Сергей Лесков: Мы ещё дождёмся того, что на нашу вакцину будут наложены санкции, как на «Северный поток-2»

Сергей Лесков: Мы ещё дождёмся того, что на нашу вакцину будут наложены санкции, как на «Северный поток-2» | Программы | ОТР

вакцина, выборы, Лукашенко, Трамп

2020-08-14T21:09:00+03:00
Сергей Лесков: Мы ещё дождёмся того, что на нашу вакцину будут наложены санкции, как на «Северный поток-2»
На МКС пора ставить крест? Деньги на свалку. Маньяк выходит на свободу. Страна под снегом. Как победить бедность
Сергей Лесков: Любой памятник - это некая точка единения нации. Если памятник служит возникновению напряжения в обществе, ему нет места на площади
Что такое бедность и как с ней бороться?
27 февраля - Всемирный день НКО
МКС переработала свой ресурс
Дорогая передача: Нам мешают парковки!
Свободен и особо опасен
ТЕМА ЧАСА: Страна под снегом
Чёрные дыры МКС
Новый техосмотр отложили
Гости
Сергей Лесков
Обозреватель

Ольга Арсланова: Добрый вечер! Это Общественное телевидение России, программа «ОТРажение». Мы продолжаем в прямом эфире, в интерактивном формате говорить о самых важных событиях этого дня и этой недели.

Петр Кузнецов: После 9 вечера, буквально через полчаса у нас еще две темы. Мы поговорим об ипотеке, задолженности по ипотеке тоже растут, совсем недавно говорили о задолженности по кредитам. Что происходит с ипотекой, что это за особая категория должников, тоже обсудим. Ну и закончим все тем, что Росстат впервые в этом году зафиксировал падение цен, то есть кое-что. Ну, это сезонность, и, в общем, тоже будем объяснять, насколько это важно и является каким-то индексом.

Прямо сейчас будем подводить уже первые итоги этой недели, первые итоги рабочей недели уж точно, с обозревателем ОТР Сергеем Лесковым. Здравствуйте, Сергей.

Сергей Лесков: Да, добрый вечер.

Ольга Арсланова: Добрый вечер, Сергей. Рады вас видеть, давно не виделись в эфире.

Сергей Лесков: Да, не просто давно, я Петю и Олю не видел, наверное, не знаю, несколько месяцев. Я даже стал сомневаться...

Ольга Арсланова: ...существуют ли они.

Сергей Лесков: ...в вашем существовании, да, как, например, в существовании инопланетян приходится сомневаться.

Ольга Арсланова: Сергей Леонидович, а вы верите в то, что новая вакцина, которую разработала Россия от коронавируса, вызывает иммунитет стойкий?

Сергей Лесков: Я отвечу на ваш ехидный вопрос, Оля, следующим образом. Наука – это не предмет веры, наука – это предмет знания и опровержения старых накопленных знаний.

Ольга Арсланова: Ага. Отличный ответ, спасибо.

Сергей Лесков: Поэтому ежели она зарегистрирована и прошла какие-то необходимые формально стадии испытания, то она может применяться, и это не вопрос веры, тут такое различие между религиозным мироощущением и научным мировоззрением.

Ну, почему вы про это спросили, я прекрасно понимаю, – потому что на этой неделе в России зарегистрирована первая в мире вакцина от этого зловредного COVID-19. Ну в общем-то, многие комментаторы говорят о том, что в какой-то мере это пиар, – ну и что же? И вокруг полета Гагарина СССР строил пиар, это нормально. Сейчас медицина стала фактором, особенно не просто медицина, а эпидемиология и создание вакцин – это фактор конкурентоспособности страны, как раньше, предположим, были ракеты, компьютеры, автомобили. В этом нет ничего зазорного, и очень хорошо, что Россия не вскакивает на подножку уходящего локомотива, как в некоторых других областях, а сама является машинистом этого самого локомотива.

