Россияне стали чаще получать «белую» зарплату

Гости
Александр Сафонов
доктор экономических наук, профессор Финансового университета

Тамара Шорникова: Важная тема. Зарплаты в конвертах, говорят, уходят в прошлое. Социологи ВЦИОМ провели опрос населения, и вот его результаты: 86% работающих россиян получают официальную зарплату. Количество таких счастливчиков выросло на 15% за пять последних лет.

Иван Князев: Неофициальную зарплату, по данным того же исследования, получают строители и работники торговли – по 16% таких. Разнорабочих – 14%. Представители малого бизнеса – 9% получают зарплату в конвертах. А также работники сферы услуг – там 8%.

Тамара Шорникова: Как у вас дела? Вся зарплата «белая»? Среди ваших знакомых, возможно, действительно больше стало тех, кто получает официальный заработок? Или вы не можете подтвердить эту статистику? Давайте разбираться, получать реальные цифры, обсуждать их вместе. Ну и вместе с экспертом, конечно.

Александр Сафонов, проректор Финансового университета при Правительстве России.

Иван Князев: Здравствуйте, Александр Львович.

Александр Сафонов: Да, добрый день.

Иван Князев: Ну что, у нас наступили такие времена, когда «втемную» работать уже невыгодно абсолютно никак?

Александр Сафонов: Вы знаете, такие времена наступят тогда, когда бизнес смирится с необходимостью вносить взносы за работающее население не только в виде НДФЛ в бюджет и казну, но и в том числе взносы в государственные внебюджетные фонды. А поскольку это всегда для них считается накладно, то, безусловно, существуют так называемые выплаты на руки. Они характерны не только для нашей страны, но и за рубежом. Например, в той же самой Германии где-то порядка 8% осуществляются выплаты в виде конвертных выплат. Поэтому устранить это явление, пока существует бизнес, вряд ли возможно. Вот уменьшить – да.

И здесь, собственно говоря, в последнее время достигнуты большие успехи. Они в большей степени связаны с закрытием, например, направлений, связанных с обналичиванием денежных средств. Тем не менее говорить о том, что это явление ушло у нас в никуда…

Иван Князев: …пока еще все-таки, наверное, рановато. Александр Львович, смотрите, какой момент. Все-таки это данные опроса ВЦИОМ… ну, не опроса, а исследования ВЦИОМ. Но исследования по таким вопросам вообще достаточно сложно проводить. Кто признается, что платит зарплату в конверте либо получает?

Александр Сафонов: И это тоже.

Иван Князев: Поэтому хотелось бы узнать ваше экспертное мнение. Может, цифра у нас побольше?

Александр Сафонов: Конечно, больше. Ну, Росстат у нас считает, что где-то порядка 30% фонда оплаты труда – это то, что приходится на так называемые неучтенные выплаты. Это касается расчетов населению в первую очередь за услуги, оказанные в той же самой области строительства. Кстати, наши исследования показывают, что очень распространены конвертные выплаты в рамках аутсорсинговых таких взаимосвязей. Это охватывает в том числе логистические центры. Это касается различных отраслей промышленности, а не только обозначенной сферы услуг и торговли.

И вы очень правильно, Иван, отметили, что никто не признается, особенно ВЦИОМ, о том, что платят деньги в конверте. Ну и сами граждане – они же тоже умные. Они понимают, что если такое признание прозвучит и, не дай бог, дойдет до налоговой инспекции, то придется штраф заплатить.

Тамара Шорникова: Александр Львович, а мы за это «обеление» кому должны быть в первую очередь благодарны? Это работодатели у нас стали сознательнее? Или граждане поняли, что, например, в трудную минуту, в пандемию можно будет встать на учет официально и получать какие-то выплаты, если ты получаешь зарплату «белую»?

Иван Князев: Либо еще один момент, я дополню. Может быть, конкретные органы работать стали получше?

