Сергей Лесков: Тайна коронавируса лежит в области психологии - человечество соскучилось по большим потрясениям

Сергей Лесков: Тайна коронавируса лежит в области психологии - человечество соскучилось по большим потрясениям | Программы | ОТР

Турция, Россия, коронавирус, новые законы

2020-03-02T21:35:00+03:00
Сергей Лесков: Тайна коронавируса лежит в области психологии - человечество соскучилось по большим потрясениям
На МКС пора ставить крест? Деньги на свалку. Маньяк выходит на свободу. Страна под снегом. Как победить бедность
Сергей Лесков: Любой памятник - это некая точка единения нации. Если памятник служит возникновению напряжения в обществе, ему нет места на площади
Что такое бедность и как с ней бороться?
27 февраля - Всемирный день НКО
МКС переработала свой ресурс
Дорогая передача: Нам мешают парковки!
Свободен и особо опасен
ТЕМА ЧАСА: Страна под снегом
Чёрные дыры МКС
Новый техосмотр отложили
Гости
Сергей Лесков
Обозреватель

Оксана Галькевич: Ну а сейчас обозреватель Общественного телевидения России уже рядом с нами в студии, Сергей Лесков, приветствуем. Сергей, здравствуйте.

Константин Чуриков: Здравствуйте, Сергей.

Сергей Лесков: Добрый вечер.

Константин Чуриков: Я думал, Оксана скажет «идеальный мужчина».

Оксана Галькевич: А, нет, это абсолютно точно, вообще не поддается сомнению. Сергей, вы лучший!

Сергей Лесков: Кто-то уже сказал «идеальный муж».

Оксана Галькевич: Луноликий, солнцеподобный Сергей Лесков.

Сергей Лесков: Вообще я послушал сейчас вопрос психолога. Я не могу не сказать, что лучший способ почувствовать себя несчастным – искать идеальную пару, искать идеального мужчину или идеальную женщину. Не знаю, мне кажется, что это азы вообще психологии. Ну да ладно. Вообще строительство идеального мира – это, как мы знаем на опыте нашей страны, лучший путь к несчастью многих и многих. Надо не терять голову и быть рациональным, в общем, в жизни.

Константин Чуриков: И тут сейчас Сергей Леонидович горячо заговорит об Эрдогане.

Сергей Лесков: Об Эрдогане, да. Обострение в Сирии случилось опять.

Константин Чуриков: Ну вот.

Сергей Лесков: На самом деле достаточно серьезное. Мы помним, что у нас такая синусоида отношений с Турцией: в 2015 году погиб наш летчик, был сбит бомбардировщик Су-24, были санкции, потом случилось примирение. В 2018 году был очередной эпизод, но мы как-то его не раздували, когда была американской авиацией уничтожена большая колонна сирийских военнослужащих, в которой, судя по всему, была и частно-государственная компания «Вагнер». Поскольку в тот момент Эрдоган и Путин встречался часто, то, в общем, это прошло не замеченно для нашей прессы, а на Западе об этом много писали. Был запущен «Турецкий поток». И вот наконец в конце...

Надо сказать, что в октябре еще в Сочи была встреча, договорились о совместном патрулировании турецкой и российской полицией вот этой зоны Идлиба на севере Турции. Некоторое время шло все более-менее нормально, но, видимо, и амбиции каждой из сторон высоки, и понимание собственной выгоды тоже разное. В конце февраля случилось очередное обострение. Видимо, о перипетиях рассказывать бессмысленно, но погибло больше 30 турецких военнослужащих, взаимные упреки, взаимные обвинения. На этой неделе должны встретиться Путин и Эрдоган, Эрдоган прилетает в нашу страну.

В Турции прозвучали достаточно сильные обещания: один из высоких турецких чинов сказал, что Россия и Турция воевали 16 раз, на этот раз месть турецкая будет ужасна. Напомнили они, что в России живут 25 миллионов мусульман, и Россия будет расчленена изнутри, я буквально цитирую. Ну, в общем-то, эти приемчики известны, неслучайно тот же Эрдоган не признает Крым и поддерживает объявленный вне закона в России так называемый крымский меджлис, это парламент прежний, отбывший на Украину в политическую эмиграцию. Ну да, конечно, Эрдоган играет в такую игру...

