Сергей Ильченко: Радио именно у нас изобрели, видимо, потому, что это естественное состояние для русской души - выплёскивание эмоций наружу

Сергей Ильченко: Радио именно у нас изобрели, видимо, потому, что это естественное состояние для русской души - выплёскивание эмоций наружу | Программы | ОТР

125 лет назад Попов представил миру первую радиосистему

2020-05-07T19:07:00+03:00
Сергей Ильченко: Радио именно у нас изобрели, видимо, потому, что это естественное состояние для русской души - выплёскивание эмоций наружу
Новые схемы обмана с банковскими картами. Вакцинация продолжается. На что тратим деньги. «Всё включено» по-русски. Как сдержать цены? Чем питаются школьники. Отмена крепостного права. Цифровая школа
Как сдержать цены?
Наталья Починок: Никакие профессии не умрут, они просто будут иметь всё большую цифровую составляющую
Внимание – мошенники!
Россию XVIII века от любой европейской страны отличал громадный культурный раскол общества, в котором одна часть не понимает, как живет другая
Что у школьника в тарелке?
ТЕМА ДНЯ: Продукты накрыло цунами цен
«Всё включено» по-русски
Траты растут! Покупаем больше или платим дороже?
Прививка от ограничений
Гости
Сергей Ильченко
профессор СПбГУ, доктор филологических наук

Анастасия Сорокина: Возвращаемся в студию. В прямом эфире программа «ОТРажение», по-прежнему с вами Александр Денисов и Анастасия Сорокина.

Александр Денисов: Да, по-прежнему у нас все как по плану. Через полчаса большая тема, называется она «Безработица в тени», поговорим, к чему приводит... Вот мы уже разобрались с медициной, что дефицит коечного фонда понятно, куда ведет, в ту же сторону ведет и «серый» сектор занятости, неформальная занятость тоже, так сказать, путь к катастрофе. Об этом поговорим в большой теме.

Анастасия Сорокина: Ну а сейчас рубрика «Личное мнение». Сегодня у нас праздничный, можно сказать, выпуск.

Александр Денисов: Да, День радио: 125 лет назад Попов представил миру первую радиосистему, с тех пор радио мы и не выключаем. Вот сегодня вместе с профессором Петербургского университета Сергеем Ильченко поговорим, почему новые медиа, средства связи не вытеснили радио, даже наоборот, оно интегрировалось с ними, осталось, так сказать, на волне.

Ну вот на волне у нас как раз и Сергей Ильченко. Добрый вечер.

Анастасия Сорокина: Сергей Николаевич, здравствуйте.

Александр Денисов: Сергей Николаевич, да, здравствуйте.

Сергей Ильченко: Добрый вечер, добрый вечер, уважаемые ведущие канала ОТР, зрители ОТР.

Действительно, можно поздравить нас с праздником, потому что ровно 125 лет назад, 7 мая 1895 года, на заседании Иркутского физико-технического общества Александр Степанович Попов, военно-морской инженер, продемонстрировал возможность улавливать электромагнитные колебания и соответственно доказал практически, что можно передавать без проводов электромагнитный сигнал. Собственно, фактически и практически этот день можно считать днем создания радиоприемника, потому что до этого были различные попытки, в том числе и за пределами России, но Попов как бы собрал все вместе и доказал, что эта история возможна.

И потом это все использовалось, как говорится, в мирных абсолютно целях, хотя до поры до времени от этого Попов немножко пострадал и наш приоритет российский в изобретении радио был подвергнут сомнениям, все-таки он был военным человеком, поэтому некоторая атмосфера секретности, флер секретности над этими испытаниями, над этими демонстрациями... стояла. Но тем не менее истина восторжествовала, и сегодня мы отмечаем День радио, который, кстати, был установлен ровно 75 лет назад, за 2 дня до того, как мы отмечаем День Победы.

Александр Денисов: Сергей Николаевич...

Анастасия Сорокина: Ведь это же не случайно, Сергей Николаевич.

