• Главная
  • Программы
  • ОТРажение
  • Сергей Лесков: Зачем повышать финансовую грамотность, если большинству населения хватает денег только на еду

Сергей Лесков: Зачем повышать финансовую грамотность, если большинству населения хватает денег только на еду

Гости
Сергей Лесков
Ведущий программ

Темы дня с Сергеем Лесковым. Взгляд обозревателя ОТР на главные события последних суток.

Оксана Галькевич: Возвращаемся в прямой эфир. Это снова «Отражение». Снова Константин Чуриков с вами, уважаемые друзья…

Константин Чуриков: …и Оксана Галькевич, конечно же. Через полчаса…

Оксана Галькевич: А почему возвращаемся? Потому что у нас еще много тем для обсуждения с вами, друзья.

Константин Чуриков: Много. Вот через полчаса – о том, как по-новому предложили оценивать бедность эксперты РАНХиГС. Во-первых, они установили, что среди всех групп населения самые бедные у нас и обездоленные – это дети. Во-вторых, эти же самые экономисты посчитали, сколько денег надо доплачивать их родителям, названы конкретные суммы. «Бедность с детским лицом» – наша тема в 20:00.

Оксана Галькевич: Присоединяйтесь к обсуждению. Ну а еще присоединяйтесь, пожалуйста, к нашему новому опросу на этой неделе для проекта «Реальные цифры», вы его хорошо знаете. Выясняем на этой неделе, какой потрет работающего пенсионера. Если вы как раз к этой категории относитесь, то, пожалуйста, напишите, кем вы работаете, какая у вас зарплата и какая пенсия по старости. Мы подозреваем, что если человек на пенсии работает, то работает он, потому что ему просто денег не хватает. Пожалуйста, расскажите нам об этом. Информацию в течение недели собираем, в пятницу подведем итоги.

Константин Чуриков: Ну а сейчас в нашей студии появляется человек, который ведет активный образ жизни и продолжает работать. Без всяких параллелей! Это просто обозреватель ОТР Сергей Лесков. Сергей, здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте, Сергей.

Сергей Лесков: Здравствуйте.

Константин Чуриков: Темы дня – какие?

Сергей Лесков: Сейчас.

Константин Чуриков: Расскажите.

Сергей Лесков: Сейчас мы приоткроем эту завесу.

На этой неделе в городе Брюсселе, где, кстати, выходят на пенсию в 65 лет, начинаются переговоры между «Газпромом» и украинским «Нафтогазом» о поставках газа на Украину на 2019 год. Конечно, газовые отношения между двумя нашими странами – это запутанная история. Но на этот раз, конечно, это не столько экономический контракт, сколько политический. От судьбы этого контракта зависит очень много – это и судьба «Северного потока – 2», это и судьба американского сжиженного газа в Европе, который американцы навязывают, это и Минские соглашения, это вообще мирный процесс урегулирования вокруг Украины, это в конечном итоге и антироссийские санкции, которые, кстати, сегодня Запад еще усилил. В общем, в этом деле надо разобраться, как бы сложно ни складывались эти переговоры.

Сегодня знаменательный день – ровно два года назад в должность вступил президент Трамп. Трудно назвать американского президента, который наделал бы столько гадостей в отношении России. И тем не менее, в общем-то, в российском обществе существует такой живой интерес и даже симпатия к американскому президенту, несмотря на все его палки в колеса. С чем это связано? Загадочная русская душа? Или есть какие-то еще нереализованные надежды на улучшение в российско-американских отношениях. Давайте попытаемся поговорить и на эту тему.

Ну и наконец еще одна тема – спортивная. Зимняя олимпиада закончилась – та, что была в Корее, но эхо ее не просто докатывается до нас до сих пор, а гремит. Помните, Международный олимпийский комитет отстранил от участия в Олимпиаде несколько десятков наших спортсменов? А суд в Швейцарии буквально накануне восстановил их в правах и решил, что эта дискриминация была несправедливой. Ну, конечно, поезд уже не вернешь. А что вообще стоит за этими преследованиями российских спортсменов, российского спорта? Как нам на это реагировать? И стоит ли дальше бороться за правду?

