• Главная
  • Программы
  • ОТРажение
  • Сергей Лесков: В последние годы от взрывов бытового газа в нашей стране гибнет больше людей, чем от терактов

Сергей Лесков: В последние годы от взрывов бытового газа в нашей стране гибнет больше людей, чем от терактов

Гости
Сергей Лесков
Ведущий программ

Темы дня с Сергеем Лесковым. Взрыв газа в Ростовской области, налогообложение самозанятых и война заложников, в которую Америка пытается втянуть Россию.

Ольга Арсланова: Ну а прямо сейчас поводим информационные итоги этого дня с обозревателем Общественного телевидения России Сергеем Лесковым. Сергей, здравствуйте.

Петр Кузнецов: Здравствуйте, Сергей.

Ольга Арсланова: С понедельником вас поздравляем!

Сергей Лесков: Да, добрый день. Спасибо, да.

Ольга Арсланова: Понедельник принес совершенно разные события, давайте о них поговорим.

Сергей Лесков: Ну, Оля намекает, конечно, на взрыв бытового газа в городе Шахты в Ростовской области. Всего две недели назад аналогичный случай был в Магнитогорске на Урале, там погибло 39 человек. Сколько жертв в Шахтах – пока непонятно, разбор завалов продолжается. Но, так или иначе, со всей очевидностью встает вопрос, что в таком запутанном государстве под названием ЖКХ что-то не в порядке. Именно эта область вызывает наибольшее количество жалоб российских граждан, но что-то к лучшему положение не меняется, а взрывы становятся уже какой-то обыденной и трагической сводкой.

Еще событие, о котором сейчас много говорят экономисты, связано с введение в действие с 1 января так называемого закона о самозанятых. Этот закон касается очень многих наших граждан. По разным оценкам, каждый десятый работающий российский гражданин принадлежит к этой категории, которую, в общем-то, на юридическом языке пока дефинировать не удается. Ну, намерения государства понятны.

А многие экономисты считают, что в условиях экономической стагнации не стоило бы вводить этот закон, потому что эти самозанятые люди и так влачат достаточно жалкое существование, но тем не менее участвуют в формировании ВВП, и какие-то ограничительные меры приведут только к ухудшению ситуацию в экономике, и конечно, этим людям будет жить еще тяжелее. Давайте мы попробуем порассуждать на эту тему.

Ну и наконец – еще одна новость, которая касается международных отношений. Складывается впечатление, что в последние недели крупные международные игроки, ведущие страны занялись формирование так называемого, что ли, обменного шпионского фонда. Во многих странах арестовываются шпионы. Иногда создается впечатление, что это какие-то зеркальные меры. К сожалению, Америке (так говорят некоторые комментаторы) удалось втянуть в эту игру и Россию.

В Китае сегодня, между прочим, буквально несколько часов назад вынесен смертный приговор канадскому гражданину – тоже не совсем понятные здесь обстоятельства. Это новая интрига в международных отношениях. К сожалению, Россия здесь является таким объектом пристального интереса наших «партнеров», потому что некоторые российские граждане находятся в американских застенках.

Ну так вот, взрыв газа. На самом деле…

Петр Кузнецов: Извините, Сергей. Вот нам как раз по газовому вопросу к нашей рубрике сейчас начали присылать: «не проверялось», «не проверялось», «не проверялось»…

Сергей Лесков: Не проверялось.

Петр Кузнецов: Разные регионы.

Сергей Лесков: Вы знаете, Петя, здесь есть еще такая ситуация…

Петр Кузнецов: Но в этом ли причина?

Сергей Лесков: Вообще, насколько я понимаю, нет твердого регламента вот этих проверок. Все это же делают так называемые какие-то управляющие компании. А я видел статистику, что примерно 10% квартир в доме, где даже происходит проверка, остаются непроверенными – по той простой причине, что двери не открывают. Может быть, там нет людей. Может быть, газовщики не вызывают доверия. Никакого нормативного акта, который позволял бы вскрывать квартиры, нет. И если сегодня там нет жильцов – это не означает, что жильцов там не будет завтра. Там можно поселить какой огромный… целый взвод, предположим, каких-нибудь мигрантов из ближнего зарубежья, которые взорвут там не то что этот дом, а вообще всю Вселенную из-за особенностей своей жизни. Да, это проблема, нормативных актов нет.

