Россиянам грустно: почему люди тревожатся и как власть может поднять настроение обществу

Россиянам грустно: почему люди тревожатся и как власть может поднять настроение обществу | Программы | ОТР

грусть, тревога, депрессия, ковид, психология

2020-11-25T20:50:00+03:00
Россиянам грустно: почему люди тревожатся и как власть может поднять настроение обществу
Траты на 8 марта. Чего хотят женщины. Как укрепить семью. Вакцинация шагает по стране. Гостевой бизнес
Поздравляем с 8 марта. Дорого
Женщины должны/хотят работать?
Сергей Лесков: Русская женщина всегда обладала таким набором добродетелей и качеств, который делал её самой желанной на свете
Чтобы семьи были больше, нужно...
Что делать, если с вас пытаются получить чужие долги?
Вы к нам из тени, а мы вам - кредиты!
ТЕМА ДНЯ: Цветы и подарки к 8 марта
Посчитают доходы и помогут
Уколоться - и забыть о COVID-19
Гости
Виктор Потуремский
директор по политическому анализу Института социального маркетинга

Константин Чуриков: Кремль заметил рост тревожности в обществе, об этом сегодня подробно говорил пресс-секретарь президента Дмитрий Песков. Он сказал, что, естественно, власти понимают, что очень сложная ситуация, что людям, наверное, тяжело психологически каким-то образом, но тем не менее чиновники разных уровней работают буквально круглосуточно, чтобы все-таки каким-то образом улучшить ситуацию в том же здравоохранении и с заболеваемостью. А вот социологи, близкие к Администрации президента, считают, что губернаторам сейчас надо как-то срочно приободрить людей и по-другому как-то с ними, может быть, вести диалог о коронавирусе.

Вот как именно это надо делать, мы сейчас спросим Виктора Потуремского, это директор по политическому анализу Института социального маркетинга, собственно, этот институт и проводил вот эти фокус-группы. Виктор Александрович, здравствуйте.

Дарья Шулик: Здравствуйте.

Виктор Потуремский: Добрый вечер, здравствуйте.

Константин Чуриков: Спасибо, что нашли время. Очень интересно, вот что действительно, как говорится, на том конце провода, да, как воспринимают люди, разные группы вот эту ситуацию, как они ее переживают. Вот что говорили участники исследования вам?

Виктор Потуремский: Ну, можно сказать, мы можем подтвердить то, что получают социологи на количественных замерах. То есть прежде всего да, действительно, у нас есть рост тревожности, связанной с так называемой второй волной. Можно обсуждать, это вторая или продолжение первой, но тем не менее люди считают, что сейчас есть рост заболеваемости, и это, конечно, вызывает тревогу.

Что происходит? Происходит рутинизация темы коронавируса. Люди начинают привыкать, и это немножко другая ситуация, которая была во время весеннего локдауна. То есть люди считают, что сейчас должна быть информация не только по коронавирусу, людей начинает интересовать, чем вообще занимается власть, что происходит, что будет происходить с экономикой, образованием, благоустройством, с развитием регионов в конце концов. И мы как социологи фиксируем на это устойчивый запрос.

Константин Чуриков: Виктор Александрович, я так понимаю, что параллельно еще проходил буквально на днях круглый стол с участием губернаторов по поводу как раз некоего и позитивного, и негативного опыта взаимодействия с людьми по поводу коронавируса. Вот если не секрет, что там было на этом совещании? Каким опытом делились губернаторы? Может быть, какие рекомендации им были даны?

Виктор Потуремский: Экспертный институт представил свой обзор и свой рейтинг эффективных практик, которые используют прежде всего на региональном уровне высшие должностные лица. Губернаторы говорили о собственной практике, о том, как они, собственно, реализуют свои коммуникационные стратегии, скажем так, на уровне регионов, делились опытом. И получился очень интересный, содержательный разговор.

