Сергей Лесков: Лужковская Москва была хоть и грязноватая, но какая-то родная

Сергей Лесков: Лужковская Москва была хоть и грязноватая, но какая-то родная | Программа: ОТРажение | ОТР

Юрий Лужков

2019-12-10T20:28:00+03:00
Сергей Лесков: Лужковская Москва была хоть и грязноватая, но какая-то родная
Послание Президента России Федеральному Собранию – 2021. Главное
Послание Президента: международная политика
Послание Президента: ответственность бизнеса
Послание Президента: региональная политика
Послание Президента: социальная политика
ТЕМА ДНЯ: Путин. Послание. Главное
Цифровое рабство. Сложная формула пенсии. Конец нефтяной иглы? Коттедж в ипотеку. Автомобили дорожают
Алгоритм цифрового рабства
Климат-контроль для России
Интуристы едут за «Спутником»

Константин Чуриков: Ну а сейчас «Темы дня» с Сергеем Лесковым, обозреватель ОТР у нас в студии. Сергей, здравствуйте.

Сергей Лесков: Да, добрый день.

Кстати, по поводу вопроса, который сейчас задал уважаемый директор интерната имени А. Н. Колмогорова: у меня есть такое ощущение, что имя Колмогорова уже сейчас полузабыто в лучшем случае, а ведь это был один из самых таких великих сынов русской земли в XX веке. Академик Ива́нов, сын знаменитого драматурга, как-то сказал мне, что он в жизни видел, встречал трех гениев: Пастернак, Капица и академик Колмогоров. О нем можно говорить бесконечно, очень хорошо, что его именем назван физико-математический интернат, но хотелось бы, чтобы все-таки его имя там помнили не только выпускники интерната. Ну, как-нибудь, может быть, вернемся к этому.

Сегодня стало известно, пришло трагическое сообщение из Германии, умер Юрий Михайлович Лужков, на 84-м году жизни умер в Германии в немецкой больнице после операции на сердце. Имя это известно каждому нашему гражданину, в общем, один из самых ярких политиков 1990-х гг. и 2000-х гг. Он 18 лет был мэром Москвы, причем в самые такие сложные времена. До него мэром Москвы был Гавриил Попов, такой яркий политик, который хорошо говорил, но управлять городом не умел. А Лужков умел управлять городом, а потом выяснилось, что и говорит он не хуже, чем самые записные политики.

Именно при нем, при Юрии Михайловиче Лужкове, началось преображение Москвы из серого затхлого города достаточно провинциального, большого, но провинциального, он стал превращаться в столицу мирового уровня. Сейчас можно вспомнить многое, что он сделал для города, и в первом своем как бы таком периоде своего правления он был очень популярен среди москвичей. Лично я помню первые пешеходные зоны в Москве, которые были на Арбате, потом в Столешниковом переулке. У нас в стране не было пешеходных зон, это нечто, какое-то новое явление. Восстановление храма Христа Спасителя, МКАД при нем был расширен, возникло, было построено Третье транспортное кольцо, он, кстати, и Четвертое, я думаю, построил. Парк Победы на Поклонной горе – это тоже Лужков. На Красной площади восстановлен Казанский собор и Иверские ворота. Москвичам была повышена пенсия, там специальная некая такая лужковская надбавка.

Константин Чуриков: Как раньше, помните, один «телекиллер» говорил, Сергей Доренко: «Казалось бы, при чем здесь Лужков?» Так вот при чем, в его эпоху все это было.

Сергей Лесков: Да, были… Вообще москвичи получили многие социальные льготы, была поддержка многим детям-инвалидам, пенсионеры получили право бесплатного проезда в транспорте, ну очень много было сделано. Да, я забыл, «Москва-Сити» при нем начало строиться, что сделало Москву похожей на современные европейские города. Кроме того, конечно, нельзя не сказать, что он делал попытки заниматься политикой, иначе, наверное, и быть не может, когда мэр крупнейшего города России, где аккумулировано 20% ВВП страны, не может остаться в стороне политики. Именно Лужков стал первым российским политиком, который обратил внимание на Крым, он поддерживал Севастополь, дети русских офицеров получили право бесплатно обучаться в московских ВУЗах. Он там строил жилье, в Севастополе. Мало того, в Совете Федерации Лужков стал инициатором решения о том, что Севастополь принадлежит Российской Федерации.