Создана она в Центре Гамалеи, это один из ведущих в стране эпидемиологических центров. И надо сказать, что, в общем-то, за основу была взята вакцина, созданная 3 года назад от лихорадки Эбола, почему-то тогда мы рукоплескали, а сегодня многие выражают недоверие. Уже проведены испытания на первых добровольцах, да, пока их было немного, в Министерстве здравоохранения объявлено, что третья фаза испытаний тоже на добровольцах займет около 5 месяцев. Из этого внимательные, въедливые наблюдатели могут сделать вывод, что осенью этого года вакцина не поступит еще в промышленное производство. Однако поскольку во всех сейчас странах, где разрабатываются такие вакцины, принят ускоренный регламент тестирования, то я думаю, что вот эта третья фаза испытаний будет, совпадет с прививками.

Сказано, что первыми будут прививаться медики и педагоги, но добровольно, естественно, и об этом президент Путин говорил, это добровольное мероприятие. Я продолжу ту мысль, которую сказала Оля, по поводу веры или не веры. Да, сейчас многие вызывают, какую-то выливают критику на эту вакцину...

Ольга Арсланова: Сергей Леонидович, просто поясню свой вопрос. Когда клинические испытания проходят так, как положено, есть вот три фазы вот эти (я не специалист, но то, что нам говорили в эфире), – это вопрос науки. Когда вакцина экстренно выпускается и ситуация такова, что она нужна срочно, но все-таки она не до конца исследована, наверное, говорить о вере более уместно.

Сергей Лесков: Ну почему же? Даже в ускоренном режиме можно использовать другой протокол, не такой неторопливый, как, предположим, при создании вакцины от оспы, которая была, кстати говоря, при самом активнейшем участии СССР истреблена, вообще оспы сейчас нет, там можно было не торопиться, это некое заболевание, которое столетиями жило рядом с человечеством. Сейчас мы находимся в таком полувоенном состоянии. Надо сказать, что некоторые лекарства во время Второй мировой войны, Великой Отечественной войны создавались в нашей стране по ускоренному протоколу, например пенициллин, созданный Ермольевой. Тут возможны разные как бы режимы, вот так бы я ответил на ваш вопрос, хотя он совершенно корректный.

Кстати говоря, и в Англии ведь, где уже заказаны миллионы партий, в сентябре, по-моему, должно начаться промышленное производство, а англичане же сторонники консерватизма и традиций, и то они переписали этот протокол. И президент Трамп в стране, где самое лучшее в мире здравоохранение, тоже говорит, что к концу 2020 года будет готова, вы же понимаете, что это тоже ускоренный протокол.

Ольга Арсланова: Да, конечно.

Сергей Лесков: Да, поэтому я здесь не вижу особенных нарушений с учетом того, что наша отечественная эпидемиология традиционно одна из лучших в мире, что связано, ну я не знаю, может быть, со многими причинами. Мы вспомним, например, что в то время, когда Людовик XV умер от оспы, первой царствующей особой, которая привилась от этой болезни, стала Екатерина II, да еще и сына своего терзала этой прививкой. Так что, в общем-то, мы и 250 лет назад были впереди планеты всей, почему же мы сейчас посыпаем голову пеплом и отказываем себе в том, что нам может поспешествовать удача?

Это, кстати говоря, очень интересное явление. Мне кажется, что в нашей стране множится число людей, которые не верят в то, что у России могут быть какие-то достижения. Они считают, что, значит, страна может идти только по коровьим лепешкам, а, значит, доставать звезды с неба она уже не может. Я считаю, что это ну какой-то сбой в самооценке, причем он достаточно массовый. Я думаю, что подобного рода люди не поверили бы и в полет Гагарина, ну или поверили бы, подвергли бы его критике.

Петр Кузнецов: Сергей, простите, но согласитесь, у нас все равно, правда, если говорить о разработке вакцины, у нас правда меньше опыта в клинических исследованиях и в разработке вакцины, чем у того же Запада.

Сергей Лесков: Почему я должен с этим соглашаться?

Петр Кузнецов: Ну не соглашайтесь тогда.

Сергей Лесков: Россия была одной из первых стран в мире, которая совсем недавно создала сыворотку...

Петр Кузнецов: ...правды.

Сергей Лесков: ...от лихорадки Эбола, от свиного гриппа тоже в России была создана вакцина. У нас очень сильная школа эпидемиологии, неслучайно Мечников, один из первых лауреатов Нобелевской премии, работал именно в этой области, в области эпидемиологии. Первая прививка от холеры тоже была создана русским ученым Хавкиным. Поэтому... Я не понимаю, почему, если вдруг мы оказались, сумели, значит, опередить конкурентов, почему надо в это не верить?

