Северный отток партнёров

Гости
Сергей Пикин
директор Фонда энергетического развития
Андрей Манойло
профессор кафедры российской политики факультета политологии МГУ

Петр Кузнецов: Из «Северного потока» вышли уже 18 европейских компаний. Все они испугались санкций США. Об этом сегодня пишут немецкие СМИ. Ну, им виднее, они ближе.

Марина Калинина: Да. В числе тех, кто отказались, немецкий же поставщик промышленных услуг и страховая фирма. Ранее из проекта вышли швейцарский страховщик и норвежский сертификатор.

Петр Кузнецов: Красиво как звучит, да? Немцы сообщают также, что большинство из этих отказавшихся – это прежде всего все-таки страховые предприятия, причем со штаб-квартирой в Великобритании.

Марина Калинина: Вот насколько это серьезный удар по этому проекту – по «Потоку»? И чьими силами мы будем его достраивать?

Петр Кузнецов: Кто там остался-то вообще?

Марина Калинина: Давайте на эту тему поговорим.

Петр Кузнецов: Сергей Пикин знает ответ, директор Фонда энергетического развития. Сергей Сергеевич, здравствуйте.

Сергей Пикин: Добрый день.

Петр Кузнецов: Скажите, пожалуйста, а чем так страшны для европейских компаний вот эти санкции США? Насколько мы понимаем, максимальное, что им грозит, – ну, не смогут они работать в Америке. Но насколько это серьезная угроза? Почему они так друг за другом все выходят?

Сергей Пикин: Большинство общемировых потоков финансовых идет через Америку. Т. е. систему SWIFT и т. д. Т. е. все финансовые потоки так или иначе завязаны. Поэтому, если компания подпадает под санкции, есть шанс, что она подвергнется заморозке счетов не только работая в США, но и находясь даже в других юрисдикциях, которые тесно сотрудничают с США. Поэтому, конечно, все боятся. Потому что это удар по глобальному бизнесу. Т. е. компания будет закрыта в рамках одного проекта или в рамках одной страны. И европейцы, так как они в общем-то все находятся в глобальном бизнесе, они, конечно, опасаются, что это коснется и их в том числе.

Марина Калинина: А для нас это насколько страшно, так скажем? Вот на сегодняшнем этапе.

Сергей Пикин: Для нас на сегодняшний момент это не так страшно. Потому что у нас уже есть судно, которое вовсю строит, достраивает «Северный поток-2». У нас есть компания, которая владеет. И судно, и компания попали уже, как минимум, в три санкционных списка. Собственно, они для этого и создавались, … прекрасно понимали, что санкции коснутся этой компании. Поэтому с точки зрения технологического процесса на текущий момент ничего страшного не происходит. Что касается страхования в будущем, тоже есть решение, как получить это страхование. И для этого тоже, как минимум, есть компания, которая будет готова это сделать в будущем.

При этом сейчас идут переговоры такие закулисные между США и Германией, каким образом смягчить все-таки санкции. Или, точнее, не применять, формально не применять эти санкции, которые введены, против тех же немецких компаний. Т. е. там тоже появляется окно возможностей, позволяющее достроить и реализовать проект. Т. е. все стороны остались при своих, но проект продолжает строиться, и это самое главное.

Петр Кузнецов: Ну, достроить мы его, наверное, достроим все-таки. Сейчас 90%, да, уже готово?

Сергей Пикин: 95%.

Петр Кузнецов: 95% уже, смотрите как вот. Час назад было 90%, смотрите, Сергей Сергеевич.

Марина Калинина: Раз – и 95%.

Петр Кузнецов: А можно ли сказать, что все-таки основные проблемы будут связаны при вводе в эксплуатацию газопровода?

Сергей Пикин: При вводе в эксплуатацию нужно, собственно, два решения. Это страхование и сертификация. Страхование, я повторюсь, компания, которая может застраховать, есть. И если она подпадет под санкции…

Петр Кузнецов: Это наши, да, работающие с нашими компаниями и работающие в наших акваториях, да?

Сергей Пикин: Да, но при этом сертификат страховой должен как раз использоваться на европейском рынке…

Петр Кузнецов: Вот в том-то и дело.

