Село: абонент недоступен!

Село: абонент недоступен! | Программа: ОТРажение | ОТР

Почему люди в XXI веке не имеют возможности позвонить? Когда связь дотянут до глубинки?

2021-03-04T20:35:00+03:00
Село: абонент недоступен!
За что платим налоги. Регионам надо больше. Мигранты. Карантинный беби-бум. «Дорогая передача». Темы недели с Сергеем Лесковым. В поисках идеала
Россиянки описали идеального мужчину. А похожи ли они сами на женщину мечты?
Налоги много на себя берут?
Сергей Лесков: У нас поддерживаются традиционные ценности, но вопрос: не поддерживаются ли они только в докладах, а в действительности глубинная молодёжь живёт совсем другими ценностями?
Россиянин или мигрант: кого выбирает бизнес после пандемии?
Дорогая передача: жалобы на плохое качество услуг ЖКХ
Велика ли налоговая нагрузка на россиян?
Мигранты: мы без них не можем?
В марте в России случился беби-бум
Регионам надо оставлять больше заработанных денег
Гости
Леонид Жигун
профессор кафедры государственного и муниципального управления РЭУ им. Г.В. Плеханова
Денис Кусков
генеральный директор информационно-аналитического агентства TelecomDaily

Тамара Шорникова: Премьер Михаил Мишустин поручил Министерству цифрового развития обеспечить мобильной связью все малонаселенные деревни, в которых проживает от 20 до 100 человек. Сейчас такие населенные пункты не попадают ни в одну из существующих программ. Коммерческие операторы строить там вышки не будут, им это невыгодно, а живут в таких деревнях чаще всего пожилые люди, и пока они отрезаны от мира, ни скорую вызвать, ни с родственниками пообщаться.

Иван Князев: Сколько в России малых населенных пунктов с населением до 100 человек? Это точно неизвестно. По данным переписи 2010 года, их было почти 83 тысячи, из них 36 тысяч деревень с населением до 10 человек. Всего 10 лет назад в стране было 153 тысячи сельских населенных пунктов, то есть сегодня Минцифры, возможно, придется быстро решать масштабную задачу, половина деревень в стране осталась за рамками программ по обеспечению мобильной телефонной связью, а теперь их нужно туда включить. И деньги для этого тоже нужны, наверное.

Тамара Шорникова: Да. В общем, придется серьезную работу провести. Но тысячи, графики, все это, конечно же, безусловно, важно и любопытно, но, чтобы картина стала нагляднее, особенно для жителей крупных городов, жителей, которые не испытывают проблем со связью...

Иван Князев: Ну да, когда мы уже все привыкли к телефону, просыпаемся, засыпаем с ним, все в порядке.

Тамара Шорникова: Вот для всех покажем историю конкретную жителей села Алтынное Октябрьского района Пермского края. Для того чтобы позвонить или выйти в интернет, поднимаются на гору Майскую, от подножия до вершины почти 500 метров. В общем, что мы рассказываем – смотрим!

СЮЖЕТ

Тамара Шорникова: В общем, вот такая картина получается. В мегаполисах в соцсетях активно обсуждают комнаты в Clubhouse, новой модной соцсети, а некоторым жителям нашей страны пока доступна только комната из шифера на горе.

Иван Князев: Нет, ну это, конечно, да, это дикость какая-то, в XXI веке все это происходит, непривычно смотреть.

Тамара Шорникова: О цифровом неравенстве в стране, о том, как его искоренить, будем говорить прямо сейчас. Звоните, пишите, если вы живете как раз в таком небольшом населенном пункте, что у вас со связью, как и где ее находите.

Иван Князев: Нет, ну тут вопрос, если человек в таком населенном пункте живет, как он нам позвонит... Ну хотя бы помашите в телевизор нам, письма напишите...

Тамара Шорникова: Стационарные телефоны есть, с ними получше.

Иван Князев: За километр идти надо до стационарного телефона. Хотя бы рукой помашите нам в телевизор, а мы будем разбираться, как вам дотянуть связь все-таки.

Тамара Шорникова: Да. Денис Кусков, генеральный директор информационно-аналитического агентства TelecomDaily, выходит с нами на связь. Здравствуйте.

