Сергей Лесков: Если Казахстан встаёт на путь прогресса в понимании XXI века, то именем живущего человека нельзя называть города

Гости
Сергей Лесков
Ведущий программ

Оксана Галькевич: Вторая, финальная часть программы «Отражение» объявляется открытой. Ближайшие 1.5 часа мы с вами успеем обсудить еще много тем. Каких именно – сейчас напомним. Но прежде снова представимся. Этот вечер пятницы с вами коротает Константин Чуриков.

Константин Чуриков: И не без удовольствия коротает Оксана Галькевич. В начале следующего часа о том, как мы все (вот это уже без удовольствия) экономим и много ли денег от этой экономии остается. Холдинг «Ромир» по итогам февраля насчитал аж 23 000 рублей в среднем на семью. Откуда такие цифры, на что сегодня откладывают россияне, как выживают – об этом после 8 вечера.

Оксана Галькевич: А теперь о темах разговор в ближайшие полчаса. Их несколько. Это главное за неделю. О чем именно пойдет речь, знает у нас только Сергей Лесков, обозреватель ОТР. Итожит то, что прожито. Сергей, здравствуйте, вам слово.

Сергей Лесков: Добрый вечер. А Костя, по-моему, хотел как-то нетривиально начать.

Константин Чуриков: Да. Смотрите. И в этом нам поможет Сергей из Ставрополя, который вам пишет: «Дорогой Сергей Леонидович, сегодня день рождения гениального мелодиста XX века Эндрю Ллойд Уэббера». Начнем с позитивного, да?

Сергей Лесков: Да. Я был у него в «Фантом опера» в одном из городов европейских. Это, конечно, нечто просто ошарашивающе. Притом, что я довольно равнодушен к этому жанру.

Константин Чуриков: А «Кошки»? Вы же любите кошек?

Сергей Лесков: «Кошки» мне не понравились. А вот «Призрак оперы» - это, конечно, что-то просто потрясающее. Но, тем не менее, я руководствовался некоторыми сюжетами из «Кошек», когда выбирал имя своей кошке. Вы знаете, что у кошки три имени. Одно имя – которое ей дают хозяева, другое имя - которое ей дают другие кошки, а третье имя – которое знает только одна она. О кошках можно говорить целые сутки. Эта тема захватывает.

Константин Чуриков: Вернемся, как говорится, к нашим…

Сергей Лесков: К нашим более мелким темам. Конечно, несмотря на то, что мы в среду уже говорили об отставке Нурсултана Назарбаева, это, без сомнения, главное событие этой недели. Необходимо, я думаю, опять к этому вернуться. Вы обратили внимание, что это последний советский руководитель, который уходит в отставку, потому что он же был еще первым секретарем Компартии Казахстана, еще в советское время?

Константин Чуриков: Он Совет министров там возглавлял. С 1984 года. Отсчет можно пораньше начать.

Сергей Лесков: Да. Но над ним все-таки стоял лидер компартии формально. Теперь остается сказать, что заканчивается эпоха СССР, поскольку уходит последний советский руководитель. И что хочется сказать по этому поводу? За эти 30 лет мы насмотрелись на хоровод и карусель руководителей разного масштаба и разного пошиба. И приходится сделать вывод, что качество советской элиты все-таки было посильнее, чем качество тех руководителей, которые самоназвались элитой в постсоветское время. Все-таки была система отбора, была жесткая требовательность. И система отбора была понятна. И, может быть, один из самых сильных руководителей этого последнего советского набора – Нурсултан Абишевич Назарбаев.

Он наверняка был еще и пионером. Он был комсомольцем. У скаутов (они же пионеры) есть такое правило: надо оставлять лагерь в лучшем состоянии, чем было, когда ты в него приехал. Вот если это правило пионеров-скаутов применить к политику, то, без всякого сомнения, Назарбаев оставляет Казахстан в лучшем состоянии, чем он… Нельзя сказать – принял. Он его фактически создал. Потому что такого государства на политической карте не было никогда. И Казахстан стал субъектом международного права. Он везде уважаем. Нормальное государство, в котором люди могут жить. Проблемы есть. Там и волнения были. Но все равно это далеко не самое худшее место на Земле.

