Сергей Лесков: Какого бы гопака не плясали украинские политики, мы народы одной крови, культуры, веры

Гости
Сергей Лесков
Обозреватель

Анастасия Сорокина: В прямом эфире программа «ОТРажение», в студии Александр Денисов и Анастасия Сорокина.

Александр Денисов: Да. Через полчаса у нас две темы. Первая про опасный контент, как социальные сети «подштрафуют» от опасного контента. Вторая про Олимпиаду-1980, 40 лет прошло, вспомним молодость, но не нашу, молодость страны.

Анастасия Сорокина: Ну а сейчас вспомним главные темы этой недели и поговорим об этом с Сергеем Лесковым, обозревателем Общественного телевидения. Сергей, добрый вечер.

Сергей Лесков: Да, добрый вечер.

Александр Денисов: Здравствуйте, Сергей.

Сергей Лесков: Я в поле зрения?

Анастасия Сорокина: Да, мы вас видим.

Сергей Лесков: И в поле слышимости? Хорошо.

Александр Денисов: Сергей, вы в сфере нашего внимания, вот так вот мы скажем, Сергей.

Сергей Лесков: А, хорошо. Давайте тогда начнем с места в карьер, событий достаточно много. Мне доподлинно известно, что о многом вы уже говорили в наших замечательных программах, поэтому тут приходится делать некий тендер.

Ну, давайте мы начнем с «Северного потока – 2». Это трубопровод, который прокладывает по дну Балтийского моря Россия в Германию и который окружен американскими санкциями. Мы помним, что его не удалось достроить, потому что американцы набросили, как ковбой лассо, санкции на европейские компании, они испугались. Вот теперь американцы грозят новыми санкциями, поскольку Россия подтянула туда собственную технику с Дальнего Востока.

Сюжет чрезвычайно интересный, и на нем стоит остановиться поподробнее. Ну, очевидно, что он интересен нам прежде всего потому, что каждый второй рубль в нашей зарплате так или иначе пахнет нефтью и газом. От продажи нефти и нефтепродуктов мы получаем почти 200 миллиардов долларов, от продажи газа 25 миллиардов долларов. Это очень большие поступления, поэтому даже для тех, кто в жизни не видел трубопровода, тем более подводного трубопровода, все равно это вопрос чрезвычайно важный и актуальный.

Итак, американские политики вообще не стесняются в выражениях, они обращаются к Германии, нашему главному партнеру в этом проекте: «Хватит кормить хищного зверя». Они обращаются к партнерам, среди которых не только немецкие компании, но и австрийские, финские, итальянские, французские компании: «Убирайтесь, или будут последствия». Какие могут быть последствия? Здесь несколько вариантов, санкции еще не объявлены, но все эксперты говорят о том, что они неминуемы с 2021 года.

Ну, первый вариант самый жесткий: если европейцы продолжают сотрудничать, то американцы накладывают какие-то санкции. Второй вариант: Германия пролоббирует мягкий вариант, который был и раньше, потому что не исключено, что будут только санкции в отношении «Газпрома», который уже сталкивался на Сахалине с американскими санкциями, и, кстати говоря, та техника, которая сейчас с Дальнего Востока пришла в Балтийское море, она именно построена или приобретена у Китая и Кореи именно после американских санкций. А третий вариант, конечно, мне нравится больше всего, достроить этот «Северный поток – 2», он построен, я напомню, на 95%, до наступления 2021 года, тогда и санкции накладывать будет не на кого. Жесткий вариант на самом деле обоюдоострый, ведь, будем прямо говорить, для Трампа главным врагом является все-таки не Россия, а Китай, и если Трамп будет очень сильно давить на Россию, то неизбежно сближение с Китаем. Таким образом, эти санкции могут оказаться выстрелом себе в колено.

Вообще, конечно, основное ведь количество премий по экономике, Нобелевских премий по экономике, получают американские ученые. Почему американские политики забывают о том, что (кстати говоря, Маркс про это не знал), в общем-то, контракты регулирует не производитель, а потребитель. Россия не сможет продавать в Европу больше газа, чем это нужно самой Европе. В прошлом году было 38%, сейчас снижается, 34%. Может быть, будет и еще меньше. Этот трубопровод никоим образом не увеличивает газовую зависимость Европы от России, здесь все зависит от внутреннего спроса. Просто это некая подстраховка на случай выхода из строя украинской газотранспортной сети. Она построена почти 50 лет назад, а ну-ка она взорвется? Такое ведь бывает, с трубопроводами сплошь и рядом бывают аварии. Кто будет за это отвечать? Европа останется без газа, замерзнет, на Украине возможны какие-то даже трагические последствия, американцам это все равно.