Я еще раз скажу: вот если бы подобное мировоззрение было полвека назад, то и по поводу полета Гагарина бы говорили, что ракету украли у немцев, сам Гагарин бестолковый человек, который ничего не умеет, кроме как сидеть привязанным к креслу в своем скафандре, вообще не надо в космос летать, потому что в какой-нибудь там, не знаю, в Йошкар-Оле и в Перми низкие зарплаты. Но тогда почему-то русские люди так не считали, а сейчас вот размножилось это племя, которое отказывает нам, русским, в том, чтобы добиваться успеха. Это очень опасная позиция. И кстати говоря, вот у американцев такого мировоззрения нет, а у нас почему-то оно...

Петр Кузнецов: Еще один вопрос, Сергей: по-вашему, за счет чего все-таки мы стали раньше всех?

Сергей Лесков: Ну я же ответил уже, Петя, на этот вопрос – у нас очень сильная школа эпидемиологии. У нас нет особенных достижений в некоторых других областях медицины, ну например в онкологии, здесь мы от многих отстаем. А по эпидемиологии...

Вот смотрите, во время Второй мировой войны ведь не было, советская армия была едва ли единственной из таких крупных воюющих армий, на фронтах которой не возникало массовых заболеваний. Они были у немцев, между прочим, они были и в армии союзников, а в советской армии не было. Мы считаем, и любят говорить, что СССР победил за счет каких-то массовых жертв, но эти жертвы не были причинены какими-то заболеваниями.

У нас очень сильная эпидемиологическая школа, и есть целый ряд имен, которые я как-то уже перечислял, которые составляют цвет мировой эпидемиологии. Вы же не отказываете советской физике в громадных достижениях или советской космонавтике? Давайте не будем в этом отказывать и некоторым направлениям отечественной медицины.

Петр Кузнецов: Спрашивают вас, будете ли вы делать прививку.

Сергей Лесков: Меня об этом спрашивали еще неделю назад.

Петр Кузнецов: Ну, за эту неделю как раз...

Сергей Лесков: К великому сожалению, я не врач и не педагог, я никого не лечу и никого не учу. Когда очередь дойдет и до моей социальной группы, я сделаю. Я вообще думаю, что так называемое движение антипрививочников – это некое движение поперек, что ли, требований цивилизации. Прививки необходимо, конечно, делать, это просто элемент какой-то вежливости, как, кстати говоря, и ношение масок в нынешней ситуации. И я иногда в наших передачах часто цитирую своего любимого писателя Пелевина: в одном из недавних его и, может быть, лучшем романе «S.N.U.F.F» там есть такие ганджибурсеки...

Ольга Арсланова: Ганджуберсерки.

Сергей Лесков: Ганджибурсеки, да, не могу это выговорить, надо подглядывать. Оля, ну вы чрезвычайно начитанны.

Ольга Арсланова: Недавно перечитывала, да, хороший роман.

Сергей Лесков: Да. Так вот эти вот самые ганджуберсерки, если вы помните, а вы, конечно, помните, курили какую-то дурь постоянно, я не буду говорить, из чего эта дурь была сделана, ну скажем мягко, из отходов жизнедеятельности...

Ольга Арсланова: ...но вызывала изменения сознания, как часто бывает.

Сергей Лесков: Вызывала изменения сознания, и они все видели в свете того, что они курили. Вот, по-моему, те люди, которые не верят в то, что Россия может, способна и должна добиваться успеха, они подобны этим самым ганджуберсеркам. Там-то они выдуманы, плод писательской фантазии, а в действительности они на самом деле ходят среди нас.

Ну так вот, мы можем поговорить еще на какие-то темы, но тем не менее, поскольку у нас возникла дискуссия, я должен сказать, что ведь и те люди, которые сомневаются в этом ускоренном протоколе, ведь те люди, которые говорят, что ускоренный протокол не нарушает требований безопасности, они ведь, и те и другие, думают о лучшем. Это говорит о том, что, в общем-то, этика, а это одно из важнейших направлений медицины, там есть даже какой-то предмет у студентов, ой, я забыл, как называется это направление, является очень важным таким направлением. И, как говорил великий русский философ Бердяев, трагизм жизни и трагизм медицины, в общем-то, не в борьбе добра и зла, а в том, что обе конфликтующие стороны желают добра. Вот этот конфликт положительных ценностей, в общем-то, и создает какие-то основания для движения вперед.