Много было советских республик, которые трансформировались в государства, которых не было никогда на карте мира. Я не буду их перечислять. Но многих из этих государств не было. Могут ли главы этих государств применить к себе правило скаута, которое выполнил Назарбаев? А выполняют ли это в других бывших советских республиках? Что-то я в этом сильно сомневаюсь.

Поэтому, конечно, его вклад в историю и вообще в человечество (извините за такой высокий слог), и особенно в Казахстан, очень велик. И те знаки уважения, которые сейчас ему оказывают соотечественники, они, в общем-то, понятны. Но мое личное мнение – что все-таки тотальное переименование всего, что только можно, отдает лакейством. И если Казахстан (это, конечно, их дело, но мы же можем это оценивать, потому что это наш ближайший партнер) встает (и он декларирует же это) на путь прогресса в понимании XXI века, то в XXI веке все-таки именем живущего человека (и дай бог ему здоровья еще на многие лета) не называют города. Так не принято. Аналогии с древними временами или даже с XVIII веком здесь неуместны. Сейчас XXI век. И Казахстан врывается в XXI век на всех парах. Поэтому эти традиции вызывают все-таки некоторое сомнение.

Константин Чуриков: Сергей, но врывается на всех парах в XXI век все-таки с сырьевой экономикой. Об этом Назарбаев не так давно говорил.

Сергей Лесков: Это правда. Сырьевая экономика. Ну, что же? Тем не менее, там тоже делается крен на высокие технологии. И азиатские страны ставят же предприятия высоких технологий. Хочется напомнить, что в советское время первый завод, где производились так называемые иномарки, был построен где? В Узбекистане. И нормальные были машины. Ездил весь СССР на этих «Uz-Daewoo».

Один из главных вопросов, когда мы видим этот сценарий транзита власти, который придумал Назарбаев – может ли Россия и Белоруссия использовать этот опыт транзита власти? Потому что у нас же тоже наш президент после 24 года не будет переизбираться. И Лукашенко тоже не будет сидеть вечно. Пока трудно сказать, какой сценарий будет использован у нас и в Белоруссии. Трудно сказать, будет ли успешным опыт в Казахстане. Там только все это началось. Хотя такое впечатление, что Назарбаев, отказавшись от поста президента, все-таки сохранит власть и обеспечит этот мягкий переход.

Константин Чуриков: «Обеспечит мягкий переход» – теперь это так называется?

Сергей Лесков: Да. Скажем, транзит. Он же понимает, что он не вечен. Итак, все-таки в России значительно больше крупных финансово-промышленных группировок, кланов, чем в Казахстане. Значительно больше население, значительно более многообразны интересы. И такой сценарий, как в Казахстане, к России впрямую, конечно, не применим. Это очевидно. Но все-таки всегда чужой опыт весьма поучителен. Тут сомневаться не приходится.

Оксана Галькевич: Если вы не против, давайте предоставим слово Александру из Ставропольского края. Он хочет что-то спросить у вас. Или, может быть, поделиться своим мнением. Александр, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте. У меня вопрос. Я сам родился в Казахстане. Город Актау. Родители у меня живут также в Казахстане. У меня вопрос. При смене сейчас президента Казахстана не получится ли так, как это было в Латвии, в Литве, на Украине – гонения русскоязычных граждан?

Сергей Лесков: Такого рода беспокойства вполне оправданы. Однако ведь в Прибалтике они сразу были объявлены людьми без гражданства. Здесь те русские, которые решили остаться в Казахстане, являются гражданами Казахстана полноценными. Там еще, кстати, нет тени Евросоюза, столь привлекательной для многих людей. Все-таки русских там было 40% (6.2 миллиона), сейчас осталось 3.6 миллиона, то есть процентов 25. Во властных структурах русских лиц я что-то не вижу. Ни одного русского премьер-министра или, соответственно, высокого поста в Казахстане не было никогда. И, конечно, чемоданные настроения у русских есть. Хорошо, если это не затронет ваших родителей.

