Сельское хозяйство – рост или тупик?

Сельское хозяйство – рост или тупик? | Программы | ОТР

Надо ли России в 21 веке делать ставку на аграрный сектор?

2020-10-22T21:36:00+03:00
Сельское хозяйство – рост или тупик?
На МКС пора ставить крест? Деньги на свалку. Маньяк выходит на свободу. Страна под снегом. Как победить бедность
Сергей Лесков: Любой памятник - это некая точка единения нации. Если памятник служит возникновению напряжения в обществе, ему нет места на площади
Что такое бедность и как с ней бороться?
27 февраля - Всемирный день НКО
МКС переработала свой ресурс
Дорогая передача: Нам мешают парковки!
Свободен и особо опасен
ТЕМА ЧАСА: Страна под снегом
Чёрные дыры МКС
Новый техосмотр отложили
Гости
Олег Бондарев
глава фермерского хозяйства «Бифстори»
Вячеслав Козлов
профессор Тимирязевской сельскохозяйственной академии

Ольга Арсланова: Добрый вечер еще раз. Это программа «ОТРажение», мы продолжаем. В ближайшие полчаса предлагаем поговорить о том, что нас всех кормит, – о сельском хозяйстве, в частности о сельском хозяйстве в нашей стране. Развивается оно успешно и даже стало заметным драйвером экономического роста, такое заявление сделал глава «Россельхозбанка» на встрече с президентом Владимиром Путиным вот буквально на днях.

Александр Денисов: Да. Борис Листов рассказал, как банк активно помогает фермерам не только деньгами, организовывает онлайн-площадку для продвижения их продукции (ну это небольших фермеров, о них идет речь), продукцию крупных агрохолдингов в этом году не то что продвигать не нужно было, даже потребовалось, можно сказать, задвинуть даже, ограничивать экспорт...

Ольга Арсланова: Притормозить.

Александр Денисов: Да, поскольку был велик спрос. Быстро выбрали квоты по зерну, которое уже сравнивают с нефтью, цена тонны зерна сравнялась со стоимостью тонны нефти, даже чуть-чуть превысила.

Ольга Арсланова: Впрочем, сами фермеры и в особенности не крупные агрохолдинги, а вот эти маленькие или средние фермеры говорят, что не все так безоблачно: работать сложно, и проблем у сельского хозяйства в нашей стране по-прежнему очень много. Давайте выясним, какую роль сейчас этот сектор играет в нашей экономике и стоит ли вообще всерьез в него вкладываться в XXI веке, ведь все-таки главные крупные экономики мира сейчас делают ставку на технологии. Поговорим об этом вместе с вами, как мы надеемся.

Александр Денисов: Да. Ну и сейчас статистика, перед тем как перейти к разговору. По данным Росстата, в сельском хозяйстве у нас занято более 4 миллионов человек, это 6% от всех работающих в стране. Доля ВВП составляет порядка 4%, общий объем производства составил почти 6 триллионов рублей. Мы с лихвой обеспечиваем себя почти всем, кроме фруктов и некоторых овощей.

Ольга Арсланова: Ну тут, понятно, география у нас такая, климат, бананы не растут, хотя, возможно, это дело времени. Традиционно высокая доля сельского хозяйства в ВВП страны характерна как раз для государств третьего мира, о чем мы упомянули уже, например, в африканских странах она, как известно, составляет более 60%. Из более развитых стран с высоким уровнем аграрного производства можно назвать Индию и Китай, а для развитых экономик, таких как США, Германия и Франция, это порядка 1%, максимум 2%. Мы занимаем сейчас промежуточное положение, 4% – это где-то на уровне Болгарии и Венгрии, которые считаются традиционно аграрными европейскими странами.

Александр Денисов: Ну и переходим к обсуждению. На связи с нами Вячеслав Козлов, профессор Тимирязевской сельскохозяйственной академии. Вячеслав Васильевич, добрый вечер.

Ольга Арсланова: Добрый вечер.

Вячеслав Козлов: Добрый вечер.

Александр Денисов: Добрый вечер.

