• Главная
  • Программы
  • ОТРажение
  • Александр Соколов: Одна из главных проблем в том, что люди не сразу реагируют на сигнал пожарной тревоги, предполагая, что она учебная

Александр Соколов: Одна из главных проблем в том, что люди не сразу реагируют на сигнал пожарной тревоги, предполагая, что она учебная

Гости
Александр Соколов
заместитель начальника 12-й пожарно-спасательной части ФПС по г. Москве

Тамара Шорникова: Продолжаем эфир программы "Отражение". И прямо сейчас – рубрика "Профессии". Сегодня поговорим о работе пожарных – сложной, опасной и непредсказуемой. Наш гость приехал в студию с места тушения пожара в Московском торговом центре. Пожар потушен.

Давайте знакомиться. Александр Соколов – заместитель начальника 12-й пожарно-спасательной части Федеральной противопожарной службы по городу Москве. Здравствуйте.

Александр Соколов: Здравствуйте.

Тамара Шорникова: Ну, как добрались?

Александр Соколов: Добрался хорошо, спасибо.

Тамара Шорникова: Сегодня поговорим о том, чем занимается пожарный, легко ли им стать и вообще каждый способен ли на это, о должностных инструкциях и о нормативах. Приглашаем всех телезрителей к нашему разговору. Если у вас есть вопросы, задавайте их нашему гостю с помощью телефона, с помощью SMS и с помощью наших соцсетей. Отвечать начнем сразу после сюжета. Мы сняли видеоматериал о рабочих буднях пожарных, давайте посмотрим.

СЮЖЕТ

Тамара Шорникова: Ну, вот такие возрастные отметки мы видели в вакансиях открытых, но это для начинающих. А вообще в профессии обычно до скольки лет работают? Вот какой такой рабочий стаж в основном?

Александр Соколов: Ну, стаж определен – 45 лет, это по возрасту. И по выслуге – 20 лет.

Тамара Шорникова: Это молодая профессия? Или много опытных и зрелых сотрудников?

Александр Соколов: Нет, очень много опытных и зрелых сотрудников, у которых еще можно и есть чему поучиться. Даже больше скажу, что они в данный момент тоже есть у нас в пожарной части, работают. Много историй рассказывали с тех времен, когда еще даже не было того оборудования, которое имеется сейчас на вооружении.

Тамара Шорникова: То есть как потушить пожар, даже не обладая таким оборудованием?

Александр Соколов: Да.

Тамара Шорникова: Ну, в экстренных ситуациях всякое бывает.

Александр Соколов: Все верно, да, все верно.

Тамара Шорникова: Вы сказали сейчас о стаже и о выходе на пенсию. Это все такие статистические данные. Ну а если говорить о самой работе – она тяжелая психологически и физически. Вот по вашему опыту, сколько люди в среднем все-таки задерживаться в этой профессии? 10–15 лет, а потом лучше все-таки уходить на пенсию? Или на повышение, например?

Александр Соколов: Ну да, есть такой момент, что, допустим, молодой офицер после академии приходит, то у него есть карьерный рост. А кто-то непосредственно приходит пожарным после армии. Ему нужно пройти определенный курс индивидуальной подготовки, потом курсового обучения, непосредственно получить допуск к тушению пожаров и проведению аварийно-спасательных работ. И после этого он уже смотрит, что для него лучше – карьерный рост или остаться на той же должности. И, как правило, все, кто приходит, они уже уходят только на пенсию.

Тамара Шорникова: А кто отбирает новых кандидатов? И какие тесты они проходят?

Александр Соколов: Ну, значит, отбор кандидатов производит, как правило, отдел кадров управления. Тесты они в первую очередь проходят на здоровье. После этого – психологические тесты. По этим параметрам уже смотрят, можно ли дальше продолжить и допустить его на обучение. Если человек не проходит, то об этом его предупреждают и говорят: "Вы не прошли психологические тесты, и дорога в пожарную охрану закрыта".

Тамара Шорникова: А девушки-новобранцы часто встречаются?

Александр Соколов: Встречаются, да, но в основном они у нас работают на пункте связи части диспетчерами. Но это тоже очень сложная работа: нужно в голове очень много держать информации, общаться правильно с гражданами, которые непосредственно уже звонят…

Тамара Шорникова: И волнуются, и могут путать что-либо.

Александр Соколов: Да, могут что-то путать. И у них тоже стрессовая такая работа – записывать определенную информацию, которую старший с места пожара передает. Все это ведется в письменном, в электронном виде. То есть работа тоже сложная.

