Россияне скачали мобильных приложений на миллиард!

Россияне скачали мобильных приложений на миллиард!
Коронавирус: эпидемию не остановить? Проблемные регионы. Без потрясений: детский хоспис. Работа над поправками в Конституцию. Маткапитал – на игрушки
Глобальные эпидемии: что нам грозит?
Как сегодня относятся к китайцам в России. Сюжет из Челябинской области, Благовещенска и Москвы
Сергей Лесков: Государственные деньги часто токсичны. Особенно для бизнесменов, поэтому они и не рискуют участвовать в нацпроектах
Ирина Киркора: Когда каждый гражданин знает Конституцию и закреплённые в ней свои права, ему будет проще общаться с любым должностным лицом
Дмитрий Журавлёв: В чистом рынке выживает только производство табуреток. Всё, что имеет 2-3 уровня технологических связей, в этой системе не выживает
Что нужно знать о коронавирусе нового типа 2019-nCoV
Эпидемия спама
Маткапитал - на игрушки?
Владимир Малахов: Общая сумма тепла на планете меняется очень мало
Гости
Александр Кузьменко
независимый эксперт по видеоиграм
Александр Бликштейн
генеральный директор Impression Agency

Анастасия Сорокина: Если б ты был султан…

Александр Денисов: Да, если бы я. А мы мало что слышали о ролевой игре «Великий султан», но зато много на нее потратили. «Султан» возглавил список популярных мобильных приложений в России. Вообще за прошедший год мы их скачали на рекордную сумму. Сейчас мы расскажем, какие приложения пользовались популярностью. Вот как раз игра «Великий султан». Ну, сеть «ВКонтакте» – наш отечественный Фейсбук, все привыкли. Музыкальное приложение Boom тоже к «Контакту» относится. Онлайн-кинотеатр. Что еще? Вот «Еда и напитки» интересное приложение, т. е. все большей популярностью пользуется доставка еды, тоже сказалось на статистике. И вот сейчас как раз обсудим, почему игры стали нашим главным досугом, с первым экспертом. На связи со студией у нас Александр Кузьменко, независимый эксперт по видеоиграм. Александр Владимирович, здравствуйте.

Александр Кузьменко: Добрый день.

Анастасия Сорокина: Александр Владимирович, как вот такие цифры – 1 млрд. руб. …

Александр Денисов: Долларов!

Анастасия Сорокина: Да, 1 млрд. долларов – на приложения. Слушайте, это что значит? Что все просто сидят в социальных сетях и в играх, получается?

Александр Денисов: Это значит, что все у нас миллиардеры. Вот, Александр, так мы и выяснили. Хитрым путем.

Анастасия Сорокина: Александр?

Александр Денисов: Александр – специалист по видеоиграм. Но вот что-то…

Анастасия Сорокина: С видеосвязью у нас пока небольшие неполадки.

Александр Денисов: Сейчас наладим.

Анастасия Сорокина: Кстати говоря, вот эти приложения тебе знакомы? «Тик-толк» какой-то. Игру «Султан» – я даже не слышала про нее.

Александр Денисов: Нет-нет, я решил, что игру «Султана» качают поклонники сериала. Есть же какой-то сериал про Турцию, про султана, про те времена. И я посмотрел, что это ролевая игра. Т. е. там есть у тебя наложницы, т. е. можно предположить, что…

Анастасия Сорокина: Т. е. ты сейчас хочешь еще увеличить аудиторию этой игры?

Александр Денисов: Нет, я пытаюсь понять логику, почему ее люди полюбили. Т. е., вероятно, это мужчины… Александр вернулся.

Анастасия Сорокина: Ну вот, Александр, вы играете в «Султан»?

Александр Кузьменко: Ну, смотрите, «Великий султан» это вообще очень уникальный феномен. Дело в том, что эта игра китайская, сейчас очень много продукции китайской, в том числе и на рынке видеоигр для мобильных систем. И эта игра цепляет какие-то такие струнки, очень свойственные для нашей русской души. Т. е. она тебе позволяет занять пост султана, соответственно, прямо самый расцвет Османской империи…

Александр Денисов: Да, мы помним, первым дернул эту струнку Юрий Никулин. Помните, фильм-то «Кавказская пленница»?