Константин Чуриков: Насколько помню, наш зритель Тамерлан писал нам по e-mail после предыдущего эфира в среду, что все-таки там есть некая общественная палата, есть ассамблея народов Казахстана и все равно есть часть…

Сергей Лесков: Но русский язык – государственный, в отличие от Прибалтики. Кстати, то, что они переходят на латиницу, у меня совершенно это не укладывается в голове – а как Пушкин и Толстой, без которых русские не могут жить, они будут на латиницу, что ли, переведены? Кто-то из великих людей сказал, что «мой язык – это моя Вселенная». То есть русская вселенная как будет выглядеть после этого? Я совершенно этого не понимаю. Но, наверное, они как-то решат этот вопрос. С другой стороны, дети нашей собственной, русской, элиты тоже ведь давно перешли на латиницу. Они же ведь не живут в России, а живут там, где кириллицу не знают, а знают только латиницу. Так что проблема тоже решается по-всякому.

Я не думаю, что при жизни Назарбаева и его прямых наследниках произойдет какой-то слом в отношениях России и Казахстана. Стоит, видимо, напомнить (и это тоже говорит о качестве Назарбаева как политика), что именно он придумал Евразийский Союз. Более того, в воспоминаниях Горбачева есть свидетельства о том, что из всех советских руководителей именно Назарбаев противился распаду СССР, едва ли не единственный. Это тоже говорит о его мудрости.

Оксана Галькевич: Татьяна из Калининграда. Здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте. Все говорят в последнее время о заслугах Назарбаева. Мои дедушки и бабушки попали в Казахстан – их привезли в вагонах в Алма-Атинскую область в 1935 году. И я не хочу говорить, в каком состоянии был Казахстан. Но при советской власти Казахстан очень хорошо поднялся. И, знаете, ничего не говорят об отъезде русскоязычных. Я родилась в Казахстане, мой сын родился в Казахстане. Все родственники моего мужа на Байконуре жили. И все выехали. И об этом сейчас ни один не говорит, что очень и очень много выезжает русских. И сейчас уезжают. 2 года назад уехала моя знакомая, с которой я тоже работала. Приехали они сюда в Калининград, плачут. Им очень жалко. И Назарбаев ничего не делает, чтобы как-то успокоить русскоязычных.

О русскоязычных в Прибалтике много говорят, но больше всего русскоязычных выехало из Казахстана. И вы сказали, что 40% проживало. Нет, русскоязычных в советское время проживало 60%.

Константин Чуриков: Были большинством, получается.

Зритель: И сейчас осталось мало. Спасибо, до свидания.

Константин Чуриков: Спасибо.

Сергей Лесков: Я сказал – русских 40%. Русскоязычных было, конечно, больше. Потому что были украинцы, немцы тоже русскоязычные, белорусы были. В среду я говорил, кстати, 60%. Казахов было 40%. Если вы говорите, что Казахстан хорошо поднимался в советское время. Казахстан в его нынешних очертаниях появился именно в 1930-х годах. Вы полюбопытствуйте однажды, как менялись границы вот этого Туркестана, начиная с образования СССР до условно 1940 года. Это было довольно вольное такое сталинское расчерчивание границ, этого Туркестанского края. Вообще слова «Казахстан» не было на карте. Это был Туркестанский край.

Константин Чуриков: Смотрите, что пишет Ростовская область: «Был бы Назарбаев высокопорядочным человеком – не позволил бы никаких переименований и не пропихивал во власть свою дочь».

Сергей Лесков: Я не могу этого прокомментировать. Может быть, это очень достойный человек. Она защитила диссертацию, кстати, в МГУ. А в МГУ непросто защититься. И она защитила диссертацию, когда еще Назарбаев не был президентом, в далекие советские времена.

Оксана Галькевич: Сергей, давайте перейдем к нашим отставкам. Там очень много интересного.

Сергей Лесков: Я напомню. 5 отставок. Так называемая весенняя волна 2019 года, 6-ая волна отставок президента. Я напомню эти имена. Челябинская область – Борис Дубровский был, стал Алексей Текслер. Алтай: был Александр Бердников, стал Хорохордин. Калмыкия: был Алексей Орлов, стал Бату Хасиков. Оренбург: Юрий Берг был, стал Денис Паслер. И наконец Мурманская область: была Марина Ковтун, стал Андрей Чибис. Мы в среду говорили, немного разбирали первые три отставки. За следующий день ушла в отставку Марина Ковтун, лично мне очень симпатичная женщина, одна из немногих женщин, поднявшихся у нас на этот пост. Она из очень хорошей трудовой семьи. У нее отец герой соцтруда. Знаете, какая профессия? Тралмейстер.

Константин Чуриков: Что-то с рыбой связано.