Александр Денисов: Да-да-да.

Анастасия Сорокина: Без радио можно сказать, что и победа могла бы не состояться, это же был очень важный инструмент во время войны.

Сергей Ильченко: Вы знаете, я абсолютно с вами согласен, потому что поначалу, кстати, в отличие от Владимира Ильича Ленина, Сталин и советское руководство весьма прохладно относилось к военному использованию радио. В основном его использовали как пропагандистский инструмент. И, кстати, если бы действительно не Ленин, у нас бы не было мощной, развитой радиосистемы к началу Великой Отечественной войны. Ленин, по его инициативе и при его участии было подписано буквально за 3 года 6 декретов советской власти, и самый главный, конечно, декрет был 21 июля 1918 года о централизации радиотехнического дела в России. Собственно, радио собиралось в единый кулак, и благодаря этому к концу 1920-х гг. страна была не только электрифицирована, но и радиофицирована.

И это тоже очень важно, потому что информация распространялась со скоростью электромагнитных колебаний. А во время войны, конечно, поначалу было очень сложно, потому что буквально на пятый день войны было принято постановление об изъятии радиоприемников, радиопередатчиков у населения, и армия не была в полной мере обеспечена средствами радиосвязи. И только когда была оккупирована часть территории Советского Союза, когда возникло партизанское движение, когда стало ясно, что без радиосвязи оперативное управление войсками просто невозможно, тогда радио стали повсеместным. И, собственно, Великая Отечественная война советского народа была не только технически выиграна с помощью мощной промышленности, но отчасти и из-за того, что все-таки у нас было и у немцев мощное партизанское движение, которое, конечно, осуществляло связь с большой землей посредством радио. Но Юрий Борисович...

Александр Денисов: Сергей Николаевич, вы знаете, вот мы с Анастасией буквально вспоминали сейчас в перерыве перед разговором роман Богомолова «Момент истины»...

Сергей Ильченко: Совершенно верно, вот я хотел об этом сказать.

Александр Денисов: ...и там как раз весь роман построен, да-да, на так называемой радиоигре, когда противника вводили в заблуждение, ловили шпиона...

Сергей Ильченко: Совершенно верно.

Александр Денисов: Да-да, и начали передавать дезу. Давайте про это поговорим, очень интересный момент, ведь тоже благодаря этому выиграли наверняка.

Сергей Ильченко: Абсолютно с вами согласен. Более того, хорошо, что вы подсказали про «Момент истины» в августе 1944-го роман Богомолова. Кстати, в фильме, который снял Михаил Пташук в 2000 году в Белоруссии, это очень хорошо показано, как раз что от радиограммы зависит вообще исход фронтовой операции. Но это, кстати, традиция советского кино: если вы вспомните лучшие советские фильмы о разведчиках, начиная с «Игры разведчика» и продолжая «Щит и меч», «Семнадцать мгновений весны», даже «Мертвый сезон», – без радиосвязи работа разведчика и получение информации из стана противника была бы просто невозможна. Даже вспомнить последние недавние сериалы типа «Черное море», перевод с немецкого, все тоже построено на этом.

Ну а такой замечательный фильм-трилогия, как «Путь в «Сатурн» и «Конец «Сатурна» как раз вот про ту самую радиоигру, о которой вы сказали, и снят, потому что благодаря этой радиоигре в 1944 году мы обманули немцев, реально обманули немцев, просто об этом немножко забывают. В 1944 году немцы ждали наступления на юге в районе румыно-советской границы, в районе Молдавии, а наши ударили 22 июня 1944 года через Белоруссию...

То есть это действительно так, это надо признать, и, в общем-то, многие фильмы и книги, которые посвящены подвигу советских людей во время Великой Отечественной войны, тоже построены на том, что люди рискуя жизнью добывали информацию. Вспомните «Молодую гвардию» Александра Фадеева, где молодогвардейцы слушали тайком передачи Информбюро из Москвы, а потом от руки размножали эти листовки по всему Краснодону, – это тоже факт, который нельзя отрицать.

