Сергей Колесников и Анатолий Маркин — о производстве светодиодного оборудования

Гости
Сергей Колесников
коммерческий директор компании «Новый свет»
Анатолий Маркин
руководитель Рязанского центра поддержки экспорта

Марина Калинина: Это рубрика «Промышленная политика». Еще раз здравствуйте. Я Марина Калинина. И в этой рубрике мы рассказываем об успешных российских предприятиях, которые, несмотря на все трудности и сложности, которые сейчас в нашей стране есть, производят достойую продукцию на территории нашей страны. И сегодня поговорим о заводе «Новый свет». Находится он в Рязани, производит светодиодные светильники и лампы. У меня в гостях Сергей Владимирович Колесников, коммерческий директор завода «Новый свет». Здравствуйте.

Сергей Колесников: Здравствуйте.

Марина Калинина: Мой коллега в Рязани Денис Демешин снял небольшой репортаж о заводе. Давайте посмотрим. Потом пообщаемся.

СЮЖЕТ

Марина Калинина: Вот такой получился небольшой сюжет, небольшая зарисовка о вашем предприятии. Сергей Владимирович, завод достаточно молодой. В 2010 году он основан. Сейчас 2018-й. Всего 8 лет. Срок, наверное, достаточно небольшой для такого развития производства. Как удалось это сделать? Как удалось сейчас достичь таких результатов, что вы один из лидеров в России по производству этой продукции?

Сергей Колесников: В 2010 году нас таких было немного. И эта идея пришла вовремя. Мы эту идею воплотили в жизнь. Поэтому нам, может быть, было легче на тот момент. То есть у нас не было такого количества конкурентов. Но, естественно, так как идея современная, далеко идущая и перспективная на многие годы (и сейчас такой является), поэтому…

Марина Калинина: А почему именно такая идея в голову пришла? Как понять ход мысли людей, которые собираются организовать новое производство?

Сергей Колесников: Рассказываю. Это наше предприятие «Новый свет» достаточно молодое. А сам завод, где находится это производство, он достаточно старый. 1947 года.

Марина Калинина: А оборудование все новое?

Сергей Колесников: Оборудование новое. У нас сохранились сотрудники еще с тех советских времен, которые понимали в изготовлении электронного оборудования. То есть были кадры, были производственные помещения. Соответственно, так как эта современная идея в воздухе витала, ее было где осуществить и было с кем осуществить. Поэтому идея пришла. Мы стояли у истоков. Сейчас таких компаний достаточно много, достойных компаний в России.

Марина Калинина: На все это нужны деньги. Кто помог тогда?

Сергей Колесников: Дело в том, что наш холдинг достаточно большой. Я представляю только одной из направлений. Наш руководитель из своих состоявшихся уже бизнесов смог выделить деньги и поверил в нас, поверил в это современное производство и смог выделить деньги. То есть мы начинали в подвалах старых цехов. То есть когда он увидел, что мы растем, и растем достаточно быстро, он отстроил это современное здание, которое вы видели в репортаже.

Марина Калинина: У вас достаточно большой ассортимент. Я зашла на ваш сайт. Вы делаете от лампочек до светильников. Чем вы руководствуетесь, когда понимаете, что вам выпускать, и как изучаете рынок, то есть что будет пользоваться спросом, что не будет пользоваться спросом.

Сергей Колесников: Фактически мы производим ту продукцию, которая является аналогом стандартного освещения. Только она более энергосберегающая – в разы. Там не в 1-2 раза, а до 3-5 раз доходит. Поэтому здесь особо изобретать не нужно. Рынок понятен. Фактически это аналоги существующих светильников. Главное, чтобы они давали не хуже освещенность, чем есть на сегодня. Но они экономят электричество. То есть электричество достаточно дорогое.

Марина Калинина: В чем еще преимущество таких светильников и почему так активно сейчас развивается этот рынок? Вы говорите – таких компаний сейчас достаточно много и у вас конкуренция.

