• Главная
  • Программы
  • ОТРажение
  • Сергей Лесков: Факт переговоров с Японией нам очень важен. Их крах нам не выгоден, потому что он бросит Японию в объятия США

Сергей Лесков: Факт переговоров с Японией нам очень важен. Их крах нам не выгоден, потому что он бросит Японию в объятия США

Гости
Сергей Лесков
Ведущий программ

Темы дня с Сергеем Лесковым. Переговоры по Курилам идут успешно, но безрезультатно. Пожар в Керченском проливе - горят иностранные суда, много жертв. Роскосмос устами Рогозина объявил о наборе женщин в отряд космонавтов.

Оксана Галькевич: Прямо сейчас к нам присоединяется обозреватель ОТР Сергей Лесков – человек, в чьем обществе всегда можно осмыслить и трезво взглянуть на ситуацию в стране. Сергей, здравствуйте. Именно за этим мы вас и пригласили.

Константин Чуриков: Вы, кстати, тоже часть общественного института. Журналист, обозреватель.

Оксана Галькевич: Это ко многому обязывает.

Сергей Лесков: Вы, по-моему, далеко не все общественные институты перечислили.

Оксана Галькевич: Конечно, не все. Мы не утверждаем.

Сергей Лесков: Есть церковь, есть Академия наук, есть благотворительные организации. Тут спрашивать и переспрашивать.

Константин Чуриков: Тут есть, что обсуждать. Хорошо. Мы расширим повестку, раз вы просите.

Сергей Лесков: Сегодняшний день богат на события. И есть, о чем поговорить. В Москве закончился очередной раунд переговоров глав России и Японии, посвященный судьбе Курильских островов. Что сказать по поводу итогов? Итогов нету. Как говорят, переговоры проходят успешно, но безрезультатно. И создается впечатление, что самое главное в этих переговорах – не результат, а процесс. Может быть, это даже и хорошо. Попытаемся дальше поговорить на эту тему. И совершенно очевидно, что судьба Курильских островов – это не только вопрос политиков и дипломатов. Это еще и вопрос общественной ратификации. И в Японии, и в России мнения по поводу грядущей судьбы этих островов разделились. И политикам надо прежде всего договориться со своим собственным населением.

Вторая тема, тоже морская в какой-то степени. В Черном море уже который день продолжается огромный пожар на двух танкерах. Танкеры полны сжиженного газа. Поэтому гореть им еще и гореть. Погибло, судя по всему, около двух десятков человек. Чем занимались танкеры в море? Они сливали так называемый сжиженный газ. Многие говорят, что с большой вероятностью это контрабанда. Проверить это невозможно, потому что перевалка шла в нейтральных водах, где досмотр судов запрещен.

Кстати, каково сейчас место контрабанды в объеме мировой торговли? И много ли контрабандистов на Черном море, которое раньше, лет 100 назад, было вообще такой Меккой для контрабандистов? Давайте попытаемся вспомнить дела еще не так далеко ушедших дней.

И наконец еще одна тема, связанная с совершенно другой стихией, а именно с космосом. Роскосмос объявил о грядущем наборе в отряд космонавтов женщин. Это очень интересно, потому что несмотря на то, что первая женщина-космонавт была Валентина Терешкова (из нашей страны), все-таки наших соотечественниц в космосе побывало очень мало – в 12 раз меньше, чем американок. С чем это связано? Откуда такой мужской шовинизм в космонавтике и почему именно сейчас, именно сегодня Роскосмос решил привлечь прекрасных русских женщин к новой профессии – космонавтка?

Константин Чуриков: Потому что скучно на орбите, наверное. О людях надо подумать. Женщина всегда способна…

Оксана Галькевич: Женщины только для увеселений, Константин?

Константин Чуриков: Сложную ситуацию какую-то разрешить, улыбнуться. Снять напряжение. Я в широком смысле этого слова.

Оксана Галькевич: Смотри, как тебе улыбается Сергей Лесков. Уже веселее.

Сергей Лесков: Давайте отбросим первые две темы.

Константин Чуриков: Как говорится, «Что тебе сказать про Сахалин? На острове хорошая погода».

Сергей Лесков: Да. Речь не о Сахалине.

