• Главная
  • Программы
  • ОТРажение
  • Андрей Колядин: Новые "майские указы" нужны. Если не ставить четкие задачи, определенная часть чиновников вообще не будет работать

Андрей Колядин: Новые "майские указы" нужны. Если не ставить четкие задачи, определенная часть чиновников вообще не будет работать

Гости
Андрей Колядин
политолог, член правления Российской ассоциации политических консультантов

Ольга Арсланова: Ну а прямо сейчас наша рубрика "Личное мнение": мы приветствуем в студии политолога, члена правления Российской ассоциации политических консультантов Андрея Колядина – здравствуйте.

Юрий Коваленко: Здравствуйте.

Андрей Колядин: Здравствуйте.

Ольга Арсланова: И вместе как всегда с нашими зрителями в том числе будем обсуждать самые громкие политические события.

Давайте начнем. Вот уже несколько дней российские чиновники, да и простые россияне обсуждают возможность появления неких новых майских указов. Сначала возникла некая информация со ссылкой на неназванные источники, ну и вот в Кремле уже действительно эту идею подтвердили. Пресс-секретарь Владимира Путина Дмитрий Песков заявил, что да, новые майские указы, точнее их идея обсуждается, даются некие распоряжения. Больше пока ничего не известно. Скажите, во-первых, вам что-то известно подробнее об этом процессе?

Андрей Колядин: Это было бы логично, потому что по сути своей если бы не вышли указы майские 2012 года, то, наверное, наше чиновничество несильно бы торопилось проявить себя в регионах на службе народу. Исходя из того, что последние годы до появления, до возвращения в практику всех выборов они же назначались, поэтому они несли ответственность перед президентом и несильно были заинтересованы в том, чтобы нравиться людям, вкладывать в это какие-то ресурсы. И президент, который определил 11 направлений майских указов 2012 года (там 218 было самых различных документов по самым-самым различным направлениям) по сути своей сделал очень много тем, что, во-первых, выровнял финансовое положение врачей и учителей, он сделал очень многое для реформирования Вооруженных сил, для обслуживания каждого человека в МФЦ (раньше нужно было каждую справку собирать, ходить по кабинетам, ждать, пока тебе выпишут, поставят очередную подпись очередной чиновник). То есть в принципе очень много сделано того, что нашу жизнь изменило, мы этого, может быть, даже не замечаем, но это произошло.

Есть свои минусы, потому что понятно совершенно, что чиновники на территориях, где денег было немного, а нужно было выравнивать по среднему уровню доходов в промышленности, заработную плату врачей и учителей, они начали мудрить и маркитанить, увольняя часть работодателей, перекладывая оставшуюся часть работы на оставшихся врачей, в результате возросла отчетность, возрос объем той работы, которая легла на плечи врачей и учителей, при этом заработная плата глобально не изменилась исходя из того объема работы, который им пришлось выполнять. Но это уже вторая история, я думаю, что это не предполагалось Владимиром Владимировичем, это уже местное творчество.

Ну и я думаю, что это нужно продолжать, потому что изменения экономики, изменения социальной сферы, культуры невозможны без совершенно четкой постановки задач и четкого контроля за выполнением этих задач. И я думаю, что одним из критериев эффективности глав региональных как раз будут новые майские указы, которые выйдут после того, как пройдут выборы.

Юрий Коваленко: Но все же если мы говорим по поводу "продолжать" – будут ли доделывать те указы 2012 года, или на регионы, которые и так не справляются, довесят новые какие-то траты, новые какие-то задачи?

Андрей Колядин: Вы знаете, на самом деле по оценке правительства, например, 92-94% указов выполнено. Понятно, что…

Ольга Арсланова: Это то, что Владимир Путин сам рассказал на пресс-конференции в 2017 году.

Андрей Колядин: Да. То, что было в 2012 году, значит…

Ольга Арсланова: Еще 2 года до выполнения предыдущих майских указов.