Сергей Лесков: Есть такая профессия – гроссмейстер, это шахматист. Есть профессия – шпрехшталмейстер (это цирк). А есть тралмейстер. Это не капитан рыболовецкого судна, а тот, кто руководит ловлей рыбы.

Константин Чуриков: Вы знаете, Марина Васильевна у нас была в студии где-то этой осенью. И, я помню, из Мурманска звонки поступали: «Марина Васильевна, а где рыба в мурманских магазинах? Где рыба?»

Сергей Лесков: Одним из ее обещаний было сделать мурманский морской порт огромным транспортным хабом. У нее это не получилось. Мне кажется, что это не задача не ее масштаба. И не ее вина, что это не вышло. Мне в ней знаете, что нравилось? У нее в окружении довольно много уголовных дел. Там арестовывают людей… Не знаю, за реальные грехи или за мнимые. Она их не сдавала, она их защищала. И говорила, что это давление силовиков. Это надо иметь большое мужество.

Константин Чуриков: Я читал статью в «Коммерсанте». Зато они ее сдавали. Там один из видных деятелей дал показания, что какие-то якобы благотворительные деньги они пускали на нецелевые нужды.

Сергей Лесков: Ну, может быть. Так или иначе, она человек, без всякого сомнения, личного мужества и человек чести, о чем часто забывают мужчины на ее посту. Вот она не забыла. Она занималась экстремальными видами спорта. На ее место назначен Андрей Чибис, заместитель министра строительства, который отвечал за систему ЖКХ и вел там какие-то инновационные проекты. А вместо Юрия Берга в Оренбурге (Оренбург – 4 регион в России по запасам нефти, стратегически важный) Денис Паслер, который премьером в Свердловской области, потом занялся энергетическим бизнесом.

Константин Чуриков: Сергей, я правильно вас понимаю, что на место одних очень хороших людей-управленцев пришли другие очень хорошие люди-управленцы?

Сергей Лесков: Это хороший вопрос. Если послушать те прощальные слова, которые к своим жителям обращают ушедшие в добровольную, заметьте, отставку губернаторы и перечисляют свои достижения за время работы, то можно только подивиться, за что же их увольняют. Потому что достижений выше крыши. На самом деле их увольняют по единственной причине. Кремль сделал выводы из осенних выборов. Есть такое слово – избирательная способность или избирательный ресурс?

Константин Чуриков: Избираемость.

Сергей Лесков: Да, «избираемость», появилось такое слово. Избираемость у них была невысока. Их рейтинг, популярность, говоря простым языком, среди их электората невысока. И была большая опасность, что люди их не выберут. Как бы они сами ни оценивали свою работу, люди смотрели на них иначе. Это напоминает известную мудрость о том, что человек есть дробь. В числителе то, что думает он о себе сам, а в знаменателе то, что думают о нем другие. Так вот, знаменатель был там слишком большой, видимо.

Но, так или иначе, мы уже говорили, что на их место приходят технократы. Нередко приходят заместители министров. На место губернатора. С одной стороны, это хорошо. Федеральные чиновники знают законы, по которым живет государственная власть, могут лоббировать интересы своих регионов. С другой стороны, они, конечно, не политики. И, например, когда случился такой кризис с пенсионной реформой, который наши граждане не поняли, практически никто из этих технократов-губернаторов не смог вступить в контакт с населением. А такие случаи могут быть и по другим каким-то причинам.

Константин Чуриков: Сергей, а вот Бату Хасиков, о котором вы в среду уже начали говорить – это тоже технократ?

Сергей Лесков: Знаете, у нас в парламенте довольно много спортсменов, что кажется мне достаточно странным. Потому что эти люди и в школе учатся достаточно странно. А потом у них тем более нету времени учиться в высшем учебном заведении, ибо они силы кладут на завоевание золотых медалей, а вовсе не на привитие своему интеллекту золотых мозгов, условно говоря.

Константин Чуриков: Они тоже участвуют в олимпиадах, но других.