Константин Чуриков: О Сахалинской области.

Сергей Лесков: Который наполовину тоже когда-то был японским. А вот об этих так называемых северных территориях. Конечно, что бы ни говорили наши юристы, но в этой юридической казуистике, видимо, суверенитет России над Японскими островами был оформлен не совсем чисто, потому что у японской стороны есть какие-то там обязательства. Этот договор в Сан-Франциско. России, СССР достались эти острова уже после капитуляции Японии. Формально это так. В общем, у каждой страны здесь своя правда. Но, так или иначе, громадное большинство населения как в России, так и в Японии не желает идти ни на какой компромисс, что, в общем-то, наверное, и понятно. Россия и СССР за последние несколько десятков лет потеряли немало территорий, причем, по совершеннейшему легкомыслию, в том числе и на Дальнем Востоке. Например, знаменитый Порт-Артур зачем-то Хрущев отдал китайским товарищам. Особенно болезненно территориальные потери у нас воспринимаются после того, как Украина отошла к западным берегам. Это на самом деле болезненный вопрос. И поэтому в этой ситуации, конечно, передача маленьких островов воспринимается очень болезненно. Есть ли какие-то возможности для компромисса?

Политики очень медленно… Уж я не знаю, Путин и Абэ встречались многократно… И, конечно, они, наверное, правильно делают, что не ставят широкую общественность в тонкость этих переговоров. Я думаю, что они ищут какой-то хитрый (даже мутный) вариант, который устроил бы обе стороны.

Константин Чуриков: Подождите, но это мы не ставим в тонкости переговоров. Абэ уже, по-моему, через японские СМИ все, что мог, сказал, как он это видит, как это должно быть.

Сергей Лесков: Мы тоже многое говорим. Но все ли? Когда вы говорите местоимение «все», откуда вы знаете, все ли он сказал?

Константин Чуриков: Это было только начало.

Сергей Лесков: Да. Но это все неизвестно. Так или иначе, больше половины граждан Японии вообще не верят, что эти переговоры к чему-то приведут. У нас тоже проводятся подобные опросы. Любопытно, что ведь у Японии есть подобные территориальные претензии к некоторым островам, которые находятся под суверенитетом Китая и Южной Кореи. Так вот, ни в Китае, ни в Южной Корее ни под каким соусом не идут с Японией ни на какие переговоры. И китайцы там вообще строят какие-то нефтяные платформы и усиливают военное присутствие.

Оксана Галькевич: Сергей, но у нас ведь это все под соусом мирного договора.

Сергей Лесков: Да. Мирный договор. Надо сказать, что сейчас слухи говорят о том, что из этих 4 островов можно уступить два самых маленьких Японии. Правда это или нет, неизвестно. Но такими слухами полнится земля. Если Кунашир и Итуруп останутся за Россией, то Шикотан, где живет 2500 человек, и безлюдный Хабомаи могут отойти к Японии. Последние слухи такие.

Константин Чуриков: Это ради мирного договора. А зачем нам мирный договор?

Сергей Лесков: Отвечаю. Может быть, кто-то не удовлетворится этими объяснениями. Во-первых, зачем держаться зубами за территорию? Помните, у Бертольда Брехта была такая гениальная пьеса «Кавказский меловой круг», где две женщины поспорили за ребенка? И судья сказал: «Мы сейчас легко определим, чей это ребенок. Возьмите его за ручки и тяните его каждая в свою сторону». Оказалось, что родная мать – это та женщина, которая первая отпустила руку ребеночка.

Здесь, если этот курильский меловой круг нарисовать, этот номер, конечно, не пройдет. Наверное, победит тот, кто последний отпустит руку. Но, так или иначе, зачем нужны эти территориальные приобретения? На самом деле это ценность XIX века. В XXI веке ценности другие: это технологии, развитый финансовый рынок, это в конце концов инновации. Если мы уступим Японии два острова в обмен на усиленное экономическое и технологическое сотрудничество, то мы обменяем ценности XIX века на ценности XXI века. Кто-то может сказать, что это выгодно.

Константин Чуриков: Подождите, Сергей, ну какое там усиленное сотрудничество, талоны на усиленное питание? Они могут с нами подписать все, что угодно, получить эти острова, и дальше с нами сотрудничать в том же объеме в рамках арифметической погрешности.