Именно… Во время путчей в начале 1990-х гг. он неизменно поддерживал президента России, в 1991-м и в 1993-х гг. Кстати, именно по указанию Лужкова в парламенте была отключена горячая вода, свет и что-то еще, телефонная связь. Именно он стоял у истоков партии «Единая Россия», хотя до этого он же стоял у истоков партии, как она называлась…

Константин Чуриков: «Отечество», а потом «Отечество – Вся Россия».

Сергей Лесков: «Отечество», да. Там были вот эти вот…

Константин Чуриков: Ребрендинг, да.

Сергей Лесков: В начале, на рубеже веков вдруг было такое бурное партийное строительство. Надо сказать, что это самое «Отечество» критиковало Ельцина, и там Лужков солидаризировался с Примаковым. Очень яркая жизнь, конечно. Нельзя не сказать, что на первом этапе Лужков пользовался безумной популярностью москвичей, он трижды побеждал на выборах, довольно высокие были результаты, от 70% до 87,5%, 87,5% – это 1996 год. Но в то же самое время нельзя, конечно, не сказать о таких явлениях, как «черкизон», все, наверное, это как бы стало нарицательное слово такое, «Интеко».

Ну, что еще? Такая точечная застройка и лужковский стиль. На каком-то этапе любители московской старины стали замечать, что Лужков сносит многие исторические здания, насчитали от 700 до 3 000 таких зданий, ну как считать, что относить к этому. Ну Военторг, например, он снес, он и не возник опять. На месте этих зданий возникали новые постройки вот эти вот по лужковскому стилю. Москва была грязноватая, конечно, при Лужкове, сейчас она очень чистая, потому что, конечно, Лужков создал какие-то возможности для дальнейшего роста Москвы, чем и воспользовался его преемник, но базис какой-то был построен Лужковым.

И вот я хочу сказать, мне-то больше нравилась лужковская Москва, она была какая-то такая, может быть, и грязноватая, но какая-то родная. Пробки… Кстати, при Лужкове в 6 раз выросло число автомобилей в Москве, поэтому пробки были неизбежны. Нам казалось, что новое руководство столицы решит проблему пробок, но оказалось, что пробки стали такие, что это уже и не пробки.

Константин Чуриков: Давайте сейчас послушаем нашу зрительницу, Людмила как раз из Москвы нам звонит. Людмила, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте. Я бы хотела сказать. Мы попали в самую вот мясорубку перестройки. Я даже не знаю, многие, многие не выжили, особенно мужчины помирали. Но таки с нами был Лужков. И вы знаете, Лужков действительно был с нами, он тянул со всей мочи. Эта кепка… Да это его кепка, потому что он просто был простой, наш был, простой. Мы его считали как нашим и говорили, что он шел с дворников, дошел вот до этого. Какой-то раз, он туда лез, сделали, он помогал, он нам, пенсионерам, все время, из копеек нам…

Сергей Лесков: Людмила, давайте я продолжу говорить то, что вы начали. На самом деле я совершенно с вами согласен. Конечно, Лужков жил и давал другим жить, при нем, конечно, начался бурный подъем московского малого такого и среднего бизнеса. Он жил и давал другим жить. И, кстати, если уж нам первой позвонила зрительница, я должен сказать, что он же, мэр Москвы, стал как бы прародителем нового явления: именно у Лужкова была первая талантливая жена, сейчас-то талантливых жен очень много, мы знаем, но первая, Елена Батурина, была именно у Лужкова. Именно она стала самой богатой женщиной России, а может быть, такой остается и до сих пор. Мы помним ее предприятия…

Константин Чуриков: В рейтинги входит до сих пор.

Сергей Лесков: Да, входит, «Интеко», замок в Австрии, всякое такое. Может быть, у нее и были на самом деле какие-то таланты.

Конечно, Лужков был порождением первого этапа развития капитализма в нашей стране, такого молодого, энергичного, как сам Лужков, голодного капитализма. И неудивительно, что когда капитализм стал другим, то он не вписался в новую эпоху и в 2010 году был отправлен в отставку.

