Сергей Лесков: Все законы мировой экономики не властны в России. У нас свои

Гости
Сергей Лесков
Ведущий программ

Петр Кузнецов: Еще раз добрый вечер! Это программа «Отражение» на Общественном телевидении России. Мы в прямом эфире. Это Ольга Арсланова, меня зовут Петр Кузнецов. Мы с вами еще полтора часа в эту пятницу, в эту «черную пятницу».

Ольга Арсланова: Через полчаса мы вернемся к «Реальным цифрам», к нашей большой теме этого дня. Мы говорим о налогах. Кстати, за три года объем уплаченных налогов в России – рост почти вдвое, быстрее зарплат. Мы выясняем сегодня, какие налоги вы платите, сколько вы на это тратите. В частности, поговорим о налоге на недвижимость и выясним, где в нашей стране он выше, а где ниже всего. Это мы обсудим в 8 вечера с нашими гостями и, конечно же, с вами в прямом эфире.

Петр Кузнецов: Ну а прямо сейчас давайте подводить уже итоги этой рабочей недели. Делаем это, конечно же, с помощью нашего обозревателя Сергея Лескова. Сергей, здравствуйте.

Ольга Арсланова: Здравствуйте.

Сергей Лесков: Здравствуйте.

Петр Кузнецов: Ну, точнее – мы даже не подведем без вас, то есть мы…

Сергей Лесков: То есть вы умываете руки?

Петр Кузнецов: Не просто с помощью, как будто вы нам помогаете исключительно. Сергей Лесков будет подводить.

Ольга Арсланова: Мы вам, может быть, слегка поможем принимать звонки читать SMS.

Петр Кузнецов: Давайте.

Сергей Лесков: Это было бы здорово.

В начале этой недели два президента – Путин и Эрдоган – открыли такую самую сложную, наверное, морскую часть газопровода «Турецкий поток». Этот газопровод меняет геополитическую ситуацию на юге Европы и является очень важным экономическим и, я думаю, политическим инструментом, который могут использовать многие страны. Но ведь и не секрет, что на этой неделе США в очередной раз пригрозили санкциями участникам «Северного потока – 2», который должен сойтись с этим самым «Турецким потоком» где-то в сердце Европы, в районе Австрии. Это очень важная тема вообще для нашей страны, ибо «Газпром» – как известно, наше все.

Еще, наверное, важнее для российской экономики – это нефть. На этой неделе цены на нефть упали на 10%. Они и сегодня даже упали по сравнению со вчерашним днем. С чем это связано? Эксперты единодушны: это связано с решением президента США Трампа не вводить санкции против Саудовской Аравии, несмотря на совершенно кровавые злодеяния, которые совершены в этой стране и, судя по всему, с ведома наследного принца. Тут много что можно сказать. Одним – санкции, другим – нефть. Такое впечатление, что безнаказанно можно убивать, если ты друг Соединенных Штатов. Но тем не менее обойти нефтяную тему мы не можем. И что вообще это значит для рядовых потребителей в России, где продолжается бензиновая лихорадка?

Ну и наконец – третья тема. Я думаю, что она наиболее близка нашим людям. На этой неделе пронеслась страшная новость о том, что может быть повышена цена на колбасу, причем не на какие-то 3–5%, чего мы давно уже не замечаем, а на какую-то астрономическую величину – чуть ли не в 2–3 раза. Под благим предлогом: колбаса – это вредно, а красное мясо, из которого производят колбасу и сосиски, – вообще продукт, который невозможно взять в рот. Но если учесть, что колбаса является национальным символом России, присутствует во многих произведениях и крепко вошла не в желудки, а, думаю, в душу и в сердце каждого русского человека, то это очень и очень спорное решение. Не можем об этом не поговорить.

Петр Кузнецов: Каждую «черную пятницу» будем покупать колбасу с 70-процентными скидками, да? Ну, кажется, к этому все-таки не придет.

Сергей Лесков: Обсудим.