Иван Князев: Здравствуйте, Денис Юрьевич.

Денис Кусков: Здравствуйте.

Тамара Шорникова: Да. Денис Юрьевич, ну вот, действительно, возможно, таких населенных пунктов с 2010-го стало меньше, но проблем от этого меньше не стало, это действительно большое количество вот таких маленьких сел и деревень. Удастся ли Минцифры как-то обеспечить их связью, найти решение в короткие сроки и, главное, найти деньги на это?

Денис Кусков: К сожалению, то, что становится таких деревень все меньше и меньше, – это, наверное, не оптимистичный показатель, а наоборот, пессимистичный показатель. Деревень становится меньше, люди переезжают в крупные города по той причине, что они не могут ни выйти на связь, ни заработать что-то. Наверное, прежде всего это должна быть забота государства, государство в соответствии с Конституцией должно обеспечивать равный доступ ко всем возможностям, которые есть у людей, проживающих в разных уголках нашей необъятной родины.

К сожалению, пока это не выходит за пределы вот подобных пожеланий премьер-министра. У нас есть, действительно, как вы сказали, программа устранения цифрового неравенства, есть фонд, куда сбрасываются все операторы, работающие в России, но, к сожалению, денег, которые там аккумулируются, не хватает на решение оперативных вопросов подключения таких населенных пунктов с небольшим количеством людей, а им выходить в интернет нужно.

Иван Князев: Денис Юрьевич, а чисто технически это как вообще все выглядит? Потому что ну мы действительно уже в XXI веке привыкли, что куда ни зашел, здесь Wi-Fi, везде связь ловит, уже нет фактически непокрытых зон. Вот туда провести – это технически как можно сделать? И дорого ли это?

Денис Кусков: Во-первых, дорого. Самое главное, чтобы вы понимали, это на самом деле не где-то очень далеко от нас с вами, это необязательно крайняя Сибирь или дальний Дальний Восток. Есть участки совершенно в европейской территории России, например угол Ярославской, Тверской и Вологодской областей: там нет ни сотовой связи, ни интернета, хотя вроде от Москвы всего, не знаю, несколько сотен километров.

Но обстоятельства в удаленных уголках еще хуже. Операторам сотовым невыгодно туда ставить оборудование, потому что одна базовая станция стоит порядка 40–50 тысяч евро. Плюс надо довести туда сигнал либо проложить под землей его волоконно-оптические линии связи, либо через интернет, через вышки. То есть, грубо говоря, никогда в жизни не отобьется это с коммерческой точки зрения.

Поэтому единственным... Точнее два варианта решения вопроса: либо государство берет полностью на себя это решение и субсидирует туда подключение, либо работает государственно-коммерческое сотрудничество, как было на трассе «Амур», когда государство брало на себя частично работы по электричеству, по согласованиям, по каким-то другим делам, а операторы строили сеть. За операторский счет не получится это сделать.

Иван Князев: Не пойдут они на это, да?

А вот еще такой вопрос. Ну смотрите, даже государственно-частное партнерство, это в том плане, что, как я понимаю, государство будет платить операторам, – но это же придется делать постоянно, потому что обслуживание же этих станций тоже требуется же.

Денис Кусков: Ну, здесь уже все-таки меньше проблем. Самая главная проблема для операторов – это просто то, что никогда, назовем там... Очень трудно говорить фирменные слова, какие у нас привычные в крупных городах, кейс, когда у человека нет возможности выйти в интернет или просто позвонить родственникам, наверное, тут уже не до кейсов дело. И людям действительно необходимо получать возможность выхода и пользования услугами сайта Госуслуг и других каких-то коммунальных возможностей. Поэтому не решить вопрос просто росписью чернил господина Мишустина, здесь необходимо все-таки понимание, как мы это можем сделать. По большому счету, как я сказал, это исключительно если только государство будет работать в этом направлении активно с участием сотовых операторов.

Тамара Шорникова: Да. Давайте послушаем сейчас Маргариту из Санкт-Петербурга, мнение телезрителя. Здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте.

