Сергей Лесков: Европа превратилась в «терпилу» из уголовного сленга

Гости
Сергей Лесков
ведущий программы «Академики»

Константин Чуриков: 19 часов 33 минуты – точное московское время. Добрый вечер всем, кто только что присоединился. Обещали появление Сергея Лескова – и вот вуаля! «Темы недели». Здравствуйте, Сергей.

Сергей Лесков: Да, здравствуйте. Интересно, на этой неделе президент Макрон, когда звонил президенту Путин, он говорил слово «вуаля»?

Константин Чуриков: Он говорил «о-ля-ля».

Сергей Лесков: Да, «о-ля-ля». Президент Макрон звонил Путину, конечно, по вопросу, который сейчас беспокоит всех здравомыслящих политиков. Не всех политиков, а всех здравомыслящих политиков. Это продолжающиеся и даже становящиеся все более интенсивными обстрелы самой крупной в Европе Запорожской АЭС мощностью 6 тысяч мегаватт со стороны украинских вооруженных сил. Идут разговоры о том, что в начале сентября эту станцию должна посетить миссия МАГАТЭ с экспертами. Я не понимаю, почему они не приехали раньше, в первый же день, когда начались…

Константин Чуриков: Ну что торопиться? Заедут на недельке.

Сергей Лесков: Совершенно мне не понятна вообще вот эта апатия, которую проявляют и контролирующие органы МАГАТЭ, и европейские политики. Американцы могут даже радоваться: им что взрыв в Запорожье, что взрыв в Фукусиме, что взрыв в Чернобыле – разницы никакой. Хотя и в США, кстати, были аварии на атомных объектах. Например, на Три-Майл-Айленд была крупная авария. Впрочем, давно.

Совершенно не понятно! Я даже на этой неделе задался вопросом: а есть ли какие-то рациональные объяснения того, что Украина бомбит станцию, которая считает своей собственной и могла бы ею гордиться? Хотя ее построила, конечно, не Украина, а весь Советский Союз. Я, кстати, на многих атомных объектах, поскольку… Станция была вообще лучшая в СССР. Например, станцию в Бушере, иранскую, строили специалисты из Запорожья. В общем-то, вся советская атомная отрасль гордилась этой станцией.

Так есть ли какие-то рациональные причины, по которым Украина бомбит свою станцию? Я не вижу рациональных причин, если не считать рациональным объяснением шантаж Европы. Ну, какое-то общественное мнение…

Константин Чуриков: Нет, рациональная есть, может быть: обесточить большую часть страны и сдаться. Все.

Сергей Лесков: А, это ирония. На самом деле, 20% или, как говорят, даже 30% всей электроэнергии обеспечивала Запорожская станция. Или, иными словами, это половина всех украинских атомных электростанций. Кстати говоря, Украина продавала электроэнергию в Европу.

Вчера и сегодня была подорвана украинскими ракетами четвертая ЛЭП. В общем-то, передача электроэнергии на территорию Украины прекратилась. Десятки городов погрузятся в блэкаут. Впрочем, сейчас вряд ли. Но зимой – совершенно точно. Если Запорожская станция не будет снабжать Украину энергией, там точно десятки городов будут сидеть в темноте. Пока дефицита нет. Но уж в Европу они точно не будут продавать энергию. Украина и так находится на грани экономического дефолта. Почему она не беспокоится о своем бюджете? По очень простой причине: все равно Европа подкинет денег. Там какие-то рациональные финансовые соображения уже не играют никакой роли.

И, кстати говоря, снабжение Херсонской, Запорожской областей и других освобожденных Россией и ее союзниками территорий со стороны Запорожской станции все-таки продолжается. Надо сказать, что, по моим представлениям о степени защиты атомных электростанций, реакторную зону повредить этими выстрелами не удастся. Но можно повредить хранилище радиоактивных зарядов, которые лежат практически в открытом доступе. Я уже говорил и повторю еще раз: это не ТВЭЛ, которые делали в России, а именно в Новосибирске, это уже ТВЭЛ Westinghouse.