Александр Сафонов: Иван, в большей степени как раз конкретные органы. Мы с вами видели, что предыдущие пять лет был период, когда закрывались банки, которые специализировались на обналичивании денежных средств. Это коснулось и других финансовых организаций, не только связанных с банковской деятельностью.

И, конечно, налоговая служба следит очень сильно. Она призывает сразу же к ответу те организации, которые показывают обороты, но при этом фонд оплаты труда у них находится на уровне МРОТ. И им приходится объяснять, почему другие компании платят больше своим сотрудникам, налогов платят больше, а вот такая компания – меньше. Поэтому в первую очередь это результаты конкретно-надзорной деятельности.

Тамара Шорникова: Александр Львович, а у нас выгодно сейчас становится работать «вбелую», с точки зрения сотрудника? Смотрите, просто несколько SMS пришло. Например: «Очень жалею, что работала в бюджете «вбелую». Пенсию получила «черную». Ленинградская область: «Я никогда ни в какую тень не уходил, 40 лет отработал и на бирже труда получал пособие по безработице 1,5 тысячи рублей до выхода на пенсию».

То есть сейчас у нас очень мало зависит пенсия от твоего стажа, от того, сколько ты получал и так далее. Может быть, действительно, да и бог с ним? Ну, дают в конверте… Главное, чтобы зарплата побольше была.

Александр Сафонов: Нет, Тамара, можно было бы так рассуждать, если бы зарплата или вообще доходы граждан не являлись источником пополнения региональных бюджетов. Это основной источник. И можно себе представить, если никто из нас платить в этот бюджет не будет, то что будет с дорогами местного значения, что будет со школами, что будет с библиотеками. Ну, деньги-то откуда-то должны быть.

Поэтому, конечно, здесь есть две истины. Работники при низких заработных платах не очень хотят платить налоги. Соответственно, бюджет должен искать источники доходов. Вот где-то золотая середина наступает, когда 30% сохраняется в виде конвертных выплат.

Иван Князев: Ну а что касается, если все-таки вернутся, ну, если не к сознательности руководителей предприятий, а, возможно, к ущербу, который они понесут, если их поймают за зарплаты в конверте, либо к выгоде, которую они приобретут, если будут так платить сотрудникам – тут какое соотношение идет? Стоит ли рисковать?

Александр Сафонов: Вы понимаете, если поймали, то, конечно, тут никаких выгод не хватит, потому что придется заплатить не просто штраф в размере утаенного, а в разы больше. Это коснется в том числе и работников.

Но самое главное – другое. И это проблемы, которые возникнут в дальнейшем с бизнесом, потому что сумма предъявленных налоговых штрафов может превышать активы компании. А это, в принципе, банкротство и остановка бизнеса как такового. Поэтому риски очень высоки. И здесь надо десять раз подумать, а стоит ли вообще рисковать.

Тамара Шорникова: Послушаем вместе телезрительницу. Ирина, Москва на связи. Здравствуйте.

Зритель: Алло. Здравствуйте. Мне хотелось бы сказать, что я совершенно не понимаю причину, почему людям нужно выходить из тени. Что делает государство? Сейчас я вам скажу в двух словах. У меня стаж работы официальной – почти 40 лет. Я парикмахер. Мой салон закрыли. Официально я не смогла… Это было пять лет назад. Я официально не смогла устроиться на работу, потому что во всех салонах (и это Москва) даже не то что медицинская книжка не нужна, а даже не нужен паспорт. Понимаете? Даже мне стало страшно. Я старой закалки, я знаю, что такое медицинские книжки. И мы проходил все официально обязательно. Это нам нужно. Вы знаете, никому не нужны даже паспорта, а не то что медицинские книжки.

Тамара Шорникова: Ирина…

Зритель: Да?

Тамара Шорникова: Вы сказали, что не смогли официально устроиться. Как работают – это действительно отдельный страх. А почему не смогли?