Вы знаете, я подумал, что здесь есть важные какие-то цивилизационные вещи. Когда Россия и Турция договорились по поводу разрешения, так нам верилось, в октябре прошлого года этого конфликта в Сирии, за который брались и Америка, и все европейские страны, ничего не получалось, а тут вот у России и у Турции с участием Ирана получилось. Оказалось, что это первый случай в мировой истории, когда крупный конфликт удалось решить без посредства мировых лидеров, то есть без Америки и Европы. Судя по тому, что сейчас Эрдоган призывает на помощь Евросоюз, судя по тому, что он открыл кингстоны и говорит, что миллионы сирийских беженцев, которые вроде бы даже и не сирийцы, как говорят знающие люди, а в большинстве своем афганцы, но так или иначе беженцы, опять хлынут на территорию Европы, уже 20 тысяч вроде бы в Грецию прорвались. Мы помним...

Константин Чуриков: На остров Лесбос в основном, да?

Сергей Лесков: Да, но они все равно патриархальные люди несмотря на остров Лесбос, надо прямо сказать.

Мы помним, что именно проникновение миллионов нелегальных мигрантов чуть не стоило политической карьеры Ангелы Меркель, которая все время говорила о мультикультурализме и толерантности. Рост преступности, теракты, нападения на местных жителей – все это были такие печальные реалии Европы. Сейчас вроде бы этот вопрос удалось решить, Турция получила 6 миллиардов от Евросоюза и заблокировала новые притоки беженцев, они там живут в каких-то лагерях на территории Турции. Ну так вот, Эрдоган утверждает, что он откроет, да он уже и открыл, приоткрыл пока ворота, орды беженцев опять хлынут на Европу, а Европа должна оказать влияние на Россию. О чем это все говорит? Что все-таки без Европы пока не удается решить крупные региональные конфликты. Это, видимо, мы как бы просчитались.

Что означает этот конфликт для простого российского гражданина? Стоит, видимо, напомнить, а может быть, и напоминать не надо, что Турция является любимым направлением для российского туризма, для российского среднего класса, а мы хотим, чтобы этот средний класс жил еще богаче, это вопрос нашего экономического процветания...

Константин Чуриков: То есть мы хотим, чтобы не только в Турцию ездили.

Сергей Лесков: А куда еще ездят-то?

Константин Чуриков: Ну сейчас мы дальше о коронавирусе поговорим, вы нам расскажете.

Сергей Лесков: Да. В Турции, кстати, пока нет ни одного зарегистрированного случая коронавируса, это тоже, надо сказать, каким-то образом обходит китайская зараза именно Турцию, хотя вот в Иране есть даже уже смертельные случаи.

Так если так будет продолжаться, куда поедут российские туристы и останутся ли к тому моменту, когда дай бог этот конфликт уляжется, туристические компании? Может быть, они все обанкротятся? Вопрос на самом деле очень тяжелый, 4 миллиона каждый год ездят отдыхать в Турцию, и, по моему мнению, по соотношению цена-качество такого отдыха российским туристам из среднего класса нигде найти будет невозможно.

Константин Чуриков: А еще чтобы и еда была включена, и напитки.

Сергей Лесков: Да. Мы же не знаем языков, а там же еще и сервис русскоязычный.

Константин Чуриков: Там и по-нашему размовляют, да.

Сергей Лесков: Да, разговаривают. Может быть, только для дальневосточных жителей есть подобные места на Дальнем Востоке, в Китае, еще где-то, но там же как раз коронавирус.

Константин Чуриков: Сергей, мы будем сейчас говорить про коронавирус.

Сергей Лесков: Да. А вообще, в общем, для... В общем, это проблема очень такая серьезная.

Ну так вот, можно ли дать какой-то прогноз? Я не думаю, что сейчас Европа подпишется за Турцию и будет грозить России новыми санкциями. Видите, в Европе сейчас новое политическое веяние, которое афористично формулирует президент Франции, который говорит, что санкции не действуют на Россию, с Россией лучше искать общий язык. Кроме того, для Европы сейчас и так достаточно проблем: это отношения с Америкой, которая выходит из всех соглашений и тяжелым сапогом (у американцев нет сапога, тяжелым армейским ботинком) наступает на грудь европейского интеллигента; это терроризм и коронавирус. В общем, тут уже не остается ни времени, ни сил для решения турецких проблем, которые во многом создала сама, конечно, Турция. Так что решение вот этой проблемы придется искать опять Турции и России.

Есть надежда, конечно, что все-таки переговоры на этой неделе Эрдогана и Путина дадут все-таки такой нормальный результат. Я думаю, что новой крымской войны, как в середине XIX века, когда Англия и Франция вступились за Турцию, не будет. Я думаю, что договорятся, но, договорившись с Турцией и на этот раз, не надо забывать, что это синусоида опять как-нибудь поднимется вверх и может быть очередная волна обострения.

Константин Чуриков: Наши зрители спрашивают, как можно верить Эрдогану, какой он нам друг и партнер, если не признает Крым.

Сергей Лесков: А кто признает Крым?

Константин Чуриков: Если Эрдоган не признает Крым.