Справедливости ради, многие губернаторы сказали, что им очень важно было услышать про опыт коллег, они сделали некие очень важные для себя, скажем так, новые выводы и новое видение ситуации. Ну а мы как социологи говорили про тот запрос, который есть со стороны населения, что люди хотят услышать и что люди хотят знать от власти в нынешних условиях.

Дарья Шулик: Виктор Александрович, ну вот вы говорили, что участвовали губернаторы. Какие вы можете выделить наиболее, скажем так, яркие приемы, методы коммуникации губернаторов с населением? Что на себя обратило внимание?

Виктор Потуремский: Ну, вы знаете, я могу говорить точно, что, безусловно, в более выигрышной позиции оказываются те, кто выбирают открытый, прямой и, я бы не побоялся этого слова, взрослый стиль коммуникации со своим населением. Значит, безусловный запрос со стороны населения сейчас есть на следующее, то есть на то, чтобы власть информировала и, самое главное, справлялась с балансом между запретительными мерами и сохранением экономики, то есть сохранением возможности для людей работать, зарабатывать, детям учиться. Это сейчас запрос основной в сторону власти.

Соответственно, все практики, которые позволяют в этот запрос попадать, прямые эфиры, ответы губернаторов на самые острые вопросы, предложения, которые поясняют, что будет происходить, ну вот буквально некие правила и регламенты, которые в том числе раскрывают эффективность мер, – все эти практики, безусловно, получают поддержку со стороны жителей.

Константин Чуриков: «Эта грусть еще с пенсионной реформы началась», – пишет нам Москва. Потрясающее сообщение из Ярославля: «Вот выпьешь и стоишь у березы, плачешь с роботом «Федором», грусть, хандра на Руси».

Виктор Александрович, а вот пики, так сказать, этой грусти с каким периодом? Вот те, которые сейчас, они с какими периодами нашей, скажем так, недавней истории сопоставимы?

Виктор Потуремский: Ой, трудно сказать, трудно сказать. Скажем так, здесь можно высказывать какие-то оценочные суждения, нет какого-то такого определенного предмета. Но во многом... То есть, во-первых, не очень правомерно сравнивать, потому что, простите за такую как бы странную форму, то, как сейчас, такого у нас еще не было. То есть у нас были периоды трудной экономики, у нас были непростые времена, но так, чтобы это было связано с некой угрозой заражения, в новейшей истории таких историй нет. Поэтому сравнивать с чем-то очень сложно.

Но то, что, безусловно, есть определенный рост тревоги, он был очень высок в конце марта – апреля, когда эта беда пришла, затем он постепенно сходил на них, сейчас он немножко повышается, но все равно это не те цифры, которые были даже весной. Безусловно, люди беспокоятся, люди беспокоятся прежде всего за свою экономическую ситуацию, что будет происходить с ними.

И конечно, люди боятся заражения, люди считают, что, конечно, есть угроза. Что мы можем говорить уверенно? – что ковид-диссидентов действительно стало значительно меньше.

Константин Чуриков: Виктор Александрович, мы сейчас запустим такой опрос, открытый абсолютно вопрос публикуем на экране: «Как власть может поднять настроение общества?» Вот как вы думаете, уважаемые зрители? Пожалуйста, поделитесь своими умозаключениями. У нас звонок есть.

Дарья Шулик: Да, у нас звонок из Карелии, к нам дозвонилась Наталья. Наталья, здравствуйте.

Зритель: Ага.

Дарья Шулик: Слушаем вас.

Константин Чуриков: Здравствуйте, Наталья.

Зритель: Да, здравствуйте.

Константин Чуриков: Здравствуйте.

Зритель: Да. Я согласна, что поводов для грусти сейчас очень много. Но я хочу посоветовать гражданам, как эту грусть преодолевать.

Константин Чуриков: Так.

Зритель: Лучше видеть, конечно, хорошее в том, что нас окружает, бороться и стараться изменить плохое, насколько это получается. Я сейчас про гражданскую активность.

Константин Чуриков: Так.