Андрей Колядин: До 2020 года целый ряд указов, конечный срок – это 2020 год. Но и по социальным вопросам очень… Понятно, что не организовано 25 миллионов новых рабочих мест, экономическая ситуация изменилась. Понятно, что, наверное, с уровнем производительности труда еще есть над чем работать, исходя из того, что экономика находится в стагнации. Но тем не менее эти задачи ставятся сейчас, в данный момент, просто их нужно конкретизировать и уводить в плоскость конкретных задач и выполнения этих задач. Понятно совершенно, что, наверное, экономическая реальность будет вносить некие коррективы, но если не требовать повышения соответствующего уровня жизни, повышения рождаемости… Кстати, там на 1.7% должна была увеличиться, а на 1.8% увеличилось количество рожденных детей. То есть все вот эти вот вроде бы строятся перинатальные центры, вроде бы он где-то там стоит, для большинства людей он не имеет особого значения, а когда у тебя должен родиться ребенок и ты очень за него беспокоишься, выясняется, что это место, в котором решаются очень многие твои проблемы, и так по целому ряду направлений действительно происходят небольшие изменения жизни, то, что и должно происходить. Мы, конечно, хотим, чтобы сразу произошло все, мгновенно и мы зажили как в лучших домах Парижа и Лондона, но все сразу… Сразу даже кошки не рождаются.

Ольга Арсланова: Что говорят в ваших кругах ваши коллеги, что может стать центральной темой? По некоторым данным борьба с бедностью, очевидно, судя по тому, что пишут наши зрители, сейчас это самая острая проблема. Но, может быть, из Кремля по-другому видят.

Андрей Колядин: Нет, это действительно серьезная проблема, борьба с бедностью. И я думаю, что некие положения тех направлений, которые будут меняться и будут освещены в следующих указах, мы услышим уже первого числа в ежегодном послании президента Федеральному собранию.

Ольга Арсланова: Да, мы будем его транслировать конечно же.

Андрей Колядин: Да-да. То есть сейчас такая интрига вокруг, и так секретятся все пункты этого послания, стараются, чтобы не было никаких утечек, что я, например, жду его с большим интересом, потому что обычно это некое такое важное мероприятие, но на которое не обращает основной политический истеблишмент большое внимание. А тут просто ожидается какое-то очень необычное событие. Соответственно я думаю, что основные пункты мы услышим в послании президента. Но о том, что борьба с бедностью, конечно же, один из пунктов, который нужно раскладывать на подпункты и по ценам, и по финансовому обеспечению малоимущих граждан, и по льготам, и по всем остальным пунктам.

Юрий Коваленко: Есть мысль у экспертов и аналитиков о том, что, скажем так, помощь будет оказана, помощь будет большей, все дотации, все выплаты увеличатся, но они достанутся не то чтобы не всем, а за них придется опять побегать, то есть где-то кому-то доказывать, где-то какие-то справки собирать, опять та же самая волокита может начаться.

Андрей Колядин: Вы знаете, я думал, что в условиях нынешних МФЦ…

Юрий Коваленко: МФЦ не везде, начнем с этого.

Андрей Колядин: Я понимаю, что в разных местах по-разному. Многие вопросы значительно облегчились сейчас. Я, например, недавно сам столкнулся с ситуацией, когда заплатил налоги, а они продолжают начисляться, пришлось оббегать очень много кабинетов, для того чтобы доказать, что эти налоги все заплачены несмотря на то, что через госуслуги платил и все. Конечно же, сложности будут, потому что будет дифференцированная помощь наверняка, то есть не будет такого массового охвата, ты приходишь и говоришь: "Я бедный, дайте мне, пожалуйста". Но я думаю, что исходя из того, что большинство услуг сейчас переводится в электронный вид, через госуслуги, через МФЦ можно их получать. Я думаю, что все равно это не будет критично для большинства людей по крайней мере крупных и средних городов.

Юрий Коваленко: Ну крупные и средние города – это понятно. А если, допустим, человек живет в регионе, где нет Интернета, электричества даже нет, печка на дровах, не то чтобы на Интернет у бабушки не хватает средств, а не хватает, просто даже компьютера нет у нее. Каким образом она будет все это реализовывать? То есть к ней приходит 1 раз в неделю соцработник, который что-то может ей рассказать, весточку с большой земли, и все. Эти люди так и останутся забытыми, или все-таки какая-то подвижка в этом плане есть?

Андрей Колядин: Я все-таки, наверное, в этом отношении скептик. Я не думаю, что наша жизнь в зависимости от второго этапа указов изменится кардинально. Но я думаю, что будет очередной шаг к нормальному цивилизованному обществу. Конечно же, он коснется прежде всего крупных и средних городов, в которых есть цифра, в которых можно получить услуги через…

Юрий Коваленко: То есть опять централизация, деревню забыли?