Но есть и другие проблемы. Значит, не надо думать, что бытовой газ не взрывается в других странах, но в России вся эта проблема усугубляется крайней изношенностью жилого фонда. По разным оценкам, в разных регионах от 5% до 10%, а где-то я видел цифры еще – до 15% жилищного фонда находится в аварийном состоянии. Чем беднее регион, тем больше аварийных домов и тем больше вероятность взрыва. При всем при том, конечно, основная эксплуатация газа для отопления является признаком бедности.

Ольга Арсланова: Ну конечно, это же дешевле, чем подключить обогреватель.

Сергей Лесков: Это намного дешевле, чем электричество. Вот в Москве же дома сдаются уже с электрическими плитами.

Ольга Арсланова: Но очень многие говорят о том, что при исправности оборудования даже включенные конфорки для обогрева не должны привести к взрыву. Ну, выключилась она – в новой плите перекрывается доступ газа, и все.

Сергей Лесков: Да. Пока у нас во всех домах устанавливаются… Да и в Шахтах так тоже было, там же сравнительно новый дом, 93-го года. Кстати, Петя, мы говорили об управляющей компании. Ведь управляющая компания вот этим домом в Шахтах – худшая в городе Шахты. Она находится сейчас на стадии банкротства.

Петр Кузнецов: Но это, конечно же, выяснилось уже после этого.

Сергей Лесков: Конечно, выяснилось позже. А руководит этой компанией (у меня как-то это не укладывается в голове) 25-летний молодой человек с каким-то полукриминальным прошлым. Я слышал…

Петр Кузнецов: Ну и ничего. У нас губернаторы уже по 30 с небольшим.

Сергей Лесков: Я слышал поговорку, что самые дерзкие пацаны идут в криминальный мир, самые умные попадают в список Forbes, а самые практичные идут в ЖКХ. Видимо, это именно тот самый случай. И вообще бесконтрольный рост цен в ЖКХ никоим образом не коррелируется с качеством, конечно, коммунальных услуг. Тут эти коммунальщики просто «стригут» с людей деньги. Где-то я слышал еще такую поговорку… Помните знаменитое изречение Остапа Бендера, когда за ним бежал безработный мальчишка? Вот сейчас бы Остап Бендер сказал этому мальчику: «Может быть, тебе еще и ключи от квартиры, где включили отопление?»

Петр Кузнецов: Или куда газовщики могут зайти и проверить оборудование.

Сергей Лесков: Обратите внимание, что большинство этих взрывов у нас происходят зимой. Зимой из-за плохого качества домов и плохого отопления люди включают дополнительное оборудование, как и было в Шахтах. Какие-то навешивают газовые котлы, чтобы в домах было тепло. И это, между прочим, законом там разрешено. Все это на фоне низкой технологической культуры вообще в стране, а особенно в ЖКХ, где, будем прямо говорить, какой-то образовательный и технологический уровень работников вообще рекордно низкий, – вот все к этому и приходит.

Как быть? Непонятно. И Минстрой, и Минпромторг предлагают ряд мер. Меры какие? Во-первых, добавлять в газ вонючие субстанции. Ну, это, наверное, сравнительно мало будет стоить.

Петр Кузнецов: Вонючие?

Сергей Лесков: Да, вонючие. Если происходит утечка газа…

Петр Кузнецов: Мы слышали, что сейчас перестали добавлять, и в этом есть какая-то проблема.

Ольга Арсланова: То есть теперь газ невозможно учуять.

Петр Кузнецов: Не чувствуешь, если сосед…

Сергей Лесков: Нет, это официальное предложение, причем оно наиболее практичное, потому что другие предложения стоят денег, а денег нет ни у кого. Это первое предложение.

Ольга Арсланова: А с другой стороны, Сергей, вот эти безумные компенсации, которые все равно выплачивают пострадавшим, восстанавливают дома – может быть, на эти деньги проще поставить газовый анализатор?