Тамара Шорникова: Вот вы сказали такое ключевое слово – "стрессовая". А как вы справляетесь со стрессом?

Александр Соколов: Ну, лично я справляюсь со стрессом, если, допустим, на работе что-то произошло, то, приходя домой, как бы с родными и близкими, нужно отвлечься – допустим, заняться хоккеем, спортом, футболом, еще что-то.

Тамара Шорникова: Есть у нас звонок от телезрителя – к нам дозвонился Виктор из Вологды. Давайте послушаем его.

Александр Соколов: Давайте послушаем.

Тамара Шорникова: Да, вы в эфире, слушаем вас, Виктор.

Зритель: Здравствуйте. Я звоню из города Вологды, у меня короткий вопрос к спасателю, к вашему гостю. Почему по прибытию на пожары в высотное здание спасатели не выкладывают батут или попросту – надувные матрасы? И людям приходится прыгать прямо на асфальт.

Тамара Шорникова: Понятно. Вот такой жизненный вопрос, очевидно.

Александр Соколов: Виктор, здравствуйте. Вопрос мне понятен. Значит, определенный, как вы говорите, матрас – это купол. Он разрешен только до четвертого этажа. Сейчас, на данный момент они в подразделениях не используются, есть уже давно подъемные механизмы большой высоты. И на большие дома по прибытию руководитель тушения пожара уже определяет, какой подъемный механизм определенный, сколько метров ему нужно для спасения людей.

Тамара Шорникова: Понятно. Вот сбор на пожар мы увидели во время съемки. Было, честно сказать, неожиданно. Хотя мы знали, что такое возможно, но все-таки действительно не успели сообразить, когда все уже собственно отправлялись на тушение пожара. Я думаю, что такую картинку многие видели исключительно в кинофильмах. Все уже здесь в этом случае были в боевой амуниции. А вот если человек в форме, как вы сейчас, есть ли какие-то нормативы, за сколько нужно облачиться?

Александр Соколов: Да, конечно, есть определенные нормативы, которые ежеквартально сдаются личным составом. Ну, непосредственно находясь в части, в любом углу подразделения – то ли это в столовой, то ли это в комнате психологической разгрузки, в учебном классе, – если прозвучала тревога, все бросается, и личный состав спускается вниз для одевания боевой одеждой и выезда на пожар. Все это должно составлять не больше 55 секунд.

Тамара Шорникова: А если ночь, нормативы те же?

Александр Соколов: Нормативы те же, все то же самое.

Тамара Шорникова: Все-таки нужно проснуться.

Александр Соколов: Как правило, пожарные не спят, они всегда бдят, то есть мозг всегда работает. И тревогу слышно, и слышно то, что диспетчер объявляет: в какой район, какой адрес и что по заявке.

Тамара Шорникова: А дома после вот таких смен, когда спишь, но вроде и не спишь, удается нормально отключиться? Или все-таки жизнь проходит в полудреме?

Александр Соколов: Ну, могу сказать по себе, и разговаривая со своими сотрудниками. Когда они приходят домой, то уже мозгом он понимает, что он дома, его никуда не вернут, и он спит спокойно. Но все равно, если что-то произойдет в территориальном пожарном спасательном гарнизоне, какой-то пожар, по телефону вызывают руководящий состав, и он следует…

Тамара Шорникова: Если требуется усиление?

Александр Соколов: Да, если требуется усиление, ввод резервной техники. Или, как у нас определено, по рангам пожара прибывают руководители на пожар.

Тамара Шорникова: Есть еще один звонок – Сергей из Москвы нам дозвонился. Давайте послушаем.

Зритель: Добрый вечер.

Тамара Шорникова: Да, добрый.

Зритель: Здравствуйте. Я бы хотел спросить уважаемого офицера МЧС. У нас огромный перечень зданий, в том числе грандиозных, от делового центра до торгово-развлекательных центров, в которых скоплено огромное количество людей. Почему у нас не внедряются автоматизированные системы пожаротушения? Есть ли они вообще в Москве? Тем более, что деловой центр тоже горит почти каждый год на том или ином этаже, в том или ином зданий.

И второй вопрос. А почему у нас не выведены такие грандиозные здания на пульт оперативного дежурного? И независимо от сигнала очевидцев и людей, которые находятся в том или ином здании, поступала бы информация от района, округа, муниципалитета и дальше по вышестоящей цепочке до главного оперативного дежурного, который дежурит по Москве. Спасибо большое.