Андрей Колядин: Ну я думаю, что и до туда дойдет тоже. Я был поражен недавно, что мы анализировали охват Интернетом одной из национальных республик не самой богатой, мягко говоря, и с удивлением обнаружили, что 64% населения этой республики ежедневно пользуются Интернетом, и этот процент растет все больше.

Юрий Коваленко: То есть не газифицировано, но Интернет есть.

Андрей Колядин: Ну это же не только тепло, а еще и интересно. Поэтому, конечно, без проблем не обойдется и найдутся предприимчивые люди, которые будут очередную волну указов оборачивать в свою пользу, для того чтобы минимальный ущерб был для них лично. Но я думаю, что если это не будет происходить, то определенная часть чиновников вообще не будет работать, если перед ними не ставить четкие задачи.

Ольга Арсланова: Скажите, пожалуйста, сама практика вот таких долгосрочных, пролонгированных программ – это российская история или это во всем мире происходит? Просто экономика меняется очень быстро, в 2012 году не было санкций, была другая нефть, был другой рубль, неизвестно, что будет после 2020 года.

Андрей Колядин: Нет, это российский нюанс. Все-таки некая такая централизация управления и политического, и экономического, то, что сейчас собираются все основные проекты вокруг государственных коррупций, это заставляет включать вот такие механизмы. Потому что если бы экономика была свободной и рыночной, то тогда большинство людей сами бы решили свои проблемы.

Юрий Коваленко: То есть получается, что майские указы – это такой второй уровень ручного управления, когда там, где тонко и может порваться, мы туда ставим заплаточку какую-то.

Андрей Колядин: Да, да, это тоже одна из особенностей управления, к большому сожалению. Но просто это необходимо делать.

Юрий Коваленко: Вот по поводу предстоящих майских указов. Понятное дело, что завтра мы очень много чего узнаем о том, каким образом будем развиваться…

Ольга Арсланова: Послезавтра.

Андрей Колядин: Послезавтра.

Юрий Коваленко: Послезавтра, да. И вопрос такой: насколько, скажем так, спрашивается мнение самих людей? Большая часть всех указов и законов, которые принимаются, как правило, имеют такую статистическую подоплеку: по статистике у нас здесь столько, нам надо сделать столько. То есть какое-то обезличивание россиянина, человек чувствует себя средним, а не…

Андрей Колядин: Госплан своеобразный.

Юрий Коваленко: Да. Можно ли говорить о том, что у нас сейчас такая ситуация?

Андрей Колядин: Я могу сказать, что, конечно же, анализируются самые различные… Делаются и социологические замеры, и очень детально анализируются те прямые линии, которые… Вы же знаете, что Владимир Владимирович до сих пор папочки раздает руководителям регионов, откуда приходят запросы от народа о том, что то не сделано, се не сделано и заставляет все-таки с этими проблемами работать, те, которые касаются региональную власть. Но это тоже нюансы, связанные с тем, что региональная власть в определенный момент несколько улетела от людей исходя из того, что они нравились федеральному центру, потому что федеральный центр их назначал. Сейчас ситуация несколько меняется, их избирают. Пускай это несколько так пока что еще коряво выглядит исходя из того, что…

Ольга Арсланова: Кто избирает.

Андрей Колядин: Да, исходя из того, что и муниципальные фильтры, и нюансы всякие есть этих выборов. Но тем не менее они все равно должны ориентироваться на людей тоже. Поэтому сказать о том, что все строится на пожеланиях людей – нет, это не строится на пожеланиях людей, это строится на тех нюансах и проблемах, которые выявлены в ходе работы министерств, ведомств. Они понимают, что именно здесь тонко, здесь нужно принимать соответствующие решения, и делают свои предложения, эти предложения анализируются, отбираются, проверяются через экспертные сообщества, после этого появляются указы.

Ольга Арсланова: А мы россиян слушаем, у нас открытый прямой эфир. Сейчас на связи Кировская область, наша зрительница Виктория. Здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте. У меня два вопроса к вашему гостю Андрею. Первый вопрос: как правительство собирается все-таки бороться с бедностью? Потому что я являюсь медработником, в январе нам повысили зарплату на 4%, в итоге моя зарплата не увеличилась, а уменьшилась на 3 тысячи, потому что убираются стимулирующие факторы в зарплате. Это первый вопрос. И второй вопрос. В мае ожидается увеличение минимальной заработной платы. По всей стране у нас ведется мониторинг средней зарплаты. Почему при повышении минимальной заработной платы не мониторится средняя оплата ЖКХ? Почему она не учитывается? Что такое 11 тысяч, если у нас в Кировской области… У нас в собственности двухкомнатная квартира, в которой никто не прописан, она просто в собственности, мы за нее за январь заплатили 6 200.

