Сергей Смирнов: Для абсолютного большинства россиян новая модель накопительной пенсии — из какой-то другой реальности

Сергей Смирнов: Для абсолютного большинства россиян новая модель накопительной пенсии — из какой-то другой реальности
Стоматология: вам бесплатно или хорошо?
Стоматология не по зубам. Наркоманы выходного дня. Переходим на российское ПО: что будет с рынком электроники?
Никита Кричевский: Людям нужно осознание того, что в них заинтересованы, что им помогут, если что
Юрий Мельников: Дешёвые энергоресурсы невыгодно экономить
Александр Хуруджи: Предприниматели не должны бояться ошибаться. А риски надо страховать
Инвестиции в российский бизнес. На примере производства холодильных витрин в городе Орёл
Максим Руссо: Дети на заказ с желаемыми свойствами – мы хотим спортсмена или мы хотим математика – это разве что через полвека станет возможно
«Взял кредит на зубы». Откуда такие цены в стоматологии? И станет ли в поликлиниках меньше зубных кабинетов?
Почему «голливудская улыбка» так дорого стоит, и как жители регионов находят деньги на лечение зубов?
Реальные цифры: ваши поправки в Конституцию
Гости
Сергей Смирнов
доктор экономических наук

Иван Князев: Ну а мы начинаем «Отражение», и вот с какого вопроса, дорогие друзья. А есть ли нам с чего откладывать на старость, которая, возможно, придет?

Тамара Шорникова: Боишься, что не доживешь?

Иван Князев: Ну, если доживем, конечно. Сегодня всем нам фактически, видимо, окончательно предложили, как барону Мюнхгаузену, тащить себя за волосы – то есть самим копить себе на пенсию. Помните, как у героя Янковского спросили: «Вы утверждаете, что человек может поднять себя за волосы?» – «Обязательно! Каждый просто обязан время от времени это делать».

Тамара Шорникова: О чем мы? Минфин с Центробанком подготовили финальную модель реформы накопительной пенсии. Она предполагает добровольное подключение и гарантии сделанных накоплений. Правда, мы тут на днях обсуждали «сгоревшие» советские вклады. Тогда тоже копили чуть ли не всю жизнь и верили: «Вот это – надежное дело! Ну что с этими деньгами может случиться?» И где они теперь?

Иван Князев: Ну, где-где? Неизвестно где. А прямо сейчас хотим еще один вопрос вам задать. Это будет наш опрос в течение всего обсуждения. Есть ли с чего откладывать на старость? «Да» или «нет» – пишите нам. Подведем итоги.

Тамара Шорникова: И звоните, конечно, рассказывайте, что в принципе думаете про всяческие реформы пенсии. Ох, уж сколько мы их на своем веку повидали!

Будем обсуждать нынешний вариант с экспертом в нашей студии. У нас в гостях – Сергей Николаевич Смирнов, доктор экономических наук. Здравствуйте.

Иван Князев: Здравствуйте.

Сергей Смирнов: Всем доброго вечера, коллеги.

Тамара Шорникова: Итак, финальная модель реформы накопительной пенсии. Давайте разбираться, что там нам предлагают снова и снова.

Сергей Смирнов: Вы знаете, а можно я начну издалека? Издалека – в каком смысле? Я не очень понимаю, почему мы обсуждаем эту проблему.

Тамара Шорникова: Издалека кармана начнете?

Сергей Смирнов: Ну, хотя бы.

Тамара Шорникова: Вы хотите сказать, что там накопления на пенсию?

Сергей Смирнов: На самом деле, Тамара, вы очень правильно сказали. Из глубины кармана, да. И очень правильный вопрос вы задали нашим уважаемым телезрителям, потому что обратите внимание на эволюцию цифр.

Помните, недели три назад, по-моему, говорилось, что новая система… Тогда это, правда, называлось гарантированным пенсионным продуктом. Ну, от слова «продукт» отказались по многим соображениям. И тогда говорилось, что если даже четверть населения будет участвовать в этой системе, то это будет уже очень большой успех. Сегодня, когда это стало гарантированным пенсионным планом, уже говорится: ну хорошо, чтобы хотя бы 3% пришли туда.