Между прочим, есть еще один такой любопытный момент, на который я обратил бы внимание. Ведь Юрий Михайлович Лужков был порождением научно-технической интеллигенции, он же по образованию химик, был даже директором довольно крупного химического объединения, в Москве оно было расположено. И там, в общем-то, он и начал свою карьеру. В общем-то, его такой конкретный образ мысли, я думаю, связан именно с его естественнонаучным образованием. Потом пришло время юристов и экономистов. Что лучше, пусть каждый решает сам. Но, в общем-то, сейчас я не вижу в ближайшем таком окружении во власти этих вот химиков и физиков.

Константин Чуриков: Сергей, но все равно, вот смотрите, выше вы вспоминали достижения Юрия Михайловича, во всяком случае то, что было при нем в Москве, и вот 28 сентября 2010 года, я так понимаю, впервые была применена эта формулировка…

Сергей Лесков: Мне кажется, что это не так.

Константин Чуриков: …«в связи с утратой доверия».

Сергей Лесков: Нет, Костя, я не согласен с этим. Почему-то вот этот вот, то, что вы сейчас сказал, кочует сегодня в прессе. Может быть, Медведев это сделал и впервые, но до него президент Путин нескольких губернаторов отправил в отставку именно с этой формулировкой.

Константин Чуриков: Хорошо.

Сергей Лесков: Ненецкого округа, еще какого-то.

Константин Чуриков: Да. Тем не менее почему? Вот столько достижений, почему это случилось? Вот в чем он, вы говорите, не вписался в новый уклад капитализма? В чем это выражалось?

Сергей Лесков: Ни в чем, просто пришло время другой команды. Ведь политика – это команды. Он пытался пристроиться то к одной команде, то к другой. Пришло другое поколение, он уже и по возрастным категориям… Если главный его покровитель, Борис Николаевич Ельцин, ушел из политики, да и вообще даже из жизни, то, в общем-то, и время Лужкова тоже… Он 1936 года рождения, был уволен в 2010 году, посчитайте, сколько ему было лет, 74 года.

Ну… Пришло время молодых и голодных волков, я перефразирую одного американского классика. Это было совершенно очевидно: одна команда сменялась другой командой. Он дружил с Примаковым, но ведь и Примакова уже не было в политике. Все люди, на которых он делал ставку, уже стали пенсионерами. Он был до самых последних дней очень живым человеком.

Между прочим, если Костя спрашивает, в чем его отличие, в общем-то, ментально его отличие от политиков другого поколения в том, что он не боялся людей, он был всегда близок к людям, всегда. Сейчас, мне кажется, это свойство присуще очень немногим политикам…

Константин Чуриков: Вы на что-то намекаете, нет?

Сергей Лесков: Нет, я не намекаю. У нас есть, конечно, сейчас некая стена между политиками и народом. Он всегда мог войти в толпу. Сейчас, в общем-то, политики остерегаются это делать, и всякие походы в народ, мне кажется, организованы. У мэра Лужкова они не были организованы, они были спонтанны. Он был, может быть, последний такой популист и очень удачный популист. Еще вот есть такое слово «харизма», харизматик. Я не могу дать дефиницию этому слову, я могу только…

Константин Чуриков: Словари дают дефиницию этого слова.

Сергей Лесков: Нет, дело не в этом, не ищите.

Константин Чуриков: Да мы знаем.

Сергей Лесков: Но когда человек обладает харизматичностью, вот это понятно.

Константин Чуриков: Он заражает остальных, он как бы увлекает остальных собой.

Сергей Лесков: Вот у Лужкова была харизматичность, он был очень живой, энергичный. Он при его комплекции играл во все виды спорта, которые только существуют, в футбол играл лет до 70, по-моему.

Константин Чуриков: Подождите, если мы о хобби заговорили, мы еще пчел не вспомнили ни разу.

Сергей Лесков: Нет, ну этим он уже увлекся после отставки: пчела, гречка, коневодство. То есть он тоже занимался конкретным делом, у него была своя ферма в Калининградской области. Он писал книги, сам писал, кстати, книги, без помощников. Он, как говорят близко знавшие его люди, сам читал книги, а потом сам стал писать книги.

Вы знаете, я его как-то видел после отставки в Вене, он сидел один на лавочке на центральной площади около собора Святого Стефана, это кафедральный собор в Вене, сидел один почему-то и о чем-то думал, смотрел так печально вдаль. А мимо шли австрийцы, они же не знали, кто он такой, но почему-то я обратил внимание, что все проходившие оглядывались на него. Они не знали, кто это такой, но этот человек излучал какую-то значительность. Они ведь понимали, чувствовали, большой человек.