Вообще опыт... Что нужно Америке? Америке лучше, если Европа воюет с Россией, а не торгует с Россией. Опыт всех мировых войн подсказывает, что самый большой гешефт Америка получала в результате мировых войн, когда она приходила, наводила свой порядок и набивала себе карманы. В общем-то, и в данном случае устроить какой-то хаос на газовом рынке самое прекрасное. Между прочим, госсекретарь Помпео прямо говорит, что вместо российского газа Америка готова предоставить свой сжиженный природный газ. Но не надо забывать, что он дороже, платить-то опять будут европейские бюргеры, но Америке это тоже безразлично.

Ну и на самом деле в этой войне, Америка же торгуется, это же самые лучшие купцы на свете после того, как русские купцы отошли в мир теней, естественно, это многоходовые какие-то комбинации, а не двухходовки, это не школьная шахматная доска, это гроссмейстеры, – они, конечно, хотят, чтобы немцы пошли на какие-то уступки. Ну какие? Ну, например, платили бы больше в НАТО. Предположим, американцы не будут вводить самые жесткие санкции против немецких партнеров «Газпрома», а Германия будет больше платить в НАТО. Это чрезвычайно, конечно, интересная ситуация, и я еще раз скажу, это какая-то гроссмейстерская такая партия, за развитием которой наблюдать чрезвычайно интересно.

Конечно, и для нас здесь есть много каких-то нравоучительных моментов. Ясное дело, что «Газпром» не просчитал план Б, «Газпром» был совершенно уверен, что построит «Северный поток – 2» в назначенные сроки, не ожидал этих санкций, не ожидал, что западные трубоукладчики испугаются и вильнут хвостом, а своей техники не было, плана Б не было. И конечно, убытки довольно велики, хотя можно было бы иметь и собственную технику, ведь после того как в 2014–2015-х гг. были объявлены технологические санкции на проект «Сахалин – 2» на Дальнем Востоке, «Газпром» вместе с российскими научными институтами сумел построить...

Александр Денисов: Сейчас мы восстановим связь, интернет такое дело, в интересный момент и отказывает, а говорят, высокие технологии, вот, пожалуйста. Сейчас Сергей Лесков вернется в эфир, поговорим дальше про строительство трубопроводов, сейчас перенаберем. Сегодня у нас еще много интересных тем с Сергеем впереди и у нас тоже в эфире. Кстати, Олимпиада-1980, про которую мы будем говорить, тоже в режиме санкций происходила... Сергей, вспоминаем Олимпиаду-1980, тоже в режиме санкций, трубопроводы тоже строились в режиме санкций у нас.

Сергей Лесков: Конечно.

Александр Денисов: Все это хроническое.

Сергей Лесков: Трубопроводы тоже же американцы мешали строить в советское время, а на Олимпиаде-1980 американцев не было, тоже своего рода санкции.

Александр Денисов: Конечно.

Сергей Лесков: Ну, наконец, самый, пожалуй, важный такой урок из всей этой катавасии вокруг «Северного потока – 2» состоит вот в чем. Мы много говорим о том, что необходимо построить экономику знаний, но, к сожалению, мы унаследовали советскую экономику, построенную на экспорте нефти и газа, и по-прежнему не можем отказаться от этой модели. Как в 1969 году был, значит, введен в действие легендарный Самотлор, так и сейчас мы сидим на этой зловредной игле. Все разговоры об инновациях, об экономике знания, о высоких технологиях так и остаются разговорами. Все-таки я тешу себя надеждой, что вот эта вот история с «Северным потоком – 2» окажется таким самым важным уроком. Я надеюсь, что это вообще будет последний трубопровод, который в России тянется, это, в конце концов, остатки наших мамонтов.

Александр Денисов: Сергей...

Анастасия Сорокина: Сергей...

Александр Денисов: Матвей хочет с вами поговорить.

Анастасия Сорокина: Из Москвы дозвонился до нас.

Сергей Лесков: Да.

