Самозанятые сдаются налоговой

Самозанятые сдаются налоговой | Программы | ОТР

Зарегистрировался миллион самозанятых. А чего ждут остальные 20 миллионов?

2020-08-31T20:04:00+03:00
Самозанятые сдаются налоговой
На МКС пора ставить крест? Деньги на свалку. Маньяк выходит на свободу. Страна под снегом. Как победить бедность
Сергей Лесков: Любой памятник - это некая точка единения нации. Если памятник служит возникновению напряжения в обществе, ему нет места на площади
Что такое бедность и как с ней бороться?
27 февраля - Всемирный день НКО
МКС переработала свой ресурс
Дорогая передача: Нам мешают парковки!
Свободен и особо опасен
ТЕМА ЧАСА: Страна под снегом
Чёрные дыры МКС
Новый техосмотр отложили
Гости
Сергей Елин
эксперт по финансово-правовой безопасности бизнеса Московского отделения «Опоры России»
Игорь Строганов
доцент кафедры предпринимательства и логистики РЭУ им. Г.В. Плеханова

Константин Чуриков: Здравствуйте. В Москве 19 часов 26 минут. С сегодняшнего дня именно в это время будем начинать вечернее «ОТРажение». А в остальном все без изменений, все так же изучаем ситуацию в стране и делаем все вместе соответствующие выводы с отдохнувшей Оксаной Галькевич…

Оксана Галькевич: …ну, и Константином Чуриковым, который, вы знаете, все еще ждет своего жаркого карнавального отпуска. Ну, Костя, не расстраивайся, еще будет на твоей улице и мохито без алкоголя…

Константин Чуриков: Без?

Оксана Галькевич: …или как ты там любишь. Ну, в общем, друзья, новую неделю рабочую начинаем, как всегда, с актуальных тем. Говорим с вами о том, о чем все хотят поговорить. Вот о чем.

Константин Чуриков: В России насчитали миллион самозанятых. Казна пополнилась налогами на 3,5 млрд. руб. Это много или мало? Как быть с остальными 13 миллионами, которые не встают на учет и, возможно, пока не очень доверяют государству. Об этом через буквально минуту.

Оксана Галькевич: «Ненавистный русский». Глава фракции сейма Латвии призвал «на ненавистном русском» вести с Москвой переговоры. А бывший глава Верховного Совета Белоруссии предложил лишить русский язык статуса второго государственного в стране. Почему в бывшем Союзе побаиваются нашего великого и могучего? И всегда ли использование чужого языка означает потерю суверенитета? О политике и лингвистике – в 8 часов вечера.

Константин Чуриков: Учебный год во время пандемии. Самые экзотические способы противодействия инфекции в школах: вторые и третьи смены, два урока в одном классе. А какие нововведения в вашем учебном заведении? Расскажите. В половине девятого.

Оксана Галькевич: Мусорные операторы потребовали доплачивать им из бюджета за разделение отходов. Эта компенсация должна быть введена, если к раздельному сбору привлекут НКО. Почему, несмотря на возросшую плату за вывоз мусора, региональные операторы все плачутся и говорят, что это нерентабельно? Кому выносить мусор? В 9 вечера эта тема.

Константин Чуриков: Т. е. если, предположим, я хожу собираю бутылки, там, банки какие-то, да, сдаю…

Оксана Галькевич: Наносишь ущерб целой отрасли.

Константин Чуриков: …а платят не мне. Вот так.

Внизу экрана указано, как с нами связаться. Телефон прямого эфира уже включен, уже работает, как и СМС-портал 5445.

Оксана Галькевич: Константин уже высказался по одной из предложенных, друзья, к нашему прямому эфиру тем. Вы можете сделать ровно то же самое, воспользовавшись этими средствами связи. И есть у нас еще группа программы «ОТРажение» в социальных сетях, ищите их. А также есть сайт программы «ОТРажение». Есть чат, чат программы «ОТРажение», прямого эфира…

Константин Чуриков: Главное, не запутайтесь.

Оксана Галькевич: …на сайте ОТР.

Константин Чуриков: А сайт программы «ОТРажение» мы как-нибудь сделаем.

Оксана Галькевич: Я только из отпуска вернулась, кое-что подзабыла, друзья.

Константин Чуриков: Сдаваться или таиться? Платить налоги или не платить? Вот зададимся этими вопросами на фоне отличной новости. В России насчитали уже миллион самозанятых. Хотя еще в конце прошлого года их было всего-то 330 тыс. человек.

Оксана Галькевич: Ну, в ту пору только в 4 регионах действовал ведь эксперимент по упрощенной регистрации самозанятых на особых условиях. Тогда это были только Москва, Подмосковье, Татарстан и Калужская область. Ну, а сейчас, Костя, это уже вся страна практически: 79 регионов и еще 5 на подходе.

