Самый жёсткий карантин в России - в Хакасии

Гости
Дарья Казак
корреспондент ОТР (г. Абакан)
Алексей Петропольский
руководитель Бюро по защите прав предпринимателей и инвесторов Московского отделения «ОПОРА РОССИИ»

Константин Чуриков: Ну что же, до федерального, но не локдауна, а режима выходных дней, сегодня уже шесть субъектов такие ограничения ввели, и они вступили в силу. Сейчас вы увидите их на своих экранах. Это Москва и Московская область, Калининградская область, Ростовская, Смоленская и Хакасия, включения из которой ждем буквально с минуты на минуту.

Марина Калинина: А у нас в студии Алексей Петропольский, руководитель Бюро по защите прав предпринимателей и инвесторов Московского отделения «Опоры России». Здравствуйте.

Алексей Петропольский: Здравствуйте.

Константин Чуриков: Здравствуйте, Алексей Игоревич. Ну хочется разобраться, как вообще вся эта история заработала. Мы сегодня все ехали на работу, и мы не поняли. Одним показалось, что машин меньше, активность меньше.

Марина Калинина: Вот мне показалось, что машин только прибавилось и людей на улицах прибавилось. Я сегодня попала в пробку даже там, где обычно я не попадаю в пробку. В общем, ничего не изменилось.

Алексей Петропольский: Ну, тут как всегда. Кто не ездил на машине, а ездил на метро, и поехал на машине – прибавилось. Те, кто ездил, так и ездят. Мое мнение: в метро и на дорогах примерно столько же машин, как и обычно. Единственная проблема – с общепитом и с услугами. Их действительно стало меньше. Вот сегодня пообедать – это была целая история, надо было искать доставку – что, куда и как.

Константин Чуриков: Или искать какое-то предприятие непрерывного цикла, где есть такая столовая заводская.

Алексей Петропольский: Да. Можно зайти в фойе отеля, хотя им «запрещено»…

Марина Калинина: А можно разве? Они же тоже…

Константин Чуриков: Кстати!

Алексей Петропольский: Только для гостей отеля. Действительно, можно. Ну, у нас не особо разбираются, кто гость, а кто гость гостя.

Константин Чуриков: Очень много вопросов из Москвы: «Почему закрыли шиномонтажи?» И вообще закрыли ли?

Алексей Петропольский: Да, здесь интересно. Многие шиномонтажи стали заменять «резину» удаленно.

Марина Калинина: Это как?

Алексей Петропольский: То есть вы фактически подвозите свою машину к сервису. Выходит молодой человек, берет у вас ключи, СТС и уезжает…

Марина Калинина: …и уезжает в другой конец города.

Алексей Петропольский: Да. Многие сервисы, официальные дилеры так же меняют «резину» сезонную, делают ТО. У них появилась функция доставки – то есть непосредственно человек, который приезжает и забирает машину. На этот краткосрочный период на него выписывается доверенность. А многие автосервисы пошли дальше и вообще просто эвакуатор подгоняют, машину туда загоняют. И привозят так же обратно на месте, где забрали.

Константин Чуриков: На условиях анонимности сегодня наши продюсеры разговаривали с несколькими предпринимателями из разных сфер, в том числе и шиномонтаж, и какие-то табачные киоски, лавки. Сказали, что они ищут возможность все-таки работать, но не хотят себя как-то афишировать. Ну, с точки зрения… Я не прошу вас дать рецепт, а просто расскажите. С точки зрения законов (они разные у нас), кто все-таки сегодня может так или иначе, может быть, даже вопреки указу регионального градоначальника или губернатора, все-таки работать?

Алексей Петропольский: Ну, любое предприятие, которое может дистанционно оказывать услуги, на сегодняшний момент имеет право работать. Но, конечно, у него должны быть привиты сотрудники, 30% из непривитых должны находиться на удаленке. Но подавляющее большинство предприятий, действительно, они могут передавать документы курьерами, просто клиенты могут не посещать офис. Те же рестораны выносят еду на вынос, у нас курьерских служб сейчас много.

