• Главная
  • Программы
  • ОТРажение
  • Григорий Сергиенко: В цене литра бензина 65% - это налоги. Значит, покупая топливо, больше половины денег вы сразу отдаете Минфину

Григорий Сергиенко: В цене литра бензина 65% - это налоги. Значит, покупая топливо, больше половины денег вы сразу отдаете Минфину

Гости
Григорий Сергиенко
исполнительный директор Российского топливного союза

Оксана Галькевич: Вот видишь, здесь вот 35, а здесь уже больше 30…

Константин Чуриков: Нет, не вижу. Слушай, ну хорошо, что, 40 копеек с литра – это такой повод для беспокойства?

Оксана Галькевич: Ну, Костя, знаешь, может быть, с одного литра 40 копеек и не повод для беспокойства. Я просто сейчас тебе напомню, что в твоем с Дашей автомобиле таких литров 60…

Константин Чуриков: Точно.

Оксана Галькевич: …и заправляетесь вы минимум 1 раз в неделю, заправок в месяц у вас 4-5, месяцев у нас в году сколько? Ты успеваешь вообще считать, складывать?

Константин Чуриков: 12 месяцев – многовато.

Оксана Галькевич: Там нормально так уже "литрокопеек" накопилось за год. Пора уже расстраиваться, аппетит терять.

Константин Чуриков: Ну расстраиваться точно, потому что вот, кстати, Росстат отмечает, что цены на бензин не просто растут, а в этом году они приблизились к историческим максимумам. Наше официальное ведомство сообщает, что цены повысились в 59 городах страны. Стремительнее всего, кстати, они росли в ноябре: за, получается, позапрошлую неделю выросли сразу на 0.3%, хотя до этого в течение 5 недель всего-навсего рост был на 0.1%, а до этого вообще все было очень даже стабильно.

Оксана Галькевич: Гораздо скромнее все это происходило. Дизель, на самом деле, друзья, тоже не отстает: цены на этот вид топлива вообще, как говорят, бьют рекорды во многих регионах нашей страны. Эксперты нашли причину – сказали, что дело в резком похолодании, а в холодное время года, мол, дизель особенно востребован, спрос велик.

И тут есть свои антилидеры, они известны – давайте назовем, покажем их нашей уважаемой публике. Особенно сильно цена литра подскочила в Ставропольском крае – более чем на 1.5 рубля (вы видите сейчас эти цифры на своем экране). Совсем немного отстает Саратовская область – 1 рубль 30 копеек; сильно прибавило дизельное топливо в цене в Пензенской, Самарской областях (на 20-30 копеек); за литр подорожал бензин, например, в Ивановской, Волгоградской, Омской, Рязанской областях, в Республике Алтай и Башкирия.

Константин Чуриков: Почему все так происходит, будем разбираться. И, кстати, прямо сейчас запускаем наше голосование, наш SMS-опрос для рубрики "Реальные цифры": сколько у вас – в вашем регионе, городе, поселке – стоит литр бензина? Присылайте нам, пожалуйста, свои ответы, цифры, указания региона и конкретного города по SMS 3443, в начале буквы "ОТР", все это бесплатно. Уже в эту пятницу подведем итоги.

А сейчас у нас в студии Григорий Сергиенко, исполнительный директор Российского топливного союза. Григорий Павлович, здравствуйте.

Григорий Сергиенко: Здравствуйте.

Константин Чуриков: Нам говорят, что это потому что зима наступила, но у нас зима наступает каждый год примерно в одно и то же время, а тем не менее вот бензин у нас как-то постоянно даже летом растет – почему так?

Григорий Сергиенко: Ну зима в определенной степени влияет, потому что переходит потребление с сезонного дизеля на зимний. Зимний действительно дороже, поскольку в нем применяются компоненты, которые его удорожают немножко. А что касается общего, почему так происходит – это достаточно парадоксально. Центробанк хочет снизить инфляцию, для того чтобы ставка рефинансирования у нас была пониже, отсюда все остальные ипотеки и тому подобное подешевле стали. А в то же время Минфин за неимением иных источников наполнения бюджета пытается за счет ТЭКдобавление кое-что в формирование бюджета и увеличивает налоги. Вот на этом противоречии как раз и появляется то, о чем вы говорили.

