Валерий Оськин: Покупая б/у вещи, не чувствуйте себя ущемленными. Сейчас в тренде анти-гламур

Гости
Валерий Оськин
председатель Правления НК "Развитие человеческого капитала"

Юрий Коваленко: Ну что же, вот и пришло время подвести итоги. Всю неделю мы спрашивали вас, покупаете ли вы товары на вторичном рынке и если покупаете, то что именно. Этот опрос не случаен: рынок бывшей в употреблении продукции достиг просто огромных размеров. По итогам 2017 года, объем продаж на вторичном рынке в России достиг 295 миллиардов рублей – это 90 миллионов сделок, в торговлю вовлечены 8 миллионов продавцов и 10 миллионов покупателей. И вот мы решили выяснить, как наши зрители относятся к продажам на рынке секонд-хенда. Оказалось, что отношение к товарам, бывшим в употреблении, неоднозначное.

Марина Калинина: Ну так вот, 15% наших зрителей категорически против купли-продажи вторички. Причины разные: есть опасения, что эти товары несут энергетику бывшего владельца, могут быть украдены; некоторые товары могут, по мнению зрителей, быть вообще опасны для здоровья, и так далее. Вот, например, такое сообщение из Саратовской области: "Покупали свою первую обстановку – мебель, ковры, паласы – о чем позже пожалели, Качество товара отвратительное. А теперь пусть в кредит, но только новое".

Идем дальше. 8% респондентов отмечают, что им не на что покупать даже бывшие в употреблении вещи. Вот сообщение из Волгоградской области: "Не покупаю б/у, потому что даже на б/у нет денег, хочу плакать". Есть такие – и их 5% – кто не против подержанных товаров, но считает, что их нужно просто раздавать. Вот, например, из Липецкой области нам пишут: "Я все вещи отдаю без денег, у нас есть те, кому еще тяжелее жить". Оренбургская область: "Нормальные вещи отдаю в социальную службу – они в курсе, какие семьи нуждаются". И из Свердловской области еще одно сообщение: "Выношу игрушки и детские вещи на детскую площадку во дворе, все разбирается".

Юрий Коваленко: Однако в подавляющем большинстве пользователи довольны и активно пользуются услугами вторичного рынка. Вот Оренбургская область: "На вторичке купила красивую мебель на дачу вдвое дешевле; часто покупаю книги". Среди предлагаемых к продаже вещей можно найти даже то, чего в магазинах нет. Новосибирская область: "Купил кронштейн под телевизор старой модели на кухню, в магазине таких нет, так как такие телевизоры сняты с производства".

Ну а самыми популярными товарами, по данным нашего опроса, стали: одежда, автомобили, предметы бытовой техники и детские товары. Омская область: "Мы покупаем вторичные детские вещи – это очень удобно и выгодно".

Марина Калинина: Многие пишут, что покупают на вторичном рынке почти все. Например, сообщение из Амурской области: "Семья из 4-х человек, на вторичном рынке часто покупаем детскую одежду, обувь, коляску, игрушки, редко бытовую технику, мебель и взрослую обувь. Купили машину с небольшим пробегом, квартиру тоже на вторичном рынке". Такие результаты нашего исследования, то, что вы нам присылали на этой неделе.

Сейчас все это будем обсуждать с нашим гостем – это Валерий Оськин, руководитель Комитета по труду, занятости и социальным вопросам Торгово-промышленной палаты города Москвы. Здравствуйте, Валерий.

Юрий Коваленко: Здравствуйте.

Валерий Оськин: Здравствуйте.

Марина Калинина: Вот скажите, такой бум на вторичном рынке сейчас, в наше время о чем говорит?

Валерий Оськин: Да вы, в общем-то, уже все рассказали.

Марина Калинина: Ну мы цифры назвали, а теперь давайте эти цифры как-то проанализируем.

Валерий Оськин: На самом деле всем понятно, что когда денег нет, люди начинают обращаться к более дешевым товарам. Но здесь сразу же мне хотелось сказать, что не весь секонд-хенд есть более дешевый товар.

Марина Калинина: Да что вы?

Валерий Оськин: Да. Есть винтажные вещи, которые стоят дороже новых подобных вещей. Самым таким типовым примером являются старые-старые автомобили. Понятно, что сейчас купить автомобиль, какой-нибудь ретро-автомобиль, даже не совсем ретро в реальном понятии…

Марина Калинина: 1939 года.