Константин Чуриков: Чтобы зрителей сориентировать. Сегодня три темы, получается, основные: газ, Трамп и спорт. Если есть что сказать, может, задать вопрос, то в низу экрана указан номер телефон. Сергей, пожалуйста. Я сразу хочу спросить: почему переговоры «Газпрома» и «Нафтогаза» проходят в Брюсселе?

Сергей Лесков: А где еще?

Константин Чуриков: Могли бы встретиться здесь, там.

Сергей Лесков: Дело в том, что в Киев российские мужчины въезжать не могут, на территорию Украины. Это решение, которое практически не знает исключений. Вы можете себе представить, как всю делегацию «Газпрома» арестуют на российско-украинской границе? Страшно себе представить такое. Поэтому приходится вести переговоры в Брюсселе.

Константин Чуриков: Ну, мы могли бы украинских мужчин пригласить.

Сергей Лесков: Да. К тому же несколько миллионов украинцев и так работают здесь, особенно на газовых месторождениях. Ну, не задалось, не задалось. Так вот, на самом деле в лучшие времена Украина покупала у России 50 миллиардов кубометров газа. Это много, конечно. Украина была крупнейшим экспортером российского газа. И это говорило о ее, конечно, нуждах. Правда, она не платила за этот газ.

Константин Чуриков: Ну, сейчас модно долги списывать.

Сергей Лесков: Да. Вот мы и списывали. Первое списание долгов как бы было опробовано не на российском регионе (я понимаю ваш намек), а на Украине. Потом, наверное, с 2015 года, по-моему, Украина в рамках кампании «Прочь от Москвы!» декларировала отказ от российского газа. Им удалось, кстати, увеличить добычу газа на самой Украине, там были законсервированные месторождения. Сейчас 20 миллиардов кубометров добывает Украина. А необходимость там – порядка 60 миллиардов. Ну, если остановить заводы, то, конечно, меньше. И если не отапливать некоторые объекты инфраструктуры, то еще меньше будет.

Сейчас, несмотря на все наши сложности, через Украину проходит 90 миллиардов кубометров российского газа на Запад. Это самая большая газотранспортная сеть в мире. Вот «Северный поток» мы строим – там 60. «Турецкий поток» – 50 миллиардов. Через Украину, видите, сотня целая. Всего «Газпром», Россия продают в дальнее зарубежье около 210 миллиардов кубометров. То есть, видите, через Украину примерно половина нашего экспорта. Так или иначе мы связаны. За этот экспорт Россия платит Украине 3 миллиардов долларов в год. Большие деньги для украинского бюджета, который, конечно, далеко не шикует.

Ну так вот, почему так важен этот контракт? Россия же, поскольку постоянно обжигалась на украинских неплатежах, тоже декларировала отказ от этого транзита – поэтому мы строим и «Турецкий поток», и «Северный поток – 1», и «Северный поток – 2». Понятно, что слишком большие, даже глобальные риски этого транзита через Украину. Кстати, 2019 год – вообще по техзаданию этих старых газопроводов, срок их жизни. После этого их вроде бы транспортировать… ой, эксплуатировать нельзя. А Украина, конечно, не поддерживает их в технически пригодном состоянии.

Однако и Германия, наш крупнейший партнер, и США теперь встали на такую позицию, что надо бы, чтобы Россия транспортировала газ через Украину. Почему? Конечно, это инструмент воздействия на Россию. Давайте вспомним Бжезинского – он вообще считал, что Украину надо рассматривать в качестве орудия, направленного, ну, тогда на СССР. И разрыв между Украиной и Россией такому волкодаву международной политики и антисоветчику одновременно, как Збигнев Бжезинский, казался вообще заветной мечтой. Так вот, получилось.

Да, конечно, если Россия будет по-прежнему заниматься транзитом газа через Украину – это ставит Россию в такое зависимое положение от Украины. Ну, предположим, там произойдет авария, вполне может быть, на газопроводах это случается. И тут подсуетились американцы со сжиженным газом.