Сергей Лесков: Ну, это же уже из разных источников. Там какие-то резервные фонды, а здесь из каких-то бюджетных…

Ольга Арсланова: Федеральные причем.

Сергей Лесков: Да, все это разные карманы. Ну так вот, есть еще предложение – оборудовать газовые плиты какими-то анализаторами, которые тоже выключают эту плиту. Ну, минимальная цена – 3 тысячи.

Петр Кузнецов: Тоже недорого… недешево, недешево.

Сергей Лесков: Нет, это недешево. У нас тысяча рублей для человека во многих регионах – в общем-то, сумма весьма значительная. За чей счет это будет – непонятно. Ну и потом, это займет, конечно, не один год.

Какие есть еще предложения? Есть такое радикальное предложение – с точки зрения физики и газовой динамики, оно нормальное, – ставить другие стеклопакеты, чтобы вылетали стекла, чтобы, когда взрывная волна идет, она шла не внутрь дома, а уходила вне. Но тоже, извините, на реализацию этого предложения уйдет несколько лет.

Как делать? Непонятно. Но все это следствие какой-то бедности и экономических проблем, которые все время, постоянно, много лет уже углубляются. И как решить проблему – не совсем понятно. Самое было бы простое – конечно, поддерживать дома в нормальном состоянии. Ну, звонят же люди и говорят, что обслуживание управляющими компаниями находится на совершенно непозволительном уровне: не приходят, не проверяют.

Петр Кузнецов: Свердловская область пишет как раз: «Сделайте проверку бесплатной – и тогда двери будут открывать». Такое предложение. Ростовская, кстати: «Сегодня позвонил в магазин газового оборудования, спросил датчик утечки газа, бытовой. Нет в продаже». Людям что сейчас делать, Сергей, после таких случаев, когда они видят, что это случается уже второй раз за месяц? Ну, что они могут сделать? Они мобилизуются, становятся дисциплинированными. Что? Инициировать проверку?

Сергей Лесков: Это риторический вопрос, Петя. Я могу ответить анекдотом про Чубайса. Идет человек на кладбище, а навстречу ему Чубайс. Он говорит: «Ты куда идешь?» – «Я, – говорит, – на тот свет иду». – «Нет, тебе рано. Ты еще за этот свет не заплатил». Ну, все это… Понимаете, нет ни одной сферы в жизни, про которую мы шутили бы так много, как ЖКХ. Вот дошутились.

Печальная статистика. Между прочим, ведь в нашей стране в последние годы от взрывов бытового газа гибнет больше людей, чем от терактов. В 2017 году (я эти цифры нашел) от терактов в России погибло 16 человек, а от взрывов бытового газа – почти 30. В 2018-м, только что ушедшем году, погибло 8 человек от терактов, и почти 50 человек – от взрывов бытового газа. Сколько в Шахтах погибло, мы пока не знаем.

Видите, с терактами мы научились бороться, у нас очень многочисленные силовые ведомства. Ну, конечно, в ЖКХ работает больше народу, чем в Росгвардии и в ФСБ. Ну, как-то, видимо, эти люди работают неэффективно. Пока будет вводиться автоматика и какие-то инновации ставиться, просто надо хорошо обслуживать дома и следить за тем, чтобы дома выводились из аварийного фонда, потому что скапливается ведь газ в трещинах, как известно.

В общем, в любом случае все эти трагические происшествия – это следствие обвальной бедности, из которой страна выйти не может, как это ни печально.

Ольга Арсланова: Давайте послушаем нашего зрителя из Волгоградской области. Андрей, добрый вечер, вы в эфире.

Зритель: У нас в Волгограде тоже был взрыв. Кто-нибудь вообще понес ответственность за эти взрывы? ЖКХ или кто несет ответственность за этот газ? Это «Волгоградгаз» или кто? Кто-то реально несет ответственность? Довели до суда, чтобы кто-то действительно…

Ольга Арсланова: Или отвечают всегда люди, всегда можно списать это на человеческий фактор, виноваты жильцы, и наказывать некого?