Ольга Арсланова: Давайте послушаем наших зрителей, им есть что сказать. У нас на связи Лидия из Москвы. Лидия, здравствуйте, вы в эфире.

Зритель: Здравствуйте, здравствуйте.

Я хочу поддержать целиком и полностью мнение уважаемого мною Лескова Сергея. Я сама кандидат биологических наук, микробиолог, генетик, у меня еще юридическое образование есть, сейчас на пенсии. Наша наука прекрасная, как раз эпидемиология, микробиология, поэтому я глубоко согласна, я согласна с мнением Лескова. И немножко удивлена вашим таким напором. У нас очень хорошая наука. Спасибо за внимание.

Петр Кузнецов: А что за напор?

Зритель: Пожалуйста, передайте...

Ольга Арсланова: Сергей Леонидович слышит.

Петр Кузнецов: Он слышит все, да. Вам дополнить даже нечем выступление Сергея?

Зритель: Что?

Петр Кузнецов: Спасибо. Лидия из Москвы.

Ольга Арсланова: Сергей Леонидович, возвращаемся к нашей вакцине. Со скепсисом относятся к ней на Западе многие западные специалисты. Ну понятно, что здесь есть определенный политический момент, мы многих опередили, но тем не менее разные фармацевтические компании вместе с нами одновременно стали заниматься этими вакцинами, но почему-то не поторопились выпускать свои.

Сергей Лесков: Ну... У меня звук не пропал, да?

Ольга Арсланова: Нет, мы слышим теперь вас, все в порядке.

Сергей Лесков: Ну так, Оля, это же дело не только в политическом влиянии, это огромный бизнес.

Ольга Арсланова: Ага.

Сергей Лесков: Фармацевтические компании имеют вот сейчас, во время пандемии, доходы, которые никому не снились, это же понятно. Даже те же самые марлевые повязки, я где-то видел, что люди вообще составили состояние и стали богаты как Крез. Поэтому есть представление о медицине как о некоем скопище добрых докторов по имени Айболиты, таких земских врачей.

Нет, современная медицина – это огромный бизнес, это внушительная организация. У нас в стране, между прочим, врачей больше, чем работников силовых структур, вообще медицинских работников вместе с медсестрами и обслуживающим персоналом. Это огромный бизнес, это огромные организации, поэтому здесь борьба идет не только за политическое влияние, я об этом уже сказал, борьба идет и за деньги. Недоверие к русской вакцине – это, естественно, лоббирование собственной вакцины, тут не надо обманываться. Это, кстати, нормально, чего же тут...

Ольга Арсланова: Да, каждая страна этим занимается.

Сергей Лесков: Еще я думаю... Вы знаете, мы еще дождемся того, что на нашу вакцину будут наложены санкции, как на «Северный поток – 2», вот еще и до этого дойдет.

Ольга Арсланова: Ага. Давайте еще один звонок примем, тема заинтересовала, взбудоражила многих наших зрителей. Петербург на связи, Татьяна, добрый вечер.

Зритель: Здравствуйте.

Ольга Арсланова: Да, слушаем вас.

Зритель: Дело в том, что разработка вакцины всегда была одна из самых наших сильных сторон в этой отрасли. Почему мы должны перед всем миром оправдываться в том, что мы сделали это раньше всех? Мы всегда вакцину делали раньше всех, и сейчас нет смысла оправдываться перед всеми. Мы ее сделаем, привьемся, а они пусть завидуют. Всего вам доброго, до свидания.

Ольга Арсланова: Да, но в любом случае ничего плохого вроде не сделали, да, оправдываться не стоит.

Зритель: С какой стати мы должны оправдываться? Мы это сделали, сделали хорошо и раньше всех. Если уже наше правительство все прививается, мы тоже будем все прививаться.