Юрий Коваленко: Спасибо.

Андрей Колядин: Да. Я, наверное, не буду уходить внутрь экономических вопросов, потому что я всех этих нюансов не знаю. Я знаю, что существует масса самых различных проблем, и эти проблемы с тем, что те, кто предоставляют услуги, те, кто продают товары, безудержно повышают цены. Это, бесспорно, контролируется, но если ЖКХ, то более 15% нельзя поднимать ЖКХ, и то этим заменится антимонопольный комитет, у них есть специальные комиссии, которые соответствующим образом смотрят, насколько в соответствии с инфляцией, изменениями окружающего бытия, уровня жизни можно поднять оплату тех или иных услуг ЖКХ. Но есть и другие расходы. Я не знаю, есть расход, которые касаются… Я перед постом зашел на рынок, помидоры стоили 200 рублей в воскресенье. В понедельник зашел, они стоят 500 рублей, они в 2 раза подорожали, потому что пост и потому что для людей теперь это…

Юрий Коваленко: И никого не обвинишь, потому что рыночная экономика.

Андрей Колядин: И не обвинишь, да.

Юрий Коваленко: Но все же первая часть вопроса тоже была достаточно интересной от нашей телезрительницы – она сказала, что проиндексировали, а зарплата уменьшилась. Мы же знаем закон сохранения энергии, то есть деньги никуда не делись, они перешли к какому-то среднему человеку, для того чтобы выровнять статистику. И у многих людей такое мнение.

Андрей Колядин: Вот я думаю, что это одна из проблем указов. Они, бесспорно, преследуют правильные, благие цели, если говорить о заработной плате, например, врачей и учителей. То есть по сути своей вывести из нищеты тех людей, которые обеспечивают наше здоровье и образование наших детей – это правильная позиция. Но возложив на территории эту обязанность, это привело к тому, что те территории, у которых нет свободных денежных средств, начали искать способы решения, как отчитаться перед начальником и при этом ничего не изменить. Либо стали брать кредиты, а это, сами понимаете, кредиты нужно отдавать, и вот в прошлом году в сентябре было большое заседание Президиума Госсовета, когда решали, как выкручиваться из этой ситуации, когда регионы некоторые типа Хакассии, например, готовы чуть ли не банкротами себя объявить, или Мордовия, которая в 2 раза закредитована. Либо они начинают решать, снимать одни оплаты, доплачивать… Я думаю, что это все-таки некое должно быть консолидированное решение Минтруда, Министерства ЖКХ и прочих, чтобы искать это решение, чтобы деньги не… Чтобы действительно уровень жизни рос, а не росло финансовое обеспечение в одних аспектах заработной платы и отнимали в других аспектах.

Юрий Коваленко: Это как известный анекдот про мясо, капусту, в итоге все едят голубцы.

Андрей Колядин: Да.

Юрий Коваленко: Но на самом деле так, увы, не выходит.

У нас есть звонок еще один, нам дозвонился Игорь из Брянска. Игорь, здравствуйте.

Зритель: Добрый вечер. У меня вопрос к Андрею. Андрей, вот послушайте, почему наше правительство с бедностью борется, а не введет простое решение этого вопроса? Ввести, как в Америке… Они же смотрят, как топ-менеджеры получают большие зарплаты в крупных компаниях – почему они не сделают 5.5 долларов в час заработную плату и выведут людей этих, заставят бизнесменов, которые "в черную" работают, тоже "в белую" выйти, и вопрос решится. А если у них нет денег, они сейчас скажут, может, они плохо работают, правительство, президент? Как вы думаете?

Андрей Колядин: У нас есть другая схема – это, значит, минимальная оплата труда, минимальную оплату труда сейчас подняли совсем недавно до среднего прожиточного минимума, что 9 с чем-то, около 10 тысяч рублей. Но в самом деле я считаю, что нужно не категории устанавливать и не расценку за час, в Китае дошли сейчас до того уровня, когда людям низких категорий даже билеты не продают в скоростные электрички, потому что как бы считается, что у них нечем это оплатить, у них спрашивают категорийность, в какой категории они находятся. Я думаю, что надо просто больше доверять людям и включать некие рыночные механизмы для поддержки малого бизнеса, среднего бизнеса. Малый бизнес в той же самой Америке, о которой мы говорим, составляет 75% валового продукта, они действительно зарабатывают серьезные деньги.