Сергей Лесков: Мне не известны случаи осуждения. В любом случае, понимаете, если человек, какой-нибудь управляющий получит срок – это несопоставимо с тем человеческим горем, которое вызвала эта просто непрофессиональная работа. Дело не в том, как наказывают, а дело в каких-то превентивных и профилактических мерах, чтобы этого не было. А вообще это же свойство русского человека, в общем-то, относиться к своей работе спустя рукава. Будем смотреть правде в глаза. В общем, у нас все начинают о чем-то думать, когда жареный петух прокукарекает, условно говоря. Ну, такие вот дела.

Давайте мы поговорим о следующем проблеме, потому что, в общем, как это ни печально и как это ни важно, жизнь все-таки состоит не только из таких вещей.

Закон о самозанятых – мы о нем уже говорили. На самом деле он касается очень многих российских граждан, которые не могут найти работу в каких-то корпоративных структурах и вынуждены сами заботиться о своем пропитании и поддержании дохода семей. То, что люди стали самозанятыми – очень часто вина государства. И по этой самой причине государство не вправе, исходя из социальной справедливости, наказывать их за свою неэффективность, за то, что оно не может обеспечить какие-то институты развития. Это очень важный фактор.

Но сами по себе законы, так мне кажется, вводятся в действие, когда просчитаны все обоснования – и причины, и следствия. Во-первых, мы не знаем, сколько самозанятых. Мы не знаем, какой вред они приносят экономике. Точно не известны даже их доходы. Не надо забывать о том, что эти люди, когда зарабатывают какие-то деньги… Кстати, у них доход на 20–25% ниже, чем у тех, кто работает официально в корпоративных структурах. Они же все равно эти деньги возвращают в бюджет страны и формируют ВВП, покупая какие-то продукты.

Значит, если у них отобрать эти последние возможности себя кормить, они ничего не будут покупать, будут покупать меньше. Выиграет от этого ВВП или нет? Никто этого не считал. Ухудшится, конечно, социальная обстановка, люди будут жить хуже. Помимо того, что будет нарушена социальная справедливость, просто – ну как? – они будут болеть, за это надо будет опять же платить.

Петр Кузнецов: Кстати, они и не претендуют на пособия по безработице. Это тоже…

Сергей Лесков: Тоже, да. Не претендуют, да. Это же тоже большие деньги. Я ни разу не видел даже приблизительных подсчетов. Создается впечатление, что сама по себе абстрактная идея важнее каких-то экономических расчетов.

В древности китайский мудрец Конфуций говорил, что тощая свинья всегда рвется с привязи. У меня такое впечатление, что очень многие наши депутаты и чиновники именно так – как тощую свинью – воспринимают народ. Вот им кажется, что народ только и думает, как бы обмануть государство. Нет, народ думает о том, как бы прокормиться. И в этой ситуации стоило бы поддержать людей, которые не могут найти работу на рынке труда и проявляют какую-то активность.

Кстати, вы обратили внимание на последнее, сегодняшнее исследование «Левада-Центра»? Они регулярно проводят. В общем, здесь новости нет. Перечень претензий граждан к правительству. Ну, это нормально, в любой стране есть перечень претензий. Так вот, впервые – что новое – на первое место вышла претензия о том, что наше правительство не формирует рынок труда и не создает новых рабочих мест. Такого раньше не было. Там были другие претензии – по поводу доходов, всякое такое.

Итак, с одной стороны, государство не выполняет свои функции по формированию институтов развития, а с другой стороны, пытается наказать тех, кто, как мышка в сметане, барахтается и пытается выбрать наружу. Здесь как-то, в общем, это…

Петр Кузнецов: То есть как народ мыслит в 2019 году? «Обложили налогами, но хотя бы дайте возможность работать просто», да?