Я к тому, что для абсолютного большинства наших телезрителей, я думаю, и для абсолютного большинства тех, кто нас не смотрит, но находится в той же самой ситуации, это все из какой-то другой реальности. Понимаете? Скорее эта система может заинтересовать тех… ну, молодежь в первую очередь, которые только-только вступают в трудовую жизнь, причем в официальную, когда имеют официальную заработную плату или какие-то официальные доходы от занятости. Что касается тех же 40-летних и 50-летних, то они уже столько пережили (про вклады вы уже говорили, но и изменения в пенсионном законодательстве), что, я думаю, доверие, в общем-то, подорвано.

Иван Князев: Но там…

Сергей Смирнов: Да, извините, Иван.

Иван Князев: Прошу прощения, прошу прощения. Но там ведь не только дело в доверии. Понимаете, 50-летним, 55-летним – там уже и не накопишь ничего фактически.

Сергей Смирнов: Вы знаете, меня смущает еще одна цифра. Точнее – не смущает, а просто говорит, в чем цена вот той реформы, которая предлагается.

Там есть гарантия сохранности этих сбережений, правильно абсолютно вы говорили об этом. Агентство по страхованию вкладов, эта функция будет возложена на них. 1 миллион 400 тысяч рублей. Предположим, вы отложили за трудовую жизнь на свою накопительную часть 2 миллиона 800 тысяч, условно. И с НПФ, в который вы вложились, увы, с ним что-то произошло. 1,400 миллиона вы получаете назад.

А что такое 1,400 миллиона при нынешнем периоде дожития (21 год)? Мы делим на количество месяцев и получаем на выходе сумму – по-моему, 5 600 рублей. Я округляю. Ну, 14 тысяч сейчас пенсия. И 5 600. Это не решает кардинально проблему. Понимаете?

Тамара Шорникова: Вы пояс всю жизнь затягивали, какие-то копейки отправляли…

Сергей Смирнов: Тем более что государство, в общем-то, предлагает альтернативные механизмы. Мы имеем в виду депозиты, конечно, в банках, на которые не существует ограничений, временных ограничений по их использованию.

Те же самые механизмы – облигации федерального займа, которые сейчас запущены для населения. Четыре выпуска уже было. Сейчас осуществляется погашение первого. И на дальнем конце – с ноября по март – там, насколько я помню, 10% годовых. Согласитесь, что это очень пристойная сумма, когда инфляция у нас где-то 3,7% на этот год. И поэтому кого может привлечь эта система? Ну, надо смотреть.

Иван Князев: Нет, слава богу, она хотя бы добровольная.

Сергей Смирнов: Безусловно.

Иван Князев: Вроде бы там даже придумали какие-то мотивации. Во-первых, с одной стороны, там работодателям послабление вроде как есть, которые могут своего работника к этому как-то сподвигнуть. И с другой стороны, во всяком случае, можно посмотреть, сколько ты накопил.

Сергей Смирнов: Безусловно, да. Извините, Тамара, перебил.

Тамара Шорникова: Я увидела просто эсэмэску. А с третьей стороны, у нас есть SMS из Астраханской области: «Зарплата – МРОТ. Начала откладывать по 50 рублей, больше не получается. Много ли я накоплю? Галина, 53 года».

Сергей Смирнов: Вот мы об этом и говорим. Вы понимаете? Я специально согласовал этот вопрос (по поводу льгот вы затронули сюжет), специально согласовал этот вопрос с замечательным коллегой Антоном Табахом, который разрешил использовать его расчет.

Что получается для работника? Что выводится из-под налогообложения? Если он откладывает 6% своего дохода на предприятии в эту самую новую систему – в гарантированный пенсионный план – и получает 13% льготы по НДФЛ, освобождение от НДФЛ, то умножаем одно на другое – и мы получаем 0,78% от его доходов. Много это или мало? Вы понимаете, при зарплате 20 тысяч даже это 200 рублей, если мне не изменяет память, даже меньше. Поэтому вот этот вопрос есть.

