Российская вакцина от коронавируса: как её получили, какое у неё действие и будут ли побочные эффекты?

Российская вакцина от коронавируса: как её получили, какое у неё действие и будут ли побочные эффекты? | Программы | ОТР

Отвечаем на все вопросы

2020-08-05T19:36:00+03:00
Российская вакцина от коронавируса: как её получили, какое у неё действие и будут ли побочные эффекты?
Дорожает даже мусор
Индекс Масленицы. Торговля личными данными. Дорогой мусор. Связь в глубинке. Помощь безработным
Хоть какая, но занятость
Село: абонент недоступен!
Домик с окнами в ад
Безработные с приданым
ТЕМА ДНЯ: Мусор дорожает
Индекс Масленицы: блин, как всё дорого!
ОПЕК-батюшка, нефть-матушка…
Торговля данными о россиянах
Гости
Наталья Кудрявцева де Лима
международный консультант
Анатолий Альтштейн
вирусолог, профессор, сотрудник НИЦ эпидемиологии и микробиологии имени Н.Ф.Гамалеи

Константин Чуриков: Мы привыкли посыпать – и здесь в эфире тоже – голову пеплом, говорить, как мы отстали от остального мира. Но, возможно, уже в ближайшие дни у нас появится (я не шучу) повод для гордости. Это событие уже сравнивают, между прочим (Оксана, не смотри на меня так), с запуском первого искусственного спутника или с первым полетом человека с космос, между прочим.

Оксана Галькевич: Я стряхнуть хотела пепел.

Константин Чуриков: Это надо не с меня стряхивать.

Оксана Галькевич: Речь, друзья, на этот раз о российской вакцине от коронавируса, выпущенной центром имени Гамалеи, которую могут зарегистрировать уже через восемь дне. Ждем. В понедельник глава Фонда прямых инвестиций Кирилл Дмитриев говорил, что уже на следующей неделе вакцина получит официальное разрешение.

Константин Чуриков: Если все случится именно так, Россия станет первой страной, которая изобрела прививку от этой опасной и страшной болезни. Кстати, тот же глава ФПИ Дмитриев говорил, что вакциной уже интересуются больше 20 стран, в том числе Бразилия и Индия, которые хотят даже наладить ее производство на своей территории.

Оксана Галькевич: В общем, эту тему мы сейчас обсуждаем в ближайшие полчаса. Выходите на связь, звоните и пишите.

Ну а с нами на связь сейчас выходит Анатолий Альтштейн, российский вирусолог, доктор медицинских наук, профессора Центра эпидемиологи и микробиологии имени Гамалеи, где как раз и сделали эту вакцину. Анатолий Давидович, добрый вечер.

Константин Чуриков: Здравствуйте.

Анатолий Альтштейн: Здравствуйте.

Константин Чуриков: Анатолий Давидович, ну что, хочется быть первыми, первыми уколоть мир (во всех смыслах этого слова)?

Анатолий Альтштейн: Вы знаете, я не стал бы так подчеркивать приоритеты, потому что сейчас многие, несколько стран, достаточно много компаний разрабатывают свою вакцину. В какой-то мере, конечно, это будет соревнование, но в целом это едино направленное действие человечества против коронавируса, против той угрозы, которая на нас надвинулась в этом году.

Оксана Галькевич: Анатолий Давидович, вы можете нам рассказать простым языком? Ну, просто вы – специалист, а мы – широкая аудитория и, в общем, не имеем таких познаний в этой сфере. Простым языком принцип действия нашей вакцины, тот путь, которым пошли наши ученые.

Анатолий Альтштейн: Они пошли путем, который они разрабатывают уже довольно много лет. И для этой работы по созданию этой вакцины все было готово, в значительной мере многое было готово еще до того, как возникла эта задача. Надо сказать, что это дало возможность быстро выполнить ту задачу, которая возникла, сделать эту вакцину как можно быстрее.

В чем принцип этой вакцины? Эта вакцина основана на аденовирусном векторе. Аденовирусы – возбудители таких нетяжелых заболеваний верхних дыхательных путей у человека. И они изучались, молекулярная биология этих вирусов изучалась в центре Гамалеи давно. До этого тот коллектив, который там сложился, начиная еще с 80-х, если не с 70-х годов, изучал эту проблему. И это привело к тому, что сейчас было сделано. Поэтому это не скороспелая такая работа, когда внезапно, вдруг – раз, два, три, четыре! – и создали вакцину.