Ольга Арсланова: Как вы могли бы оценить состояние сельского хозяйства в России сейчас? Действительно ли это драйвер роста экономики? Действительно ли мы видим серьезный прирост? Как у нас с импортозамещением? В общем, в каком состоянии сейчас эта отрасль?

Вячеслав Козлов: Во-первых, не все так красиво, как хотелось бы нам видеть. Есть, есть рост производства, но даже начнем с самого начала. Проблемы питания во всем мире ширятся, если растет благосостояние людей, то они хотят питаться лучше, поэтому будут использоваться все возможные агроклиматические условия, все земли, где только можно выращивать и производить сельхозпродукцию. Значит, потенциал России в этом отношении достаточно высок. Правда, это не такое огромное количество земель, которое использовалось еще в Советском Союзе, нет, и в старой советской России, конечно, это поменьше, но все равно потенциал очень высок. И не зря такие зарубежные специалисты, как немец Штефан Дюрр, приезжают к нам и пытаются, и налаживают, в общем-то, сельхозпроизводство.

Александр Денисов: Вячеслав Васильевич, ну вот этот год был необычным, во-первых, впервые за последние 10 лет эмбарго ввели на экспорт зерновых, быстро выбрали всю квоту, с апреля, по-моему, ввели эмбарго. Потом цена зерна тоже подскочила, уж сравнивали ее со стоимостью нефти, но тут, наверное, нефть сама виновата, она упала в цене. То есть такие необычные, необычные для нас явления были в этом году.

Вячеслав Козлов: Ну, во-первых, не только нефть виновата. Дело-то еще в том, что рубль-то стал совсем слабенький, а наши аграрии закупают примерно 70–80% всех исходных материалов, то есть я имею в виду элитное зерно, элитное яйцо, вот вы показываете куриц, много-много всех компонентов закупается за рубежом, им надо же будет закупать на евро, на доллары. Поэтому, конечно, ринулись все продавать на доллары и на евро свою продукцию, так что эмбарго не зря ввели, иначе мы бы могли остаться тут без пищи, так сказать.

Ольга Арсланова: Но, если мы говорим о продовольственной безопасности, насколько мы понимаем, здесь у России проблем нет. Может быть, стоит на этом остановиться? То есть мы в безопасности, но мы не вкладываем какие-то сверхусилия в эту отрасль, потому что мы хотим быть высокотехнологичной страной, потому что заработать сложно на сельском хозяйстве.

Вячеслав Козлов: Я думаю, что мы... А вот давайте, вы вспомните ваши же таблицы, которые вы показали в начале. Соединенные Штаты Америки имеют менее 1% ВВП в сельском хозяйстве, но они экспортируют продовольствия в 4 раза на бо́льшую сумму, чем вооружений.

Ольга Арсланова: А как так?

Вячеслав Козлов: Вот как так? А потому что очень эффективное сельхозпроизводство в Соединенных Штатах Америки. Еще Нидерланды, еще Дания, ряд стран, у которых такое эффективное сельхозпроизводство. И оно не на пустом месте эффективное, там мощнейшая наука сельскохозяйственная...

Александр Денисов: Вячеслав Васильевич, то есть стоит отойти от этого, может быть, устаревшего шаблона, что если агросектор, то это обязательно какое-то Средневековье, дремучесть и прочее?

Ольга Арсланова: Банановая республика.

Александр Денисов: И этого не надо стесняться и обязательно делать какие-нибудь современные телефоны, чтобы все их покупали? Может быть, это абсолютно уже неверно, не соответствует формату времени?

Ольга Арсланова: А они, смотрите как, умудряются и то и другое, получается, делать?

Вячеслав Козлов: Знаете что? Я вам напомню очень старую поговорку: любовь приходит и уходит, а кушать хочется всегда.

Ольга Арсланова: Да, технологиями сыт не будешь, пишут наши зрители.

Вячеслав Козлов: Да-да-да. Так что вот давайте, что питание должно быть. У нас потенциал есть, земель хватает, конечно, не так здорово, как бы хотелось, но хватает, можно развить, и можно развить как экспортную отрасль.