Сергей Лесков: Правильно. Даже если мы каким-то образом, как нам покажется, гарантируем отсутствие там американского военного присутствия, мы же помним, что то же самое обещали и с восточно-европейскими странами, а теперь НАТО грозовой тучей нависло над нашими западными регионами. Я говорю, что это очень непростой вопрос. Кстати, для самой Японии это не будет означать обмен ценностей XXI века на ценности XIX века, потому что они прирастут ресурсами и смогут их осваивать. Там же вроде бы есть нефть. Кстати, северные территории Японии развиты значительно хуже, чем центр и юг. И остров Хоккайдо, который примыкает к Курильской гряде – это самая бедная территория Японии. Когда мы говорим, что мы не можем… Оксана только что сказала, что мы не можем освоить наш Дальний Восток.

Константин Чуриков: Оксана только что молчала.

Сергей Лесков: Или подумала. Мы не можем освоить Дальний Восток.

Оксана Галькевич: Это наш внутренний голос сказал. Не я точно.

Сергей Лесков: Это ваш внутренний голос. Но точно так же японцы не могут в полной мере освоить свой Хоккайдо. Очень сложный вопрос. И я думаю, что главным условием этих переговоров является то, чтобы они были медленные.

Константин Чуриков: Сергей, вчера мы вспоминали в этой студии бывшего госсекретаря США Джеймса Беккера, который еще консультировал Горбачева, как ему вести себя с японцами, он говорил, что с ними ни в коем случае не надо ввязываться в эту игру, не надо с ними встречаться, потому что они очень настырные, упорные. Они 25 раз, 50 раз встретятся. И в конечном счете будут играть в то, кто кого пересидит, понимаете?

Сергей Лесков: С корейцами и китайцами они же не вступают в подобного рода претензии? Кстати, если вы вспомнили…

Оксана Галькевич: Подождите, это корейцы и китайцы с ними не вступают в эти претензии.

Сергей Лесков: Так они тоже претензий не имеют. Они не решаются заводить подобные дискуссии, как они заводят с Россией, которые в каком-то отношении проявляют здесь добросердечие и, я бы даже сказал, аморфность. Ни одна страна в мире сейчас добровольно своих территорий не уступает. Несмотря на то, что это ценность ­XIX века.

Оксана Галькевич: И японцы с нами ведь тоже вернулись к этому вопросу, к активному обсуждению где-то во времена Перестройки при Горбачеве. До этого более-менее как-то…

Сергей Лесков: Да, любопытно. Если в данном случае Оксана и Костя вспомнили Горбачева… Вы помните, что первый президент СССР встречался с премьер-министром Японии Тосики Кайфу в 1990 году. И они подписали коммюнике. Если это коммюнике взять и перенести на переговоры Путина и Синдзо Абэ, то с разницей в 30 лет там не найдешь ни одного слова, которое бы не подходило к сегодняшней ситуации. Декларация, которую Кайфу и Горбачев произносили, полностью применима к тому, что произносит Путин и Абэ. Поэтому эти переговоры могут длиться еще много десятилетий. Я думаю, что сам факт переговоров очень важен. Их крах нам невыгоден по той простой причине, что он бросит Японию в объятья США, которые только того и ждут.

И Японии крах этих переговоров не выгоден, потому что они очень боятся Китая. Там же даже всерьез обсуждается возможность японо-китайского военного конфликта. Поэтому и нам, и китайцам важно весит переговоры. Даже если не верится в их успех.

Константин Чуриков: Японцы как торговые партнеры нам в какой части важны? Понятно, самое очевидное – машины. Что еще?

Сергей Лесков: Японцы участвуют во всех российских проектах по СПГ – по сжиженному природному газу. Уже несколько этих проектов на Дальнем Востоке – и «Сахалин-2», и еще что-то. Они строят перевалочный завод СПГ на Камчатке. Это большие деньги, это технологии. У нас этих технологий, к сожалению, нет. Они могут поделиться и другими технологиями. За последний год товарооборот вырос на 20%, дошел до 30 млрд долларов. Это много, потому что с Китаем, по-моему, 80 млрд. Очень хорошие перспективы. Кстати, ведь многие города на севере Хоккайдо живут за счет торговли с Курилами и с Сахалином. И если вдруг эти территории будут присоединены (вдруг), то японские бизнесмены обанкротятся.