Константин Чуриков: Дух захватывает от того, с какой скоростью самозанятые сегодня сдаются налоговой. Как сообщили в пресс-службе ФНС, ежедневно на учет встают по 3,5 тыс. человек. Т. е., получается, если умножить…

Оксана Галькевич: Солидно.

Константин Чуриков: …по 105 тыс. человек в месяц и больше чем по миллиону в год.

Оксана Галькевич: Если следовать этому алгоритму, то, получается, через каких-нибудь 13 лет у нас в стране вообще все выйдут из тени, и тени не останется. Потому что, по некоторым данным, именно 13 млн. работников сейчас невидимы для налоговых органов.

Константин Чуриков: Уважаемые самозанятые! Няни, репетиторы, водители. Вы готовы сдаться? Может, вы это уже сделали. И каково вам в новых условиях? Позвоните, расскажите. А мы приветствуем в нашем эфире Сергея Елина. Это эксперт по финансово-правовой безопасности бизнеса Московского отделения «Опоры России». Сергей Викторович, добрый вечер, здравствуйте.

Сергей Елин: Здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте, Сергей Викторович. Ну, 13 млн. это только одни оценки. Есть и другие оценки, Константин и Сергей Викторович: это где-то в районе 30 млн. самозанятых. Как вы думаете, работы еще хватит в этом направлении?

Сергей Елин: Я думаю, что хватит. И главным драйвером в этом процессе выступает бизнес. Потому что бизнесу гораздо выгоднее работать с легально оформленными специалистами. Фрилансеры, подрядчики. Везде, где актуальна временная работа, намного удобнее привлекать самозанятых как с точки зрения налогов, так и с точки зрения трудового и иного законодательства гражданско-правового. И поэтому драйвером в этих вопросах прежде всего выступает бизнес. И я думаю, что эта тенденция будет продолжаться.

Константин Чуриков: Вы хотите сказать, что, например, в тех организациях, где люди как наемные работали и зарплаты в конверте получали, там теперь предлагают зарегистрироваться и работать, не знаю, в той же парикмахерской на особых новых условиях. (Там кто-то кричит. Ладно, ничего страшного). Ага?

Сергей Елин: Не совсем так. Потому что, если трудовые взаимоотношения подменяются гражданско-правовыми и когда работников делают самозанятыми, в данном случае есть определенные нарушения налогового законодательства. И налоговые органы могут переквалифицировать эти взаимоотношения.

Речь идет скорее о другой ситуации. Когда, предположим, парикмахерская привлекала для работы в сдельной системе, например, парикмахеров и выплачивала им зарплату неофициально. Приходящий парикмахер разово выполнял какую-то работу или с какой-то периодичностью. В данном случае гораздо выгодней и самой парикмахерской узаконить эти отношения, заключить договор с самозанятым, платить ему официально по безналичному расчету с уплатой 6%-ного налога самим самозанятым. У которого нет как таковой ни бухгалтерской отчетности, все предельно просто. Зарегистрировался в приложении – и ты легален с точки зрения закона как работник фактически, т. е. как исполнитель, точнее. Потому что в данном случае имеют место не трудовые взаимоотношения, а гражданско-правовые. А для организации это возможность легальной выплаты суммы, не придумывая, как ее незаконным образом обналичить.

Оксана Галькевич: Сергей Викторович, но мы же понимаем, что на самом деле не всегда… Гладко пишется, что называется, гладко на бумаге, но в жизни с разными сложностями эти процессы сопряжены. Давайте, вот вы рассмотрели положительную сторону этого процесса, а какие есть подводные камни? Какие есть сложности? Что может помешать, так скажем, некоторым людям, ну, остаться в тени?

Сергей Елин: Во-первых, если идет речь о взаимоотношениях с бизнесом, здесь прежде всего, как я сказал, бизнес выступает драйвером и сам, по сути дела, диктует условия работникам, привлекаемым для каких-то разовых работ. Если же идет речь, например, о репетиторах, о нянечках, которые работают с физическими лицами, то в данном случае должна быть инициатива уже от самих работников. В этом случае у некоторых будет дилемма: а как все-таки – открываться или продолжать работать «в серую», авось не выявят, а может быть, как бы, не будет привлечения к какой-то ответственности. Этот момент действительно вызывает много вопросов. Потому что вопрос выявления тоже не простой, он требует привлечения ресурсов проверяющих, это все не так уж просто.

Потом, какого рода еще сложности могут возникать. У работодателей, например, могут возникать сложности с банками. Иногда, а особенно на первом этапе, когда только система запускалась, некоторые банки, скажем так, неохотно проводили платежи на самозанятых граждан. И возникали сложности с осуществлением платежей. Особенно когда организация платит не одному самозанятому, а нескольким самозанятым. По всем этим вопросам возникали сложности с системой банковского контроля в рамках отслеживания платежей, которые могут квалифицироваться как легализация доходов, полученных преступным путем. 115-й ФЗ направлен на то, чтобы сомнительные операции отлавливать и блокировать. И вот, к сожалению, очень часто абсолютно добросовестные операции тоже попадали под эти фильтры. Сейчас более-менее ситуация уже в этом вопросе выровнялась. Но все равно вопросы возникают.