Теперь давайте поговорим о том, что мы имеем, насколько стоит или не стоит заниматься сельским хозяйством. Я сейчас вас стараюсь убедить в том, что надо, стоит, и очень серьезно надо им заниматься. Во-первых, я уже сказал о том, что примерно 70–80% исходных материалов, сельхозтехники закупается за рубежом. Вот как вы думаете, стоит или не стоит заниматься? Есть у нас импортозамещение, или все-таки это не импортозамещение, если мы все исходное покупаем за рубежом?

Александр Денисов: Вот это главный вопрос, Вячеслав Васильевич, как вот мы растеряли эти производственные цепочки и почему этот профильный банк, который отчитывается Владимиру Путину, что он инвестирует, дает деньги, – почему бы ему не проинвестировать утраченные производственные цепочки по оборудованию, по семенному материалу, который мы покупаем? То есть восстановить весь спектр, чтобы мы не тратили свои деньги и не смотрели с ужасом каждый день на курс валют.

Вячеслав Козлов: Ну, во-первых, давайте так – повторять чужой опыт намного дешевле, чем пробивать дорогу самим. Нам надо сегодня повторять, очень разумно повторять весь чужой опыт, это дешевле. Опыт хороший, Польша смогла повторить, Латвия смогла, Литва смогла, в Болгарии не очень получилось...

Ольга Арсланова: А что это за опыт? Что вы имеете в виду?

Вячеслав Козлов: А все. Они развили, в первую очередь они развили систему поддержки фермеров. Вы понимаете, у нас же банк не говорит о том, кому он дает деньги, ему же выгоднее отдать 600 миллионов одному большому холдингу, чем на 30 фермеров раскассировать по 20 миллионов, согласны?

Ольга Арсланова: Вероятно.

Вячеслав Козлов: Вероятно, так, и это было, сплошь и рядом было такое. Сейчас, конечно, больше внимания фермерству. Но что касается фермеров, то вот мы, к сожалению, должны сказать следующее: не поддерживают особо их. Вот дай бог не мешали бы работать. Вот многие фермеры, Саяпин, Маслов, ну я знаю ряд фермеров, которые говорят: «Ну не мешали бы только работать».

Ольга Арсланова: Слушайте, а давайте мы как раз фермера пригласим к нашей беседе. У нас на связи глава фермерского хозяйства «Бифстори» из Новгородской области Олег Бондарев. Олег, здравствуйте, ждем вас в эфире.

Олег Бондарев: Добрый день.

Ольга Арсланова: Да, слышим и даже видим.

Вот мы сейчас говорим о том, что две позиции, «Россельхозбанк» перед президентом отчитывается, что помогает фермерам, а сами фермеры разное говорят. Как у вас с поддержкой от государства в вашем деле было, когда вы начинали им заниматься и сейчас?

Олег Бондарев: Ну, я думаю, что здесь для тех, кто работает в отрасли, наверное, все-таки нужно говорить о том, что поддержка в последние годы очень сильно увеличилась и активизировалась со стороны государства. Потому что, мне кажется, сейчас даже в большей степени поддерживают небольших, маленьких фермеров, нежели какие-то крупные холдинги: это и грантовые программы, и субсидии на покупку техники, и субсидии на покупку семенного материала. То есть в принципе это все присутствует, и те, кто работают, в принципе люди, в том числе о которых говорил Вячеслав, они постепенно как-то объем производства продукции своей увеличивают.

Ну и то, что касается «Россельхозбанка», это тоже, наверное, такой вопрос индивидуально, касательно каждого фермера нужно рассматривать. Мы в принципе, например, с этим банком очень активно сотрудничаем, и, наверное, только благодаря ему сейчас мы можем наращивать поголовье, поскольку требуются очень длинные здесь инвестиции, то есть деньги, которые мы из оборота не можем как-то вытащить, а банк в этом нам активно помогает, есть финансирование, этих же животных берет в залог. То есть в принципе процесс какой-то налаживается.

Ольга Арсланова: Ага.

Александр Денисов: Олег, а вот любой экономист, когда спрашиваешь, почему растут цены на продукты, хотя мы сами их производим, сразу начинает объяснять, что в цене львиная доля – это евро, доллар, это импортное оборудование, а наша трава, наши коровы – это уже что-то минимальное. У вас тоже в цене львиная доля – это вот как раз все заграничное, все неродное?

