Регионы. Что нового? Благовещенск, Красноярск и Волгоград

Гости
Оксана Руденко
корреспондент ОТР (г. Благовещенск)
Наталья Игнатова
корреспондент ОТР (г. Волгоград)
Максим Галат
корреспондент ОТР (г. Красноярск)

Оксана Галькевич: Ну а сейчас к нам присоединяются наши коллеги из других регионов: Благовещенск – Оксана Руденко; Красноярск – Максим Галат; и Волгоград – Наталья Игнатова. Здравствуйте, друзья, приветствуем вас.

Петр Кузнецов: Добрый день.

Оксана Галькевич: Куда отправимся сначала?

Петр Кузнецов: Давайте отправимся в Волгоград. Наталья Игнатова с нами на связи. Здравствуйте еще раз, Наталья. Как ваши дела и дела региона?

Наталья Игнатова: Здравствуйте, коллеги, добрый день.

У нас все не утихает обсуждение состояния Родины-Матери после реставрации. Сейчас на поверхности монумента очень заметны пятна, у подножия зафиксированы трещины. Дело в том, что пока назвать точную причину возникновения этих пятен никто не может. Одна из наиболее распространенных версий – это гидрофобные материалы, которые были использованы при реставрации монумента. При смене температур в межсезонье они могут так себя проявлять, но потом они должны подсохнуть, их должно быть не видно. То есть я не могу сказать, что сейчас мы как-то приглядываемся, чтобы их увидеть. Нет, они достаточно заметные, очень очевидные. Это вызывает обеспокоенность жителей нашего города.

Петр Кузнецов: Наталья, простите, пожалуйста. Вы сказали: «Возможно, при реставрации». А когда последние реставрационные работы были проведены?

Оксана Галькевич: Да вот буквально недавно.

Наталья Игнатова: Дело в том, что 24 июня 2020 года торжественно открыли после реставрации этот монумент. Соответственно, незадолго до этого были завершены все этапы, в 2020 году были завершены реставрационные работы.

Оксана Галькевич: Просто это был на самом деле масштабный такой проект, очень большой, продолжительный. Скажите, как долго он продолжался, этот период реставрационный?

Наталья Игнатова: Дело в том, что реставрация, как вы правильно сказали, продолжалась не один год, там было несколько этапов. Сначала были внутренние работы, когда были заменены канаты, стальные тросы, на которых все держится. Потом начались и внешние работы, заделка трещин. То есть это был достаточно продолжительный процесс по времени. И выделено средств было очень много. Называют сумму – 900 миллионов рублей. Поэтому, конечно же, возникает вопрос: почему эти пятна появились? На прошлой неделе…

Петр Кузнецов: Наталья, простите, сейчас еще вынужден вас прервать.

Оксана Галькевич: Со звуком проблемы.

Петр Кузнецов: Уважаемые коллеги, телезрителям объясним. У нас сейчас все три региона слышны: Волгоград, Благовещенск, Красноярск. И от кого-то исходит посторонний шум. Поэтому, коллеги из других регионов, уберите звук, если вы слышите что-то около вас, рядом или из компьютера дополнительно. Потому что мы сейчас слышим звук не только тот, который исходит от Натальи Игнатовой из Волгограда. Просто не совсем слышно из-за этого Наталью. Давайте попробуем.

Наталья, прошу прощения, продолжайте. Протестируем.

Наталья Игнатова: Дело в том, что на прошлой неделе у нас приезжала комиссия под руководством министра культуры Российской Федерации. Сообщили СМИ о том, что проводится мониторинг монумента, каждые три месяца проводится. И пока точно назвать причину нельзя. Было обозначено, что были проведены профилактические плановые работы. И вот тут вопрос: действительно ли это профилактические плановые работы?

Оксана Галькевич: Наталья, к сожалению, что-то со звуком не то. Давайте мы с вами прервемся, переключимся сейчас на другой регион.

Петр Кузнецов: Как будто окно открыто.

Оксана Галькевич: Попробуем, что у нас будет со связью в этом случае.

Петр Кузнецов: Я боюсь, что этот звук будет мешать всем.

Благовещенск, давайте попробуем, Оксана Руденко.