Юрий Коваленко: Но мы же говорим о том, что не кошмарим бизнес, занимаемся бизнесом. Как только мы начинаем заниматься бизнесом, мы начинаем терять нити управления финансирования населения. Вот действительно, почему закон о почасовой оплате не прошел в Госдуме? Сразу же был отвергнут, причем отвергнут был категорично.

Андрей Колядин: Я думаю, что… Я не могу сказать с точки зрения экономиста, какие были соображения в соответствующих министерствах, но чаще всего это связано с очень серьезными ресурсами, которые нужно выбрасывать на рынок труда. То есть иногда вот говорят: "Давайте повысим для ветеранов войны или для больных определенной категорией болезни обеспечение". Вроде бы, казалось бы, на 5 тысяч прибавить всем, им легче будет жить. А потом когда выясняется, что это охватываются большие массивы людей, выясняется, что нет этих свободных ресурсов, их неоткуда взять. Вот сначала нужно решить вопрос, откуда брать ресурсы. А ресурсы нужно брать со свободного предпринимательства, развития бизнеса, развития малого и среднего бизнеса. Это не просто не кошмарить, а создавать некие предпосылки, для того чтобы люди работали и зарабатывали деньги, а не смотрели на то, что им патерналистски спустят сверху очередные доплаты. Вот, наверное, вместе с ликвидацией бедности нужно еще, как в том анекдоте: "Мой дед боролся, чтобы не было бедных, а вы боретесь, чтобы не было богатых".

Ольга Арсланова: Несколько сообщений от наших зрителей. "МРОТ приведет к увеличению выплат, микробизнес и малый бизнес окончательно умрут", – потому что разделять доходы населения и бизнес довольно странно, в общем-то, вещи взаимосвязанные. Орловская область: "После объявления майских указов у всех сотрудников нашей больницы зарплаты уменьшились, а у некоторых уменьшились даже в 2 раза", – сообщают наши зрители. Другой зритель отвечает: "Не волнуйтесь за врачей и учителей: одним мы сами в карман благодарность запихиваем, другими вместо того чтобы хорошо учить, репетиторством неплохо живут. Ну вот рыночная экономика, выживаем как можем". Это то, что касается зарплат и повышения зарплат бюджетникам.

Андрей Колядин: Вы понимаете, что указы тоже появились не просто так. Указы появились, потому что в свободной рыночной экономике люди выживают как могут сами. То есть в свободной рыночной экономике не поддерживают банки: если банк накосячил, он просто исчезает с политической и экономической арены. В свободной рыночной экономике не поддерживают госкорпорации, которые не могут справиться сами со своими проблемами. То есть ты либо погибаешь, либо, если ты талантлив, ты всплываешь сам, нет такого патернализма.

Но у нас патерналистское государство, у нас государство, которое предпочитает выплачивать заработные платы, повышая их, что правильно, при этом, может быть, меньше внимания уделяя развитию доходной части бюджета. А доходная часть бюджета – это наша работа, это наши открытия новых предприятий, это развитие бизнеса, в том числе и малого, это выведение из тени, причем не насильственное выведение той самой "гаражной экономики", о которой сейчас говорят, а просто предоставление для них вариантов, когда им выгоднее работать не в гаражах, а в открытом пространстве.

Юрий Коваленко: Но это все затраты. Российский бизнес привык хотя бы к какой-то достаточно серьезной маржинальности, чтобы иметь какой-то задел на будущее. Потому что в условиях…

Ольга Арсланова: Когда же она у него была, эта самая маржинальность, чтобы он к ней привык?

Юрий Коваленко: Вот. Хотя бы что-то. Бизнесмены, я прекрасно понимаю, каким образом они пытаются сохранить свой бизнес, потому что несколько неверных движений, можно попасть в черный список и вообще отказаться от своего бизнеса, никогда больше не получить ничего, несколько неверных движений и уже, скажем так, трудоконтролирующие организации будут приходить и спрашивать, почему вы не платите "белую" зарплату.

Андрей Колядин: Или несколько верных движений, и тебя заметят и захотят разделить с тобой твой бизнес.