Олег Бондарев: Ну, здесь, наверное, может быть, не совсем корректно так говорить, потому что, в частности, обсуждали вопрос экспортных цен чуть ранее в вашей программе на то же самое зерно, и здесь ситуация такова, что зерно вроде наше, отечественное, но при этом экспортеры сейчас готовы производителям платить бо́льшие средства в рублях, да, и поэтому внутри страны цены тоже растут. Поэтому мы, допустим, как потребитель зерна, которое используется для кормления животных, мы, конечно, тоже ощущаем увеличение этих издержек, но это скорее вопрос, не связанный с какой-то импортной составляющей, а в целом с которой ситуацией, что курс рубля падает, из-за этого цены на внутреннем рынке тоже растут. Но тут как бы есть, наверное, процесс такой более длительный, это выход на собственное производство, чтобы обезопасить себя от таких скачков цен.

Ольга Арсланова: Олег, вы производите, если я не ошибаюсь, мраморную говядину, стейки, вот это все прекрасное.

Олег Бондарев: Да-да-да.

Ольга Арсланова: Насколько вообще это в России сейчас пользуется спросом? И сложно ли конкурировать с крупными компаниями, которые делают примерно то же самое, и у них все отлично с поставщиками, с ретейлом?

Олег Бондарев: Ну, тут о какой-то конкуренции речь точно не идет, потому что мы производим, наверное, одну миллионную от того, что потребляется в нашей стране, и работаем в принципе локально, только у себя в регионе, есть еще поставки в Москву какие-то небольшие. Но в целом продукция пользуется большим спросом, мы на сегодняшний день не можем удовлетворить потребности наших клиентов в полном объеме, потому что очень большой производственный цикл, вот кадры показывают с нашей фермы, достаточно... Ну 18 месяцев животное растет, и каких-то больших объемов очень тяжело фермерам достичь, поэтому мы как таковых проблем со спросом вообще не замечаем.

Александр Денисов: Ну и хорошо, да.

Ольга Арсланова: А какие проблемы замечаете, чтобы мы сейчас вместе с другим экспертом их обсудили, вместе с Вячеславом Васильевичем обсудили...

Александр Денисов: Вместе их решили, Олег, прямо со своей стороны.

Ольга Арсланова: ...из-за чего они возникают и что с ними делать.

Олег Бондарев: Я думаю, что вопрос планирования такой достаточно важный, это иметь всегда вовремя ресурсы для развития проектов. В частности, для нас это стало таким краеугольным камнем, мы в какой-то момент чуть-чуть подзапоздали, могли бы сейчас уже гораздо сильнее развиваться, если бы в свое время правильно организовали структуру планирования, структуру привлечения средств, в том числе от «Россельхозбанка». Мне кажется, что, возможно, это одна из проблем, с которыми сталкиваются фермеры: произвели хорошо, как выходить на рынок, как продавать это по адекватной цене, которая бы устроила фермеров, – вот это всегда вопрос, который немножко отодвигается на второе место и позже становится проблемой, и, в общем-то, начинает все сыпаться, как в карточном домике.

Ольга Арсланова: Ага. Вячеслав Васильевич, действительно сложно фермерам устроить полноценный сбыт и конкурировать с крупными поставщиками?

Вячеслав Козлов: Знаете, это очень старый вопрос, и он давным-давно решен во многих странах мира. Во-первых, мы этому учились, мы пытались создать настоящую консультационную систему для фермеров, но как-то так не получилось, слишком дорого, посчитали в Министерстве финансов, и у нас не получилось. У поляков получилось, получилось в Латвии, в Литве получилось. То есть вот то, о чем говорил сейчас наш фермер, – это проблема планирования, это проблема вообще организации всего хозяева, это проблема поиска самых современных технологий. Она лежит в тех же самых Соединенных Штатах Америки, в Канаде, в Дании на консультантах.

Александр Денисов: Вячеслав Васильевич, а вот все-таки хочется понять, Ольга спросила у вас, как у них получилось, вы сказали, что поддерживают мелких фермеров. Но вот выяснилось, Олег подтвердил, что и у нас тоже поддерживают мелких. Что еще?