Зритель: Я вам говорю – почему. Потому что официально никто не берет на работу, только все «всерую». Понимаете? У меня дошло до того, что я даже… Ну, мне это было все очень странно. Я позвонила нашему депутату, и она сказала, что такого не может быть. Вы знаете, конечно, не может быть, не может. А вы выйдите на улицу и пройдитесь по магазинам и по парикмахерским, вообще по сфере быта. И вы узнаете, что официально никто не работает.

Иван Князев: Да, Ирина, спасибо, спасибо вам. Услышали мы вас, поняли вашу мысль.

Александр Львович, действительно, наверное, очень большой процент тех, кто работают «втемную» – это как раз именно такие маленькие частные индивидуальные предприятия, у которых прямо совсем-совсем небольшой бизнес. Я прав?

Александр Сафонов: Вы знаете, отчасти да, отчасти нет. Потому что есть, например, бизнесы, которые специализируются на поставке работников якобы по аутсорсингу для крупных компаний: торговых сетей, логистических центров. И работники вроде бы там не числятся, в этих компаниях, хотя выполняют трудовые функции, но при этом, например, расчеты с ними идут не в соответствии с Трудовым кодексом. Работают они значительно больше, чем восемь часов. Иногда не ходят в отпуск. Иногда с них не требуют те справки, которые нужны в соответствии с законом. Поэтому все по-разному. Так что есть неформальная занятость как в крупном бизнесе, так и в малом.

Тамара Шорникова: Александр Львович, вот такая тревожная, мне кажется, SMS из Краснодарского края, обращение от телезрителя: «Дети, работайте «всерую»!» Мол: «Все равно завтра дефолт, туда-сюда, оставят вас без штанов. Не надо, не портите себе жизнь. Зарабатывайте на себя». Вот есть Ирина, которая старой закалки, и она хочет работать официально, она так привыкла – с медкнижкой, по всем правилам и так далее. А молодое поколение, молодые специалисты – они как хотят работать? Им важно это?

Александр Сафонов: Вы знаете, есть те, которым это важно. Это зависит от той среды, в которой они воспитывались. А есть люди, которым не важно. Ну, молодое поколение у нас вообще мало верит в пенсионную тематику. Понимаете, налоги никто не хочет платить. И это факт. Не хотели их платить и десять, и двадцать лет назад. Призыв по поводу того, что «обогащайтесь», в свое Бухарин его выдвинул после Великой Октябрьской революции, но это такой дикий индивидуализм. И возникает вопрос по отношению к тем, кто придерживается такой идеологии: а что у нас будет все-таки тогда с общественным транспортом, что у нас будет с общественными дорогами, если мы все перестанем платить налоги, и только потому, что это для бизнеса не выгодно?

Поэтому здесь нужна очень тонкая работа со стороны государства. Надо понимать, что бизнес заставляет уходить в тень. Зачастую это не просто налоги, а вот то, о чем говорила наша слушательница. Это слишком большая бюрократизация, которая приводит к закрытию организаций малого бизнеса, в связи с тем, что требуется большое количество правок, разрешений. Это не требует на самом деле больших денег, вливаний из бюджета, но требует хорошей работы государственного аппарата.

Тамара Шорникова: Хочется просто понять, буквально коротко: а кто же победит? На что нам рассчитывать в будущем? Индивидуалисты или налоговики, условно?

Александр Сафонов: Скорее всего, налоговики.

Тамара Шорникова: Спасибо.

Иван Князев: Спасибо вам. Александр Сафонов, проректор Финансового университета при Правительстве России, был с нами на связи.

В завершение несколько SMS. «Выгоднее «серая» зарплата, потому что немногие доживают до пенсии», – это из Владимирской области. «Официально – 0,5 ставки, а остальное – в конверте», – Нижний Новгород. Архангельская область: «Зарплата очень «белая», прозрачная, такая, что в руках не видно», – пишет телезритель.

Тамара Шорникова: И после новостей мы будем говорить о приемной кампании, в вузах она завершилась официально. В этом году она прошла онлайн, плюс отменили второй поток. Программисты, менеджеры или юристы? На какие специальности и сколько поступило? Позвоните и расскажите.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)