Что касается работодателей, то, да, есть там такое положение… Я понимаю, что я, наверное, утомлю наших телезрителей, но есть такое понятие «внереализационные расходы». И им разрешено…

Тамара Шорникова: А что это?

Сергей Смирнов: Ну, это как бы производство продукции, есть какой-то конечный результат и есть какие-то затраты, связанные с получением этого самого результата. И там есть такая позиция «внереализационные расходы» – то есть то, что можно отнести на себестоимость. И на себестоимость можно отнести определенную сумму из тех средств, которые работодатель перечисляет в гарантированный пенсионный продукт… ой, план. И он получает льготу.

Эта льгота для него, скорее всего, тоже будет очень небольшая. У него уменьшается прибыль де-факто, величина прибили. И он, естественно, платит меньше налога на прибыль.

Иван Князев: Звонок у нас есть.

Тамара Шорникова: Да, послушаем телезрителя.

Иван Князев: Ольга, Белгородская область. Ольга, здравствуйте.

Тамара Шорникова: Ольга, слушаем вас.

Зритель: Да-да-да, здравствуйте. Я работаю на почте. У нас оклад – 11 200. Из них я получаю 60%, то есть я получаю около 6 тысяч максимум. Мне даже не хватает на «прожить». Мне 51 год. Я не в состоянии даже отложить что-то. И как мне быть? Вот такие у нас зарплаты. Спасибо.

Иван Князев: Да, спасибо.

Сергей Смирнов: Собственно говоря, этот звонок и подтверждает то, с чего мы начали наш эфир.

Иван Князев: Ну да, это тот вопрос, который мы задавали.

Тамара Шорникова: И подтверждают, конечно, еще и еще эсэмэски, потому что их много приходит. Во-первых, люди в возрасте спрашивают, что им действительно делать, 50 и выше. «Что я успею? А с чего? И как?» Ростовская область: «При зарплате 9 тысяч – нереально. Василиса». Ульяновская область: «Я одинокая пенсионерка. Хуже участи, наверное, и нет. Даже рулон туалетной бумаги на 10 дней рассчитываю. Обидно до слез! 45 лет стажа».

Вот это всегда меня просто ставит в тупик, потому что в преддверии… Боюсь назвать точный ранг этой реформы. Какая она была по счету?

Сергей Смирнов: Это не реформа. Давайте не будем…

Тамара Шорникова: Нет-нет-нет.

Сергей Смирнов: Это создание некоего нового механизма.

Тамара Шорникова: Нет, до этого у нас была пенсионная реформа, когда мы перешли к баллам и коэффициентам.

Сергей Смирнов: Да, 2013 год.

Тамара Шорникова: Вот! Соответственно, нам в этом 2013 году говорили: «Вот сейчас мы введем эти баллы и коэффициенты – и тогда лентяи и прохиндеи будут получать минимум, а те, кто, как, например, одинокая пенсионерка из Ульяновска ныне, работавшая 45 лет, она-то как раз заживет. Мы для этого все делаем».

Но почему нам тогда приходят такие SMS, когда люди получают буквально копейки, и при этом никто абсолютно не понимает, как эти коэффициенты и баллы считаются? Как это возможно?

Сергей Смирнов: На самом деле в 2002 году говорилось о том же самом, и там была гораздо более прозрачная система. Помните «письма счастья»? Или не помните, но знаете. Были «письма счастья» – сколько у вас лежит. И вы могли, в принципе, делить. Тогда период дожития был 19 лет. Соответственно, вы могли приблизительно определить размер вашей будущей пенсии.

Сейчас все по-другому, но сложностей здесь особых нет. Надо просто… Есть пенсионный калькулятор на сайте Пенсионного фонда. И там, в общем-то, эти баллы, которые вы получаете за год, они определяются в зависимости от соотношения вашей зарплаты с некой средней величиной заработной платы. И если, к сожалению, человек работал на очень низкой заработной плате официально, то тогда…

Тамара Шорникова: Но 45 лет!

