С новым правительством! Куда оно поведёт страну? Обсуждаем с экономистом Олегом Столяровым и политологом Павлом Салиным

С новым правительством! Куда оно поведёт страну? Обсуждаем с экономистом Олегом Столяровым и политологом Павлом Салиным
Зачем такая пенсионная реформа? Прогрессивную шкалу придётся подождать. География роста зарплат. Путин об Украине. Налог на старые машины
Бюджетные траты на пенсионеров сократили, а их жизнь к лучшему не изменили. Об эффективности пенсионной реформы
Сергей Лесков: В России власть своей герметичностью напоминает тайную ложу
Олег Бондаренко: Один из двух больших проигрышей Путина на Украине – это возвращение Крыма
Алексей Коренев: У нас несправедливы не только налоги, но и отчисления. В фонд соцстраха те, чей доход до 912 тысяч, платят 2,9%. А те, кто получают больше, не платят вообще
Действия при нападении хулигана, вооруженного ножом. Помощь пострадавшему с колотой раной
Алексей Зубец: Согласно нашим расчётам, реальные зарплаты людей будут расти практически по всей стране
Самые популярные народные поправки в Конституцию
Налог на старые машины увеличат
Зачем такая пенсионная реформа?
Гости
Сергей Лесков
Ведущий программ
Евгений Бунимович
Уполномоченный по правам ребенка в Москве, заслуженный учитель России
Гузель Улумбекова
руководитель Высшей школы организации и управления здравоохранением, доктор медицинских наук
Павел Салин
директор Центра политических исследований Финансового университета при Правительстве РФ
Александр Сафонов
профессор Финансового университета при Правительстве РФ, доктор экономических наук
Олег Столяров
заместитель генерального директора Международного центра развития регионов

К

Константин Чуриков: И мы тоже по мере сил будем информировать вас. Прямо сейчас о персоналиях в новом правительстве. Кто там новый, кто там из прежнего состава. И, конечно, о задачах, которые этим министрам предстоит решить. Но сначала давайте напомним, кого куда назначили.

Тамара Шорникова: Итак, внимание на экран. Почти все министры силового блока сохранили свои посты. Сергей Шойгу остался министром обороны, Владимир Колокольцев – главой МВД, Евгений Зиничев – руководителем МЧС. Поменялся лишь министр юстиции. На эту должность назначен Константин Чуйченко.

Константин Чуриков: В Минэкономразвития тоже появился новый министр – Максим Решетников вместо Максима Орешкина. Поменяли Максимов. Больше всего в кабинете обновился социальный блок, где заменили вообще всех руководителей. Михаил Мурашко стал главой Минздрава, Ольга Любимова – министром культуры вместо Владимира Мединского, Валерий Фальков – главой Минобрнауки.

Тамара Шорникова: Сергей Кравцов назначен министром просвещения вместо Ольги Васильевой. Антон Котяков – руководителем Минтруда. Максут Шадаев – министром цифрового развития, связи и массовых коммуникаций. А Олег Матыцин возглавил Министерство спорта.

Константин Чуриков: И это еще не все. У председателя правительства Михаила Мишустина будет 9 замов вместо прежних 10. Первым вице-премьером назначен бывший помощник президента по экономике Андрей Белоусов. Еще 8 человек стали просто вице-премьерами. Это Дмитрий Григоренко, Виктория Абрамченко, Татьяна Голикова, Юрий Борисов…

Тамара Шорникова: А также Дмитрий Чернышенко, Юрий Трутнев, Алексей Оверчук и Марат Хуснуллин. Из них на этой должности в прошлом правительстве работали лишь трое: Голикова, Борисов и Трутнев.

Константин Чуриков: Свои посты сохранили глава МИД Сергей Лавров и руководитель Минфина Антон Силуанов, который при этом лишился должности первого вице-премьера. Александр Новак продолжит возглавлять Минэнерго, Евгений Дитрих – Министерство транспорта, Денис Мантуров – Минпромторг, Дмитрий Кобылкин – Министерство природных ресурсов, Дмитрий Патрушев – Министерство сельского хозяйства, Владимир Якушев – Минстрой, а Александр Козлов – Министерство по развитию Дальнего Востока и Арктики.

Тамара Шорникова: По словам президента, состав глав ведомств был серьезно обновлен. Но им удастся выйти на высокие показатели, он надеется. А накануне после встречи с Владимиром Путиным премьер Михаил Мишустин провел первое заседание, на котором обозначил приоритетные задачи. Главные из них – демография, рост доходов населения, а также повышение уровня жизни.

СЮЖЕТ

Михаил Мишустин: Надеюсь, что это будет не в отдельных городах, а будет происходить по всей стране. Я хотел бы, чтобы вы, уважаемые члены правительства, именно этим руководствовались в принятии всех необходимых решений и не забывали, что все члены правительства несут персональную ответственность за реализацию национальных целей развития и национальных проектов.

ЗАКАДР: Перестановку среди федеральных министров оценил Вячеслав Володин. По словам председателя Госдумы, новый состав правительства должен обеспечить рост экономики и решить проблему бедности

Вячеслав Володин: Правительство серьезно обновилось. Реализован запрос общества, наших граждан и парламента на более эффективную работу, которой мы все ждем. И мы также надеемся, что новый состав правительства сделает все возможное, чтобы как можно быстрее мы покончили с бедностью, повышалось благосостояние наших граждан.

Тамара Шорникова: Ждем ваших наказов новому правительству. А прямо сейчас с экспертами оценим, куда оно нас поведет. Представим гостей.

Константин Чуриков: У нас в студии Павел Салин, директор центра политических исследований Финансового университета, и Олег Столяров, заместитель генерального директора Международного центра развития регионов. Добрый день, уважаемые гости. Смотрите, очень серьезно действительно перетряхнули кабинет министров. На моей памяти давно такого не было. Скажите, раз столько изменений у нас, сколько там получается, 9 новых министров, 6 новых вице-премьеров, – о чем это говорит? Это какой-то карт-бланш лично Михаилу Мишустину? Кстати, среди вице-премьеров – либо они с ним работали, либо у него с ними хорошие отношения. Вообще, вот ваша точка зрения. Павел Борисович, давайте с вас начнем.