Сергей Лесков: Эти олимпиады другие, да. Я с некоторым скептицизмом смотрю на возможности спортсменов добиться успеха в каких-то других видах деятельности. Однако могут быть исключения. Могут быть, без всякого сомнения. Если будет спортивный призыв в нашу власть, мне кажется, что это будет неправильно. Посмотрим на Бату Хасикова. Но здесь надо учитывать своеобразие Калмыкии. Как говорят, она до сих пор находится под эгидой Кирсана Илюмжинова. Помните этого замечательного человека? Он многолетний президент Калмыкии, который напрямую общался с инопланетянами, о чем он мне неоднократно говорил.

Константин Чуриков: Был многолетний президент ФИДЕ, пока это место не занял Аркадий Дворкович.

Сергей Лесков: Тоже спортсмен своего рода. Поэтому это своеобразный регион. Вы знаете, не исключено, что Бату Хасиков будет первым губернатором, который будет исполнять такую необычную роль фронтмена. В Калмыкии его, без всякого сомнения, не уважают. Как можно не уважать человека, который руками и ногами победил всех соперников? Я думаю, что для калмыков это важно. Если кто читал исторические очерки позднего Средневековья, то, может быть, знает, что калмыцкое войско было самым сильным и непобедимым. Вообще. Потому что калмыки были непобедимы. Для них, наверное, важно иметь такого человека. Вот какие у него будут заместители – посмотрим. Видимо, от них и будет много что зависеть.

Константин Чуриков: У нас же всегда тот, кто возглавляет, непогрешим… А заместители – ну, не повезло заместителям.

Сергей Лесков: И еще одно наблюдение. Вот этот тренд, который сейчас обнаружился. Совершенно очевидный. Назначать перед выборами вместо ослабевших губернаторов новых губернаторов, которые используют свой медовый месяц, условно говоря, чтобы облагодетельствовать регион. Первые же ожидания… Там еще девальвации ценностей не произошло. Это все понятно психологически. Но насколько длительным окажется вот это сладостное возбуждение? Давайте посмотрим на статистику. Из 30 губернаторов, которые были назначены в 2014 году (тоже согласно этой технологии) осталось только 8. Что-то кажется, что не слишком эффективно работает эта система.

Оксана Галькевич: Не долог губернаторский век.

Константин Чуриков: Медовый месяц.

Сергей Лесков: Да. Мало того, притом, что сейчас требовательность к губернаторам очень сильно повышается… Мы часто об этом говорили. И система проверки. Их по 16 критериям… Мало того, Медведев на этой неделе сказал, что уже к концу 2019 года все губернаторы без исключения должны будут отчитаться по выполнению 12 национальных проектов. И поэтому будут судить об их эффективности. Вы помните, какие это национальные проекты? Полезно знать.

Константин Чуриков: Образование, здравоохранение…

Сергей Лесков: Там 4 национальных проекта по так называемому человеческому капиталу. То, что Костя стал говорить. 3 национальных проекта по жилищной среде. В том числе ЖКХ и экология. И 5 национальных проектов по экономике. И по этим 12 национальным проектам надо добиться успехов. Получится, не получится? Я не знаю. Сложные задачи. Но, с другой стороны, это очень хорошо, что центр, Кремль ужесточили требования к губернаторам. На мой взгляд, это вообще сейчас самая худшая профессия на свете. Дале хуже, чем тралмейстер.

Константин Чуриков: Нам звонят. Давайте послушаем нашего зрителя. На сей раз это Эдуард. Здравствуйте, Эдуард.

Зритель: Смотрю вашу передачу постоянно. Передаю студии привет. Хочу поделиться своими впечатлениями о губернаторах. То, что президент уделяет губернаторскому корпусу большое значение и меняет – это вполне естественно, наверное, да? Потому что должны работать те люди, которые хорошо знают этот регион, которые действительно должны привносить позитив и заслужить доверие людей.

Я приведу пример Карелии, когда 2 года назад у нас был губернатор Парфенчиков Артур Олегович. Человек, который здесь родился, человек, который здесь учился, вырос, работал, потом дослужился до генерала. И потом президент просил его вернуться в Карелию, чтобы в Карелии подняли экономику. 2 года губернатором он отработал у нас. У населения очень хорошие о нем впечатлениями. Он стал поднимать экономику, тарифы по электричеству снизил. Сейчас рыбное хозяйство хочет поднять. Проходят международные форумы. Налаживается взаимодействие с республиками. В том числе с Китаем налаживает. Товары, сделанные в Карелии, сейчас идут по всей России. Рекомендую покупать. Такая этикеточка вешается. То есть человек, который уже обозначил позиции, которые нужно нам достичь.