Ну так вот, что произошло в понедельник? Я хочу обратить внимание, что, в общем-то, Путин ведь только что был в Сингапуре. Путь далекий. И обычно, бывалые путешественники знают, хочется отсидеться дома, но он сразу из Сингапура полетел в Стамбул, уж очень важное там было мероприятие. Отношения с Турцией, напоминать не надо, у нас довольно сложные, но тем не менее в последний год встречи Путина и Эрдогана… Надо считать, конечно. Будут еще и другие встречи. Есть три мировых лидера, с которыми президент России встречается чаще других – это главы Турции, Китая и Японии.

«Турецкий поток» – в общем-то, стратегический проект и для Турции, и для России. В Турции каждый, наверное, отдыхал. Если вы обращали внимание, там стоят… Там, конечно, строительный бум совершенно невероятный – наверное, больше, чем в любой другой стране мире, но стоят дома, которые не отапливаются, в которых нельзя жить зимой. В Турции нет своих источников топлива. И они ждут российского газа, чтобы отапливать свои новостройки.

Первая нитка будет целиком предназначена для нужд Турции, а вторая нитка уйдет в Южную Европу. Собственно, не только здесь экономика, а у нас с Турцией очень много вопросов. И вот этот экономический проект позволит нам каким-то образом влиять на позицию Турции и по Сирии, где Турция контролирует провинцию Идлиб, где по-прежнему гнездятся бандиты. Это и закупка российского вооружения С-400. Если это произойдет, то Турция станет первой страной НАТО, которая купила российское вооружение.

Я думаю, что, может быть, самое главное, хотя мы избегаем об этом говорить: 27–29 ноября в стамбульском квартале Фанар должен состояться Вселенский Собор, на котором, может, будет решен вопрос о томосе для Православной церкви Украины. В общем, это довольно болезненный вопрос для России. Мне до сих пор странно, почему Турция, если у нее на самом деле такие близкие и искренние отношения с Россией, не может повлиять на Константинопольского патриарха, который является гражданином Турции. Может быть, он сильнее зависит от американцев?

Вы знаете, что Константинопольская церковь – мать всех православных церквей – в настоящий момент на самом деле уже американская церковь, потому что у них большинство приходов находится в США, Греческая церковь. Может быть, поэтому не получается.

Но так или иначе есть еще один момент, конечно, который чрезвычайно важен. Давайте быстро пробежимся по газопроводам, которые ведут из России в Европу.

При цене газа 200 долларов за 1 000 кубометров, ну, примерно… Она была и выше, она 10 лет назад была 350, сейчас чуть-чуть пониже. Мы экспортируем 200 миллиардов кубометров, не газифицировав свою страну, кстати (ну, это уже другой вопрос). То есть мы за газ имеем примерно 40 миллиардов долларов. Ну, это приличные деньги. Правильно я посчитал? Да, 40 миллиардов долларов. Ну, на самом деле это значительная часть нашего бюджета – ну, я не знаю, процентов, наверное, двадцать. За нефть, конечно, больше.

А по каким странам проходят эти трубы? Какие бы у нас ни были тяжелые отношения с Украиной, по-прежнему 40% российского трубопроводного экспорта проходит через территорию Украины, 80 миллиардов кубометров из 200 идут по Украине.

А теперь смотрите. В 2019 году будет на полную мощность… Запомнили цифру? 80 идет через Украину. Если «Турецкий поток» заработает в полную мощность в 2019 году, то это 35 миллиардов. «Северный поток – 2» должен быть запущен, хотя и американцы вставляют палки в колеса, им подпевает Польша, и там получается 55.

Петр Кузнецов: Ну и Украина все-таки может влиять на «Северный поток – 2».

Сергей Лесков: 35 и 55 – ну, это и будут те самые 80, которые идут сейчас по Украине. Конечно, Украина говорит правильно, это ущемляет ее кровные интересы. Бюджет трещит по швам, без траншей МВФ Украина выжить не может. За транзит российского газа она, по-моему, получает порядка 3–4 миллиардов долларов в год.

Ну, недавно прозвучало заявление руководства «Газпрома», что 10–15 кубометров мы можем прогнать по-прежнему через Украину, но непонятно, с кем там вести беседы. Вы знаете, что сейчас «Нафтогаз» и «Газпром» находятся в перманентной стадии взаимных судебных споров. Да и вообще мне кажется, что какой-то токсичный след, который оставляет все больше украинское руководство, значительно более ядовит, чем испарения любого газа, поэтому с ними дело иметь очень трудно.