Зритель: Если вы видите, что-то в обществе вас не устраивает, а у нас в Карелии поводов для грусти в этом отношении очень много, нужно пытаться что-то изменить. Потому что люди, объединившись, тоже могут сделать многое. Например, в нашем микрорайоне на протяжении последних десятилетий было все очень плохо, и сейчас скажу, что не очень хорошо и стало, но что-то двигается, что-то изменяется.

Константин Чуриков: Да.

Зритель: Потому что люди пытаются помочь тем же чиновникам выполнять свои обязанности. У нас много очень активных ребят молодых, которые занимаются благоустройством микрорайона вместе с властями, шевелят эти власти, пытаются их заставить двигаться. Конечно, это не то, что бы мы хотели видеть, но все равно ведь позитив-то есть.

Константин Чуриков: Ну позитив-то, конечно, есть.

Зритель: Что-то хорошее мы видим.

Константин Чуриков: Конечно, что-то видим. Спасибо большое, Наталья.

Дарья Шулик: Спасибо, Наталья.

Константин Чуриков: Виктор Александрович, а вот с точки зрения политтехнологий вот как можно формировать эту позитивную повестку? Как это вот сегодня с учетом всех особенностей нашего информационного общества это делать? Это какую-то картинку пустить в телевизор такую красивую, яркую или что? Или каким-то образом чиновники должны, я не знаю, себя по-другому вести?

Виктор Потуремский: Вы знаете, я отнесусь вот к тому звонку, который сейчас был. Значит, достаточно долгое время социологи говорили о том, что в обществе существует мощный запрос на справедливость. Если говорить про специфику этого года, то этот запрос на справедливость немножко изменился, и одним из таких специфических аспектов является запрос на солидарность, на общую судьбу.

И в этом смысле, отвечая на вопрос, что должна делать власть, власть должна быть эффективной, скромной и быть вместе со своими гражданами. Она должна показывать, что действительно решает проблемы, принимает ответственность за происходящее в регионе и способна быть эффективной. Вот на это существует запрос.

Я все-таки не совсем про политтехнологии, я все-таки как бы социолог, поэтому я скорее как бы могу отвечать на уровне каких-то ценностных, идеологических вещей. Если власти удается это показать и доказать, самое главное, то это, безусловно, находит поддержку со стороны граждан.

Константин Чуриков: Я просто к тому, что люди обычно в своих ответах, глубинных ответах, глубинный народ дает какие-то все-таки и подсказки, что делать, да? Может быть, что-то такое есть.

Виктор Потуремский: Да-да-да.

Дарья Шулик: Виктор Александрович, вы вот сказали про солидарность – а сколько у нас вообще сейчас солидарно наше общество? Вот сейчас звонила Наталья из Карелии, которая сказала, что в принципе наше общее настроение зависит от каждого в отдельности, кто из нас что делает, какой-то свой кирпичик в это общее настроение вкладывает. Вот как нас всех, скажем так, объединить, чтобы мы вместе вкладывали вот эти волшебные кирпичики для нашего общего настроения? Насколько мы сейчас солидарны?

Виктор Потуремский: Ну то есть смотрите, на самом деле мы можем видеть, что происходит с солидарностью, что происходит с общей судьбой буквально в своих лентах в социальных сетях и новостях, которые мы смотрим. У нас сейчас небывалый рост волонтерского движения, причем волонтерского движения, что называется, не по разнарядке, не по заказу, а волонтерского движения искреннего и настоящего, начиная от различных акций «Подвези врачей», предпринимательская помощь, связанная с тем, чтобы помочь пожилым и наиболее как бы пострадавшим от пандемии социальным группам, и в том числе это отражено в рейтинге РИСИ.

У нас очень много волонтерских акций и инициатив, социальных инициатив, которые получают очень большую поддержку. В этом смысле там, наверное, не очень хорошее слово, но можно говорить даже про соревнование регионов. Это все, я утверждаю как социолог, как бы маркеры той самой социальной солидарности.

