Самокаты запрещают

Гости
Илья Заливухин
архитектор-градостроитель
Дмитрий Петрожицкий
директор Ассоциации операторов микромобильности

Марина Калинина: Ну вот спустя день после запрета проката электросамокатов в Санкт-Петербурге власти и прокатчики договорились об условиях работы. Правила ужесточаются. Теперь в центре города, в том числе на Невском проспекте, движение электросамокатов вообще запрещено, а скорость ограничена до 10–20 километров в час. Остановить работу сервисов по аренде самокатов власти города потребовали после серии наездов самокатчиков на пешеходов, а ранее Минтранс предложил вообще запретить кататься на электросамокатах весом более 35 килограммов.

Сейчас будем разбираться с этой темой. Первый эксперт у нас на связи Дмитрий Петрожицкий, директор Ассоциации операторов микромобильности. Здравствуйте.

Дмитрий Петрожицкий: Добрый день.

Иван Князев: Ну и вас, уважаемые телезрители, тоже просим присоединиться к нашему разговору. Что вы думаете вот обо всех этих самокатах, велосипедистах, как они ездят, нужно ли их как-то ограничивать либо нет? Дмитрий Валерьевич, здравствуйте.

Марина Калинина: Смотрите, Дмитрий Валерьевич, вот давайте начнем с предложения Минтранса, вот эти 35 килограммов. Дело в весе или в скорости? Потому что, допустим, самокат, который весит 15 килограммов, может развивать скорость больше, чем тот, который весит 35.

Дмитрий Петрожицкий: Безусловно, вы правы, потому что здесь все-таки Минтранс, кстати говоря, больше делает акцент на скоростном режиме самоката, потому что...

Марина Калинина: При чем здесь вес тогда, непонятно.

Дмитрий Петрожицкий: Вес на самом деле, вот если мы говорим про прокатчиков, про операторов кикшеринга, то у них у всех самокаты менее 35 килограммов, потому что, когда они затевали этот бизнес, они знали правила и сразу же заказывали самокаты менее 35 килограммов и мощностью менее, не выше 240 ватт, поэтому к ним это не относится. Что касается частных владельцев средств индивидуальной мобильности, то здесь действительно есть разного рода, скажем так, устройства, которые могут быть и более 35 килограммов. К ним, я думаю, нужно отдельно внимательно присматриваться, потому что скорее получается, что это уже мопеды, а не электросамокаты.

Марина Калинина: Ага. Так все-таки вес или скорость?

Дмитрий Петрожицкий: Вы знаете, еще раз говорю, касательно веса, вот мы как Ассоциация операторов микромобильности здесь никакой проблемы не видим для своих, скажем так, участников ассоциации, потому что у них у всех не более 35 килограммов. Что касается скорости, то действительно здесь, как вы сказали, есть определенные ограничения, сейчас вот мы общаемся с властями Санкт-Петербурга как раз на предмет, вы, наверное, знаете, уже анонсировали это. Поэтому я думаю, что все-таки здесь нужно разделять, есть действительно тяжелые транспортные, скажем, устройства, которые в основном все-таки находятся в частном владении, к ним надо какие-то отдельные принимать меры регулирования. Что касается прокатчиков, то в принципе у них с весом проблем нет.

Иван Князев: Ну а если в целом так вот разобраться, хорошо, у меня быстрый самокат, в принципе он тяжелый. Я что должен, по дороге ездить? Если я поеду по дороге, то мне же тогда, наверное, экипировка какая-то нужна.

Дмитрий Петрожицкий: Смотрите, сейчас мы находимся в таком определенном, скажем так, юридическом лимбо, это белое пятно, скажем так, неурегулированность с точки зрения законодательства этой новой индустрии. Поэтому я думаю, что, конечно, до конца года и Минтранс, и другие органы придут к какому-то, значит, пониманию, как это регулировать, будут внесены изменения в правила дорожного движения...

Иван Князев: Ну просто вот хотелось бы понять, к чему они придут. На самокатах, например, вот здесь, в столице, ну и в том же Петербурге, люди уже ездят года 2, уже второе лето, и все...