Константин Чуриков: ТВЭЛ – поясните. Каждый раз прошу пояснить.

Сергей Лесков: ТВЭЛ? Ну, мне кажется, что все это знают. Это топливный элемент. Вот если паровоз топили углем, то атомные электростанции топят ТВЭЛ. Кстати говоря, это аббревиатура, означает – тепловыделяющий элемент. Собственно говоря, это сердце атомной электростанции. Вот их можно повредить. И это будет полный аналог, как это называется «грязной атомной бомбы». В общем, будет заражение огромной местности.

Если туда приедут эксперты МАГАТЭ, то кому это выгодно? Ну, я думаю, что, в общем-то, России для снятия напряжения это было бы выгодно. Если нам удалось договориться по зерну и снять часть напряжения и каких-то пусть даже облыжных обвинений в адрес России, то и здесь эти облыжные обвинения будут сняты. Пусть там живут эксперты МАГАТЭ и видят все своими глазами.

Другое дело, что в последнее время практика деятельности всех международных организаций состоит в том, что они всегда во всем обвиняют Россию. Есть надежда, что эксперты МАГАТЭ сохранят хоть какую-то объективность. Все-таки это люди, которые имеют дело с цифрами, причем с цифрами взрывоопасными. Я думаю, что у них все-таки голова на плечах еще не отлетела.

Кстати говоря, почему Европа, которая впала в совершеннейшую панику по поводу Чернобыля в 1986 году, сейчас, через 35 лет, с таким спокойствием смотрит на беспрецедентные в мировой истории обстрелы атомной электростанции? Вот это, мне кажется, совершенно не поддается никакому объяснению.

Может быть, Европа превратилась… Есть такое слово из уголовного сленга «терпила». Может быть, они терпилы? Они же говорят: «Будем терпеть без газа, будем без тепла, без нефти. Мы все будем терпеть. А теперь мы потерпим радиоактивное облако, которое сядет нам на голову из Украины. Ну и что? Ну и потерпим».

Константин Чуриков: А как с терпилами поступают?

Сергей Лесков: «Будем терпеть. А что же такое?» А ради чего? Ради чего? Всего же ради чего-то терпят. Ради демократии на Украине.

Я, кстати говоря, задался, опять же, еще одним вопросом: а были ли в мировой истории еще подобные политические клише, которые столь далеки от реальности? Демократии на Украине нет и в помине. Например, там не могут же делать пармскую ветчину, а могут делать только сало. Вот так и с демократией: они не могут. Там демократией просто и не пахнет – в стране, где политические убийства стали обыкновением и случаются не реже, чем граждане слышат прогноз погоды. Об этом мы еще поговорим.

Да, это политическое клише. И вдруг оно стало алгоритмом действий европейских политиков. Я не знаю в мировой истории других столь… Их даже лицемерными не назовешь. Это какие-то, ну не знаю, иррациональные заблуждения. Бывают какие-то страхи – предположим, комета Галлея прилетит и врежется в Землю.

Константин Чуриков: Экзистенциальный страх.

Сергей Лесков: Да, экзистенциальный страх. Так и здесь, есть что-то экзистенциальное в вере европейского политического истеблишмента в так называемую демократию на Украине. Сами украинцы не верят.

Константин Чуриков: Сергей, вопрос из Ярославской области: «Россия может сама разобраться с террористами, обстреливающими АЭС?»

Сергей Лесков: А мы можем разобраться с террористами, которые обстреливают Донбасс, Донецк? Пытаемся, пытаемся. Вопрос вполне корректный, но как на него можно ответить? Мы пытаемся. По-моему, вчера вечером была уничтожена американская гаубица, которую называют «777», «три топора» – по аналогии с известным советским портвейном. Но там американских дальнобойных артиллерийских орудий еще более чем достаточно.

Кстати говоря, если мы говорим о террористах, то, в общем-то, на этой неделе, конечно, случилось громкое убийство Дарьи Дугиной, дочери общественного деятеля и философа Александра Дугина.

Константин Чуриков: Оно случилось в прошлые выходные, но прощание было на этой неделе, были похороны.