Александр Кузьменко: Совершенно верно, совершенно верно. И она позволяет тебе стать султаном, прямо самый расцвет Османской империи, и вначале покорить Европу, потом замирить Азию и при этом еще оставаться в рамках каких-то вот шашней и интриг султанского двора. Т. е., конечно же, это не ролевая игра в полном смысле этого слова. Это, конечно же, не симулятор гарема, как ее пытаются позиционировать иногда в рекламе. Это на самом деле достаточно сложная, комплексная стратегия, где вам нужно играть, развивать свои войска, покорять новые народы. И из всей этой обертки, которая классно очень в этой игре сделана, человек смотрит: «Господи, завоевать Константинополь – это ж у меня идет целый месяц. А если я заплачу н-цать рублей, ну не очень много, то я смогу это сделать всего за неделю!»

Анастасия Сорокина: Т. е. встроенные покупки в эту игру? Человек ее скачивает и потом еще тратит на нее деньги, чтобы завоевать, там, Константинополь и все, что ему понравится?

Александр Кузьменко: Совершенно верно. Т. е. в принципе Константинополь, теоретически, можно завоевать и без этих денежных вложений. В этом и заключается весь смысл.

Анастасия Сорокина: Не за 11 рублей.

Александр Кузьменко: Да. В этом и заключается весь смысл того, что в игровой индустрии называется микротранзакцией. Т. е. в принципе никто тебя не заставляет платить. Скачиваешь игру, играешь и получаешь удовольствие. И, я вам даже больше скажу, таких пользователей гораздо больше, чем 90%. Которые никогда, ни при каких обстоятельствах не собираются вкладывать денежки в такую штуку, как – «Хм, игра на мобильном телефоне, чтоб я еще в нее 40 руб. не платил, и так вот на метро уже за 50 проехать». Но тем не менее, за счет тех 10%, которые готовы в этот прогресс вложиться, игра зарабатывает просто колоссальные деньги. Вот тут я должен еще поправить: миллиард – это, конечно же, не только «Султан».

Александр Денисов: Да, там еще, да-да.

Александр Кузьменко: Это вообще все микротранзакции, вместе взятые. Т. е. включающие в себя и игры, и книжки, и кино.

Александр Денисов: Александр, как думаете, а «Турецкий поток» – это тоже в рамках этой игры?

Александр Кузьменко: Я думаю, что это, с одной стороны, конечно, очень ироничное совпадение. А с другой стороны, это хороший сигнал для турецкой игровой индустрии, которая очень мало известна в России и в Европе, но достаточно неплохо чувствует у себя на родине. О том, что пора, пожалуй, экспансию проводить еще и в другие страны. Раз как же так: на нашу тему китайцы умудрились сделать такой популярнейший продукт, нехорошо, надо самим стараться.

Анастасия Сорокина: Вот сейчас мы говорим много в начале года о прогнозах. Если мы вот уже потратили, какие перспективы? Что, дальше еще больше будет денег на это уходить?

Александр Кузьменко: Пока, как показывает практика, индустрия мобильных игр в последние 10 лет растет. Причем сейчас рост даже не самый колоссальный по сравнению с тем, что был, например, в 2012-2013 году, когда рост подобных микротранзакций составлял от 100 до 250% в год. Т. е., представим, сказать какому-нибудь бизнесмену, что у вас бизнес растет на 250% в год, – ну конечно же, это перспективно и интересно. С другой стороны, сейчас Интернет, видеоигры, приложения и смартфоны, они собой зацепили уже практически 90%, наверное, населения нашей страны. И вот такой есть интересный факт, что в прошлом году рост Интернета самый колоссальный показал себя в аудитории от 60 лет. Т. е. даже люди уже предпенсионного и пенсионного возраста смирились с тем, что – да, окей, проще зайти на сайт «Госуслуги» при помощи мобильного телефона или приложения, нежели идти, например, даже в продвинутый МФЦ. Поэтому сейчас, возможно, видеоигры привлекут еще большую аудиторию. Но миллиард – это уже очень колоссальная сумма. И я думаю, в дальнейшем она, конечно же, будет увеличиваться. Но не такими, что называется, спринтерскими темпами.