Валерий Оськин: Да нет, и 1960-е гг. Вот "Волга" 21-я у нас уже считается как ретро, а я еще помню те времена, когда я сам рулил по юности.

Марина Калинина: Но это все-таки немножко другая ниша.

Валерий Оськин: Да, это другая ниша. Но одежда… Очень интересно, что сейчас вообще поток секонд-хенда очень велик и разносторонен, и люди чаще всего не знают этого. Как бы есть штамп: да, секонд-хенд, я прихожу в подвальчик какой-то, покопаюсь там в вещах. Кстати, тоже копаться надо осторожно, потому что прежде чем это выбрасывают в продажу, их обрабатывают формальдегидом.

Юрий Коваленко: Обеззараживают.

Валерий Оськин: Обеззараживают. Это правильно, но после этого их должны обработать еще чем-то, я не очень знаком с этим процессом…

Юрий Коваленко: То есть постирать на всякий случай необходимо?

Валерий Оськин: Нет. Осторожным надо быть уже когда приходишь в магазин. То есть, может быть, недостаточно дезинфицированы эти вещи, этим формальдегидом можно надышаться очень хорошо. Так что здесь много различных явлений.

Но к качеству. В то же время существует секонд-хенд очень высокого качества. Он, может быть, там чуть где-то потертые, а то и совсем не потертый; может быть, он просто у какой-то дамы провисел в шкафу, она так его и не одела и потом сбросила его в продажу. Но эта вещь может стоить очень-очень серьезных денег.

Юрий Коваленко: А вам не кажется, что мы немножко сейчас зашорены понятием секонд-хенда? То есть мы представляем себе магазин секонд-хенд. Но у нас существует большое количество Интернет-площадок, где люди из рук в руки продают то, что не подошло, то, что, скажем так, вышло из моды, то, что не нужно, то, что было куплено по ошибке, то, что было подарено, то, что дети не захотели носить и так далее.

Валерий Оськин: Или выросли очень быстро.

Юрий Коваленко: Да. То есть натуральный обмен. Это не что-то, что прислано из Европы в качестве "на тебе, боже, что самим не гоже", а именно то, что необходимо двум людям, между которыми происходит какая-то коммерческая сделка. То есть это такой своего рода бизнес.

Валерий Оськин: Есть еще другое, не бизнес. Я, например, часто вижу у нас в подъезде, у других людей иногда вижу: народ просто выкладывает вещи. Да, не нужны, выкладывают. Утром идешь – такая гора.

Юрий Коваленко: Я часто книги вижу.

Валерий Оськин: Книги очень часто, да. У нас с книг тоже началось, а потом начали туда детские вещи подкладывать, а сейчас смотрю, там… И народ разбирает, кому что надо.

Марина Калинина: Скоро придется салон открывать уже по продаже секонд-хенда.

Валерий Оськин: Нет, то-то и хорошо. На самом деле это хорошо, что это не продается… Только в деньгах дело.

Марина Калинина: Нам тоже зрители писали, как мы уже в начале говорили, что некоторые предпочитают просто отдавать вещи, то есть не делают это своим бизнесом. Но есть такие люди, которые на этом очень много зарабатывают, особенно в небольших городах, где нет большого количества выбора в магазинах, магазинов-то особо нет, чтобы пойти и себе что-то купить, даже если есть такая возможность. И вот люди как-то пытаются выживать. Насколько этот бизнес вообще велик и насколько он будет развиваться дальше, какие перспективы?

Валерий Оськин: Ну насколько велик, вы цифру назвали. Насколько он будет развиваться дальше? Я думаю, что главное даже не то, что это бизнес, а главное, что это другие отношения между людьми. И для меня лично здесь гораздо ценнее, когда люди отдают это или намеренно отдают по заниженной цене. Ситуация в стране меняется, меняется положение у людей: вчера человек работал в каком-нибудь углеводородном предприятии, у него все было совсем в шоколаде, а потом вдруг раз, произошла какая-то ситуация, ему жизненно необходимо. И он продает свои вещи, продает недорого, лишь бы какой-то… Освободить отчасти себя от лишних вещей (кстати, по фэншую – лишнее убрать, это же тоже важно), и какой-то небольшой доход. Вот в Facebook я вижу несколько групп, которые тоже этим занимаются.