Петр Кузнецов: Понимаете, Татьяна, мы немножко вот как раз с этого и начали: тут даже речь о том, что оправдываемся, получается, в данном случае больше перед своими, прежде всего перед своими, потому что такая вот целая армия неверующих в то, что мы первыми стали, и в то, что это очень качественная вакцина. Правда же, Сергей?

Сергей Лесков: Кстати говоря, я продолжу то, что говорят наши уважаемые зрители. Одна из самых ужасающих болезней, которая унесла миллионы жизней, – это холера. Но в России-то при царском режиме, при гнилом царском режиме с холерой удалось справиться раньше, чем в Америке, и даже раньше, чем в Англии с ее промышленной революцией. Причин опять тому много, но, в общем-то, когда речь идет о каких-то массовых акциях, которые проводит государство, то некий культурный код и, может быть, какая-то автократия, послушание, они помогают вот в этом самом карантине, эпидемиологическом режиме.

Может быть, отсюда идут какие-то генетические корни нашего лидирующего положения в этой дисциплине, потому что бороться с эпидемией можно только всем государством, не каким-то там околотком, предположим, Балтимор какой-нибудь с его ведущим научным центром по раку не может справиться с эпидемией, должно все государство бороться. А в Америке, как известно, это 50 независимых государств, вот они и не могут справиться, там сколько, уже, по-моему, 5 миллионов заболевших этим COVID.

Ольга Арсланова: Ну да, в любом случае больше всех в мире.

Сергей Леонидович, вы упомянули культурный код. Предлагаю перейти к следующей теме, поговорить о Белоруссии. Я с большим волнением, вниманием слежу за тем, что там происходит, потому что там живут мои близкие родственники и друзья. Культурный код белорусов – это мирное поведение в политической жизни, это где-то даже смирение, но это точно не тяга к протестам или каким-то необдуманным, импульсивным выступлениям.

Сергей Лесков: Ну да, я...

Ольга Арсланова: И вот сейчас мы увидели совершенно новых белорусов. Вот хотелось бы узнать, как вы относитесь ко всему, что происходит в Белоруссии сейчас.

Сергей Лесков: Ну, это тема, о которой можно говорить целые сутки. Между прочим, если вы говорите о том, что белорусы мирный народ, ну да, я, конечно, с этим согласен. Но история говорит о том, что вот если кто-то обнажает оружие на территории Белоруссии, то показывает неимоверную жестокость, так было всегда, именно так проявил себя Владимир Красное Солнышко, наш главный святой, который нашел в Белоруссии свою жену, Рогнеда ее, по-моему, звали...

Ольга Арсланова: Ага.

Сергей Лесков: Так себя вел Иван Грозный, так вел себя Петр I, который зачем-то спалил третий на Руси храм святой Софии; так, в общем-то, вели себя и каратели во время Второй мировой войны... Я не знаю, может быть, это какой-то результат гнилостных болот белорусских, но, может быть, сам-то народ и мирный, а вот если там появляются вооруженные люди, то они себя ведут звероподобно, как черные гвардейцы у Лукашенко.

Я скажу следующее: ни одна из оппонирующих политических сторон в этом конфликте, ни сам президент Белоруссии, ни его политические противники не вызывают у меня симпатии. Но что касается мирных граждан, то да, я могу выразить только сочувствие. Нельзя так зверски обходиться с людьми только за то, что они не поверили в результаты выборов. Это не их вина, что они не поверили, это вина власти. Хочется, конечно, напомнить, что доверие между разными слоями общества, между народом и властью есть основа государства. Президент Белоруссии может себя обвинять в том, что ему не верят.

Вы знаете, где-то, по-моему, в 2000 году в стране Зимбабве была национальная лотерея, и эту национальную лотерею, там 100 тысяч долларов, первый приз взял Роберт Мугабе, президент Зимбабве. Ну так, просто случайно, вот оказалось, что в лотерею выиграл глава государства. У меня такое ощущение, что в такую блестящую победу с феноменальным результатом на выборах президента Белоруссии верит еще меньше людей, чем в победу Роберта Мугабе в этой национальной лотерее. И это вина главы государства в том, что он разрушил доверие. А там же было доверие, конечно, достаточно долго, 29 лет, по-моему, да, в Белоруссии...