Анастасия Сорокина: Здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте. Я из Москвы, зовут меня Матвей, человек с высшим образованием.

Читал несколько книг на эту тему, газ, нефть, книжку под названием «Почему Россия не Америка?», автор, кажется, по фамилии Паршев. И вот у меня вопрос к Сергею, хотя, наверное, скорее всего, надо спросить не у Сергея, а, наверное, у руководителей нашей страны: что мы будем делать, когда мы распродадим ресурсы, нефть, газ? Ведь они ограничены, эти ресурсы, они же невозобновляемые, а мы самая холодная страна в мире. Как мы будем, чем мы будем отапливаться? Мы сейчас отапливаем теплую Европу, а чем будем отапливаться потом? Все.

Александр Денисов: Спасибо, Матвей, за вопрос. Сергей, безусловно, знает ответ.

Сергей Лесков: Это риторический вопрос. Да, такая проблема на самом деле существует, но говорить о том, что у нас наши нефтегазовые месторождения близки к истощению, – нет, это сильное преувеличение.

Потом... Вы знаете, хорошие вопросы задает наш зритель. Крупнейший советский ученый Евгений Павлович Велихов, руководитель Курчатовского центра, говорил мне, что его дед тоже был энергетиком (конечно, атомной энергетики тогда не было), и он по заказу Московской городской Думы еще до революции подготовил проект о том, в каком состоянии будет находиться московская энергетика через 100 лет. Ну, главным, конечно, тогда топливом в видении ученых, в начале XX века, главным топливом был торф и дрова, а главной проблемой для больших городов было наличие конского навоза на улицах. Все это сейчас выглядит анекдотом, но это совершеннейшая правда, я не могу сомневаться в компетенции Велихова и его семьи.

Вот так и сейчас: мы чего-то опасаемся, что что-то там закончится, но мы стоим на пороге такой революции, которая, может быть, сделает все наши сегодняшние представления и ценности второсортными. Вы знаете, что в Европе к 2050 году собираются перейти на водородную энергетику. Термоядерный реактор во Франции строится, пока он находится в экспериментальном таком режиме, но с большой степенью вероятности через несколько десятилетий у нас будет совершенно другая энергетика, и о нефти и газе, о бензине и дизеле мы забудем, как, предположим... Невозможно же было представить это во времена наполеоновских войн, что... Да каких наполеоновских войн, Семен Михайлович Буденный не мог же представить, что его тачанки в считанные годы станут достоянием музеев, так и здесь. Пока экономика такая, мы извлекаем из нее пользу, хотя лучше было бы, конечно, продавать какие-то гаджеты Америке, а не строить там сеть наших бензозаправок, как делает «Лукойл».

Анастасия Сорокина: Еще один звонок, Сергей, примем, Валентина из Москвы на связи. Здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте.

Александр Денисов: Здравствуйте. Мы, наверное, ошиблись – как вас зовут?

Зритель: Валентин Борисович.

Александр Денисов: А, Валентин Борисович.

Анастасия Сорокина: Валентин.

Александр Денисов: Да-да-да. Говорите, пожалуйста.

Анастасия Сорокина: Говорите, слушаем вас.

Зритель: Так. Я хотел бы задать вопрос Лескову, почему... Ну, как Иисус учил: «Относись к другим так, как хочешь, чтобы к тебе относились», – в этом закон. Почему наша страна, вообще почему соответственно этому и как делают американцы нельзя объявить санкции Украине, прекратить полностью подачу газа по трубе через Украину и взамен предложить Меркель и Путину совместно вплоть до военного обеспечения просто достроить этот «Северный поток – 2»? И все, проблема решится.

Александр Денисов: Да, спасибо, Валентин Борисович. Сергей? Ну, Меркель пока не особо разбегается, конечно, помогать нам достраивать, она считает, раз взялись за гуж, то не говори, что не дюж, тяни дальше сам.

Сергей Лесков: Тут, конечно, интересный вопрос, если продолжить мысль нашего уважаемого зрителя: а если американцы военной силой принудят Германию, значит, отказать российским кораблям, российским судам в стоянке в их портах, которые собираются достраивать эти несчастные километры? Очень интересный сюжет.