Сергей Лесков: Ну да. Но мы же не говорили. Кстати говоря, в Останкино.

Константин Чуриков: Да.

Сергей Лесков: Ну, на самом деле из ряда вон выходящее происшествие, трагедия, конечно. Она и сама, кстати, была философом, выпускницей философского факультета. Очень молодая и очень неординарная женщина. Тут трудно что-либо говорить.

Я должен сказать, что до этого философов убивали только в Древней Греции, да и то по приговору суда. Я имею в виду – Сократа. А вот так, чтобы из-за угла убивать философов – нет. До этого додумались только украинские террористы. Впрочем, сами же укры считают, что они древнее, чем древние греки, так что, в общем-то, традиция поддерживается.

Трудно… Конечно, здесь возникает вопрос: будут ли какие-то политические последствия? На фоне этой трагедии трудно, конечно, рассуждать об этом, но все-таки я не могу не сказать, что из-за покушения на Скрипалей в Англии сделали целое политическое шоу и очень долго трепали имя России, склоняли при каждом удобном случае. Наверное, там уже забылись детали, хотя было чрезвычайно много деталей, которые ставили под сомнение участие в этом этих персонажей по имени Петров и Боширов.

Кстати, даже не обманываясь насчет этих персонажей, которых показало наше телевидение, вот эта мадам Наталья Вовк… Обвинения, которые ей представлены, достаточно обоснованные. Тут, в общем, есть прямые улики, конечно, а есть косвенные улики. Вот набор этих косвенных улик в адрес Натальи Вовк, которая, кстати, прикрывалась своей кошкой и своей дочкой несовершеннолетней, они очень аргументированные и основательные. А почему она, сбежав в Эстонию, не показывается на эстонском телевидении? В Эстонии еще есть телевидение, кстати? Не отключили? Мне кажется, что там телевидение есть.

Константин Чуриков: Потому что она уже не в Эстонии, Сергей. Уже давно не в Эстонии.

Сергей Лесков: Ну хорошо. А где она? Пусть она выйдет и скажет: «Я ни при чем». Почему она не выходит и не опровергает эти весьма аргументированные обвинения в ее адрес? А там просто целый куст этих обвинений.

Константин Чуриков: Зеленский как сказал? «Это случилось не на нашей территории, это не наша вина». Все! Вот так. Фактически даже не скрывают.

Сергей Лесков: С другой стороны, конечно, здесь же столько косвенных, да и прямых, впрочем, будем прямо говорить, улик, которые говорят о так называемом украинском следе, что он может говорить все что угодно, а политические убийства в этой стране стали обычаем. Достаточно вспомнить замечательного и яркого писателя Олеся Бузину, который занимал позицию, которая не нравилась киевским политикам. Его убили прямо около своего дома. И там этих политических убийств достаточно полно.

Константин Чуриков: Шеремета Павла Григорьевича убила.

Сергей Лесков: Да.

Константин Чуриков: Тоже, кстати, взорвали машину.

Сергей Лесков: Бежавший депутат Государственной Думы, например, муж оперной певицы. Там очень много… Ну что говорить? Люди, которые восемь лет бомбят мирные кварталы Донбасса, ну почему бы им не убить еще дочь философа? Самое милое дело!

Ну, конечно, здесь возникает… Кстати, я не могу не сказать, если уж мы заговорили о депутатах. После этого убийства промелькнул светлый лик Ильи Пономарева, бывшего российского депутата от одной из системных партий. Скалясь и мерзко улыбаясь, он рассказывал, что знал об этом убийстве, его накануне предупреждали. Он ссылался на каких-то партизан. Я думаю, что это хайп. Но сама эта мерзкая и скалящаяся физиономия просто вызывает у меня чувство какого-то нравственного омерзения. Как за него можно было голосовать? У меня в душе просто не укладывается!

Так вот, будет ли возмездие? Многие же спрашивают. Я бы не хотел комментировать этот вопрос. Все всё понимают. В общем, что тут говорить?