Возьмем, допустим, какую-нибудь сферу торговли электроникой. Я был в одном очень большом гипермаркете, который находится в закрытом торговом центре, но на парковку мне вынесли товар. То есть фактически я купил в Интернете…

Марина Калинина: Ну, зайти нельзя, а забрать можно.

Алексей Петропольский: Да. Оплатил в Интернете и забрал. При этом…

Константин Чуриков: Не посетили торговый центр.

Алексей Петропольский: Ну, парковка торгового центра. И это опять же все законно.

Марина Калинина: Олег из Московской области с нами на связи. Олег, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте.

Марина Калинина: Слушаем вас.

Зритель: Я работаю на предприятии, которое подчиняется Министерству обороны, но не является предприятием постоянного цикла. Или как?

Марина Калинина: Непрерывного.

Константин Чуриков: Так?

Зритель: Вы понимаете, да. То есть они не подчиняется постановлению губернатора о введении локдауна. И нам сегодня объявили, что 1-е, 2-е и 3-е – мы опять работаем. То есть и указу президента оно не подчиняется. Как это можете объяснить?

Константин Чуриков: А в указе президента… Можно я сейчас вам просто скажу, поскольку мы читали этот указ президента. Там как раз и сказано, что за исключением стратегически важных предприятий как раз непрерывно цикла, военная отрасль и прочее, и прочее. То есть вы как раз подходите под это определение, получается, Олег.

Зритель: Нет, не подходим. Не являемся мы предприятием непрерывного цикла.

Константин Чуриков: Нет, но вы же военное предприятие, правильно? У вас там отдельная строка в указе.

Зритель: Я его читал, нет там слов про предприятия непрерывного цикла.

Константин Чуриков: Олег, мы сейчас не будем с вами в эфире спорить. kremlin.ru – все открывается, почитайте. Потом нам перезвоните и расскажете.

Марина Калинина: Еще один звонок из Москвы. Ольга, здравствуйте. Ольга?

Зритель: Добрый день.

Константин Чуриков: Добрый день.

Зритель: Алло.

Константин Чуриков: Да-да, пожалуйста.

Зритель: Я хочу сказать, что все эти ограничения – это просто большая профанация. Я сегодня попросила своих детей сделать уборку – нет пакетов для пылесоса. Побежали в торговый центр, дети забыли. И работает торговый центр. В «М.Видео» заходят и говорят: «Нам нужен товар». Они говорят: «Пожалуйста, оформите интернет-заказ». Они оформляют как интернет-покупку и в пункте выдачи прямо тут же выдают.

Константин Чуриков: Понятно, спасибо.

Алексей Петропольский: Действительно.

Константин Чуриков: Ну, это как у вас, да?

Алексей Петропольский: Это еще один лайфхак. Почему, допустим, торговые центры не закрывают даже общие площади? Потому что если есть предприятия, которые торгуют товарами первой необходимости, фактически им тоже можно не закрываться. У нас магазин одежды даже может продавать перчатки, маски, спички, свечки – и все, фактически его закрыть и оштрафовать нельзя. Он должен работать как предприятие торговли товарами первой необходимости.

Марина Калинина: Ну да. Потому что если учесть, что у нас практически в каждом торговом центре на первом этаже продуктовый магазин, то, в общем-то…

Алексей Петропольский: О чем и речь. А в «М.Видео» на кассе можно точно маску и перчатки купить.

Константин Чуриков: Мы сейчас выведем в эфир Дарью Казак – это корреспондент ОТР в Абакане. Еще раз напомню, что в Хакасии с сегодняшнего дня введен комендантский час. По-моему, как раз уже время комендантского часа. Да, Дарья? Добрый вечер.

Марина Калинина: Здравствуйте, Даша.

Дарья Казак: Добрый вечер, коллеги. Ну да. Сейчас на часах уже 10 часов и 44 минуты. И если верить всем правилам, которые с сегодняшнего дня установлены в нашем регионе, мы все должны быть дома, за исключением тех сотрудников, которые работают на предприятиях, которые не останавливают свою деятельность, в первую очередь коммунальщики.