Павел Салин: Знаете, я бы не говорил о какой-то перетряске. Если смотреть прошлые ротации – 18-й год, 12-й год, – там по критерию новых лиц был примерно такой же процент. А нужно смотреть здесь, во-первых, на два момента. Это бэк этих самых новых лиц: откуда они пришли. И второе – а куда уходят старые лица. Если смотреть на бэк новых лиц, то практически все они так или иначе имели отношение к реализации курса прежнего правительства, только на более низких уровнях. Вот как господин Мишустин. Он был на острие реализации прежнего направления деятельности правительства – фискализации экономики, только на втором уровне: на посту главы ФНС. Его вывели на первый уровень. А остальных, тех, кого вывели сейчас на второй уровень, они отвечали за реализацию этого курса на третьем-четвертом уровнях. Люди, которые совсем далеко от правительства держались, их там можно пересчитать по пальцам: 2-3, максимум 4 человека. Т. е., допустим, новый глава Минобрнауки, пришел с поста ректора. Это новый человек. А остальные… Новый министр культуры – она же департамент возглавляла в Министерстве культуры. Кто-то возглавлял другое правительственное ведомство – Рособрнадзор. И прочее. Поэтому совсем говорить о новом курсе я бы не стал. И самое главное: куда уходят прежние. Уже появилась информация, что бывший глава Министерства культуры господин Мединский – помощник президента, кто-то возглавил Росздравнадзор. Т. е., по большому счету, их убрали не из правительства в широком смысле слова, а из телевизора.

Тамара Шорникова: Так, а почему тогда…

Олег Столяров: Вот именно. Первое. Отвечу на самый больной вопрос. А была ли неожиданной отставка правительства? Нет, отставка правительства была ожидаемой. Мы об этом говорили с сентября месяца прошлого года, когда началась истерика о том, что деньги в нацпроекты, выделенные деньги в нацпроекты не идут. Но случился такой казус, которого не было вообще у нас десятилетиями. Обычно было недофинансирование. На этот раз деньги в Минфине лежали, но до нацпроектов не доходили. А правительство, не только не выполняющее поручения президента и председателя правительства, как вы знаете, даже поручения президента выполнялись на 70% в оборонно-промышленном комплексе, а уж насколько выполнялись поручения председателя правительства – только гадать приходится. Но я просто имел в свое время дело с помощником президента Потаповым, там кошмарные у них цифры были. А второе – ну, можно как угодно переставлять девочек, задачи-то поменялись или нет? Вопрос простой: мы подбираем человека под задачу либо человека просто под место?

Константин Чуриков: Но там и девочек, и мальчиков переставили.

Олег Столяров: Поэтому на сегодняшний день мы говорим: вот мы гадаем сейчас о том, что изменится от перестановки членов правительства. Посмотрим, какие задачи поставит Мишустин. Мишустин ставит на первое место рост благосостояния. На сегодняшний день рост благосостояния для нас критичен. Это не задача, это уже, скажем так, средство решения демографической проблемы. Если мы будем всю демографическую проблему… а вы помните, в послании президента было сказано: «Судьба России будет зависеть от того, сколько нас будет в будущем». Он сказал жестче, чем я в декабре. Значит, если у нас люди будут рожать только в расчете на помощь государства, это тупиковая задача в общем-то, мы никогда проблему демографии не решим. Поэтому новому правительству придется по новой решать задачу повышения благосостояния.

Константин Чуриков: Но если люди готовы рожать, а денег нет?

Олег Столяров: Правильно. И ставить новую задачу – ликвидировать работающую бедность. О чем мы с вами и говорили в декабре месяце.

Константин Чуриков: На что мы обратили внимание, смотрите. Значит, у нас в составе правительства вот министр труда новый (сейчас даже сходу не вспомню его фамилию, вот держу перед собой бумажку), он из Министерства финансов. О чем говорит? Наверное, о том…

Павел Салин: О том, о чем мы говорили в самом начале нашего разговора. Что будет происходить дальнейшая фискализация, в том числе и социальной сферы. Госпожа Голикова прекрасно с этим справлялась и поэтому сохранила пост вице-премьера. Т. е. социалка будет, скажем так, гораздо более просчитанной. И чтобы получить что-то социальное от государства, нужно будет – раньше 100 раз, а сейчас 110 раз доказать, что ты в этом нуждаешься. А как доказать? А нужно финансово будет раскрыться перед государством.

Олег Столяров: Так весь вопрос-то в том, что перед Министерством труда уже 15 лет стоит задача составить в конце концов баланс, прогнозный баланс потребности в кадрах определенной квалификации, определенных объемов. Президент прямо сказал в декабре месяце, что вот в Канаде открыли внутренний въезд иммигрантов-программистов такого-то возраста под такие-то задачи. Причем задачи-то вполне понятны. Да, население убывает. Мы столкнемся с первым тормозом экономического роста – это нехватка кадров. Если Минтруд не будет подключаться к этому, то, в общем-то, решать эту задачу просто будет невозможно. Там еще и вторая вещь вылезает. Можно, конечно, спрогнозировать потребности в кадрах и в определенной квалификации и определенных объемах. Но надо понимать, как сделать им конкурентоспособную заработную плату.

Тамара Шорникова: Финансово-экономический блок изменился. Конечно же, Силуанов остался с понижением, да? Вместо вице-премьера – просто министр финансов. Но вместо Орешкина – Решетников. Вице-премьер, курирующий экономику, первый, Белоусов – тоже новый. Значит ли это, что и курс будет новым?

Олег Столяров: Вот тут интересная вещь. Дадут ли Белоусову карт-бланш на полную свободу действий? Дело в том, что Белоусов, пожалуй, был единственным заместителем министра экономического развития (то, что все забыли), который писал, в самом правительстве, само правительство разрабатывало концепцию долгосрочного развития. Мы ее обсуждали в «Деловой России» еще в 2008 году, так случилось, в мае месяце. В августе грянул кризис, так сказать, и дорожную карту они так и не разработали, как ее реализовывать. Но в 2010 году это был единственный политический документ правительства, который подвергся критике так называемых экспертов-ученых. В результате чего начала рожаться «Стратегия 2020». Это первое. Второе…

Константин Чуриков: «Стратегия 2020» – это по которой у каждого должна быть зарплата в несколько тысяч долларов, квартира 100 кв. м…

Олег Столяров: Нет. «Стратегия 2020» ни о чем, потому что в самом введении было написано, что российская элита имеет egostrategy. Я тогда говорил напрямую, что если вы во введении написали, что российская элита имеет egostrategy, дальше стратегию можно не писать. Потому что не будет ни плана, ни ответственности, будет только личное обогащение. Используя власти в личных интересах.

Константин Чуриков: Олег Иванович, но в любом случае, наверное, было бы неправильно с нашей стороны вот так сразу, в первый же день, сказать: «Ничего не получится, все будет плохо».

Олег Столяров: Нет, я про это и говорю. Вот был правильно задан вопрос: как должен измениться финансовый блок? На самом деле Мишустин решил первую задачу. Он решил задачу сбора налогов. Но вторую задачу он, к сожалению, не решил. У налоговой системы есть еще задача стимулирования экономического роста. И имеется лучшая практика использования налогового стимулирования экономического роста. Хотите, я…

Константин Чуриков: Подождите, это надо было, значит, влезать, получается, на поляну Минэка…

Олег Столяров: Вот.

Константин Чуриков: …на поляну Белоусова, который был помощником Путина.

Олег Столяров: Вот. И поэтому мы и говорим, что должна измениться роль Минфина. Ведь дело все в том, что у нас и Минфин, и Минэк претендовали на регулирование бюджета.

