Сезон дождей

Оксана Галькевич: Что-то невероятное творится этим летом. Мощные ливни не просто утомили жителей нескольких регионов своей продолжительностью, но и нанесли серьезный ущерб. Это вообще какое-то бедствие. Фактически бедствие сезона.

Константин Чуриков: В Сочи сильнейшие дожди не прекращались двое суток. Накануне дошло до экстренных оповещений о возможной эвакуации населения. Реки вышли из берегов. Пляжи, понятно, закрыты. Вся прибрежная зона покрыта илом, мусором, вообще непонятно чем.

Оксана Галькевич: И в Крыму, мы недавно показывали, думаю, вы помните, что творилось в Ялте не так давно. А теперь Бахчисарайский район. Там выпало трехмесячная норма осадков, паводки начались, сход селей.

Константин Чуриков: Это не только на нашем юге, а даже далеко оттуда на Урале в Свердловской области затоплено несколько городов и сел. Местным властям пришлось организовывать вывоз детей из оздоровительных лагерей.

Оксана Галькевич: Это стихия? Хочется об этом спросить нашего эксперта. Или результат хозяйственной деятельности человека? Давайте об этом поговорим с научным руководителем института водных проблем российской академии наук.

Константин Чуриков: Виктор Данилов-Данильян, научный руководитель института водных проблем РАН. Виктор Иванович, здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте.

Виктор Данилов-Данильян: Здравствуйте.

Константин Чуриков: Виктор Иванович, мы сейчас с вами в основном будем говорить о Сочи и про Крым. То, что и там и там происходит, это все одного порядка явления? Или вы как-то по-разному бы ранжировали?

Виктор Данилов-Данильян: Если говорить о самих явлениях, то это одного порядка. Если говорить о последствиях, то, конечно, есть очень большая разница между Крымом и Сочи. Давайте я постараюсь пояснить. Во-первых, происходят глобальные климатические изменения. Это то, что называется факт медицинский. Они сопровождаются усилением и учащением стихийных бедствий. Это тоже зарегистрировано.

Константин Чуриков: Да-да, пожалуйста, продолжайте. А вы просто нас слушаете, не через эфир, а просто с нами беседуете по компьютеру?

Виктор Данилов-Данильян: Да, беседую по компьютеру. Происходит усиление и учащение стихийных бедствий. К этому надо быть готовым. Когда на Амуре было сильнейшее, экстраординарное наводнение в 2013 году, то климатологи вычислили, что вероятность такого события примерно один раз в 250 лет. Однако прошло 7 или 8 лет, 8 лет, и почти тоже самое повторилось.

Дело в том, что все эти оценки, о которых шла речь, 250 лет, относились к стационарному климату. А стационарность наша климатическая система уже утратила. Все. И сейчас нужно быть готовым ко всему. Наводнение может быть в любой точке мире. Абсолютно в любой.

Оксана Галькевич: Виктор Иванович, а как мы можем к этому подготовиться? Вы имеет в виду именно только некое экстренное реагирование, в режиме МЧС: случилось, прибежали, спасли людей? Или все-таки какими-то инженерными способами, еще какими-то мы можем сделать с этим?

Виктор Данилов-Данильян: Нет, конечно, когда оно уже случилось, то нужно говорить, прежде всего, о МЧС. Когда оно должно случиться на днях, нужно говорить о системе прогнозирования и о системе оповещения населения. Но в принципе нужно к этому готовиться годами. Именно потому, что наводнение может случиться везде и всюду. Для этого нужно предпринимать самые разнообразные меры. В частности, ни в коем случае нельзя заниматься строительством в поймах рек. Сейчас это происходит постоянно.

Это произошло и в Сочи. В Крыму-то этого ничего не было, конечно. Там-то вчистую стихия сработала. А вот в Сочи мы многое сделали для того, чтобы ущерб был таким, каким он оказался. А мог бы быть гораздо меньше, если бы при строительстве олимпийских объектов наши строители, а на самом деле до строителей чиновники, послушали, что говорили специалисты. А специалисты говорили о том, что нужно соблюдать правила гидрологические при строительстве, обязательно. То есть сохранять гидрографическую сеть. Ни в коем случае не изменять русла рек без моделирования последствий и т.д.

Но была спешка страшная, нужно было сдавать олимпийские объекты к олимпиаде. Что будет через год или через семь или через десять лет, в этот момент никого, кроме специалистов не интересовало. И в результате там было допущено множество ошибок, результатом которых явился слишком большой ущерб.

Константин Чуриков: Виктор Иванович, но сейчас-то что делать? Уже все, построены эти олимпийские объекты, их уже не снесешь, они стоят на месте.

Виктор Данилов-Данильян: Конечно, не снесешь, но нужно всерьез заняться вопросом о том, что делать. Нужно на тот вопрос, который вы задали, отвечать не реагированием, когда уже что-то состоялось, а прогнозированием того, что может быть при различных климатических сценариях и оптимальным выбором мер реагирования.