Сергей Колесников: Конкуренция есть. Но преимущества, я сказал, есть, во-первых, в энергоэффективности. Это №1. Во-вторых, срок их службы. И третье – они не требуют обслуживания. Если лампу нужно менять, если лампу дома мы меняем, встав на стульчик, то поменять лампу в цеху, где высота потолка 28 метров, достаточно проблематично и дорого. Это еще одни затраты. У нас таких затрат нет. Здесь просто светильник повесил, поменял – все, он работает. Весь гарантийный срок 5 лет.

Марина Калинина: То есть одну лампу повесил на 5 лет и не волнуешься…

Сергей Колесников: Если не дай бог происходит, гарантийный случай, у нас есть своя сервисная служба, которая оперативно меняет.

Марина Калинина: Насколько вы покрываете рынок сбыта в России? Кто основные потребители и насколько спрос на вашу продукцию сейчас растет, и как со сбытом в нашей стране, внутри страны?

Сергей Колесников: Со сбытом в нашей стране неплохо, но могло бы быть лучше?

Марина Калинина: В чем причина?

Сергей Колесников: Причина в присутствии на рынке недобросовестной конкуренции, в присутствии, может быть, не контрафактного, но некачественного товара, который на рынке присутствует. Он, как правило, делается не в нашей стране, но так называемые условно российские производства. У них комплектующие третьесортные, недостойного качества, но этот продукт в 2-3 раза дешевле. И вот эти люди нам мешают. Соответственно, было бы неплохо, если на каком-нибудь уровне соответствующих чиновников был у нас принят закон, помогающий нам и усложняющий им.

Марина Калинина: К нам присоединяется по Скайпу Анатолий Николаевич Маркин, руководитель рязанского центра поддержки экспорта. Здравствуйте, Анатолий Николаевич.

Анатолий Маркин: Здравствуйте.

Марина Калинина: Анатолий Николаевич, мы тут с Сергеем Владимировичем Колесниковым обсуждаем вопросы про развитие бизнеса компании «Новый свет» в Рязани и по всей стране. Как вы сотрудничаете с такими предприятиями, что вы помогаете им делать, для того чтобы они развивались? Потому что достаточно сложно. Тем более, все говорят – в столице по-другому, Рязань – это не столица. Но, тем не менее, что можно сделать на местах?

Анатолий Маркин: В настоящее время мы в рамках деятельности Рязанского центра поддержки экспорта оказываем достаточно разностороннюю поддержку, начиная от консультационной (обучение наших предприятий) и продолжая различными услугами по продвижению их продукции. Это организация бизнес-миссий, это организация выставок. То есть в данном случае мы оплачиваем за компании их деловые расходы. Это аренда выставочных стендов, организационные взносы, привлечение переводчиков, если это необходимо. И также различные услуги по продвижению, кроме этих. То есть переводы презентационных материалов. Сейчас запускаем проект по продвижению на площадке Alibaba. Это электронная онлайн-торговля.

И также у нас есть продукты по содействию сертификации на международных рынках, по патентованию. Это то, что мы делаем в последние годы. До этого в рамках предыдущей инфраструктуры, интегрированного центра, консультационного центра, мы оказывали услуги по продвижению на территории России, в том числе для данной компании.

Марина Калинина: Сергей Владимирович, с какими проблемами вы сталкиваетесь, чтобы выйти на экспорт, на внешние рынки? Давайте втроем поговорим. Анатолий Николаевич, вы не отключайтесь.

Сергей Колесников: Проблемы финансовые. То есть финансовые в каком плане? Достаточно дорогая логистика. Интерес к нашей продукции есть. Мы участвовали пока в двух или трех выставках в республиках постсоветского пространства. Логистика получается очень дорогая. Но фактически поднимает цену светильника чуть ли не в 2 раза. Это первое.

Второе. Выставки – это хорошо. Но хотелось бы, пользуясь случаем, сказать о том, что побольше бы целевых таких бизнес-миссий. То есть мы понимаем, какая категория покупателей интересна нам и интересна им, неважно, ближняя или дальняя. Не всегда эти люди приходят на выставки. В этом плане мы можем подсказать экспортному центру, какой наибольший эффект будет от каких встреч с какими потенциальными покупателями нашей продукции.