Сергей Лесков: А кто признает Крым?

Константин Чуриков: Мы признаем Крым.

Сергей Лесков: Зачем нам нужны друзья? Нам друзья не нужны, видите, надо использовать, научиться использовать к своей выгоде все страны. Собственно говоря, президент России Путин никого и не называет другом, он всех называет демонстративно «партнерами», обратите внимание. Да, конечно, Турция партнер, один из крупнейших наших экономических собеседников. Нет, ни о какой дружбе нельзя говорить.

Между прочим, давайте признаем честно, ведь ни с кем... Вот эта вот прозвучавшая цифра 16 раз, ни с кем Россия не воевала так часто, как с Турцией, да, 16 лет. Между прочим, из учебников истории, Костя как любитель истории не даст соврать, Россия все время побеждала Турцию, что не мешало туркам опять воевать. Мне что-то кажется, что либо эти победы были не совсем полноценными, либо что-то в учебниках написано не так, как было на самом деле.

Но сейчас не об этом. Если мы с турками постоянно воюем, видимо, есть какие-то глубинные, корневые, стержневые противоречия, может быть, на уровне менталитета, может быть, на уровне каких-то геополитических разногласий. Поэтому говорить, что наш друг та страна, с которой мы установили рекорд по числу военных столкновений, даже во сне такого не придумаешь. Да, но надо понимать, что это коварный партнер, и, в общем-то, надо каждый раз... Как говорил Лермонтов, «ужасные бестии эти азиаты». Он, правда, не про турков это сказал, но, в общем, не надо забывать...

Оксана Галькевич: Ну вот у нас телезрители спрашивают, тем не менее мы очень серьезные проекты ведем с Турцией, «Турецкий поток» тот же, опять же довольно серьезная часть продуктов поставляется из этой страны.

Сергей Лесков: Да, да.

Константин Чуриков: Помидоры опять-таки.

Оксана Галькевич: Помидоры, много ничего, не только помидоры.

Сергей Лесков: Да, все это так. А что тут комментировать? Да, это так. Это искусство балансировать и извлекать выгоду из неоднозначной ситуации, к этому и сводится политика.

Константин Чуриков: Сейчас вы поговорите с Виталием из Алтайского края и поймете, что комментировать. Виталий, здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте, Виталий.

Зритель: Здравствуйте, здравствуйте. Да здесь вот разговор у вас идет о том, что может быть война с Турцией. Я думаю, что никакой войны не будет.

Оксана Галькевич: Ага.

Константин Чуриков: Так.

Сергей Лесков: Ну да.

Константин Чуриков: Подтверждаете слова Сергея Лескова, да, он тоже говорил.

Сергей Лесков: Спасибо, вы мой союзник.

Зритель: Нет, я думаю, что Турция нас может победить, просто не поставлять нам никакие продукты сельскохозяйственные. Если у нас на востоке несколько дней не было поставок продуктов, и там уже были голые полки, если сегодня закрыть с Китая, с Турции, с Белоруссии и с Казахстана, то Россия через неделю сдохнет с голоду, и воевать не надо.

Сергей Лесков: Ну не преувеличивайте.

Зритель: И воевать не надо.

Сергей Лесков: Нет, конечно, Россия не «сдохнет с голоду», что это вы такое говорите? Турецкие поставки... Турецкие помидоры – это, в общем-то, далеко не критичный продукт.

Оксана Галькевич: У нас есть помидоры астраханские в конце концов, краснодарские, да?

Сергей Лесков: Да.

Оксана Галькевич: Ставропольские, да, Константин?

Сергей Лесков: Поднатужимся. Потом есть маленькая страна под названием Израиль, которая в каких-то невероятных количествах производит все сельскохозяйственные товары...

Константин Чуриков: И картофель, и морковь, все, чего нам не хватает.

Сергей Лесков: Да, и редиска.

Оксана Галькевич: И будет рада встать на место турецкого поставщика, правда?

Сергей Лесков: Да, маленькая, но любвеобильная страна, любвеобильная к деньгам.

Кстати говоря, на самом деле для Турции самая большая опасность во всей этой истории заключается, на мой взгляд, вот в чем: они от Европы-то взяли деньги, 6 миллиардов, а границы открыли для беженцев. Вы знаете, в чем...

Оксана Галькевич: Так они тоже, значит, любвеобильная к деньгам страна.

Сергей Лесков: Да. В чем разница между немцем и русским?

Оксана Галькевич: Так.

Сергей Лесков: Русского можно кинуть на деньги, и ничего особенного от этого не будет. Мы же знаем, мы всем прощаем долги с радостью, мы же друзья.

Оксана Галькевич: Мы не любим деньги.