Смотрю, значит, «Село: абонент недоступен». Пермский край, это так далеко, это даже я могу допустить, но Ленинградская область, Бокситогорский район, Климовское поселение, это 300 километров от города. Значит, мы пенсионеры, проживаем там полгода в деревне. Значит, связь ужасная, практически нет. Вот то же самое сказали, ни скорую не вызвать. Значит, с родственниками нужно где-то место искать.

Это же просто смешно, XXI век на дворе и от города Санкт-Петербурга 300 верст. Большие города рядом, ну как большие, не очень большие, город Тихвин, небольшой мегаполисный город Пикалево, значит. Но проживает очень много лет там... Вот все деревни, которые стоят, пустые дома стояли, сейчас мы все там проживаем в летнее время, но связь ужасная, связи практически нет, вот.

Тамара Шорникова: Да. Маргарита, скажите, а вот в населенном пункте, о котором вы рассказываете, там сколько проживает примерно? Навскидку?

Зритель: Ну, там не населенный пункт, там вообще деревня. Ну, может быть, человек 30 проживает.

Тамара Шорникова: Человек 30.

Иван Князев: Ага.

Зритель: А где мы вообще проживаем, так там вообще человек 15 всего проживает.

Тамара Шорникова: Да, спасибо.

Зритель: Но связи-то нет. Пусть даже хоть 3 человека, но это же XXI век. Вы там говорите все, значит, об интернете, а здесь элементарной связи нет.

Иван Князев: Да, Маргарита, мы понимаем вас. Такой вопрос: а у вас вот эти вот населенные пункты, они, я не знаю, в низине какой-то, холмы какие-то рядом, болота, леса, не пройти, не доехать? Какие они там?

Зритель: Не низина, у нас дом вообще на возвышенности на такой, как бы на горе, например, находится, и мы бегаем с этими телефонами. Нет, это вообще не только там, никакая не низина, нормальное местонахождение.

Тамара Шорникова: Да, поняли вас, Маргарита.

Иван Князев: Да, спасибо, спасибо.

Тамара Шорникова: Денис Юрьевич, а вот действительно, в чем причина? Рядом крупные мегаполисы, мне кажется, утыканы просто этими вышками, почему связь не достает? Почему люди испытывают трудности, казалось бы, недалеко совершенно от цивилизации условной?

Денис Кусков: Ну нужно понимать… К счастью, я, в общем-то, все эти районы, о которых говорила девушка, которая звонила, знаю, поскольку живу в Санкт-Петербурге, и Бокситогорск, и Тихвин, и Пикалево находятся рядом, там есть большие производства, фабрики, заводы. Но надо понимать, самое главное, что сказала женщина, в том, что «мы живем там в летний период времени». То есть это не поселение постоянного, грубо говоря, проживания, а периодического. И вы должны понять, если там 3 месяца или полгода живут люди, то опять же это невыгодно со стороны оператора. Оператор – это коммерческая структура. Если государство, муниципальный округ либо Ленинградская область заинтересована в покрытии, она должна решать этот вопрос вместе с сотовыми операторами на своих совещаниях и обеспечивать там проникновение сигнала.

Тамара Шорникова: Денис Юрьевич, а это всегда безусловно должно быть выгодно для сотовых операторов? Да, коммерческие компании, но, во-первых, нам кажется, что они и так на нас неплохо зарабатывают, можно где-то так сбалансировать, здесь взяли, сюда немного вложили. Во-вторых, как это, может быть, за рубежом решается? Кто там подключается к делу? Там это делают за счет государства? Там, может быть, жители сами складываются? Или все-таки сотовые компании? Ведь мы не единственная страна, где есть маленькие деревеньки на отшибе где-то или даже вот рядом с крупными городами.

Денис Кусков: У нас, конечно, территории сами за себя говорят, то есть...

Тамара Шорникова: Безусловно.

Денис Кусков: В каких-то других странах это решается нескольким образом проще. Что касается России, то нужно понимать, что у операторов есть обязанность обеспечить покрытие определенной территории в лицензионной зоне. В данном контексте у них одна лицензионная зона, это Санкт-Петербург и Ленинградская область, и, грубо говоря, должно больше 90% с лишним быть покрыто.