Более того, когда Совнарком в начале мая 1945 года, наши уже были в Берлине, принимал постановление, постулирующее, отчасти объясняющее, почему этот праздник важен, хотя постановление было названо «В честь 50-летия создания радио Поповым», оно примерно так называлось, но одной из формулировок, объясняющей значение радио, была как раз роль радио в победе в Великой Отечественной войне.

Анастасия Сорокина: Сергей Николаевич, когда Гитлер объявлял своих врагов, у него на втором месте был Сталин, а на первом месте был Юрий Левитан. Вот прошло...

Сергей Ильченко: Да, Юрий Борисович Левитан. Почему? Могу объяснить, почему: потому что Юрий Борисович Левитан – это человек, который даже тогда, когда мы отступали, были сообщения Совинформбюро или в последний час Левитан каменным голосом, таким тяжелочугунным, что называется, объявлял об этом, но было ясно, что это временно. И, кстати, это понимал и Сталин, потому что в октябре 1941 года, когда Москва уже была, так сказать, на грани паники, на грани сдачи, Левитана эвакуировали секретно в Екатеринбург вместе с ..., их поселили в отдельном доме, засекретили этот объект, и он выступал как бы из Москвы, читал сводки Совинформбюро из Свердловска, когда было особо тяжелое положение на фронтах.

Хотя надо сказать, что ключевые моменты, связанные с Великой Отечественной войной, особенно в тяжелый первый ее период, были связаны с выступлениями, как ни странно, руководителей советского государства. Потому что войну, например, в 12 часов дня 22 июня, с сообщением по радио выступал на тот момент председатель Совнаркома Молотов, было выступление Молотова, а за полчаса до этого Левитан читал просто сводки, и в этих сводках по горькой иронии судьбы за полчаса до полудня 22 июня он читал как раз об успехе немецких войск в Африке. Но поскольку война еще как бы официально в сознании не началась, вот такое было совпадение.

А 3 июля 1941 года Сталин выступил со своей знаменитой речью, которая начиналась: «Братья и сестры, к вам обращаюсь я в минуту опасности, нависшей над нашим Отечеством». Минут 15 длилось это выступление, оно вошло в историю средств массовой информации, в политическую историю нашей страны, в военную историю, и я думаю, что как раз это выступление Сталина по радио 3 июля 1941 года оказало мощное мобилизующее воздействие в той немножко паникующей, растерянной атмосфере, которая у нас была, конечно, в первые недели Великой Отечественной войны, это стоит признать.

И, конечно, еще один очень важный радиомомент, хотя была и кинохроника, но телевидение было еще в зачаточном состоянии, у нас оно не развивалось, – это торжественное заседание, посвященное 24-й годовщине Великого Октября, на станции метро «Маяковская» в Москве под землей, и, конечно, парад 7 ноября 1941 года, о котором велся прямой репортаж с Красной площади, а потом сняли кинохронику. Более того, там был тоже такой очень интересный момент: когда снимали кинохронику, то звукооператор сделал брак по звуку, поэтому пришлось брать радиозапись выступления Сталина, которое было на радио, и совмещать с киноизображением, потом это уже показывали. Так что, как видите, радио во время войны всегда было, что называется, на острие в самых каких-то пиковых моментах этого события.

Александр Денисов: Сергей Николаевич, а вот вы как раз упомянули парад 1941 года 7 ноября, там же был интересный момент, он, кстати, у Симонова описан в «Живых и мертвых»: радиотрансляцию не давали до последнего момента, потому что боялись, немцы стояли 25 километров.

Сергей Ильченко: Боялись, что засекут.

Александр Денисов: Двадцать пять километров, да-да-да.

Сергей Ильченко: Боялись, что засекут, что успеют прилететь. Но...

Александр Денисов: Да, и разбомбить, и Сталин дал команду, все-таки в последний момент включили трансляцию, и все с удивлением услышали.