Сергей Лесков: Мы не любим деньги, мы не понимаем ценность денег. А вот кинуть немца на деньги – «да вы че?» Такое в страшном сне не придумают. И так они сейчас пытаются кинуть Евросоюз, который живет на немецкие деньги, на деньги. Турки взяли деньги, а беженцев не держат. Вот таких вещей ни один нормальный немец не простит.

Оксана Галькевич: Это была занимательная политгеография от Сергея Лескова.

Сергей Лесков: Да-да.

Оксана Галькевич: Давайте выслушаем Василия из Санкт-Петербурга. Здравствуйте, Василий.

Зритель: Здравствуйте, добрый вечер.

Константин Чуриков: Добрый.

Зритель: Я бы хотел вот что сказать. Я вот не понимаю россиян. Вот их начинают обзывать, всячески говорить о том, что вы здесь не нужны, уезжайте отсюда...

Константин Чуриков: А кто это нам говорит, Василий?

Зритель: Ну турки собрались там около посольства и выступали, никто их там оттуда не разогнал, как говорится, никакая полиция не обратила на это внимание. Кричали. Почему россияне не уважают сами себя? Почему они едут туда тогда, я не понимаю?

Константин Чуриков: А, все понятно, в Турцию.

Зритель: Клеветники!

Константин Чуриков: Да, спасибо, Василий.

Зритель: ...одно время, да? Мы покупали у них эту, как говорится, помидор, а заныли: «Приезжайте быстрее!» А сейчас их гнобят, обзывают всячески, а они туда едут. Так уважайте себя, не езжайте.

Сергей Лесков: Василий, вы знаете, сколько человек живет в Турции? По-моему, там население 80 миллионов.

Оксана Галькевич: Восемьдесят миллионов, да.

Сергей Лесков: Да. Если прислушиваться к каждому оголтелому мнению, то просто с ума сойдешь. Вы знаете, к России относятся неоднозначно в любой стране мира, где проживает больше двух человек. Вы даже в таком славном государстве, как Сан-Марино, найдете разные мнения по поводу России. Спокойнее относитесь к этому. Есть официальные, какие-то дипломатические отношения, есть мнения каких-то отдельных людей, немало душевнобольных людей, немало людей с каким-то националистическим уклоном радикального свойства. Эрдоган, кстати, на этот раз ничего такого сверхобидного и не говорил, хотя раньше говорил. Ну и мы, кстати, по поводу Эрдогана некоторые наши сограждане тоже говорили достаточно резкие вещи.

Вообще, вы знаете, у нас ведь есть поговорка «на обиженных воду возят», не надо обижаться. Обида – это самая... Ну не самая, наверное... Обида тебя обезоруживает. Между прочим, когда удалось договориться осенью прошлого года с Турцией по поводу локализации конфликта в Сирии, это во многом произошло благодаря позиции президента России, который ни на кого не обижался. Уж сколько там выливалось грязи на нашу страну из всяких европейских источников, из всех источников, а в итоге главным бенефициаром этой истории стала Россия. Нет, обида – это самое контрпродуктивное чувство в политике. Не надо обижаться, надо сохранять олимпийское спокойствие и ждать, когда труп твоего врага проплывет мимо тебя.

Константин Чуриков: И это вы уже начинаете говорить о нашей следующей теме, о коронавирусе, да?

Сергей Лесков: Да, приплывет.

Коронавирус – тема, конечно, вечная. Между прочим, днями президент России, по-моему, впервые высказался о коронавирусе и сказал, что, в общем, это факт, он становится одним из таких важнейших факторов глобальной экономики, в том числе и российской. И Путин признал, что минувшая неделя, которая была до этой, стала худшей в российской экономике с 2008 года, – помните этот кризис? Фондовые индексы упали на 10%, нефть, которая на Новый год еще была 70 долларов за баррель, сейчас 50 долларов, хотя бюджет у нас сверстан из цены на нефть в 42 доллара за баррель. Но у нас есть наполеоновы планы по выполнению майских указов и национальных программ; хотелось бы, чтобы нефть была подороже. Удастся ли все это выполнить, если она будет снижаться?

Все, в общем, очевидно, и это связано с тем глобальным влиянием, которое имеет китайская экономика на мировую экономику: если там 50 миллионов человек находятся в условиях жесткого карантина, если многие предприятия закрылись, если наступает коллапс по поставкам товаров из Китая, то, в общем, это сказывается на всей мировой экономике. Я увидел цифры, что, например, ну что, в Китае авиаперевозки упали на 70%, продажи автомобилей упали на 92% в Китае. Но при этом, правда, прогноз роста китайской экономики на этот год 5,5%, в условиях жесточайшего кризиса 5,5%, а в России все нормально, но только 1,5–2%. Напрашивается вопрос: может быть, нам коронавирус подпустить в нашу экономику, чтобы достичь такого кризиса, как в Китае? Ну это попутно.