Сергей Смирнов: Да, 45 лет. То получается очень низкий вот этот самый коэффициент. Дальше уже вступает вопрос… Если эта величина ниже прожиточного минимума (мы не раз с вами говорили), идут доплаты до прожиточного минимума в регионе. Но боюсь, что в этих условиях сделать ничего нельзя.

Другое дело, что это самое поколение… Это, в общем, скажем так, моя принципиальная позиция. Была валоризация этих пенсий в свое время, в 2007-м. Могу ошибаться, но где-то 10 лет назад, до кризиса.

Тамара Шорникова: Еще одно слово, которое нужно пояснить нашим телезрителям.

Сергей Смирнов: Валоризация – это доплаты, в общем, механизм увеличения пенсий тех, кто работал в советский период. Но вот этих людей остается, к сожалению, все меньше и меньше (время, здоровье и все такое, условия жизни), поэтому здесь должен быть какой-то адресный подход.

Мы не раз тоже об этом говорили, что, может быть, этим людям не столько деньги нужны, а сколько бесплатное лекарственное обеспечение. Может быть, им нужны не доплаты до прожиточного минимума, а чтобы они нормально лечились, потребляли нормальные лекарства и так далее.

Иван Князев: Краснодар нам пишет: «Представляете, какая пенсия будет у наших сегодняшних депутатов? Ведь пенсия зависит не от стажа, а именно от зарплаты». То есть получается…

Сергей Смирнов: Да, есть категории, у которых… Это совершенно другая статья. И они-то как раз, я думаю, будут участвовать в гарантированном пенсионном плане.

Иван Князев: Потому что там есть с чего отложить.

Сергей Смирнов: Вы же помните высказывание господина Орешкина, министра: «Я первым побегу туда».

Иван Князев: Надо думать-то. Звонок у нас еще.

Тамара Шорникова: Да. Павел, Челябинская область. Здравствуйте.

Иван Князев: Здравствуйте, Павел.

Зритель: Добрый вечер.

Иван Князев: Павел, расскажите, вы откладываете на пенсию? Думаете уже о своей старости?

Зритель: Я откладываю на пенсию, стараюсь откладывать, но в основном, конечно, помогаю детям.

Иван Князев: А как откладываете?

Зритель: Ну, естественно, на свой расчетный счет в банке.

Иван Князев: А в пенсионный фонд, к примеру? То, что нам сейчас предлагает Минфин.

Тамара Шорникова: Негосударственный.

Иван Князев: Да, негосударственный.

Зритель: Нет, нет, нет. Ни за что!

Тамара Шорникова: Почему?

Иван Князев: А почему?

Зритель: Ну смотрите. Вот у вас была сберкнижка нарисована на заставке. Мы уже с этим сталкивались. Мне 51 год. То есть одни накопления у нас «сгорели», никто ничего не получил.

Второе. В частности, пенсионные реформы, которые проводятся, – они непредсказуемые абсолютно. То есть мы решили разморозить пенсию накопительную, заморозить накопительную пенсию. Никто ничего не знает, что будет дальше.

Иван Князев: Ну смотрите, сейчас в последний раз пообещали, что замораживать не будут.

Зритель: Ну, пообещали – не значит сделали.

Иван Князев: Понятно.

Сергей Смирнов: Стоп-стоп-стоп, коллеги! А что значит «замораживать не будут»? Мы о чем? Вот та пенсия, накопительная часть, которая у нас лежит на наших счетах, ну, у тех, кто успел поучаствовать в Пенсионном фонде России…

Иван Князев: Ее разморозят?

Сергей Смирнов: Ее не разморозят.