Поэтому здесь проблема даже не в том, что там низина или какая-то гора, проблема в том, что ближайшая базовая станция и сектор базовой станции, который там расположен, находится далеко от того населенного пункта и сигнал просто не достает. То есть по большому счету получается ситуация, что абонент должен сам решать этот вопрос, ставить усилитель сигнала, покупать дополнительное оборудование.

На мой взгляд, конечно, это неправомерно, это неправильно, потому что, еще раз повторюсь, каждый гражданин Российской Федерации должен иметь одинаковый вариант доступа к информационным ресурсам, где бы он ни жил, живет он в Санкт-Петербурге, в Москве на Тверской или...

Иван Князев: ...еще где. Денис Юрьевич, а вот можно еще такой ну дилетантский вопрос технического характера? Ну я не знаю, транзитом там как-нибудь оптоволокно, кинуть кабель, или, не знаю, со спутника тарелку поставить, чтобы... У нас над нами спутники висят, пожалуйста, добивает же дотуда. Это невозможно?

Тамара Шорникова: Альтернативные варианты.

Иван Князев: Да. Прицепом, я не знаю, этих абонентов тащить за счет того, что в другом месте их больше?

Денис Кусков: Смотрите, альтернативно здесь не совсем получится. Вопрос в том, что, если волоконно-оптическая линия связи идет от одного объекта города в районе другого, можно оттуда что-то ответвлять. Но в плане Бокситогорска или других точек, городов, там не все так однозначно и нет прямого, допустим, выхода, не знаю, в сторону Вологды или в сторону Великого Новгорода. Поэтому все равно приходится, грубо говоря, вести в одну сторону, а вести в одну сторону, как я сказал и мы обсудили, – это очень дорогостоящий процесс.

И здесь, как я сказал опять же, нельзя только ложить этот момент на плечи операторов; необходимо, чтобы государство, которое в первую очередь обязано обеспечить подобный вариант доступа, было не просто заинтересовано, а исполняло эту работу различными вариантами, а не только из фонда, куда скидываются опять же все сотовые операторы.

Иван Князев: Спасибо.

Тамара Шорникова: Спасибо, да. Денис Кусков, генеральный директор информационно-аналитического агентства TelecomDaily.

Иван Князев: Тут какие-то экзотические SMS у нас пошли. Люди говорят: «Какие там вышки связи? У нас в городе последнюю баню закрыли», – это из Оренбургской области. Из Курской области вот какое мнение: «Села надо заселять староверами, не надо им вообще никакую связь».

Тамара Шорникова: Вот так.

Иван Князев: Из Нижегородской области: «Поставят вышки, прощай пчелы», – я тут уже не знаю, вопрос выбора...

Тамара Шорникова: Да, кстати.

Иван Князев: ...позвонить, либо в скорую ты позвонишь, либо у тебя пчелы помрут. Интересные, да...

Тамара Шорникова: Да. И о своем опыте в том числе рассказывают. Мурманская область, вот грустная SMS, честно говоря: «Два месяца сидела без интернета, сгорел мой старый ноут. Так сложно объяснить людям, что этого нет. Еще по здоровью не могу выйти из дома, но вот одолжили, купить сама не могу».

Иван Князев: Послушаем телефонный звонок, у нас сейчас Сергей из Ростовской области. Сергей, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте.

Иван Князев: Сергей, ну коль вы нам дозвонились, у вас со связью вроде должно быть нормально.

Тамара Шорникова: Или из гостей звоните?

Зритель: Да-да, со связью у нас все хорошо. Но у нас как бы поставили саму вышку раздачи Wi-Fi, ее установили, наверное, лет 5 назад, мы попали как бы под программу, все хорошо, установили, вышка стоит. Получилось так, что я тестировал ее, мне давали логин и пароль, для того чтобы я протестировал зону как бы покрытия Wi-Fi. Ну, она была приличная, около 900 метров, там как бы возвышенности, понятно.