Константин Чуриков: Где еще встретишь отставного российского политика.

Сергей Лесков: Да, но они не знали, кто он, но он привлекал их внимание.

Оксана Галькевич: В Москве-то он точно не мог спокойно на лавочке сидеть.

Сергей Лесков: Я думаю, что вот не кепкой, а вот именно какой-то харизматичностью, которая была даже у отставного московского градоначальника.

Ну, что тут надо еще сказать? Конечно, он очень любил Москву. Я сам родился в Москве, живу в Москве, люблю Москву, и я всегда чувствовал, что даже если мэр Москвы и неправ, всегда чувствовалась его любовь к Москве даже в его ошибках, заблуждениях. Чувствуется ли она сейчас? Вопрос сложный. В нем всегда первым как бы его побудительным мотивом была любовь к Москве.

Кстати говоря, очень хорошо, что решено похоронить его на Новодевичьем кладбище, и большая лично у меня жалость, что уже нет Эрнста Неизвестного, а то он бы поставил такой же гениальный памятник, как он поставил на могиле Хрущева, который во многом, по-моему, похож на Лужкова. Конечно, это люди разного поколения, но что-то у них есть общее. Так что… Ну что тут еще скажешь? Да упокоится душа его с миром, хочется сказать. Большой человек, уходит эпоха, конечно.

Константин Чуриков: Нам еще звонит зритель, Сергей из Москвы, сейчас его выведут на линию. Сергей, выходите в эфир, добрый вечер, здравствуйте.

Зритель: Да.

Константин Чуриков: Здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте. Да, беспокоит вас Иванов Сергей Александрович, житель Москвы, 62 года, пенсионер. Вы знаете, я очень хочу высказать свое соболезнование по поводу безвременной кончины нашего мэра, который очень много делал для Москвы. В те самые лихие 1990-е гг., когда не только Москва, а вся страна опустилась в такой ужас, он держал наш город, он очень держал наш город. И, кстати говоря, он дал хороший толчок.

Вот он, кстати говоря… Многие там говорят, что что-то такое там было, – он ни одно здание не продал, он ничего не продал, он только давал в аренду, и это очень даже положительный пример для многих-многих наших вот там вот функционеров и остальных.

Константин Чуриков: Вы хотите сказать, что Сергей Семенович Собянин уже пришел не на пустое место, уже Москва жила, развивалась и так далее, да?

Сергей Лесков: Ну да, на самом деле… Я сказал это: на самом деле именно при мэре Лужкове началось преображение Москвы. Ведь, вы знаете, мир – это некая система рейтингов, и есть в этом городском хозяйстве множество рейтингов. При Лужкове Москва стала бурно подниматься вверх по многим и многим рейтингам: гостиницы, магазины, культурные объекты – всего этого в советской Москве не хватало. При Лужкове всего этого стало больше, хотя по-прежнему меньше, чем во многих мировых столицах.

Если уж мы вспоминаем Лужкова, давайте что-нибудь такое смешное скажем. Помните, он разгонял облака? Это впервые было такое ноу-хау, но опять его такой естественнонаучный бэкграунд, он привлек к себе неких изобретателей, которые во время крупных мероприятий в Москве разгоняли облака, чтобы в Москве была хорошая погода. По-моему, это до сих пор делается. Вообще он до последних дней ведь был изобретателем. Смешно, зачем ему это надо было, но где-то я нашел цифру, что у него было дикое количество авторских свидетельств.

Константин Чуриков: А на что, вот интересно?

Сергей Лесков: Можно посмотреть в Интернете. У него было 123 патента и 49 авторских свидетельств. Ну, например, от способа производства сбитня…

Константин Чуриков: Кулебяка, квас я вижу.

Сергей Лесков: …да, до интерьера московского такси.

Константин Чуриков: Ага.

Сергей Лесков: Он все изобретал. Способ изобретения кваса вы там можете найти, медовухи, там все, что совершенно…

Константин Чуриков: Читаю заголовок «Комсомолки»: «Лужков изобрел улей, роторный двигатель, расстегай и капсулы для семян». Разносторонний человек.