Тамара Шорникова: Вот я как раз хотела…

Сергей Смирнов: Ее не разморозят. Увеличиваться эта сумма не будет. Она никуда не делась. Многие комментаторы пишут: «Вот государство нас обворовало». У меня тоже много претензий к управленческим решениям, но в данном случае я должен сказать, что абсолютно чисто все.

В каком смысле чисто? Эти деньги лежат либо в ВЭБе, либо в негосударственных пенсионных фондах. Вы получаете на них какой-то инвестиционный доход. Проблема состоит в том, что эта часть увеличиваться уже не будет. Поэтому в гарантированном пенсионном плане предусмотрена возможность изъятия вот этой накопительной части из ВЭБа того же, из любого негосударственного пенсионного фонда, чтобы присоединить ее к тем взносам, которые будут формироваться по новой системе, которая сейчас предложена.

Иван Князев: Нет, все равно главное, что это не пропадет.

Сергей Смирнов: Да. Но чтобы быть четким абсолютно, то та часть накопительная, которая в Пенсионном фонде России, она никогда уже не будет восстановлена. Это я вам гарантирую.

Тамара Шорникова: Я как раз хотела разъяснить строчку, которая меня прямо заинтриговала: «накопительный план, который призван модернизировать замороженные с 2014 года пенсионные накопления». Это что?

Иван Князев: Вот это всех и смутило.

Сергей Смирнов: Модернизировать – это дать возможность перевести их на самом деле. Ничего более за этим не стоит.

Тамара Шорникова: Какой богатый и могучий русский язык!

Сергей Смирнов: Не говорите, не говорите.

Иван Князев: Еще проще. Люди их увидят, не увидят?

Сергей Смирнов: Увидят, конечно.

Иван Князев: Увидят?

Сергей Смирнов: Те, кто обращаются сейчас за назначением государственной трудовой пенсии… Операторы Пенсионного фонда, ну, отделения смотрят: «Ребята, у вас накопилось, – условно, – 200 тысяч рублей за все время. Давайте теперь будем решать, как вы будете их получать: либо в виде единовременной выплаты, либо в виде доплаты ежемесячных к пенсии».

Там есть критерий количественный (я сейчас вам его не воспроизведу), и там соотносятся… Вот эти 200 тысяч делятся на 21 год. Сколько там их? 260 месяцев дожития. И смотрится сумма, которая получается. Если она превышает какую-то величину к страховой пенсии, то тогда вы получаете в виде ежемесячных выплат; если она ниже этой величины, то вы получаете ее единовременно, те же самые 200 тысяч.

Иван Князев: Смотрите, Сергей Николаевич, Ленинградская область пишет: «Мне уже почти 50 лет. Что я успею накопить? – ну, это одна сторона. – Лучше я сама буду откладывать на свой счет в банке и сниму эти деньги, когда мне надо».

Сергей Смирнов: Абсолютно.

Иван Князев: «Сниму эти деньги, когда мне это надо».

Сергей Смирнов: Это важно, это очень важно, конечно же.

Иван Князев: Ну смотрите. А в нынешней очередной модернизации этой схемы как раз таки говорят: «Дабы наши люди не потратили эти деньги непонятно на что, мы их вам не отдадим». И считают это, в принципе, разумным.

Сергей Смирнов: Вы знаете, коллеги, там на самом деле есть оговорка: вы можете, в принципе, забрать эти деньги при определенных условиях.

Иван Князев: На операцию.

Сергей Смирнов: На операцию, какие-то экстремальные ситуации и так далее и тому подобное.

Есть на самом деле еще один момент очень тонкий и достаточно сложный для бытового восприятия – тот самый период дожития. По-моему, там речь идет о 180 все-таки вот этих самых месяцах.

Иван Князев: Да, 180, правильно.

Сергей Смирнов: И возникает проблема актуарных рисков. Что это значит? Скажем, кто-то проживает 160 месяцев, а кто-то – 360. Соответственно, негосударственный пенсионный фонд на тех, кто проживает 360 месяцев, будет нести убытки. Понятно, да? Потому что они…

Иван Князев: Ну, они надеются, что не доживут люди просто.

