Сергей Радько: Если человек с ребёнком в машине нарушает, то значит ему наплевать на самое дорогое, поэтому лишняя тысяча рублей (штрафа) его не остановит

Сергей Радько: Если человек с ребёнком в машине нарушает, то значит ему наплевать на самое дорогое, поэтому лишняя тысяча рублей (штрафа) его не остановит
Дмитрий Гордеев: Местные бюджеты – это «тришкин кафтан»: очень большие публичные функции, а средств катастрофически не хватает
Саркис Дарбинян: Если мы хотим иметь конкурентные IT-сервисы, надо раз и навсегда отказаться от репрессивного правового регулирования этой отрасли
Погашение кредитов: какую часть семейного бюджета это отнимает?
Год в сапогах: военкоматы теперь займутся новобранцами и без официальной прописки
Таганрог остался без воды. О ситуации в городе - наш корреспондент Дмитрий Андреянов
«Матчи Евро-2020 у нас совершенно точно не отберут!»
Сокращение чиновников: станет ли в стране меньше бюрократии?
Какие пенсии в России? Достойная зарплата. Пентагон нацелился на Калининград. Лишние уроки. Тату детям не игрушка!
В ожидании индексации: какие пенсии сегодня получают в регионах и на что их хватает?
Пенсионный фонд России: сколько он тратит на свои нужды? Наш сюжет
Гости
Сергей Радько
адвокат, эксперт партии «Автомобильная Россия»

Петр Кузнецов: Переходим к следующей теме. ПДД для всех едины, казалось бы. Но Правительство так не думает, потому что оно поручило Минюсту и МВД разработать поправки в Административный кодекс – речь идет об ужесточении штрафов за нарушение правил движения для водителей с детьми в автомобиле. То есть, если в момент, например, ДТП в салоне был несовершеннолетний, платить нарушитель будет больше.

Тамара Шорникова: Авторы инициативы ссылаются на тревожную статистику. В этом году отмечен рост количества аварий с участием детей – их стало почти на 1,5% больше. Увеличилось и число пострадавших детей на те же 1,5%.

Петр Кузнецов: Инициатива уже вызвала неоднозначную реакцию. Понять можно. Некоторые автоэксперты настроены критически и отмечают, что вряд ли ужесточение наказания исправит статистику аварий именно с детьми.

Тамара Шорникова: Скажите, что вы думаете по этому поводу? Позвоните нам и напишите SMS.

Прямо сейчас будем разъяснять все моменты с экспертом в нашей студии. У нас в гостях – Сергей Радько, эксперт партии «Автомобильная Россия». Здравствуйте.

Сергей Радько: Добрый вечер.

Петр Кузнецов: Здравствуйте.

Тамара Шорникова: Ну, первое, что хочется спросить: ваше собственное мнение? Успели ли ознакомиться? И что думаете по этому поводу?

Сергей Радько: Довольно странная инициатива, потому что как бы здесь между строк читается такое продолжение идеи, что если молодое поколение для государства более важное, то старое поколение как-то не очень интересно. Поэтому если в салоне бабушка, то, может быть, давать скидку, а если есть ребенок, то нужно наказывать более строго.

Поэтому здесь есть некие признаки дискриминации по возрастному признаку. Потому что у нас по закону вообще все люди перед законом равны, и государство обязано обеспечивать жизнь, здоровье и безопасность всех граждан, независимо от возраста, расы, национальности так далее. А здесь получается, что за правонарушение, которое ставит под угрозу жизнь и здоровье ребенка, наказание более строгое, а если вместо ребенка сидит бабушка или дедушка, то вроде как это и не страшно.

Петр Кузнецов: И опять запрет. Может быть, придумать и как-то подойти, например, к тем же самым детям в салоне с другой стороны – привилегии какие-нибудь? Что тоже, в принципе, может улучшить аварийную статистику при правильном подходе.