Петр Кузнецов: Можно от этого и питаться, да?

Сергей Лесков: В следующем году, в принципе, возможно обойти Украину. Но, конечно, Европа этого не позволит сделать, потому что это некий геополитический интерес.

Петр Кузнецов: Сергей, все-таки Украина и США – они могут как-то повлиять на «Северный поток – 2», наверное, в первую очередь? Ну, на «Турецкий» – вряд ли. Но у «Турецкого» вторая нитка, которая будет как раз на Европу.

Сергей Лесков: Да, на Южную Европу.

Петр Кузнецов: Вот там перспективы не совсем ясны.

Ольга Арсланова: Какую-то пиар-акцию провести с участием…

Сергей Лесков: Вы помните, был «Южный поток», который приказал долго жить, а теперь Болгария, которая могла стать хабом газовым для Европы, кусает локти. На них надавили, конечно.

А теперь газовым хабом станет Турция. Турки умеют считать деньги. Вот люди – прирожденные торговцы, в отличие от южных славян, конечно, которые, может быть, и обладают какими-то достоинствами, но явно не по части коммерции. Турция своего не упустит. Мы видим это в турецких магазинах: ни один покупатель не выйдет оттуда, не купив там тапочек или рахат-лукума.

Петр Кузнецов: С нашей стороны получается, что экономическая выгода-то выше обиды, да?

Сергей Лесков: А вы какую обиду имеете в виду?

Петр Кузнецов: Сбитый самолет, убийство посла… Еще можно вспомнить.

Сергей Лесков: Обижаться можно сколько угодно. Взаимные претензии есть у всех сторон к любой стране. Знаете, как в народе говорят: «На обиженных воду возят». Поэтому есть обиды, а есть геополитические интересы. В общем, именно интересы в данном случае важнее всего. Мы можем на кого угодно обижаться. Скажите мне какую-нибудь страну на выбор, ну, из окрестных, конечно, из близлежащих…

Петр Кузнецов: А я Зимбабве хотел назвать.

Сергей Лесков: Мы найдем такие обиды, что до Второго пришествия не забыть.

Петр Кузнецов: Вопрос есть у Виктора, пока мы дальше не пошли. Ставрополье на связи. Здравствуйте, Виктор.

Зритель: Здравствуйте.

Петр Кузнецов: Пожалуйста.

Зритель: У меня Сергею Лескову вопрос. Вот если ученые придумают новый вид энергии… А об этом говорил господин Медведев, я сам лично слушал по телевизору. В ближайшие 20 лет, он сказал. Ну, уже 5–6 лет прошло, осталось 14–15 лет. Чем будем торговать? Нефть и газ не нужны будут никому.

Сергей Лесков: Ну, хорошо, что вы слушаете речи нашего премьер-министра, но формулировка, которую вы использовали, конечно, совершенно некорректная. Нельзя открыть новый вид энергии, так нельзя говорить. Можно использовать новые источники энергии.

Петр Кузнецов: Рогозин что-то с лунной пылью, по-моему, собирался сделать.

Сергей Лесков: Ну, можно добывать гелий, там его много. Ну, я не знаю, уже подсчитано, сколько это будет стоить. Гелий – это термоядерная энергия. Это просто не окупается. Во многих европейских странах, если говорить серьезно, растет доля альтернативных источников энергии. Это ветер, это солнечная энергия в первую очередь. Можно использовать даже силу морских прибоев. В СССР была такая станция на Кольском полуострове. И во Франции, кстати, тоже была такая станция одна. Ну, это как бы эксперименты были.

На мой взгляд, солнечная энергия и энергия ветра – вот два реальных таких направления. К сожалению, в России это все носит пока только опытно-экспериментальный характер, уж сильно много у нас нефти и газа. А если поездить по Европе, то, конечно, невозможно не заметить эти шпили с крутящимися, похожими на эмблему Mercedes, ветряки такие метров по сто. Их очень много. В разных странах разная доля альтернативной энергии, альтернативной, то есть возобновляемой. Но не надо думать, что она экологически безвредна, потому что там, например, есть какой-то уровень шума, и все птицы и мыши дохнут поблизости.