Анастасия Сорокина: Вот сейчас комментируют зрители. Из Иркутской области: «Люди по разным причинам уходят от реальной действительности в виртуальный мир». Вот из Краснодарского края пишут, что «вообще это кошмар, это возмутительно, что игры просто отравляют жизнь, что нужно спасать от них детей». А тем более когда речь идет о таких деньгах, то тем более, вообще все это надо запретить. Как вы считаете?

Александр Кузьменко: Во-первых, как говорил профессор Преображенский, никого никогда не надо сечь и уж точно ничего не надо запрещать, не разобравшись в этом. Игры – это способ эскапизма. Это способ развлечения. И в игры играют люди ровно по тем же причинам, по которым они, например, ходят в кино или покупают себе какую-нибудь безделушку за 100 руб. и чувствуют, как вы знаете, эйфорию в течение последующих получаса. Т. е., игры – это просто современный способ развлечения. Они нам заменили газеты, и отчасти театр, отчасти кинофильмы.

Анастасия Сорокина: Ну вот вы лично много времени проводите за игрой? Сами играете?

Александр Кузьменко: Да, вы знаете, вот компания PlayStation, она не имеет отношения, к сожалению, сильно к мобильному геймингу, но она выпустила такую вот статистику лично для каждого, кто играл в прошлом году в видеоигры. И выяснилось, что я в прошлом году наиграл что-то около 350 часов. Т. е. часик в день. По-моему, вполне нормально.

Александр Денисов: Т. е. а вы сами и не заметили, что столько – 350 часов – наиграли или проиграли, Александр, можно так сказать?

Александр Кузьменко: Нет, не заметил. Потому что я играю в основном на выходных по несколько часов, и то когда нет каких-то еще, например, семейных дел. Но вдруг выяснилось, что, оказывается, 356 часов: это несколько суток я, считайте, сидел за игровой приставкой. Я не вижу в этом ничего страшного, а тем более когда…

Анастасия Сорокина: А близкие ваши не видят в этом ничего страшного, что вы пропадаете за играми?

Александр Кузьменко: Ну… а видим ли мы что-то страшное, когда мы пропадаем за сериалами? Или за просмотром телепередач? Или за чтением книг, в конце концов? Я тоже читаю очень много книг. Вот. Поэтому тут вопрос только отношения. А почему у нас все всё пытаются запретить и говорят, что это кошмар, ужас и т. д.? Ровно по той причине, что люди, которые говорят о защите детей, зачастую не разбираются в этой теме. В том, что такое видеоигры. Т. е., смотрите, если у вас ребенок, например, школьник, причем младших классов, и он вдруг играет в игру, на которой при покупке на диске написано «18+ лет», ну вы задумайтесь, что, может быть, не надо все-таки подростку 11-12-ти лет эту игру давать.

Анастасия Сорокина: Слушайте, но они сейчас скачивают все сами. Вот у меня ребенку 9 лет, он просто скачивает: «Мам, мне надо вот это скачать. Вот это будет мой подарок, мне за 5 пятерок». И все. И у него, что он там себе скачивает, очень сложно проконтролировать, там 18, не 18. «У нас в это все играют, я должен не отставать».

Александр Кузьменко: А давайте я произведу этот контроль за 10 секунд. «А что ты собираешься скачать? Ага. А о чем эта игра? Ага. А можно из нее посмотреть видеоролик, например, двухминутный трейлер?» Вы сами все поймете прекрасно.

Александр Денисов: И еще четвертый вопрос, Александр: а сколько это стоит? Они же чаще всего платные, все эти игры.

Александр Кузьменко: Очень по-разному. Игровая индустрия очень разнообразна. Как, например, мир автомобилей. Т. е. можно купить себе какую-нибудь, например, корейскую машину такую, вполне нормальную, и это будет стоить не больше полумиллиона рублей. А можно купить старую машину, она будет стоить 100 тыс. руб. А можно купить «Бентли», и она будет стоить несколько десятков миллионов рублей. То же самое и в играх. Есть игры, которые стоят 5 тыс. руб., есть игры, которые вообще бесплатны. Но надо учитывать, что когда вы играете в бесплатные игры, если вы очень сильно увлечетесь и решите, наконец-то, в нее вкладывать, это может исчисляться десятками тысяч рублей. Все зависит от самоконтроля и так называемой лудомании. Если у вашего ребенка вдруг появляется лудомания, просто больше внимания обращайте, во что он играет, что он скачивает. Просто интересуйтесь. 10-секундный опрос – и вы поймете, стоит ли ему с этим связываться или нет.