А конспирологических версий очень много. И для меня, конечно, является неразрешимым вопрос – вот эта реакция украинских властей, которые просто делают стыдливую мину молчания, и отсутствие комментариев от самой гражданки Натальи Вовк. Где она спряталась-то? Или ее устранили? Вы знаете, так же часто бывает во время заказных убийств. А почему бы нам этого не предположить? Очень даже может быть.

Кстати говоря, убийство Дарьи Дугиной можно расценивать как подарок ко Дню независимости Украины, который тоже был на этой неделе. К этому Дню независимости, так называемой независимости Украины многие европейские политики сделали Украине щедрые подарки в виде поставок старого вооружения советского образца или своих вооружений, уже списанных.

Что можно сказать по этому поводу? Видимо, Запад определился с объемами помощи Украине. Эти объемы не будут превосходить того уровня, который предполагает поддержание сопротивления нашим вооруженным силам и союзникам. Просто надо измотать и вымотать нашу сторону. Вот они выбрали этот оптимальный минимальный уровень помощи.

Константин Чуриков: Ну а как же этот крупнейший пакет помощи со стороны США? Я, конечно, понимаю, там уже пошло расширение, что это все растянется на годы.

Сергей Лесков: Да, это, во-первых, растянется на годы. Во-вторых, значительная часть этой помощи – это подготовка украинских военнослужащих в американских тренировочных лагерях.

Константин Чуриков: Читай – финансирование американских тренировочных лагерей.

Сергей Лесков: Да. То есть эти деньги под видом помощи Украине на самом деле останутся в Америке. Это обычная такая американская практика.

Я должен сказать, что, в общем-то, лучше бы европейские политики беспокоились о своей стране. На этой неделе и Макрон, и Шольц, их страны являются локомотивами как бы Евросоюза, они говорили о том, что необходимо затянуть пояса. В общем-то, мы можем… мы имеем полные основания говорить о том, что в Европе заканчивается этот век изобилия. Ну, этот век, конечно, тянулся лет тридцать, наверное, да? На самом деле от живота, как говорится, жила Европа.

Константин Чуриков: Мне понравилось, как сегодня Лукашенко сказал: «Сейчас дурница закончилась – пандемия, локдауны, разбрасывание с вертолета денег. Это сейчас все вылезает, поэтому надо раздеваться, напрягаться и работать». Вот что он Европе сказал.

Сергей Лесков: Ну да. Так что же раздеваться?

Константин Чуриков: Раздеваться они и так любят.

Сергей Лесков: По поводу «раздеваться». На этой неделе в Германии объявлена новая инициатива. Уже предупредили граждан Германии о том, что предстоящей зимой будут рейды по замеру температуры в спальнях. Вопрос…

Константин Чуриков: …о частной жизни.

Сергей Лесков: Да, вторжение в частную жизнь. То есть если ты свою спальню разогрел, то тебя будут штрафовать.

Константин Чуриков: А если она от тел нагрелась?

Сергей Лесков: Может, да, от трения тел еще, конечно. Уж извините. Может быть, это тоже один из способов…

Константин Чуриков: Однако, Сергей! Не ожидал.

Сергей Лесков: Ну а что же? Можно. Так альпинисты греются. В Чехии тоже сегодня объявили о том, что, судя по всему, в преддверии зимы придется перевести студентов на так называемый дистанционный режим, потому что отапливать аудитории нечем.

Собственно говоря, все эти инициативы – их можно долго-долго-долго перечислять, они идут веером, лавиной даже. И, судя по всему, в общем-то, европейская лодка дала течь со всех бортов, и с кормы тоже, и с носа тоже. Век изобилия заканчивается. И создается впечатление, что Европу ждет судьба Атлантиды, которая в неизвестном месте погрузилась на дно. Ради чего? Ради Украины. Я не понимаю! Даже уже Украины чемоданом без ручки не назовешь, это что-то хуже. Это какой-то адский груз для всей Европы.