Кстати, Германия ведь хочет теперь сидеть на двух стульях – они не останавливают «Северный поток – 2», как требуют американцы, но начали строить, вот буквально на прошлой неделе началась стройка первого терминала по приему СПГ из Америки. На все отведено 11 месяцев. 11 месяцев будет продолжаться транзит российского газа на Украину, сейчас январь. Через 11 месяцев заработает «Северный поток – 2». И через 11 месяцев заработает первый терминал сжиженного природного газа американского происхождения. Эти 11 месяцев, конечно, будут полны тайных интриг, сговоров, войны бульдогов под ковром – называйте как угодно. Все это заставляет рассматривать 2019 год как год повышенного такого газового, что ли, напряжения.

Для России это много или мало? Мы за газовый экспорт получаем порядка – ну, в зависимости от цен – 30–40 миллиардов долларов. Ну, приличные деньги.

Константин Чуриков: Сергей, наша профессия состоит в том (журналистская – я имею в виду), чтобы задавать глупые вопросы и получать на них умные ответы. Так вот, поскольку мы живем в стране с далеко не полной газификацией, скажите, пожалуйста, а вот направление этих газовых потоков, части из них, в сторону населения принесло бы какие-то плоды, выгоды государству?

Сергей Лесков: Вы имеете в виду Магнитогорск?

Константин Чуриков: Нет, я имею в виду… Нет, Сергей, я совсем о другом. Я говорю о реальных…

Оксана Галькевич: Обычные потребители, которые, собственно говоря, часто нам пишут.

Сергей Лесков: Вы помните, когда после двух газовых взрывов опять встала тема, обострилась тема о том, что лучше бы, конечно, – это более безопасно – обеспечивать коммунальный сектор электричеством, а не газом. Газ взрывается во всех странах мира. Конечно, изношенность наших коммунальных служб повышает риск неимоверно. Но лучше, конечно, переходить на электричество. А чтобы перейти на электричество, надо бы пополнить бюджет. В нашей стране уже 15 лет тем не менее действует программа газификации, и процент газификации (надо смотреть правде в глаза) неуклонно повышается. Сейчас он приближается к 70% – 69% в среднем по России. Когда программа принималась в нулевых годах, было 55%.

Оксана Галькевич: А далеко ли нам до Украины в этом вопросе? Там сколько газифицировано?

Сергей Лесков: До Украины нам далеко. Оксана, надо сказать, что СССР был уникальной колониальной державой, где колонии жили лучше, чем метрополия.

Оксана Галькевич: Так мы 30 лет уже отдельно от колоний.

Сергей Лесков: Нет, не 30, а меньше.

Оксана Галькевич: Живем в своей метрополии.

Сергей Лесков: Мы по-прежнему все годы, вплоть до 2014 года, дотировали Украину. Ну, так или иначе, инфраструктуру поменять очень тяжело. К моменту распада СССР во всех союзных республиках число легковых автомобилей на 1 000 граждан было выше, чем в России. Это касается и газификации. Украина была газифицирована больше, чем любая другая советская республика.

Константин Чуриков: Чтобы в то время не сбылись пророчества Бжезинского.

Сергей Лесков: И железных дорог там тоже было больше, чем в любой советской республике.

Оксана Галькевич: То есть мы до сих пор, спустя 30 лет после собственно развала СССР, еще даже не приблизились к этим советским показателям газификации Украины, да?

Сергей Лесков: По насыщенности?

Оксана Галькевич: Да.

Сергей Лесков: Нет конечно, нет.

Константин Чуриков: У нас есть звонок…

Сергей Лесков: Мы не приблизились, например, и по уровню атомной энергетики.

Константин Чуриков: Сергей, поговорите, пожалуйста, с Лидией из Московской области. Лидия, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте, добрый вечер. Я вот хотела спросить. Мы очень много продаем газа. И чем мы больше продаем газа, тем мы больше нищаем и беднеем. Чем это объяснить? Я не могу понять. Куда это все девается?

Сергей Лесков: Невозможно объяснить то, что не соответствует действительности.

Константин Чуриков: А именно?

Сергей Лесков: Почему мы нищаем и беднеем? Нет, Россия, как и некоторые другие страны, является очень таким удачливым экспортером углеводородов. Другое дело, что мы не можем распорядиться тем, что даровано природой. Конечно, газ и нефть надо продавать, но этими экспортными доходами надо с умом распоряжаться.