Юрий Коваленко: В соцсетях очень часто есть группы и "Отдам даром", и, скажем так, просто за символическую шоколадку, скажем так. Но не есть ли это констатация того, что мы переходим на жизнь секонд-хенд, у нас действительно нет денег, действительно мы страдаем и так далее? Может быть, это все-таки какая-то бизнес-нотка просыпается в людях: ну зачем этому пропадать, лучше я продам? Или это все-таки действительно безнадега и безысходность?

Валерий Оськин: Это от того, что мы хотим увидеть. Хотим мы увидеть безысходность? Не мы, мы с вами не хотим, это я вижу по вашим лицам. Есть те, которые хотят, они выставляют это как пример безысходности. Какая безысходность? В Советском Союзе были прекрасные комиссионки. Я помню, у меня по дороге с работы до дома была комиссионка, мне ничего не надо, но я всегда туда заходил и иногда там что-нибудь такое любопытненькое…

Юрий Коваленко: Но тогда продавалось что? – фотоаппараты, какая-то техника, ковры, люстры…

Валерий Оськин: Да, домашняя техника. Но были такие образцы техники, которых в магазине в принципе нет. Я помню, тетушке покупал мясорубку, таких нигде не было здесь, а я зашел, зная, что ей надо, купил. Правда, она потом не пользовалась.

Марина Калинина: Но смотрите, какая тут штука. Ведь люди, которые нам писали, например, и звонили, в основном говорили о том, что "я покупаю на вторичном рынке, потому что нет у меня денег, чувствую себя как-то не очень". Может быть, не надо чувствовать себя не очень и как человеком второго сорта?

Валерий Оськин: Вот, вот.

Марина Калинина: А просто это нормально: ты пошел и купил то, что тебе нужно, то, что какому-то человеку уже не надо и так далее.

Валерий Оськин: У вас нет имени этой дамы, которая вам это? Не помните?

Марина Калинина: В смысле?

Валерий Оськин: Ну вот кто из телезрителей сказал это, что чувствует себя?

Марина Калинина: Что чувствует себя как-то вторым сортом?

Валерий Оськин: Да.

Марина Калинина: Таких было много, я сейчас, конечно, не скажу вам.

Валерий Оськин: Много, да? Тогда ко всем к вам сразу обращаюсь: не чувствуйте себя ущемленными! Во-первых, это есть определенный тренд, тренд этот называется "антигламур". Этот тренд сейчас идет по России, идет по Европе, идет по Америке, и у нас он, я думаю, будет определять во многом моду. Даже посмотрите на наших популярных певцов – они меняются, у них меняется одежда. Это не значит, что у них денег меньше стало, просто стиль другой. Антигламурный стиль сейчас вовсю. Стиль гранж, может быть, знаете такой: да, мы все видим, что джины должны быть потерты. Почему? Ну вот как-то так давно уже принято…

Марина Калинина: Да еще и дырявые.

Юрий Коваленко: Мода на грязные и дырявые джинсы.

Валерий Оськин: Да, еще и дырявые.

Марина Калинина: Нет, грязные не надо.

Валерий Оськин: Грязные не надо.

Юрий Коваленко: Кстати, есть, на самом деле.

Валерий Оськин: На самом деле да, есть. На самом деле я даже видел где-то в Интернете, молодежь обменивается советами – "А что ты такие чистые купил? Ты их подпачкай, прежде чем носить".

Юрий Коваленко: Вот пришло сообщение – и не так мало их приходит – человек пишет из Свердловской области: "Не стало комиссионных магазинов, а раньше они выручали". А вот не стоит ли назвать эти Интернет-площадки по продаже вот этой б/у техники, какие-то блошиные рынки, барахолки и прочее – это ли не эволюция комиссионных магазинов? Может быть, человек просто не видит этого и считает, что комиссионные магазины лучше? Ведь в комиссионке всегда было дороже, комиссионка почему так называется? Она брала комиссию за продажу, так? А здесь происходит продажа от одного человека к другому, тут натуральный торг (можно хоть 10%, хоть 20% сторговать), то есть в принципе это возможность рационального использования еще живой вещи – это если я говорю про технику, если мы сейчас отойдем от одежды и подойдем к тем вещам, которые просто невозможно купить за полную стоимость, не для всех это возможно. Можно ли это так считать?

Валерий Оськин: Во-первых, я бы не стал отходить от одежды, на нее все это распространяется совершенно. Комиссионка… Я где-то видел даже в Сети komissionka.ru, что-то типа такого.