Сергей Смирнов: Это актуарные расчеты, отдельная песня, математика, все такое. И поэтому там возникает вопрос наследования этих средств. Если вы, не дай бог… Если кто-то, не дай бог, уйдет из земной жизни до назначения пенсии, то эти средства наследуются в полном объеме. Если, не дай бог, кто-то получил хотя бы одну выплату хотя бы за один месяц и после этого уходит (ну, так сложились обстоятельства), то эти средства, как я понимаю из того, что представлено, они уже не входят в состав наследственной массы.

Иван Князев: Ах вот оно что!

Сергей Смирнов: Да! Вы понимаете, Иван? Потому что в том же самом «Сбере», в «ВТБ», в «Альфе», да в любом банке все это без ограничений… Вот вы приходите спустя шесть месяцев – и вам, естественно, эти деньги выдают без всяких ограничений.

Тамара Шорникова: Это какая-то ловкость рук или мошенничество, честное слово.

Иван Князев: Один из главных аргументов все-таки вот этого положения был – как раз таки смогут наследовать. Или получается, что если хотя бы один раз получил, то нет?

Сергей Смирнов: Да-да-да. Просто вот это понятие рисков того же самого негосударственного пенсионного фонда, и все.

Иван Князев: А, тут написано «какая-то сумма».

Сергей Смирнов: Да, да, да.

Тамара Шорникова: Все больше и больше «стимулов», да?

Продолжаем разговор. Екатерина, Кемеровская область.

Иван Князев: Здравствуйте, Екатерина.

Зритель: Здравствуйте.

Тамара Шорникова: Слушаем вас.

Зритель: Я проживаю в городе Киселевске. Наверное, вам и нежелательно нас слушать…

Иван Князев: Почему?

Тамара Шорникова: Почему?

Зритель: Ну, у нас тут идет очень нехорошая война. Вы, наверное, слышали? Мы «канадцы» называемся, наш район.

Тамара Шорникова: Так? Но вы сейчас по пенсии давайте.

Зритель: Вот я вам и хочу ответить на ваш вопрос. Мы живем, извините меня, в яме, которая должна либо бабахнуть, либо мы провалимся. Вот тут вопрос: «Есть с чего откладывать на старость?» А с чего откладывать на старость? Мы тут себе жилье не можем купить, потому что наше жилье копейки здесь стоит. Детям надо помогать, потому что детям очень тяжело на работу устроиться. Допустим, техничка моет на комбинате, у нее зарплата – 8 тысяч. У меня зарплата, допустим… получается грязными 21 тысяча. И что можно с ее нее отложить на пенсию? Да ничего!

Тамара Шорникова: А вам до зарплаты следующей хватает? Просто надо же за квартиру заплатить, лекарства.

Зритель: Мы живем в частном секторе.

Сергей Смирнов: Ну, все равно электроэнергия.

Тамара Шорникова: Ну да, понятно. Спасибо вам.

Иван Князев: Да, спасибо.

Тамара Шорникова: Смотрите, вот еще какой…

Сергей Смирнов: 21 тысяча – это, кстати, не худший вариант. Вы понимаете, да?

Тамара Шорникова: Не худший, конечно.

Иван Князев: Конечно.

Тамара Шорникова: Но мы о ценах наших тоже помним. Хотя, конечно, да, частный сектор – там больше возможностей, свое хозяйство и так далее.

Смотрите, вот еще какой аспект затрагивают наши телезрители. Омская область (нашлась SMS, которая меня заинтересовала): «Пенсия минимальная. Стаж – 25 лет. Молодые, глядя на нас, хотят пожить здесь и сейчас. Пенсионерка».

То есть – не откладывают. Понимают, что на эту пенсию точно не проживешь – соответственно, нужно сейчас жить. Государство чем рискует при такой позиции молодежи современной?