К сожалению, у нас в основном государство занимается тем, что переводит эти деньги в разные резервные фонды, которые хранятся фактически на Западе, потому что это валютные фонды. Идет борьба двух идей – накопление денег в этих фондах или стимулирование промышленности. В советское время побеждало второе направление, и в момент экономического кризиса у нас резервов не осталось.

Константин Чуриков: Нам звонит Павел, вам звонит Павел из Удмуртии. Здравствуйте, Павел.

Зритель: Да, здравствуйте, здравствуйте. Я хотел бы… Вы знаете, у нас есть «Северный поток», «Южный поток» есть, «Турецкий поток» есть, да? А вот «Сельского потока» у нас нет. Я проживаю в пригороде города Ижевска, населенный пункт в 2 километрах от города. Я уже 12 лет проживаю, а газа нет для населения.

Сергей Лесков: То, что вы говорите, не имеет отношения к «Газпрому», потому что «Газпром» занимается магистральной газораспределительной системой. Это проблема, конечно, местных властей и местных газораспределительных компаний. Не надо думать, что «Газпром» ответственен за то, что газ доходит до вашей газовой конфорки. Это не так.

Константин Чуриков: А вот эти все межрегионгазы – они вообще никак не связаны с нашим «национальным достоянием»?

Сергей Лесков: Мы всегда считаем, что за все в ответе батюшка-царь, и ему надо на все жаловаться. Ну, это, конечно, некие диспропорции и дефекты государственного управления, но «Газпром» далеко не за все в ответе. Уровень газификации, да, должен быть выше, и он каждый год все-таки повышается, это объективно.

Оксана Галькевич: Ну да. Но просто люди видят, как это «национальное достояние» просвистывает мимо: фить! фить! Понимаете?

Сергей Лесков: Ну почему? Команда «Зенит», например, получает…

Константин Чуриков: Порадуемся спортивным победам! Конечно. В Америке как там с газом? Давайте уже к Трампу перейдем, может быть.

Сергей Лесков: Да, Трамп. Это, конечно, совершенно удивительный человек. Ну, мы помним же, как Дума рукоплескала, когда он стал президентом, как заходились в радужных прогнозах аналитики и эксперты.

Оксана Галькевич: Они, кажется, даже шампанское…

Сергей Лесков: Шампанское.

Константин Чуриков: «Всем шампанского!»

Оксана Галькевич: Всем шампанского разлили в день победы Трампа над конкурентами, да?

Сергей Лесков: Да. Я в нашей студии тогда осторожно говорил, что самое опасное в политике – это непредсказуемость, а самое хорошее дело – это стабильность. Мы вообще не знали, с чем едят Трампа и чем обернется его непредсказуемость. Ну, обернулась она тем, что не было в истории русско-американских отношений, которые, по-моему, завязались в 1809 году, президента, который бы относился к России хуже. Даже во времена Гражданской войны и такой локальной американской интервенции все-таки отношения были лучше. В 30-х годах американцы вообще подняли нам индустрию до небывалых высот, до своего уровня фактически.

Ну, давайте вспомним, что произошло при Трампе. Это массовая высылка дипломатов. Это санкции, которые…

Оксана Галькевич: Закрытие консульств даже.

Сергей Лесков: Закрытие консульств нескольких, да. Это расторжение ядерной сделки с Ираном, которая была одна из главных внешнеполитических достижений России. Санкции, которые… Известия о санкциях теперь похожи и напоминают прогноз погоды – чуть ли не каждый день. Это же все при Трампе происходит. Мы же тоже сократили американских дипломатов, и теперь американскую визу надо ждать минимум полгода, а вообще и год.

Константин Чуриков: А хочется посмотреть, как там при Трампе живется.

Сергей Лесков: Нет, ну есть же какие-то деловые связи. У кого есть родственники там. Как все это решать? Ну, мы сейчас говорили про Украину, по-моему. Он начал поставлять летальное оружие Украине – чего не было при Обаме.

При этом, посмотрите, предыдущих американских президентов мы высмеивали, подшучивали. Джордж Буш был у нас – такой облик недалекого ковбоя.

Оксана Галькевич: Младший.

Сергей Лесков: Младший.

Оксана Галькевич: Там же еще был папа.