Но дело в том, что, когда понадобился лично мне Wi-Fi, интернет, когда захотел я, например, подключиться, зону действия самого передатчика уменьшили метров, наверное, до 15. То есть чтобы мне воспользоваться Wi-Fi услугой, мне надо метров 500 преодолеть до того, ну постоять под вышкой, пообщаться, включить интернет, подключиться, ну то есть как... Звоню в компанию, которая занимается предоставлением этих услуг, они говорят: «У нас все работает, все там, езжайте, включайте, логин и пароль получайте». Я говорю: «Так я не могу этого сделать, я специально подхожу к вышке, 15 метров действие».

Вот как-то так, и ничего я не добился. Я хотел матери установить, купить ей планшет, чтобы она пользовалась тоже услугами Wi-Fi, но не добивает. Хотелось бы, но не работает, вот такая как бы история.

Иван Князев: Да, спасибо вам, Сергей. То есть тянули-тянули Wi-Fi, не дотянули, на 15 метров всего бьет.

Тамара Шорникова: Да. Давайте послушаем еще следом Тамару из Курской области. Здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте, здравствуйте.

Тамара Шорникова: Да.

Зритель: Ну что, связь отвратительная у нас, интернета нет, хотя вышка 3 километра от нас.

Тамара Шорникова: Тамара, а давайте сразу уточним, где конкретно в Курской области.

Зритель: Средние Апочки село.

Тамара Шорникова: Ага.

Иван Князев: Ага.

Тамара Шорникова: Большое село?

Зритель: Ну, можно сказать, что не очень большое, ну домов 70 есть у нас.

Иван Князев: А мобильная связь есть же? Сигнал?

Зритель: Мобильная связь есть, но может квакать, прерываться несколько раз. Я выхожу на улицу, на лестницу и на крышу, больше никак.

Тамара Шорникова: А сейчас вы где, на крыше, на лестнице?

Зритель: Нет, сейчас у меня выставлена рама, я стою у окна, чтобы с вами поговорить.

Тамара Шорникова: Да, Тамара, понятно.

Иван Князев: Да, спасибо вам.

Тамара Шорникова: Спасибо, что дозвонились.

Иван Князев: Тамара такие трудности преодолевает, чтобы дозвониться нам. Спасибо большое.

Ну что же, еще одного эксперта будем сейчас спрашивать об этом. Леонид Жигун, профессор кафедры государственного и муниципального управления РЭУ имни Г. В. Плеханова. Здравствуйте, Леонид Александрович.

Леонид Жигун: Добрый день всем, дорогие слушатели и ведущие.

Тамара Шорникова: Да. Леонид Александрович, вот такой вопрос. С одной стороны, действительно, должны быть в равных условиях все жители страны, живешь ты в мегаполисе или в маленькой деревне, пусть вас там, не знаю, трое или четверо живут в этой деревне, есть сайт Госуслуг, почему одни могут зайти, а другие нет, почему одни могут с родственниками пообщаться, другие нет, ну и так далее.

Но, с другой стороны, мы понимаем, что деревни некоторые просто уже не могут существовать, невозможно там ничего придумать, какие-то новые рабочие места, люди будут уезжать в города, этот процесс происходит всегда. Соответственно, вот такой разговор, который иногда ведется на муниципальном уровне, про рентабельные, нерентабельные деревни, условно поставил вышку, потратил госденьги, например, через 2 года в деревне не осталось никого.

Как вы считаете, сложный такой вопрос, во многом даже такой этический, что здесь можно придумать, какой подход найти? Или все-таки несмотря ни на что сейчас везде деньги выделять, связь устанавливать?

Леонид Жигун: Ну, во-первых, я бы хотел сказать, что надо исходить из следующего, что в нашей стране от 25 до 26 с лишним миллионов вообще не имеют связи и не могут никак установить связь с органами власти. И то, что сейчас...

Иван Князев: Вы какую связь имеете в виду? Такую ментальную или прямую, телефонную?

Леонид Жигун: Вообще не обращаются в органы власти и не устанавливают. Поэтому в ряде случаев вообще возникает такая ситуация, что, может быть, представители тех или иных органов власти думают, что раз к ним граждане не обращаются, то, значит, на их территории все благополучно, все хорошо протекает.

Иван Князев: Ага.