Сергей Лесков: При этом опять же мы много говорим, что во многих странах существует прогрессивная шкала налогообложения, у нас же этой шкалы нет. Я на этих длинных выходных видел любопытную статистику. Ну, давайте сравнивать с США. По крайней мере, по размерам населения и по географии мы подобные, конгруэнтные страны. Так вот, в США прогрессивное налогообложение, а у нас, естественно, плоская шкала. Так вот, если сравнивать заработки и отчисления в налоги, то вот эта наша американско-российская кривая расходится на уровне 300 тысяч рублей в месяц. Ну, понятно, что имеется в виду. То есть у нас получается, что богатые платят меньше налогов, чем в Америке, а бедные платят больше.

Петр Кузнецов: То есть по сути не плоская, а регрессивная.

Сергей Лесков: Регрессивная, да, вот именно это. Ну, просто вот так. Ну, понятно. Кто разбирается в арифметике, понятно, что я имею в виду. Причем до 300 тысяч заработка в месяц американец платит меньше, чем российский человек. При этом при заработке до 1 000 долларов в месяц американцы вообще не облагаются налогами, к слову говоря. И этот закон принимают наши парламентарии, которые получают в 15 раз больше, чем средняя зарплата. При этом в развитых странах разница между средней зарплатой по стране и зарплатой парламентария – ну, 3–4, максимум 5 раз. У нас – в 15 раз. Все-таки совесть-то надо знать.

И мне кажется (я даже уверен в этом), это один из тех законов, который, как какое-то мертворожденное дитя. Я не понимаю, как будут выписывать справку о том, сколько дали денег репетитору, нянечке, сиделке. Кто это будет? Как это все будет выглядеть? Есть масса видов деятельности, где…

Ольга Арсланова: За руку не поймаешь.

Сергей Лесков: Ну, просто непонятно…

Петр Кузнецов: Нет, тут же еще парадокс в том, что у нас нет, по-прежнему нет четкой формулировки самозанятых.

Сергей Лесков: Нет.

Петр Кузнецов: И каждое ведомство трактует это как-то по-своему. И даже доходит до того, что ФНС путает ипэшников с самозанятыми.

Сергей Лесков: То есть это будет закон выборочного действия. Вот надо будет отчитаться… Я думаю, что будет спущена какая-то разнарядка на поиск этих самозанятых в каждую область, предположим. И вот надо будет поставить… Как это в милиции называется? Палочная система, что ли. Вот тоже отловить какое-то количество этих самых самозанятых. Ну, я думаю, программистов будут ловить. Больше всего самозанятых, кстати, по статистике…

Петр Кузнецов: Программисты.

Сергей Лесков: Это ремонт квартир. А на втором месте программисты.

Петр Кузнецов: Ну, мы сегодня как раз их сравнивали с теми, кто собирает грибы. Все-таки здесь получается тоже…

Сергей Лесков: А грибники – тоже самозанятые.

Петр Кузнецов: Да. Получается, что программиста самозанятого приравнивают к самозанятому грибнику. Понятно примерно, доходы у кого какие.

Сергей Лесков: Да, в общем, запутанная система. Лучше бы, мне кажется, если надо пополнить казну… Хотя мне не совсем понятна такая страсть к такого рода пополнению казны, потому что резервный фонд у нас большой, профицит доход.

Петр Кузнецов: Профицит у нас, да.

Сергей Лесков: Внешних долгов Россия практически не имеет.

Петр Кузнецов: Нацпроектов только много.

Сергей Лесков: Может быть, как-то оптимизировать налоги тех, кто живет на природную ренту? Я имею в виду государственные монополии. С них, может быть, как-то стоило бы взять все, что они должны государству? Они же там недоплачивают. А у нас – с бедной овцы хоть шерсти клок.

Все больше и больше экономистов говорят о том, что этот странный налог не будет работать. А в тех случаях, когда он будет работать, он будет приносить только не пользу, а вред. Посмотрим. Собственно, только с 1 января он начал действовать. Я еще не слышал ни одного случая, чтобы какой-то из самозанятых…

Ольга Арсланова: Что-то заплатил.

Сергей Лесков: Да, куда-то…

Петр Кузнецов: А вот Макаров сегодня сказал, что столько уже заявило о себе. Ну, он там цифры не привел, но сказал, что в два раза больше уже, чем за предыдущие два года.