Оксана Галькевич: Григорий Павлович, вы знаете, мы когда обсуждаем вопросы топлива, добычи нефти в нашей стране, возникает все время вопрос у наших телезрителей. Он, может быть, такой наивный, но на самом деле я все-таки передам вам его от наших телезрителей. Все спрашивают: вот мы добывающая страна, мы всему миру продаем – почему мы у себя-то не можем держать цены на более-менее приемлемом уровне? Почему цена нефти скачет туда-сюда, со 100 долларов до 40 долларов падает, а цена бензина при этом – мы как-то не замечаем, чтобы она резко падала, что-то происходило на наших АЗС.

Григорий Сергиенко: Цены на нефть живут своей жизнью. Достигнута договоренность о том, что желательно бы еще ее повысить, потому что это благостное явление для многих государств, которые основную часть бюджета своего формируют за счет цен на нефть. Что же касается того, почему при таком количестве нефти мы имеем такие цены: надо отметить, что рынок наш открыт, и мы руководствуемся тем, что происходит на мировой рынках. Когда продавец видит, что есть выбор продать по внутренней цене или продать по внешней цене, которая выше, естественно, у него появляется желание увеличить экспорт, имеются в виду производители наши, нефтяные компании.

Константин Чуриков: Да-да, монополист зовется все-таки государственной компанией – мы, кажется, одну и ту же компанию имеем в виду сейчас?

Григорий Сергиенко: Да. Но им не откажешь в желании заработать, тем более что они тоже достаточно серьезные наполнители нашего бюджета по своим доходам, зарабатывают они именно там.

Оксана Галькевич: И здесь никаких вот механизмов, собственно говоря, может быть, социальных нет? Вот именно для того, чтобы… А то у нас, знаете, автомобиль уж действительно становится роскошью, а не средством передвижения – роскошным средством передвижения в том смысле, что все дороже и дороже…

Константин Чуриков: Бензин становится роскошью в автомобиле.

Оксана Галькевич: …его обслуживать, заправлять.

Григорий Сергиенко: Основные наши нефтяные компании действительно декларируют свои социальные задачи и считают, что на внутреннем рынке они могут, кстати сказать, минимизировать розничные цены. Но в то же время они берут свое через опт, поскольку опт не регулируется достаточно жестко в сравнении с розницей, поэтому они имеют возможность на бирже я не скажу манипулировать, но по крайней мере воздействие определенными действиями стимулировать рост оптовых цен. И вот когда растут оптовые цены, соответственно, они влияют на розничные, поскольку теряется доходность этого бизнеса, и продавцы розничные вынуждены поднимать и розничные цены.

Константин Чуриков: Вот передо мной публикация в газете "Известия": "Федеральная антимонопольная служба объяснила рост спекулятивной торговлей, но рекомендовала нефтяникам переориентировать поставки бензина с экспортного рынка на внутренний". Вот что нефтяники? – ФАС в данном случае им указ или пускай там они что хотят, то и мелят, а мы продолжаем зарабатывать нефтедоллары?

Григорий Сергиенко: Дело в том, что нефтяники имеют, так сказать, сложную ситуацию, поскольку помимо того, что я уже говорил, Минфин пытается с них дополнительно взять какие-то доходы, с тем чтобы бюджет прибавить. Но я так понимаю и уверен, что нефтяники и по другим каким-то каналам обеспечивают потребности государства в денежных ресурсах. Может быть, это не афишируется, но так у нас практика сложилась взаимоотношений между властью и государством.

Константин Чуриков: А по каким другим каналам? Что вы имеете в виду?

Григорий Сергиенко: Возникают всякие непредвиденные ситуации, когда необходимо финансировать что-то, что, допустим, в бюджете не было предусмотрено. Договариваются… У кого деньги есть? – есть у нефтяников, потому что они в основном зарабатывают. Соответственно, оно финансируют. Потом надо как-то компенсировать это. Поэтому то, что они, допустим, с оптовыми ценами производят – на это сквозь пальцы иногда смотрят, потому что они тоже должны зарабатывать на чем-то.

Оксана Галькевич: Давайте послушаем нашего телезрителя из Уфы (у нас уже несколько звонков в очереди) – Виктор на связи с нами. Виктор, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте.

Константин Чуриков: Здравствуйте.

Оксана Галькевич: Замечаете, как цены-то ползут?

Зритель: Тут вот по поводу разговора о цене. Вот представьте. Значит, на сегодняшний день, допустим, заправка "Лукойл" и заправка "Прогресс". На "Прогрессе" цена поднялась на 30 копеек с 34 рублей 40 копеек стала 34 рубля 70 копеек, а на "Лукойле" поднялась до 37 рублей 60 копеек. Берут практически у оптовиков ("Башнефти") по одной и той же цене. Вот, пожалуйста.