Марина Калинина: Как минимум.

Иван Князев: Ну да, как минимум, и они все больше и больше популярными становятся. Просто очень непонятно, как вот это вообще можно, в принципе отрегулировать, вот в чем хотелось бы разобраться. Может быть, есть какие-то примеры из других стран, как там люди ездят?

Дмитрий Петрожицкий: Ну смотрите, мы считаем, что все, что касается, скажем, электросамокатов небольшого веса, до предела, до 35 килограммов, то это все-таки не средство транспорта, это скорее такое нечто среднее между пешеходом и, скажем, велосипедом, то есть это ближе, может быть, даже к велосипеду, что-то такое. Поэтому здесь мы видим, что люди ездят на тротуарах, и если они ездят с определенным ограничением скорости, внимательно соблюдая рекомендации операторов, со здравым смыслом, скажем так, с каким-то здравым подходом, то здесь не возникает никаких проблем с точки зрения безопасности для здоровья как пешеходов, так и самих, собственно говоря, пользователей.

Иван Князев: Ну а если быстро? Если быстро, то что, на дорогу их?

Дмитрий Петрожицкий: Ну да...

Марина Калинина: Дмитрий Валерьевич, а скажите, как их можно наказать? То есть вопрос-то в том, что едет человек не 10 километров в час, а 25, ну едет – кто его будет останавливать, измерять его скорость, штрафовать? Штрафовать его не имеют права, потому что такой статьи нет...

Иван Князев: Потому что и на 20 километрах так же тоже можно влететь в человека и мало не покажется.

Марина Калинина: Как это? Наказать-то их нельзя.

Дмитрий Петрожицкий: Смотрите, здесь за этим очень внимательно следят сами операторы. Поскольку люди создают уже достаточно крупный бизнес, вкладывают большие финансовые средства в эту индустрию, то они прежде всего сами заинтересованы в том, чтобы самокаты эксплуатируются надлежащим образом, чтобы не было никаких, скажем так, проблем с безопасностью...

Иван Князев: Ну это да. Дмитрий Валерьевич, я прошу прощения, сразу: не только же операторы. У меня уже дома есть электрический самокат, и у многих уже.

Марина Калинина: Операторы понятно, да, но есть же и частные владельцы.

Иван Князев: Мы уже купили частный, все больше и больше людей их покупают, они не так уж дорого стоят.

Дмитрий Петрожицкий: Вот смотрите, я просто договорю по поводу операторов. Операторы могут технически сами ограничивать скоростной режим в той или иной зоне. Поэтому вы говорите, как отрегулировать, – так вот операторы уже регулируют, то есть есть определенные зоны, то есть город поделен на зоны, где есть определенные ограничения, которые техническими средствами, самими операторами понижают скорость самоката в той или иной зоне. То есть человек если едет, например, на электросамокате и въезжает в эту зону, где есть ограничение скорости, у него автоматически эта скорость снижается, то есть он сам не может потом уже поехать более быстро. Это что касается, скажем так, операторов.

Что касается частных юзеров, скажем так, этих устройств, то, наверное, здесь все-таки действительно, мы очень надеемся, до конца года будут приняты необходимые законодательные изменения, появятся знаки, появятся, значит, уже определения, как штрафовать этих людей, как, скажем, контролировать их движение и так далее. Я думаю, что все-таки это в плоскости скорее больше вопроса Минтранса.

Марина Калинина: Понятно.

Иван Князев: Да, понятно.

Марина Калинина: Ну как раз, как раз к зиме, когда на самокатах никто не катается.

Дмитрий Петрожицкий: Ну, мы надеемся на самом деле, что... Вы знаете, я хочу так сказать, что и в других странах к этому относятся по-разному, все столкнулись с этим бурным развивающимся кикшерингом и вообще средствами индивидуальной мобильности, которые достаточно быстро просто появились, за которыми...

Марина Калинина: Ну посмотрим, посмотрим, чем дело закончится. Да, спасибо большое. Дмитрий Петрожицкий, директор Ассоциации операторов микромобильности.

У нас есть звонки. Николай из Санкт-Петербурга на очереди. Николай, здравствуйте.