Ольга Арсланова: Двадцать шесть.

Сергей Лесков: Двадцать девять. Двадцать шесть из них...

Ольга Арсланова: ...Лукашенко у власти, да.

Сергей Лесков: Да, то есть практически вся история современной Белоруссии связана с Лукашенко. И в общем-то, он довольно долго был чрезвычайно популярен и его рейтинги сомнений не вызывали. Как же он дошел до такой жизни, что ему перестали верить?

Петр Кузнецов: Ну, получается, простите, значит, выборы не значат ничего, если выборы показали больше 80% у президента, и все равно выходят и... ? Что, тогда теперь выборы проводить на улицах будут, кто больше выйдет, за кого выйдет или как?

Сергей Лесков: Эти выборы... Петя, выборы... Я же говорю, что в этот результат не верят люди, и, в общем-то, есть основания не доверять этим результатам. Мы часто критикуем выборы в России, но, извините, небо и земля. Там не было видеокамер, которые стоят у нас на всех избирательных участках от Калининграда, скажем так, от границы с Белоруссией до Чукотки, у нас все участки с видеокамерами. У нас совершенно открытая процедура, в том числе множество наблюдателей. В Белоруссии же не было наблюдателей на выборах, а там, где удалось подсчитать, значит, голоса, на тех участках в Белоруссии совершенно другой итог.

Если вы спрашиваете, Петя, мое мнение, Лукашенко, наверное, все равно победил, но не с таким результатом. Опять же это не означает, что можно так зверски бить людей. Их же, этих черных гвардейцев, сравнивают с карателями, а каратели – это самое страшное слово в Белоруссии с учетом ее истории. Хочется напомнить, что во Второй мировой войне белорусы – это второй по числу жертв народ после евреев в процентном соотношении.

Ольга Арсланова: Да. Вот сейчас мы видим на этих кадрах, как подавляются демонстрации, мирные протесты силовиками...

Сергей Лесков: Так там избивали же людей, просто случайных прохожих, несколько тысяч арестованных...

Ольга Арсланова: Да-да-да, это абсолютно всем известно, избиваются люди в СИЗО...

Сергей Лесков: ...которые не имеют никакого отношения к этим демонстрациям.

Ольга Арсланова: Но смотрите, у Лукашенко сейчас и у силовиков тоже, у Лукашенко в итоге, очень узкий коридор для маневра, для того, как действовать сейчас. То есть очевидно, что сдаваться никто не намерен. Как вам кажется, что будет дальше происходить? В итоге еще жестче будут подавляться протесты? Но мы понимаем, что чем жестче они подавляются, тем больше протест разрастается.

Сергей Лесков: Ну да, понятно, хорошо, я отвечаю на ваш вопрос. Евросоюз совершенно очевидно взял курс на дипломатическое свержение Лукашенко, сегодня собираются министры иностранных дел ЕС, там речь идет о санкциях, каких-то способах дипломатического давления.

Для России какой вариант наиболее приемлемый? Пока ни Запад, ни Россия не делают никаких решительных шагов, это позиция, положение какого-то цугцванга: Запад боится, что Лукашенко начнет дрейфовать в сторону России, того же самого, но в обратную сторону боится и Россия. (Кстати, он не выдал наших заложников, они по-прежнему по облыжному обвинению сидят в его тюрьме.)

И эта, конечно, ситуация такого взаимного цугцванга является самой выигрышной для стареющего диктатора, все заняли выжидательную тактику. Но выжидательную тактику не занимают мирные белорусские граждане, каждый день там мирные демонстрации, сегодня я уже увидел, что обнимают и целуют даже девушки этих самых омоновцев, которые опустили свои щиты...

Петр Кузнецов: Щиты.

Сергей Лесков: И у меня ощущение, конечно, что Лукашенко потерял свою страну. Я неделю назад говорил, по каким причинам он это сделал, самое главное, что он не предложил никакого сценария развития и спекулировал на ностальгических чувствах по СССР. Они есть в каждом из нас, но все-таки страна должна развиваться и двигаться вперед, Белоруссия 10 лет стояла на месте. Как в этой ситуации поступать России и какой ей сценарий наиболее желателен? Конечно, приход к власти политиков из группы вот этой вот самой женщины, как ее зовут, Светлана...