Кроме того, конечно же, время после 22 часов, можно гулять с собакой, выносить мусор, с детьми, но не далее расстояния 300 метров от своего места жительства; помочь одиноким родственникам, которые сейчас находятся дома; и дойти, естественно, до места своего дома.

Константин Чуриков: Дарья, скажите, пожалуйста, вы сейчас с собакой, с детьми или выносите мусор?

Дарья Казак: Я сейчас не с собакой, не с детьми, не выношу мусор. Я работаю для вас. Пока я со своим коллегой шла сюда и снимала этот сюжет, мы встретили несколько человек, которые говорят, что они спешат домой. Сегодня они столкнулись с большой проблемой, чтобы добраться до своего дома, чтобы добраться до поликлиники, потому что были среди них и люди пенсионного возраста. Многие, конечно, не хотели отвечать на вопросы, торопились домой. Ну, у них была запись в поликлинике, и они, естественно, торопились приехать. Многие шли пешком. Что говорить, было и такое.

Кто-то, например, шел домой от своих родственников, не мог вызвать такси, потому что в утренние часы, если даже вызывать такси по известным и популярным платформам, они завышают цены. Как известно, спрос рождает предложение. Возможно, кто-то не уехал на такси по тем агрегаторам, которые представляют, и решил ловить просто в городе. Я уж не знаю, сколько доходила сумма. Ну, все равно, согласитесь, коллеги, каждый день ездить на такси на работу из дома – это дорого.

Константин Чуриков: Ну конечно.

Дарья Казак: Хотя Абакан – это такой достаточно компактный город.

Что хочу сказать? Сейчас нахожусь я в самом центре. За моей спиной автовокзал, он не прекращает работу. Кстати, междугородние автобусы продолжают работать, аэропорт продолжает работать, железнодорожный вокзал продолжает работать. Но на той улице, на которой я сейчас нахожусь, на самом деле малолюдно, люди спешат домой.

Сегодня были озвучены штрафы, не из официальных источников, но они на самом деле настораживают. 30 тысяч рублей.

Константин Чуриков: Да вы что?

Дарья Казак: Это очень высоко!

Константин Чуриков: Это при том, что это наверняка даже выше средней зарплаты по региону, да?

Дарья Казак: Конечно. Если говорить среднюю зарплату по региону, то она сейчас составляет порядка 31–32 тысяч рублей. Но фактически люди получают меньше, люди получают до 20 тысяч рублей. Понимаете? Хакасия – дотационный регион. Это в основном педагоги, это воспитатели. Конечно, не у всех у них такая высокая заработная плата.

Вы знаете, я сегодня еще, готовясь к эфиру, читала комментарии. Люди писали комментарии под постановлением о том, что не работает транспорт. Они говорят о том, что кто-то работает водителем автобусов, и сейчас они просто лишились своего заработка.

Марина Калинина: Да, понятно. Спасибо, спасибо большое.

Константин Чуриков: Спасибо, Дарья. Не мерзните на улице. Мы вас специально отпускаем, а то вы уже кашляете.

Дарья Казак: Спасибо.

Константин Чуриков: Дарья Казак, корреспондент ОТР, Хакасия. Спасибо. До новых встреч!

Ну что, Алексей Игоревич… Кстати, давайте сейчас сразу звонок из Абакана. Сергей, здравствуйте, выходите в эфире.

Зритель: Здравствуйте, добрый вечер.

Константин Чуриков: Добрый вечер. Ваши наблюдения?

Зритель: Дело в том, что, смотрите, у нас… Как бы объяснить? У меня жена после операции, и дед-инвалид, без ног. В больницу ездить каждый день надо. Мы живем за городом. И мы добраться не можем, автобусы все отменили. Как нам добираться?