Иван Князев: Здравствуйте, Николай.

Зритель: Здравствуйте. Сразу представлюсь. Мне почти 70 лет, без недели.

Марина Калинина: Так.

Зритель: Когда я был маленьким и учился в школе, к нам приходили в класс сотрудники ГАИ и объясняли нам правила дорожного движения, в том числе и то, что пешеходы должны ходить по правой стороне тротуара. Если пешеходы будут ходить по правой стороне тротуара, а я не слышу нигде, никто никому не говорит ни по телевидению, ни в школах теперь, ходят кто где хочет, не только самокатчики, и велосипеды, и на моноколесах, и на роликах – все едут как хотят. Они дорожную ситуацию на тротуаре не прочитывают. Пожалуйста, когда ведете свою передачу, объясняйте, что тротуар тоже с правосторонним движением, дорога для пешеходов.

Иван Князев: Да, понятно, Николай, хорошо, спасибо вам большое за ваше мнение.

Марина Калинина: Хорошо.

Иван Князев: У нас еще один эксперт на связи – Илья Заливухин, архитектор-градостроитель. Илья Вячеславович, здравствуйте.

Илья Заливухин: Да, здравствуйте.

Иван Князев: Илья Вячеславович, как вы относитесь вот к этой идее все сразу запретить, например, в Петербурге, ограничить? И вообще, что делать с этими самокатами, которые сейчас уже многих начинают напрягать?

Марина Калинина: И где ездить?

Иван Князев: И где ездить тогда, да?

Илья Заливухин: Вы знаете, я очень хорошо отношусь к идее самокатов, но в то же время я так же хорошо отношусь к идее сейчас запретить, собственно, самокаты, потому что пока не сделана, не продумана инфраструктура. Это очень важный момент. Ну это, представьте себе, как если бы были автомобили, а правил дорожного движения или дорог не было: они бы сталкивались с лошадьми, с повозками и так далее. Вот это примерно было на самом деле в начале XX века.

Вот сейчас, если говорить про эти средства мобильности, нужно продумать, где и как они будут ездить. Но однозначно они не должны ездить по тротуарам, это первое, потому что на самом деле пешеход должен чувствовать себя в безопасности на тротуарах, это я абсолютно в этом уверен. Другой момент, что когда, собственно, мы выезжаем с вами с тротуара, то подвергаемся опасности, собственно, на этих самокатах уже по отношению к автомобилям. И вот здесь нужно продумать эту систему: это и разная классификация улиц...

Вот все говорят про Европу, но в Европе есть такая система улиц, она очень простая, это улицы со скоростью 40–50 километров в час, с выделенными полосами для автобуса, с пешеходными переходами, с деревьями, то есть там на самом деле по выделенным полосам автобуса можно спокойно ездить на самокатах, на велосипедах и, собственно, не представлять опасности ни для пешеходов, ни самим являться, представлять риск своей жизни при столкновении с автомобилистами.

Иван Князев: Ну да.

Илья Заливухин: А у нас вот эта гибридная система дорог, когда непонятно, вроде бы ты едешь по Третьему транспортному кольцу и вдруг раз! – там велосипедист возникает или какой-то еще... Ну то есть нужно четко разобраться, делать больше, собственно, выделенных полос для автобусов, делать скоростные дороги и отдельно, собственно, отделять их от городских улиц и проспектов. Вот тогда появится возможность.

Иван Князев: Илья Вячеславович, инфраструктура, конечно, дело хорошее, но кое-где у нас есть велодорожки. Вы часто видите, что велосипедисты даже при наличии велодорожек ездят по велодорожкам и по этим же велодорожкам не ходят пешеходы? Просто вот нам телезрители пишут, что на самом деле все-таки дело не в весе, не в скорости, не в самокате, а просто в воспитанности людей, которые им пользуются. Потому что, вот честно скажу, я когда выезжаю на велосипеде, на самокате, я думаю, есть там толпа людей, ехать мне туда, или я поеду где-нибудь, где посвободнее.