Теперь другой вопрос. Ладно, пусть цену покупатель сам выбирает, где ему охота купить бензин – то ли на "Лукойле", то ли на "Башкирке", то ли на башнефтинской заправке, то ли еще где-то. Качество бензина! Вот есть, значит, сертификат, где указаны два параметра октанового числа. И вот пишут: да, действительно, 92-й – у него октановое число моторное 83.7, допустим, 84 и так далее. Самое интересное: у меня друзья в Саратове – я еду из Увы до Саратова, заправляюсь (Golf+), доезжаю почти до Саратова на одной заправке, так? Еду из Саратова, заправляюсь полный бак и почти проезжаю Самару, и у меня загорается лампочка – вот вам качество бензина.

Константин Чуриков: Другое октановое число.

Зритель: И здесь та же ситуация. Я еду на работу, у меня, допустим… Еду тут из пригорода Уфы до Уфы, показывает расход топлива 5, 4.8, подъезжаю к Уфе. Заправляюсь на заправке на другой, и у меня уже 7.1 литра. Вот это качество бензина. То есть начинать надо с качества.

Константин Чуриков: Но цены вас не так пугают, что растет настолько литр сейчас.

Зритель: Качество бензина соответствует цене.

Константин Чуриков: Хорошо. Спасибо за ваш звонок. Вот сразу вопрос…

Оксана Галькевич: Честно говоря, разница напугала: с 34 рублей 72 копеек до 37 рублей 60 копеек – это разница между разными заправками?

Константин Чуриков: Вот как это объяснить, если наш зритель утверждает, что и та, и другая розница покупают это все, условно говоря, в Башкирии у местных нефтяных…?

Григорий Сергиенко: Нет, "Лукойл" сам добывает нефть, сам перерабатывает и сам реализует свою продукцию. "Башнефть", как известно, сейчас входит в структуру "Роснефти"; "Лукойл" – это достаточно рыночная компания с частным капиталом, а "Роснефть" – это государственная компания.

Константин Чуриков: Нет, ну разница в 3 рубля в одном городе – это, наверное, странно.

Григорий Сергиенко: Вообще-то следует отметить, что "Лукойл" действительно ведет себя рыночно, он зарабатывает в рознице, поэтому… Хотя непросто держать высокие цены по сравнению с конкурентами, которые держат такую разницу в 3 рубля. Что же касается фирмы, которая называлась – кажется, "Прогресс" – я не уверен, что она продает действительно качественный бензин. Потому что главный признак реализации некачественного бензина – это более низкая цена по сравнению с конкурентами. Хотя у нас с 2016 года действует требование технического регламента, когда производиться и продаваться должно топливо не ниже 5-го экологического класса. Но так создаются иногда экономические условия на рынке, когда, выполняя социальный заказ, как мы говорили, некоторые нефтяные компании в рознице держат минимальные цены, а конкуренты их независимые должны зарабатывать, поэтому… Повысить цены они не могут, потому что к ним клиент не поедет, поэтому держать на том уровне, на котором держит нефтяная компания, которая взяла уже свое в опте и в рознице может себе позволить на минимальной доходности работать, ищет и торгует тем продуктом, который дешевый или произведенный неизвестно где.

Константин Чуриков: Смотрите, какие эвфемизмы пошли: вместо того чтобы сказать "Я завышаю цены" теперь они говорят "Я веду себя рыночно".

Давайте послушаем Михаила из Кемеровской области – Михаил, добрый вечер.

Зритель: Добрый вечер.

Константин Чуриков: Что у вас там с бензином, дизелем?

Зритель: Я хочу сказать. Я 92-й покупаю – редко, правда, у меня классика, я… живу, в Кемерово заправляюсь у "Газпромнефти". Такая серьезная компания, а бензин никудышный. Я как-то залил в канистру, привез домой. Паяльную лампу вы, наверное, знаете (старенькая такая вещь…) – я залил в нее, и пламя было, как будто я не бензин залил, а мазут, черный дым шел. Это что же за бензин 92-й, цена 35.5 давно у нас держится. Но я не скажу, что на всех "Газпромнефти", но некоторые вот так делают. Это, по-моему, новосибирские компании. Если уж цены идут, надо и качественнее, конечно, делать. Ну что это такое? – серьезная компания и вот так… Вот об этом я хотел сказать.

Константин Чуриков: Спасибо за ваш звонок, Михаил.

Оксана Галькевич: Да, спасибо, Михаил. А вот действительно, как вы считаете? Ну хорошо, допустим, то, что цены растут, можно объяснить некими сложными условиями функционирования бизнеса в нашей стране…

Константин Чуриков: Нефтяного бизнеса, очень сложные условия сейчас.