По-моему, прозвучала мысль в словах нашего зрителя о том, что что-то надо, силовые акции в отношении Украины предпринимать, – нет, ни в коем случае, я не согласен. На Украине живут наши люди, какие бы безумства ни вытворяли их политики, какого бы они там гопака ни плясали, не надо забывать, что мы люди одной крови, одной культуры, одной веры, у многих там родственники, семьи, разделенные пополам. Гуманные и, скажем даже больше того, христианские ценности – это непоколебимый какой-то багаж, от этого отказываться нельзя.

Кстати, по поводу того, как сейчас немцы встали перед такой дилеммой, проводить свои экономические интересы или показать какую-то бесхребетность, уступить американской нахрапистости. Мы помним, что сейчас происходит в Америке, там белые в массовом порядке встают на колени перед так называемыми афроамериканцами и просят у них прощения. Если это войдет в национальную традицию для американцев, не получится ли так, что лет через 20, ну если немцы уступят, американцам не придется стоять на коленях перед немцами за то, что они разрушили собственную экономику, купившись на эти угрозы и посулы американских политиков, – а, можно себе такое представить? Вот Трамп, он же тоже немец вроде бы по происхождению, вот и будет...

Александр Денисов: Сергей, зрители соскучились без вас...

Анастасия Сорокина: Хотят с вами пообщаться.

Александр Денисов: Да, Петр из Ростовской области дозвонился.

Зритель: Здравствуйте.

Анастасия Сорокина: Добрый вечер.

Зритель: Это город Новочеркасск. У меня такой вопрос. Вот с 1 августа опять повышаются цены на электроэнергию, на газ. У меня вопрос такой: почему мы заграницу продаем задешево, а нам цены каждый месяц подымают? Такой у меня вопрос. И это людей всех интересует здесь, не только меня. Ответьте, пожалуйста.

Александр Денисов: Хорошо, Петр, спасибо.

Анастасия Сорокина: Спасибо.

Сергей Лесков: Ну, вопрос ваш вполне обоснованный. Если бы мы не продавали газ заграницу, то цены бы росли гораздо больше. Я уже сказал, что за счет продажи нефти, нефтепродуктов и природного газа за границу мы получаем 60% нашей экспортной выручки, 420 миллиардов долларов общие экспортные доходы России за прошлый год, 60% из них – это продажи углеводородов. Хорошо бы, если бы цены не росли, да, но весь опыт мировой экономики сводится к тому, что цены всегда растут, что тут ни поделаешь, так мир устроен.

Почему вы говорите про газ? Цены растут на все абсолютно и не только в России, цены растут на все во всех странах. Какой-то даже это заложен там процент инфляции в бюджеты всех стран, это неизбежный закон жизни, как, ну я не знаю, вам может не нравиться собственное старение, но эликсир молодости еще никто не изобрел, точно так же никто не изобрел еще лекарства от повышения цен. Так происходит...

Александр Денисов: Сергей, знаете как, выражение есть: цены, как пешки, назад не ходят, только вперед.

Сергей Лесков: Да, хорошее выражение, да. Правда, в шашках, по-моему, там что-то немножко иначе, но жизнь больше похожа на шахматы, а не на шашки.

Давайте мы еще о чем-то поговорим, потому что жизнь все-таки не... Это только у Черномырдина жизнь прошла в атмосфере нефти и газа, у нас есть и какие-то еще события. Мы на прошлой неделе говорили о том, что в Астрахани собираются закрыть школу за рекордно низкие результаты Единого государственного экзамена, но вокруг ЕГЭ продолжают кипеть страсти. Теперь уже собрано несколько петиций за то, чтобы отменили результаты ЕГЭ по химии на том основании, что они слишком сложные. Сегодня во второй половине дня Рособрнадзор уже опроверг эти инвективы в том, что тесты слишком сложные: тесты нормальные, говорит Рособрнадзор, вполне на уровне школьной программы, а те, что посложнее, просто для профильных классов.

Вообще страсти, конечно, по поводу ЕГЭ только могут на первый взгляд показаться локальными, на самом деле они чрезвычайно важны. Кстати говоря, когда писались эти петиции, к ним присоединились иные учителя, иные какие-то химики-технологи, которые говорили, что они не могут решить эти школьные задачки, – может быть, не задачки сложны, а химики-технологи такие несведущие? Может быть, у нас поэтому с химией дела обстоят не слишком хорошо? У нас, кстати говоря, если по физике больше 10 нобелевских лауреатов, то по химии только один, да и вообще он был первым советским нобелевским лауреатом.