Петр Кузнецов: В окрестностях.

Сергей Лесков: Да, в окрестностях. Но ваш вопрос совершенно корректен. Пока мир стоит все-таки на углеводородах. Если появится термоядерная энергия (а экспериментальный термоядерный реактор сейчас строится во Франции с решающим участием в России), это уже будет совсем другой коленкор.

Петр Кузнецов: Давайте о нефти. Что произошло с ценами?

Сергей Лесков: Ну, нефть – на самом деле главный энергоноситель. Все, конечно, началось с этого злодейского – кровь в жилах стынет! – убийства арабско-американского журналиста Хашогги в консульстве Саудовской Аравии в Стамбуле. Не будем лишний раз повторять эти подробности. Это не Средневековье, а… Я даже, кстати, думаю, что в Средневековье люди бы ужаснулись, если бы узнали, как был убит этот несчастный человек, которого за дверями ждала, кстати говоря, невеста. Ну вот.

Американцы накладывают санкции при каждом удобном случае на весь мир. В данном случае Трамп сказал, что накладывать санкции он не будет. Хотя уже опубликованы данные ЦРУ, что этот Мухаммед ибн Салман – молодой человек прогрессивных взглядов, что не помешало ему отдать приказ об убийстве этого журналиста, – он не просто знал об этом, а вроде бы даже отдал приказ, по данным ЦРУ. На что Трамп сказал: «Может, знал. А может, и не знал». Стоит напомнить цифры…

Петр Кузнецов: Двойные стандарты.

Сергей Лесков: Это даже не двойные. Два – это слишком маленькая цифра в этом случае, потому что… Когда Трамп был в Саудовской Аравии, саудиты обещали инвестировать в экономику США – внимательно! – 450 миллиардов долларов. Мы от газа получаем 40, да?

Петр Кузнецов: 40 миллиардов, да.

Сергей Лесков: И рады. 450 миллиардов долларов! При этом контракты на оружие уже заключены на 100 миллиардов долларов, ну, это на несколько лет. И сейчас они уже купили почти на 20 миллиардов долларов вот за эти несколько месяцев. Это, кстати говоря, годовой оборот российской торговли оружием. То есть такие деньги! Трамп прямо сказал: «Мы не хотим из-за принципов жертвовать такими деньгами». «Деньги не пахнут», – как сказал какой-то из древних императоров. Ну, в данном случае мы видим, что, наверное, эта мудрость является изречением на все времена.

А как это связано с падением цен на нефть – то, что он не стал наказывать экономическими санкциями? Надо напомнить, что несмотря на то, что США добывают нефти очень много, они и экспортируют нефти очень много. Из Саудовской Аравии… Ну, там Канада – самый большой…

Петр Кузнецов: Сжиженный газ.

Сергей Лесков: Ну, они возят его, возят. Самый большой импортер нефти США – это Канада, а второй – Саудовская Аравия. Саудовская Аравия продает США 1 миллион баррелей нефти в сутки, а добывают саудиты 10 миллионов баррелей – ну, столько же, сколько и Россия, 10 миллионов. То есть 10% своей нефти саудиты продают в Америку. Поскольку он не стал их наказывать – цены снизились. Отлично! А теперь Америка покупает нефть подешевле. И тут механизм чрезвычайно простой.

Что это значит для российских автовладельцев, да и вообще для российской экономики, которая, конечно, стоит на автомобильных перевозках и транспорте, всех этих транзитах? Тут обольщаться не надо. Дело в том, что, что бы ни происходило с ценами на нефть на мировом рынке, в России бензин всегда дорожает, потому что у нас уникальная страна. Следовательно, у нас и экономика уникальная. Все законы мировой экономики не властны в России, у нас собственные законы.

Мало того, вот наш дорогой слушатель звонил. Если, предположим, откроют какую-то новую энергию, новый вид энергии, как он предполагал, которая будет бесплатна, абсолютно бесплатна, то все равно бензин в России будет становиться все дороже и дороже.