Юрий Коваленко: Да, есть такое.

Валерий Оськин: Это уже есть. И неважно, как мы назовем, важно, что там будет. Когда-то, помните, в Измайлово были в парке целые ряды, люди стояли – старые инструмент, то се. Я, кстати, там купил старый такой, ржавый инструмент, который прошлого века, там какие-то кусачки…

Юрий Коваленко: Советское?

Валерий Оськин: Нет-нет, до.

Юрий Коваленко: Досоветское?

Валерий Оськин: Кусачки, отвертки. Купил просто для удовольствия, они стоили какие-то копейки, человек стоял, ему надо было немножко денежек.

Марина Калинина: Тут еще один важный вопрос. Вы начали говорить про антигламур. Ведь есть сейчас такое явление, что люди настолько гонятся за последними веяниями моды, с другой стороны, что какая-нибудь студентка, которая живет на одну стипендию, готова взять кредит, для того чтобы купить себе новый iPhone. Это, мне кажется, такая альтернатива таким крайностям.

Валерий Оськин: Надеюсь, что мы от этой крайности переходим. Потому что да, я знаю молодежь, которая голодает, для того чтобы купить себе последний iPhone. На мой взгляд, это бред, на ее взгляд… Будет создана другая мода этой же молодежью, и все будет нормально. Но во всяком случае должно быть… Все моды имеют цикличность, мы это знаем. Сейчас мы находимся… Для тех, кто нас слушает и думает: "А, секонд-хенд – это не совсем плохо", – попробуйте подумать по-другому. Тем более что окружающий мир вас к этому подталкивает.

Марина Калинина: Давайте послушаем Галину, она нам дозвонилась из Кемеровской области. Что она думает по этому поводу? Покупает ли что-то на вторичном рынке? Галина, здравствуйте, вы в эфире.

Зритель: Здравствуйте. Я ничего не покупаю, потому что у меня пенсии хватает. Но люди… Я прихожу туда, приношу, что мало моим внукам, из своего что-то могу. В доме, в котором я живу, говорят: "Отнеси", я отношу туда вещи. И все приходят, приходят люди разного состава: и дети, и малыши, у некоторых по 13 детей, сами выбирают. Берут все: и обувь, и одежду, и куртки, и холодильники, и стиральные машины у нас есть, мебель – все, что есть, что человеку нужно, он приходит, даже заказывает, все бесплатно, записываем только их данные паспорта, чтобы учитывать, кому мы отдаем, и все.

Вы понимаете, у нас столько много людей приходит, мы… Вещи все стираются, чистятся, вешаются, грязные вещи никому не отдаются. Очень хорошо, это… у нас организованно, магазин такой. Есть у нас…, очень хорошее обслуживание, там две женщины пожилые работают, очень внимательно всех обслуживают, я хотела поделиться с вами, что у нас очень хорошо это поставлено...

Марина Калинина: Спасибо за ваш звонок. Вот прекрасная история, мне кажется, зарисовка такая, что люди отдают и чистое, и хорошее, и так далее.

Валерий Оськин: Да.

Марина Калинина: Но ведь если у человека есть желание что-то купить, он себе не может позволить купить что-то новое. Ведь, как говорят в салонах автомобилей, например, вы купили машину, вы выехали за пределы салона, она уже б/у, она уже минус 30% от цены. Так же, как со стиральной машиной: вы засунули туда первую партию своего белья, она уже все, б/у. Поэтому можно исходить и из такой логики.

Валерий Оськин: Марина, я вам еще тут подскажу логику по поводу того, что касается автомобилей. Вот у меня Ford, которому сегодня уже лет 9, и мне объясняют мастера: "Слушай, это правильный". Если бы ему было лет 5, он был бы сейчас в худшем состоянии, потому что некоторое время назад было принято решение определенными компаниями для повышения оборота автомобилей, их инженерный расчет другой ведется, они рассчитаны не на 15-20, 30 и так далее лет, а они рассчитаны на 5-6 лет.

Юрий Коваленко: Вечная лампочка никому не нужна.

Марина Калинина: Смотрите, жалко, что вы не видите наш SMS-портал. "Многие старые вещи гораздо качественнее и надежное современного ширпотреба – автомобилей, бытовой техники, электроники, инструмента и так далее".

Валерий Оськин: Да.

Марина Калинина: Так что телезрители с вами соглашаются.