Вопросы возникают информационного характера. Многие граждане банально до конца не понимают, с чего начать, куда пойти, насколько это все сложно, а не обернется ли это потом каким-то дополнительным налогом. Т. е. требуется все-таки дополнительная работа. И вот чаще всего эти разъяснения идут со стороны бизнеса, который выступает заказчиком работ. Если же работник, как я говорил, работает с физическими лицами, здесь немножко посложнее, потому что он эту информацию должен получить сам.

Константин Чуриков: Сергей Викторович, может быть, не столько разъяснительная работа, сколько вообще само доверие к государству? Потому что можно сколько угодно разъяснять, что налоги поднимать не будут, но вы знаете, когда у нас, например (у нас такие примеры есть), когда государь говорит: дефолта не будет. И на следующий день – бабах, все вниз, да?

Сергей Елин: Абсолютно согласен, да…

Оксана Галькевич: И мы будем продолжать (я прошу прощения) получать вот такие сообщения, что «ищите дураков, сдадутся. А мотивация где? Там, где государство, все платно». Или вот такое: «Самозанятые – это…» (простите, я не знаю, куда ударение ставится: лохи, лохи? Костя, как правильно?) «…сами себя сдают, их взяли на испуг». Ну, вот такие сообщения. Настрой просто понятен, да?

Константин Чуриков: Сергей Викторович, а такой вопрос. Если человек продолжает (ну, считая, что в общем-то государство ему ничего не должно и он ничего не должен государству) работать «в серую». Например, репетитор. Вот у нас период пандемии, многие перешли на дистанционку, и все так же человеку на карточку капает или кто-то в конвертике передает определенные денежки. Какие риски? Вот что ему предъявят?

Сергей Елин: Риски в двух плоскостях лежат. Первое – риски в разрезе Налогового кодекса, налогового законодательства. В данном случае это пени за несвоевременно уплаченный налог, плюс штраф от 20 до 40% от суммы. Это санкции по Налоговому кодексу. Плюс ко всему у нас есть статья 198 Уголовного кодекса, которая говорит о том, что при достижении определенной суммы неуплаты налога и при наличии умысла в этих действиях предусмотрена уголовная ответственность за подобные действия. Поэтому в данном случае будет зависеть от суммы, от наличия умысла и в совокупности факторов. Но в любом случае ответственность за эти нарушения предусмотрена.

Константин Чуриков: Понимаю, что не к вам вопрос, но как это доказать? Вот человеку, там, какая-то группа лиц ежемесячно, не знаю, 5, 6 тыс. руб., 10 перечисляет. Ну, может, это его друзья, может, они помогают…

Оксана Галькевич: Родственники…

Константин Чуриков: …родственники, да, в сложный момент человеку.

Сергей Елин: В данном случае у налогового органа есть право запрашивать банковские выписки и в банке соответственно отслеживать подобного рода транзакции. Плюс ко всему на сегодняшний день ведется активная работа по автоматизации этих моментов: по автоматическому взаимодействию банков и налоговых органов в части выгрузки информации. И я думаю, что возможно по какой-то сумме объяснить, что это была какая-то сумма случайная, единичная. Но если все-таки идет речь о системной работе в течение многих лет, я думаю, что объяснить будет проблематично. И сформировавшаяся практика, она формируется и на сегодняшний день тоже, она тоже будет говорить о том, что какие-то явные вещи будут трактоваться все-таки не в пользу налогоплательщика.

Оксана Галькевич: Путь тернистый, но нужно все преодолеть.

Константин Чуриков: Но дело правое, да?

Оксана Галькевич: Да. Сергей Викторович, давайте вместе примем звонок. Олег из Волгограда до нас дозвонился. Здравствуйте, Олег. Мы вас слушаем.

Зритель: Добрый вечер. Здравствуйте.

Оксана Галькевич: Добрый.

Зритель: Я являюсь самозанятым…

Константин Чуриков: Да?..

Оксана Галькевич: Да?..

Константин Чуриков: Вы официальный самозанятый?

Зритель: Добрый вечер. Здравствуйте. Я Олег с Волгограда. Я являюсь самозанятым, вот. Сдаваться не собираюсь никогда ни при каких обстоятельствах.

Константин Чуриков: В чем ваша самозанятость, Олег, заключается?

Зритель: Я занимаюсь ремонтами. Работаю сам на себя.

Оксана Галькевич: Ага.

Зритель: Т. е. как бы… И в налоговую не собираюсь идти.

Константин Чуриков: Сколько получается в месяц? Понятно, раз на раз не приходится, но в принципе. Вот ремонт…

Зритель: Ну, в районе 50 тыс.

Константин Чуриков: Так. А вот там, сколько, ну 4% от этой суммы, так сказать, оторвать и отдать государству? Почему нет?