Константин Чуриков: Сергей, извините, вам пишет Ивановская область: «Родина – это земля и люди. А над технологиями нельзя поднять флаг».

Сергей Лесков: Так можно с таким неуважением к технологиям дойти до того, что и флаг поднять не сможешь.

Оксана Галькевич: Кстати, многие пишут, что японцам только дай – а там они тут же базы НАТО поставят.

Сергей Лесков: И я это говорю.

Оксана Галькевич: Давайте выслушаем нашего телезрителя. Андрей из Белгорода на связи с нами. Андрей, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте. У меня вопрос к Сергею Лескову. Насколько я знаю, сейчас Охотское море считается внутренним морем России. Соответственно, в случае передачи островов Японии эта ситуация изменится.

Сергей Лесков: Нет. Вы посмотрите на географическую карту. Вы путаете Курильскую гряду с этими четырьмя Южно-Курильскими островами. Охотское море не доходит до них. Там еще расстояние, как от Москвы до Волгограда. Ну что вы!

Константин Чуриков: Сергей, нам рассказывали люди, которые сидели в студии, о том, что не все проливы между островами одинаковые. Там есть проливы более глубокие и менее глубокие. И как раз те проливы, которые между этими островами, позволяют нашим военным кораблям и подводным лодкам выходить в Тихий океан. Нет?

Сергей Лесков: Я так не думаю. Островов невероятное количество. И что, вы хотите сказать, что фарватер идет только между Шикотаном и Хабомаи? Конечно же, это не так.

Константин Чуриков: Для военных кораблей и для подводных лодок.

Сергей Лесков: Я думаю, что это не так. Это не соответствует моим представлениям о географии Дальнего Востока.

Константин Чуриков: Хорошо. Давайте перелистываем страничку. Тема №2.

Сергей Лесков: Опять водная стихия и Черное море. Да, там горят уже, по-моему, 3-4 дня два танкера под названием «Маэстро» и «Канди». Оба они под флагом государства Танзания, которая находится в Восточной Африке. Как они оказались в Черном море? Танзания – это та страна, в которой находится гора Килиманджаро, самая высокая в Африке. А экипажи у них тоже достаточно экзотические. Матросы из Индии и из Турции. Сегодня, кстати, Эрдоган прилетел в Москву, и Путин выражал ему соболезнование в связи с гибелью турецких моряков. Вообще, конечно, мировой торговый флот очень часто ходит под флагами каких-то там экзотических стран. Один из самых больших флотов в мире под флагом Либерии, полунищей страны. И экипажи так же формируются.

Занимались они контрабандой или нет, как говорят некоторые эксперты по морскому праву, сказать трудно. Но если это и была контрабанда в интересах поставок углеводородов в Сирию, то, в общем-то, на этот путь толкнули моряков и Сирию западные санкции. США еще в 2004 году ввел против Сирии санкции, когда там никакой войны еще не было, просто не понравилась Сирия. В 2012 году уже Евросоюз запретил поставки и продажу углеводородов и нефтепродуктов из Сирии. Как эта страна может выжить? Очень часто какие-то нарушения международных норм являются следствием других не слишком благородных и гуманитарных поступков. Но, опять же, может быть, в этом регионе, богатом нефтепродуктами, каким является Ближний Восток, можно найти и более простые маршруты. Но что касается контрабандистов, есть страны, которые вообще живут за счет контрабанды. Это, опять же, многие африканские страны. И вообще Черное море лет 100-150 назад, после того как Потемкин с Дерибасом освоили Новороссию, было раем для контрабандистов. Многие русские классики это описывали. «Тамань» Лермонтова, «Челкаш» Горького и многое другое – это, в общем-то… Это особая романтика контрабандистов. Даже наш любимый фильм «Бриллиантовая рука» с россыпью афоризмов («у него не открытый перелом – у него закрытый перелом», «если человек идиот, то это надолго») – это же тоже все контрабандисты. А скольких поэтов вдохновляла эта профессия!