Константин Чуриков: Павел Борисович, как человек больше по политической части, у вас есть ощущение, что действительно у этих министров, поскольку такой состав, какой-то больше развязаны руки? В хорошем смысле этого слова.

Павел Салин: Нет ощущения. Т. е. стратегические цели, которые стоят перед новым правительством, они прежние. Вот коллега говорил про роль налоговой системы в стимулировании экономического роста. За них решили, не за прежнее правительство, а за нынешнее: экономический рост будет стимулироваться не через налоговую систему, а через мегапроекты, которые будут финансироваться из Фонда национального благосостояния. Т. е. не через монетарные либеральные инструменты, а через инструменты госкапитализма. И это не вопросы, это не решения нынешнего или прежнего правительства. Эти решения принимаются в других кабинетах. Там есть несколько технических моментов, которые правительство может решить. Потому что, скажем, перед ними не стоят задачи сохранять здесь статус-кво. Но это нужно отдельно по этим моментам говорить, я готов.

Тамара Шорникова: Отдельно по этим моментам будем говорить сразу после звонка. К нам дозвонилась Валентина из Калужской области. Давайте слушать телезрителя. Здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте. Я хотела узнать следующее. Вот весь социальный блок поменяли, всех министров. А Татьяна Голикова, которая курирует этот социальный блок, осталась на своем месте. Есть этому какое-то разумное объяснение?

Тамара Шорникова: Да, спасибо, хороший вопрос.

Константин Чуриков: Спасибо. Но я просто напомню, что Татьяна Голикова, кстати, в последнее время очень жестко высказывалась по поводу ситуации в здравоохранении. Там даже возникала такая заочная, можно сказать, перепалка, дискуссия между Скворцовой и Голиковой.

Павел Салин: Ну, да, логика есть. Госпожа Голикова просто железно контролировала оптимизацию эту самую здравоохранения. Проводила ее так, как надо. А потом, когда уже стало ясно, что рано или поздно, ну в ближайшее время – или в ближайшие месяцы или в ближайший год, – состоится отставка правительства, была разыграна комбинация двух следователей. Хороший в лице госпожи Голиковой, которая начала критиковать свои собственные действия. И плохого следователя в глазах уже бывшего министра госпожи Скворцовой, которая фактически перед телекамерами взяла на себя всю ответственность, говоря, что у нас передовая сфера и все замечательно прошло.

Олег Столяров: Нет, логика тут есть, абсолютно. Мы не привыкли решать проблемы. Мы привыкли заливать их деньгами. Татьяна Голикова очень неплохой, так сказать, зам. министра финансов, которая единственная практически разбиралась в бюджете Российской Федерации, в государственном бюджете Российской Федерации, в федеральном бюджете. И поэтому подход к здравоохранению и к решению проблем здравоохранения, образования и социальной сферы будет чисто финансовый. Будем сначала считать деньги, а потом заливать ими проблемы.

Тамара Шорникова: Михаил Мишустин выступил уже с первым поручением: внести, подготовить изменения для того, чтобы реализовать послание президента, все эти изменения внести в бюджет до 11 февраля, подготовить работу. Но тем не менее, трехлетний бюджет сверстан у нас, проекты написаны. Что в заданных условиях могут сделать новые министры, чтобы как-то изменить, наверстать все упущенное прежним кабинетом и выполнить нацпроекты?

Павел Салин: Да нет, все очень просто. Госдума и Совет Федерации очень быстро изменят, примут эти изменения в бюджет. Это все дело техники нынешней политсистемы. Задача кабинета министров – не распределить те средства, которые президент указал по направлениям. Задача – найти те средства. Потому что по-хорошему их можно было искать из Фонда национального благосостояния, про что не раз господин Кудрин в последнее время говорил, что нужно социалку из ФНБ финансировать. Можно из нераспределенных остатков, которые в прошлом году 1 трлн. превысили. Но решено это искать в карманах бизнеса и в карманах граждан. И задача нового правительства – по-хорошему эти средства, от 400 до 600 млрд., по разным оценкам, найти. И вот господин Мишустин на своей прежней должности прекрасно с этим справлялся. И сейчас перед ним поставлена задача общероссийского масштаба. И дан карт-бланш. Именно поэтому 4 члена нового правительства, новые члены, это представители его команды.

Константин Чуриков: Мы будем в течение нашей беседы подключать еще экспертов из разных конкретных сфер к разговору. Сейчас с нами на связи Гузель Улумбекова. Это руководитель Высшей школы организации управления здравоохранением, доктор медицинских наук. Гузель Эрнстовна, здравствуйте.

Гузель Улумбекова: Здравствуйте.

Константин Чуриков: Со вчерашнего дня много вопросов по поводу нового министра здравоохранения. Это Михаил Мурашко. Раньше он руководил Росздравнадзором. Вчера мы вечером уже говорили о его персоне. И, знаете, звонили врачи и говорили: «Ну, как? Он так мало работал на земле, даже в районной какой-то больнице не работал». Вот что вы скажете по поводу нового министра?

Гузель Улумбекова: Давайте я так скажу. Во-первых, он знает систему. Он работал в Росздравнадзоре. И именно в Росздравнадзоре, это контрольный орган, который контролирует качество медицинской деятельности, он проявил себя как грамотный руководитель. Но сегодня перед ним в рамках системы здравоохранения, а с системой здравоохранения шутки прочь, она напрямую определяет социальную стабильность в обществе, социальное благополучие в обществе, то здесь перед ним стоят очень непростые задачи. А именно – стабилизировать ситуацию в отрасли здравоохранения. Потому что сегодня она закритическая. Что ему надо будет для этого сделать? И это огромная ответственность. Первое: увеличить государственное финансирование здравоохранения. Вот по нашим расчетам сейчас на это в среднем на 6 лет плюс 700 млрд. руб. ежегодно к сегодняшним 3,5 трлн. руб., которые мы тратим на отрасль. Это первое. Второе: направить эти деньги на 3 самых важных приоритета, которые повлияют на доступность и качество медицинской помощи и соответственно на настроение людей.

Константин Чуриков: На треть самых важных приоритетов.

Гузель Улумбекова: Я скажу, какие … Первый приоритет – это ликвидация дефицита кадров путем увеличения оплаты их труда. Массовое повышение квалификации медицинских кадров. И третье – создание системы бесплатного лекарственного обеспечения не для отдельных категорий граждан, как сегодня, а для всех граждан. Что особенно важно в ситуации, когда реальные доходы населения не растут. А вот я слышала, как один из ваших экспертов сказал, что у нас 1 трлн. профицита федерального бюджета. Во-первых, 2 трлн. руб., это первое.

Павел Салин: Не профицит. Неизрасходованные остатки.

Константин Чуриков: Неизрасходованные остатки.