Илья Заливухин: Ну не совсем, это вопрос, конечно, инфраструктуры. Понимаете, велодорожки у нас часто начинаются ниоткуда и заканчиваются нигде, поэтому этими велодорожками пользоваться невозможно, они были проложены как такой карго-культ: вот нужно велодорожку – давайте попробуем проложить. Чтобы решить вот этот вопрос велопередвижения, нужно все уровни транспортной мобильности рассматривать, вплоть до агломерационного уровня, понимаете, и только тогда у нас получится это все соединить. Вот просто так это не возникнет, потому что нужно пользоваться...

Иван Князев: Но это же не сделать очень быстро. Хорошо, если есть деньги на велодорожки, на какую-то инфраструктуру в богатых городах, как быть в тех городах, кто победнее? И вообще я не понимаю, хорошо, у меня ребенок ездит на электросамокате, как он поедет по дороге-то?

Илья Заливухин: Нет, смотрите, если мы говорим про детей, дети, самокаты, они могут быть в парке, опять же по выделенным дорожкам в парке, они могут ездить. Мы же говорим не про детское движение на трехколесном велосипеде, мы говорим про средства индивидуальной мобильности, которые могут довольно большую скорость развивать, а детские самокаты могут ездить рядом с мамой на тротуаре, это не вопрос. Но вы посмотрите, что сегодня происходит: по тротуарам носятся люди. Ну конечно, можно уповать на их приличие, что они будут сигналить и ехать не больше 7 километров в час, но это, понимаете, не... Ну как бы что, мы их будем штрафовать или что, камеры везде повесим? Кстати, по тротуарам неудобно ездить, потому что там плитка, все равно это надо как-то решать, вот нельзя это так оставить, нужно создавать инфраструктуру.

Марина Калинина: Илья, ну смотрите, для того чтобы создать инфраструктуру, нужно вообще... Вот, например, если взять такой город, как Москва, огромный, нужно вообще всю структуру транспортных вот этих дорог пересматривать.

Илья Заливухин: Да, в том числе нужно... Ну смотрите, надо начинать, например, с центра. Вот возьмем внутри Бульварного кольца...

Марина Калинина: Ну, у нас и велодорожки только в центре, больше их нигде нет.

Иван Князев: Ну в парках еще.

Илья Заливухин: И в Питере, Санкт-Петербург, пожалуйста, центральная часть города, по улицам медленно едут машины, они едут не больше 50 километров в час, потому что хорошая система капиллярная, которая была сделана 200 лет назад, там и не разгонишься до 60 и до 80 километров в час – вот, пожалуйста, там же могут ехать по выделенным линиям для автобусов, которых нужно больше делать, как в центре Парижа, там все в выделенных линиях для автобусов, могут спокойно ехать эти велосипедисты или люди на быстрых самокатах, которые действительно передвигаются, или даже на моноколесах. Ну согласитесь, не по тротуарам же им ездить, это однозначно.

Марина Калинина: Ну нет, конечно.

Илья Заливухин: Мне кажется, на это надо сделать такой упор, что по тротуарам им ездить нельзя, это очень опасно.

Иван Князев: Ну, на данный момент тогда им можно сказать, это будет равно, им вообще ездить нельзя.

Илья Заливухин: Может быть, да, пока не будет сделана инфраструктура, им ездить по городу нельзя, только в парке...

Иван Князев: Тогда их надо запрещать к продаже просто, мне кажется.

Илья Заливухин: Тогда можно их запрещать к продаже, да.

Иван Князев: Других вариантов пока мы так и не нашли. Спасибо вам большое. Илья Заливухин был с нами на связи, архитектор-градостроитель.

Марина Калинина: А через несколько минут мы вернемся...

Иван Князев: Да, после небольшого перерыва.

Марина Калинина: ...в эту студию, будем обсуждать тарифы ЖКХ, которые повысятся в очередной раз с 1 июля, причем в разных регионах цифры будут разные, цифры повышения.

Иван Князев: Да, меньше месяца у нас осталось до очередного сюрприза, до очередного повышения. Где, в каких регионах и на сколько повысится, насколько все это обоснованно и почему это каждый год происходит, как что рассчитывают? Будем разбираться вместе с вами.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)