Константин Чуриков: Сергей, но вопрос такой: адекватны ли вот эти меры в том числе вообще в мире, у других стран и со стороны Китая, что вот, собственно, закрываются целые производства? Стоит ли вот эта овчинка выделки?

Сергей Лесков: Костя, это самый главный вопрос. Я вот в выходные думал на эту тему. Мне кажется, что в настоящий момент борьба с вирусом опаснее самого вируса, так бывает. Можно охотиться на кухне за случайно залетевшей мухой и разворотить всю кухню, побить там всю посуду. Сколько людей-то? Конечно, каждая жизнь бесценна, но сейчас за 2 месяца от коронавируса умерло 3 тысячи человек, а в мире почти 8 миллиардов, 7,5 миллиардов населения.

Константин Чуриков: А от гриппа как у нас?

Сергей Лесков: Ну давайте посмотрим. Нет, сейчас мы дойдем до гриппа. А сколько умерло, например, такая экзотическая смерть, удар молнии за это же время? – 330 человек. Змеи и крокодилы за это же время закусали до смерти 1,5 тысячи человек, это пресмыкающиеся, которые пресмыкаются перед...

Константин Чуриков: Это уже половина коронавируса на сегодняшний день. Так.

Сергей Лесков: Да. Собаки, лучший друг человека, как вы думаете, собаки сколько загрызли до смерти за 2 месяца? – 4 200 человек, это друг человека, опаснее коронавируса, который злейший враг человека. Велосипедистов погибло почти 10 тысяч, больше. Ну а теперь, есть брать серьезные заболевания: кмары, то есть малярия, 125 тысяч.

Константин Чуриков: Сергей, почему все это...

Сергей Лесков: Сейчас.

Константин Чуриков: Давайте.

Сергей Лесков: ВИЧ – 128 тысяч; смерть на дорогах (это, конечно, беда такая) – 225 тысяч. Еще раз: коронавирус – 3 тысячи. Ну а грипп, о котором Костя спрашивает, очень трудно привести корректную статистику, потому что в разных странах по-разному считают, что такое, от чего умер человек, от гриппа или от того, что у него на фоне гриппа разразились другие заболевания, именно поэтому в России от гриппа умирает в 5 раз меньше людей, чем в США, ну по-разному можно считать.

Константин Чуриков: У нас умеют все прятать по разным полочкам, понятно.

Сергей Лесков: Да, у нас статистика в России – это так или иначе... Ну, в общем, от обычного гриппа за эти 2 месяца умерло никак не меньше, чем 100 тысяч человек.

Константин Чуриков: Но почему это все так не влияет на рынки, на валюты?

Сергей Лесков: Отвечаю: это влияет на рынки, это влияет на валюты, потому что объективно останавливаются предприятия, объективно самолеты не летают, целые области в карантине, нет людей...

Константин Чуриков: Это коронавирус влияет, а остальное почему так не влияет?

Сергей Лесков: А остальное... Все, отвечаю на этот вопрос. Естественно, когда я посмотрел на эту статистику, я задался и этим вопросом. Мне кажется, что в значительной мере из-за того, что мы давно живем без большой войны, давно какие-то кометы не падали, и все какие-то вот эти вот алармистские угрозы, которыми живет человечество, все они оказались нереализованными. Смотрите, озоновая дыра, потепление, углекислый газ, выбросы еще чего-то, ожидали многие конца света на рубеже тысячелетий, только что была цифра 20.02.2020, 20 февраля 2020 года, тоже ничего не случилось. Вот все наши страхи, – а человек же любит острые ощущения, – ни к чему не привели.

И даже вот эти вот запугивания, которыми нас ошарашивает Грета Тунберг, тоже, в общем-то, воспринимаются как какие-то заговоры. Кстати, почему Грета Тунберг ничего не сказала про коронавирус? Я просто удивляюсь. Наверное, в школе (она же не ходит, правда, в школу), тут же надо обладать какими-то познаниями в биологии, знать, как этот несчастный вирус проникает сквозь клеточную мембрану. Кстати, это очень непросто, забраться любому вирусу в клеточную мембрану тяжелее, чем медвежатнику открыть сейф, это совсем не очевидная такая вещь.

Ну вот. В общем-то, вся та паника, которая возникла во всем мире на фоне достаточно небольшого урона, который реально нанес сейчас коронавирус, говорит о том, что человечество просто соскучилось по большим каким-то таким треволнениям. В начале прошлого века, когда комета Галлея приближалась к Земле, тоже же были ожидания того, что она протаранит Землю и все помрут, именно тогда в одном фильме, мы слышали эту фразу, «Земля налетела на небесную ось», помните, там что-то все перевернулось...