Сергей Смирнов: Государство, мне кажется, ничем не рискует. Оно не рискует. У него просто уменьшаются финансовые обязательства перед молодежью, перед будущими пенсионерами. Государству, извините, иногда даже выгодно, чтобы…

Ну, для текущих выплат, да, государство рискует. Меньше бюджет Пенсионного фонда – соответственно, потребуются трансферты из федерального бюджета, ну и так далее и тому подобное.

А люди чем рискуют? Вы знаете, бог его знает, что будет через 30 лет. Нас пугают цифровизацией экономики, искусственным интеллектом, который всех нас как бы под одну гребенку. Но я очень бы хотел, чтобы на вашем месте сидел не искусственный интеллект. И я бы не хотел ему сдаться.

Тамара Шорникова: Мы тоже. Нам надо как-то на пенсию зарабатывать, в конце концов.

Иван Князев: Понемножку.

Тамара Шорникова: До нее очень далеко.

Иван Князев: А то, судя по новостям, как-то не очень все радужно у нас в перспективе.

Аида, Краснодарский край.

Тамара Шорникова: Да, послушаем.

Иван Князев: Здравствуйте.

Зритель: Добрый вечер, добрый вечер. Я хотела бы обратиться к вам. Я работаю в поликлинике медицинской сестрой 28 лет, мне 50 лет в данный момент. Я еще до выслуги не дошла с учетом того, что отнимали от стажа декретные годы.

Скажите, пожалуйста… Вот у меня оклад – 9 700. Я 11 тысяч получаю на руки, на одну ставку я работаю в поликлинике. И с чего будет у меня накопительная пенсия? Какова будет у меня накопительная пенсия, во-первых? У меня сотрудницы уходили на пенсию, получают 8 тысяч. Во-первых, с чего откладывать на пенсию? Я даже жить на эти деньги не могу. Вопрос такой.

Откладывать, делать пенсионные накопления я не могу. Я понимаю, каково будет у меня будущее – в нищете. Я, работая в поликлинике, помогая людям, отдавая свою жизнь больным, свои нервы, свое все здоровье, я буду умирать именно в бедноте. Я это прекрасно понимаю. Вы не считаете, что я свой негатив выпускаю?

И вопрос такой. Допустим, который сидит дома, также получает пенсию, но всю жизнь не работал. Откуда эту пенсию получает этот человек? Скажите мне, пожалуйста, откуда пенсия у этого человека? Почему так несправедливо, что человек со стажем не получает пенсию, а получает именно от суммы?

Тамара Шорникова: Да, Аида, мы поняли.

Иван Князев: Мы поняли, Аида, да.

Зритель: Ведь эту сумму, которую в данный момент мне выплачивают, не я же себе назначила.

Тамара Шорникова: Да, поняли, поняли, Аида. Спасибо вам огромное.

Сергей Смирнов: Это две разные пенсии. Тут действительно есть проблема, потому что вот то, о чем говорила Аида… Правильно я запомнил? Во втором случае человек без стажа получает социальную пенсию на уровне прожиточного минимума в регионе, но – спустя пять лет.

Иван Князев: Ну, по минимуму.

Сергей Смирнов: Теперь, вы понимаете, для мужчин это будет 70 лет, для женщин – 65. То, что получает Аида… Ну, при таких зарплатах у нее тоже будет в нынешних условиях, безусловно, прожиточный минимум. Но это из других источников, это не социальная пенсия. И тут, конечно, есть определенного рода несправедливость, причем большая.

Иван Князев: Сергей Николаевич, у нас совсем мало времени осталось. Ваш прогноз как эксперта: понесут люди?

Сергей Смирнов: Ну, 2–3%, может быть, и понесут – под знаменем господина Орешкина.

Иван Князев: Которые это все придумали.

Сергей Смирнов: Да, наверное.

Иван Князев: Понятно. Спасибо вам большое.

Сергей Смирнов: Спасибо и вам.

Иван Князев: Сергей Смирнов, доктор экономических наук, был у нас в гостях. Говорили о новой пенсионной реформе.

Тамара Шорникова: А проблемы старые.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)

Выпуски программы

  • Все видео
  • Полные выпуски