Сергей Ильченко: Да. Это, конечно, понимаете, это вот даже... Это действительно кажется такой красивой легендой, что вот придумали прямой репортаж, но должен вам сказать, что это не легенда, это факт абсолютно исторический, который лишний раз доказывает еще раз о том, что вовремя найденный ход такой медийный, как мы нынче говорим, он мобилизует и демонстрирует вещи, которые, быть может, и не всегда так выглядят, как нам хотелось бы, но вещи, ситуации и позыв, порыв, который говорит о том, что несмотря даже на эту тяжесть мы все равно верим в победу. И вот радийный, конечно, здесь вот этот вариант общения с широкими массами трудящихся, а учитывая расстояния нашей страны это было особенно важно, представляете, когда было 22 июня, 4 часа утра, сколько времени было на Дальнем Востоке. Поэтому вот эта объединяющая сила радио, конечно, во время войны была наглядна и очевидна.

Александр Денисов: Сергей Николаевич, еще вопрос, вот расскажите, очень интересно. Сейчас, наверное, не все поймут, что такого особенного в словах Сталина, вы упомянули, «братья и сестры». Почему тогда люди восприняли это вот с таким особенным, почему по-особенному это восприняли?

Сергей Ильченко: Вы знаете...

Александр Денисов: Расскажите, да.

Сергей Ильченко: Ну, во-первых, есть роман Федора Абрамова на эту тему и спектакль Льва Додина в Малом драматическом театре, где как бы это развернутая метафора. А почему «братья и сестры»? Это такое библейское древнее цивилизационное понятие, когда все становятся родными, когда страна и народ становятся одним целым, то есть это некий такой... Ну, как нынче принято говорить, хотите, назовите лозунгом, хотите, мем, хотите, назовите девизом. Это демонстрация единства власти и народа в том, что, как говорится, народ и партия едины, так если уж совсем кондово говорить. Но в реальности и в одном из романов у Чайковского, по-моему, в блокаде написан как раз внутренний монолог Сталина, или у Рыбакова, сейчас точно не скажу, что Сталин всегда относился, с их точки зрения, немного как бы сверху вниз к..., но в этот момент иных слов не могло прозвучать, потому что это вот то, что называется, как в семье, если плохо, так давайте все вместе объединимся.

И то, что «братья и сестры, к вам обращаюсь в минуту грозной опасности» – эта фраза... Даже вот если слушать сегодня это, оно есть, выложено... это обращение, оно с точки зрения воздействия, конечно, эмоционально немножко даже может показаться таким ровным очень, у Сталина был глухой голос. Но важно не то, как он говорил, а что он говорил, и вы правы в том, что вот этот вот посыл, после этих слов народ, как говорится, слушал во все уши, и в эти все 15 минут, конечно, Сталин уложил все, что он хотел сказать, и, еще раз повторяю, неслучайно потом эту речь Сталина, естественно, распечатывали и даже издавали отдельной брошюрой, потому что такое мощное, эмоционально поднимающее значение она имела.

Анастасия Сорокина: Сергей Николаевич, хочется спросить еще, с Сашей сегодня обсуждали утром, прошло столько времени, знаменитая фраза из фильма «Москва слезам не верит»: «Ничего не будет, будет одно телевидение». Казалось бы, радио вот в сегодняшнем мире могло бы потеряться и уйти в далекое прошлое, но оно продолжает свое существование, оно развивается, все равно без него не обходится наша жизнь. Как вы считаете, в чем секрет такой долгой жизни?

Сергей Ильченко: Секрет радио? Ну, во-первых, в абсолютной его демократичности и абсолютной доступности, достаточно иметь радиоприемник, а в прежние времена во всех квартирах, которые получали люди от государства, или в кооперативных квартирах, не спрашивая владельцев проводили радиосеть, на кухне, как правило, был установлен либо просто приемник, включавшийся в розетку, в радиорозетку, либо трехпрограммный приемник, там было три программы союзного радио. Демократичность. Во-вторых, абсолютная доступность, неслучайно Ленин еще на заре советской власти называл радио «газетой без проводов и без расстояний», в этом, как говорится, тоже объяснение.