Ольга Арсланова: ...Тихановская.

Сергей Лесков: ...Тихановская, которая, кстати говоря, теперь находится в Литве...

Ольга Арсланова: Ну, справедливости ради надо сказать, что она себя никогда не называла лидером протеста, а называла себя символом скорее.

Сергей Лесков: Ну символом, какая разница?

Ольга Арсланова: То есть у этого протеста лидеров по большому счету нет.

Петр Кузнецов: Ну и голосовали скорее не за нее, а, как в таких случаях...

Ольга Арсланова: Просто, да, замечание.

Сергей Лесков: Я говорю о приходе к власти тех группировок, которые стоят за ней. Он невыгоден, конечно, России, самым для нас выгодным вариантом был бы транзит власти от Лукашенко к кому-то из таких серьезных людей с пониманием того, что без русского мира Белоруссию ждет такая же судьба, как остальные полтора десятка союзных республик.

Петр Кузнецов: А что значит «кому-то из серьезных людей», Сергей, если мы все это время ставку в Белоруссии делали только на одного человека исключительно?

Сергей Лесков: Да, это совершенно верно. Если бы в Белоруссии были какие-то пророссийские группы, которые бы ассоциировались с взаимными, – а их много, – интересами России и Белоруссии, то такая ситуация бы не возникла. Но Лукашенко сознательно, я в этом уверен, монополизировал и приватизировал все отношения с Россией, он выдавил из политического пространства все какие-то пророссийские силы.

То же самое сделал Янукович на Украине, и к чему пришел Янукович? – он потерял свою страну. Что-то такое происходит сейчас и в Белоруссии, где других партнеров России искать чрезвычайно тяжело, но, конечно же, они есть. Каким-то образом должен быть транзит власти от Лукашенко, который уже отыгранная фигура... Кстати, если Россия будет ставить на Лукашенко и дальше, на человека, который так обошелся со своими гражданами, это невыгодно прежде всего России.

Ситуация на самом деле сложная. Я неделю назад говорил, что... Собственно, мои прогнозы оправдались. Я думаю, что еще неделю будет сохраняться эта напряженность в Белоруссии. Оля говорит, что это мирные люди; по моему прогнозу, если еще неделю или 10 дней эти протесты продолжатся, то Лукашенко придется добровольно, как это делать, навострить лыжи. Куда он уедет...

Ольга Арсланова: То есть сейчас мы видим осень его правления?

Петр Кузнецов: В Ростов, может быть?

Сергей Лесков: Да, конечно. Я думаю, что сейчас мы видим какие-то... Не знаю, это что-то среднее между жестоким каким-то балаганом и маразмом стареющего диктатора, который потерял почву под ногами. Я думаю, что это напоминает режим позднего Брежнева и Черненко, там тоже были элементы жестокости, но все-таки не такие, и все это походило на театр абсурда. И сейчас, конечно, и заявления Лукашенко, и то, что он делает и в отношении России, не будем об этом забывать, напоминает эпоху Брежнева и Черненко, позднего Брежнева и Черненко.

Петр Кузнецов: Сергей, давайте еще об одних выборах, но на этот раз уже только готовящихся, американских, поговорим.

Сергей Лесков: Да, это очень забавно. Мы как-то представляли всех возможных вице-президентов от демократов, Байден зачем-то сказал, загнав себя в ловушку, что это будет обязательно женщина. Но в связи с этими событиями «Black lives matter» ему пришлось, уже было очевидно, искать чернокожую женщину.

И впервые объявлено, что его партнером по предстоящим выборам будет Камала Харрис, бывший прокурор Калифорнии, а ныне сенатор от Калифорнии, женщина с крутым замесом корней: у нее папа с Ямайки, ну то есть он черный, а мама из Индии. Понятно, что Азия тоже является предметом интересов США. Казалось бы, лучшую кандидатуру не найдешь.

Петр Кузнецов: Ну, еще бы индейские корни найти в ней, вообще было бы замечательно.

Сергей Лесков: Ну да, на 1/3 еще...

Петр Кузнецов: Ну это аванс на следующие выборы.

Сергей Лесков: Да-да.