Гузель Улумбекова: В том числе. 2 трлн. Это раз. И в прошлом году было 2 трлн. Но господин Мурашко, Михаил Альбертович Мурашко, как министр здравоохранения, человек, которому доверяет президент и который сегодня должен решить, удовлетворить все запросы населения, не должен входить в положение финансово-экономического блока. Он должен уметь доказать, первое, премьер-министру, т. е. председателю правительства, первому вице-премьеру и министру финансов Силуанову, что нам необходимы эти деньги, для того чтобы стабилизировать ситуацию в отрасли. Еще раз повторяю: с здравоохранением шутки плохи. Это отрасль, которая напрямую определяет социальное благополучие общества.

Константин Чуриков: Давайте вспомним, помните, был диалог президента с одним из финалистов или победителем конкурса «Лидеры России», который тоже врач, и у них был диалог. И он спросил: «Может ли здравоохранение наше работать как госкорпорация такая успешная?» У нас сразу в голове возникает какой-нибудь «Росатом», «Ростех». Вот как вы считаете: это возможно сегодня?

Гузель Улумбекова: Нет, это сегодня невозможно. Потому что у нас, во-первых, сложная, многофункциональная система. И у нас все пациенты, а их к нам в систему обращается более миллиарда раз в течение года, они все разные. А вот «Росатом» управляет только одним: киловатт-часом атомной энергии. И это две разные вещи по сравнению с пациентами. А вот то, что мы не можем существовать на 3% финансирования, государственного финансирования ВВП, и нам нужно как минимум 5% валового внутреннего продукта государственных расходов, это очевидно. Это как раз здесь вот то, о чем я говорила.

Константин Чуриков: Да, спасибо вам большое. Гузель Улумбекова, доктор медицинских наук, у нас была на связи. Павел Борисович, ну теперь какая штука получается? Собственно, все логично, действительно министру здравоохранения новому надо как-то обосновывать, что-то доказывать. Тут надо, извините, спасать первичное звено – поликлиники, больницы. И еще уйдет время на доказывание. Помните, мы вчера говорили, нам зритель позвонил и говорит: «А зачем вообще вот эти все передряги? Зачем нам вообще демократия? Давайте не менять систему, пускай она как бы работает». Потому что сейчас люди сколько будут входить в работу? Год они будут просто втягиваться, да? И что мы получаем на выходе?

Павел Салин: Год будут втягиваться. Вопрос еще, какой мандат у этого правительства, сколько оно просуществует: на год, полтора или больше. Действительно, у них, во-первых, у нынешнего правительства нет мандата на изменение системы. А во-вторых, ее по большому счету неразумно менять. Потому что у нас в течение ближайших 2 лет вообще вся система в государстве поменяется, не только то, что относится к сфере компетенции правительства. И тогда уже новое правительство в эту новую систему нужно будет встраивать. Поэтому лучше уж пусть по-старому. Но есть некоторые моменты, они выглядят техническими и точечными, которые можно сейчас поменять. Это зависит как раз от новых министров. И эти моменты, на мой взгляд, негативные, они появились не из-за того, что такие задачи стояли перед прежними министрами, а из-за того, что прежние министры, скажем, либо не обращали на это внимания, либо не так выполняли свои задачи, как они хотели выполнить.

Константин Чуриков: Подождите, мы сейчас вот поставим многоточие про эти моменты, которые можно все-таки реализовать, вы продолжите…

Тамара Шорникова: …И дадим высказаться еще одному эксперту. С нами на связь выходит Александр Сафонов, профессор Финансового университета при правительстве Российской Федерации. Здравствуйте.

Александр Сафонов: Добрый день.

Константин Чуриков: Здравствуйте. Александр Львович, по вашу душу самый волнующий всех вопрос: рост зарплат.

Тамара Шорникова: Когда ждать?

Константин Чуриков: И в каком виде? Т. е. это как вообще может быть инициировано в государстве? Сейчас Олег Иванович скажет, что для этого нужен рост экономики, и он прав абсолютно будет…

Олег Столяров: Нет, не так…

Константин Чуриков: …Но все-таки. Что вы скажете?

Александр Сафонов: Во-первых, я все-таки обратил бы внимание на следующее обстоятельство. Что заработная плата, даже если будут темпы экономического роста достаточно высокие, это не обязательно прямая корреляция. Потому что бизнес всегда сориентирован на то, чтобы платить меньше. Поэтому у государства есть определенные инструменты, помогающие бизнесу принимать правильные решения. И в первую очередь это, конечно, тема, набившая уже всем оскомину: это минимальный размер заработной платы. Т. е. необходимо, конечно, его повышать. При этом тот уровень, который сейчас принят, он на уровне прожиточного минимума, это все-таки, скажем так, минимум миниморум. Потому что надо не забывать о том, что после вычета 13% все-таки эта заработная плата оказывается ниже прожиточного минимума. И поэтому уже напрашивается естественный вопрос: проиндексировать этот размер хотя бы на 13%. Но а с учетом нагрузки иждивенческой – соответственно этот параметр должен быть еще выше. Потом, не забываем о том, что бизнес всегда тянется… и, во-первых, он конкурирует за хорошие кадры, в том числе с государственными структурами. И если государство поставит все-таки реальную цель перед собой повысить заработные платы реально, не на бумаге, не в отчетностях, в здравоохранении, в образовании, в культуре, то это будет очень серьезным стимулом для бизнеса двигаться все в том же самом тренде. Мы эту тему наблюдали неоднократно. А особенно в субъектах Российской Федерации, которые, как ни странно, имеют не очень высокие уровни бюджетной обеспеченности, но по крайней мере этот тренд всегда поддерживался и ростом заработной платы в бизнесе. Поэтому, безусловно, задача нового правительства заключается в том, чтобы все-таки довести до ума те ранее объявленные цели по росту заработной платы.

Константин Чуриков: А еще может быть, Александр Львович (вмешаюсь), может быть, еще важно видеть реальные зарплаты. Вот те типичные, которые получают люди.

Тамара Шорникова: Не размазанные.

Константин Чуриков: А не вот эти средние, размазанные, да.

Александр Сафонов: Но я бы больше сказал. Здесь в первую очередь должна все-таки быть реальная ревизия того, что получают на руки, что называется, ключевые специалисты в таких важнейших сферах, как здравоохранение, образование и культура. Поскольку мы вступаем все-таки или пытаемся строить экономику, сильно рассчитанную на человеческий капитал, то соответственно без решения этих животрепещущих проблем – обеспечения высокоэффективными кадрами эти отрасли, – мы, конечно, эту проблему не решим.

Константин Чуриков: Спасибо большое. Александр Сафонов, профессор Финансового университета.

Тамара Шорникова: И перед тем, как выскажетесь, пардон, еще прерву. Потому что много СМС на нашем информационном портале и на нашем СМС-портале. Вот, например: «Зачем нашей стране столько вице-премьеров?» – пишет Пермский край. И действительно, звучали уже мнения экспертов, что в общем-то не было большой проблемы в кадрах, а была большая проблема в структуре. А как раз структурных изменений, за исключением минус один вице-премьер, их мало. Как вы к этому вопросу относитесь?