Оксана Галькевич: Сергей, а вот экономические...

Сергей Лесков: Я думаю, подытоживая то, что я сказал, что тайна коронавируса лежит не в области биологии, а в области человеческой психологии в основном.

Оксана Галькевич: Сергей...

Сергей Лесков: Чернобыльский синдром – примерно то же самое.

Оксана Галькевич: Одна из причин, может быть, перепроизводства в Китае, так скажем, а? Смотрите, это «хорошая», так скажем, в переносном, конечно, смысле, причина сбросить излишки китайской экономики?

Сергей Лесков: Это конспирология.

Оксана Галькевич: Нет?

Сергей Лесков: Это конспирология, которая тоже, конечно, является свойством нашей психологии. Я, например, видел, что китайский коронавирус – это масштабные учения по гражданской обороне в Китае, которые проводятся накануне неизбежной войны с Америкой. Можно высказать такую версию? Они же пока экономически воюют с Америкой, а может быть, и дальше все развернется? Надо провести учения по гражданской обороне. Кроме того, товарищ Си ведь не хочет покидать пост, который ему 10 лет надо сидеть во главе страны, и такая форс-мажорная ситуация может дать ему аргументы, для того чтобы продлить свое руководство Китаем. Здесь можно какие угодно выстраивать версии, но в любом случае та паника, которая сейчас разворачивается, там даже футбольные матчи в Италии проводятся без зрителей, хотя в метро те же самые зрители ездят, я не понимаю, какая здесь связь...

Константин Чуриков: Между прочим, сегодня пришла новость о том, что в Токио летняя Олимпиада может пройти без зрителей.

Оксана Галькевич: При пустых трибунах, да.

Константин Чуриков: Еще пришла новость о том, что, значит, наши казаки, казачий Совет атаманов России издал приказ, запрещающий целовать кресты, иконы и руки тоже, в общем, в борьбе с коронавирусом.

Сергей Лесков: Ну молодцы.

Оксана Галькевич: В Монголии они отменили молебны и богослужения, закрыли...

Сергей Лесков: Кстати, сейчас будет довольно много в связи с Великим постом всяких церковных праздников. Я вовсе не хочу выступать в качестве санитарного просветителя, но напомню, что, в общем-то, массовое целование икон является чрезвычайно опасным делом, и это понимали еще в старину. Во время московской эпидемии чумы при Екатерине II московский митрополит Амвросий запретил целовать прихожанам икону Владимирской Божьей Матери. Многие считали, что если ее поцелуешь, то это спасет тебя от чумы, но митрополит Амвросий был просвещенный человек, хотя и служитель культа, и понимал, что это разносит болезнь. Все закончилось тем, что толпа разорвала его на части, он похоронен сейчас в Донском монастыре. Все-таки я думаю, что церковные служители с тех пор повысили еще больше свой образовательный уровень. Прикладывание к иконам и всякого рода мощам во время массовых эпидемий есть чрезвычайно опасная вещь, и хорошо, что казаки как бы сказали об этом.

Константин Чуриков: Сергей, на всякий случай Минздрав не так давно рекомендовал не трогать лицо руками. Я обратил внимание, вот аккуратнее, коронавирус передается.

Сергей Лесков: Да, кстати говоря, окроплять святой водой тоже ведь опасно в этой ситуации. Здесь надо соблюдать, конечно, осторожность.

В общем, да, в любом случае, как и в случае с Чернобылем, паника является самым опасным фактором и экономическим, и медицинским в подобного рода ситуациях. Конечно, вакцину надо разрабатывать, я не говорю, что вакцина не нужна. Кстати, вакцины сейчас не существует до сих пор, об этом говорит то, что количество повторных заражений становится все больше, то есть вакцины нет. Вакцина нужна, но надо продолжать жить с холодной головой и не забывать о том, что за то же самое время от обычного гриппа по крайней мере в 40 раз больше людей, но мы на это внимания никакого не обращаем.

Оксана Галькевич: Нина из Владимира хочет задать вам вопрос. Нина, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте. Я хочу сказать ведущему: почему вы сравниваете, сколько умерло от гриппа людей и за какое время вы называете? А коронавирус всего-навсего еще 2–3 месяца идет. Я говорю, что если это в Китае, понятно, у них население какое большое, а у нас какое население?

Поэтому я считаю, то, что у нас правительство делает, медицина, то есть охраняет и говорит меры предосторожности, их нужно соблюдать. И не лишнее совсем уменьшить количество приезжающих пока в Россию по крайней мере на тот случай, пока хоть какое-то лекарство не будет у нас как бы изобретено, так можно сказать.