Что касается сегодняшней ситуации, то существует такой я бы сказал не очень хороший и ложный миф (хотя миф вряд ли можно назвать ложным, но тем не менее), о том, что радио уступает свои позиции и телевидению, и, естественно, сетевым каким-то ресурсам, и даже газетам и журналам. Так вот должен, как говорится, выступить с разоблачением этого мифа, потому что есть официальные данные официального отчета медиакомитета. Я позволю себе, чтобы не быть голословным, просто назвать цифры, вот они у меня записаны.

Значит, в 2018 году, данные за 2019 год поступят буквально только, поэтому их можно будет сопоставить, – так вот в 2018 году по официальным данным в автомобилях граждан Российской Федерации слушали радио 45,5 миллионов человек. Значит, на втором месте радиоприемники, с помощью которых слушали радиопередачи 24 миллиона 300 тысяч наших граждан. Через компьютеры и подкасты где-то около 12 миллионов граждан Российской Федерации сидят слушают радио; 9 миллионов через мобильники и мобильные приложения и 8 миллионов 400 тысяч через привычное проводное радио, которое существует. И, кстати, в нашем городе Петербурге оно до сих пор есть, хотя, конечно, не в тех масштабах, как это было раньше, в период массового жилищного строительства и в период, как говорится, социализма.

Но еще раз подчеркиваю, в чем преимущество радио, я этим занимался специально, я достаточно долго работал в радиоэфире, в том числе и в прямом радиоэфире, – так вот скажу, что телевидение по сравнению с радио сужает воображение. Почему? Вы видите картинку. Вот нас сейчас с вами смотрят зрители ОТР, и они видят вам такими, какие вы есть. А представьте себе, что мы разговариваем в радиоэфире, и тогда каждый из зрителей, если он не видит картинку, становится слушателем, и он вслушивается в то, что мы с вами говорим, он начинает это анализировать, поскольку это слова, поскольку это человеческая речь. Если человек слушает радио, то, значит, он эту информацию воспринимает, и радио в таком случае его воображение расширяет.

И вот это, конечно, преимущество радио перед всеми остальными каналами коммуникации, я думаю, говорит о том, что вряд ли оно когда-нибудь, так сказать, уйдет из нашей жизни. Потому что мы же люди, мы же общаемся, и человеческая речь – это способ общения, способ передачи информации. Конечно, мы можем передавать друг другу... или картинкой, но это уже будет немножко неполновесная коммуникация, а радио – это замечательно, потому что вы слышите только голос, вы слышите искренность или не искренность говорящего.

Более того, был проведен эксперимент в Англии, где выявляли, какому СМИ больше всего верит аудитория, понимаете, да? То есть проверяли, допустили специально ошибку, причем ошибку такую, которую можно было выявить в газете, в старинной газете «Herald Tribune», на телевидении «ВВС» и на радио «ВВС». Так вот доверчивость больше всего проявили телезрители, там чуть ли не 2/3 зрителей поверили в эту ошибку, на втором месте газета «Herald Tribune», а самая недоверчивая аудитория оказалась у радио «ВВС». Это говорит о чем? О том, что люди очень внимательно...

Александр Денисов: Сергей Николаевич, это говорит о том, что «ВВС» слушатели не верят.

Сергей Ильченко: Может быть, и об этом, но...

Александр Денисов: Помните поговорку, что есть забава на Руси ночью слушать «ВВС»?

Сергей Ильченко: Да-да, «ВВС». Кстати, между прочим, это реальный факт истории, кстати, советское время, как это ни парадоксально звучит, во многом развивалось с оглядкой на западный опыт. Потому что что такое радиостанция «Маяк»? Это наш ответ «ВВС», круглосуточное музыкально-информационное вещание, и то, что было придумано тогда, до сих пор существует: шаг в 30 минут, выпуски новостей, а в перерыве тематическая музыкальная подборка, ну сейчас она перебивается рекламой. Поэтому радио с этой точки зрения, мне кажется, мощный ресурс коммуникационный.