Оксана Руденко: Здравствуйте, коллеги. Как меня слышно?

Оксана Галькевич: Здравствуйте.

Петр Кузнецов: Вас – лучше.

Оксана Галькевич: Вы дальше, но лучше слышно, да.

Оксана Руденко: Благовещенск у нас за последние несколько дней прогремел не просто на всю Россию, но и на весь мир. Я думаю, что, наверное, многие знают и читали. У нас произошел пожар в кардиохирургическом центре. Но самое сложное в этом пожаре было то, что во время возгорания в центре проводилась операция.

Я начну сразу с хороших новостей. В состоянии пациента, которому была проведена операция во время пожара, наблюдается положительная динамика. Сейчас его уже перевели из палаты реанимации в общую палату. Пока с журналистами он разговаривать не готов. Ну понятно – человек пожилой, ему 62 года, операция сложная.

Но в любом случае все закончилось хорошо, и сейчас его состояние полностью соответствует послеоперационному. На самом деле операция, которую провели медики во время пожара, – это аортокорональное шунтирование. В Амурской области это самая сложная кардиологическая операция, которую проводят наши медики. Так вот, она длится пять часов.

И когда заплыла крыша кардиохирургического центра, операция была как раз в самом разгаре – то есть та точка невозврата, когда уже восстановить ничего нельзя, нужно операцию просто продолжать. Сами врачи говорят, что они сначала вообще не поверили. Дело в том, что бригада – восемь человек. Медсестра сообщила о том, что в здании пожар. Ей сказали: «Ну вы знаете, сегодня второе апреля, а не первое, поэтому шутка немножко запоздала». Но когда медики услышали сирены, увидели в окно кареты «скорой помощи», пожарные машины, то поняли, что это правда.

Потом уже я с ними разговаривала, после пожара. Они говорят: «Мы на самом деле всю серьезность ситуации не понимали, потому что здание двухэтажное, горела крыша, а операция находится на первом этаже. Когда мы уже потом вышли и посмотрели эти видео жуткие, как полыхает крыша, вот тогда нам действительно стало страшно».

Крыша полыхала на площади 1 600 квадратных метров. Пожару был присвоен наивысший ранг сложности. Ситуация осложнялась тем, что зданию около 100 лет, поэтому огонь очень быстро распространялся по деревянным перекрытиям.

Оксана Галькевич: С ума сойти!

Оксана Руденко: Да. И задача пожарных и спасателей была – обеспечить максимально безопасные условия на этом маленьком островке, а этой операционной.

Оксана Галькевич: Оксана, а пожарные знали, что в этот момент там идет операция?

Оксана Руденко: Ну, естественно, конечно же. Я вот и рассказываю, что все, конечно же, знали. Именно поэтому и задача была – тушить огонь таким образом, чтобы в операционную не попала вода. Плюс к этому подогнали к зданию специальное вентиляционное оборудование, которое направляло потоки воздуха. Плюс к этому были наготове аппараты со сжатым воздухом и респираторы, в случае если медики начнут задыхаться, чтобы они могли дышать. Здание, кроме того, было обесточено, поэтому специальный автомобиль выполнял функцию генератора, чтобы в операционной было электричество.

Из здания эвакуировали 128 человек, из них 67 пациентов. Мы снимали пожар, и я видела, как слаженно работали все: и спасатели, и пожарные, и сотрудники центра. Люди просто выстраивались в такую живую цепочку и эвакуировали оборудование, лекарства, которые необходимо хранить только в холодильниках.

И когда мы как раз снимали, как выносили пациента на носилках, выкатили носилки с пациентом после операции. И мне удалось поговорить с оперирующим хирургом Валентином Филатовым. Я спросила: «Вы боялись?» Он говорит: «Конечно, мы боялись. Мы же живые люди. Но мы профессионалы, поэтому мы просто делали свою работу».

Уже позже министр здравоохранения Михаил Мурашко заявил о том, что… вернее, выразил благодарность медикам, работающим во время пожара, а Леонид Рошаль предложил представить их к государственным наградам. Наши амурские власти тоже сказали, что, конечно же, медиков и пожарных обязательно наградят. Что касается здания, то крыша выгорела полностью. Сейчас в здании находиться опасно, нельзя. Решено его законсервировать. На восстановление крыши и всех инженерных сетей уйдет около года.