Павел Салин: Вот смотреть, что по структурным изменениям. И как раз вписывается в ваш вопрос про реальную картину. И мое предложение, что реально могут какие-то технические изменения сделать министры на своих постах, которые могут привести к серьезным изменениям. Первое. Что касается нового главы Минэкономразвития господина Решетникова. Создается такое впечатление, что его предшественник очень сильно заигрался со статистикой. «Росстат» подчинили Минэкономразвития, и после этого «Росстат» стал выдавать такие результаты, которые, мягко говоря, вызывали вопросы у специалистов, а грубо говоря – смех. И не только у специалистов, а у населения, которому объясняли, что у него на 0,3% выросли доходы. Может быть, здесь что-то нужно доработать, чтобы как бы коррелировали данные «Росстата», во-первых, с мнением специалистов, большинства профессионального сообщества, во-вторых, с ощущением, самоощущением населения. Но у меня есть еще 2 предложения, 2 направления. Я могу сейчас воздержаться или…

Константин Чуриков: Нет, давайте-давайте.

Павел Салин: И второе. Что касается именно новых социальных министров – образования и здравоохранения. У нас все больше растет армия бюджетников. Фактически государство, власть рассматривает бюджетников как свою основную опору. Ставка на бюджетников как замену среднему классу, который потерял доверие власти по итогам 11-го и 12-го годов, этих протестов, она привела к тому, что на бюджетников, вместе с повышением зарплат, колоссально растет административно-бюрократическое давление. Т. е. предшественники этих новых двух министров все больше заменяли контроль над процессами контролем над документооборотом.

Константин Чуриков: Т. е. все тоньше. Не просто зарплата, а еще и условия работы.

Павел Салин: Да, да. В итоге все больше бессмысленной бюрократии, все меньше реальной работы. Врачи все меньше лечат, все больше заполняют формуляры. Учителя все меньше учат, все больше заполняют формуляры. Пусть новые министры просто снизят уровень бюрократической нагрузки. И, с одной стороны, это не потребует ни рубля бюджетных денег. А бюджетниками это будет воспринято, во-первых, как повышение зарплаты, потому что станет меньше работы. Во-вторых, эта часть работы, заполнение этих формуляров и отчетностей, она воспринимается бюджетниками как наиболее бессмысленная и наиболее унизительная. Это фактически будет равно повышению зарплаты. При этом не нужно, повторюсь, будет израсходовать из бюджета ни один рубль.

Константин Чуриков: Интересная мысль. Олег Иванович, как сделать так, чтобы было больше правды о жизни в стране? Чтобы правительство понимало, сколько на самом деле получают люди?

Олег Столяров: Нет, для этого необходимо просто иметь некие фундаментальные представления о росте экономики. Мы еще в сентябре говорили о том, что зарплата должна играть мотивирующую и стимулирующую роль для экономического роста. Но это же просто, ребята. Даже в СССР мы делали аккордно-премиальные схемы зарплаты. Если надо было сдать в срок олимпийский объект за 2 года, мы вводили аккордно-премиальную систему оплаты труда. Повышалась производительность, сокращались сроки сдачи. Второе. А сейчас бизнес точно заинтересован в снижении зарплаты? Я могу сказать, что когда я писал про работу Татарстана, туда возили сварщиков 5-го разряда с Украины на вахтовый метод работы. Кончились профессионалы. Сейчас бизнес днем с огнем ищет квалифицированных специалистов. И готов платить им любые деньги. Вот, нету их. Кончились в стране. Значит, вопрос № 2: бюджетники. Рассчитывали мы на их повышение зарплаты, так сказать. Если не менять стандарты оказания, медицинские экономические стандарты, то бесполезно регулировать зарплату. На сегодняшний день простейшие операции, которые регламентируют деятельность врача, он просто сейчас не выполняет. Это просто зайдите в любую поликлинику, а потом в другую, к которой вы не прикреплены. Вам врач выдаст, так сказать, перечень того, что надо сделать за 15 минут, – у вас волосы дыбом встанут.

Константин Чуриков: Как много он сделал, да?

Олег Столяров: Да, как много он сделал для вас. Приписки – стандартная идея.

Константин Чуриков: Но это просто потому, что еще тарифы занижены, да? На эти услуги медицинские.

Олег Столяров: Нет, не так. Нам давно… Ситуация простая. Страна малонаселенная, страна сталкивается с демографической убылью, страна идет в большие демографические волны. Должны быть новые технологии образования и здравоохранения. Никуда не денешься. Даже перенаселенный Китай сделал новые технологии прогнозирования стандартных нозологий по макрорегионам и размещения высокотехнологичных центров.

Константин Чуриков: Павел Борисович, у меня к вам вопрос. А вот в Китае, у нашего соседа, как часто менялось правительство за последние годы?

Павел Салин: А вот знаете, хорошо вы про Китай задали вопрос. Потому что есть такая конспирологическая версия у политологов, у части политологов, что идея Госсовета пришла именно из Китая. И все это равновесие между Госсоветом и правительством – как бы по-новому это все будет выстраиваться. В Китае правительство целиком меняется достаточно редко. По одной простой причине. Там, с одной стороны, определяет все Госсовет, магистральные линии. Как у нас Совет Безопасности, кстати. А с другой стороны, большим объемом полномочий обладают руководители на местах. Т. е. там у них губернаторы – как у нас губернаторы в 90-е годы. С таким же объемом финансовых полномочий. Там правительство федеральное выполняет минимальные…

Константин Чуриков: Как в Китае. Олег Иванович, а как у нас в Китае победили бедность, расскажите нам сейчас?

Олег Столяров: В Китае достаточно просто победили бедность. Там в общем-то пошли по пути: просто закрепили сельские районы за крупными корпорациями, и на сегодняшний день уже непонятно, где делаются изделия от елочных гирлянд до смартфонов. Непонятно, где они делаются. Это факт. Это было так сделано.

Константин Чуриков: Сколько они людей из бедности вывели?

Олег Столяров: 750 млн.

Константин Чуриков: 750 млн.? За сколько?

Олег Столяров: За 20 лет. Дальше. Сделали накопительную систему и по индивидуальным счетам пенсионную. Да, в Китае нет госпенсий. Но есть накопительная система. Она в общем не хуже британской, кстати. Так. Допустили частников на фондовый рынок и сделали гарантированные, определенные социальные права для этих самых, для граждан. Кстати, в Китае больше всего обучается студентов за границей бесплатно.

Тамара Шорникова: Я сейчас посмотрела среднюю зарплату в Китае за 19-й год. На наши деньги получается, по-моему, около 60 тыс. руб.

Константин Чуриков: Да, уже давно выше нашей. Даже официальной средней зарплаты.

Тамара Шорникова: Но неизвестно, есть ли у них китайский «Росстат».

Олег Столяров: Китай понимает фундаментальную простую вещь: что в кармане у потребителя даже при их структуре ВВП должна быть половина цены ВВП.