Зритель: А за что?

Константин Чуриков: Так…

Зритель: За что? Они, у меня вот дрель сломалась, я же не спрашивал у них ни на что.

Оксана Галькевич: Ага. Олег, ну а все-таки, вот если так рассуждать, знаете, по-граждански. С этих налогов финансируется здравоохранение, образование, строятся дороги…

Зритель: Да это понятно, это понятно. А недра вот? За которые воевали мои деды и прадеды. Куда это все идет?

Константин Чуриков: Да, спасибо за ваш звонок. Но я думаю, что деды и прадеды, они, в общем-то, не за недра. Они просто за землю родную воевали, да, как говорится?

Оксана Галькевич: Ну, с этих недр тоже налоги платятся, в том числе и на образование, и на здравоохранение, и тоже… Но вот видите, на самом деле настрой такой, Сергей Викторович, суровый у наших людей.

Сергей Елин: Ну, этот вопрос непростой, действительно. Потому что здесь нужно действительно во многих ситуациях работать и с доверием, и с изменением ментальности, и налоговой ментальности. Потому что, если человек понимает, что бюджет расходуется всегда правильно, идет на социальные нужды, и видит прозрачность в этих вопросах, то, безусловно, доверия больше. А когда в разные периоды истории были разные ситуации…

Оксана Галькевич: Но вот вопрос, Сергей Викторович, я прошу прощения, просто вопрос. А здесь вот эту ментальность, ее можно менять только с одной стороны? Что называется, агитируя людей, ну, сейчас не за советскую власть, а за что-то другое? Или все-таки это должно быть какое-то встречное движение? Повышение прозрачности, я не знаю? Может быть, государство мы должны иметь возможность спросить: а на что пошли мои налоги? а как они тратятся? а насколько эффективно они расходуются? а где я это могу увидеть? И т. д.

Сергей Елин: Вы знаете, это очень многофакторный вопрос. Потому что, действительно, когда человек приходит в поликлинику и получает качественную бесплатную медицинскую помощь, он видит, что его деньги, уплаченные налоги, тратятся не зря. Если он идет в парк и видит благоустроенные парки, он тоже видит, что его деньги тратятся не зря. Если он получает качественное образование, он тоже понимает, что его деньги тратятся не зря. И так в совокупности. Плюс ко всему стабильность с точки зрения налоговой системы, неизменение относительно. Задекларировано, что налог не будет меняться до такого-то года, – соответственно, он должен не меняться в указанный период. Все это вместе сформирует доверие к системе и соответственно сформирует ментальность. Это быстро не происходит. Все складывается из деталей. И в целом выстраивается картина.

Константин Чуриков: Насколько я понимаю, частный случай самозанятости – это сдача квартиры в аренду. Представим себе какую-нибудь, например, молодую семью, которой как-то, не знаю, от родственников досталась какая-то квартира. Вот они ее сдают, чтобы, в общем, как бы на эти деньги снимают квартиру. Они что, прямо вот предприниматели какие-то? Они прямо вот много заработали? Вот этот случай – вы считаете его предпринимательской прямо деятельностью?

Сергей Елин: С точки зрения самозанятых, не допускается сдача в аренду жилого фонда. Только нежилого фонда. Поэтому в данном случае не совсем, наверное, корректный пример.

Константин Чуриков: Да?

Сергей Елин: Вот. Но… Да. Но в данном случае на самом деле, когда мы говорим про предпринимательство, есть определение в Гражданском кодексе, что попадает под предпринимательскую деятельность. Оно звучит примерно так: систематическое извлечение прибыли. А под систематическим понимается два и более.

Константин Чуриков: Я просто ссылался на ФНС, как раз вот издание цитировали их: по данным ФНС, средний возраст самозанятых такой-то, основные занятия… и тут: «такси, доставка товаров, аренда квартир». Я поэтому, собственно, и спросил.

Сергей Елин: Но, возможно, здесь было изменение. Т. е. вообще были ограничения. В Налоговом кодексе, в законе о плательщиках профналога (именно так звучит закон о самозанятых), он говорит о том, что есть виды деятельности, которые недопустимы для ведения деятельности в качестве самозанятого. Там, торговля акцизными товарами. И раньше был пункт по аренде квартир. Возможно, что-то поменялось.

Оксана Галькевич: Сергей Викторович, если можно, короткий вопрос. А не является ли работа, скажем, по выведению самозанятых из тени… ну, мы понимаем, что на самом деле там не всегда грандиозные деньги и не всегда грандиозные, соответственно, налоговые сборы с этих людей получает государство, – ну, скажем так: не является ли эта работа охотой за мелочью, за мелкой добычей, да? Вот нам, например, зрители пишут: «А почему бы не ввести, например, прогрессивный налог, начиная с 50 тыс.? Тогда казна бы пополнялась гораздо активней, в десятки раз больше».