Сергей Лесков: Ну вот видите, это совершенно был неугомонный человек, совершенно живой. И вот именно это вызывает, конечно, какую-то симпатию. Он, кстати, и книги написал, мемуары там какие-то оставил, где давал объяснение своей отставке, впрочем, может быть, это субъективный взгляд, я призываю наших зрителей посмотреть, найти эту книгу, но правда это или нет, тут надо сопоставлять многие и многие источники. Я думаю, что мэр Москвы останется в памяти и в истории.

А по поводу его кончины в Германии мне, конечно, немного жалко, что свой земной путь он закончил как простой олигарх в немецкой клинике. Лучше бы, конечно, если ему суждено было прервать свой земной путь, то случилось бы это в одной из тех московских клиник, которые он так щедро поддерживал, на самом деле очень щедро, многие московские больницы стали при нем процветать. А умер из-за этой опалы как простой олигарх, имени которого никто не знает, в какой-то немецкой больнице. Говорят, спасти его было нельзя, а московские врачи могли бы и спасти, потому что у нас врачи очень хорошие, тут…

Оксана Галькевич: Ростовская область пишет: «Спасибо Лужкову за организацию ярмарок меда, это реальная помощь была пчеловодам». Архангельская область прислала сообщение: «Светлая память, помог в 1990-е гг. выжить Северодвинску», – какие-то связи…

Сергей Лесков: Да, он флот поддерживал.

Оксана Галькевич: Да.

Константин Чуриков: Пишут тут: «Собянин тоже держит, пенсия 19,5 в Москве».

Оксана Галькевич: Ну и очень много таких, знаете, сообщений такого рода, что он был москвичом, Москву любил, поэтому он был совершенно другим по стилю управления мэром, так скажем.

Сергей Лесков: Да. Но он был москвичом в первом поколении, кстати, потому что у него родители были из сельской местности, они во время индустриализации перебрались в Москву. Кстати, у него отец был в плену во время войны.

Константин Чуриков: А кстати, как вы считаете, Сергей, вот это важно на таком региональном уровне, чтобы руководитель был своим, из этого региона?

Сергей Лесков: Да.

Константин Чуриков: Или он может быть «варягом»?

Сергей Лесков: Всякое может быть, жизнь многообразна. Люди же – это все-таки не прайд львов, где какие-то жесткие ограничения существуют. Может быть и так, может быть и этак. Между прочим, я думаю, что нынешнему московскому руководству стоит подумать об увековечивании памяти Лужкова, он очень много сделал для города. Были ошибки, но и много положительного. У нас ведь есть мэры, имена которых остались: например, был такой московский градоначальник Алексеев, его именем названа больница, в которой его убили, кстати.

Константин Чуриков: Да? Та самая больница?

Сергей Лесков: Да, та самая больница, его там убил не слишком нормальный человек во время открытия. По-моему, есть какая-то… Предшественник Гавриила Попова Сайкин, что-то есть, по-моему, в Москве, какая-то топонимика, с ним связанная, он был директором «ЗИЛ» еще. Стоит об этом подумать, может быть, не стоит торопиться, конечно, но человек, который так много сделал, заслуживает того, чтобы его имя было увековечено. А так, в общем-то, московская топонимика хранит имена таких сомнительных личностей типа, например, Степана Халтурина, который взорвал Зимний дворец, что, в общем, тут увековечивать память Лужкова сам бог велел, мне кажется.

Константин Чуриков: Ну что, переходим к следующим темам?

Сергей Лесков: Да, давайте перейдем к следующей теме. Мы вчера говорили про встречу «нормандской четверки». Чем она закончилась, мы сказать не могли, ибо они собрались вечером, заседали почти 10 часов, там, говорят, журналисты в обморок падали от голода и недостатка воды.

Константин Чуриков: Здравствуйте. Где наша не пропадала? Там в «нормандском формате» было дело, они там сколько, 17 часов сидели, да? И ничего, все выжили.