Константин Чуриков: Ну, так давайте сделаем, как в Китае, господи.

Павел Салин: Да подождите, мы же начали делать, как в Китае. Накопительную пенсионную систему мы в 2002 году начали делать. Только в 14-м году от нее фактически отказались.

Олег Столяров: К сожалению.

Тамара Шорникова: О роли Госсовета мы говорили.

Олег Столяров: К сожалению, накопительную систему мы не начали делать. И больше того, мы издевались над нею. Когда глава накопительного фонда Сбербанка говорит, что у них проценты по накоплениям ниже инфляции, он говорит: «Но мы же зато их сберегаем, деньги». Вот для чего вы их сберегаете?

Тамара Шорникова: Давайте слушать телезрителей. Прорывается в эфир сначала Геннадий, Краснодарский край. Здравствуйте.

Зритель: Добрый день, ведущие и эксперты.

Константин Чуриков: Геннадий, какие у вас наказы к правительству?

Зритель: Вот пожалуйста, у меня такой вопрос. Эксперты сейчас сказали, что 400-500 вот эти миллиардов будут изысканы из кошельков бизнеса и граждан. И Мишустин заявлял, что нужно помогать в первую очередь бедным, а помогали не тем. Это значит, что у нас опять часть льгот могут срезать, что ли? Или как? Вот меня это интересует. Сейчас вот 50% нам погашают за свет, за газ, всю коммуналку. 50%. Мы ветераны труда с женой. Как будет вот этот вопрос решаться?

Константин Чуриков: Знаете, мы, конечно, с Тамарой не эксперты, сейчас гости ответят. Но мне кажется, сейчас не время как-то срезать.

Павел Салин: Нет, не время, нет. В зоне риска, условно говоря, в рамках этой новой фискализации находятся граждане, условно опять же говоря, с доходами выше двух прожиточных минимумов и не относящиеся к социально уязвимым категориям населениям. Не инвалиды, не пенсионеры и все прочее. Брать деньги будут, если брать граждан, а не бизнес, из кармана среднего класса и низшего среднего класса. Бедные люди в категорию риска не попадают.

Тамара Шорникова: Ну, а с другой стороны…

Константин Чуриков: За счет чего брать?

Павел Салин: За счет оптимизации сбора налогов. Успехов в этом кардинальных добился господин Мишустин.

Тамара Шорникова: Оптимизации в смысле качества сборов или количества?

Павел Салин: Качества. А не получится качества – господин Мишустин же увеличил собираемость налогов вообще-то. И не только по НДС, но и НДФЛ тоже и прочие. Сейчас идея – как бы 13-16%, знаете. И то, что президент ее внес, точнее, не внес, прошу прощения, это не значит, что от нее они отказались. Этот вопрос открыт. Но…

Константин Чуриков: Вот расшифруйте 13-16, чтобы все всё поняли.

Павел Салин: Появлялись вбросы в СМИ, что собираются отменить, – что ждали в том числе и от послания президента, – что собираются отменить для наименее обеспеченных слоев населения (либо кто доход 1 МРОТ имеет, либо до 2 МРОТ), это 13%-ный налог, а для всех остальных повысить до 16%.

Тамара Шорникова: Но, Павел, но Мишустин же уже сказал, что он против этой идеи.

Павел Салин: Да, это не сделали. Но, знаете, вопрос как бы… Сейчас будут работать, допустим, пытаться по максимуму вывести из тени самозанятых. У нас же сколько людей подрабатывает вот так в провинции. Это десятки миллионов людей. На них будет серьезный прессинг – цифровизация и все прочее.

Константин Чуриков: Налоговую систему пока трогать, скорее всего, не будем. Олег Иванович, богаче страна станет и люди?

Олег Столяров: Страна у нас богатая. Просто богатство перераспределяется по-разному. Начнем с того. Вот были конкретные льготы на коммуналку. Когда мы начинали коммунальную реформу, мы начинали с того, что провести технологический ценовой аудит коммунальных ЖКХ. Его не провели. Провели его только в одном городе – в Ярославле, в Минрегионе. Поняли, что тарифы на ЖКХ завышены на 40%. Если Мишустин будет продолжать ту же политику четкого анализа финансовой информации, то он легко найдет, как компенсировать льготы на коммуналку в тарифах. Мы до сих пор боремся за то, чтобы тарифы управляющих компаний были раскрыты. Чтобы счета за отопление шли мимо счетов управляющих компаний. До сих пор пока идут там.

Константин Чуриков: Еще звонок. Татьяна из Саратова. Татьяна, здравствуйте.

Зритель: Добрый день. Хотелось пожелать новому правительству и министру новому, чтобы почаще обращали внимание на регионы. Вот у нас в Саратове прожиточный минимум 12, а пенсия какой год 8282 руб. Вот человеку как прожить на эти деньги?

Константин Чуриков: Сколько, еще раз, пенсия, Татьяна?

Павел Салин: 8 тыс.

Константин Чуриков: 8 тыс. Ага.

Зритель: 8282 прожиточный минимум пенсионный. Вот как прожить на эти деньги месяц? И плюс, правильно, сейчас ЖКХ все повышается, отопление. И попробуйте не заплатите хотя бы месяц – начнут отрезать и отключать и все что хочешь. Вот хотелось пожелать новому правительству, министрам, чтобы почаще с регионами тоже работали. Хотя бы врачей. Я понимаю: нужно рожать детей, это все я знаю, у меня тоже дочка, внучка. Но хотя бы тоже не забывать о нашем старшем возрасте, что мы тоже хотим хотя бы немножко, у нас большие, работали по 40, по 30 лет стажа, а пенсия все на месте стоит. Спасибо вам. У вас очень хорошая передача.

Константин Чуриков: Спасибо вам.

Тамара Шорникова: Да, спасибо большое. Вот, кстати, губернатор Пермского края, который сейчас у нас в правительстве появился, поможет ли оттянуть внимание на регионы? За своих поборется?

Павел Салин: Я, честно говоря, сомневаюсь. Потому что господин Решетников приходил в Пермский край как технократ, назначением из федерального центра, и должность он свою получил, скорее всего, не за достижения в Пермском крае, а за достижения в столичном правительстве, в котором он работал до делегирования в Пермский край. Это многим технократам, кстати, начиная с 16-го года, намекали, что отработай нормально хотя бы несколько лет на губернаторском посту, мы тебя заберем на федеральный уровень, когда перестановки начнутся. Вот пока только один. Т. е. – нет, это имитация как бы регионального призыва. Господин Решетников не является представителем региональной элиты. Он – варяг, которого делегировали на несколько лет на воеводство туда…

Тамара Шорникова: Временщик.

Павел Салин: …а сейчас обратно. Ну, это ваше.

Константин Чуриков: Тамара, осторожнее. Варяг, варяг. Более демократичный термин.

Павел Салин: Его делегировали на какое-то время, а сейчас обратно отозвали в федеральный центр.