Оксана Галькевич: Оксана, то есть кардиоцентр теперь не работает, правильно? И где будут проводиться операции в ближайшее время, принимать пациентов?

Петр Кузнецов: Ближайший год, получается.

Оксана Руденко: Да, ближайший год. Всех пациентов перевели в другие медучреждения, в частности в Амурскую областную больницу. Но тут еще интересно то, что сестра пациента, которого прооперировали во время пожара, посвятила медикам стихотворение.

Оксана Галькевич: Когда вы сказали, что… Прости, Петя. Когда вы сказали, что хотели взять интервью у этого пациента…

Петр Кузнецов: Я тоже подумал, что у пациента.

Оксана Галькевич: Я подумала: о чем можно его спрашивать? Он наверняка был под наркозом глубоко, детали вряд ли помнит.

Петр Кузнецов: Оксана, кстати, а как он себя чувствует сейчас?

Оксана Галькевич: Восстанавливается.

Оксана Руденко: Я говорю, что сейчас он уже переведен из реанимации в общую палату, чувствует себя удовлетворительно. Мы держим связь через родственников. Родственники говорят, что пока он не готов общаться с журналистами, но тем не менее его состояние достаточно…

Оксана Галькевич: Ну, пусть восстанавливается. Он все равно особо ничего не расскажет, Петя.

Петр Кузнецов: Да-да-да.

Оксана Галькевич: Спасибо.

Петр Кузнецов: «Включите ему ОТР – так быстрее люди поправляются». Испробовано на себе.

Оксана Галькевич: Кстати, друзья (мы хотим обратиться к нашим зрителям), звоните, пожалуйста, к нам в эфир. Расскажите, какие у вас новости обсуждают сейчас в вашем городе, в вашем поселке, в населенном пункте.

Петр Кузнецов: Как вы поправляетесь, смотря ОТР.

Давайте послушаем нашу телезрительницу. С нами на связи сейчас Галина.

Оксана Галькевич: Здравствуйте, Галина.

Петр Кузнецов: Это Челябинск. Галина, готовы слушать вас, рады слышать. Здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте. Я смотрю кадры, как в Благовещенске, простите, несут на носилках по обычным ступеням… Может быть, я, конечно, не по теме. Я недавно столкнулась с этим, маму несла точно так же. То есть все-таки не предусмотрены у нас вот эти все подъезды, подвозы. Очень тяжело! Маме 94 года, перелом. Я не знаю, что с ней делать. Понимаете? Ну просто крик души, увидела это.

Оксана Галькевич: Ну да, безбарьерная среда так называемая. У нас целая программа была, кстати, в стране.

Петр Кузнецов: И сколько программ было у нас посвящено этой теме.

Зритель: Даже в новых помещениях все равно…

Петр Кузнецов: Скажите, Галина, вы приехали с мамой, а дальше вам нужно было попасть просто в поликлинику?

Зритель: Да, да, да.

Петр Кузнецов: А вам не помогли, не вышел обслуживающий персонал? Как закончилась история?

Зритель: Я не могу сказать ничего плохого про докторов и медиков. Просто это все не предусмотрено. Это все физическая сила. Понимаете?

Оксана Галькевич: Спасибо большое, спасибо.

Друзья, звоните еще, рассказывайте о своих каких-то ситуациях. Мнением тоже, точно так же как Галина, можете поделиться.

А мы сейчас в Красноярск отправляемся, Максим Галат с нами на связи.

Петр Кузнецов: А чуть позже зачитаем ваши сообщения, которые продолжают приходить в эфир из разных регионов.

А у нас еще один регион на нашей карте – Красноярск. Максим Галат. Максим, здравствуйте.

Максим Галат: Здравствуйте, коллеги. Хочу вам рассказать две новости. Постараюсь сделать это коротко.

Первая новость о том, что в Красноярске разгорелся скандал вокруг строительства школы в одном из элитных микрорайонов. Ну, казалось бы, дело хорошее, благое – построить школу. Но дело в том, что место, на котором предлагают построить эту школу – протока реки Енисей. Для школы планируют часть этой протоки – 406 метров длиной и 15 в ширину – засыпать за счет средств городского бюджета. По предварительным подсчетам, на это уйдет почти 230 миллионов рублей.