Сергей Радько: Да. Но здесь есть еще один момент. Ведь если у нарушителя в салоне нет детей, то это вовсе не гарантирует безопасность детей, потому что он может совершить столкновение с другим автомобилем, где есть дети. Поэтому такое усиление наказания, в общем-то, ни к чему не приведет, кроме, наверное, усиления коррупции. Это первое. Потому что сотрудник ГИБДД, когда машину остановит, посмотрит в салон: «О, у вас там дети находятся. Теперь с вас не полторы тысячи рублей за разговор по телефону, а три. Плюс за отсутствие ремня тысяча, но вместо тысячи – две». И так далее. Понятно, как будет вопрос решаться на месте.

И самое главное – непонятно, как такое наказание будет выявляться, потому что понятно, что камера видеонаблюдения, которая выписывает штраф за скорость, за выделенку и так далее, она не может определить возраст ребенка в салоне. Поэтому все это пока может быть чисто теоретически.

Петр Кузнецов: Да и вообще его наличие, да?

Сергей Радько: Да.

Петр Кузнецов: Тем более если он сидит сзади. У нас сейчас уже можно тонировать задние стекла.

Сергей Радько: Это всегда можно было делать. Поэтому наличие на заднем сиденье пассажира вообще никак не определяется. А уж определить его возраст в принципе невозможно. Поэтому все это нужно отдавать инспекторам ГИБДД. А мы знаем, что их становится все меньше и меньше.

Петр Кузнецов: 95% всех нарушений фиксируется фото- и видеокамерами.

Сергей Радько: Да, да, да. То есть, по сути, этими нарушениями будет некому заниматься.

Тамара Шорникова: Ну, у ряда экспертов есть такое мнение, что само слово «ужесточение» как-то очень благотворно влияет на дисциплину водителей. Мол, ужесточили штрафы за тот же ремень – и стали пристегиваться, стала лучше ситуация на дороге.

Сергей Радько: Не стали пристегиваться.

Тамара Шорникова: Не стали?

Сергей Радько: Сотрудникам ГИБДД на это, извиняюсь, глубоко наплевать, они на ремень не обращают никакого внимания. К сожалению, это факт.

Тамара Шорникова: Хорошо. Приводят все-таки статистику, что по каким-то параметрам, где штрафы стали жестче, ситуация стала лучше. И здесь, соответственно, понятно, что у каждого куста не будет стоять сотрудник ДПС и не будет проверять конкретно машины с детьми, но сам факт понимания, что тебе может грозить более жесткий штраф, немножко статистику пугающую поправит. Как к этому относитесь?

Сергей Радько: Я думаю, что вряд ли. Потому что если человек со своим ребенком в машине позволяет себе нарушать, то это означает, что наплевать на самое дорогое, и поэтому какая-то лишняя тысяча рублей его уже точно не остановит. Поэтому думаю, что здесь нужно как раз больше думать, наверное, над воспитанием людей, над социальной рекламой, а не над тем, как бы нам это сделать только путем очередного повышения штрафов.

Тамара Шорникова: Кстати, в поддержку как раз этого мнения было очень много SMS в дневном эфире. Люди писали о том, что те, кто сейчас хорошо ездят на дорогах, дисциплинированные, скорее всего, они продолжат это делать. А люди, которые не очень заботятся о безопасности движения собственном и своих детей… Может это привести к дополнительным аварийным ситуациям.

Сергей Радько: Абсолютно верно, да.

Тамара Шорникова: Потому что родители просто будут говорить, мол: «Пригнись, там виден пост. Может быть большой штраф», – например.

Сергей Радько: Да, совершенно верно. Тем более что пока непонятно даже, о каком возрасте ребенка идет речь. И нужно ли иметь водителю при себе документы на ребенка, подтверждающие его возраст? Среди документов, которые водитель обязан иметь при себе, пока свидетельство о рождении ребенка не значится. Поэтому как это будет определяться? Вопросов гораздо больше, чем хотя бы примерных ответов.