Более того, эффект присутствия он гораздо проще создает, нежели телевидение, потому что телевидение все-таки надо снимать, освещение, ракурс и так далее, даже полосатые пиджаки и галстуки не надо надевать во время эфира. А радио... Ну вот единственное, чтобы человек только правильно выговаривал все буквы алфавита и правильно ставил ударения, и тогда все будет нормально. Любой говорящий, не Цицерон, конечно, но может изложить свою позицию у радиомикрофона или у репортера наговорить в микрофон то, что он его спрашивает. Поэтому...

Сейчас, конечно, радио находится в таком немножко подвешенном состоянии, испытывая давление со стороны прежде всего Интернета, но радио использует, так сказать, своего конкурента по прямому назначению, соответственно у большинства действующих сегодня радиостанций... Кстати, в Российской Федерации их зарегистрировано 3 192, так что можете представить себе, сколько у нас радиостанций по всем субъектам Российской Федерации.

Александр Денисов: Сергей Николаевич, у нас зритель на проводе хочет с вами пообщаться, поговорим.

Сергей Ильченко: Да, давайте.

Анастасия Сорокина: Московская область, дозвонилась до нас Евгения. Здравствуйте.

Зритель: Да, добрый вечер.

Анастасия Сорокина: Добрый.

Зритель: Рада вас поздравить с праздником Победы и Днем радио. Я полностью согласна, абсолютно согласна с теми словами, которые сейчас я слушала тоже в трубке. Я, знаете, личное мнение: я тоже считаю, что радио для моего даже поколения, это поколение послевоенное, играло огромную роль.

Лично из своей жизни. Значит, Николаев, Украина, 7-я школа на Плехановской, сидим, украинская мова, 4-й класс, а за стеной мореходка, класс, значит, радио. Вдруг слышим на всю, 1961 год, 12 апреля, слышим на всю: «Человек полетел в космос, Юрий Гагарин». Ну можете себе представить. Наша учительница Валентина Степановна и мы выбегаем в школу, по коридорам бежим, кричим, человек в космосе! Выходит директор из директорского кабинета Малиновский и говорит: «Такие достижения нужно подкреплять достойным поведением и «пятерками», а вы бегаете по всей школе, устроили шум». Ну вот уж сколько прошло времени...

Александр Денисов: Евгения, вы знаете, хотел вас спросить, а отечество ваше не знаю, Евгения... ?

Зритель: Васильевна.

Александр Денисов: Евгения Васильевна, меня поражал один факт. Прошло сколько там, ну 15 лет, 16 после окончания войны, страна в разрухе в полной была после такой жуткой войны, и через 16 лет мы в космос полетели. Ну вот у меня это в мозгах не укладывается, а у вас? Как это вообще, такие достижения за такой короткий срок?

Зритель: Не знаю, у нас укладывается. Тогда было столько достижений. Вы знаете, Николаев был очень сильно разрушен во время войны, но вот уже в это время я училась в шикарной школе сталинской постройки, которая была 3-этажная, с мраморными лестницами, представляете? Вот выстроили, шикарная школа, и все это было, да, город менялся, все менялось, и страна менялась, да. Укладывается, мы все можем.

Александр Денисов: Спасибо вам большое, спасибо.

Анастасия Сорокина: Спасибо, Евгения Васильевна.

Александр Денисов: Вот как прямо сказали от души.

Сергей Николаевич?

Сергей Ильченко: Да?

Александр Денисов: А вас это не поражает, что страна за такой короткий миг такой рывок совершила после войны? Как это?