Олег Столяров: Я бы все-таки не совсем согласился. У Решетникова были 3 идеи, которые он проводил, будучи губернатором Пермского края. И будучи начальником департамента мониторинга в Минрегионе. Он еще на всякий случай там еще работал. Потом уже в депире Москвы он работал, так сказать. Он, первое, хотел иметь некую финансовую свободу для регионов. Второе – управление собственной доходной базой региона. И сейчас в общем-то. Он был близок к той идее, чтобы оставлять хотя бы налоговое приращение в регионе, для того, чтобы регион зарабатывал на собственное развитие. Единственное (что, конечно, не является неким препятствием для господина Решетникова) – это то, что он был начальником департамента мониторинга в Минрегионе. Дело в том, что Минрегион за весь период своего существования так и не понял, что стратегией надо управлять, а не мониторить. Я задавал им простой вопрос: а кто стратегией будет управлять? Вы, говорю, все мониторите, а управлять-то будете когда-нибудь?

Константин Чуриков: Вот еще о мониторинге тоже поговорим. Потому что у нас среди тех, кого назначили, среди новых министров, очень много тех, кто контролировал и мониторил.

Тамара Шорникова: Да.

Павел Салин: Это эффективный менеджмент. Контролировать, мониторить, перераспределять и создавать финансовые потоки, перераспределять финансовые потоки. Именно поэтому нынешнее правительство не отличается от предыдущего, а правительство 18-го года не отличалось от правительства 12-го года, а правительство 8-го года не отличалось от… и т. д., далее по тексту.

Олег Столяров: Нет, вот вернемся к той теме. Именно поэтому, что правительство, если вы говорите о пенсионерах, нужно понять одну простую вещь: что во всем мире деньги на инфраструктуру, а Мишустин поставил первой задачей искать деньги на инфраструктуру, берутся в пенсионных фондах.

Павел Салин: Да, и перераспределение – вот это задача, мегазадача, которую поставил президент…

Олег Столяров: Это кардинальное изменение… это изменение опять же для пенсионеров.

Константин Чуриков: Опять люди спохватились…

Павел Салин: …отдать 500 млрд. бедным, но эти 500 млрд. не создать, а взять у кого-то.

Олег Столяров: И перераспределить.

Павел Салин: Да, мы предполагаем, что у среднего класса. И перераспределить в пользу…

Константин Чуриков: Подождите, «у среднего класса». Давайте мы с вами не будем забывать о Белоусове. Это же Белоусов, собственно, обращался с идеей перераспределить. Чтобы бизнес как-то включился в обустройство страны.

Олег Столяров: Не-не, Белоусов с другой идеей, более оригинальной. Когда государство создало очень льготные условия для экспортеров, они заработали за счет этих льгот 500 млрд., Белоусов говорит: а что, как бы их инвестировать в интересах государства?

Павел Салин: Ну, не за счет льгот. За счет, он сказал, колебаний курса валют. Не льгот.

Константин Чуриков: Да. И бизнес там напрягся потом.

Павел Салин: И либо необоснованное обогащение, как говорят юристы.

Константин Чуриков: Этим летом он сказал, что такие миллиардеры и такие идиоты, а тем, кто, видимо, слил это письмо, сказал, что это эффект гранаты был, брошенной в курятник, да? Давайте сейчас побеседуем с Евгением Бунимовичем. Уполномоченный по правам ребенка в Москве, заслуженный учитель России. Евгений Абрамович, здравствуйте.

Евгений Бунимович: Здравствуйте.

Константин Чуриков: Интересно услышать ваше мнение по поводу нового министра просвещения. Вообще почему, как вам кажется, решили поменять на этом фронте министров?

Евгений Бунимович: Надо сказать, что предыдущий министр наш сделала много разных заявлений. И бессмысленных, и осмысленных. Но самое главное, что почти ни одно из этих заявлений не было реализовано. Поэтому вообще, если вы будете думать о том, что, собственно, реально сделало министерство за это время, то очень трудно понять, что. Что касается Сергея Кравцова, то, как Рособрнадзор, есть какие-то результаты действительно. Потому что, например, ЕГ в данный момент уже не вызывает такого резкого неприятия, как было раньше. Многие вещи сделаны все-таки осмысленно, при всех претензиях, которые есть. Но хотя бы нет скандальных бесконечных утечек, которые были раньше, и т. д. Вот. Закрыто достаточно много бессмысленных и халтурных филиалов вузов. Это тоже было его дело. Но одновременно, конечно же, когда требует этого политика, он, естественно, как карьерный чиновник, делал все то, что требуется.

Константин Чуриков: Евгений Абрамович, у меня философский вопрос. Философско-исторический. А у нас вообще хорошие министры просвещения или образования были? Я просто вот смотрю, что в последние годы… Ну хорошо, до Васильевой. Ливанов был, да? До Ливанова был Фурсенко. А если там дальше в историю копнуть, вообще, когда у нас были хорошие министры?

Евгений Бунимович: Да, я знаю их всех, так или иначе. Я оппонировал каждому из них, так сказать, вот как и сегодня, в качестве председателя комиссии по образованию Московской городской Думы. Но могу вам сказать, что – а вообще может быть хороший министр образования? Вообще, бывает ли так, что все довольны образованием? Так вообще не бывает.

Тамара Шорникова: Ага.

Евгений Бунимович: Но министр должен быть хотя бы профессиональным. Я могу рассказать, что Кравцов, я знаю много его разных действий, он по крайней мере человек профессиональный. И умеющий управлять. Другое дело, какова будет идеологически осмысленная направленность нашего образования. Боюсь, что это вопрос не к нему. Боюсь, что это, так сказать, человек, который будет выполнять ту политическую волю, которая будет помимо него. Но, собственно, он человек безусловно профессиональный.

Тамара Шорникова: Евгений Абрамович, нам сейчас эксперт по здравоохранению говорил о том, что перед новым министром стоит такая важнейшая задача – биться за финансирование. Потому что 3% от ВВП это очень мало для здравоохранения. А какая главная задача стоит сейчас перед Сергеем Кравцовым?

Евгений Бунимович: Я могу вам сказать, что то, о чем сказали вы, это задача всегда социальных всех министров. И образования, и здравоохранения, и социальной защиты и труда. Конечно, это – биться за финансирование. Но я хочу вам сказать, что у нас большая проблема не с этим, а большая проблема с тем, на что мы тратим это финансирование. Могу вам сказать, что, опять же на опыте Москвы, что в Москве сейчас большие деньги идут на образование. Но эффективность этих вложений и осмысленность этих вложений вызывает большие вопросы. Поэтому я думаю, что… У нас все время говорят: «Как вы относитесь к реформе образования?» Но ни один человек не может ответить: а в чем, собственно, она состоит? И нужна ли она? И вообще, в чем она происходит? Я думаю, что не только в деньгах дело. Мы привыкли, что… В Москве сегодня учителям платят немало. Да, наверное, всегда недостаточно, но немало по отношению к…

Константин Чуриков: Ну да, как известно, секрет британского образования, это отсутствие серьезных реформ, каких бы то ни было, таких глобальных, как это у нас, да?