Петр Кузнецов: Зато стабильно, зато мы уже готовы.

Сергей Лесков: Да, живем без сюрпризов. Главное тут, в общем…

Петр Кузнецов: Не следим за этими котировками. Все знаем, что…

Сергей Лесков: Зачем смотреть и нервничать по поводу «кардиограммы» нефти? Ты знаешь, что завтра бензин будет дороже, чем вчера, а послезавтра будет дороже, чем сегодня. Спокойно. Дышите ровно, ешьте колбасу. Тут, в общем-то, это даже и хорошо.

Но, конечно, вся эта история имеет, помимо экономического подтекста, и, конечно, моральный аспект. Петя сказал уже, что это двойные стандарты. Ну, какой-то цинизм просто беспримерный. Получается, что нельзя убивать Скрипалей. Их вроде бы даже и не убили. Вот Скрипалей нельзя убивать…

Ольга Арсланова: А случайные люди…

Сергей Лесков: Да. А вот если убивают кого-то нужный тебе человек, то это можно вполне. С древнейших времен мировое право стояло на том, что не важно, кто совершил преступление, наказание не должно как бы это учитывать, а важен сам как бы факт преступления. Нет, факт преступления не важен, говорит президент США, важнее интересы Америки. В интересах Америки, да, можно убивать вполне.

Я думаю, что выводы из этой истории, в общем-то, должны мировых политиков ну не просто насторожить, а это надо принять к сведению. Если Америке будет нужно – да, можно убивать.

Кстати говоря, Саудовской Аравии все прощается. Они два года ведут кровопролитную войну в Йемене. О нарушении прав человека в этой самой Саудовской Аравии ну просто говорить не приходится, но за нарушение прав человека Америка наказывает другие страны опять же. Нет правды в подводном мире. Вот такая история.

Но, конечно, самое интересное – это колбаса…

Ольга Арсланова: Тут настоящий детектив.

Петр Кузнецов: Вот он – альтернативный источник энергии!

Ольга Арсланова: Триллер, возможно, даже. Мы внимательно следили, наверное, больше недели – да? – за тем, что же все-таки с колбасой происходит: будет ли она дорожать, не будет.

Сергей Лесков: Все началось, конечно, с английских ученых, которые…

Ольга Арсланова: Британские ученые.

Сергей Лесков: …да, которые в который раз напомнили миру о том, что красное мясо, из которого делается колбаса и сосиски, – это очень вредно. Там были какие-то ужасающие совершенно цифры, смертность. Кстати, я хочу сказать, что если колбаса делается из тряпок и туалетной бумаги, то она подорожать не должна, исходя из этого, а должна подорожать только хорошая колбаса. Ну, это попутно.

Вообще тут мнений может быть очень много. Я выскажу свое сугубо личное мнение. Мнений может быть столько же, сколько и сортов колбасы, а сортов колбасы сейчас очень много. Кстати, вы помните, что самым главным потрясением советского человека, который в эпоху СССР выезжал за границу, были мясные ряды, бесконечные колбасы. Да и у нас собственно с колбасой что? Это целый культурный пласт. Вы помните, что кричал Остап Бендер отцу Федору, который залез на скалу? Он ему кричал: «Отдай колбасу! Все прощу».

Ольга Арсланова: Универсальная валюта.

Сергей Лесков: Может быть, сейчас весь российский народ должен кричать «отдай колбасу!» Минздраву, который грозится ввести эти акцизы? А «колбасные поезда», которые в эпоху позднего СССР ездили в Москву? Именно «колбасные поезда» были, а не творожные, не сырные. Люди старались купить колбасу. И в каждом новогоднем наборе должна была быть… Как она называлась? Не сырокопченая, а твердокопченая, что ли. Я забыл. Такая палка колбасы. А салат оливье, наша национальная скрепа, он из чего делается? Без колбасы его же нельзя вообразить. Как без всего этого жить?

Мало того, я помню, что в советское время, когда новобрачные в эпоху всеобщего дефицита получали всякие талоны на платья подвенечные, еще на что-то, там же был талон на колбасу, потому что, может быть, на свадьбе хотя бы поешь, а дальше уже выворачивайся как знаешь.