Дарья Шулик: Виктор Александрович, ну вот вот эта вот популяризация волонтерства – это же тоже, получается, на плечах местных властей больше, тоже должны губернаторы за этим следить и как-то это популяризировать?

Виктор Потуремский: Да, в том числе и волонтерство нуждается в поддержке со стороны высших должностных лиц. В этом смысле могу привести пример, связанный, ну не знаю, например, с Московской областью, где губернатор Воробьев очень большое внимание уделяет волонтерским инициативам, там власть действует эффективно. И в этом смысле Московская область не какой-то уникальный регион, там решаются достаточно серьезные вопросы, например, насколько волонтерские инициативы могут быть использованы в том числе в оказании медицинской помощи, можно ли, например, использовать волонтеров для доставки лекарств. Это очень хороший и очень серьезный вопрос, вызов для власти, причем не только на региональном, но и на федеральном уровне.

Константин Чуриков: Виктор Александрович, но все-таки волонтеры всех вопросов в нашей стране даже при всем желании...

Виктор Потуремский: ...не решат.

Константин Чуриков: ...не решат. Какие такие, скажем так, очень массовые, серьезные запросы у людей, которые приходили на фокус-группы?

Виктор Потуремский: Значит, массовые запросы: скажите, что происходит, задайте правила, то есть скажите, задайте буквально регламенты. То есть вот если у нас в коллективе или в школьном классе, где учится мой ребенок, обнаружен заболевший человек, то что делать и что должно происходить. Мы хотим понимать, какие ограничения, как это будет развиваться. Все понимают, что это уже пришло надолго.

Значит, есть безусловный запрос на оказание помощи предпринимателям, и нужно понимать, что предприниматели – это люди, которые живут рядом с нами, даже если человек не является малым предпринимателем, безусловно, является потребителем его услуг, начиная от тренера, репетитора и так далее, и так далее, все что угодно, питание и прочее. То есть малый бизнес гораздо сильнее интегрирован в нашу жизнь, чем могло казаться раньше, поэтому есть очень мощный запрос на оказание помощи предпринимателям.

Больной темой является образование и все, что с этим связано, но тем не менее люди относятся с пониманием, что в условиях опасности с образованием происходит то, что происходит, простите. И очень серьезный запрос в сторону медицины, то есть медицина должна быть не только ковидная, не только связанная с коронавирусом. Очень серьезный запрос в сторону власти: покажите, как работает медицина сейчас.

Дарья Шулик: Ну то есть это вопрос информированности населения, я так понимаю? Есть серьезный запрос, чтобы было больше информации, не хватает все-таки населению, поэтому они... ?

Виктор Потуремский: Да, более точной информации. И простите, вот если как бы здесь переходить на уровень как раз политтехнологий, то запрос можно было бы сформулировать следующим образом: давайте снизим градус, накал, перестаньте нас пугать темой COVID, давайте пересмотрим повестку, скажем так, информационную линейку. То есть мы хотим, чтобы в информации, которую мы получаем, прежде всего со стороны власти, была не только информация по коронавирусу.

Константин Чуриков: Спасибо вам большое!

Дарья Шулик: Спасибо.

Константин Чуриков: Виктор Потуремский, директор по политическому анализу Института социального маркетинга, был у нас в эфире.

Ну, тут очень много от зрителей всяких разных идей, как власти поднять настроение в обществе. Ленинградская область: «Пенсионный возраст верните», – это первый шаг, дальше...

Дарья Шулик: Саратовская область просит повысить зарплаты и остановить рост цен.

Константин Чуриков: «Мы не ковид-диссиденты, мы ковид-партизаны».

Дарья Шулик: А Архангельская область просит снизить цены на алкоголь, соответственно настроение поднимется.

Константин Чуриков: Значит, «списать кредиты», «вернуть социализм», «ввести мораторий на благоустройство парков, пир во время чумы».