Константин Чуриков: Да, кстати, например, вот сейчас мы видим, как за вашей спиной там другой какой-то берег, там какие-то дворцы, строения, причалы частные. Вот как раз о тех людях-то и говорим, собственно.

Сергей Елин: Да… Ну, на самом деле во всех сферах нужно регулирование. Эти 13 млн. потенциальных граждан, которые могут быть самозанятыми и которые находятся в тени, это достаточно большое количество. А в реале, вы абсолютно правильно сказали, что, возможно, это количество намного больше. И, на мой взгляд, просто до конца не всем очевидны преимущества. Но в легализации есть большие плюсы. Человек имеет возможность получать кредиты, имеет возможность получать ипотеку. И пока эти, может быть, преференции напрямую не видны для всех, но в целом любое правовое государство должно двигаться в этом направлении. И, так или иначе, налоги должны платить все.

Оксана Галькевич: Спасибо.

Константин Чуриков: Да, спасибо большое.

Оксана Галькевич: Сергей Елин, эксперт по финансово-правовой безопасности бизнеса Московского отделения «Опоры России», был у нас на связи.

Константин Чуриков: Я немножко ошибся, там все-таки еще пока территория Москвы, еще пока эти самые дворцы…

Оксана Галькевич: Это была Москва, да.

Константин Чуриков: …не начались. Нам звонит зритель. Сергей из Подмосковья. Здравствуйте, Сергей.

Оксана Галькевич: Здравствуйте, Сергей.

Зритель: Здравствуйте.

Константин Чуриков: Как у вас с самозанятостью?

Зритель: Я работаю обычно, я не самозанят. Я просто хотел сказать вот про самозанятость. Я сейчас товарища послушал…

Оксана Галькевич: Ага?

Константин Чуриков: Так…

Зритель: …вот, и мое мнение. Личное, конечно, я не знаю, может, многие не согласны. Но я считаю так. Коль вот он говорит, что он самозанят, он работает сам на себя, ничего платить не хочет, – ради бога. Очень хорошо. Но при этом не надо тогда требовать с государства ни помощи, когда вот случилась сейчас эпидемия, а я 3 месяца не работаю, а у меня нет. Копите. Самозаняты, работаете на себя – копите. Не надо спрашивать пенсию тогда. Смотри, что тебе на пенсию отложить, будьте добры этим и пользоваться. Вот это мое мнение. Спасибо.

Оксана Галькевич: Но тут получается, знаете, какой-то замкнутый круг. На самом деле эти люди и считают, что они ничего должным образом не получают и что они не могут рассчитывать ни на какую помощь.

Константин Чуриков: И не так-то много они зарабатывают, эти самозанятые.

Оксана Галькевич: Как-то получаете, знаете, такой замкнутый круг. С чего начать в этой истории размышлений?

Константин Чуриков: С курицы или с яйца?

Оксана Галькевич: Да. Спасибо.

Константин Чуриков: Спасибо за ваш звонок. Мы сейчас приведем буквально несколько примеров, как вот этот особый режим, этот эксперимент, расширенный уже, работает. В Карелии 2 месяца действует налог на профессиональный доход. В регионе почти тысяча самозанятых. Одна из них это Яна Полетаева. Она трудится парикмахером в Петрозаводске уже 20 лет, в основном делает свадебные прически на дому или арендует салон. Вот по ее мнению, самозанятость намного выгоднее индивидуального предпринимательства, потому что у нее сезонный бизнес. Свадьбы чаще всего играют летом и осенью. А зимой можно вообще остаться без работы. Вот теперь налог она платит от прибыли.

СЮЖЕТ

Яна Полетаева, самозанятая: Статус «самозанятый» позволяет все-таки платить налоги от той работы, которую ты делаешь. А если бы я оставалась на ИП, то я в любом случае платила бы отчисления, есть работа, нет работы. Поэтому я решила, что так будет удобнее.

Корреспондент: И так выгоднее получается?

Яна Полетаева: В принципе, да. И плюс я могу не пользоваться услугами бухгалтера. Т. е. разобраться в программе может даже ребенок. Там настолько все просто, что очень, очень приятно работать.

Константин Чуриков: Раньше у Яны были оформлены два ИП. Но во время пандемии пришлось закрыть. Поэтому господдержки она так и не дождалась, не получила.

Оксана Галькевич: Да. Ну, никакой государственной поддержки не получили и героиня следующего сюжета из Сочи. Ее зовут Кристина Евтихова. Она не успела зарегистрироваться как самозанятая, а во время пандемии МФЦ уже не работали. В апреле салон красоты, где работала Кристина, закрылся из-за коронавируса, и она начала шить платья напрокат. Сейчас у нее полсотни клиентов. Им выгоднее воспользоваться ее услугами, чем покупать новую одежду.