Константин Чуриков: Эдуард, скажите, пожалуйста, а вы где работаете?

Сергей Лесков: Пресс-секретарь губернатора.

Зритель: Я просто к тому и клоню.

Оксана Галькевич: Сорвался. Есть все-таки из вновь назначенных эффективные люди, судя по словам?

Сергей Лесков: Почему нет? Они же не с Луны падают, когда их назначают. Очевидно, что их подбирают по деловым качествам.

Оксана Галькевич: А что главное для вновь назначенного губернатора? Некий федеральный ресурс, знакомства в Москве, опыт работы или знание края, быть от этой земли?

Сергей Лесков: На каком этапе деятельности? На первом этапе, на этапе назначения, конечно, то, что вы назвали федеральным ресурсом, является единственным и самым главным. Но чем дольше губернатор работает, тем, я думаю, меньше удельный вес его федерального ресурса и увеличивается как бы удельный вес того, что он сделал, его связи с населением, уважение населения, популярность у населения, его популярность среди региональных элит, чего добиваются немногие из так называемых варягов, если они чуждые люди. Итак, чем больше ты работаешь, тем больше ты погружаешься в местные проблемы. Это совершенно очевидно. И, конечно, Кремль уже поневоле начинает уважать тех губернаторов, у которых высокий местный рейтинг. Достаточно посмотреть, например, на белгородского губернатора Савченко, который сидит там уже больше 20 лет и у которого очень высокая популярность в регионе. Вы думаете, его никто не хочет сменить? Ох, как хотят. Но Кремль его не меняет. Потому что самый удачный, на мой взгляд, российский губернатор.

Константин Чуриков: Сергей, у нас последняя тема такая важная.

Оксана Галькевич: Пьянящая.

Сергей Лесков: Если еще учесть, что сегодня вечер пятницы, мы не можем не сказать о последней теме. У нас же страна законопроектов.

Константин Чуриков: Во-первых, у нас страна северная.

Сергей Лесков: Северная. И христианская ко всему прочему. Ведь вы знаете такую историческую байку, почему Владимир принял христианство. Это настолько общеизвестный факт, что даже и повторять его не будем. Итак, в свете традиций Владимира Минздрав подготовил очередной законопроект, который запрещает продажу крепкого алкоголя выше 16 градусов людям, не достигшим 21 года. Надо сказать, что есть такие страны, где это запрещено. Казахстан, кстати.

Но никакой аргументации Минздрав при этом не приводит. Все это происходит на фоне достаточно противоречивых сводок с фронта антиалкогольной кампании. Потому что дни ведомства говорят о растущей смертности из-за крепких напитков, а другие говорят о снижении. Одни ведомства говорят, что продажа качественного алкоголя растет. Другие это опровергают. Довольно много любопытных цифр. Я только попрошу не считать, что я ратую за алкоголь.

Как говорил Авиценна, родившийся в Средней Азии, о которой мы только что говорили, «все есть лекарство и все есть яд – все просто зависит от меры».

Константин Чуриков: Можно сначала вопрос перед вашими цифрами? Почему у нас так получается, что служить в армии с 18 лет можно и нужно, жениться с 18 лет можно и нужно, а теперь алкоголь с 21 года. То есть даже на собственной свадьбе нельзя.

Сергей Лесков: Пить можно, наверное. Покупать нельзя. А зачем на своей свадьбе пить водку?

Оксана Галькевич: А вы помните, кстати, уважаемые коллеги, в каком возрасте вы впервые выпили?

Сергей Лесков: Я знаю одного человека, который бросил пить в 13 лет.

Оксана Галькевич: Кто? Вы?

Сергей Лесков: Нет. Он украл у родителей банку спирта, смешал с вареньем, выпил, ему стало плохо, и больше он не пьет. Личностный анекдот.

Оксана Галькевич: Вы ушли от ответа, Сергей.

Сергей Лесков: Много пить, еще раз скажу, конечно, вредно. Как говорил Авиценна, это яд. Тем не менее, цифры достаточно противоречивы. Вероника Скворцова, наш министр, говорит, что 70% мужских смертей трудоспособного возраста связано с алкоголем. Да, это очень плохо. В 3.5 раза выше смертность среди мужчин трудоспособного возраста, чем среди женщин. Это известная статистика. У нас мужчины и живут очень мало. Это главная демографическая проблема, которую предстоит исправить.