Сергей Лесков: Да, папа был еще. Ну, он уже перекочевал в лучший мир. Кстати, по-моему, он в лет девяносто с парашютом прыгал. Ну, у Обамы дело доходило вообще… даже это не соленые шуточки, а какие-то… у депутатов Думы, между прочим, шутки, связанные с его расовой принадлежностью.

Кстати, недавно я вспомнил… Вы помните, был такой фильм «Цирк», сценарий к которому написали Ильф и Петров. И там одна из таких самих громких ролей Любови Орловой, которая играла американку по имени Мэрилин Диксон. И она, эта Мэрилин Диксон, горевала: «Я так хотела жить в советской России! Но это невозможно. Это импоссибл, это импоссибл». А ее подруга Райка говорила: «Поссибл, Мэрилин, поссибл». Вот много ли сейчас американцев хотят жить, мечтают жить в России?

Константин Чуриков: Которые мечтают переселиться сюда.

Сергей Лесков: «Поссибл!» – хочется им сказать. У нее, кстати, был чернокожий ребенок, который вырос в выдающегося советского поэта, по фамилии Паттерсон, кажется. Да?

Ну так вот, это какие-то давно минувшие времена. Но тем не менее, обратите внимание, к Трампу мы относимся с симпатией. Ни политологи, ни деятели политики в Государственной Думе не позволяют каких-то эскапад против него. Вот с чем это связано?

Оксана Галькевич: А может быть, «бьет – значит любит»?

Константин Чуриков: Не поспоришь с женщиной!

Сергей Лесков: Нет, у России, как говорил…

Оксана Галькевич: Есть и такое мнение.

Сергей Лесков: Ну да.

Оксана Галькевич: Некоторые продолжают любить и терпеть.

Сергей Лесков: Как Бердяев считал, что у России женская душа, да?

Оксана Галькевич: Нет, я так не считаю, я так не считаю. Я просто пытаюсь найти какое-то объяснение.

Сергей Лесков: Родина-мать любит, когда ее бьют. Тут есть несколько версий. Ну, первая версия, конечно, которую продвигает сама американская политическая элита: «Ну, что же Россия? Как она может ругать агента Трампа, если посредством русских хакеров она сама его и сделала президентом?» Теперь своего «агента» же не будешь ругать. Ну, это мы отметаем за недостоверностью. Второе – опять же мы говорим, может быть, из-за аплодисментов мы вынуждены его терпеть, поскольку нам неловко за эти аплодисменты. Я-то думаю…

Константин Чуриков: В Думе – вы имеете в виду?

Сергей Лесков: В Думе, да. Ну, я думаю, что…

Оксана Галькевич: Мы не аплодировали, да, и шампанское не пили.

Сергей Лесков: Да, мы не аплодировали и не пили шампанское. Мы вообще шампанское не пьем, мы не можем себе этого позволить.

Константин Чуриков: Только вода в стаканах.

Сергей Лесков: К тому же я думаю, что не столько Трампу аплодировали, сколько это было следствие такого наблюдения: «Враг моего врага – мой друг». Поскольку Трамп ассоциировался с каким-то противостоянием американской, ну, традиционной американской элите, которая была воплощена в Хиллари Клинтон, то мы радовались его победе как поражению именно Хиллари Клинтон. Ну, я думаю, что и здесь это какая-то слабая версия.

У меня есть собственное объяснение. Кто-то скажет, что и оно тоже хлипкое. Я думаю, что здесь сплелись два фактора. Ну, во-первых, в нашей стране происходит очевидное социальное расслоение: богатые становятся все богаче, бедные становятся все беднее. Уже и сегодня прозвучавшие звонки об этом говорят. А Трамп как некий ставленник вот этих реднеков, американской глубинки, он является для многих российских граждан как бы этим олицетворением этой борьбы элиты (в России тоже есть элита, и она родственна американской элите) и тех, кто сам себя сделал. Помните, кто-то сказал, что политик – это тот человек, который поднялся со дна, но не всплыл на поверхность.

Константин Чуриков: Двоякое восприятие.

Сергей Лесков: Нет, почему? Вы поняли, что я имею в виду. Да, именно поэтому Трамп, конечно, может быть симпатичен значительной части российских граждан. Ну, он такой же, как и мы. И еще сюда прибавляется тот фактор, что Трамп, конечно, живой человек. Значительное большинство политиков похожи на полудохлую рыбу со снулыми глазами. Когда они что-то говорят, что такое впечатление, что ты снотворное принял. Трамп, что бы он ни говорил…

Константин Чуриков: Сразу фамилии называйте, Сергей.