СЮЖЕТ

Кристина Евтихова, самозанятая: Начала я заниматься именно на карантине, где-то с конца апреля у меня такая идея возникла. Идея у меня уже давно эта была. Сочи полностью располагает к этому, чтобы шить одежду напрокат. И еще пандемия тоже дала свой толчок, что люди будут больше брать одежду напрокат, именно потому, что это в первую очередь экономия. В салоне красоты я работала, но это тоже, т. е. это ты не сама на себя работаешь. Ты зависишь от директора, т. е. ты подстраиваешься. Тут ты сама на себя работаешь. Я сейчас принимаю клиентов на дому.

Оксана Галькевич: По словам Кристины, главные преимущества самозанятых – это право на бесплатную медицинскую помощь и низкие налоговые ставки. Кроме того, банки принимают доходы самозанятых в качестве подтверждения платежеспособности, если нужно, например, получить кредит.

Константин Чуриков: К нашему разговору присоединяется Игорь Строганов, кандидат экономических наук, доцент кафедры предпринимательства и логистики РЭУ им. Плеханова. Игорь Алексеевич, добрый вечер.

Оксана Галькевич: Здравствуйте.

Игорь Строганов: Добрый вечер.

Константин Чуриков: Игорь Алексеевич, вот то, о чем мы сейчас только что рассказывали всем нам, это случаи, когда «ипэшники» становились самозанятыми. Среди тех, кто сейчас уже составляет этот миллион самозанятых, кого больше – просто каких-то частных лиц, ранее не бывших индивидуальными предпринимателями, которые поверили государству? Или это просто действительно вот из ИП в самозанятые, пока, так сказать, выгодно, вот так решили сделать они?

Игорь Строганов: Ну, тут сложно сказать. Я понимаю, что очень многие люди будут прямо сразу говорить, что вот они переключились оттуда, оттуда. Скорее, процентов 25 это действительно переключившиеся с ИП, ну плюс-минус, естественно. А все остальное – это люди, которые оказывают услуги, которые работали сами на себя и которые решили в общем-то выйти из тени, потому что видят, что, как минимум, государство увеличивает нагрузку. Увеличивает оно нагрузку на тех, кто сидит в тени. И понятно, что на самом деле в общем-то спокойней, безопасней и проще платить эти самые налоги. Причем, ну это же действительно смешные суммы. 4% с физического лица сделки – это очень мало. Особенно если учесть, что абсолютное большинство такого рода самозанятых – это малые услуги, это ремесленничество, это какие-то, в общем-то, недорогие вещи.

Константин Чуриков: Ну ладно, и бывают репетиторы, знаете, сейчас сколько берут репетиторы по математике, друзья, вот?

Оксана Галькевич: О, да.

Игорь Строганов: Знаю, знаю. Репетиторы – это да.

Оксана Галькевич: Особенно в столицах, да. Игорь Алексеевич…

Игорь Строганов: Вот, кстати, я хочу сказать…

Оксана Галькевич: Да-да.

Игорь Строганов: …я бы сказал, что репетиторы как раз в меньшей степени выходят из тени. Репетиторы продолжают быть очень консервативными и сидеть как раз на теневом бизнесе, я бы сказал вот так.

Оксана Галькевич: Да, но а как они, слушайте, информацию о себе тогда распространяют? Как они себя рекламируют? Простите, все социальные сети заполнены: я такой-то, там, в Инстаграме, всевозможные социальные сети или сервисы, где можно искать этих людей для своих детей. Все открыто, пожалуйста, налоговая, заходи. Я бы не сказала, что они прямо в такой реальной тени находятся.

Игорь Строганов: Но государство на данный момент пока не очень сильно это отслеживает. Т. е., я так понимаю, как у нас во многих случаях происходит, государство говорит: так, ребята, идем в самозанятые. Вы не хотите? Ладно. Подождем полгода, посмотрим, как вы дальше запоете. Соответственно, захотите какой-то помощи – ну, вперед приходите. Как в пандемию было, совершенно точно. Те, кто платил налоги, получили вычет. Те, кто держал белые кадры, соответственно получили кредиты. А те, кто этого не делал, – ну извините, ребята, выживайте, как можете. Т. е. я думаю, что выдавят потихонечку.

Константин Чуриков: Нам что-то хочет сейчас рассказать Павел из Ставрополя. Павел, здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте, Павел.

Зритель: Ну, вот я незарегистрированный самозанятый. Но я считаю, это неправильно, что мы не платим налоги. Мы так же платим налоги на жилье, на транспорт, на все. Даже мои дети, школьники, которые, на них записана, там, часть жилья, старого ветхого жилья, даже они платят налоги, несовершеннолетние школьники.

Константин Чуриков: А чем вы занимаетесь, Павел? Расскажите, в общих чертах.

Зритель: Несправедливая налоговая система. Я тружусь на строительстве.

Константин Чуриков: Ага. Сколько примерно получается в месяц у вас заработать?

Зритель: В среднем по году (ну, летом больше, зимой меньше) 20-30 тыс. У нас в семье даже на четверых человек, двое взрослых, двое детей, нет прожиточного минимума. И любой бы человек, если бы ему хорошую зарплату, белую зарплату предложили, он бы бросил бы эту самозанятость и пошел работать за хорошую белую зарплату. Но нет у нас. Вот даже по таким ценам даже нет белой зарплаты.