Константин Чуриков: Анатолий Давидович, многие боятся в нашей стране, думают, что эта прививка, эта вакцина представляет собой частичку самого вируса, что тебе как будто подсаживают вирус. Объясните, что это не так, чтобы люди не пугались.

Анатолий Альтштейн: Вы знаете, аденовирус – это вирус, конечно, но он не вызывает тяжелых заболеваний у человека.

Константин Чуриков: Но не коронавирус.

Анатолий Альтштейн: Кроме того, в состав этого аденовируса, в геном, в генетический материал этого вируса вставляется определенный ген из коронавируса. Сам по себе этот ген ничего не может сделать в организме человека.

Константин Чуриков: Вот!

Анатолий Альтштейн: Сам аденовирус, тот вектор, в который это вставлено, тоже ничего плохого не может сделать в организме человека. И их сочетание не должно привести ни к чему плохому после введения в организм человека. То есть аденовирус играет роль такого транспортного средства, которое направит в организм человека, в клетки человека направит определенный коронавирусный ген. И это само по себе безопасно.

Оксана Галькевич: А каков принцип работы этого аденовируса, который как транспортное средство, как вы говорите, работает? Вот он попадает в наш организм – и что дальше происходит?

Анатолий Альтштейн: Он устроен таким образом, что когда он попадает в организм, в организме размножаться не будет. Частицы этого вируса (вирионы) заражают клетки человека. И вместе с генетическим материалом аденовируса в клетки выходит этот ген коронавируса. В ответ на введение этого коронавирусного гена в клетках начинается синтез белка, коронавирусного белка, который является иммунизирующим агентом. В ответ на этот белок в организме разовьется иммунитет против коронавируса – и человек приобретет невосприимчивость к коронавирусу.

Константин Чуриков: Анатолий Давидович, давайте сейчас посмотрим на наших конкурентов в этой коронавирусной борьбе, на страны, которые тоже занимаются сейчас производством вакцины. Это не только мы, естественно, а это США, Китай, Великобритания. Есть вообще какой-то Глобальный альянс по вакцинам и иммунизации – там и ВОЗ, и ЮНИСЕФ, и Всемирный банк, и Фонд Гейтсов, правительства разных стран. Еще, конечно, Европа – Германия, Франция и так далее.

У вас есть какая-то информация? То, что сделал ваш центр имени Гамалеи – это принципиально отличается от того, что делают ваши коллеги в мире? Или это все примерно одно и то же?

Анатолий Альтштейн: Нет, то, что сделали в России, не принципиально отличается от того, что делают и в других странах, но отдельный подход. Этот подход в мире был уже известен, он разрабатывался и раньше. К тому же сам НИЦ имени Гамалеи имеет большой опыт в разработке вакцин на этой платформе. Была создана вакцина против Эболы, очень похожая. И была создана вакцина против коронавирусной инфекции MERS. Поэтому с этим, так сказать, производители нашей сегодняшней вакцины уже работали раньше. И здесь все более или менее, так сказать, отработано.

Что касается зарубежных коллег, то некоторые из них работают на схожем принципе – тоже на аденовирусной платформе. Причем другой аденовирус там используется – аденовирус шимпанзе. Другие разрабатывают вакцины, отличающиеся по своему типу. Разрабатывается инактивированная вакцина, которая делается из коронавируса, инактивированного формалином. Разрабатывается также совершенно новая вакцина на основе коронавирусной информационной РНК, которая тоже образует в организме вот этот белок, который отвечает за иммунитет от коронавируса. В этом отношении разные вакцины сходны.

Цель всех этих вакцин – вызвать в организме человека образование белка, в ответ на который возникнет иммунитет у людей против коронавирусной инфекции.

Оксана Галькевич: Анатолий Давидович, у нас есть звонок в прямом эфире, давайте выслушаем Ксению из Москвы. Ксения, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте.

Константин Чуриков: Здравствуйте.

Зритель: Я работаю в больнице 52-й. И мне интересно, будет ли обязательной эта вакцина.

Оксана Галькевич: Обязательная именно вакцинация? Именно для медиков, видимо, вы имеете в виду, да?

Зритель: Нет, вообще для людей, ну и для медиков в частности.

Константин Чуриков: Так, Ксения, а вопрос с каким-то подвохом? Вы, может быть, не верите в эту вакцину?