Многие горожане выступили против такого строительства. Они считают, что при этом будет нанесен значительный ущерб экологии, это изменит течение. Кроме того, придется вырубить деревья, которые растут на берегу. В общем, многие выступают действительно против этого проекта.

Поэтому в администрации Свердловского района города Красноярска накануне прошли общественные слушания, посвященные этой проблеме. Представители администрации заявили, что строить школу больше негде, кроме как на Енисее. Люди возмутились этому моменту, потому что в 2009 году, когда был представлен проект этого микрорайона, школа была прямо в его центре. Но по факту оказалось, что школа так и не построена. В общем, общественные слушания такие очень горячие. В итоге было голосование, и большая часть людей, пришедших на общественные слушания, проголосовала против этого проекта, проекта строительства школы. Дело в том, что…

Оксана Галькевич: Максим, а с 2009 года внимание общественности первый раз было привлечено тем, что школы нет, где она будет построена? В проекте вроде бы значится, а так и не появилась. С 2009 года сколько времени прошло, ого!

Максим Галат: Конечно же, эта тема так или иначе поднимается в обществе. Вот сейчас она как раз обострилась, потому что было проведено проектирование, уже сделали проект, его делали в Барнауле. Поэтому сейчас эта тема снова получила новый интерес, так скажем.

Оксана Галькевич: А дальше что, Максим? Люди, пришедшие на общественные слушания, проголосовали в большинстве своем против, как вы говорите. А что дальше?

Максим Галат: Дальше? Окончательное решение по этому вопросу будут принимать эксперты во время Государственной экологической экспертизы, потому что мнение людей, выраженное на общественных слушаниях, оно носит только рекомендательный характер.

Петр Кузнецов: Понятно. Что еще у вас, Максим? Мы слышали, что новая достопримечательность какая-то появилась. Расскажите нам.

Максим Галат: Да, у нас появилась новая достопримечательность…

Петр Кузнецов: Но это не школа.

Максим Галат: Это не школа, но тем не менее хорошая вещь открылась – новая смотровая у нас на Николаевской сопке, на самой высокой точке города. Вот сейчас такую красоту можно наблюдать со смотровой.

Оксана Галькевич: Ой, красиво как!

Максим Галат: 55 метров высота. Действительно, как вы видит, вид хороший открывается с нее. В хорошую солнечную погоду, когда небо чисто (опять же для нашего города это актуально), весь город видно как на ладони, практически весь город, конечно.

Петр Кузнецов: Очень похоже на мост у нас в парке «Зарядье».

Оксана Галькевич: Да-да-да, кстати. Как он называется? Летящий мост?

Петр Кузнецов: Парящий.

Оксана Галькевич: Парящий, да.

Петр Кузнецов: Здесь тоже можно парить. Красиво.

Максим Галат: А у нас называется Летящий мост.

Петр Кузнецов: Как у вас?

Максим Галат: Летящий мост.

Оксана Галькевич: Очень красивое место выбрано. А оно труднодоступно, Максим, скажите? Или это где-то, так скажем, на пересечении неких туристических троп находится?

Максим Галат: Вообще это место является предложением экотроп, которые у нас в парке «Гремячая грива» существуют, то его финальная точка, так скажем. Добраться туда можно на данный момент либо пешком, либо на автомобиле. Говорят, что в скором времени попытаются туда провести канатную дорогу. Ну, как это будет осуществлено – пока еще не очень известно. Пока всего лишь планы.

Но на самом деле есть проблемка одна, такая очень серьезная – это то, что дорога, которая ведет к этой смотровой, она очень узкая и разбитая. И когда люди в большом количестве поехали «отмечаться», так скажем, на новой смотровой, смотреть с нее на город, образовались большие пробки – из-за того, что дорога разбитая, из-за того, что машины не могут разъехаться. И экипажам ГИБДД даже пришлось перекрывать в один момент эту дорогу, чтобы туда больше никто не ехал.

Оксана Галькевич: Максим, а мы сегодня в 14:30 будем как раз говорить о качестве дорог. Красноярцы, звоните нам, пишите, что у вас там. Как раз снег сходит. Вместе с асфальтом или нет?