Вообще надо сказать, что, конечно, сама идея – под прикрытием заботы о здоровье граждан повысить цену на какой-то продукт – она, во-первых, лицемерна, а во-вторых, конечно, опасна. А опасна она… Помните, что ведь и Горбачев работал с водкой из благих целей, тоже пекся о здоровье. Ну, может быть, здоровье и поправилось частично, но, в общем, это привело к большим политическим потерям. Как бы здесь тоже не произошло то же самое.

Но второе самое главное, почему я считаю, что это лицемерная мера. Вы понимаете, самое главное, что можно сделать для улучшения здоровья – это повысить зарплату, поднять экономику и повысить зарплату. Вообще-то, колбасу едят не от хорошей жизни. В общем, на самом деле это продукт питания для не слишком состоятельных граждан.

Кстати, я хочу напомнить цифру буквально вчерашнюю: 22% наших граждан можно считать бедными, а 70% больше половины семейного бюджета тратят на питание (а это показатель бедных стран), ни на что другое не остается. В общем, для того чтобы повысить уровень благосостояния народа, что-то я не вижу, чтобы что-то делалось. Доходы реальные падают уже пять лет, а изобретательность в разного рода поборах и сборах просто меры не знает! Помните, была такая песня «Два кусочека колбаски у тебя лежали на столе»?

Ольга Арсланова: Это же гимн перестройки! 90-е.

Сергей Лесков: «Ты рассказывал мне сказки, только я не верила тебе». По-моему, это пела несравненная Алена Апина, да?

Ольга Арсланова: Совершенно верно. Группа «Комбинация».

Сергей Лесков: Да, певица на все времена. Неужели надо что-то делать, чтобы это время вернулось?

Колбаса – ну, я не скажу, что это скрепа. Салат оливье – наша скрепа, согласно последним опросам. Но, в общем-то, колбаса в силу каких-то особенностей нашего развития – это символ благополучия. Ну не надо покушаться на нее! Причем вот эти советы о здоровом питании дают люди, которые стоят на совершенно другом уровне благосостояния. Ну, наверное, они могут перейти на смузи из манго и маракуйи – в общем, это не особенно скажется на их бюджете. Но смузи из манго и маракуйи…

Ольга Арсланова: Какими словами вы ругаетесь, Сергей!

Сергей Лесков: Да, они, мне кажется, не доступны тем, кто ест колбасу. В общем-то, всякое научное исследование, помимо какой-то здравой и рациональней составляющей, должно нести и какую-то нравственную составляющую. Мы пяди колбасы не отдадим! Ну не надо на колбасу покушаться. Можно где-нибудь еще отработать – парковку в очередной раз повысить до 800 рублей…

Ольга Арсланова: В Москве причем.

Петр Кузнецов: Сергей, хорошо, за бензин, как во Франции, не выходят. А за колбасу бы вышли, как вы думаете, ну, если бы эти акцизы действительно стали реальностью?

Сергей Лесков: Ну, были хлебные бунты.

Петр Кузнецов: Насколько это индикатор социального напряжения?

Сергей Лесков: Трудно сказать. Теория бунта говорит о том, что побудителем, мотивом является вовсе не бедность, а обманутые ожидания. Да? Вовсе не от бедности люди вываливают на улицу, а от того, что их ожидания не подтвердились. Это очень сложные механизмы народных волнений. Рассуждать вообще на эту тему взрывоопасно – тут можно под какую-нибудь 282-ю статью загреметь.

Петр Кузнецов: Да.

Ольга Арсланова: Давайте послушаем нашего зрителя.

Петр Кузнецов: Давайте, чтобы этого избежать, подключим Свердловскую область, Евгения.

Ольга Арсланова: Евгений, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте. Я полностью согласен с Сергеем Лесковым по поводу повышения благосостояния нации, если заботиться о здоровье. Тот, кто находится поближе к власть имущим, к нашим депутатам… Мы-то до них не можем достучаться снизу. У меня два предложения такие. Может быть, Сергей Лесков донесет.