Сергей Лесков: Бывает такое, да. Но трудная журналистская тропа, тут, в общем, и не такое можно вынести ради информации. Ну так что? К чему они пришли? Между прочим, я еще вчера подумал, что для делегации украинской, может быть, встреча в Париже не слишком была приятна, ведь кто сейчас главный герой украинской истории? Это Симон Петлюра, а где закончил свой земной путь Симон Петлюра? Его убили в Париже. Помните эту душераздирающую историю, когда его убил…

При Петлюре на Украине были не просто еврейские погромы, а была еврейская резня. Его убил человек, у которого петлюровцы истребили всю семью. Суд присяжных признал этого человека виновным и приговорил его… к одному франку штрафа, чтобы он оплатил мойку мостовой, на которую пролилась кровь Петлюры, вся его вина была в том, что мостовая стала грязная. Но этот вот человек сейчас герой Украины, там даже национальные музеи есть. Ну это так, к слову, об этом можно было подумать в течение 10 часов, пока заседала «нормандская четверка».

Итак, до чего договорились и до чего не договорились? Ну, я бы обратил внимание вот на что. Обмен пленными в режиме всех на всех до Нового года. До Нового же года должно состояться бессрочное прекращение огня, то есть огонь должен прекратиться до Нового года, но прекращение должно быть бессрочным. Все участники этих переговоров согласились на том, что минские соглашения пересмотру не подлежат, они являются базисом, а особый статус Донбасса должен быть отражен в законодательстве Украины, в том числе и в Конституции. Отвод вооруженных сил тоже должен состояться, но не в том формате, как предлагали некоторые, на всем 400-километровом участке соприкосновения вооруженных сил, а в трех точках, ну хотя бы до этого.

О чем не удалось договориться? Ну, во-первых, Украина не смогла продавить то, что ей кажется чрезвычайно важным, установление контроля за границей в точке соприкосновения Донбасса и России. Ну как можно было на это надеяться? Невозможно. Сегодня Путин сказал, что если бы на это было дано согласие, то это было бы второй Cребреницей. На самом деле националисты тогда бы пришли на Донбасс и всех бы перевешали, это соглашение все равно что добровольно подняться на эшафот, это совершенно очевидным кажется. Не удалось договориться по поводу сроков выборов на Донбассе, ну и также газовый вопрос тоже подвис в воздухе.

Собственно, я вчера и делал прогноз о том, что результаты будут скромные, наверное, другого ждать и не приходилось. Главный итог этой встречи «нормандской четверки» – это то, что договорились договариваться, сам факт переговоров и является главным итогом этих переговоров, потому что стоит напомнить, из-за неприятия Россией фигуры Порошенко, предыдущего президента Украины, 3 года этот «нормандский формат» не собирался.

Состоялась личная встреча Путина и Зеленского, от которой Порошенко отговаривал молодого президента. Почему, кстати?

Константин Чуриков: Сам при этом встречался в свое время.

Сергей Лесков: Да, но, видимо, он почувствовал, я могу предположить, свою никчемность какую-то, свое психологическое поражение, поэтому он проецировал подобный же итог на все другие личные контакты с президентом России. Нет, вроде бы нормально поговорили, хотя поговорили недолго, потому что пришел президент Франции и попросил, значит, продолжить переговоры в полном формате.

Ну, мы должны смотреть на жизнь трезво. Не означает то, о чем согласовали стороны в этом итоговом коммюнике, будет преподнесено в самом Киеве именно так же. Как говорил Аль Капоне, важно не то, что ты говоришь, а важно, где и когда ты это говоришь, поэтому то, что Зеленский говорил на итоговой пресс-конференции, может быть отредактировано, когда он вернется в Киев, потому что там националистическая оппозиция достаточно сильная, стоит вспомнить, что его вообще Майдан провожал.

Кстати, зачем он взял с собой в Париж Авакова, министра внутренних дел? Какое имеет отношение к этим переговорам Аваков? Может быть, он боялся переворота? Аваков возглавляет там какие-то крупные вооруженные формирования. Не знаю. Как говорят участники этих переговоров, Аваков ходил неприкаянный, но был на коротком поводке, одна из каких-то таких загадок этих переговоров в Париже.

И следующая встреча должна состояться через 4 месяца, и главная тема этих переговоров, которые будут уже в Германии, уже названа, это будут выборы местной власти в Донбассе. На это пока Киев не соглашается. Удастся ли за 4 месяца Зеленскому внести какие-то изменения в украинское законодательство? Не знаю.