Марина Калинина: Анатолий Николаевич.

Анатолий Маркин: Мы с удовольствием прислушаемся к совету коллег и рассмотрим возможность увеличения количества именно бизнес-миссий, в том числе в интересующие страны.

Марина Калинина: Насколько сложно работать на месте и решать эти проблемы вне зависимости от того, чтобы обращаться в какие-то федеральные органы? Насколько сложно пробиться, насколько сложно решить это все? Как вообще эта работа строится?

Анатолий Маркин: Во-первых, определенные сложности всегда присутствуют. Но при этом мы работаем в тесной связке с федеральными органами. Мы, начиная с июня 2017 года, являемся точкой присутствия российского экспортного центра в Рязанской области. И у нас есть все возможности для продвижения наших компаний на зарубежные рынки, для того чтобы их поддерживать. Если возникают какие-то сложности, то всегда стараемся их решить при помощи как федеральных коллег, так и при помощи наших региональных исполнительных органов власти.

Марина Калинина: К нам присоединяется Андрей, наш телезритель из Курганской области. Он сейчас с нами на связи. Андрей, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте. Я бы хотел уточнить такой вопрос. Я посмотрел вашу передачу. И вы показали такое хорошее оборудование. У меня два вопроса. Скажите, пожалуйста, это оборудование наше отечественное в качестве импортозамещения, или оно все-таки китайское, американское? И вообще ваши светодиоды, все эти транзисторы, резисторы в схеме, которые управляют вот этими светодиодами, они являются русской разработкой или китайской? У меня такой простой вопрос. Скажите, пожалуйста.

Марина Калинина: Спасибо. Это был Андрей из Курганской области.

Сергей Колесников: Рассказываю. Установщики диодов на платы японские. По простой причине. Что таких у нас в России не производят. Конвейеры, которые вы видели, тестировочные аппараты – мало того, что они российские, они еще сделаны на нашем производстве. То есть у нас достаточно многопрофильное предприятие, и мы это производим сами. Диоды импортные. По той же причине. В России такого изделия пока не производится. Это японские и корейские диоды. И блок питания, основная составляющая светильника – это нашего производства. Но так как наше производство блоков питания достаточно небольшое, нам его не хватает, мы покупаем здесь в России. Это питерская компания, зарекомендовавшая себя на рынке.

Марина Калинина: Анатолий Николаевич, вы еще с нами?

Анатолий Маркин: Да, я с вами.

Марина Калинина: Я хотел спросить по поводу поддержки таких предприятий в плане постановщиков. Вы как-то работаете с этим? Может быть, для того чтобы эти детали поставлялись в страну, может быть, по более низким ценам? Или ищете какие-то предприятия в России, которые все-таки готовы производить все комплектующие для продукции?

Анатолий Маркин: В компетенцию нашего центра этот вопрос не входит. Но в то же время в нашем регионе сейчас реализуется проект по объединению производителей, для того чтобы они обменивались информацией, какие комплектующие им требуются, какие расходники им нужны, для того чтобы можно было это найти внутри региона.

У нас достаточно частая история, когда компания направляется в бизнес-миссию или выставку на коллективный стенд. Возвращаясь с этой поездки, они узнают, что у них в регионе есть какая-то продукция, которую до этого они закупали в том числе и за границей, и они начинают покупать ее внутри региона. И подобную историю мы сейчас пытаемся реализовать в программном продукте, перевести все это в IT.

Марина Калинина: Спасибо. У нас на связи по скайпу был Анатолий Николаевич Маркин, руководитель рязанского центра поддержки экспорта. Удачи вам в вашей работе. Спасибо еще раз.

Сергей Владимирович, вы начали говорить о недобросовестной конкуренции. Если сравнивать цены, насколько эти недобросовестные конкуренты демпингуют цены на качественные продукты?