Оксана Галькевич: Нефтяного, да, особенно сложные рыночные условия, очень высокая конкуренция – рыночные механизмы, хорошо. Как вы считаете, за этим удорожанием качество поспевает? Как вот нефтеперерабатывающие, нефтепродающие, бензинопродающие компании повышают уровень обслуживания на этих самых АЗС вот этих вот простых людей, которые нам сейчас звонят в прямой эфир? Динамику какую-то за несколько последних лет, как вы это качество измеряете.

Григорий Сергиенко: Дело в том, что в последние 5 лет проведены серьезные работы на нефтеперерабатывающих заводах по модернизации, с тем чтобы выйти на уровень общего производства топлива экологического 5-го класса. Оно производится в достаточных объемах. С учетом некоторого снижения потребления есть профицит; если раньше мы (года два назад) производили сколько потребляли, и тогда любой сбой в производстве бензина сказывался на рынке…

Оксана Галькевич: Приводил к дефициту наверняка, да?

Григорий Сергиенко: Да, возникал дефицит, что и подталкивало цены. Сейчас дефицита не наблюдается. Что же касается вопроса слушателя по Кемеровской области, в Кемеровской области достаточно такая специфическая ситуация: там местная власть очень жестко контролирует розничные цены, там невозможно поднять цены, не получив одобрения, потому что власти считают, что они выполняют социальную задачу.

Константин Чуриков: Это как-то можно решить на месте, не из Москвы? – вот там, на месте договориться и все?

Григорий Сергиенко: Ну так конечно, местная власть устанавливает такой порядок – различные комиссии, согласования и тому подобное. По той цене, которая была названа – 33 рубля за литр – это не рыночная цена, это торгуют непонятно чем, вот он и заправился тем, что по такой цене можно приобрести.

Оксана Галькевич: Но он серьезную компанию назвал в прямом эфире, наш телезритель. У нас… Ты хочешь зачитать сообщение? Давай, и звоночек примем.

Константин Чуриков: Да, тут много сообщений. Значит, нам, во-первых, пишет Калининградская область: "Цена на бензин – это прямое отражение отношения государства к своим гражданам", – вы согласны с этим утверждением?

Григорий Сергиенко: Да нет, я не согласен, потому что…

Константин Чуриков: Потому что в Европе… Иначе получится, что отношение к гражданам совсем скверное, потому что там цены на бензин о-го-го.

Григорий Сергиенко: Дело в том, что в области ТЭК у нас рыночные отношения, у нас нет государственного регулирования, поэтому цены формируются (по крайней мере так декларируется) под воздействием спроса и предложения, биржа для этого создана – для того, чтобы ориентиры ценовые создавать; есть конкуренция в рознице достаточно такая жесткая. Поэтому если только государство начинает вмешиваться своим регулятивным каким-то воздействием, возникают проблемы: или бензин пропадет, или диспаритет образовывается по ценам, когда практически невозможно торговать в данном регионе по той цене, по которой можно купить на бирже.

Константин Чуриков: Извините, а мы правда верим в то, что вот эти вопросы решаются на бирже сегодня или нет? Я вот просто не знаю.

Григорий Сергиенко: Официально признано, что у нас для ценовых индикаторов существует механизм биржевого образования.

Оксана Галькевич: Григорий Павлович, давайте примем еще один звонок – на этот раз из Омска (сибиряки очень активны, смотрите). Иван, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте.

Оксана Галькевич: Слушаем вас. Как у вас с бензином? Цены растут?

Зритель: Цены растут, хотя свой нефтезавод здесь, хотя сами перерабатываем, "Газпром" вроде бы сам же торгует на заправках, так же и на лукойловских заправках, который сам производит, все делает. Вот я заправляюсь дизельным топливом, дизельное топливо сегодня стоит 44 рубля 20 копеек за литр. Да мы уже переплюнули все другие государства. Там, где не добывают нефть и не перерабатывают ее, люди заправляются дешевле, чем мы уже здесь в России. Это совсем одуреть. Сначала говорили нам, что цена на нефть поднялась, поэтому у нас цена на бензин должна подняться. Цена на нефть упала, но у нас почему-то не упала, а еще больше поднялась.

Константин Чуриков: Резонный вопрос из этого следует. Давайте у нашего эксперта сейчас спросим. Григорий Павлович, почему, когда баррель нефти – нам об этом сообщают все СМИ, мы сами об этом рассказываем в новостях – падает, почему продолжается рост цен на бензин?