Константин Чуриков: Да, интересные вещи вы рассказываете, Павел. Спасибо за ваш звонок. Игорь Алексеевич, а если доход настолько мал, а иждивенцев, как говорится, висит на шее много, – вот здесь как быть? Об этом налоговая служба подумала?

Игорь Строганов: Ну, скажем так. Во-первых, позвольте не сильно поверить человеку, что у него 20-30 тыс. в месяц по строительству. Все-таки строительство это хорошая среда, которая всегда генерирует очень неплохие деньги.

Оксана Галькевич: Но это Ставрополь был (я прошу прощения), это не Москва, не Петербург. Это Ставрополь.

Константин Чуриков: И, может быть, он не высотки строит, да.

Игорь Строганов: Ну и что? Это все равно достаточно такая денежная отрасль. Нет, все… Может быть, человек просто там, скажем, где-нибудь потолки делает либо сантехнику делает.

Константин Чуриков: Ну, да.

Игорь Строганов: Но тем не менее. Понимаете, вот та тема, которую поднял первый звонящий в этом эфире. А почему я должен платить налоги? Да потому, что ты живешь в государстве, которое тебе обеспечивает безопасность, транспорт, которое дает тебе возможность работать так, как ты хочешь, и в принципе тебе во многом помогает. И хотя бы то, что у тебя есть это жилье, это в том числе заслуга государства. Да, это немножко с натягом, но все равно ты живешь в стране, которая существует только потому, что государство ее, в общем-то, держит. И мы в принципе, если мы не будем оплачивать государству даже минимальные какие-то налоги, то мы с вами получим какое-то дикое Гуляй-Поле, в котором существовать будет невозможно, но при этом, да, у нас страшное государство не будет тиранически отнимать последнюю копейку. Но копейка-то тоже нужна.

Оксана Галькевич: Игорь Алексеевич, но, с другой стороны, смотрите. Ведь эта ситуация, вот эта проблема с людьми, которые находятся в тени и работают, зарабатывая какую-то копейку, где-то больше, где-то меньше, но не платят налогов, она не уникальна, правда, в мировой экономике?

Игорь Строганов: Абсолютно.

Оксана Галькевич: Разные страны в разные периоды с этим сталкивались. Но, так или иначе, скажите, какой путь мы должны пройти, что мы должны сделать, чтобы вот это поведение, эта позиция была социально неприемлема? Мы ведь еще что с вами сейчас наблюдаем в эфире? Мы наблюдаем в эфире, что люди, которые такую позицию выбрали, их много, и они друг друга поддерживают. Т. е. это такой, знаете, общественный настрой такой некий. Это не единицы. Так вот, что мы должны сделать, чтобы это было социально неприемлемым? Чтобы люди, которые в тени остаются и не платят налоги, ну, были такими немножко, знаете, не от мира сего, неправильными и это понимало большинство?

Игорь Строганов: А это вопрос воспитания. Это вопрос определенной пропаганды. Это вопрос того, что государство должно очень четко показывать реалии, которые есть. Оно очень четко должно показывать кнут и его применять в совсем одиозных случаях. Ну и, в общем-то, на мой взгляд, на данный момент государство делает достаточно правильную вещь. Оно предлагает возможности и очень мягко толкает в сторону, скажем так, правильного поведения.

Но к этому было бы очень неплохо добавить хорошую пропаганду. Т. е. объяснять, что налоги – это не так плохо. Вы живете благодаря этим налогам. Там, дороги строятся благодаря налогам. В конце концов, не знаю, инфраструктура делается благодаря налогам, поликлиники работают.

Константин Чуриков: Игорь Алексеевич, может быть, просто дело в том, что для наших зрителей в каких-то вообще далеких регионах, понимаете, эти дороги строятся – по телевизору они строятся. Эта инфраструктура, эта доступная медицина – она тоже по телевизору, когда там губернатор перерезал ленточку и открыл где-то там в областном центре больницу, понимаете?

Оксана Галькевич: Т. е. налоги это неплохо, но не плохо ли вы живете за счет этих налогов?

Игорь Строганов: Тут двояко. С одной стороны, да, я абсолютно согласен, что в части регионов это все происходит ради галочки, потом это все дело происходит в честь чиновников. С другой стороны, обратите внимание: мы все равно живем в процессе изменения. Т. е. если уж давайте сравним 90-е с 2000 и с 20-ми. Ну, наверное, будет разница, достаточно приличная. И в качестве жизни, и в возможности работать, и в безопасности, и во всем остальном. Да, не так хорошо, как бы хотелось бы. Да, государство медленно идет в определенном направлении. Но давайте дадим ему возможность это сделать.

Оксана Галькевич: А вы знаете, люди, как показывает практика, 90-е уже так вспоминают только в отдельных случаях. Все сейчас принято с советским временем сравнивать.