Кстати, от его учеников, это, естественно, академик Семенов Николай Николаевич, от его учеников я слышал такую историю. Когда академик Семенов участвовал в одном из первых испытаний советской атомной бомбы, то он всему советскому генералитету говорил о каких-то особенностях радиационной химической защиты, и все эти генералы, высшие чины советской армии, слушали его. И когда он закончил, он сказал: «А вопросы-то какие-то есть?» И министр обороны сказал ему, что «мы настолько ничего не понимаем, что даже и вопрос задать не можем».

Не оказывается ли так, что уровень тех химиков, псевдохимиков, которые подписали эту петицию, примерно такой же, как у генералов, которые выслушивали нобелевского лауреата по химии, академика Семенова? Ну, если с генералов, в общем-то, никто и не требует знания химии, особенно в 1950-е гг., то что у нас за химики такие? Стоит, видимо, напомнить, что химия, как и физика, основа из основ для естественнонаучных знаний, без физики и химии невозможно современное материаловедение, в общем, построение экономики на высоких технологиях без химии обойтись не может. Поэтому сами по себе эти сетования и жалобы на сложные экзамены мне кажутся достаточно лицемерными и двусмысленными.

Анастасия Сорокина: Сергей, но там же одна петиция от химика-технолога, остальные от родителей, которые видели, как дети готовятся, они проходили подготовку на разных программах перед Единым госэкзаменом, а потом была вот такая колоссальная разница. То есть это скорее больше родители возмущены, чем химики.

Сергей Лесков: Да, Настя, я как многократный родитель могу вам авторитетно заметить, что ничему нельзя доверять менее, чем мнению родителя о своем ребенке. Значит, главная причина жалоб и родителей, и самих детей на ЕГЭ, на Единый государственный экзамен, состоит в его результатах. Идеальных систем не бывает, но ЕГЭ на сегодняшний момент, и это подтверждает опыт всех стран мира, от Америки до Китая, где ЕГЭ введен в той или иной степени, – это наиболее чистое и объективное зеркало, которое показывает уровень знаний и уровень подготовки.

Кстати говоря, в этом году, конечно, школьникам было сложнее в условиях дистанционного образования готовиться к ЕГЭ, это тоже фактор негативный, прежде почему-то не жаловались на Единый государственный экзамен. Я больше в данном случае верю Рособрнадзору, там же не враги детей собраны, а, в общем-то, специалисты. Как говорил академик Зализняк, лучший способ добиться успеха в жизни – это верить специалисту, а не дилетанту, особенно такому субъективному, как родители.

Анастасия Сорокина: Но просто родители будут потом платить за учебу тех детей, которые не поступят, не добрав баллы на экзаменах.

Сергей Лесков: На самом деле бюджетных мест меньше не будет, почему же? Все равно бюджетные места надо занимать. Это очень спорный вопрос. Еще раз, надо лучше учиться, лучше готовиться. Я постоянно вижу попытки так или иначе выхолостить систему ЕГЭ, которая, имея немало недостатков, все-таки сумела преодолеть те кризисные явления, которые были в нашем образовании до этого. Мы прекрасно знаем, как, значит, в советское время готовились золотые выпускники, как по звонку... Фактически ведь школа чем занималась? Она выставляла отметки самой себе и была чрезвычайно довольна, школа проверяла на экзаменах саму себя, это предельный субъективизм.

Сейчас, когда предложена система более объективная, вот и начались эти жалобы. Еще со времен Гоголя известно, что зеркало никого не радует, помните пьесу «Ревизор»? Ну вот примерно то же самое происходит и с Единым государственным экзаменом, который, на мой взгляд, по моему глубокому убеждению, в общем-то, является таким стратегическим элементом российской экономики.

Мы только что минут 20 говорили про американские санкции, Настя, а вот что, скажите, было бы желательно жесткий экзамен или жесткие санкции? Это ведь вещи, связанные друг с другом. Если у нас плохой уровень специалистов, в том числе и по химии, то мы оказываемся незащищенными перед санкциями наших так называемых партнеров, а в действительности оппонентов и конкурентов. Чем жестче у нас будет экзамен, тем выше будет качество наших специалистов, а санкции будут нам по барабану.