Сергей Лесков: Все, практически все. Очень мало тех людей… Я скажу, что президент Путин не такой, и именно поэтому Трамп, очевидно, его уважает. Поскольку у нас высокий рейтинг президента, то это перекидывается опять же на Трампа. Трамп может обругать кого угодно. Есть считаное число политиков, к кому он относится с пиететом. Это президент Путин, и это факт. Может быть, это тоже еще один из факторов. Ну, так или иначе, живость и человечность Трампа для нас привлекательна.

Русский человек в политике, наверное, как и любой гражданин любой другой страны, он ищет там личность, индивидуальность. И конечно, она у Трампа присутствует. Я даже думаю, что… Кто это? Жванецкий, по-моему, сказал, что скандал женщине не вредит, скандал женщину оживляет. В этом отношении, конечно, то же самое можно сказать и в отношении Трампа, ведь все эти скандалы постоянные ему не вредят, а они его оживляют.

Константин Чуриков: Кстати, многие скандалы именно с женщинами и связаны.

Сергей Лесков: Некоторые. Почему? Некоторые связаны и с мужчинами. Он скандалит со всеми. Он испортил отношения вообще со всем миром. Ну, что же? Нам это тоже интересно.

Как будут развиваться дальше отношения России и Америки? Что нам ждать от Трампа? Я думаю, что… я даже уверен в этом, что никакого сближения в ближайшие два года его президентства не произойдет. Как бы он лично ни симпатизировал России, даже если это и так, для него Россия стала токсичной темой, и лучше держаться от нее подальше, а заниматься своими внутриамериканскими делами, которые у нее, кстати, и получаются – экономика-то там растет.

Оксана Галькевич: Нам, кстати, многие телезрители об этом пишут, что вызывает уважение, потому что работает на пользу своего народа, поднимает экономику, вытягивает ее из разных сложных ситуаций.

Сергей Лесков: Правильно пишут, да. Возвращает туда производства, промышленность. Он может испортить отношения со всеми президентами мира, выйти из всех мировых соглашений, но Америка – самодостаточная страна. Неслучайно они свои внутренние чемпионаты называют – как? – чемпионатами мира. У них же NBA – это чемпионат мира, NHL – это чемпионат мира. Ну и экономика у них – это тоже, по существу, 30 или 40% мировой экономики. В общем, весь этот калейдоскоп обстоятельств и делает для нас, для русских, Трампа симпатичным человеком, и мы прощаем ему те гадости, и считаем, что он их делает, потому что стал заложником Конгресса и политических противников.

Константин Чуриков: Сергей…

Сергей Лесков: А никакого сближения не будет.

Оксана Галькевич: Прежде чем перейдем к следующему вопросу, давайте выслушаем Марата из Башкирии. Марат, здравствуйте, вы в прямом эфире. Говорите, пожалуйста.

Зритель: Здравствуйте, Оксана. Спасибо, что меня соединили. Я уже целый год пытаюсь вам дозвониться, кое-как первый раз дозвонился.

Оксана Галькевич: Рады вас слышать. Говорите, пожалуйста.

Зритель: Мы в прошлом году были в Штатах, целый месяц там были.

Константин Чуриков: И как там, Марат? Впечатления-то какие?

Зритель: Впечатления? Это страна сказок. Мы как будто побывали в сказке. Понимаете? Просто-напросто по нашему телевидению говорят: Америка, Америка, Америка. Только плохое. И каждый день по всем каналам. Но такого нет. Понимаете? Мы, простые люди, работяги, на сельском хозяйстве работаем. И у нас друзья тоже там работают в сельском хозяйстве. И они тоже…

Я только приведу один пример. Вот как Трамп встал, как говорится, у руля, у них налоги почти исчезли, очень мало налогов осталось. И из-за того, что налоги очень маленькие стали, они месячную заработную плату уже начали получать каждый месяц на 250–270 долларов больше. Это очень большая прибавка. А у нас, я не знаю, зачем такая травля идет. Там нет никакой травли. Вот сколько каналов посмотрели…

Константин Чуриков: Все понятно.