Константин Чуриков: Сергей, но все-таки важный аспект. После встречи, я так понимаю, он сказал журналистам о русском языке на Украине, цитата: «Не вижу проблем в использовании русского языка на Украине и готов общаться на нем сам». Ну если это превратится в какое-то решение законодательное…

Сергей Лесков: Ну, это какое-то парадоксальное заявление, он вообще… Зеленский нормальный человек, и как все нормальные киевляне он, естественно… Да он, кстати, по-моему, не оттуда же родом, а из Днепропетровска, если я не ошибаюсь, там тоже говорят на русском языке. Это русскоязычные территории, я не села имею в виду, а города. Но там, мы вчера уже говорили, во-первых, Порошенко на излете своего президентского срока принял этот дискриминационный закон о языке, он не отменен, этот закон, сейчас мы к нему вернемся. Плюс уже неделю назад появился уполномоченный по мове, специальный человек, который будет следить за тем, чтобы все чиновники и общественные деятели говорили только на украинском языке. Поэтому это заявление президента Украины парадоксально.

Другое дело, что сегодня из Киева пришла другая новость о том, что один из депутатов Верховной Рады подал запрос на отмену этого закона о языке, и это было бы правильно. Кстати, по-моему, Совет Европы тоже обращал внимание Украины на то, что это дискриминационный закон, мне совершенно это очевидно, закон дискриминационный. И на самом прогрессивном и либеральном Западе если бы какая-то страна приняла такой закон, то, в общем-то, шуму было бы сколько угодно.

Я не буду цитировать, что сказал там один из американских президентов по поводу президента Панамы, но здесь это напрашивается. То есть можно нарушать всякие, значит, демократические нормы, если ты свой в доску, получается так. И неслучайно сейчас многие острые на язык люди говорят, что русские на Украине оказались в положении евреев в Германии в 1930-х гг. Ну, в общем-то, на самом деле это дискриминируемое я хотел сказать меньшинство, но опять же это не меньшинство, это половина населения была до того, как Украина взяла этот странный и, мне кажется, самоубийственный курс.

Посмотрим, что будет. За 4 месяца, которые до следующей встречи «нормандской четверки», может произойти очень и очень многое. Но самое главное – началось движение.

Константин Чуриков: Сергей, у нас мало времени и еще одна тема под названием WADA, о которой, кстати, вчера высказался и президент страны. Он сказал, что у WADA нет претензий к Олимпийскому комитету России, а если нет претензий, то страна должна выступать под своим флагом, такова Олимпийская хартия.

Сергей Лесков: Ну это примерно те же самые аргументы звучали, когда Россию наказывали перед Олимпиадой в Бразилии и Южной Корее. Здесь пока… Значит, не надо думать, что президент Путин, который провел в Париже бурные переговоры, тут же может четко сориентироваться в этой проблеме. Это очень сложный вопрос.

Конечно, не вызывает сомнений, кстати, он об этом сказал, да и премьер об этом говорил, что это сражение проиграли наши спортивные чиновники, которые фактически год опять молчали, может быть, они пытались договориться, как у нас принято, под столом, но суть претензий была ясна еще фактически год назад, ничего не сделано. Базу данных подменили, да, это сделал не Олимпийский комитет России, это сделала не Антидопинговая лаборатория, к ней тоже претензий нет. А к кому тогда претензии предъявлять? Кто это сделал? Почему… Мы же знали, у нас есть честные люди в стране, Россия же честная страна.

Константин Чуриков: К счастью, еще пока есть.

Сергей Лесков: Да. Почему честные люди, которые работают в российском спорте, не обратили внимание на то, что нечестные люди, которые подобрались к российскому спорту, подменили базу данных? Это факт, который никем не оспаривается. Давайте мы сначала разберемся. И не надо обижаться на других. Президент ЮАР Нельсон Мандела говорил, что обижаться – самое глупое занятие, это все равно выпить яд и ждать, что от этого яда умрет твой враг. Надо сначала разобраться в своих собственных грехах, а потом искать, значит, недоброжелателей России за ее пределами.

Оксана Галькевич: Спасибо.

Константин Чуриков: Спасибо.

Оксана Галькевич: Сергей Лесков, обозреватель Общественного телевидения России, был у нас в студии. Спасибо. До встречи…

Константин Чуриков: …завтра, конечно.

Оксана Галькевич: Завтра, Сергей, очень ждем.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)