Я помню, одно из моих любимых стихотворений так и называется – «Контрабандисты»:

По рыбам, по звездам

Проносит шаланду:

Три грека в Одессу

Везут контрабанду.

На правом борту,

Что над пропастью вырос:

Янаки, Ставраки, Папа Сатырос.

Помните, чье это?

Оксана Галькевич: Вы прям с новой стороны открываетесь нашим телезрителям.

Сергей Лесков: Чтоб гвозди звенели,

Чтоб мачта гудела:

«Доброе дело! Хорошее дело!»

Чтоб звезды обрызгали

Груду наживы:

Коньяк, чулки и презервативы…

Константин Чуриков: Прекрасно, Сергей.

Оксана Галькевич: Еще одна новая сторона.

Константин Чуриков: На кораблях под флагом Танзании не очень…

Сергей Лесков: Вот так бы и мне

В налетающей мгле

Усы раздувать,

Развалясь на корме,

И вдруг неожиданно встретить во тьме

Усатого грека на черной корме.

Оксана Галькевич: Мне кажется, этого флера романтического чрезмерно напустили на не самую благородную профессию.

Сергей Лесков: На самом деле с контрабандистами бороться невозможно. Даже если серьезно говорить, в новейшие времена было столько остроумных способов контрабанды. Я даже думаю, что контрабандисты – это несостоявшиеся новаторы. Если бы их энергия и выдумку направить в верное русло, то многие бы государства разбогатели. Помните, был, например, такой водкопровод между Россией и Эстонией? А сколько контрабандных металлов ушло, когда прибалтийские государства обрели независимость? Через Прибалтику на Запад просто шел лом металлолома. Просто безумно было. ЦРУ занимался с помощью компании «American Air», крупнейшая в мире компания была контрабанды наркотиков и оружия. Были подземелья, которые во времена ГДР использовались для контрабанды между Западным и Восточным Берлином.

Константин Чуриков: Вы забыли груз, обнаруженный в одном из посольств.

Сергей Лесков: Да. Это уже туманная история, которая… А мне рассказывали работники цирка, что самый надежный способ контрабанды – это везти запрещенные товары в клетках со львом. Редкий таможенник рискнет зайти в клетку ко льву, чтобы использовать это. И наконец как не вспомнить сухой закон с этими бутлегерами, итальянской мафией? Я вообще думаю, что Голливуда бы не было, если бы не было сухого закона. Сколько шедевров снято благодаря…

Константин Чуриков: Слушайте, а как у нас сейчас санкционку провозят? Каждый божий день.

Сергей Лесков: Вот вы подошли к самому болезненному. Да, вот и наша санкционка тоже… Есть даже страна, которая расцветает благодаря контрабанде. Не будем указывать на нее пальцем.

Оксана Галькевич: На Б начинается, на Я заканчивается?

Сергей Лесков: Да.

Оксана Галькевич: Как в детстве.

Сергей Лесков: Боливия.

Оксана Галькевич: Она, конечно.

Сергей Лесков: Со своими бананами. Так что с контрабандой ничего сделать невозможно. Я думаю, что до тех пор, пока будет разделение мира на государства, будет контрабанда. А что там происходило в Черном море, неизвестно. В нейтральных водах досмотр судов запрещен. Впрочем, по международному праву запрещена и перевалка грузов в открытом море, потому что невозможно соблюсти технику безопасности. Это уже ответственность и безответственность капитанов.

Оксана Галькевич: Но ведь спасательные операции там не запрещены.

Сергей Лесков: Подаешь SOS – и к тебе приходят все. Спасательные операции. А так их нельзя проверить.

Константин Чуриков: Только у них, по-моему, как раз эти радары были выключены от греха подальше.

Сергей Лесков: Да. Третья тема. Мне кажется, она наиболее близка. Для меня женщина в космосе всегда являлась… Сегодня в правительстве, кстати, было заседание, посвященное развитию российской космонавтики. Роскосмос попросил дополнительные деньги для космодрома «Восточный», который никак не удается достроить, хотя уже через 2 года он должен обеспечить старты тяжелой ракеты «Ангара». Из 19 объектов на «Восточном» готовы только 5. Мы знаем, там огромное количество уголовных дел. И сегодня глава правительства сказал главе Роскосмоса: «Хватит разговаривать, пора работать».