Константин Чуриков: И реплика (подождите): «Государство у нас идет в правильном направлении». Сегодня знаете что сказал помощник президента, бывший министр экономического развития Максим Орешкин? Он сказал, что мы уже в этом году войдем в число 5 ведущих экономик мира. Между прочим, вот так вот, на минуточку, пока мы…

Игорь Строганов: Уже 5-я экономика мира. С весны – 5-я экономика мира, по мировым рейтингам, между прочим.

Константин Чуриков: Вот. Он сказал, что если мы откроем последний прогноз МВФ на этот год, то мы увидим, что в этом году Россия будет (он сказал «будет») 5-й экономикой мира.

Игорь Строганов: Но нас там тоже через … я видел этот рейтинг. Смотрите, у нас есть такая абсолютно нормальная национальная особенность: мы очень любим жаловаться и ныть. Мы любим говорить, что у нас все плохо. В Китае налоги замечательные, там предприниматель чувствует себя замечательно, а вот у нас все плохо. В Америке предпринимательство, а в России все плохо. В конце концов, если брать людей, которые реально ездят за рубеж, которые там живут, а не туризмом занимаются, которые знают реалии, – оказывается, что по многим показателям в России-то и неплохо. И лучше, чем в других местах. И экономика стабильная местами.

Да, есть системные проблемы. Но задача, кстати, честного диалога власти, государства и в том числе предпринимателей – эти проблемы решать. И в общем-то мы к этому направлению как раз идем.

Константин Чуриков: Часть проблемы в том, что наши люди мало ездят за границу.

Игорь Строганов: И очень много любят мифы читать, разные сказочки. Я вот ВКонтакте, скажем, читаю, Фейсбук тот же самый. Столько мифов, столько разных сказочек. Как там хорошо, как там молочные реки и соответственно кисельные берега. Как предприниматели не платят налоги, но при этом получают все нужные преференции. Да, естественно, если ты брат, сват, если у тебя жена, там, в конгрессе и т. д., – у тебя все будет. Но точно так же предприниматель не защищен нигде. Посмотрите сейчас историю с ТикТоком и Microsoft. Как президент Соединенных Штатов отжимает частную китайскую компанию в пользу частной американской компании. Причем это делается абсолютно рэкетом. Нормальным, 90-х годов рэкетом. И никто не…

Оксана Галькевич: Игорь Алексеевич, но это, понимаете, это там большие парни разбираются, да…

Константин Чуриков: Это их политика, на их американские налоги.

Оксана Галькевич: Может быть, вопрос в том, что у них, так скажем, накопленное некое благосостояние все-таки больше, чем у нашего среднего человека, правда? Поэтому люди чувствуют себя более, так скажем, уверенно в завтрашнем дне. Нам этого не хватает. Когда у нас последний был дефолт, давайте вспомним. Ну, в принципе, он на нашей был памяти. Когда были такие серьезные кризисы, когда люди тоже все теряли? Ну прямо совсем вот несколько лет назад.

Игорь Строганов: Ну, 1991 и 1998 – как раз серьезнейшие кризисы на нашей памяти. В 2008 году, скажем, в основном бизнес потерял, простой человек в меньшей степени. Ну, да, у нас в 2014 году, скажем, предпринимательство типа общественного питания много денег потеряло, кондитеры потеряли. Ну так – да, с тех пор, посмотрите… Опять-таки, там хорошо, но там хорошо было. Сейчас там намного хуже, чем мы привыкли считать. Все меняется, но мы с вами всегда живем вчерашним днем, вчерашними сказками. Вроде и сейчас, … с людьми, которые живут там, платят там налоги и получают там зарплату, во многих разных местах мира, мы видим с вами, что ситуация не радужная. Везде плохо и будет плохо. Но при этом у нас не так уж и плохо, как мы могли бы говорить.

Константин Чуриков: Спасибо. Спасибо за ваше мнение. Игорь Строганов, кандидат экономических наук, доцент кафедры предпринимательства и логистики РЭУ им. Плеханова. Несколько сообщений себе я отложил, Оксана.

Оксана Галькевич: Давай.

Константин Чуриков: Рязань: «Что брать с простых трудяг, которые зарабатывают копейки? Надо с шоу-бизнеса брать налоги». Михаил еще, пенсионер, Краснодарский край: «Сдаваться налоговой не буду. Продолжаю самовольно доить своих коз».

Оксана Галькевич: Коми пишет, что «где дороги? Нефть наша, а дороги в Москве». Но а вот Орловская область считает, что «платить в Пенсионный фонд нужно обязательно, иначе люди останутся без пенсий».

Константин Чуриков: Мы будем следить за развитием этого социально-экономического эксперимента в нашей стране. А через пару минут о русском языке, который вот ну не всем нравится.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)
Зарегистрировался миллион самозанятых. А чего ждут остальные 20 миллионов?