Но Роспотребнадзор рапортует, что за 10 лет потребление алкоголя в России снизилось в 1.5 раза – с 15 до 10 так называемых литров чистого алкоголя на год. Сократилась и заболеваемость от алкоголя. На 30% число острых отравлений. Помните эти жуткие боярышники? На 37% упало количество зарегистрированных алкоголиков. Вообще алкоголиков, которых в России, кстати, 5 миллионов, стало на четверть меньше.

Константин Чуриков: Сергей, но это же не посчитать. Алкоголик никогда не скажет, что он алкоголик. Это выявленные.

Сергей Лесков: Выявленные. Которые стоят на учете, естественно. Любая соседка может назвать любого соседа алкоголиком, но это не считается алкоголизмом. Речь идет о тех, кто стоит на диспансерном учете. При этом, смотрите, например, США, где не продают алкоголь до 21 года, численность американцев в 2 раза выше, чем российских граждан. Но от спирта, от алкоголя там умирает в 2 раза меньше людей.

Константин Чуриков: Потому что меньше пьют или потому что алкоголь качественный?

Сергей Лесков: Это невозможно выяснить. Может быть, культура потребления другая, еще что-то. Но, так называемый, видите, все-таки такая огромная разница в цифрах (фактически в 4 раза) не может не настораживать. Кто-то бы сказал «без бутылки не разберешься». Тут, конечно, напрашивается какое предложение? Поскольку каждое ведомство доносит до нас свою статистику и свое видение, то, конечно, хочется предложить им собраться и сообразить на шестерых.

Тут можно шутить. Но дело в том, что любой запрет опасен. Почему он опасен? Потому что он может привести к обратному действию.

Оксана Галькевич: Перейдут на пиво, например. Это же не крепкий напиток.

Сергей Лесков: Я даже имею в виду нелегальные пути. Возрастет потребление контрафактной продукции. Какой-нибудь паленой водки. Это же самое опасное, что может быть – отравление крепкими напитками. То есть это не просчитано. Потому что законопроект, который представил Минздрав и думает, что это с 1 января 2020 года, потому что эту идею поддерживает 70% населения, они ничего не объясняют: просто запретить – и все. Никакого обоснования нет. Еще раз. Автоматический запрет без четко продуманной аргументации может привести к обратному действию.

У нас, кстати, по официальной статистике потребление контрафактной алкогольной продукции за год возросло на 28%. Может возрасти еще больше. Ведь именно от этого идет число этих трагических смертей. Люди с одной стороны становятся беднее, а, с другой стороны, у себя на кухне варят черт знает какие смеси, которые никакому Авиценне не снились. Можно этот процесс даже спровоцировать такими скоропалительными запретами. Из этого не следует, что я призываю воздержаться. Но надо рассчитать и взвесить каждый шаг.

Константин Чуриков: И рассчитать свои силы всегда важно. Спасибо большое. «Темы недели» с Сергеем Лесковым. Обозреватель ОТР был у нас в студии. Спасибо, Сергей. Ждем вас в понедельник.

Оксана Галькевич: Мы продолжаем наш прямой эфир. У нас впереди большая тема этого дня. Будем говорить об экономии, о том, как мы с вами выкручиваемся. Тут у нас лишние деньги обнаружили, причем, достаточно серьезную сумму. Откуда?

Константин Чуриков: Да. Но эксперты говорят, что денег нет, и людям вообще даже не до алкоголя в этой связи. Спасибо, Сергей.


Подписаться на ОТР в Яндекс Дзене

Темы недели от обозревателя ОТР

Комментарии

Дмитрий Карпов
Первый, кто гонял на новеньких советских машинах - детки первых секретарей, кандидатов членов в Политбюро. Откуда у узбекской голытьбы были деньги на машины среднего уровня? Калмыкам боец не нужен! Антибраконьер и нефтяник, ибо регион граничит с Каспием. А Хасиков в этом смыслит? В основном, борцы - они тупые и ничего не понимают. Кого им скажут - того и изобьют. Слепые машины.
  • Все выпуски
  • Полные выпуски
  • Яркие фрагменты
  • Интервью
  • Сюжеты