Григорий Сергиенко: Дело в том, что мы же не покупаем нефть, мы сами ее добываем, у нас внутренняя цена существует. Но представьте себе: вы добыли тонну нефти, из нее примерно 750 килограммов полезного продукта производите. И вот эту корзину продуктов, которые получили из тонны нефти, можно продать внутри, а можно продать на внешнем рынке, где цена выше. Соответственно, появляется желание поднять внутренние цены до тех, которые вышли. Это естественное желание такое, тут никуда не деться.

Константин Чуриков: Нет, желание естественное, но просто смотрите. Мы говорим все равно о социально важных таких вещах, как мобильность населения, возможность поехать, я не знаю, на дачу, в другой город. Сейчас у нас все так о демографии заботятся – детей как раз погрузить в машину, из школы забрать. То есть в принципе это важно народу. Как бы здесь так сделать, чтобы и овцы, и волки? Это возможно?

Григорий Сергиенко: Я еще одну важную особенность подчеркну. Дело в том, что в цене литра бензина 65% налогов. Значит, покупая литр бензина, представьте себе 65% из того, что вы заплатили за литр бензина, вы отдаете сразу Минфину, поскольку Минфин этот налог считает достаточно весомым и важным для наполнения бюджета, за счет него решаются многие государственные задачи. Поэтому если политика экономическая будет другая, то есть снизить налоги, что очень сложно при дефиците бюджета, который мы приняли на следующий год, на следующий год еще налог повышается дважды по 50 копеек…

Константин Чуриков: Акциз на рубль суммарно.

Григорий Сергиенко: Да, это прямой налог, который перейдет в цену бензина. Поскольку такая политика, такие и цены, тут, извините, претензии… Тут же пенсии, содержание госбюджетников и тому подобное.

Константин Чуриков: То есть претензии к государству?

Григорий Сергиенко: Ну естественно.

Оксана Галькевич: Получается, у нас куда ни кинь, всюду клин, что называется. Знаете, вот мы страна, добывающая и газ, и нефть, вы объясняете это сейчас нам механизмами, государство регулирует вот так, налоги – это все очень важно. А в народе те самые люди, которые все это добывают, знаете какие анекдоты рассказывают? Мне недавно в Ханты-Мансийске рассказывали: "Газ бывает двух типов, и вы этих типов прекрасно знаете". Там ни слова про государство, кстати, вот так вот. Почему так получается? – сами добываем, а без газа живем; сами перерабатываем, всему миру продаем, а заправляем свои автомобили дороже, чем…

Григорий Сергиенко: Это не мне нужно такие вопросы задавать – это к тем, кто определяет экономическую политику в государстве. Дело в том, что на 40% бюджет наш формируется за счет газонефтяных доходов, поэтому если их не будет вообще, наверное, мы будем жить еще хуже.

Константин Чуриков: Вот ваши коллеги-эксперты говорят, что у нас оптовый рынок топлива либо монопольный, либо олигопольный, то есть очень мало конкуренции. Почему?

Григорий Сергиенко: Есть две основные нефтяные компании государственные – "Газпромнефть" и "Роснефть", которые доминируют на бирже. Они определяют то, что хотят…

Константин Чуриков: А если бы их было 3, 4, как бы изменилась ситуация?

Григорий Сергиенко: Их практически невозможно, потому что у нас наоборот идут интеграционные процессы – "Башнефть" "Роснефть" поглотила недавно. Что дальше будет, сложно сказать. Но монополист всегда пытается занять доминирующую позицию и для этого использует все свои возможности.

Оксана Галькевич: Вы знаете, мы сомневались, на самом деле, насколько активно будут принимать участие наши телезрители в этом опросе…

Константин Чуриков: … а теперь мы не сомневаемся.

Оксана Галькевич: А теперь мы не сомневаемся, потому что у меня лента не успевает, друзья, обновляться. Итак, уважаемые друзья, "Реальные цифры" – на этой неделе выясняем, сколько стоит бензин, дизельное топливо, 92-й, 95-й, чем вы заправляете ваш автомобиль в вашем регионе, в котором вы живете.

Константин Чуриков: И риторический вопрос, хотя ответ на него, может быть, и известен, из Томской области: "Кто-нибудь остановит этот рост цен?" Вот мы зададимся этим вопросом уже в пятницу.

Спасибо. У нас в студии был Григорий Сергиенко, исполнительный директор Российского топливного союза. Через пару минут программа "Отражение" продолжится.

Григорий Сергиенко: Спасибо.

 

 

  • Все выпуски
  • Полные выпуски
  • Яркие фрагменты
  • Интервью
  • Сюжеты