Леонид Жигун: И благоденствуют на этом поприще, можно сказать. А в действительности это больше 30% от той активной части, допустим, это от 15 до 72 лет, вот это граждане, которые не имеют связи. Надо иметь в виду, что органы власти несут, выполняют свою важную функцию по обеспечению связи и с общественностью, и с гражданами, и с предпринимателями. И здесь решается очень важная государственная такая функция, это легитимизация, представительская функция, информационная функция, без которых органы власти вообще не могут существовать на этой территории. И вот такая огромная пустыня, можно сказать, на треть населения не могут установить.

Иван Князев: Да мы-то об этом и говорим, Леонид Александрович, мы просто пытаемся понять, что с этим делать.

Ну, давайте сейчас послушаем еще нашего телезрителя, чтобы попредметнее поговорить. Любовь из Саратовской области у нас сейчас на связи.

Зритель: Алло?

Иван Князев: Да, слушаем вас.

Тамара Шорникова: Да, Любовь, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте.

Вы знаете, у меня дочь живет за городом в деревне, это Саратовская область, Вольский район, село Заветное. Связи у них нет никакой, где-то надо находить эту связь, куда-то выходить. И поэтому мы обращались в компанию, но, вы знаете, они приедут: «Да, вы понимаете, там недостаточно, чтобы поставить какую-то вышку». Но народу там много, и молодежи много. И вот, вы знаете, какие-то отмазки, отписки вот эти вот.

И поэтому хотелось бы, чтобы, все-таки у нас XXI век, связь чтобы была. Усилители тоже не помогают, покупают люди усилители, ничего не помогает. Даже вот на дерево залазят, если честно, правда, вот. Поэтому хотелось бы так, чтобы связь все-таки была.

Тамара Шорникова: Да, безусловно. Понятно.

Иван Князев: Да, нам тоже бы этого хотелось. Спасибо вам большое, Любовь.

Леонид Александрович, ну вот смотрите, действительно, у нас сейчас создается единая система, которая будет заниматься информированием о различных выплатах и пособиях. У нас мы много говорим о том, что ФАПы надо строить, другие какие-то учреждения открывать. Вот эти все программы автоматически подразумевают какие-то средства на обеспечение связи в том числе или нет? Или это какой-то отдельный подход?

Леонид Жигун: Ну, бюджетной росписи я не знаю, таких детальных подробностей. Но дело в том, что органы власти должны иметь свою материально-техническую базу для выполнения своих функций, и это подразумевает как раз и развитие каналов связи. Какие… тут могут быть подходы к решению? Тут, конечно, могут быть и ГЧП, государственно-частное партнерство. Но это не единственный выход, нужно искать, решать с помощью специалистов, кто непосредственно знает, как проводятся эти каналы связи, и тогда, мне кажется, нужно было бы этот вопрос решать, срочно нужно решать, по крайней мере за 5 лет решить такую задачу.

Иван Князев: Да, спасибо, спасибо вам большое. Леонид Жигун, профессор кафедры государственного и муниципального управления РЭУ имени Г. В. Плеханова, был с нами на связи.

Почитаем SMS.

Тамара Шорникова: Да. Вот хорошая SMS из Москвы: «Хорошая связь – сильная причина жить в селе».

Иван Князев: Ага.

Тамара Шорникова: Еще одна такая важная...

Иван Князев: Ну конечно, как поедешь в село, если ты потом никому не позвонишь, ничего там не сделаешь.

Из Псковской области: «В нашем селе, наоборот, несколько вышек, светят прямо в окна. Многие у нас считают, что это вредно», – но это вам повезло, не указано, какое село.

Тамара Шорникова: Да. И интересно, сколько денег доходит и дойдет до села по этой программе или по каким-то другим.

Иван Князев: «У мамы в деревне мобильной связи почти нет, интернет не ловит, учиться на дистанционке не получится», – это вообще отдельный вопрос, мы сколько раз уже делали сюжеты на эту тему, что дети точно так же пытаются куда-то взбираться на сосну, на березу, для того чтобы поймать хоть какую-то связь, порешать какие-то тесты.

Ну что ж, уважаемые друзья, говорили мы о связи, когда она появится в отдаленных населенных пунктах у нас в стране. Скоро продолжим.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)