Сергей Колесников: Очень существенно. Это доходит до 2-3 раз цены. То есть дешевле нашего продукта в 2 раза – это точно. А то и до 3 раз доходит. Причем, я считаю, чем это еще плохо? Фактически конечный потребитель платит дважды. Так как этот продукт некачественный, он достаточно быстро выходит из строя. Он это понимает. Все равно пытается найти на рынке соответствующий честный продукт. То есть наш продукт честный. То, что мы заявляем, то, что мы декларируем, те характеристики, которые заявлены в нашей документации, они такие и есть.

Более того, мы в свое время были инициаторами внесения такого пункта в тендерную документацию с существующими нашими потребителями и потенциальными. Это заключение независимой лаборатории. То есть это тот орган, которому верят все наши коллеги – российские конкуренты. Эти компании, которые я отношу к недобросовестным конкурентам, они не в состоянии. Потому что заключение одного светильника стоит достаточно дорого. Но мы смотрим на перспективу. Поэтому мы готовы нести эти затраты.

А здесь мы понимаем про недобросовестных конкурентов, что этот путь конечен, и конечный путь может длиться достаточно долго. Очень хотелось бы все-таки укоротить этот путь. Я в качестве примера приведу к поддержанию национального производителя.

В Беларуси мы столкнулись с таким. Мы участвовали в честном тендере. Но местные производители имеют преференции в размере 20%. Если наш светильник стоит 1 руб, а их 1 руб 20 коп, это считается равная цена. Хотелось, чтобы на нас тоже обратили внимание в этом плане.

Марина Калинина: Очень много сообщений о том, что люди почему-то считают, что все равно у нас все китайское продается. Так сложился наш менталитет, что у нас все китайское. И такой вопрос: может ли ваша продукция конкурировать с аналогичным товаром из Китая в ценовом сегменте? Я сейчас не говорю о недобросовестной конкуренции, а о нормальной конкуренции, которая существует на рынке?

Сергей Колесников: Мы конкурируем не только с китайскими товарами. Мы часто встречаемся (я имею в виду не вживую, а на тендерных площадках) и с известными компаниями европейскими, которые уже не первый десяток лет на рынке. Мы с ними успешно конкурируем.

Марина Калинина: А вообще с тендерами сложно сейчас?

Сергей Колесников: Я бы не сказал, что сложно. Прозрачно, честно.

Марина Калинина: То есть все по-честному?

Сергей Колесников: Да, да.

Марина Калинина: Давайте еще послушаем Любовь. Дозвонилась она нам из Воронежа. Любовь, здравствуйте.

Зритель: Алло, здравствуйте. Из Воронежа Любовь. У меня вопрос к вашему гостю. Вот у нас в рамках капремонта прошла в доме замена электропроводки с установкой светодиодных ламп и датчиков движения. Буквально через месяц лампы начали перегорать. В сентябре у нас закончен ремонт. Декабрь. 3 месяца прошло. Примерно 70% ламп у нас перегорели. Подъезды стоят опять у нас темные. А ведь мы платим за капремонт. Я бы хотела спросить. Может быть, это связано с датчиками движения, которые у нас установлены в подъезде? Потому что лампа постоянно то включается, то выключается. В подвале датчика движения нет. Но все равно лампа перегорает. Скажите, что нам делать. И по поводу гарантий.

Я обратилась к рабочим. Они меня просто подняли на смех. «Какая вам гарантия? Никакой гарантии». У меня дома тоже установлены светодиодные лампы. Я пробовала. Обращалась с чеком в магазин. Вы знаете, у нас в Воронеже далеко не каждый магазин дает эту гарантию. Даже если приходишь с чеком.

Вот покупаешь лампу – на лампе написано на упаковке: «Срок годности, срок свечения лампы 8 лет». Нет такого вообще. Не может такого быть. И лампы нам не меняют. Расскажите, пожалуйста.

Марина Калинина: Спасибо за звонок.

Сергей Колесников: Много вопросов. Попытался я их все запомнить. Может быть, не в той последовательности буду отвечать. Первое. Насчет гарантии. Честный производитель дает ту гарантию, за которую он не боится. Поэтому, что касается нашей компании, мы даем гарантию 5 лет, потому что мы знаем, что наш продукт не выйдет из строя. Это первое.