Вячеслав Козлов: Все что угодно, что уже... Нет, Олег – это один из тех, кого поддерживают очень хорошо, ему удалось получить, далеко ведь не все получают, далеко не у всех все получается, это я знаю точно.

Александр Денисов: Хорошо, что еще? В Польше тоже закупают импортное оборудование, или они сами начали делать для себя? Вот этот вопрос.

Вячеслав Козлов: Ну, с Польшей вопрос немножко другой, потому что Польша все-таки размерами намного меньше, чем Россия, да еще второе, она в Евросоюзе, то есть она пользуется всем тем, что есть в Евросоюзе, развивает только то, что она может развить сама.

Александр Денисов: Но ей же недаром дают, а там же тоже польские фермеры закупают на свои это.

Вячеслав Козлов: Да, они покупают, но они же покупают... Вы понимаете, там вся единая система европейская, поэтому нам сейчас не надо сравнивать вот в этом плане, что они закупают или не закупают.

Ольга Арсланова: Но вы же сказали, что получается эффективно, что эффективное сельское хозяйство у Соединенных Штатов Америки, хоть по ВВП небольшой объем, у европейцев. В чем главная причина? Чего такое они умеют, что нам было бы доступно? Нам же тоже это, наверное, доступно, мы смогли бы освоить.

Вячеслав Козлов: Ну, в первую очередь самые современные технологии, давайте с этого начнем.

Ольга Арсланова: Ага.

Вячеслав Козлов: Должны быть самые современные технологии. Причем это же очень сложные сельскохозяйственные технологии, там же взаимоувязка многих-многих составляющих, не все так просто, как кажется. Мы с вами используем очень мало нашего, разработок наших. Мы покупаем семена Syngenta или еще какого-нибудь, «химию» покупаем у Bayer, а не у наших, вот ведь беда-то какая. То есть нам надо рассматривать все изначально, как создается новый сорт растений... У кого мы закупаем сегодня, производители, будем говорить, коров, молочных коров? Да в первую очередь везем из Германии, из Нидерландов.

Александр Денисов: А давайте у Олега спросим, где он своих буренок или быков покупает. У вас не молочное все-таки...

Вячеслав Козлов: Где он взял первоначально взял? Потом все понятно. Или семьи быков-улучшателей, где он взял его?

Александр Денисов: Да, Олег, где вы взяли?

Олег Бондарев: Ну, здесь, я думаю, что Вячеслав прав, мы поголовье закупали в России, а вот семя, у нас используется искусственное осеменение, семя мы ежегодно завозим из США, то есть покупаем у компаний российских, которые его завозят из США.

Ольга Арсланова: А почему у нас нельзя купить, извините за такой вопрос?

Александр Денисов: Что, у нас своих быков нет хороших, Олег?

Ольга Арсланова: Как-то, получается, есть, а семя нет.

Олег Бондарев: Тут скорее вопрос в том, что там эта работа системно поставлена.

Ольга Арсланова: Вот.

Олег Бондарев: Там семя продается, которое уже оценено по 30 показателям, мы как хозяйство, ориентированное, допустим, на мясо, ищем семя, за которое мы платим деньги, чтобы достичь максимальной эффективности по наборе массы у животных. Здесь же у нас селекционная и племенная работа несколько по другим принципам строится, не всегда ты понимаешь, в общем-то, что покупаешь.

Александр Денисов: А вот еще мы говорим о своей продовольственной безопасности, оказывается, без семени американского нам вообще никак, вот смотрите, Вячеслав Васильевич.

Вячеслав Козлов: Ну, во-первых, я поддерживаю связь с CRI американской, поскольку там мой бывший подчиненный работает, как раз это семя и продает, и разрабатывает. Он очень много мне рассказал. Вы не представляете, какой объем исследований ведется, какая работа ведется, что мы пока не достигли этого уровня, мы никак не можем это обеспечить, вот в чем беда.

Ольга Арсланова: Это все равно в науку, да, все упирается, в разработки, в высокие технологии?

Вячеслав Козлов: Все упирается в прикладную науку, вот все, многое в сельском хозяйстве упирается в то, что у нас нет настоящей прикладной науки.

Александр Денисов: Вячеслав Васильевич, так это же к вам упрек, Тимирязевская сельскохозяйственная академия.