Константин Чуриков: Как добираться? Вы знаете, мы тоже читали информацию здесь, находясь в Москве, что главы муниципальных городов, мэры городов задавали губернатору вопрос. Он сказал: «Нет, надо ввести». Но в оправдание можно сказать, что сегодня, по-моему, губернатор попросил вообще Министерство обороны, военных медиков о помощи. Они должны уже завтра прибыть к вам в республику. То есть ситуация, конечно, очень и очень сложная.

Алексей Игоревич, как здесь найти… и вообще можно ли найти золотую середину? Не знаю, какой-то позитивный опыт в мире бывал, чтобы и бизнесу не плохо, понимаете, но и люди так или иначе?

Марина Калинина: И ковид на спад.

Константин Чуриков: Да.

Алексей Петропольский: Смотрите. Бизнес интересует только одно. Падает выручка, а нужно платить зарплаты. Без выручки многие платить не могут. Бизнес, как непрерывная машина, должен зарабатывать деньги, и эти деньги должны идти на зарплаты и на улучшение условий труда. Но сейчас этого не происходит. Вот у нас любят делить на пострадавшие и особо пострадавшие именно сферы. Но пострадали-то практически все. 80% бизнеса – у них падение выручки в период локдауна на 90%.

И самая большая издержка, которую невозможно ничем перекрыть, – это выплата зарплаты людям. И вот здесь государство должно посмотреть на мировой опыт Америки и Европы, где среднегодовую зарплату выплачивают дотационно напрямую сотрудникам, а не МРОТ, который за минусом налогов на руки – это 8 тысяч рублей. Это и для Хакасии мало, а для Москвы, которая закрыта, это просто крайне мало!

И здесь еще одна большая, на мой взгляд, несправедливость. У нас в первую очередь кто сейчас пострадал? Сфера общепита и услуг – кто работает с клиентами, принимает их. Поверьте, там привитых сотрудников – 100%. Ну, 99% в общепите, потому что 80% обязали, и работодатели почти всех уволили, кто не…

Марина Калинина: Ну да, они и так с людьми работают.

Алексей Петропольский: Да. Работодатели всех уволили. То же самое и…

Константин Чуриков: Ну понятно.

Алексей Петропольский: Понимаете, несправедливость в чем? Всех привили, все правила выполнили, все сделали, а сейчас…

Константин Чуриков: Это из-за их непривитых клиентов, потому что непривитые в том числе приходят, получают услуги. Правильно?

Алексей Петропольский: Да, так происходит. Но дайте возможность работать хотя бы по QR-кодам. У бизнеса в подавляющем большинстве (я по своим компаниям сужу) более 80% сотрудников уже привиты. Не привиты как раз те, кто сейчас в метро ездят и выполняют те самые свои обязанности. Это те крупные предприятия, где много людей, которые понимают: «Мне ничего не будет».

А бизнес, увы, он не может выдержать локдаунов. И руководители этого бизнеса в первую очередь проводят разъяснительную беседу и, увы, увольнения тех, кто антипрививочник или не хочет каким-то образом мириться с действующими правилами и нормами.

Марина Калинина: У нас есть звонок из Москвы. Вячеслав, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте.

Марина Калинина: Слушаем вас.

Зритель: Вы меня слышите, да?

Константин Чуриков: Да-да.

Зритель: Вопрос такой – по поводу ограничений по общепитам. Вот люди вышли сегодня, многие хотели бы пообедать. Войти и пообедать невозможно. Вы сами представьте, сколько вам нужно времени на обед? Двадцать минут. А если с севера на юг на метро, то это где-то около часа, да? Мы ездим в маршрутках, мы ездим в автобусах по сорок минут. Почему бы в общепите не сделать такие же ограничения, которые позволяли бы нормально кушать людям и не испытывать вот такие трудности? Спасибо.

Константин Чуриков: Вячеслав, ну а как быть все-таки… Я насчет метро, насчет транспорта с вами абсолютно согласен. Ну а как быть с этой, скажем так, очень невеселой статистикой? Сегодня в Москве сколько умерло? 94 человека, да? 95. И это только в Москве.

Зритель: Статистику можно придумать. Понимаете?

Константин Чуриков: Я боюсь, что это еще такая статистика-лайт.