Сергей Ильченко: Вы знаете, если бы она не совершила, мы бы сегодня с вами не разговаривали в прямом эфире канала ОТР, потому что это надо было сделать. И когда Сталину сказали, что надо создавать атомное оружие и надо создавать средства его доставки, он спросил: «Сколько это будет стоить?» Ему ответили: «Это будет стоить еще одну войну». То есть это была мирная война, но мы в ней победили. И, кстати, между прочим, ведь связь с космосом тоже была с помощью радио, и трансляции, это только в середине 1960-х гг. благодаря телевизионной технике показывали выход Алексея Леонова в открытый космос в 1966 году, а все сообщения о космонавтах, о первых полетах космонавтов читал Левитан.

Кстати, возвращаясь к голосу Левитана: когда шли позывные Всесоюзного радио, Левитан говорил: «Внимание, внимание! Работают все радиостанции Советского Союза». Так вот за те 16 лет, что прошли с войны, у многих людей, прошедших войну, голос Левитана вызывал такую душевную вибрацию, и некий такой холодок пробегал, не дай бог что случилось, а обстановка-то в мире была тяжелая, все, как говорится, было на волоске. А потом, когда Левитан говорил о том, что в СССР осуществлен очередной запуск космического корабля с человеком на борту, вы знаете, радость была вдвойне большой, потому что это было очередное достижение, это было мирное достижение. И здесь Евгения Васильевна абсолютно права, это было естественно, потому что по радио рассказывали обо всех достижениях.

Да, был режим секретности и была цензура, этого, как говорится, никто не отрицает, но мы гордились с помощью радио своими достижениями, даже если они происходили где-то там далеко, как, например, знаменитый тур московского «Динамо» в 1945 году после войны в Англии, где наши с блеском играли. Это были ведь радиорепортажи, и о многих таких вещах мы узнавали в послевоенное время именно благодаря радио, телевидение массово развиваться начало несколько позже, это рубеж 1950–1960-х гг., как раз тогда и появилась вот та самая фраза, которую мы все сегодня цитируем благодаря фильму «Москва слезам не верит». Все будет, как говорил Дэн Сяопин, пусть расцветают все цветы.

Мне кажется, что радио имеет свою нишу и, скажем, восприятие музыки, например, как бы мы красиво это ни показывали, как бы мы ни слушали в Интернете, а в газетах и журналах мы просто этого делать не можем, во многом музыкальное воспитание в нашей стране и вообще в нашей культурной традиции происходило и происходит благодаря радио. Разные станции, разные форматы, разная музыка: кто-то слушает русский шансон, кто-то слушает европейскую эстраду, кто-то слушает классические произведения, но люди слушают, люди это слышат, и они слышат прекрасную русскую речь, и это тоже воспитательный момент, потому что, когда не было изобилия книг, не каждый мог ходить в театр, благодаря радио устраивались концерты, спектакли, были замечательные постановочные радиопередачи. Я сам сидел на кухне после школы и слушал, помню, трансляцию «Пять вечеров», запись знаменитого спектакля БДТ с Ефимом Копеляном и Зинаидой Шарко, до сих пор это помню.

Так что, если бы не радио, мы были бы совершенно другими, я не хочу сказать, что хуже, но другими, может быть, наше общение не было бы таким естественным. Для русской души радио – это естественное состояние, так сказать, выплескивания эмоций наружу, поэтому, видимо, у нас и изобрели радио. И, кстати, одной из первых в мире наша страна начала осуществлять регулярное радиовещание уже в начале 1920-х гг. прошлого века. То есть мы можем, кстати, буквально через 2 года праздновать столетие начала регулярного радиовещания в Советском Союзе и, соответственно, в России.

Александр Денисов: Сергей Николаевич, хотите, вам интересную байку расскажу?

Сергей Ильченко: Давайте.

Александр Денисов: Вот тоже знаменитый голос есть нынешний, вот про Левитана поговорили, Евгений Александрович Хорошевцев, который как раз трансляции парада, все знают мало, может быть, мало кто видел...

Сергей Ильченко: Да-да-да.