Тамара Шорникова: Спасибо. Давайте по пунктам. Можем ли мы прокомментировать?

Александр Соколов: Да, мы можем ответить на поставленный вопрос Сергея. При проекте этого здания (торгового центра, развлекательного центра), когда его строят, проектируют, соответственно, систему пожаротушения. Они имеются в зданиях. Перечислять я, соответственно, не буду.

Система оповещения людей о пожаре при срабатывании датчика должна быть звуковая, должна быть голосовая. Соответственно, сотрудники, которые непосредственно там, они должны сработать и показать тем людям, которые заблудились, куда выходить, где ближайшие эвакуационные выходы. Это то, что касается пожаротушения и работы сотрудников на месте.

Тамара Шорникова: А по поводу прямых звонков?

Александр Соколов: Прямых звонков? Значит, есть система мониторинга, которая непосредственно находится в зданиях торговых центров. И она сразу приходит по срабатыванию датчика. Даже если он неисправен по техническим причинам, все равно присылается звонок на 01, на Центр управления кризисных ситуаций, и автоматически высылаются подразделения.

Тамара Шорникова: Но тем не менее в связи с событиями, которые буквально вот одно за другим происходят в течение последних дней, разумеется, в каждом из них разбираются компетентные органы – что и почему в конкретном случае произошло. Но по вашему опыту, огромное количество и последствия – это незнание людьми действий при эвакуации? Это действительно какие-то проблемы с теми же пожарными системами?

Тамара Шорникова: Ну, в первую очередь как бы хочу сказать то, что люди, услышав тревогу, они не сразу реагируют. Ну, представьте себе такую ситуацию, что это учение. И сидя в очереди к доктору определенному, к которому ты записался заранее, да, не хочешь пропустить это время. Соответственно, они остаются на местах. И когда уже продукты горения, не дай бог, доходят до того места, он уже понимает, что задымление, или там люди начинают паниковать и начинают бежать. И тогда уже человек начинает осознавать, что беда пришла, надо бежать. И все из-за этого – не реагируют на данные сигналы о пожаре или об учениях.

Тамара Шорникова: А хватает ли собственно людей, бойцов для ликвидации вот таких ситуаций? Или, возможно, нужно возобновлять работу тех же пожарных добровольных дружин? Возможно, они есть и сейчас, но мы просто не слышим активно об их работе?

Александр Соколов: Нет, добровольные пожарные дружинные команды имеются, создаются как бы на объектах. И взять как бы ситуацию такую, что люди, которые приезжают на пожар, народу как бы хватает людей, именно пожарных. По прибытию к месту пожара, в зависимости от его обстановки, сложности, сколько там людей находится, какая площадь возгорания, руководитель тушения пожара принимает какие-то меры по высылке дополнительных сил, сколько необходимо для ликвидации этого очага и спасения людей. Но не надо забывать, что силы резервные должны быть тоже, находиться на месте, чтобы иметь личный состав. Это руководитель тушения пожара знает, и он с этим расчетом вызывает дополнительные силы.

Тамара Шорникова: Как вы решили стать пожарным?

Александр Соколов: Ну, как сказать? Как я решил?

Тамара Шорникова: Ну, возможно, у вас династия.

Александр Соколов: Нет, династии нет. Ну, просто я с детства приучен как бы. У меня отец сам военный, и он всегда приходил домой в форме. Я всегда как бы смотрел и хотел быть похожим на него. Ну, как сказать? Так воспитали меня. Я всегда людям помогаю, в любой ситуации: поднести сумки кому-то, кому-то помочь накачать колесо. Никогда мимо не пройду. Если даже автомобиль остановился на дороге, проколол колесо, я всегда остановлюсь и помогу. Ну, спрошу хотя бы, нужна ли моя помощь. Ну и когда уже заканчивал школу, я понимал, что есть Министерство чрезвычайных ситуаций, что нужно продолжить, так сказать, свою деятельность в помощь и на благо народа. И поступил в академию.

Тамара Шорникова: Ваши родители вряд ли вас от этого отговаривали, раз папа военный. А вот ваша семья, если есть, как относится к вашей работе?

Александр Соколов: Ну, как сказать? Все переживают – и родственники, и родные, и жена, и бабушки, и дедушки, как правило, – и не только за меня, но и, соответственно, за тех, кто работает непосредственно в пожарной охране. Ну, как сказать? Мужество, честь и достоинство – я считаю, что эта работа дает это человеку. И родные и близкие это понимают. Да, они опасаются, переживают. Но, смотря, как говорится, в твои глаза (ну, в мои, допустим), они видят то, что это мне надо, и я готов работать.