Сергей Пикин: Либо, опять-таки, санкция позволяет, чтобы европейские регуляторы приняли проект как есть. Т. е. с какими-то ограниченными возможностями. По сертификации то же самое. Санкции не распространяются на государственные ведомства немецкие, не распространяются на всякие фонды. И фонд такой в Германии создан, который может тоже данные услуги предоставлять, закупая уже на себя услуги сертификации. Т. е. какие-то наборы решений для того, чтобы проект все-таки дальше начал реализовываться, они существуют. И, повторюсь, сейчас идет такая закулисная дипломатическая работа, чтобы неформальным образом эти формальные санкции как-то пройти.

Марина Калинина: Ну, а нам от этого будет хорошо? Вот от этой закулисной жизни Германии и США?

Сергей Пикин: Германия неоднократно говорила, говорит и продолжает говорить о том, что проект для нее очень важен. Меркель постоянно на переговорах (по телефону пока) с Байденом об этом говорит. И поэтому сейчас, конечно, дипломаты находят варианты, как, сохранив, может быть, лицо, сохранив санкции, все-таки позволить немецким компаниям продолжить работу. Т. е. те, кто вышел из этого проекта, – это компании, которые вышли еще до победы Байдена, до его инаугурации. И сейчас я думаю, что ситуация будет несколько меняться. Может быть, не так радикально и не с таким пафосом, потому что никто сейчас не будет об этом объявлять громогласно, но попытаются каким-то образом идти навстречу европейцам, немцам в первую очередь, чтобы с ними дальше продолжать уже другой, более важный диалог уже – о трансатлантическом партнерстве, торговле и т. д.

Петр Кузнецов: К вопросу Марины о том, что нам-то что от этого. Нам как раз сейчас пишут телезрители. Ну, может, тогда, если не разрешат достраивать, не введем в эксплуатацию, может быть, у себя внутри газификацией займемся и ее до 95% доведем? Тут-то санкции США нам не грозят. – Пишут наши телезрители.

Сергей Пикин: Ну, про газификацию мы много раз с вами говорили об этом.

Петр Кузнецов: Да, да.

Сергей Пикин: И сейчас Газпром уже программу свою внутреннюю утвердил, подписал соглашения с 62 субъектами федерации на окончание газификации. И мы проведем газификацию страны полностью до конца этого десятилетия. Т. е. на это и ресурсы будут выделяться. Программа сама находится сейчас в правительстве, должна со дня на день быть утверждена. После этого, собственно, газификация состоится до экономически приемлемого уровня. Это будет, конечно, не 95%, это будет поменьше, и меньше 90%. Но то, что можно газифицировать, будет газифицировано в ближайшее десятилетие.

Марина Калинина: В общем, осталось 10 лет подождать, и все будет хорошо. Спасибо.

Сергей Пикин: Ну, в течение 10 лет.

Петр Кузнецов: Спасибо. Сергей Пикин. Подождем. Пишет Волгоград: «Газ каждому россиянину, остальные пусть гуляют», – наш телезритель написал. «Ну, и замерзнут они без нашего газа», – уверен Татарстан. Сейчас выясним. Андрей Манойло, профессор кафедры российской политики факультета политологии МГУ, с нами на связи. Андрей Викторович, здравствуйте.

Андрей Манойло: Добрый день.

Петр Кузнецов: Не будем вас спрашивать, замерзнут ли они без нашего газа или нет. Скажите, пожалуйста, а вот Америка что-то еще нового может придумать в стратегии с «Северным потоком»? Казалось бы, все ограничительные меры либо действуют, либо уже разработаны.

Андрей Манойло: Но им пока не надо ничего придумывать нового. Дело в том, что те санкции, которые они вводят, они показали свою эффективность. Раз – заявили о том, что будут вводить санкции, и 18…

Петр Кузнецов: Ну, как эффективность, простите… Эффективность – в смысле они замедлили строительство проекта. Пока он достраивается, и с вводом в эксплуатацию тоже большие шансы.

Андрей Манойло: Но пока неделя действует на замедление строительства проекта. А когда он будет построен и встанет вопрос о вводе его в эксплуатацию, вполне возможно, что очередной пакет санкций они введут вообще в отношении всех компаний, которые так или иначе сотрудничают с Российской Федерацией по поводу эксплуатации этого «Северного потока-2». Ведь совершенно неизвестно, куда острота мысли заведет режим Байдена, команду Байдена, во введении очередных пакетов санкций. Практика ведь показала, что американцам не нужны даже формальные поводы для того, чтобы какие-то новые санкции вводить.