Что нам посоветует наш зритель Анатолий из Рязани? Анатолий, здравствуйте.

Дарья Шулик: Здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте.

Константин Чуриков: Да, пожалуйста.

Дарья Шулик: Слушаем вас.

Зритель: Вы меня слышите?

Дарья Шулик: Да-да.

Зритель: Что поднимет настроение первым делом пенсионеров? Им нужно поднять пенсии, иначе... Это просто не разговор, а крик о помощи. Пенсионеры вымирают, я сам только недавно сделал операцию пупочной грыжи, обошлась она мне в 50 тысяч. Я прошел, у кого только ни пробовал занимать, у всех, кого знал более-менее, слава богу набрал. Но не все могут это сделать.

Константин Чуриков: Спасибо за ваш звонок.

Дарья Шулик: Спасибо, Анатолий.

Константин Чуриков: Уважаемые зрители, сейчас вот мы давайте вместе с вами, так сказать, оценим масштабы бедствия. Россиянам грустно, и, собственно, к чему вот это, скажем так, неуравновешенное состояние приводит.

Дарья Шулик: Может привести.

Константин Чуриков: У нас уже за отсутствие маски на лице не только бьют, у нас за это уже убивают. Вот напомним недавний случай, в Петербурге мужчину убили из-за просьбы надеть маску в автобусе, он подошел к молодым людям, сделал им замечание, в ответ последовал отказ. Завязалась драка, которая закончилась уже на улице. Тело 53-летнего заместителя директора научного центра с ножевыми ранами нашли на Индустриальном проспекте, злоумышленник задержан.

Дарья Шулик: Ковид-скандал произошел и в Свердловской области: там пассажира, который категорически отказывался надевать маску, выкинул из салона водитель общественного транспорта.

– Другие кондукторы так себя не ведут.

– Вызывайте полицию.

– Вызывайте полицию.

– Я не могу больше с ним, у меня сил нет.

– И можете звонить в другой автобус.

– Не надо, Андрей, не надо...

Константин Чуриков: Да. Но в такси сейчас тоже неспокойно. В Барнауле клиентка уверяла, что ей не нужны средства индивидуальной защиты, потому что она постоянный клиент. Поняв, что ее не будут обслуживать, девушка пыталась сначала вырвать телефон, а потом как настоящая девушка нанесла удар.

– Я не могу вас без... Так, я извиняюсь!

– Ты что мне руки ломаешь?

– Вообще ничего не делал.

Дарья Шулик: А в супермаркет приморского города Артем пришлось вызывать росгвардейцев из-за необычной маски одной из посетительниц. Она вырезала в ней прорезь для носа и рта и в таком виде пыталась приобрести продукты. С нарушительницей масочного режима провели разъяснительную беседу, и женщина покинула магазин, так ничего и не купив.

Константин Чуриков: Я хочу, кстати, сказать, вот сегодня только буквально перед эфиром прочел историю: в одном из регионов решением суда, значит, антимасочник отправлен под арест на 5 суток, 5 суток административного ареста.

Дарья Шулик: Хорошо...

Константин Чуриков: Александр Михайлович Федорович к нам сейчас спешит на помощь, доктора в студию. Психиатр Александр Федорович. Здравствуйте, Александр Михайлович.

Дарья Шулик: Здравствуйте.

Александр Федорович: Здравствуйте, добрый вечер.

Константин Чуриков: Александр Михайлович, как россиянам, которым грустно, привести свою психику в нормальное положение? Что сделать самим людям, что сделать для этого власти?

Александр Федорович: Ну, давайте начнем с власти, потому что наша грусть конкретных физических и юридических лиц зависит от того, что происходит вокруг в первую очередь. Поэтому первое и главное, что нужно сделать, – это перестать людей запугивать, вот это прямо момент такой ключевой.