Тамара Шорникова: Говоря о таких же готовых работать в поле, вы говорили о возможности карьерного продвижения. Но многие ли пользуются ей? Или есть, как в других профессиях, такое пренебрежение к работе в штабе?

Александр Соколов: Да нет. Ну, тут уже от личности человека зависит, можно так сказать. У кого что, кто какую цель себе поставил – я хочу так сказать. Если ты хочешь связать свою жизнь, ну, как бы всю жизнь с пожаротушением, то ты и останешься. Ну, кто-то как бы идет на вышестоящую должность и все равно остается душой в этой системе, в этой структуре. И как бы адреналин тот остается, он не может без пожаров уже. И есть такие товарищи у меня, которые возвращались обратно именно в тушение.

Тамара Шорникова: И есть еще один звонок – Сергей из Москвы к нам дозвонился. Давайте послушаем. Алло, Сергей?

Зритель: Здравствуйте.

Тамара Шорникова: Да, слушаем вас.

Зритель: Вы знаете, вот у меня такой вопрос. У меня очень хороший друг в свое время учился в пожарном училище, в Иваново училище такое было, и он обучался там пожарному делу шесть лет. Где вы обучались этому? И самое интересное в том, что раньше все наши пожарные части были военизированные, то есть призывали молодых людей туда, и этих молодых ребят обучали от и до. Их на пожар не посылали до тех пор, пока они не обучатся полностью тому, что надо делать и как надо делать. Я это сам лично видел – на ВДНХ у нас специальная часть была такая, чуть ли не показательная.

Тамара Шорникова: Сергей, спасибо, понятен ваш вопрос – про образование. Ну, про ваше вы уже рассказали. Вот что касается нынешнего качества – на ваш взгляд, достаточно ли оно? Какими сегодня приходят бойцы – уже готовыми или все-таки большинство приходится обучать на месте? Какова система обучения именно на работе?

Александр Соколов: Ну, значит, если взять обычного бойца, то в первую очередь нужно отслужить в армии. После этого прийти непосредственно в подразделение, в котором ты будешь проходить дальнейшую службу. Пройти именно индивидуальное обучение в подразделении этом же. После этого пройти курсовое обучение в Московском учебном центре Федеральной противопожарной службы. И по заключению, сдав определенные зачеты, по заключению, если сдал зачет, ты приходишь в подразделение. Когда он приходит, теоретически знание, у него база есть определенная, но, как правило, именно практику все равно ты нарабатываешь непосредственно во время службы, именно во время службы. Потому что тушение пожаров… Как бы сказать? Пожаров идентичных не бывает, они все разные. И при их тушении, после разбор пожара. Соответственно, он уже начинает понимать. И проходит какое-то время… Ну, достаточно года, чтобы боец уже начинал…

Тамара Шорникова: Опытную работу.

Александр Соколов: Да, опытную работу.

Тамара Шорникова: И действительно, большую часть свободного от выездов времени, как мы увидели, занимают обучения. Вот казалось бы, да, есть разные классификации пожаров, наверняка разные тактики их тушения. Но если пожарный опытный, есть ли чему учиться дальше?

Александр Соколов: Есть, конечно. Век живи – век учись, как говорится. Поэтому не зря…

Тамара Шорникова: То есть, несмотря от выслуги лет, от таких уроков никто не освобождается?

Александр Соколов: Никто не освобождается. Есть учебный журнал, есть расписание занятий, есть учебная тетрадь, в которую он должен записать определенный конспект, который идет согласно распорядку дня. Соответственно, это раз в месяц все проверяется. Тот, кто отсутствовал на занятиях – то ли это постовой, то ли это диспетчер – ему выдается индивидуальное занятие, то есть самоподготовка. После этого в течение дня это проверяется. То есть не увильнуть, я хочу так сказать.

Тамара Шорникова: Поняли. Нужно знать, в какую профессию ты пришел.

Александр Соколов: Да.

Тамара Шорникова: Это была рубрика "Профессии". Сегодня мы обсуждали работу пожарного. Говорили мы с Александром Соколовым – заместителем начальника 12-й пожарно-спасательной части Федеральной противопожарной службы по городу Москве. Спасибо за эфир.

Александр Соколов: Спасибо.


Подписаться на ОТР в Яндекс Дзене

Комментарии

  • Все выпуски
  • Полные выпуски
  • Яркие фрагменты
  • Интервью
  • Сюжеты