Зритель: Там нам переводили новости. О России никто ничего не говорит. Понимаете?

Константин Чуриков: Марат, Сергей любит, когда ему прямо вопросы задают. Правильно ли я понимаю ваш вопрос: почему у нас такая травля Америки?

Оксана Галькевич: Почему Америки так много в нашей информационной повестке? В то время как, по мнению Марата…

Сергей Лесков: Ну, не надо забывать о том, что Америка, если сравнивать ВВП, в 14–15 раз крупнее, чем Россия – при равноценной территории и сравнимом населении. Что касается налогов – да, вы совершенно правы. Для меня является совершеннейшей загадкой политика нашего финансово-экономического блока. В развитых западных странах, где «звериный оскал капитализма», а мы же с гуманным лицом построили строй, там налоги ниже…

Оксана Галькевич: Для простых работяг, как сказал Марат.

Сергей Лесков: …да, для простых работяг. Существует там граница доходов (для русского человека она очень высока), где человек вообще не платит налогов. А потом он платит их меньше, чем в России, где эта плоская, проклятая плоская шкала налогообложения. Я могу как-нибудь, мы специально поговорим.

И в США, и во Франции существует какой-то предел, где человек платит меньше. Во Франции, по-моему, порядка 5 тысяч евро в месяц. Это большие деньги. В США, по-моему, тоже порядка 5 тысяч долларов в месяц (а может быть, даже и больше), которые человек получает и платит налогов меньше, чем в России. Я не понимаю, зачем это делается. Когда у человека остается больше денег, он покупает больше товаров и участвует в формировании ВВП, и способствует оживлению национальной экономики.

Русский человек ничего не может купить, он не может участвовать в каких-то операциях на фондовом рынке. Тут Силуанов говорит, что надо повышать финансовую грамотность. А зачем повышать финансовую грамотность, если денег хватает только на то, чтобы сходить в магазин и купить себе еду? Надо снижать налоги в нашей стране – и тогда страна будет жить богаче. Я в этом совершенно уверен.

Впрочем, у нас есть один слой населения, который, как я уверен, живет как кот в сметане.

Константин Чуриков: Верхний?

Сергей Лесков: Это спортсмены.

Константин Чуриков: А, спортсмены?

Оксана Галькевич: Вот и перешли к третьему пункту, да.

Константин Чуриков: Тоже, кстати, верхний слой. Давайте.

Сергей Лесков: Мы помним недавнюю Олимпиаду в Корее, где целая группа наших спортсменов по следам допинговых разоблачений, которые не всегда были убедительными, а были лишь подозрением, – так вот, многие наши спортсмены, причем такого первого уровня, олимпийские чемпионы, были не допущены к этой Олимпиаде, а некоторые из них даже после этого и прекратили свои выступления. Уже буквально в последние дни сначала спортивный арбитраж, а потом и просто Федеральный суд Швейцарии решили, что это было неправомерное решение, отклонили все апелляции. И эти спортсмены – их 28 человек – восстановлены в правах. И последовало запрещение МОК их дальше преследовать. Если эти люди остались в спорте, они могут теперь безбоязненно соревноваться.

Ликовать или не ликовать – я не знаю. В общем, медалей не вернуть, поезд ушел. Во многом мы виноваты сами. Конечно, на этой Олимпиаде в Сочи были (и мы сами признали) многие нарушения. Дыма без огня не бывает. Но огонь был раздут просто до пожарища. Очень многие российские спортсмены пострадали без каких-то убедительных доказательств. Очевидно, что в спорт вмешалась политика.

Но мы ведь сами в спорт допустили политику, потому что массовое употребление допинга российскими спортсменами было вызвано именно, будем говорить прямо, политическими соображениями. Для нас спорт стал областью национального престижа. Отстав в экономике, как мы сейчас только что говорили, потеряв науку, образование, ну, до совершенно унизительного положения довели здравоохранение, в космос уже и не летаем, а остался спорт – самое простое.