Петр Кузнецов: Я все-таки надеюсь, что водители, которые у нас детей перевозят, все-таки в основном люди нормальные, которые понимают всю ответственность без всяких штрафов.

Сергей Радько: Да, конечно.

Петр Кузнецов: Давайте послушаем Евгения из Калужской области. Здравствуйте. Евгений, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте.

Петр Кузнецов: Говорите, пожалуйста. У вас есть мнение по поводу новой инициативы?

Зритель: Есть, конечно. Я не могу понять, как дети могут влиять на безопасность дорожного движения, которые находятся в салоне. Я могу понять, как влияет дождь, могу понять снег, могу понять гололед, разбитая дорога, плохое освещение, неправильное регулирование ГАИ дорожного движения. Дети в салоне будут мешать безопасности дорожного движения? Это мне не понятно. Это очередное собирание денег с народа, очередное.

И вот сейчас у вас была как раз передача по «скорой помощи». Спасать надо всех – и алкашей, и не алкашей. Для этого мы и социальная страна. Спасать надо всех. И правильно сейчас ведущий сказал, что и старики сидят, и маленькие дети. Надо всех спасать.

Тамара Шорникова: Да, понятно.

Петр Кузнецов: Как дети в салоне влияют на аварийность? – вопрос. Но нам не обосновали это авторы законопроекта, да?

Сергей Радько: Ну, идея, может быть, в том, что если будет более строгий штраф, то, наверное, водитель, который везет с собой ребенка, будет более осторожен. Но я уже сказал, что если он неосторожный и имеет с собой ребенка, то, наверное, лишняя тысяча рублей его не остановит. Потому что ребенок уже по-любому для любого родителя должен быть каким-то сдерживающим фактором. Если это не останавливает водителя, то, конечно, штраф никакой его тоже не остановит от нарушения.

Тамара Шорникова: У нас есть видеоматериал. Мы попытались собрать мнения на улицах наших городов, как в принципе люди относятся к подобной инициативе – нужно ли повышать штрафы для водителей с детьми или нет. И вот какие ответы получили.

ОПРОС

Петр Кузнецов: Очень много историй нам здесь присылают. Допустим, если ребенку стало плохо, тошнит, соответственно, маневр какой-то на обочину в неположенном месте получается, чтобы ему каким-то образом помочь. И – хоп! – тут штраф.

Сергей Радько: Причем удвоенный.

Петр Кузнецов: Удвоенный, потому что в данном случае ребенок – отягчающее обстоятельство. Или сталкиваются автомобили во дворе, один другого пропускал, они оба двигаются. Получается, что оба виноваты. Один платит тысячу рублей, а другой – две тысячи рублей. И мальчик виноват. Ему еще дома достанется за это – за то, что он в машине был. Семья разрушится.

Сергей Радько: Особенно если с ребенком вы спешите, допустим, в поликлинику, в школу, и вы оставили место происшествия, чтобы его побыстрее доставить туда. Вы получите не 15 суток ареста, а – сколько? – 30, например. Или не на полтора года лишение прав…

Петр Кузнецов: А, это же будет распространяться и на сроки, точно.

Тамара Шорникова: И мечтают все-таки водители о каких-то действительно преференциях (мы начали немного об этом говорить) в сторону водителей с детьми как раз. То же самое пересечение сплошной, если ребенку стало хуже…

Петр Кузнецов: В туалет хочет.

Тамара Шорникова: Не знаю, какая-то приоритетная парковка рядом с поликлиникой там, где нельзя парковаться, и так далее. Вот такие вещи могут ввести для родителей с детьми, как-то помочь им? Или об этом речи вообще нет?

Сергей Радько: Ну, опять же вопрос. А если стало хуже не ребенку, а просто пассажиру, с которым вы едете вместе: бабушке, дедушке, вашему знакомому, мужу, брату, свату? Что, его жизнь ничего не стоит? То есть с ним не нужно припарковываться и вызывать «скорую помощь» или оказывать какую-то помощь? То есть здесь опять же получается некое разделение. Если есть ребенок, то это для государства гораздо интереснее, а если обычный человек, то…

Петр Кузнецов: Знаете, это к нашей первой теме, это уже к вопросу о вызове. Когда стоит вопрос, кому ехать первым, «скорая» приезжает прежде всего к ребенку. Наверное, как-то так это можно связать.