И казалось бы, два этих вопроса, «Северный поток – 2» и сетования по поводу сложности на экзамене, стоят друг от друга бесконечно далеко, как Северный полюс и Южный полюс, как «Северный поток» и «Южный поток», а на самом деле это родственные вопросы. Я никогда не поверю в то, что человек, который хочет стать химиком и связывает свою судьбу с химией, не может решить школьных задач по химии. Значит, что-то не в порядке с подготовкой. Ну, в данном случае, в этом году, конечно, это можно списать на сложность с этим самым карантином, дистанционным образованием.

Давайте мы поговорим еще кое о каких вещах, которые мне кажутся очень интересными и важными. Казалось бы, это от нас далеко, мы знаем, что в Америке будут в этом году президентские выборы, и там появился новый кандидат по имени, он репер, Канье Уэст. Я не буду обманывать наших дорогих зрителей, это имя мне ничего не говорит. Более того, я не являюсь знатоком рэпа, хотя, когда у нас был арестован где-то в Краснодаре или в Ростове рэпер наш российский по имени Хаски, я в одной из передач осмелился процитировать его, как оказалось, хорошее сочинение.

Так, в общем-то, на самом деле рэпер Канье Уэст, он, кстати, чернокожий, ему 43 года, и его называют одним из величайших актеров XXI века. Звучит это странно, но у него более двух десятков музыкальных премий «Грэмми», 120 миллионов проданных дисков и цифровых носителей. Вот его показывают с президентом Трампом, Канье Уэст. Кстати-кстати, я прерву рассказ, рядом с ним его жена, знаменитая Ким Кардашьян, почти наша, у них четверо детей, хорошая пара. Конечно...

Александр Денисов: Одобряете выбор, Сергей?

Анастасия Сорокина: «Наша» – это в каком смысле?

Александр Денисов: Ну почти наша, армяне.

Сергей Лесков: Она армянка, она этническая армянка.

Александр Денисов: Армяне, да.

Сергей Лесков: Так вот, он каждый год зарабатывает под 200 миллионов долларов. Очевидно, он однозначно богаче Дональда Трампа, с которым он сейчас обнимается. Вообще колоритный, конечно, персонаж, он говорит, что он, Канье Уэст, является голосом, который выбрал Бог, он христианин, кстати, и он верит в Бога, но каждый день огорчает Бога. Колоритный человек. Но многие тут же указывают на то, что он страдает раздвоением личности: то он говорит, что будет кандидатом в президенты, то отказывается. Ну, для человека, у которого личность раздвоенная, это вполне нормально. А во-вторых, в общем-то, самочувствие некоторых других кандидатов в президенты США ничуть не лучше, поэтому, в общем-то, здоровье здесь не может быть помехой.

Александр Денисов: Ну, Джо только женщин путает, нормально, у него вроде, в остальном он уверенно движется к цели, хочет быть президентом, у него не бывает дней, когда он не хочет.

Сергей Лесков: Для Ким Кардашьян, конечно, важно, чтобы Канье Уэст не путал ее с другими женщинами, вроде бы пока не путает, надо признать должное. Кстати, если мы вступили на неверную дорожку этих самых сплетен, я должен сказать, что предыдущий муж Ким Кардашьян, какой-то олимпийский чемпион по десятиборью, я не знаю, как это называется, короче, он был мужчиной, а стал женщиной.

Александр Денисов: Да вы что?

Сергей Лесков: Да. Но он олимпийский чемпион по десятиборью.

Александр Денисов: Это уже «одиннадцатиборье», еще один рубеж взял.

Сергей Лесков: Вот, то есть она вовремя развелась со своим предыдущим мужем и нашла человека, который не меняет главную гендерную личину, а всего лишь хочет пробраться в политику.

Здесь на самом деле, мне кажется (хватит шутить), есть и серьезный вопрос, связанный с тем, почему же, почему же так много деятелей шоу-бизнеса сейчас направляются в политику. Ну конечно, напрашивается пример соседнего президента Зеленского, но таких примеров очень много. Когда Владимир Александрович Зеленский стал президентом любимой нами Украины, мы много рассказывали о других политиках, его соратниках по профессии.