Я даже думаю, что можно было бы поблагодарить санкции Международного олимпийского комитета, если бы они привели к тому, что наше увлечение спортом стало бы поменьше, а мы обратили бы внимание на другие социально неизмеримо более значимые области. Но этого не произошло. По-прежнему мы погружены в наиболее легкомысленную область, развращаем спортсменов непомерными гонорарами. Я не понимаю, почему за победу на Олимпийских играх надо давать такие внушительные премии – десятки тысяч долларов.

Я не думаю, что спортсмены – это герои, как было в советское время, когда они получали зарплату инженера. Спортсмены – это профессионалы. Во всех видах спорта – от биатлона до футбола – они получают громадные деньги. Эти премии, которые им выплачивает государство, несопоставимы с дополнительными вознаграждениями ни в одной другой области человеческой деятельности.

Константин Чуриков: Сергей, но ведь еще спорт в нашей стране – это еще дополнительный социальный лифт, который идет ускоренно и поднимает людей.

Сергей Лесков: Ну, социальный лифт в любой стране. Кто-то из американских президентов сказал, что об успехах страны судят по полетам в космос, успехам в здравоохранении и числу олимпийских медалей. Ну, почему-то мы первые две категории отбросили, а осталось самое простое. В итоге-то что мы получили? В каждом спортсмене, в каждом чемпионе живет условный Кокорин и Мамаев. Просто этот случай был наиболее яркий.

Оксана Галькевич: А качество наших золотых медалей, вообще наших медалей и медалей, так скажем, спортсменов из других стран – они сопоставимы?

Сергей Лесков: Я не понял.

Оксана Галькевич: Ну, в том смысле, что… Я вспоминаю эту историю с баскетболистами, «Движение вверх», вот фильм недавно вышел в прокат. Там ведь история того, как команда наших профессионалов обыграла команду…

Сергей Лесков: Студентов.

Оксана Галькевич: …студентов, любителей. В общем-то, надо сказать, что эти наши профессионалы были только оформлены как сотрудники каких-то заводов и предприятий, а на самом деле были профессиональными спортсменами и занимались этим.

Сергей Лесков: Ну конечно, там приукрашено.

Оксана Галькевич: А противостояли им молодые люди. Я вот об этом. Извините.

Сергей Лесков: Оксана, если вы вспомнили об этом фильме, то, конечно, правда состоит в том, что из 12 олимпийских чемпионов той самой баскетбольной команды больше половины закончили свою жизнь трагически. Некоторые были осуждены из-за того, что они жили на жалкие деньги и занимались незаконными… ну, контрабандой занимались. Кто-то вступил на неверную дорожку. Ровно жизнь прошли, по-моему, два-три человека. Это трагическая судьба. В этом фильме этого не было. Ну, американцы, для них, конечно, баскетбол – национальный вид спорта. Я этого фильма не видел, потому что…

Оксана Галькевич: Нет, ну историю-то вы знаете. В общем-то, он же снимался по реальным событиям.

Сергей Лесков: Да, историю – конечно. Я, кстати говоря, близко был знаком со многими членами той олимпийской команды баскетбольной. И некоторые из них на самом деле, ну, как Сергей Белов… или Александр Белов, который умер в 25 лет от разрыва сердца, в общем, были великими спортсменами.

Ну, так или иначе, я не знаю, ликовать или не ликовать по поводу решения Федерального суда Швейцарии. Во многом мы сами попустительствовали этому скандалу. Спортсменов, с одной стороны, жалко. С другой стороны, я совершенно уверен, что необходимо пересмотреть государственные приоритеты. Спорт, конечно, запускать нельзя, но нельзя без всякой конкуренции спортсменов ставить на этот высший пьедестал. А то мы все время будем расхлебывать такую кашу, которую заварила чиновница из Екатеринбурга – кстати, олимпийская чемпионка.

Константин Чуриков: Да, и забывать о более важных и насущных проблемах, о которых, кстати, через пару минут. Сергей, большое спасибо. Обозреватель ОТР Сергей Лесков.

Через две минуты говорим о том, как решить проблему бедности. Есть конкретное предложение экономистов, оно было представлено на Гайдаровском форуме: предлагают прямо деньгами помогать, адресно. Расскажем – какими.


Подписаться на ОТР в Яндекс Дзене

Темы дня от обозревателя

Комментарии

  • Все выпуски
  • Полные выпуски
  • Яркие фрагменты
  • Интервью
  • Сюжеты