Константин Чуриков: Приезжающие из-за рубежа – имеются в виду иностранцы или наши граждане? Если вот наши возвращаются из-за рубежа, что делать?

Зритель: Иностранцы.

Константин Чуриков: А, иностранцы.

Зритель: Наших, даже не может быть и речи о наших, потому что это наши люди, и какие бы они ни приехали, их нужно принимать, понимаете?

Константин Чуриков: Все понятно.

Зритель: И условия у нас, слава богу, по крайней мере...

Сергей Лесков: Нет, к сожалению, Нина, я не понимаю вашего тезиса, могу сказать это с прискорбием. А если к нам едут бизнесмены, которые везут нам какие-то выгодные контракты, им надо давать отворот-поворот? То, что вы говорите, это вариант тотальной изоляции, который приведет к падению, свертыванию экономики, а ничто так не обезоруживает страну перед массовой эпидемией, как слабая экономика, нельзя об этом забывать. Только богатые страны могут решить проблемы здравоохранения; если в стране экономика находится в состоянии коллапса, а именно к этому приведут ваши ограничительные меры, то мы сами себе выстрелим в колено.

Константин Чуриков: Подождите...

Сергей Лесков: Надо соблюдать осторожность. Вот, кстати говоря, у нас ведь в стране до сих пор нет процедуры сканирования приезжающих из-за границы, а во многих странах она уже есть. То есть все пассажиры, которые приезжают в страну, проходят этот самый экспресс-контроль температуры, а у нас этого нет. Может быть, мы просто не знаем...

Константин Чуриков: Подождите, тут уже и в метро, значит, и в аэропортах, сообщения...

Сергей Лесков: Да, но это в других странах. У нас же...

Константин Чуриков: У нас, у нас.

Сергей Лесков: У нас нет этого сканирования. Поэтому опять же, может быть, то, что у нас только один заразившийся коронавирусом, это вопрос российско-медицинской статистики.

Константин Чуриков: Подождите, мне хочется, просто вы сказали, что богатая страна, в общем, во всеоружии встречает коронавирус.

Сергей Лесков: Конечно.

Константин Чуриков: Но есть же, понимаете, вот есть страны, не буду говорить, как одна из них называется, она богатая, понимаете, а экономика у нее совсем не мощная. Ведь это же не знак равенства, что, если богатая страна, значит, мощная экономика?

Сергей Лесков: Нет, почему? Это вещи, которые имеют зависимость, это корреляция.

Константин Чуриков: То есть у нас... У нас же богатая страна? – богатая. А экономика у нас мощная?

Сергей Лесков: Нет, если... Это как бы богатая в смысле потенциала.

Константин Чуриков: А, понятно.

Сергей Лесков: Когда я говорю о богатой, я имею в виду все-таки размер экономического богатства, а не богатства недр, не богатства души, а именно это. Для того чтобы решать насущные проблемы, перед которыми поставит ту или иную страну эпидемия, надо быть, чтобы у тебя карманы были набиты деньгами, иначе ты будешь безоружным, это совершенно очевидно.

Есть еще один вопрос. Мы вступили в первый весенний месяц, и 1 марта вступают в действие важные законодательные нововведения, о которых нашим гражданам полезно знать. Первое, пожалуй, которое бы я назвал, опять же касается здравоохранения и медицины. Помните, в прошлом году было несколько неприятных уголовных дел, когда матери для своих детей-инвалидов ввозили психотропные препараты, которые были не зарегистрированы в России, их хватили за руку, возбуждали уголовное дело? Ну негоже это, конечно, совершенно негуманно.

И почему люди должны страдать из-за несовершенства законодательства, во-первых, и во-вторых, из-за экономического несовершенства? Если государство не научилось делать какие-то лекарства жизненно необходимые, почему люди должны страдать? Кстати, насчет Конституции: в Конституции есть право на жизнь, в Конституции у нас есть (пока по крайней мере) право на бесплатную медицинскую помощь, здесь явное нарушение этого.

Константин Чуриков: Сейчас еще много чего появится, это мы отдельно поговорим, да.

Сергей Лесков: Да. И сейчас наконец-то с 1 марта разрешено ввозить в Россию незарегистрированные у нас в стране медицинские препараты. Но ведь чиновника на козе не объедешь, и эти незарегистрированные... Для этого надо медицинское предписание иметь в кармане, конечно, таможеннику не на словах объяснять, а показать ему медицинское предписание. Однако все эти незарегистрированные медицинские препараты должны попасть в зарегистрированный Минздравом перечень незарегистрированных препаратов, вы представляете? То есть это, в общем, напоминает мне мудрое наблюдение Салтыкова-Щедрина, что российская власть всегда должна держать свое народонаселение в состоянии полнейшего изумления. Полнейшее изумление. То есть должен быть, еще раз повторю, зарегистрированный перечень незарегистрированных медицинских препаратов.