Евгений Бунимович: Да, но если вы думаете, что британское образование не в кризисе… И вообще, если вы спросите японцев (я внимательно очень изучал опыт передовых стран), то почти все страны, кроме Финляндии, в Европе, считают, что их образование находится в кризисе. Так что это нормально. Реформы для образования – это требовательная система.

Константин Чуриков: Спасибо, Евгений Абрамович. Еще, надеюсь, с вами уже в студии как-нибудь лично, как раз в ближайшее время, обсудим, что нужно менять в системе образования. Это был Евгений Бунимович, заслуженный учитель России.

Тамара Шорникова: И прямо сейчас выведем нашего обозревателя в эфир, Сергея Лескова.

Константин Чуриков: Сергей, здравствуйте. Вы нас слышите?

Сергей Лесков: Да, я вас слышу. Вы меня вывели в эфир, но не вывели из себя.

Константин Чуриков: Ну давайте мы вас пока послушаем, а потом увидим…

Тамара Шорникова: Нет такой задачи, Сергей.

Константин Чуриков: …а потом увидим. Сергей, вчера, когда вы увидели, как обновился кабинет министров, когда вы услышали и увидели эти фамилии, о чем вы подумали?

Сергей Лесков: Так, сразу я был погребен под ворохом, под лавиной мыслей. На самом деле, вот первое, о чем я подумал. Поскольку Мишустин – фигура новая на политическом Олимпе, то была большая вероятность того, что крупные политические фигуры навяжут ему свое представление о новом кабинете министров. Однако, я думаю, этого не произошло. Потому что очевидно, что сам состав этого кабинета во многом подбирал (за исключением, видимо, силового блока) подбирал сам Мишустин. Обратите внимание, что из состава вице-премьеров 3 вице-премьера работали под его началом в Федеральной налоговой службе. А теперь они сразу совершили такой безумный карьерный рывок до вице-премьеров. У него хорошая… там, кстати, еще второй момент: много людей из ИТ-бизнеса. Такого не было, пожалуй, никогда. Мы все время говорим об эре цифровых технологий, об искусственном интеллекте, и вот впервые у нас такое нашествие компьютерщиков. Это вторая деталь.

Тамара Шорникова: Сергей, вы в начале отметили и тут же… Смотрите, Константин задавал философский вопрос, я хочу задать вам личный вопрос. Когда вы увидели фамилии, увидели персонально их, зависть не обуяла? Такие молодые и уже в правительстве. Очень омолодился кабинет министров у нас.

Константин Чуриков: Некоторые даже, мы вот с Томой тут поговорили, в общем, моложе нас прямо. Ну, меня во всяком случае. Тома-то молодая.

Сергей Лесков: Нет, меня зависть не обуяла. Напомню, что зависть – один из смертных грехов.

Тамара Шорникова: Сергей, ну кто не безгрешен?

Сергей Лесков: Ну что же, есть такие, которые не безгрешны. Не будем углубляться в библейские истины. Нет, я давно поставил на себе крест и отнюдь не тешу себя надеждой, чтобы я потянул в качестве министра.

Константин Чуриков: Хорошо, Сергей, сегодня тогда вечером в 20 ч. 30 м. уже здесь в студии будете, как говорится, отдуваться за новое правительство. Комментарий Сергея Лескова сегодня вечером в эфире ОТР. Спасибо большое.

Сергей Лесков: Да.

Константин Чуриков: Олег Иванович, вы хотели…

Олег Столяров: Первое: Мишустина никто не подомнет под себя, потому что он бывший глава Федеральной налоговой службы. А служба работала хорошо. Аль Капоне, как вы знаете, посадили за налоговые нарушения.

Павел Салин: Две короткие ремарки. Во-первых, хотел прокомментировать ваш вопрос к господину Лескову: завидуете, не завидуете? Знаете, господину Кириенко в 98-м году тоже многие завидовали. В 35 лет. Это во-первых.

Тамара Шорникова: Ага.

Павел Салин: Да, после назначения премьером. А что касается назначения, кадров назначения господина Мишустина – да, там 4 человека это его протеже. Один из них – это руководитель аппарата в ранге вице-премьера. Ну, премьер, и это его человек должен быть. 3 остальных – это самостоятельный фронт работ. Но, заметьте, это те фронты работ, которые отвечают за сбор средств. А что касается тех фронтов работ, которые отвечают за распределение средств, там это не креатура Мишустина. Ну, допустим, кандидатура вице-премьера господина Хуснуллина – это явно не кандидатура господина Мишустина, а тех, кто неплохо зарабатывает на строительстве инфраструктурных проектов.

Константин Чуриков: Мы сейчас можем приоткрыть немножко завесу тайны. Мы всю неделю в проекте «Реальные цифры» собираем наказы правительству. Пока вот только полных 2 дня прошло. Но смотрите, что на данный момент больше всего интересно нашим зрителям. Я думаю, что и россиянам в целом. Итак. Вот по итогам двух дней проведенного опроса у нас следующий итог.

Тамара Шорникова: Итак. Главный наказ правительству – создание новых производств, инвестиции в создание новых рабочих мест.

Константин Чуриков: 23%. Столько же – повышение пенсий, тоже 23%. Повышение зарплаты, кстати, не на первом месте. Вы тоже об этом говорили, да? 18%. Далее – борьба с коррупцией. Снижение пенсионного возраста – 10%: многие услышали, что премьер новый против снижения пенсионного возраста. Остановка цен. Доступность медицины. Введение прогрессивной шкалы налогообложения – всего 5%, но тоже, видимо, услышали первое заявление кабинета. Скажите пожалуйста, то, что наши зрители формулируют, это подсказка правительству? С этим можно работать?

Павел Салин: Это подсказка, но она не будет услышана. Потому что – вот что стоит на первом месте, это фактически люди говорят: «Нам не нужна рыба, нам нужна удочка. Дайте нам возможность зарабатывать. А потом уже, может быть, и к этому что-то давайте». Как в нулевые годы было, да? Т. е. у нас люди и зарабатывали сами по себе хорошо, и еще социальные программы всякие шли: материнский капитал и все прочее. У людей запрос на удочку. Но нынешняя система будет давать рыбу. Периодически, по частям, и части, наверное, будут уменьшаться.

Константин Чуриков: Но удочку надо изготовить еще, да?

Павел Салин: Да, ее еще нужно изготовить, удочку. За счет перераспределения, под что заточено там… Не изготовишь.

Олег Столяров: Нет, это не подсказка. Это требование выполнить 609-й указ президента.

Константин Чуриков: Спасибо. Мы должны заканчивать. Вечером продолжим обсуждение. Спасибо нашим гостям. Павел Салин и Олег Столяров были у нас в студии.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)

Выпуски программы

  • Все видео
  • Полные выпуски