Но, в общем-то, конечно, и нам тут… Кстати, если мы злорадствуем по этому поводу, то почему бы не позлорадствовать? Они же, в общем-то, прямо заявляют, какое будущее они видят для России. Поэтому если у них возникают сложности, то без лишнего ханжества и лицемерия…

Константин Чуриков: À la guerre, comme à la guerre.

Сергей Лесков: Да. Мы будем злорадствовать. И нечего тут скрывать.

Кстати говоря, на этой неделе депутаты Думы предложили объявить Украину террористической государством. Посмотрим. Все идет к этому.

А по поводу Европы мне вспомнилось… Да, наверное, все мы читали Ремарка. Это, в общем-то, один из самых читаемых немецких писателей. Помните, у него, по-моему, в «Трех товарищах» было описание послевоенного после Первой мировой войны кризиса в Германии? Там цены просто росли на глазах. Сегодня, когда я ехал в Останкино, услышал, что цены на спотовые поставки газа выросли до 3,5 тысячи евро за тысячу кубометров. С ума сойти! Они были меньше тысячи.

Это «три товарища». Вот, пожалуйста, «три товарища» – Макрон, Шольц и иже с ними. Вот до чего они довели Европу. Таких цен вообще даже представить себе нельзя было в самых радужных планах господина Миллера и «Газпрома». Что творится – непонятно!

Ну, что еще было? На этой неделе была так называемая «Крымская платформа», ежегодная онлайн-конференция. В этом году там были представители 60 государств. Опять стоял вопрос о «деоккупации» Крыма. Не знаю, как это можно сделать. Я бы обратил внимание на то, что опять Эрдоган сказал, что Крым видится Турции территорией Украины. Ну пусть. Эрдоган – вообще хитрый такой человек, сотрудничает со всеми.

А одновременно с «Крымской платформой» (об этом нельзя не сказать), конечно, в Крыму обычаем стало появление украинских дронов. Некоторые из них даже несут боевые заряды, другие летают там с разведывательной миссией. Еще раз скажу: ведь во время Второй мировой войны, когда фашисты отступали, они не бомбили немецкие города. Украинцы, отступая из тех городов, которые они считают своей исконной территорией, бомбят их. То есть они убивают тех людей, которых считают гражданами Украины, бомбят свои города. Они идут дальше, чем позволяли себе фашисты во время Второй мировой войны.

И мы должны, конечно, отдавать себе отчет на основании гибели Дарьи Дугиной, что, видимо, рост терроризма в российских городах и в Крыму тоже неизбежен. Едва ли не ежедневно поступают сообщения о поимке того или иного проукраински настроенного террориста. Сегодня, по-моему, в Калининградской области было, еще где-то было. Это наша реальность.

Константин Чуриков: Но это говорит не только об активности террористического подполья, но и о наших спецслужбах.

Сергей Лесков: И о работе ФСБ, да, и о работе ФСБ это говорит. Да, конечно, они работают на передовой. И убийство Дарьи Дугиной было… по крайней мере, участие этой женщины было за сутки выяснено очень оперативно. Другое дело, что встает вопрос о сообщниках. Конечно, она была не одна.

Да, конечно, очередной сенсацией социальных сетей стал пост нашего экс-президента Медведева, который написал, что кризис на Украине может иметь только два разрешения…

Константин Чуриков: Полтора сценария.

Сергей Лесков: Да, полтора. Извините, полтора.

Константин Чуриков: Полтора.

Сергей Лесков: Первый сценарий – это капитуляция Украины. А второй сценарий – это переворот в Киеве и капитуляция Украины.

Константин Чуриков: Вот это интересно, кстати, мне кажется.

Сергей Лесков: Да.

Константин Чуриков: Военный переворот.

Сергей Лесков: Военный переворот, да. Это можно было бы считать просто игрой острого ума, но я должен сказать, что последний номер самой популярной в Германии газеты Bild посвящен командующему украинскими ВСУ Залужному. Главная статья в газете Bild называется «Сильный Валерий» (а его Валерий зовут). Там описывается его героическая биография, делается какое-то противопоставление его нынешнему президенту Зеленскому.