Ольга Арсланова: Куда дели науку?

Вячеслав Козлов: Не только к нам упрек, это упрек ко всему, что есть у нас.

Александр Денисов: Так а что же вы специалистов не учите, вы говорите? Где их еще учить, как не у вас?

Вячеслав Козлов: Почему же не учим? Пожалуйста, у нас что касается капусты, у нас все нормально, а вот что касается животноводства, тут большие проблемы. У нас 3 исследовательских института вокруг, которые занимаются один разведением животных, другой кормлением животных, третий лечением животных, а животных везем из-за рубежа.

Ольга Арсланова: И все-таки пытаемся найти вот этот вот волшебный рычаг, который запустит эти процессы. Это деньги, это что, это воля, это рабочая сила, это нормальные зарплаты в сельском хозяйстве? Что должно помочь, уважаемые гости, чтобы у нас это тоже появилось?

Вячеслав Козлов: Во-первых, не ищите один-единственный какой-то волшебный рычаг, его нет одного-единственного. Тут много всяких проблем, которые надо решать, и с организацией науки надо решать много проблем, не только с финансированием. Была она упущена, можно сказать откровенно, 20 лет практически не финансировалась наука сельскохозяйственная.

Александр Денисов: Вячеслав Васильевич, а я вот первый уже рычаг нащупал: надо вашего ученика вернуть обратно, пусть он у нас здесь налаживает с семенами, нечего там сидеть в Соединенных Штатах, здесь тоже можно все сделать.

Вячеслав Козлов: Там он 12 тысяч долларов в месяц получает.

Ольга Арсланова: О-о-о....

Александр Денисов: Хорошо, мы скинемся, «Россельхозбанк» найдет эти деньги.

Ольга Арсланова: Послушаем наших зрителей, их мнение. У нас Виктор на связи из Краснодарского края. Добрый вечер.

Зритель: Алло, добрый вечер.

Ольга Арсланова: Здравствуйте.

Александр Денисов: Добрый вечер.

Зритель: Краснодарский край, Виктор.

Ну, я до фермера не дотягиваю, там нужно 2,5 гектара иметь, у меня 1,5 гектара земли, вот я его пытаюсь обустроить уже 10 лет. Пытался в «Россельхозбанке» взять кредит, последний раз я брал, 2 раза я уже кредитовался, последний раз я 1,5 года назад взял 100 тысяч, обещали под 16%. Когда туда пришел, сказали 18,375% плюс 18 тысяч страховка жизни.

Александр Денисов: А что вы там хотели сделать на своей земле? Расскажите, как...

Зритель: Я заложил там, в течение 3 лет закладываю сад, уже закончил закладку, черешня, персик у меня, вот, молодой сад.

Александр Денисов: Эффект есть или еще нет?

Зритель: «Россельхозбанк» нам так помогает. И когда он докладывает Путину, как он помогает фермерам и мелким собственникам земли, это, по-моему, далеко не правда.

Ольга Арсланова: Ну вам не помогли.

Александр Денисов: Да, насмешка над вами, да, понятно. А плоды-то появились у вас или нет на вашей земле?

Зритель: Молодой, молодой сад.

Александр Денисов: Вообще еще ничего.

Зритель: Это же не кукуруза, весной посеял, а осенью уже получаешь, деньги считаешь.

Ольга Арсланова: Ну, в общем, тогда вам терпения и хорошего урожая вопреки «Россельхозбанку».

Александр Денисов: Ну, я сельским хозяйством не занимаюсь, поэтому не знаю, за сколько сады у нас расцветают.

Ольга Арсланова: Давайте Сергея еще послушаем из Тульской области на этот раз. Здравствуйте, Сергей.

Зритель: Алло?

Ольга Арсланова: Да, добрый вечер.

Зритель: Добрый вечер. Плохо слышно, вы со мной разговариваете?

Ольга Арсланова: Да-да, говорите, пожалуйста.

Зритель: Да. Очень приятно сегодня слушать, но единственное, что выступление вашего фермера Олега Бондарева, конечно, полная глупость, потому что никто никого не поддерживает. У нас в Тульской области хозяйство, вот он там получает какие-то гранты, еще что-то, он сидит в галстуке, такой красивый...