Зритель: Абсолютно не верю. И не хотелось бы ее делать, потому что я не уверена в последствиях. Какая мутация дальнейшая? Как это отразится на дальнейших поколениях? И так далее. Я как бы против вакцин, во всяком случае таких новых, поэтому хотелось бы узнать, насколько это необходимо будет. В приказном ли порядке?

Константин Чуриков: И про мутации тоже спросим. Хорошо, спасибо, Ксения. Анатолий Давидович?

Оксана Галькевич: Анатолий Давидович, насчет добровольного вакцинирования или недобровольного.

Анатолий Альтштейн: Я думаю, что при массовой вакцинации, которая будет, конечно, уже в следующем году, вакцинирование, скорее всего, будет добровольное. А дальше будет видно, в зависимости от того, как эпидемия будет протекать, останется это добровольным или власти сочтут, что действительно необходимо всех иммунизировать. Это будет зависеть от того, как будет развиваться эпидемия. Но для начала все будет добровольно.

Я не знаю, как в отношении медиков. Прививки медицинскому персоналу, который является наиболее угрожаемым контингентом, они будут проводиться уже в этом году, скорее всего. И насколько они будут обязательные – я не знаю. Вполне возможно, что здесь будет так: те, кто откажутся прививаться, те не будут работать с этими больными.

Оксана Галькевич: Тут просто нам нужно добавить от себя, что до сих пор, Ксения и все другие наши телезрители, в принципе любая вакцинация у нас только на добровольной основе проводиться. В общем, заставить и насильно кого-то привить – нет такой возможности сейчас по закону.

Константин Чуриков: Да. И я просто добавлю, что ранее была информация о том, что производство, уже массовое производство вашей как раз вакцины центра Гамалеи начнется осенью, начнется в октябре и ноябре. В общем, будем ждать.

Спрашивают наши зрители, по-моему, из Волгоградской… нет, из Вологодской области: «Есть ли противопоказания, может быть, какая-то несовместимость с препаратами?» – спрашивают зрители.

Анатолий Альтштейн: Противопоказанием является, конечно, всегда при вакцинации, если тот, кого нужно вакцинировать, нездоров, если у него температура повышенная или он плохо себя чувствует. Это является отводом от вакцинации. Кроме того, конечно, могут быть отводами различные заболевания, которые связаны с изменениями иммунной системы человека, иммунодефицит. Как правило, это является причиной для отвода.

Оксана Галькевич: Анатолий Давидович, Архангельская область интересуется, на SMS-портал пришло сообщение: «А если аллергия? Где гарантия, что прививка не приведет к анафилактическому шоку?»

Анатолий Альтштейн: Нет, прививка к анафилактическому шоку не приведет, но аллергические реакции на нее вполне возможны. Поэтому люди, которые подвержены всяким аллергическим заболеваниям… здесь использование вакцины должно быть с осторожностью, нужно учитывать мнение врача, состояние здоровья этого человека. Это обязательно.

Константин Чуриков: Анатолий Давидович, последний вопрос. Много сообщений на портале о том, что люди не доверяют этой вакцине. Новосибирск пишет: «Чем больше бахвальства – тем меньше доверия». Почему у нас в целом вообще к вакцинам (кстати, кто-то пишет, что российского производства) вот такое отношение?

Анатолий Альтштейн: Вы знаете, я думаю, что такое отношение к вакцинам происходит из-за того, что вакцина – это препарат профилактический. Здоровый человек не чувствует потребности, что его нужно защитить от болезни, которая в будущем у него возникнет. Он думает, что он обойдется и без этого. И действительно, большинство людей не заражаются этой болезнью.

Но когда речь идет об очень тяжелых таких заболеваниях, когда угрожает смерть, инвалидность, то здесь, конечно, отказ от вакцинации совершенно неправильный. Есть целый ряд вакцин, которые применяются, и очень успешно применяются, и действительно защищают здоровье людей, их жизни. Вы знаете, как много сделала вакцина против оспы, которая была не такой уж хорошей и благополучной вакциной (в смысле осложнений), как много дала вакцина против полиомиелита, вакцина против кори. На успехе этих вакцин основано все наше прививочное дело.

Оксана Галькевич: Анатолий Давидович, вы знаете, тут пришли два сообщения из разных регионов на наш SMS-портал. Может быть, они покажутся вам странными. Ну, иногда нужно, может быть, какой-то просветительской работой в том числе заниматься. Ответьте, пожалуйста.