Юлия из Екатеринбурга дозвонилась нам в эфир. Юлия, здравствуйте, вы в эфире.

Зритель: Здравствуйте.

Марина Калинина: Да, слушаем вас.

Зритель: Вот я и в советское время покупала, но не так часто в комиссионках, а сейчас комиссионок нет или там не очень качественно. Но вот в секонд-хенд я хожу практически каждую неделю, потому что там не жалко денег отдавать за вещи, за тряпки. Обувь, конечно, негодная, там невозможно ее купить, а вот что касается верхней одежды, брюк, джинсов, футболочек. Я покупаю там, у меня все мои подруги подсели. У нас магазин этот "Мега Хенд", там и скидки приличные, можно и присмотреть, и купить.

А вот что касается Интернет-магазинов, я там не покупаю, потому что опасаюсь покупать, если я этого не вижу живьем, если я не трогаю руками. Это я опасаюсь покупать.

Марина Калинина: Спасибо вам большое за вашу точку зрения.

У нас есть небольшой сюжетик, что покупают на вторичном рынке, например, в Новосибирске. В качестве примера давайте посмотрим.

СЮЖЕТ

Юрий Коваленко: Все-таки говорят иногда такую поговорку о том, что "Я не столько богат, чтобы покупать дешевое". То есть лучше все-таки взять хорошую вещь, но уже обкатанную, с пробегом, с каким-то определенным запасом прочности, подтвержденным прошлым владельцем, чем что-то, на чем можно сэкономить здесь и сейчас, но неизвестно, как оно поведет себя. Вы понимаете, что я говорю про китайские или какие-то еще дополнительные вещи.

Валерий Оськин: Да, бывает и так, и сяк.

И еще одно важное, что этот сюжет нам продемонстрировал: это совершенно замечательная такая техника – и одежды то же самое – для тех людей, у которых есть руки, нормальные руки.

Марина Калинина: И голова.

Валерий Оськин: Кто умеет этими руками работать. Многие женщины покупать, что-то подштопывают, подгонят под себя; мужики покупают технику, покупают различные предметы для дома – тоже где-то подремонтировал немножко. Тем более сегодняшний, скажем, стиль интерьера как раз зачастую призывает к тому, что даже люди покупают новую совершенно мебель и начинают ее перекрашивать…

Юрий Коваленко: И подгоняют.

Валерий Оськин: …украшать какими-то вещами, которые им нравятся.

Марина Калинина: Давайте как-то резюмировать: в общем-то, это неплохо, это абсолютно нормально, и такая практика и за границей существует, во многих странах…

Валерий Оськин: За границей, да – и в Европе, и в Америке, и в Австралии.

Марина Калинина: Во вполне богатых и так далее. Конечно, кто-то никогда не пойдет в секонд-хенд и будет покупать только новые вещи, несмотря ни на что…

Валерий Оськин: Не факт. Может быть, через некоторое время все будут.

Марина Калинина: …влезая в микрокредиты и так далее, а может быть, и не в микрокредиты. А есть люди, которым нормально. То есть не нужно считать себя каким-то не таким.

Валерий Оськин: Не надо считать себя ущербным вообще ни в каком случае, а вот в случае секонд-хенда совершенно однозначно. Мы с вами сегодня за эти полчаса перечислили: антигламур как новое явление, поворот моды в эту сторону…

Марина Калинина: И просто банальная экономия, это нормально.

Валерий Оськин: Банальная экономия, что, в общем-то, не является банальным, экономия – это всегда хорошо.

Юрий Коваленко: Любовь к вещам с историей.

Валерий Оськин: Любовь к вещам, к истории. Конечно, здесь мы чуть-чуть коснулись этого: надо быть осторожным. Если одежда – в соленой водичке постирать, прогладить, просушить лучше на солнце. Кто задумывается глубже, можете обратиться к батюшке, он вам посоветует тоже свои способы. Это же все есть. Кстати, мы ни разу не сказали об этом, а при многих храмах есть вот такие вот места, куда прихожане приносят, а потом это раздуют нуждающимся.

Марина Калинина: Спасибо вам большое. Валерий Оськин, руководитель Комитета по труду, занятости и социальным вопросам Торгово-промышленной палаты города Москвы. Спасибо еще раз.

Юрий Коваленко: Спасибо.

  • Все выпуски
  • Полные выпуски
  • Яркие фрагменты
  • Интервью
  • Сюжеты