Александр Денисов: Коровы у него пышные, это вообще не по-нашему, такого не должно быть, да-да-да.

Зритель: Ну вы знаете, все-таки фермерством мы занимаемся, мне уже 60 лет, не как ваш Олег Бондарев, а все-таки побольше, и хозяйство у нас 2,5 тысячи гектаров, и мы выращиваем герефордов и всего... Но эти все гранты, о которых он рассказывает, это полное, конечно, все надувательство, выдаются они, как вы знаете, всем этим самым хозяйствам, которые аффилированы, типа «Мираторга» и всем остальным, ткачевским, поэтому это глупость полная. Поэтому вот эту ерунду, которую вы рассказываете в прямом эфире людям...

Ольга Арсланова: Простите, я прошу прощения, а вы, Сергей, пробовали получить какую-то помощь?

Зритель: А кто из вас задает вопрос? Конечно, пробовали, а чего же не пробовали-то? Вы думаете... Я имею кандидата технический наук, я имею должность фермерского хозяйства, я все-таки имею три экономических образования...

Александр Денисов: Сергей, а успехи у вас в сельском хозяйстве есть ну хоть какие-то минимальные даже без вот этих... ?

Зритель: Конечно, есть, за свой счет, конечно, есть. У нас свое производство, есть, конечно, только от государства мы ничего не получили.

Александр Денисов: А какие успехи у вас, поделитесь, чтобы нам представлять. А то, может быть, у вас совсем ничего не растет, не всходит, а еще помощь давай. Может, не верят в банке?

Зритель: Да нет, у нас все всходит. Мы выращиваем 150 с лишним голов герефордов, мы выращиваем кукурузу, мы выращиваем картошку, почему нет? Мы продаем, у нас свой бренд есть, я его не буду называть в прямом эфире, у нас есть свой бренд, который мы продаем, мы поставляем в Москву в экологически чистые магазины продукцию, у нас 1 500 своих покупателей, которым мы поставляем. Ну вот насчет грантов пусть он эту, вы знаете, не рассказывает.

Ольга Арсланова: Ну, мы сейчас Олегу дадим слово, чтобы все-таки Олег реабилитировался.

Александр Денисов: То есть худо-бедно дела идут. Олег, смотрите, худо-бедно дела идут, даже производственные цепочки выстроил, в магазине у него экологически чистые продукты продаются.

Ольга Арсланова: Без помощи властей.

Александр Денисов: Может быть, конечно, хочется всем объемов промышленных, но это понятно. Олег?

Олег Бондарев: Да-да?

Ольга Арсланова: Видите, говорят, не верят в то, что можно получить помощь какую-то от государства. Вам сложно было это все организовать?

Олег Бондарев: Слушайте, я думаю, что это такой процесс какой-то, возможно, как-то в разных областях протекает по-разному, возможно, про Краснодарский край, не знаю, там все-таки сельское хозяйство очень сильно развито, Тульская область... Наверное, по идее не должно быть каких-то сложностей. Я думаю, что если вот Сергей, собственно говоря, попробует обратиться в областное министерство сельского хозяйства или департамент сельского хозяйства и подготовит документы, то каких-то сложностей здесь не должно быть.

То есть я думаю, что сейчас в любой области, правительство любой области заинтересовано так или иначе в развитии хозяйств, и вот если есть тем более бренд собственный, свои магазины, то есть это какое-то должно быть одно из передовых небольших хозяйств, наверняка его должны поддерживать. Тут можно конкретику поспрашивать, в чем сложности, в чем проблемы, но так вот говорить, что поддержки нет, никому мы не нужны, я думаю, что это прямо объективно не соответствует действительности.

Александр Денисов: Ну да.

Ольга Арсланова: Спасибо, уважаемые гости. У нас в эфире были глава фермерского хозяйства «Бифстори» из Новгородской области Олег Бондарев, и также мы беседовали с Вячеславом Козловым, профессором Тимирязевской сельскохозяйственной академии. Говорили о состоянии сельского хозяйства в нашей стране.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (1)
Владимир
АПК + ВПК = Великая Россия !
Надо ли России в 21 веке делать ставку на аграрный сектор?