Вот первая, пишут: «У каждой страны своя вакцина. Не породит ли человечество еще и новый вирус во время разработки новой вакцины?» И вторит ему Рязанская область: «Это первенство приведет к тому, что Россию начнут обвинять в том, что и коронавирус русскими придуман».

В общем, о том, что не породит ли работа над вакциной, над противоядием, так скажем, некий новый вирус или не поспособствует ли распространению этого старого?

Анатолий Альтштейн: Вообще-то, новый вирус создать не так уж сложно в современных условиях. Другое дело, что создать вирус, который причинит опасность человеку, чрезвычайно трудно. Природа создает вот такие вирусы. Для человека, конечно, это очень трудно. Есть приемы, с помощью которых можно было бы создать опасные для человека вирусы. Использование этих приемов запрещается, и за этим есть достаточно строгий контроль.

Я могу вам твердо и с уверенностью сказать, что работа над вакцинами против коронавирусной инфекции не может привести ни к какому опасному вирусу и человечеству «грозит» только тем, что поможет в ликвидации коронавирусной инфекции. Если это кому-то не нравится, то пусть опасаются.

Оксана Галькевич: Спасибо.

Константин Чуриков: Да, спасибо.

Оксана Галькевич: Анатолий Давидович Альтштейн был у нас на связи, российский вирусолог, доктор медицинских наук, профессор Центра эпидемиологии и микробиологии имени Гамалеи, где и выпустили вакцину, которая может стать первой не только российской, но и первой в мире.

Константин Чуриков: Сейчас я предлагаю вывести в эфир представительницу одной из стран, которые заинтересованы, как сказал глава Фонда прямых инвестиций, в покупке нашей вакцины, то есть, по сути, в развертывании производства на территории. Это Наталья Кудрявцева де Лима, из Бразилии в прямом эфире, из столицы страны, международный консультант. Наталья, здравствуйте.

Наталья Кудрявцева де Лима: Здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте.

Константин Чуриков: Вот у нас здесь, в России, говорят об этом. Что говорят в Бразилии? И действительно ли большое внимание приковано к этой нашей разработке, отечественной, российской?

Наталья Кудрявцева де Лима: Несомненно. Принимая во внимание то, что многие бразильские врачи учатся в наших российских университетах, доверие к нашей вакцине есть, как вы понимаете. И уже ведутся переговоры с институтом Бутантан не только о закупке, но и производстве российской вакцины на территории Бразилии.

Константин Чуриков: Смотрите, теперь еще вопрос по поводу собственно эпидемиологической ситуации. Сейчас мы покажем на экране, сколько у нас сейчас заболевших-то в мире. Это просто какие-то гигантские цифры, в том числе по Бразилии.

Смотрите. 2 800 095 умерших. Я смотрю по отдельным штатам. Извините, у нас в России всего, по официальным данным, за весь период смертей 14 500, условно говоря, если округлять, а в одном только штате Рио-де-Жанейро почти 14 тысяч смертей. Почему так у вас?

Наталья Кудрявцева де Лима: Во-первых, давайте сначала посмотрим. Мы входим в первую тройку. То есть России и Бразилия – все-таки мы как-то отдалены от США. Связано это с тем, что, скорее всего, как говорят врачи (потому что я все-таки специалист в международных отношениях), как говорят врачи, это связано прежде всего с тем, что у нас сейчас, конечно, зима в Южном полушарии. Естественно, в южных штатах у нас выпадает снег, ближе к Южному полюсу. Соответственно, на севере у нас проливные дожди. И увеличивается количество острых респираторных заболеваний. Поэтому люди приходят за помощью в больницы, и есть много случаев заражения в самих госпиталях.

Тем не менее у нас 70% заболевших выздоравливают. Если вы видели бразильскую статистику, то у нас все-таки, скажем так, более миллиона заболевших. Но, соответственно, и много выздоровевших.

Оксана Галькевич: Более миллиона заболевших? Я по статистике смотрю, что у вас почти 3 миллиона заболевших уже, по статистике.

Наталья Кудрявцева де Лима: Так как я смотрю и слежу за СМИ разных стран, то статистика эта… У нас в Бразилии немножко другие данные, в США другие данные, в России другие данные. Есть разница.

Оксана Галькевич: Наталья, скажите, а что вообще по этому режиму, как у нас его называют, повышенной готовности? Как он у вас выглядит? Необходимо ли носить маски, требуют ли надевать перчатки в общественных, необщественных местах? Как сейчас ваша жизнь выглядит, как она организована?