Константин Чуриков: «Хватит болтать. Куда мы полетим?», - цитирует Медведева ТАСС.

Сергей Лесков: Да. Это, конечно, очень сильный упрек. Но, с другой стороны, если все министры болтают и рассказывают гражданам сказки, то почему надо лишать этого удовольствия главу Роскосмоса? Ничего особенного он и не делает. У нас масса министров вешают лапшу…

Оксана Галькевич: Там еще Медведев ведь сказал о том, что из 11 или скольки объектов…

Сергей Лесков: Я сказал это. Из девятнадцати пять.

Оксана Галькевич: Это, конечно, поразительно. Мы знали, что недострой, есть такая проблема, но не знали, что настолько.

Сергей Лесков: Впереди еще 2 года. Понимаете, когда строился Байконур, мы же не знаем, было ли там отставание от графика, сколько там денег потеряли. Это была совершенно закрытая информация. Никто вообще не знал, что строили Байконур. Я был на Байконуре раз 50, наверное. Это что-то невероятное.

Константин Чуриков: Слушайте, а, может, так и делать в новейшей истории, чтобы никто не узнавал?

Сергей Лесков: Это невозможно. Другое время…

Константин Чуриков: Сначала построили, потом хоп…

Сергей Лесков: Это невозможно. То, что можно было сделать в эпоху тоталитаризма, невозможно сделать в эпоху четвертой промышленной революции.

О женщинах. Что имел в виду Медведев, когда укорял Рогозина? Накануне Рогозин, даже не мастер, а гроссмейстер пиара, сделал очередное громкое заявление о внеплановом наборе женщин в отряд космонавтов. Я думаю, он хотел этим самым предупредить или предотвратить упреки главы правительства по поводу космодрома «Восточный». Не удалось. Но, в общем-то, я совершенно уверен, что русские женщины летают в космос недостаточно. Даже оскорбительно мало для родины космонавтики.

У нас было больше 100 мужчин-космонавтов и только 4 женщины.

Оксана Галькевич: А какие для этого резоны? Ведь наверняка есть объяснения.

Сергей Лесков: Объяснение, конечно, есть. И я его сейчас скажу. Первая американка полетела в космос где-то в 1980-х годах. И с тех пор уже полсотни американских женщин побывали в космосе. У нас Валентина Терешкова, Светлана Савицкая, Елена Кондакова и совсем недавно Елена Серова. Эти имена все знают. Прямо скажем, после исторического полета Валентины Терешковой, которая прожила достойную жизнь без всякого сомнения, женщин в космос не пускали. Королеву приписывают слова: «Не бабье дело». Я думаю, что причина в другом. Я сейчас скажу, в чем дело. Светлана Савицкая и Елена Кондакова при всех их несомненных дарованиях, а с Леной Кондаковй я просто очень хорошо знаком, во многом они полетели в космос благодаря высоким родственным связям.

Обычная женщина со многими талантами, которые необходимы в космонавтике… а там были женщины в отряде космонавтов, и очень немало, им не удалось подняться на орбиту. Этим, Савицкой и Кондаковой, удалось. Я думаю, что потому что у них был бэкграунд за спиной. Недавно слетала Лена Серова. Кстати, именно она поднимала флаг Олимпиады в Сочи.

Оксана Галькевич: Да, да, да. Мы помним.

Сергей Лесков: А сейчас кто она? Не помните?

Константин Чуриков: Нет.

Сергей Лесков: Сейчас она депутат Государственной Думы. И вот здесь мы подходим к самому главному. Я думаю, что русский мужчина так держится зубами за космос и не пускает женщину в космос, захлопнув перед нею дверь, потому что в нашей стране полет в космос открывает перед космонавтом очень высокие перспективы.

Оксана Галькевич: Зарплата, карьера. Конечно.

Сергей Лесков: Для американца полет в космос – это, конечно, ступень в его карьере и биографии, но не решающая. Они даже не получают дополнительного гонорара за полеты, в отличие от наших космонавтов, которые получали машину, квартиру и премию.

Оксана Галькевич: Звание. Все герои.