Второе. Мы по гарантии меняем светильник просто по запросу. То есть не выясняя причин выхода из строя. Почему мы это делаем?

Марина Калинина: Много ли таких, как мы, у нас в стране?

Сергей Колесников: Я не знаю насчет много. Но в принципе качественный производитель этого не боится. Потому что все равно это будут единичные, штучные варианты. А мнение о компании формируют и такие поступки. Поэтому мы не боимся.

Естественно, если какой-то массовый выход из строя, то причина явно не в светильнике. Тогда создается независимая комиссия с присутствием всех сторон. Что касается подъезда девушки по имени Любовь. 100% датчики не виноваты. У меня у самого в подъезде стоят светильники с датчиками движения, с датчиками присутствия. Эти светильники не боятся постоянного включения и выключения, не боятся холодов. Боятся только жарких стран. Но у нас не жаркая страна. Поэтому явно причина в светильниках. Почему они выходят из строя? Я не могу сказать. Это не наш продукт. Поэтому не знаю.

Марина Калинина: В общем, надо разбираться. А в системе ЖКХ вы работаете? В жилых домах устанавливают светильники?

Сергей Колесников: В системе ЖКХ – да, но не плотно.

Марина Калинина: А почему они не обращаются?

Сергей Колесников: Они напрямую не будут обращаться. Наших усилий не хватит. Это работают наши дистрибьюторы, то есть те компании, у которых большой штат сотрудников, менеджеров, продажников. Я бы не сказал, что это сейчас тема такая… Сейчас уличное освещение – да, спрос достаточно большой. Спрос на замену промышленного освещения – да. Многие предприятия какие-то восстанавливаются, какие-то существующие просто умеют экономить, считают деньги. А на больших предприятиях я уже говорил – окупаемость 2 года, а потом копеечка существенная, которую можно использовать на благие дела.

Марина Калинина: Еще один звонок из Кемеровской области. Михаил, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте. Я с критикой по поводу выпуска этих светодиодных светильников в том плане, что показали сейчас производство. Светодиоды соединяются последовательно там. Один светодиод выгорает – и вся цепочка эта выгорает, и светильник не работает. То есть низкое качество светодиодов. Раз. Второе – несоблюдение технологии изготовления светильников. Нету термопасты под каждым светодиодиком. Теплоотвод плохой. И светодиод выходит из строя. В старом светильнике лампочку заменил – это просто и доступно. А здесь приходится менять весь светильник.

Марина Калинина: Спасибо большое. Почему-то такие выводы наш звонящий сделал.

Сергей Колесников: Он сделал вообще выводы? Или из наших светильников? Если из наших, то каждый довод я не принимаю. Потому что у нас и термопаста, и теплоотвод.

Марина Калинина: Вообще. Не конкретно.

Сергей Колесников: Это да. Это возвращаясь к недобросовестной конкуренции. То есть экономят на всяких мелочах.

Марина Калинина: То есть если человек разбирается…

Сергей Колесников: Вот и получается вместо 1 рубля цена 50 копеек. И этот светильник действительно выходит из строя не то что через год, а через какое-то количество месяцев.

Марина Калинина: У нас буквально полминутки осталось. Хочу спросить про кадры. Современное производство достаточно. Где берете кадры?

Сергей Колесников: В Рязани 2 высших технических учебных заведения. С рабочим классом тяжело. Я не скажу, что его много. Мы справляемся с этим. Но не сказать, что стоит очередь. Хотя в принципе для Рязани зарплата у нас не низкая. Мы назвали среднюю зарплату. Была озвучена на мониторе на экране. Но это средняя зарплата. То есть в пиковой нагрузке производства люди получают существенно больше. Иногда больше инженерно-технического состава.

Марина Калинина: Ну что, спасибо вам большое. Это был Сергей Колесников, коммерческий директор компании «Новый свет». А я хочу по традиции показать вам портреты людей, которые работают на предприятии «Новый свет» в Рязани.


Подписаться на ОТР в Яндекс Дзене

Комментарии

  • Все выпуски
  • Полные выпуски
  • Яркие фрагменты
  • Интервью
  • Сюжеты