Зритель: Нет, подождите. Вот мы едем в метро, сидит в вагоне порядка 50 человек. Мы заходим в зал покушать. Почему эти же 50 человек нельзя рассадить по 1,5–2 метра, как требуется?

Константин Чуриков: Нет-нет-нет, я согласен с постановкой вопроса, Вячеслав.

Зритель: Я обошел весь центр – и нигде невозможно покушать.

Константин Чуриков: Нет, я вас понимаю, Вячеслав. Я просто о другом. Мы все равно видим какой-то контекст нарастающего этого ковида с сильной смертностью, с сильной заболеваемостью. И вы хотите сказать, что вообще ничего не надо было делать в этой ситуации?

Зритель: Почему не надо делать? Почему не надо делать? Почему тогда мы в метро едем, в вагоне 50 человек…

Константин Чуриков: Все, поняли. Уже пошли по кругу. Спасибо, спасибо.

Марина Калинина: Да, понятно.

Смотрите, из Калининградской области, которая сегодня тоже закрылась, сообщение: «В Калининградской области работают шиномонтаж. Туристы без QR-кодов летят не в гостиницы, а в частный сектор. Работают все крупные продовольственные торговые центры, на входе которых даже не проверяют QR-код».

Алексей Петропольский: Ну, это просто то, что происходит и в Москве, и в Подмосковье. Везде это происходит. Потому что это полумеры. Если уж вводить локдаун, то вводить его повсеместно. Вспомните, как были первые недели прошлого такого локдауна. У меня в поселке ездил человек с транспарантом и говорил: «Не выходите из дома! Не делайте ошибку! И это были действительно действенные меры. Тогда заболеваемость была ниже. И народ действительно сидел дома. Даже я не выходил.

Константин Чуриков: Вы знаете, вот как интересно, да? «Вот что пройдет – все будет мило». Я помню, какие полтора года назад песни тут нам бизнес, «Опора России» пела в этой же студии или по Skype. Вы говорили: «Ой, все пропало! Ужас! Как же мы будем?» А тут: «Ой, как здорово было! А сейчас – плохо».

Алексей Петропольский: Вы возьмите статистику выживаемости бизнеса. Остались только сильнейшие. За полтора года у нас закрылось предприятий больше, чем до этого за пять лет. Это ООО и ИП. То есть бизнес фактически массово закрывается, делится.

Марина Калинина: Ну, малый и средний.

Алексей Петропольский: Да и средний бизнес, и крупный бизнес закрывается, потому что многие не выдерживают.

Константин Чуриков: Смотря какой бизнес. Вот мне сегодня Марина рассказывает, что на ее маленькой улочке в центре Москвы…

Алексей Петропольский: Кому война, а кому мать родна. Понятно.

Константин Чуриков: Маленькая улочка…

Марина Калинина: …и три алкогольных магазина.

Константин Чуриков: Да. Открылись просто.

Алексей Петропольский: И пить стали больше.

Константин Чуриков: И пить стали веселее, да.

Алексей Петропольский: И многие «удаленщики» спились вообще, сейчас к наркологам стало обращений больше. Но это все же из контекста вырванные слова. Подавляющее большинство предприятий требуют того, чтобы либо меры были для всех одинаковые, а не за счет кого-то выруливает кто-то другой, либо фактически давали бы возможность работать всем.

Константин Чуриков: Еще звонок – Константин из Москвы. Только, если можно, недолго. Здравствуйте, Константин.

Зритель: Да, буквально секунду. Здравствуйте. Любые ограничения, на мой взгляд, должны быть или логически, или медицински объяснимы и оправданы. Вот какое оправдание, с какой точки зрения может быть на закрытие химчисток? Вы где-нибудь видели давку в химчистке, такую, которая представляет угрозу для распространения ковида?

И второе. Согласно постановлению Собянина и указу Путина, продуктовые магазины должны работать. Правильно?

Марина Калинина: Да.