Второе, что необходимо сделать, – это нужно прекратить вот этот антимасочный беспредел, потому что люди не должны, они не могут и не должны самостоятельно эти вопросы решать. Если есть юридическое поле, если ситуация четко определена как требующая это, то должны быть соответствующие силы. То есть не знаю, пусть, вот как в последнем сюжете, Росгвардия приходит и решает этот вопрос. Это не должно быть произволом, это второй момент.

Момент третий: мы так или иначе должны находиться все в равном положении. В равном положении означает что? Например, я переболел этой инфекцией, надо ли мне носить маску, или я уже имею право этого не делать, понимаете? Вот когда в товарищах согласия нет, на лад их дело, в общем-то, и не идет, то есть то, что мы и видим. Поэтому власти нужно быть «единомышленной», наверное так.

Константин Чуриков: Ну да, чтобы народ и партия едины были.

Александр Федорович: Буквально да.

Что касается конкретно людей и каждого в отдельности, то, наверное, здесь должна речь идти о том, что если я носитель тревожно-мнительных черт, то я не должен их распространять. То есть это я самому себе говорю, что вот я тревожный, я сомневаюсь, так ли это, и я тогда в эту ситуацию не вникаю, я ее избегаю, этой ситуации. Если я знаю, что у меня могучая, выраженная волевая составляющая, то я пытаюсь ее придерживать, не заявляя вот это вот ковидное диссидентство, в равной степени как и ковидное фанатство. Собственно, вот именно здесь мы и видим основной разор.

Поэтому каждому отдельно взятому человеку, наверное, имеет смысл, начиная с себя, вслед за государством, вслед за структурами административными принимать какие-то решения, которые не будут нарушать общественный порядок и не будут нарушать общественную ситуацию при условии, что в товарищах согласие есть.

Константин Чуриков: Так, хорошо. Александр Михайлович, как вы считаете, вот, скажем так, видимость того, что все хорошо, помогла бы нам? У нас в сложные для страны моменты, я не знаю, «Лебединое озеро» показывали. То есть что-то, может быть, как-то вот в плане, так сказать, сетки вещания всем поменять, нет?

Александр Федорович: Ну, мы же все помним такие эпизоды, когда по средствам массовой информации передавали симфоническую музыку и, совершенно верно, «Лебединое озеро», мы предполагали, что скончался после продолжительной болезни скоропостижно кто-то из верхушки администрации страны. Мне кажется, что в этой части надо не придумывать, как вот успокоить, а придумывать, как не беспокоить, вот.

Поэтому все вариации, которые мы можем предположить, будут больше похожи на какое-то странное заигрывание, которое зачастую людей будет раздражать больше и порождать вот эту вот неуверенность, сомнение, сомнение именно в смысле лояльности к власти. Вот эти моменты крайне важные, то есть все должно быть единообразно, тогда не будет ни у кого никаких возражений. Когда есть вариация, я могу выбрать, одеть маску, не одеть, в промтоварном магазине или в обычном, или это должен решать кто-то там, девушка-кассир и так далее, конечно, это, в общем-то, ситуацию рушит и растлевает тех, кто готов диссидентствовать.

Дарья Шулик: Александр Михайлович, ну вот мы сейчас показали несколько историй таких достаточно агрессивного поведения людей. Мы видим, что даже девушки бросаются врукопашную. А кто вообще в таких вот ситуациях, как сейчас, например, наиболее подвержен вот этим вот тяжелым, скажем так, состояниям настроения? Какие социальные группы, например, и кто, например, мужчины или женщины? Кто лучше держится-то?

Александр Федорович: Если подходить к этому вопросу с точки зрения психологии, то здесь есть четкое совершенно разделение по уровню стрессостабильности, стрессоустойчивости между мужчинами и женщинами. Женщины выдерживают небольшого уровня, небольшого накала стресс, но очень продолжительно, то есть дни и месяцы. Мужчины в состоянии выдержать очень мощный такой пиковый накал, но непродолжительное время. Поэтому в зависимости от того, что мы хотим, мы, в общем-то, и должны подходить именно с этой позиции.