Сергей Лесков: Ну, я этих самозанятых видел. Ну, в Калуге было 13 человек в прошлом году, заявили о себе как самозанятые. Если их стало больше, их стало 20 – ну, я поздравляю уважаемого… А в Татарстане было 40 самозанятых. Если их стало 80… Ну, я не знаю. Ну смешно просто!

Петр Кузнецов: Ради этого стоило…

Сергей Лесков: Причем они будут платить по 400 рублей, исходя из их доходов. Ну, это смешно.

Петр Кузнецов: Еще одна тревожная кнопка – бизнес начал этот закон в свою пользу делать и, в общем, сотрудников превращать в самозанятых.

Сергей Лесков: Переоформлять. Ну, это рискованно. Я уже говорил о том, что они же теряют пенсионные накопления, больничные и многие другие социальные как бы льготы.

Ну и наконец – наши шпионские страсти. Многие мальчики мечтают стать шпионами. И девочки.

Петр Кузнецов: Думали, что в 2018 году мы все оставили. Солсбери…

Сергей Лесков: Романтическая профессия, да.

Ольга Арсланова: Может быть, сейчас популярной она станет, кстати.

Сергей Лесков: Вы помните замечательный фильм «Мертвый сезон» с Донатасом Банионисом в главной роли? Это такой был очень популярный в советское время фильм, по-моему, Саввы Кулиша, где советского разведчика играл Донатас Банионис. И там финальная сцена, когда советского разведчика обменивают на американского шпиона, и они друг друга провожают тяжелыми взглядами, играя лицами. Кстати, это же имело как бы историческую подоплеку, потому что легендарный советский разведчик Рудольф Абель был обменян на Пауэрса, летчика, которого сбили 1 мая…

Петр Кузнецов: Не Остина Пауэрса.

Сергей Лесков: Не Остина, это другой. Он летел в самолете U-2, летел откуда-то из Пакистана над Уралом и хотел пересечь всю страну. Его сбили. Хрущеву об этом доложили прямо на первомайском параде, кстати. Очень любопытно было. Ну, их потом обменяли.

Да, обменивают шпионов. Но никогда в практике секретных служб не было, чтобы формировался такой обменный фонд. Мы ни разу во время наших передач не говорили об аресте в Америке уже нескольких месяцев назад (два-три, по-моему) Марии Бутиной. Но мне искренне жалко эту девушку, которая родилась где-то в глубокой провинции. Я не помню… Ну, где-то совсем далеко от Москвы. И вот благодаря каким-то своим личным качествам она сумела перебраться в Москву, потом перебраться в Америку. В общем-то, ее жизненный путь – это жизненный путь селф-мейд-вумен. Ну, молодец. Я думаю, что она чувствовала себя на взлете.

Но, оказавшись в Америке, она подвергла себя риску, потому что, по мнению американцев, она занималась лоббистской деятельностью в пользу России. Хотя что она там такого делала? Ума не приложу! В лоббистской деятельности можно обвинить любого человека, который сказал похвальное слово в сторону Трампа и ругательное в сторону Клинтон, или наоборот. В общем, все, что ты говоришь – это лоббизм.

Петр Кузнецов: А на случай с Чапман похоже это?

Сергей Лесков: Это уже стерлось из моей памяти. Ну, там тоже были какие-то анекдотичные вещи. Хотя там, в общем-то, никто же не оспаривал, что они… Ну, здесь какая-то дикая история. Никто из комментаторов не может понять, в чем ее вина. И ее искренне жалко. И опять же было совсем непонятно, почему мы как умываем руки.

Совсем недавно, по-моему, перед Новым годом, по запросу США была арестована китайская бизнесменша – и китайцы тут же арестовали нескольких граждан Северной Америки. И одного из них приговорили к смертной казни уже. Все это похоже на какую-то игру масок.

Россия наконец тоже арестовала американцы, причем он бывший морской пехотинец по имени Пол Уилан. У него четыре паспорта. Гражданин какой страны он – вообще непонятно!