Ну вот, на самом деле-то ее папа хоть и с Ямайки, но он из семьи крупнейших рабовладельцев Ямайки. В связи с нынешней кампанией это еще может аукнуться Джо Байдену. Впрочем, вы знаете, что Ямайка является одним из тех островов Карибского бассейна, где всякие эпидемии, занесенные с Европы, истребили индейцев, там осталось только черное население. Кстати говоря, эти вот рабовладельцы, у них же рабами были ирландцы, которых англичане после восстания вызывали тысячами на острова Карибского бассейна. А, как вы понимаете, белые рабы – это совсем не то, что черные рабы, то есть тут возможны такие варианты, что будет очень странно.

Итак, самое-то интересное, конечно, не цвет ее кожи и не то, что она прокурор. Самое интересное то, что Байден самый престарелый из всех кандидатов в президенты США, ему уже сейчас 79 лет, а учитывая состояние его физического и ментального здоровья, не исключено, что вот эта вот Камала Харрис непонятных кровей станет следующим президентом США. Из 45 президентов США, всего было 45 президентов США, 14 из них раньше были вице-президентами, то есть вы видите, что тут процент велик, а здесь вообще весь пасьянс раскладывается так, что мы сейчас видим на экране будущего президента США – не только женщину, но еще и, как она себя называет, афроамериканку. Как повернутся отношения с миром, как повернутся отношения с Россией, совершенно понять нельзя. Надо сказать, что у нее нет собственных детей, это тоже очень важно, видимо.

Петр Кузнецов: Важно для американцев?

Сергей Лесков: Нет, это важно для какого-то мироощущения любого человека.

Петр Кузнецов: Ага.

Сергей Лесков: Да, не будем лицемерить, какая-то семья очень важное имеет значение для президента США всегда. Правда, у ее мужа есть дети от другого брака, у самой у нее нет, она не познала радость материнства.

За что она выступает? За легализацию марихуаны, выступает за права сексуальных меньшинств... Хотя, казалось бы, куда дальше-то, там уже не просто права, а уже диктат сексуальных меньшинств. Она опытный оратор. Кроме того, она считает, что американские тюрьмы должны быть заполнены под завязку, потому что стране необходимы бесплатные рабочие руки для общественных работ, ну это такой ГУЛАГ по-американски. А в принципе она считается очень прогрессивным этим самым прокурором. Любопытные наступают времена.

Мы совсем забыли про нашего любимого Трампа, на этом фоне его обуревают другие мысли. Трамп заметил, что из его душа льется тонкая струйка воды, он обвинил в этом демократов, предыдущий президент Обама из экологических соображений...

Петр Кузнецов: Тоже воду отключают, да, как у нас?

Сергей Лесков: Нет, там не отключают воду, они просто снизили напор воды значительно, чтобы сберечь водные ресурсы. И теперь Трамп, который сказал, что у него прекрасные волосы, отличная шевелюра, вынужден долго стоять под душем (он все это рассказывает) и винит в этом демократов. Я посмотрел по справочникам – в России напор воды в душе в 3 раза сильнее, чем в Америке. Вот и в этом мы их обогнали.

Ольга Арсланова: Эту водную войну мы победили.

Петр Кузнецов: Еще у них госдолг большой.

Сергей Лесков: Я думаю, что надо предложить Трампу мыть голову у нас, намылить голову в России гораздо приятнее, выяснилось, чем в Америке.

Петр Кузнецов: Это уж вы к себе приглашайте, мы пас.

Сергей Лесков: Приглашаю.

Ольга Арсланова: Уважаемый Дональд, надеюсь, вы нас сейчас смотрите.

Спасибо большое. Сергей Лесков, мы подводили итоги уходящей недели, говорили о событиях, которые Сергею Леонидовичу больше всего запомнились. А сейчас мы продолжаем.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (1)
Непутин
Газ и нефть крадут у народа, а прибыль кладут себе в карман, я за санкции по "Серверному потоку". Кто-то из учёных сказал: "Сжигать нефть, как топить печь ассигнациями". Вакцина тоже может быть разрекламированной отравой ради пропаганды и при изменении штамма она уже работать не будет, и даже может убить, вызвав неадекватный иммунный ответ.