Сергей Радько: Ну, наверное. Но если говорить о наказании, о юридических последствиях, то, конечно, такая идея мне лично не нравится. Она представляется довольно спорной как в плане обоснования, так и в плане, самое главное, фиксации наказания за это, потому что тогда это нарушение некому выявлять.

Тамара Шорникова: То есть принцип справедливости должен быть безусловным?

Сергей Радько: Да, справедливость и относимость наказания именно в зависимости от его тяжести. Но это от возраста ребенка зависеть никак не должно.

Тамара Шорникова: И еще один телефонный звонок – Николай, Челябинская область. Здравствуйте, Николай.

Зритель: Здравствуйте. Вот вожу детей, внуков в детский сад. Город Копейск, поселок Горняк, 37-й детский сад. Улица – в два ряда движение, все. И стоит детский сад. Машин наставлено! Знаков «Осторожно, дети!» нет, предупреждающих знаков нет. Едут водители некоторые, везет трехлетнего или пятилетнего ребенка за рулем, на коленках его держит. Я говорю: «Ты что, с ума сошел, что ли?! Ты не боишься?» – «Нет, я не боюсь». Желательно расставлять знаки и даже почаще наведываться к детским садам, к таким учреждениям, где машинами забито. Там ни проехать, ни пройти.

Петр Кузнецов: Ребенок на коленках – это, конечно, жуть. Сейчас это наказывается же. Это уже отдельная история.

Сергей Радько: Это наказывается, да, это отдельная история. И она вряд ли имеет отношение к тому предложению, которое мы обсуждаем сейчас.

Петр Кузнецов: Конечно. Николай, а вы еще с нами?

Зритель: Не понял.

Петр Кузнецов: Вы с нами еще. Вы просто сказали, что вы возите внуков. То есть у вас еще…

Зритель: Да, я вожу внуков и вижу это.

Петр Кузнецов: Внуков, да? Я к тому, что… Сколько у вас детских автокресел получается?

Зритель: У меня нет кресел, у меня нет машины. Я вижу, как водители другие возят. У меня нет машины.

Петр Кузнецов: Все.

Тамара Шорникова: Кстати, мне сейчас стало интересно. Спасибо вам большое за звонок. Мне стало интересно. Мы ведем речь о том, если несовершеннолетний ребенок в салоне. А имеет значение, если это твой ребенок или, например, если дедушка того же несовершеннолетнего ребенка везет? Штраф в таком случае будет увеличиваться или нет? Просто юридически.

Петр Кузнецов: Такси, например.

Сергей Радько: По сути, никакой разницы нет, ваш это ребенок или чужой. Вы как водитель обязаны обеспечить его безопасность, но опять же независимо от того, ребенок там или нет. Пока в том предложении, которое мы обсуждаем, нет разницы – ваш ребенок это или чей-то.

Тамара Шорникова: Принципиален возраст?

Сергей Радько: Да, принципиален возраст. Но как он будет определяться – не знает никто.

Петр Кузнецов: Я почему о детских автокреслах спросил? Тем более если несколько детей везет – это же уже такие траты существенные. Помните, как сложно проходил этот законопроект о детских автокреслах? Еще и после очередного сезона их нужно менять на новые. А со старым не знаешь, что делать. Если несколько детей, то ты уже на кресла потратился. А тут предлагают еще обложить родителей с детьми новым видом, не знаю, налогов.

Римма, Башкирия. Здравствуйте.

Тамара Шорникова: Сейчас подумала о том, что мы так боремся за поднятие демографии. Если такой закон введут, то подумают, а нужен ли третий ребенок в семье.

Петр Кузнецов: Совершенно верно. Я поэтому и сказал о семье, которая может распасться после мелкого ДТП даже во дворе.