Наталья Кудрявцева де Лима: Я нахожусь сейчас на фазенде вместе с семьей. У нас четвертый месяц карантина, мы работаем в дистанционном режиме, дома. По федеральному закону мы обязаны носить маски. Перчатки – необязательно. Во всех общественных местах ношение масок – обязательно. Школы, детские сады и другие учебные учреждения закрыты. Закрыты многие компании. Поэтому, да, мы готовимся в режиме повышенной готовности.

Константин Чуриков: А как вы думаете, Наталья, если все так серьезно, такие пугающие цифры по Соединенным Штатам, по Бразилии, по многим другим странам, то почему, в общем-то, во многих наших странах, наоборот… Я понимаю экономические резоны, но все равно на минуточку… Хорошо. В Рио-де-Жанейро открыли пляжи. Бразилия теперь принимает туристов со всего мира, если по воздуху, самолетом. Как это стыкуется с этой коронавирусной борьбой?

Наталья Кудрявцева де Лима: Да, у нас, к сожалению, открыли пляжи в субботу, у нас открыли воздушное сообщение совсем недавно. Ну, стоит посмотреть на пляжи европейские, в том числе и на российские пляжи. В Крыму тоже яблоку негде упасть.

К сожалению, тут такая ситуация… Врачи предупреждают об опасности, но люди должны делать выводы сами. То есть не приставишь к каждому человеку специалиста, который будет говорить об опасности. Люди должны иметь определенный уровень знаний, чтобы понимать, что опасность есть, естественно, нельзя относиться халатно к этой болезни. Соответственно, принимать соответствующие меры необходимо.

Поэтому то, что у нас открыли пляжи в субботу – мы отсчитаем пять дней и посмотрим, какова будет статистика. В принципе, она уже ясна будет через пять дней.

Константин Чуриков: Ну да. Тем более в Бразилии опасно, потому что все время все обнимаются, целуются при встрече. Бразильцев только выпусти – и они устроят!

Наталья Кудрявцева де Лима: Да, действительно. Потому что бразильцы – достаточно эмоциональный народ. Теперь мы не можем ни обниматься, ни целоваться. Для бразильцев это очень сложно. Также внуки не могут ездить к бабушке и дедушке, потому что они находятся в группе риска, возрастная категория. Правительство просит сократить визиты к пожилым людям. Поэтому, да, сейчас бразильцам нелегко. Но нелегко всем нам, я считаю.

Оксана Галькевич: Наталья, а то, что открыли пляжи – это означает, что это какой-то первый или один из этапов уже ослабления этого строго режима?

Наталья Кудрявцева де Лима: Дело в том, что на пляжи все равно, несмотря на все запреты, люди ходили (конечно, не в таких количествах). Вот открыли пляжи. Сейчас пытаются открыть школы и другие учебные заведения. Многие родители против. Многие родители ратуют до сих пор за то, чтобы все занятия проводились онлайн. То есть люди должны сейчас посмотреть, правительство хочет посмотреть, как пойдет дело.

Константин Чуриков: Наталья, но у вас же не было консенсуса, как говорится, в эшелонах власти, потому что президент Болсонару сначала не верил в вирус, а потом поверил, потом еще что-то.

Оксана Галькевич: Коронаскептиком был.

Константин Чуриков: На местах – свое.

Оксана Галькевич: Сегодня, кстати, было сообщение о том, что кто-то из высокопоставленных политиков бразильских тоже заболел коронавирусом.

Константин Чуриков: Министр еще один, да.

Наталья Кудрявцева де Лима: Министры болеют. Сам президент Жаир Болсонару уже протестировался позитивно на коронавирус, его жена тоже заболела. То есть такая ситуация. Есть, конечно же, заболевшие в эшелонах власти. Может быть, это в какой-то мере повлияет на последующие решения правительства.

Константин Чуриков: Да, спасибо, Наталья. Как говорится, saúde para todos! Здоровья всем! Наталья Кудрявцева де Лима, международный консультант, в прямом эфире оттуда, из Бразилии, где хотят купить нашу вакцину. Будем надеяться.

Оксана Галькевич: Скажи еще что-нибудь по-бразильски.

Константин Чуриков: Até mais! До скорого!

Оксана Галькевич: Продолжаем эфир, друзья. Оставайтесь с нами.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)