Петр Кузнецов: На каждый день новый. Плюс еще один, плюс еще один.

Сергей Лесков: Да. Причем его арестовали во время передачи флешки с секретной информацией. Ну, пусть так. Но на следующий день американцы арестовали где-то в Тихом океане очередного гражданина России – бизнесмена из Владивостока, который отдыхал со всей семьей, с несовершеннолетними детьми. Арестовали его за то, что он пытался продать какие-то тепловизоры (ну, приборы ночного видения) или купить их, а вроде бы это нельзя по американским законам.

Ну, какая-то недостойная игра. Причем первый ход здесь, конечно, сделали американцы. И почему нарушена какая-то этика? А у спецслужб была ведь внутренняя этика. Не только у чекистов, по формулировке Дзержинского, должны были быть чистые руки, горячее сердце и… Что там еще? Голова.

Ольга Арсланова: Холодная голова.

Сергей Лесков: И холодная голова.

Петр Кузнецов: Холодная флешка.

Сергей Лесков: Конечно, остряки много продолжали, какими должны быть остальные органы. Ну, по крайней мере, у спецслужб всегда десятилетиями была этика, и они не допускали подобного рода инцидентов. В данном случае у меня создается впечатление, что американские спецслужбы потеряли берега и нарушают какой-то предписанный кодекс чести. Кодекс чести был не только у мушкетеров, но и у этих разведчиков всегда. Конечно, это следствие однополярного мира. Этика соблюдается в том случае… И вовсе не из благих побуждений и не из человеческого благородства. Этика – это выгодный продукт социальной деятельности, когда тебе могут ответить той же самой монетой. И по моему глубокому убеждению, конечно, мир потерял очень много с распадом СССР и формированием вот этой однополярной и безнаказанной системы.

Вот китайцы могут стать вторым полюсом. Видите, как они быстро приговаривают, как они быстро формируют… Я чуть не сказал «семенной фонд». Как они быстро формируют обменный фонд, не откладывая дело в долгий ящик, а тут же штампуют смертные приговоры. Кстати, по китайскому законодательству обжаловать смертный приговор можно в течение всего лишь 10 дней. За 10 дней не успел…

Ольга Арсланова: Ну все, до свидания.

Сергей Лесков: Все, пиши пропало, да. Там как-то в Китае быстро смотрят.

Ольга Арсланова: Грустный анекдот про смерть: «А вот и я». – «Ну и что?» – «Ну и все». Примерно так за 10 дней и происходит.

Сергей Лесков: Это какая-то, собственно… Шутить можно бесконечно, но вывод какой? У меня складывается опасение, что каждый российский гражданин, который вступает на иностранную землю – даже там, где нет американской юрисдикции, как с этим бедным владивостокским бизнесменом, – куда бы они ни ступил, он за одно неосторожное слово рискует стать узником американской Фемиды, если они отлавливают российских граждан. Ну что? Какая-то безумная и дикая история.

Конечно, я не могу посоветовать всем ездить в Сочи и в Крым, но все-таки как-то надо проявлять какую-то осторожность, потому что все больше и больше наших граждан оказываются в американских застенках. Там и Бут, и еще кто-то. Но самый нелепый приговор… Я искренне выражаю сочувствие этой Марии Бутиной. Птица, которую сбили на взлете.

Петр Кузнецов: Ну что же, воспользуемся еще раз Олиным анекдотом, точнее, финальной фразой: вот и все, Сергей, на сегодня.

Сергей Лесков: Вот и все.

Петр Кузнецов: Спасибо вам огромное.

Ольга Арсланова: Но только на сегодня.

Петр Кузнецов: Но только на сегодня, да. Ждем вас с таким же удовольствием в среду.

Ольга Арсланова: Продолжаем следить за развитием событий. И ждем вас в среду, поговорим.

Сергей Лесков: До встречи.

Ольга Арсланова: До встречи.


Подписаться на ОТР в Яндекс Дзене

Комментарии

Питер
Мелковато как-то на этот раз...
  • Все выпуски
  • Полные выпуски
  • Яркие фрагменты
  • Интервью
  • Сюжеты