Юрий Коваленко: Либо так. Поэтому как бы бизнес сам по себе, он пытается хоть как-то сдержать своих рабочих и выплачивать им хоть какие-то деньги. И в этой ситуации я просто не представляю, каким образом можно поддержать бизнес. То есть нельзя же каждому действительно денег дать, вот, давайте, развивайтесь.

Андрей Колядин: Нет, есть нюанс такой. Говорят, что не надо нам помогать, не мешайте, мы сами все сделаем. Как говорил один мой хороший знакомый, нужно вводить новый НЭП, нужно давать возможность людям закрывать те самые ниши, которые сейчас не закрыты и в потребительских услугах, не проводя проверки, не создавая некие налоговые каникулы и так далее. Но у нас как бы считается, что люди не готовы к тому, чтобы сами вести бизнес, для того чтобы сами выбирать себя начальников, что нужно им помочь в этом, что за них нужно решить эти вопросы. А это приводит к тому, что есть необходимость в дополнительных указах, которые заставляют начальников заботиться о тех людях, которые живут на данных территориях.

Ольга Арсланова: Давайте вернемся к посланию, обращению к Федеральному собранию. Мы вскользь об этом упомянули – это событие, которое произойдет послезавтра, в четверг. Вы сказали, что в этот раз нечто экстраординарное ожидается в том числе в политологических кругах.

Андрей Колядин: По крайней мере есть надежда такая, да.

Ольга Арсланова: Почему вы так думаете? Что особенного может быть там?

Андрей Колядин: Вы знаете, любая компания выборная, какая бы она ни проходила, обычно связана с неким образом будущего, с теми пунктами, когда… Вот любую из компаний есть смотреть, "2020", вы помните, была программа, в которой было расписано развитие нашей страны до 2020 года, план Путина был, были там "6 шагов", "7 ударов", "12 прыжков", "17 приседаний". То есть всегда были определенные шаги, которые давали некое представление о том, что будет с Россией дальше. И год назад, когда было такое преддверие нового политического сезона, который должен был завершиться выборами, а это вот-вот произойдет, очень много было и материалов, и статей о том, что сейчас, значит, целые институты, группы работают над тем, чтобы этот образ будущего создать. И неоднократно выступали там самые различные клубы, представители либерального крыла, Глазьев, которые говорили о том, что нужно сделать, Россия должна быть такой-то. И вот где этот продукт? Очень бы хотелось этот продукт услышать. Уже выборы пройдут через 3 недели. Думали, что это будет на одной из встреч с президентом, думали о том, что это будет на встрече с доверенными лицами, когда будет обсуждаться программа.

Вот сейчас очередная надежда у всех людей, которые занимаются политикой и которые интересуются некими преобразованиями, о том, что это произойдет в послании. Исходя из того, что послание несколько так сдвигалось несколько раз и вокруг происходили такие выплески утечек информационных волн о том, что оно дорабатывается, о том, что он будет особым, что там будут основные знаковые события того самого будущего России, которая потом перейдет из рук Путина следующему его преемнику. И поэтому все ожидают, все звонят, все спрашивают, журналисты каждый день звонят, спрашивают, что же там такое, рассказывают всякие истории о том, где проходит эта тайная вечеря с политтехнологами и политологами, журналистами, которым рассказывают, показали это послание и вот они уже знают, а мы не знаем, спрашивают, был я там или нет, я говорю, что нет, не был, я и не уверен, что эти тайные вечери проходят. Но тем не менее нагнетается некий в том числе и искусственно интерес к этому событию. Поэтому я надеюсь, что это событие действительно будет знаковым, в котором озвучатся те самые смыслы, те самые направления деятельности, которые будут в ближайшее время являться сутью нашей страны, которые будут менять нашу страну. Но осталось полтора дня, для того чтобы узнать.

Юрий Коваленко: Ждем с нетерпением.

Ольга Арсланова: Спасибо большое за то, что пришли к нам. Мы говорили о главных политических событиях и, наверное, о политическом событии на этой неделе, которое рискует затмить все остальные.

Андрей Колядин: Да.

Ольга Арсланова: В гостях у нас был Андрей Колядин, политолог, член правления Российской ассоциации политических консультантов. Это была рубрика "Личное мнение".

Юрий Коваленко: Спасибо.

Андрей Колядин: Спасибо.

  • Все выпуски
  • Полные выпуски
  • Яркие фрагменты
  • Интервью
  • Сюжеты