Петр Кузнецов: Максим, а можно вопрос? По школе вы сориентировали, по суммам. А дорого вышла эта вся проектная история?

Оксана Галькевич: С мостом?

Петр Кузнецов: С мостом, да, с мостом. Тут еще на дорогу будут тратить сейчас.

Максим Галат: Около 40 миллионов рублей обошелся этот проект.

Петр Кузнецов: Не сильно дорого. Спасибо.

Красноярск, Волгоград, Благовещенск, наши корреспонденты. До новых встреч. Спасибо за информацию

Оксана Галькевич: Ждем фоточек, ждем ваших селфи, друзья, на фоне ваших достопримечательностей.

Петр Кузнецов: В том числе с моста от Максима.

Омск на связи. Владимир, присутствуем вас.

Оксана Галькевич: Здравствуйте.

Петр Кузнецов: Владимир? Не дождались.

Оксана Галькевич: Вот так вот.

Петр Кузнецов: Кстати, продолжение ямочной темы. Подогреем еще интерес к теме в 14:30.

Оксана Галькевич: Давай.

Петр Кузнецов: Оренбург нам пишет: «В прошлом году ремонтировали несколько улиц в городе. Истрепали все нервы. Невозможно было попасть на свою улицу, объезжали по длине ремонтируемую, чтобы попасть на свою, – я читаю так, как написано. – Итог: весь асфальт рушится, ям больше. Сказали, что это нормально, что ямы появились». Все.

Оксана Галькевич: Ну, это же нормально, действительно. Зависит от того, насколько хорошо сделали.

Петр Кузнецов: В 14:30 о ямах будем говорить, в том числе и в Оренбурге.

Чукотский АО, оттуда SMS: «Билет на самолет до Москвы – 72 тысячи рублей». Ну, нечего делать тут.

Оксана Галькевич: Да ты что?! Слушайте, не врет, честно зачитал. Надо же!

Петр Кузнецов: Давайте мы к вам лучше как-нибудь.

Омск: «Статую Родины-Матери отреставрировали с браком. Зла не хватает! Кто работу принимал?!» – возмущены пенсионеры новостью, которую нам Волгоград рассказал.

«Растут цены на лекарства, даже на самые простые. Обирают народ ежемесячно на треть или бывает, что и на половину пенсии», – жалоба из Кемеровской области.

Мурманск: «Прививку не сделала. Нет для нас, простых пенсионеров, вакцины».

Оксана Галькевич: Запятая. А теперь Ростов-на-Дону, Леонид у нас на связи. Здравствуйте, Леонид.

Петр Кузнецов: Леонид, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте.

Зритель: К нашему хутору прилетели 50 журавлей.

Петр Кузнецов: А что за хутор?

Зритель: Они летят на соседнее поле, на кормежку, растянувшись по фронту.

Оксана Галькевич: Красота!

Зритель: Просто завораживающее зрелище! Выходит весь хутор смотреть.

Петр Кузнецов: Классно! А успел кто-нибудь сфотографировать? Присылайте нам фотографии, обязательно покажем эту красоту.

Зритель: Да, успели. Хорошо.

Петр Кузнецов: Давайте в редакцию, ждем.

Зритель: До свидания.

Петр Кузнецов: До свидания. Спасибо вам за настроение.

Оксана Галькевич: Спасибо. Слушайте, подняли настроение, тоже хотела сказать.

Петр Кузнецов: Это, наверное, и правда красиво.

А можно я все-таки разбавлю?

Оксана Галькевич: Дочитаешь? Давай.

Петр Кузнецов: Или на журавлях красиво закончим?

Оксана Галькевич: Ну давай уже! Мы за правду же. Давай.

Петр Кузнецов: «Совершенно не удивлена, что так сделали реставрацию. Все у нас так», – Адыгея. «Продукты дорожают каждый день. Мне даже сами продавцы об этом говорят. Куда мы катимся?» – SMS из Ярославской области. Краснодарский край: «Дождь, холодно… Когда уже придет весна?»

Оксана Галькевич: Когда? Пишите нам, звоните, мы в прямом эфире. Меняем тему.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)