Едем дальше. Еще вводится бесплатное пользование порталами государственных услуг... Ну то есть сейчас за них взимают деньги операторы сотовые как за трафик. Теперь есть...

Константин Чуриков: А сколько мы времени каждый день проводим на Яндексе!

Сергей Лесков: Ну вот, то есть ты пользуешься какими-то там государственными услугами, то оператор не имеет права брать с тебя деньги, даже если у тебя нулевой баланс, ты все равно на государственные вот эти вот социальные сети можешь входить. Вообще все государственные с 1 января эти самые социальные услуги будут бесплатными. Сейчас 1 марта, а будет полное расширение до всех социальных...

Константин Чуриков: Имеются в виду, Сергей, Интернет-услуги, по Интернету, да? Они же и так бесплатные.

Сергей Лесков: Да, Интернет-услуги. Есть у нас программа государственная, называется «Доступный Интернет». Мы часто критикуем наших чиновников, не далее как минуту назад, но такой государственной программы нет ни в одной стране мира.

Есть еще вещи, которые интересны и которые все должны быть готовы. Теперь транспортная полиция может пользоваться электрошокерами. Сначала надо предупредить, что тебя шокируют электрическим током, но знаем мы эти предупреждения...

Константин Чуриков: Сказать: «Сейчас я вас буду бить током, гражданин»?

Сергей Лесков: Да, «сейчас я буду вас...» Кстати, здесь, конечно, возникает вопрос. Сейчас же все электрошокеры делаются в Китае, а если наступит товарный коллапс...

Оксана Галькевич: Хватит ли на весь народ электрошокеров, да?

Сергей Лесков: Хватит ли на всех транспортных полицейских?

Оксана Галькевич: Зарядов?

Сергей Лесков: Ну конечно, это дело хорошее, сколько у нас «зайцев» на транспорте! А теперь можно будет «зайца» «поджарить».

Константин Чуриков: Ага.

Оксана Галькевич: Ну это вы пошутили, конечно, Сергей.

Сергей Лесков: А, я пошутил?

Оксана Галькевич: Вы знаете, просто не всегда люди вашу иронию...

Сергей Лесков: Не всегда, да?

Оксана Галькевич: Да, вот вы как-то в усах ее иногда прячете.

Сергей Лесков: Но любой «заяц» должен знать, что теперь поймавший его полицейский может его «поджарить» электрошокером.

Оксана Галькевич: Тут два полицейских в Иркутске попали уже под суд, по-моему, они так попытались разбудить...

Сергей Лесков: Тогда закона не было, а теперь-то закон есть.

Оксана Галькевич: Закона не было, да? Там человек умер просто от такого «поджаривания», к сожалению.

Константин Чуриков: Ну да.

Сергей Лесков: Ну и, наконец, у нас есть общая знакомая, которая любит ретромобили, теперь введена процедура техосмотра для ретроавтомобилей. Надо тормозные системы, колеса, фары, еще что-то, средства пожаротушения, все это важно. Что такое ретроавтомобиль, Оксана?

Оксана Галькевич: Ретроавтомобиль – это ретроавтомобиль, Сергей.

Сергей Лесков: Нет, 30 лет. Но опять нужна справка...

Константин Чуриков: То есть это и наши «Жигули», «Волга»?

Сергей Лесков: Да, 30 лет. Но опять же нужна справка от чиновников о том, что этот ретроавтомобиль является ретоавтомобилем.

Оксана Галькевич: Такая интересная тема, и не хватило времени как всегда.

Сергей Лесков: Да.

Оксана Галькевич: Сергей Лесков, обозреватель Общественного телевидения. Спасибо, Сергей.

Константин Чуриков: Спасибо, Сергей.

Оксана Галькевич: В среду вас снова ждем.

Константин Чуриков: Возвращайтесь к нам в среду, да.

Оксана Галькевич: Да.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (1)
Дарьяна
В Китае остановлены частные предприятия, в большинстве своем с иностранными акционерами. Эти предприятия на грани банкротства из-за вынужденного простоя. И Китай скупает по дешевке акции этих предприятий. Т.е., таким образом под шумок, происходит национализация этих предприятий, перевод их в госсобствееность Китая. И ведь никто из бывших собственников не возразил ни разу. Больше того, они счастливы, что получили хоть что-то за свой якобы погибаюший бизнес. Это наводит на размышления о природе короновируса.