Петр Кузнецов: Да, Сергей Лесков прокомментирует их обязательно. Давайте.

Зритель: В общем, первое предложение такое: пускай наши депутаты и чиновники закроют свои тарантасы по выработке пальмового масла и перестанут наводнять страну этим.

И второе. В Советском Союзе у нас существовал единый госстандарт по продуктам питания и по многим остальным вещам. Почему-то на сегодняшний день у нас технические условия. Пускай разработают снова госстандарт. У нас есть органы контролирующие, которые получают немалые деньги, наши деньги, людские. Пускай эти люди отрабатывают…

Сергей Лесков: Хорошо, давайте я отвечу. Вы говорите достаточно…

Петр Кузнецов: Спасибо.

Сергей Лесков: Да, спасибо. Вы говорите достаточно разумные вещи. Насчет пальмового масла – оно хлынуло бурным потоком в нашу страну после того, как была объявлена кампания импортозамещения. Уж что вреднее, чем пальмовое масло, для здоровья придумать трудно. Импортозамещение, которое тоже было объявлено из благих побуждений (сомневаться в этом не приходится), тоже нанесло такой ощутимый, я думаю, вред для здоровья. Об этом почему-то никто не думал, потому что качество многих продуктов питания резко снизилось. И здесь вы совершенно правы.

А если идти вообще по этой дороге, то можно дойти вообще до абсурдных вещей. Ну, вы знаете, никто не будет спорить. Есть на ночь вредно? Давайте мы запретим продавать продукты во второй половине дня.

Ольга Арсланова: Ну, раз вредно.

Сергей Лесков: Да. Ну, если вредно. Вот примерно такая же логика у тех, кто предлагает повысить цены на колбасу и сосиски. Вредно?

Петр Кузнецов: После шести.

Сергей Лесков: «После шести закрываем все продуктовые магазины. Сосите лапу!» Или как наш депутат говорила, что голод приводит к ясности мышления и к хорошим сновидениям.

Петр Кузнецов: Очень коротко по сообщениям, колбасу комментируют активно. «Колбасу власти тоже отбирают». Пишут: «Сергей, а вам не кажется, что повышение цен на колбасу нужно для того, чтобы наших производителей поставить в невыгодное положение, – очень странная логика, тем не менее, – а взамен завозить продукцию с Запада гораздо более худшего качества?»

Сергей Лесков: Нет, не кажется.

Петр Кузнецов: Ну, забыл, может быть, Сергей про санкции, про импортозамещение объявленное.

Сергей Лесков: Нет, не кажется.

Петр Кузнецов: Не кажется, да. «Не думаете ли вы, что вслед за этим возьмутся за мясо, рыбу и курицу?» – Челябинская область. Ну, то есть на колбасе потренировались сейчас с акцизами, а потом…

Сергей Лесков: Ну, рыба уже взлетела до таких… Москва – порт пяти морей. Мы со всех сторон окружены мировыми океанами, но трудно найти страну, где была бы такая дорогая рыба. Это что-то невероятное! Рыба практически исчезла из рациона. Хотя, если говорить о медицинских показателях, рыбу-то лучше есть, чем мясо.

Ольга Арсланова: «Лучше следить за качеством колбасы, – нам пишут, – чтобы там было мясо, а то там одни добавки».

Сергей Лесков: Это правда.

Ольга Арсланова: «Цены поднимут на колбасу, в которой и мяса-то как раз нет».

Сергей Лесков: Ну, я об этом и сказал. А вот если из туалетной бумаги, то она будет дешевая.

Петр Кузнецов: Зрители уже начали вас цитировать. Спасибо.

Ольга Арсланова: Да. Спасибо вам.

Петр Кузнецов: Спасибо, Сергей.

Ольга Арсланова: Сергей Лесков, «Итоги недели». До встречи!

Петр Кузнецов: Спасибо, что провели с нами эту неделю. До следующей недели, до следующих событий.

Сергей Лесков: До свидания.


Подписаться на ОТР в Яндекс Дзене

Темы недели от обозревателя

Комментарии

  • Все выпуски
  • Полные выпуски
  • Яркие фрагменты
  • Интервью
  • Сюжеты