Почему это делает немецкая пресса? Может быть, они хотят стравить двух этих прекрасных представителей украинского народа? По крайней мере, разговоры о том, что между главнокомандующим Зеленским и просто командующим, генералом Залужным, «сильным Валерием», ведутся все чаще и чаще… Посмотрим. Может быть, просто заместитель главы Совета Безопасности России Медведев обладает какой-то важной информацией.

Константин Чуриков: Ну и просто так подсвечивать, скажем так, такого человека западная пресса не стала наверняка.

Сергей Лесков: Да, конечно.

Нельзя не сказать еще о тех событиях, которые в Латвии происходят. Идет массовый снос советских воинских памятников, которые были поставлены там в память о погибших во время освобождения Латвии. Конечно, удивительная страна! Половина населения там – русскоязычная.

Надо сказать, что, в общем-то, Латвия была беднейшей страной Европы на тот момент… не страной, а территорией Европы, когда присоединялась во времена Петра Первого к России. Была такая поговорка: «Какие у латыша вещи? Нос да клещи». Массовой была миграция этих латышей в Россию, где жизнь была богаче. Вот эти самые латышские стрелки, которые защищали Ленина, что они сюда-то переехали? Не только из-за убежденности в прекрасных идеях коммунизма.

Конечно, эта беднейшая территория во времена Советского Союза, что бы они сегодня ни говорили и какие бы претензии ни выкатывали советским руководителям, расцвела. Я не знаю, тут цифр можно привести огромное количество. Крупнейший на Балтике Рижский порт, его стоимость – несколько годовых бюджетов Латвии. И 30% ВВП Латвии – это был грузооборот этого порта.

Константин Чуриков: Сергей, вы знаете, что порадовало? Сегодня вижу новость, «РИА Новости» сообщают: «На востоке Латвии местные рабочие отказываются сносить советские памятники». Причем это сказал председатель местной краевой думы, русская фамилия – Сергей Максимов. Он говорит, что снос памятника (ну, одного из памятников – партизанам Красной Армии) оценили в 15 тысяч евро, рабочие из других краев требуют сумму в четыре раза больше, а местные отказываются. Вот первый звоночек им.

Кстати, хочу зрителям просто напомнить: нам можно звонить, в низу экрана телефон указан.

Сергей Лесков: Нет, ну хорошо, что люди протестуют, но тем не менее в Риге этот мемориал был снесен, мемориал Победы. Прекрасный! Это было просто произведение искусства. Да дело даже не в том, что это произведение искусства, а просто это памятник.

Константин Чуриков: Это знак, это память, это святое место.

Сергей Лесков: Да. Так тоже были протесты. Привели там вооруженные силы, полицию, скрутили руки, бросили в свою эту латвийскую кутузку людей, которые просто мирно протестовали. Я думаю, что и этот протест будет подавлен.

Надо вот что сказать. Опять же, возникает вопрос: в этих маленьких, мелких государствах, которых никогда не было на политической карте мира и которые сегодня переписывают историю, является ли неизбежным нацизм, переходящий в фашизм? Вот на примере Латвии мы это видим. Неизбежный этот процесс или нет?

Константин Чуриков: Заявление президента, который сказал, что надо изолировать русских.

Сергей Лесков: Да. Эти же заявления были: изолировать. Надо сказать, что в 30-е годы в Германии ведь не сразу стали убивать евреев. Этот радикальный нацизм вызревал постепенно. Сначала преследование евреев – это была просто какая-то такая общественная инициатива, которая подогревалась. Потом было изъятие ценностей. Это была такая многоходовая история, которая привела к газовым камерам и убийствам миллионов людей. Сейчас Латвия встает на этот путь. Вот эта изоляция русских, какая-то игра с паспортами, еще с чем-то, лишение гражданских прав – это постепенное повторение нацистской Германии 30-х годов.

Константин Чуриков: Причем вот эта игра с паспортами, непредоставление гражданства – она же еще в начале 2000-х буйным цветом цвела. То есть мы такие недограждане для них.

Сергей Лесков: Конечно.

Константин Чуриков: Давайте сейчас послушаем звонок. Нам звонит Виктор из Москвы. Виктор, здравствуйте.