Тамара Шорникова: Или не увеличится как минимум.

Петр Кузнецов: Точно.

Тамара Шорникова: Римма, здравствуйте.

Петр Кузнецов: «За следующим не пойдем», – скажет папа. Здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте. Я против.

Тамара Шорникова: Почему?

Зритель: Я против. Потому что если водитель сел за руль, вне зависимости от того, с ребенком или без ребенка, если он ответственный, он уже будет на дороге ответственный. А если он, как говорится, дурак, то он и с ребенком будет дурак. И не зависит о того, один он или с семьей, без семьи. Это изначально нужно повышать культуру поведения на дороге, когда водителя учат вождению. Этике вождения нужно изначально учить.

Тамара Шорникова: Да, мнение понятно, спасибо, Римма.

А вот Краснодарский край предлагает прогрессивное увеличение штрафа за рецидив каждого конкретного нарушения – так будет гораздо эффективнее. То есть попался раз за обочину – штраф 500. Попался второй раз – тысяча. Третий – две тысячи.

Петр Кузнецов: А там уже и до «черных» списков дойдет.

Сергей Радько: Ну, это уже частично в кодексе реализовано. Например, первый раз за проезд на красный полагается штраф в размере тысячи рублей, а за повторное в течение года нарушение – или пять тысяч рублей, или лишение. То же самое и выездом на встречку: за первый раз можно получить пять тысяч рублей штрафа или шесть месяцев лишения, а за повторное нарушение уже светит год безальтернативно.

Тамара Шорникова: Полагают тотально ввести это.

Сергей Радько: Ну, я думаю, что скоро такие предложения уже появятся на сайтах соответствующего уровня, и мы опять их будем обсуждать. Хотя уже исторически доказано, что усиление наказания, может быть, дает некий эффект видимый на первых порах, а потом как-то все это устаканивается, и опять это уже не влияет. А те основные причины, по которым у нас есть аварийность – плохое состояние дорог, разметки, всей инфраструктуры, – это пока не обсуждается и, к сожалению, почти не меняется.

Петр Кузнецов: Кстати, вот уже о возможных последствиях пишет Саратовская область. Нам звонил дедушка с внуками, который говорит, что у него нет автомобиля, но он возит внуков. Возможно, ему понадобится воспользоваться услугами такси. Так вот, после принятия такого законопроекта такси с ребенком просто не будут брать. Зачем таксисту, если он понимает, что он берет на себя отягчающий штраф?

Тамара Шорникова: Не дай бог.

Сергей Радько: Или будут брать, но будет гораздо выше стоимость проезда, потому что таксист рискует.

Петр Кузнецов: Точно! Будут закладывать в конечную стоимость.

Сергей Радько: Если он, например, спешит, он понимает, что штраф, который будет, например, за превышение скорости, будет выше. А это означает, что таксисты будут больше гонять. А это означает, что в скором времени страховые компании опять же нам скажут: «У нас повысилась аварийность, повысились выплаты, поэтому давайте поднимем страховые тарифы».

То есть здесь, в принципе, эта цепочка будет бесконечной. И все это в конечном итоге ляжет на плечи автолюбителей путем повышения расходов на содержание автомобиля – будь то страховки, штрафы и все подобное.

Петр Кузнецов: Безусловно, крайне спорная инициатива. В таком случае какие шансы у нее пройти?

Сергей Радько: Ну, это пока лишь обсуждение, пока лишь дано поручение обдумать.

Петр Кузнецов: Даже на этой стадии?

Сергей Радько: Я думаю, что до какого-то нормативного акта мы дойдем не скоро и увидим вряд ли в ближайшем будущем.

Тамара Шорникова: Спасибо большое.

Петр Кузнецов: Спасибо.

Тамара Шорникова: Сергей Радько, эксперт партии «Автомобильная Россия». Спасибо.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)

Выпуски программы

  • Все видео
  • Полные выпуски