Дарья Шулик: Александр Михайлович, но есть ли какие-то, я не знаю, рецепты, что ли? Ну действительно, ну столько новостей, к сожалению, далеко не все они хорошие...

Константин Чуриков: Да, особенно для мужчин, которые долго не могут держаться.

Дарья Шулик: Да, мужчины не могут держаться. Ну вот чем, чем заниматься? Медитацией, я не знаю, картины писать? Что делать вот простому человеку, чтобы не срываться и не бросаться на людей с кулаками? Ну тяжело же правда сейчас всем. Как с собой работать?

Александр Федорович: Да, конечно. Первое и главное – нужно перестать смотреть и читать новости.

Дарья Шулик: Так без этого же тоже... Понимаете, народ жалуется, что скрывают информацию, говорят. Когда нет информации, тоже нервничают.

Александр Федорович: Нет, хорошо, а когда мы даем ее такую разнонаправленную, разве от этого лучше? Значит, информация должна быть закрытой, не полностью, но цензурированной.

Константин Чуриков: Так.

Дарья Шулик: Ага.

Александр Федорович: Причем цензуру должны осуществлять специалисты, не администрация, не политики, а именно специалисты...

Константин Чуриков: А кто? Санитарные врачи?

Александр Федорович: Да, врачи, эпидемиологи, вирусологи, инфекционисты, то есть профильные все специалисты. Не мультимедийные личности, а те, кто действительно понимает, что к чему.

Константин Чуриков: То есть, например (извините, Александр Михайлович, вас перебью), сейчас по идее в нашей студии или где-то в аппаратной должен находиться человек в этой форме, Роспотребнадзор, у них же форма своя, и вот мне в наушник (у меня есть наушник) сообщать: «Константин, вы неправы, аккуратнее, держите себя в руках», – вот так, что ли, да? Или как?

Александр Федорович: Ну, я не знаю, как насчет Роспотребнадзора, а вот, например, психотерапевт, наверное, не помешал.

Константин Чуриков: Штатный, прикомандированный.

Дарья Шулик: Нет, с органами-то все понятно, людям-то что делать? Как настраивать себя? Дайте рецепт, пожалуйста.

Александр Федорович: Да, пожалуйста. Нужно вести здоровый образ жизни, то есть не смотреть новости, высыпаться, очень ответственно относиться к работе и к своей семье.

Константин Чуриков: И последний вопрос. Мне кажется, вот действительно за вообще все те годы, что мы живем, я во всяком случае, на свете, мы так часто не слышали вот эти глаголы «умерли», «скончались», «смерть», вот это. Понимаете, люди действительно сходят с ума. Мы стали часто думать о вот этом сакральном, о том, что мы привыкли не проговаривать, о смерти. Как нам о чем-то другом, о светлом, о хорошем? Не замечать это как можно?

Александр Федорович: Понимаете, можно говорить о смерти, но немножко с другой позиции, именно с позиции, что смерть – это логическое завершение жизни. А люди ведь протестуют не против смерти, а против, как писал Булгаков, неожиданной смерти.

Константин Чуриков: Ну да.

Александр Федорович: И, я думаю, в ситуации ожиданной смерти нас ведь пугает чем? – что вот ты сейчас вот это вот сделаешь, заболеешь и умрешь. И это совершенно не про смерть, а про поступок, который ее провоцирует, который должен повлечь эту смерть, вот здесь проблема.

Константин Чуриков: Ну да, и в той и в другой проблеме, к сожалению, коронавирус помощник. Да, спасибо большое.

Дарья Шулик: Спасибо. Александр Федорович, психиатр, был на связи.

Константин Чуриков: Мы продолжим буквально через несколько минут. Поговорили о плохом, давайте о хорошем, порадуемся хотя бы за наших соседей, за Китай, там такие чудеса творятся, скоро расскажем.

Дарья Шулик: Оставайтесь с нами.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (1)
шоколад алёнка
Росстат,, как всегда ублажает власть