Анастасия Сорокина: А вот эти встроенные покупки – это уже сигнал к тому, что надо поосторожнее отнестись к этой игре? Или все-таки зачастую можно найти действительно что-то полезное в этих играх? Что вы, кстати, для себя в них находите?

Александр Кузьменко: Встроенные покупки – это своеобразная форма монетизации игр. Т. е. я, например, сейчас играю в одну игру, (не буду ее называть, но это не «Султан»), играю в нее уже 2 месяца, и в какой-то момент я вот понял, что у меня сейчас тут бонусы, у меня тут все хорошо, господи, давай я тебе заплачу 300 руб., и весь результат удвоится у меня. Заплатил 200 руб. – и больше такой ситуации не возникало. И в принципе, ну что такое 200 руб.? Сходить в магазин и купить только хлеба и каких-то самых банальных продуктов. А здесь я получил ускорение буквально на неделю вперед и, что называется, развил своего персонажа до каких-то небесных высот. Когда же ребенок начинает все свои деньги карманные тратить на видеоигры, ну просто заинтересуйтесь, чем он занимается. Т. е. мы в нашем современном мире просто мало интересуемся, чем занимаются дети и во что они играют. У меня у самого двое детей, и я прекрасно знаю, во что они играют, какие книжки они читают и какие мультики собираются посмотреть.

Александр Денисов: Спасибо большое, Александр. Спасибо.

Анастасия Сорокина: Спасибо. На связи с нами был Александр Кузьменко, независимый эксперт по видеоиграм.

Александр Денисов: Ну что, у нас на связи еще Александр Блихштейн, генеральный директор Impression Agency. Александр Маркович, здравствуйте.

Александр Блихштейн: Да… Здравствуйте.

Александр Денисов: Александр Маркович, вопрос. Скажите, вот есть такая тенденция: индустрия развлечений отнимает наше свободное время. Когда у нас свободное время? Только ночью. Т. е. в остальное время мы работаем, играть нам некогда. И платим за эти развлечения своей бессонницей. Тоже невеселая тенденция.

Александр Блихштейн: Да, безусловно. Но мне кажется, что все-таки большинство игр изначально скачиваются для того, чтобы как-то убить время. Не зря они в народе имеют название «таймкиллеры». Т. е. когда у человека возникает какое-то свободное время в поездке или, я не знаю, в ожидании, в очереди, он как-то это время пытается забить. И, собственно, для этого и устанавливает эти самые игры. И таким образом время тратит, чтобы хоть какую-то пользу из этого извлечь.

Анастасия Сорокина: Но это правильный способ, вот на ваш взгляд?

Александр Блихштейн: Мое мнение здесь будет, конечно, субъективным. На мой взгляд, что изначальная инициатива достаточно неплохая. Но во что она перерастает? Какой здесь вообще негативный эффект от того, что мы все больше и больше времени тратим в гаджетах? В результате, уже неоднократно было доказано, что развиваются нарушения, что становится гораздо сложнее сосредоточиться, сфокусироваться на чем-то, синдром рассеянного внимания. Но, в конце концов, любая зависимость – это плохо. Поэтому я, наверное, не стал бы говорить про то, что в целом вот с мобильным телефоном и мобильными играми это плохо или хорошо. Вопрос всегда в какой-то золотой середине. Сейчас, к сожалению, есть тенденция, что люди тратят все больше и больше времени на это, появляется зависимость. Это плохо. Просто потратить какое-то скучное время, в которое ничем полезным заняться нельзя, на мобильную игру – почему нет? На мой взгляд, это хорошо. Везде нужен какой-то здоровый подход.

Александр Денисов: Спасибо большое. Это был Александр Блихштейн, генеральный директор Impression Agency.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)

Выпуски программы

  • Все видео
  • Полные выпуски