Зритель: Правильно. Я живу в районе Сретенки. Продуктовый магазин, сетевой, закрыли только потому, подчеркиваю, закрыли только потому, что он находится в торговом центре. Ну, торговые ряды закройте все, павильоны, а вход в магазин прямой, оставь его. Это же продуктовый, сугубо продуктовый магазин. Единственный на весь район магазин, да еще круглосуточный, где можно было купить продукты.

Константин Чуриков: Я знаю. Я даже понял, о чем вы говорите. Да, спасибо, Константин.

Марина Калинина: Я тоже поняла.

Алексей Петропольский: У меня тоже там офис недалеко. Ну, здесь просто собственник этого торгового центра, этих площадей подумал: «Лучше, чем миллион рублей штрафа…» Потому что Сретенка – это то место, где точно придут, точно проверят. Там очень много людей сконцентрировано, которые ходят и проверяют, особенно Департамент имущества. Поэтому он просто решил: «Лучше всех закрою».

Марина Калинина: От греха подальше.

Алексей Петропольский: Хотя он имел право работать.

Константин Чуриков: Еще пока чуть времени есть. А до введения этих мер были же какие-то совещания. По идее, должны же были найти общий язык? Или вы узнали просто из указа?

Алексей Петропольский: Конечно, мы не ожидали. Мы думали, что введут QR-коды.

Марина Калинина: То есть это было действительно неожиданно, да?

Алексей Петропольский: Да. Мы понимали, что эти три рабочих дня могут сделать нерабочими, но абсолютно для всех, потому что праздники потом два дня, и логично при росте заболеваемости вот эти дни как бы убрать. Но это должно быть повсеместно и для всех, а не так, что Москва стоит пробками, в метро народ, давка. Что поменялось? Рестораны закроются, еще 50%? Вот и все. И люди пойдут на биржу труда работу искать.

Константин Чуриков: Ну, все равно… Не будем поддаваться какой-то общей такой панике со стороны бизнеса. Главное – сохранить все-таки жизни людей. Это все очень серьезно. Правда?

Алексей Петропольский: Конечно, первична жизнь людей. Но если уж и идти на какие-то меры, то надо и напрямую ответными мерами помогать предпринимателю. Все-таки предприниматель платит налоги годами и хочет отдачи за эти налоги.

Константин Чуриков: И коротко: локдаун… ну, полулокдаун продлить?

Алексей Петропольский: Если уж продлевать, то полный локдаун с выплатой зарплат.

Константин Чуриков: Гулять так гулять! Спасибо.

Марина Калинина: Спасибо.

Константин Чуриков: Алексей Петропольский, руководитель Бюро по защите прав предпринимателей и инвесторов Московского отделения «Опоры России».

Мы уходим на новости, через полчаса вернемся.

Марина Калинина: Да, вернемся и попробуем навести с помощью наших экспертов порядок с метанолом в стране. Чтобы люди не травились, что надо делать?

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать

Ваш комментарий будет опубликован после проверки модератором

Комментарии (2)
Непут
Не надо устраивать геноцид населения перекрёстным заражением ковидных, гриппозных и простуженных; не надо помещать больных в одни больницы с заражёнными, не надо колоть уколы во время эпидемии, ослабляя иммунитет; не надо загонять пенсионеров под домашний арест, не надо нагнетать истерию подобными заметками. У вас так все передохнут и придётся засекретить результаты переписи, а переписчики зачем разносят заразу по домам во время вспышки? Массовую смертность организовали вы — это аналог газовых камер и печей в лагерях. За такое после войны вешали вообще-то. Ваши больницы без фильтров и отдельных стерильных боксов похожи на концлагерь для убийства людей.
Яков Непут
Им - режиму и пропагандистам - именно это и надо. А не выходит: масштабы утилизации явно ниже тех, на которые было рассчитано. P. S. В РФ, как и нигде в мире, нет эпидемии, ибо эпидемиологические пороги не были ни разу превышены, о чём неоднократно официально было подтверждено Роспотребнадзором в ответах на соответствующие запросы. Единственное исключение - Сан-Марино.