Зритель: Добрый вечер.

Константин Чуриков: Добрый.

Зритель: Вы знаете, я бы хотел сказать по поводу Прибалтики. В связи с тем, что там очень большая диаспора русскоязычного населения, во всех этих трех бывших республиках… Ну, борьба с памятниками – мы, к сожалению, ничего с этим поделать не сможем. А вот подумать о программе переселения прибалтийских русскоязычных людей в нашу страну – вот это, наверное, было бы очень хорошим подспорьем для России в любом случае, потому что оттуда приехали бы наши люди, приехали бы довольно-таки грамотные люди по разным специальностям. Мы бы улучшили свою демографическую ситуацию.

Константин Чуриков: Виктор, вы знаете, посол России в Латвии рассказывал, что как раз в местах, где проходили какие-то митинги, чтобы остановить снос памятников, как раз сотрудники посольства записывали координаты, чтобы те люди, которые пришли поддержать нас и спасти памятники, чтобы они смогли, если что, получить наше гражданство в каком-то ускоренном режиме. Спасибо за ваш звонок.

Сергей Лесков: Нет, это правильное замечание, но об этом можно было подумать 30 лет назад, потому что уже тогда было понятно…

Константин Чуриков: …к чему все придет.

Сергей Лесков: Да. В общем, некоторая апатия нашего Министерства иностранных дел в 90-х годах, конечно, сомнений не вызывает. И вообще сам факт такого фактически добровольного и спокойного признания независимости прибалтийских республик, которые были куплены… были переданы Швецией в вечное владение Российской империи, тоже вызывает сомнения.

Константин Чуриков: Вопрос из Тюменской области: «Добрый вечер. Почему до сих пор не разорвали дипотношения с нацистскими странами Балтии?»

Сергей Лесков: Потому что нам надо поддерживать русских, которые там по-прежнему живут. Да, я тоже задаюсь этим вопросом. Но там же есть люди русские. Если мы разорвем…

Константин Чуриков: Мы разорвем, и они…

Сергей Лесков: Да. И что? А как будет с этими людьми? Мы же в ответе за них. В общем-то, на самом деле в отношении этих прибалтийских стран надо было вести более активную политику все эти годы.

Вы знаете, кстати говоря, если мы говорим о Латвии, то, по официальным прогнозам ООН, эта страна причислена к вымирающим. Предположим, в 90-м году, когда они отсоединились от СССР, там было (на слух трудно воспринимать) 2,7 миллиона человек, а сейчас – 1,6 миллиона. 2,7, а сейчас 1,6. ООН считает, что к 2050 году Латвия вымрет. Поэтому, видимо, в общем-то, можем подсобить этому делу, если оттуда вывезем…

Я сам, кстати говоря, очень люблю эту страну и много раз по понятным событиям там бывал. Исключительно красивая страна! И мне представляется просто самоубийственной политика этой публика, которая руководит.

У меня такое впечатление, между прочим, что премьер-министр Латвии – гражданин США. Мне кажется, что я не ошибаюсь. И это даже ведь нельзя назвать политической элитой Латвии, да вообще Прибалтики. Многие эти прибалтийские страны приглашают американских граждан – потомков тех, кто эмигрировал в прежние времена, – и предоставляют им на откуп свои государства. Ну что это? Это независимость? Нет. Этот человек, который сейчас руководит Латвией, вообще похож на эсэсовского офицера, какого-то штурмбанфюрера. Посмотрите его фотографию.

Константин Чуриков: Ладно, Сергей, смиритесь, не скоро в Латвию поедете.

Сергей Лесков: Не скоро, да.

Константин Чуриков: Сергей Лесков, «Темы недели». Обещайте приходить чаще.

Мы продолжим через две минуты. Будем говорить о такой, в общем, довольно серьезной статистике – о том, что, по некоторым данным, более трех миллионов россиян злоупотребляют алкоголем, а по другим данным – вообще 76% населения. Пить или не пить? – вот в чем вопрос. Через полторы минуты.