Поэтому они сейчас вводят. Они могли бы, по всей видимости, этот прессинг многократно усилить. Но они очень интересно расшатывают лояльность как раз и заинтересованность в сотрудничестве у европейских партнеров Российской Федерации. Т. е. они вводят порционно эти санкции, потом смотрят, как будут дергаться те же немцы. Немцы начинают дергаться, им предлагают какие-то компромиссные решения, предлагают подачки разного рода. Если те не клюют, то вводят новый пакет санкций. Т. е. идет такая своеобразная игра. Посмотрим, как она будет развиваться в дальнейшем.

Марина Калинина: Но с вашей точки зрения, какие прогнозы? И как это на нас скажется? Все-таки это больше интересует, чем дойдет ли наш газ до Европы.

Андрей Манойло: Понимаете, в чем дело. Что касается конечной реализации этого проекта, то мне хотелось бы верить о том, что он будет реализован и запущен и газ пойдет в Европу. Это было бы очень даже неплохо. Но пока риски сохраняются, риски есть, и полной уверенности в том, что проект заработает, у меня, к сожалению, нет. Потому что если американцы и дальше будут действовать в рамках той тактики, которую они выбрали, но они, видимо, будут очень сильно давить на европейских партнеров. У нас же в противовес этой тактике – никакой, к сожалению, нет.

Марина Калинина: Т. е. нам нечем ответить, получается? Т. е. мы завязли в этом так, что в принципе нам надо это доделать и как-то реализовать этот проект?

Петр Кузнецов: Ну, кроме как ведь нарушены принципы свободной торговли.

Марина Калинина: Что-что? (Извините).

Андрей Манойло: Нам, возможно, есть чем ответить. Мы просто пока еще не знаем и не понимаем, как. Потому что с нашей стороны должна быть такая же тонкая, ну, или не очень тонкая, но эффективная и просчитанная игра, как та игра, которую ведут американцы с Европой. Потому что они одновременно их давят санкциями, но при этом одновременно предлагают пряник в виде строительства терминалов для их вот этого газа, который они собираются поставлять. Т. е. там такая многоходовка идет. Вот с нашей стороны тоже неплохо бы такую же многоходовку. Потому что мы сейчас выполняем роль ведомых. Нас прижимают, мы крепчаем от этого.

Петр Кузнецов: Вы знаете, многие эксперты считают, что вообще, если мы обойдемся «Северным потоком», в смысле, что санкциями против «Северного потока», это будет большой удачей. Т. е. хорошо, если только «Северным потоком». Потому что это будет минимальный удар, учитывая, что вот Байден вообще грозится по всем фронтам обрушиться. Вы как считаете?

Андрей Манойло: Я тоже думаю, что «Северный поток» это только начало. И Байден и его команда отрабатывают сейчас самые «легкие» в кавычках варианты для того, чтобы оказывать давление на Россию. Потому что здесь все лежит на поверхности, ничего особо делать не надо. Нужна ручка – самопишущее перо, бумага и возможность выпускать определенный указ. Ну вот, собственно говоря, Байден этим и занимается. А дальше будет, видимо, давление на другие болевые точки. Обязательно будет вот тот ответ, который Джейк Салливан вчера обещал на якобы выявленные Соединенными Штатами кибератаки в декабре прошлого года на институты власти в Соединенных Штатах. Он заявил о том, что ответ США будет заключаться не просто во встречных кибератаках, это будет нечто большее. Вот нечто большее – это, скорее всего, информационные операции и оперативные комбинации спецслужб. Вот такие же, как, там, дело Скрипалей. Которое было в 2018 году и продолжалось потом и в 2019, и в 2020. Поэтому мы на пороге очень серьезного натиска на наш суверенитет и на нашу национальную безопасность. К этому надо готовиться.

Петр Кузнецов: Спасибо, что подготовили нас к тому, что нужно готовиться. Андрей Манойло, профессор кафедры российской политики факультета политологии МГУ. Поговорим в финале часа о том, как мы любим отдыхать.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)
Чьими силами будет достраиваться магистральный газопровод «СП-2»?