Александр Денисов: ...но голос-то его прекрасно знают, тоже такой увесистый, сочный. Был же знаменитый случай, когда президенты поменялись, Владимир Путин, Дмитрий Анатольевич, а Евгений Александрович по привычке тоже во время парада сказал: «Владимир Владимирович...», потом поправился: «...Дмитрий Анатольевич». Ну, естественно, такой интересный эпизод. Мы на съемках встретились с ним, подошли, и оператор его спрашивает, Леня Куликов говорит: «Евгений Александрович, а что вам за это было?» И он говорит: «Да надоели вы мне с этим вопросом! Ничего не было! Ну ошибся я». Вот такая вот история.

Сергей Ильченко: Ну бывает, бывает.

Кстати, если говорить серьезно, то ответственность у дикторов просто неимоверная. Например, Сталин ведь как узнал Левитана? Он сидел ночью слушал, а была техническая трансляция на Дальний Восток выпуска газеты «Правда», потому что средств доставки не было, Левитан просто сидел и читал выпуск, а на том конце провода просто его записывали. Сталин услышал, позвонил в радиокомитет и говорит: «Это кто сейчас читает?» А Левитан тогда даже стажером не был, его просто взяли на пробу читать этот текст. Ну говорят, что вот товарищ Левитан. Сталин говорит: «Я хочу, чтобы он читал по радио мой отчетный доклад XVIII Съезда ВКП(б)», – вот так вот. Так Левитан стал голосом нашей страны, лучшим голосом XX века, честно вам скажу.

Был даже конкурс на одном из телеканалов и радиоканалов, когда попытались воспроизвести, найти голос, похожий на Левитана, был объявлен конкурс. Честно скажу, я пытался в нем участвовать, но у меня не получилось. Левитан только один в истории культуры существует, в истории нашей страны. Я не знаю, как другие, так сказать, дикторы и участники этого конкурса, но Левитана повторить невозможно.

И в этом, повторяю, вот в этой уверенности, и плюс демократичность радио, и привычка слушать радио как раз и была вот та роль, которую сыграл этот инструмент вроде бы пропаганды и чисто технический момент связи, ведь Попов-то для связи судов изобретал радио, не для того, чтобы читать по нему стихи или транслировать музыку, он преследовал абсолютно прагматические цели, но волею обстоятельств это изобретение стало очень нужным людям, и жизнь без радио сегодня я себе не представляю, я думаю, как и многие наши зрители и слушатели. Мне кажется, в этом огромная роль радио, и если говорить о личном мнении, я считаю, что День радио – это один из ключевых праздников во всей системе праздников, которые сегодня существуют.

Более того, есть ведь еще и Всемирный день радио, который в феврале отмечают, но для нас как раз 7 мая, наверное, потому что это весна, потому что День Победы рядом, наверное, все-таки более близкий и родной праздник, потому что это наше изобретение. Хотя если вы читали «Республику ШКИД» и фильм смотрели, там, помните, есть спор, там парень с девушкой спорят о том, кто изобрел радио: девушка так, кокетничая, говорит, что ее фамилия Маргулин, папа изобрел радио (конечно, она все придумывает), на что парень вполне, так сказать, твердо и жестко говорит: «Да ты не заливай, радио изобрел Попов». Вот сегодня, в День радио, в день 125-летия изобретения радио мы четко говорим, что Александр Попов изобрел.

Александр Денисов: Спасибо большое, Сергей Николаевич...

Анастасия Сорокина: Спасибо.

Александр Денисов: ...за ваш такой интересный и познавательный разговор.

Сергей Ильченко: Спасибо вам!

Александр Денисов: Спасибо вам, спасибо.

Анастасия Сорокина: Это было «Личное мнение» Сергея Ильченко, профессора Санкт-Петербургского государственного университета, доктора филологических наук.

Александр Денисов: Дальше у нас большая тема, переходим.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)
125 лет назад Попов представил миру первую радиосистему