Вот мне кажется, что, конечно, современная политика все более и более становится похожа на шоу-бизнес, это родственные занятия. Факты интересуют мало современных политиков, все больше они ориентируются на вымысел; смыслов каких-то уже нет, лозунг важнее, чем содержание. Неслучайно многие политики являются марионеткой в руках имиджмейкеров, хвост виляет собакой, политики вешают лапшу на уши, совершенно не обращают внимание на реальные факты, что стоит хотя бы там переписывание истории бесконечное. Поэтому и многие деятели шоу-бизнеса чувствуют себя в политике как рыбы в воде, это родная для них среда. Хорошо это или плохо? Ну, мне кажется, что ничего хорошего в этом нет, как-то прежде было иначе, но это, в общем-то, реалии сегодняшнего дня.

Что касается рэпа, это область, в которой специализируется муж Ким Кардашьян и друг Трампа, то, в общем-то, для нас это бесконечно далекая область, еще дальше, чем джаз, который тоже является негритянской субкультурой, рэп все-таки негритянская субкультура. Но конечно, прямо скажем, что, в общем, это язык современной поэзии, который охватывает все больше и больше стран.

А политика – это театр. Недаром самый популярный, как показывают социологические опросы, политик XX века Иосиф Виссарионович Сталин так любил театр и, например, «Дни Турбиных» во МХАТе он смотрел 14 раз. Наверное, он что-то находил родственное в театральном искусстве. Ну, посмотрим, будет ли Канье Уэст баллотироваться, может быть, одна из двух его половин, которая не хочет быть президентом, победит первую. Для нас, конечно, является интересным вот какой вопрос: а возможно ли в России появление таких политиков, которые вышли из шоу-бизнеса? Мы не будем говорить...

Александр Денисов: Ну Евдокимов же был губернатором.

Сергей Лесков: Да, был, но это... Губернатор все-таки не политик высшего такого разряда. Была Ксения Собчак, она же тоже, в общем-то...

Александр Денисов: Сергей, но тут и не артистка, и не политик.

Сергей Лесков: Ну да. Нет, ну понятно, это просто пародия.

А могут ли быть в России какие-то серьезные претензии? Я думаю, что нет. Природа русской власти носит сакральный характер. Если на Западе политик – это временное явление, он там посидел несколько лет и сгинул, может быть, в лучшем случае организовал какой-то фонд, политики меняются, как времена года, на Западе. У нас человек если приходит на крупный руководящий пост, он должен отдавать этому всю жизнь, всю кровь вылить в колбу в эту. У нас сакральный характер власти, и совершенно я уверен в том, что в обозримом будущем подобные персонажи, как величайший артист XXI века Канье Уэст в России невозможны. У нас служение является как бы... Власть от Бога, как говорил апостол Павел.

Александр Денисов: Сергей, но у нас, знаете, у нас другая специализация, у нас писателей много во власти: Сурков книжку писал, сейчас вот Захар Прилепин партию свою запустил, Асенин был... Напомните, у меня, к сожалению, вылетело, был у нас из КПСС....

Сергей Лесков: Лукьянов.

Александр Денисов: Да-да-да, Лукьянов, стихи писал.

Сергей Лесков: Да, Лукьянов. Ну, Саша, это все-таки, вы понимаете... Как говорил Максим Горький, одну хорошую книгу может написать каждый грамотный человек.

Александр Денисов: Киплинг говорил: «Любой дурак может написать раз в жизни хорошую книгу», – тоже, кстати.

Сергей Лесков: Ну вот, примерно то же самое. Поэтому все-таки я думаю, что сакральный характер русской власти не предполагает в обозримом будущем появление на нашем политическом небосклоне ни Зеленских, ни Каньи Уэстов, ни таких персонажей, которые приходят к власти в Сальвадоре, в Словакии, в Исландии, которые тоже были комиками, в Италии Грилло, руководитель правящей партии... У нас политика – дело чрезвычайно серьезное, улыбок она не предполагает. Как писал Бунин, русский народ смеется над кадетами, но уважает большевиков, потому что это единственная партия, которая может расстрелять. Шуток русская власть веками не терпит, а если и шутит, то сама, вот как Иван Грозный сажал там потешных царей. Поэтому Канье Уэст, конечно, может позабавить американских избирателей, но я думаю, что это будет такой чисто американский казус, на который мы будем смотреть издалека.

Александр Денисов: Сергей, спасибо большое, интересный анализ такой провели и российской, и зарубежной политики. Спасибо.

Анастасия Сорокина: Спасибо. Это были «Темы недели» с Сергеем Лесковым.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)