Сергей Лесков: И звание, да. Поэтому мужчина захлопнул дверь именно из эгоистических соображений, объясняя это тем, что женщине в космосе делать нечего, она не выдержит этих нагрузок. Это не так. Американки выдерживают, летают подолгу. Там уже даже есть примеры командиров экипажей, командиров орбитальной станции.

Константин Чуриков: Вы знаете, Сергей, та, которая встает в 7 утра и, несмотря на эфирный день, в 7 утра начинает варить детям борщ, мне кажется, она выдержит вообще...

Сергей Лесков: Вы знаете, кто остается единственной женщиной на планете Земля, кто побывал в космосе без мужчины, без экипажа? Если взять космонавток из других стран, я думаю, что человек 70 было в космосе. Единственная женщина, которая летала без мужского экипажа – это Валентина Терешкова.

Оксана Галькевич: Вот я и хотела сказать – это была Терешкова, «Чайка».

Сергей Лесков: Она была одна в корабле. Таких примеров больше не было.

Оксана Галькевич: Вы знаете, мне кажется, вообще в принципе эти рассуждения по поводу женщин, надо, не надо, тяжелее, не тяжелее – они какие-то лукавые. В свое время ведь велись разговоры о том, может ли женщина водить автомобиль, нужно ли женщине получать высшее образование.

Сергей Лесков: Может ли она работать шпалоукладчицей.

Оксана Галькевич: Конечно, да.

Сергей Лесков: Тем не менее…

Оксана Галькевич: Вы знаете, я по поводу того, что мужчины захлопнули дверь перед женщиной, хотела сказать. Вот это странная какая-то история. Ведь очевидно, что, захлопывая эту дверь, мы действуем не в собственных интересах. Мы таким образом тормозим в том числе развитие отрасли, демонстрируем определенное отставание. Вот у нас во многих сферах вот так. Мы что-то делаем, правим ради того, чтобы власть в руках удерживать. Не для того, чтоб страну развивать, а для того, чтобы быть у власти.

Сергей Лесков: Оксана, можно я прерву вашу филиппику? Вы понимаете, человечество на самом деле стоит на грани длительных полетов. Тот же Рогозин, да и Медведев с Путиным неоднократно говорили о неизбежности лунной экспедиции, а потом, возможно, и марсианской экспедиции. Если полет будет длительный, то лучше, если там будет женщина по многим психологическим причинам. Важно, конечно, чтобы в экипаже не было Харви Вайнштейна. Но об этом могут позаботиться какие-то другие…

Константин Чуриков: Харви Вайнштейн найдется до полета.

Сергей Лесков: Но при этом о чем говорит статистика? В прошлом году был плановый набор в отряд космонавтов. Отобрали 8 мужчин и 0 женщин. Ни одна женщина не была отобрана. Что же, они все не годились, что ли? 87 кандидаток было. Ни одну не отобрали. Поэтому женщины в отряде космонавтов нужны. Но, к великому сожалению, то, что вдруг эта идея осенила главу Роскосмоса сегодня, мне кажется неким яичком к Христову дню, некой пиар-акцией, как бы он ни отыгрывал свои слова обратно.

Константин Чуриков: Сергей, я прекрасно понимаю ваше желание еще поговорить о женщинах.

Сергей Лесков: О космонавтках.

Константин Чуриков: Это интересно. Давайте продолжим в пятницу. В пятницу у нас будут «Темы недели» с Сергеем Лесковым. Спасибо большое. Сергей Лесков, обозреватель ОТР. Через пару минут…

Оксана Галькевич: Вы, друзья, оставайтесь, пожалуйста, с нами. У нас впереди большая и очень важная тема. Мы будем говорить о доверии россиян к общественным институтам – к власти, к чиновникам, к средствам массовой информации. Как правильно дополнил нас Сергей Лесков, к церкви, к институтам образования, здравоохранения. Насколько мы всему этому доверяем. Хотим, кстати говоря, и вас спросить во время прямого эфира.


Подписаться на ОТР в Яндекс Дзене

Темы дня от обозревателя

Комментарии

  • Все выпуски
  • Полные выпуски
  • Яркие фрагменты
  • Интервью
  • Сюжеты