

Александр Денисов: Двадцать одна тысяча.

Елена Медовникова: То есть оправдал себя на все 100%.

Зритель: Ну да, он меня устраивает, батарейка держит, ну и как бы получается, что уже не телефон под нас подстраивается со своими функциями, а я купил, увидел приложения и начинал уже к ним привыкать.

Александр Денисов: Да, Игорь, вот какой телефон нужно иметь гебистам, как сказал Владимир, то есть с третьего этажа и нормал.

Елена Медовникова: Спасибо.

Александр Денисов: Еще у нас Ольга из Калининграда на связи. Ольга, добрый вечер.

Зритель: Добрый вечер, здравствуйте.

Елена Медовникова: Здравствуйте.

Зритель: Я хочу сказать, очень интересная тема, по поводу iPhone. Мне вот 52 года, вы знаете, я как бы как молодежь разбирается, конечно, мне далеко до нее. Но первый iPhone мне подарили 7 лет назад, и он был 5-й. Семь лет он отслужил мне очень хорошо, у меня вообще никаких не было претензий. Как бы если бы я сама пошла себе покупать телефон, именно iPhone, я бы очень долго думала, я хотела перейти как бы на другой бренд. Но мой муж и сын в течение вот этого времени поменяли 3 телефона, мой 5-й, так сказать «пенсионер», работал очень хорошо, понимаете? Я довольна была им.

И у меня был день рождения, и, посовещавшись, мои, значит, любимые люди купили мне все-таки iPhone SE 2020, 8-й, короче говоря. Я довольна. И если первый раз, когда 5-й был и только, как говорится, раскручивался у нас, ну, может быть, я где-то неправильно что-то сказала, и понты дороже денег, то в данный момент, вот сейчас, если я пользуюсь вот этим iPhone новым, подарок, SE, то я не рассматриваю это как понты. Мне он удобен, он стабилен, хотя есть какие-то приложения, которые есть и платные, но меня это не смущает. IOS, может быть, все-таки он стабилен. За 40 тысяч они подарили мне вот этот подарок, я довольна, то есть мне несложно к нему привыкать, я, короче, привыкла к нему. Поэтому как бы вот так вот.

Александр Денисов: Мы поняли, довольны, Ольга.

Елена Медовникова: Спасибо, спасибо.

Александр Денисов: Владимир, покажите, пожалуйста, что у вас там.

Владимир Пирожков: Это... Смотрите, какой классный, у него там малюсенькие кнопочки, просто я не знаю, для кого это было сделано, для кукол каких-то, но это высочайшего качества. Ну и еще есть вот такой, он прекрасен, даже какой-то...

Елена Медовникова: А такой, кстати, очень хороший со сказками, с фильмами, вообще прекрасная модель для детей.

Владимир Пирожков: Да-да-да, и позвонить можно маме, да. А эти да, красавчики, ими можно забивать гвоздики маленькие, очень хорошие.

Александр Денисов: Понятно, да.

Владислав Мартынов: А я сбегал за первым прототипом YotaPhone.

Владимир Пирожков: Гениально.

Александр Денисов: Покажите.

Владислав Мартынов: Вот он такой вот был.

Александр Денисов: С двумя экранами, да?

Владислав Мартынов: С двумя экранами, да-да-да. Вот этот второй экран, который, видите, не гаснет.

Елена Медовникова: Слушайте, какие хорошие модели. Зачем нам тогда нужны вот эти все современные навороты? Тем более что вы сами сказали, Владимир, что не пользуетесь многими функциями.

Владимир Пирожков: Абсолютно, да, абсолютно.

Елена Медовникова: Так зачем?

Владимир Пирожков: Вы знаете, интересная штука...

Владислав Мартынов: Так зритель сказал, что для понтов.

Елена Медовникова: Для понтов.

Владимир Пирожков: Вы знаете, интересная вещь. Вот, например, когда далеко едешь, можно просто подключить какие-нибудь аудиокниги к машине, машина уже знает твой телефон, как робот. Более того, интересная вещь, что вот те маршруты, которые прокладываются на «Яндекс.Пробки» или «Яндекс.Карты», машина запоминает и потом говорит, в субботу например: «Хозяин, едем в кафе». А ты говоришь: «Нет, я в кафе не поеду, мне сегодня работать надо». А машина тебе говорит: «Нет, в кафе едем, мы по субботам едем в кафе утром». Это называется уже разговором роботов, вот тут начинается уже жесть.

Александр Денисов: Да...

Елена Медовникова: Боюсь, что тут она как раз не начинается.

Владислав Мартынов: Да. Если серьезно...

Александр Денисов: Подведем итоги опроса. (Владислав, дадим вам слово, простите.)

Владислав Мартынов: Да-да, конечно.

Александр Денисов: «Готовы переплачивать за бренд?» – «да» ответили 13%, «нет» 87%.

Елена Медовникова: Ну вот адекватные люди у нас в стране.

Александр Денисов: То есть мы забыли строчку «понты», что ж мы выпустили-то ее, а то перечислили экран, прочее...

Владислав, вам слово.

Владислав Мартынов: Да нет, я просто хотел добавить, что на самом деле хороший смартфон сегодня – это по сути и средство производства, потому что многие люди, те же видеоблогеры, они вообще зарабатывают, это основной инструмент их заработка, там и камера важна хорошая, и какое-то количество приложений, и постоянный доступ... Это по сути средство производства, необходимый инструмент и для бизнесменов, и для предпринимателей, для кого угодно. Сегодня с телефона можно и налоговую сдать отчетность, и вести онлайн-банкинг, и весь бизнес вести, вот. Поэтому, конечно...

Вопрос в другом, что есть качественные телефоны неизвестных брендов, особенно это распространено в Китае, можно купить телефон в 2–3 раза дешевле с такими же функциями. А так от телефонов вряд ли мы избавимся в ближайшем будущем.

Александр Денисов: Да. Подводя итог, помните, раньше поговорка «семеро с ложкой, один с сошкой», ну вот телефон сейчас такая сошка, вот ею мы пашем и деньги себе зарабатываем.

Спасибо большое, интересно поговорили. У нас на связи были Владимир Пирожков, футуролог, а также Владислав Мартынов, инвестор, предприниматель. Спасибо вам большое.

Елена Медовникова: Спасибо.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)