Константин Чуриков: Виктор Иванович, вы сами говорите и ваши коллеги ученые говорят, что эти явления, эти дожди, наводнения, потопы, они начинают учащаться, следовательно, реагировать надо. У нас, извините, всего несколько лет назад было в Тулуне в Иркутской области, прямо-таки действительно, можно сказать, наводнение, потоп.

Виктор Данилов-Данильян: Там вообще события были предопределены неграмотным строительством. Там вполне можно было избежать жертв и разрушений, если бы нормально все построить.

Оксана Галькевич: Виктор Иванович, некоторые инженерные меры, которые можно там предпринять. Строительство дамб, защитных сооружений, я не знаю, каналы водоотведения потенциальных путей схода селей или водных потоков отхода.

Виктор Данилов-Данильян: Во-первых, нужно их рассчитать, этого же никто толком не сделал. Там же меняли русла рек, потому что для олимпийского объекта понадобилась территория, которая первоначально не была принята во внимание, потребность в этой территории. Сдвинули речку. В результате получили то, что получили.

Во-первых, нужно просчитать толком то, что же мы, в конце концов, получили. Во-вторых, нужно убрать все, что только можно убрать из поймы рек. Все, что только можно. Было катастрофическое наводнение в городе Крымске, в том же самом Краснодарском крае. Почему там было 160 жертв? Да потому, что снесло все дома, которые находились в пойме. А что не снесло, то затопило до второго этажа включительно, до крыши двухэтажных домов. Все нужно убрать из пойм, что только можно убрать. Чего убрать нельзя, я допускаю такие случаи, тогда нужно заниматься специальными мерами защиты.

Константин Чуриков: Виктор Иванович, но разница все равно огромная. Мы сейчас даже естественно не о разнице жертв. Просто в Крымске же не предупреждали. В Сочи сейчас оповещения были.

Виктор Данилов-Данильян: Так, слава богу, поэтому и жертв меньше. Пока их то ли три, то ли четыре, а не 160.

Оксана Галькевич: Виктор Иванович, скажите, а почему, я прошу прощения, что перебиваю, мы говорим о Сочи, дорогостоящий проект, нашлись деньги на такое строительство грандиозное, но не нашлись деньги на работу с вами, с вашими коллегами, на все эти расчеты не были предусмотрены.

Виктор Данилов-Данильян: Дело даже не в этом, не в том, что не нашлись деньги, а в том, что времени на это не было. Все делалось в спешке. А когда предупреждали о грозящих опасностях, чиновники этого не слышали. Наше замечательное национальное свойство современное, может быть, вообще главное это то, что чиновники не слышат специалистов. Это в Сочи и было.

Оксана Галькевич: Удивительно. К сожалению, удивительно.

Константин Чуриков: Виктор Иванович, а кроме чиновников еще какие-то факторы есть? Я понимаю, вам тут прямо все наши зрители, многие аплодируют. Говорят, что да, да.

Виктор Данилов-Данильян: Конечно, какие-то факторы есть. Конечно, мы далеко не полностью используем научный потенциал. Мы далеко не полностью развиваем этот потенциал и стараемся получить те знания, которые нам необходимы. Тут уже недостаток финансирования, недостаток кадров. У нас, например, очень плохо обстоит дело со специалистами в области водного хозяйства сейчас. Практически их не выпускают. А необходимость в таких специалистах не просто сохраняется, но и растет.

Константин Чуриков: Русла рек мы в состоянии почистить? Русла рек, чтобы вода уходила?

Виктор Данилов-Данильян: Что? Нельзя ли почистить? Да можно, конечно. Но дело в том, что всякая расчистка русел – это обоюдоострое занятие. И это нужно делать грамотно. Потому что расчистка сплошь и рядом приводит к тому, что последствия совсем не те, к которым мы стремились, а противоположные. Вы расчистили русла, и в результате по этому руслу вода пошла быстрее. Вы спасли кого-то, кто непосредственно под тем местом, которое вы чистили, но вы существенно ухудшили ситуацию на километр ниже. Вот ведь в чем проблема.

Каждое вмешательство в естественный водоток, в реку, короче говоря, имеет различные последствия. И близорукие люди сплошь и рядом творят невесть что. Хотят обеспечить проходимость для хотя бы мелких судов какого-то рукава реки. Засыпают другой рукав, в результате первый мгновенно затягивается наносами и не остается ничего от того, что хотелось бы иметь.

Константин Чуриков: Виктор Иванович, но что можно сделать с этими полноводными как раз реками района Большой Сочи. Я помню все детство там, меня туда родители возили, Лазаревское, там река Псезуапсе. Господи, ее перейти невозможно, тебя просто уносит. Как там быть с этой безумной водой?

Виктор Данилов-Данильян: Использовать имеющийся опыт, использовать имеющиеся знания. Считать. И не заниматься ерундой, господи.

Оксана Галькевич: И не делать все в пожарном режиме.

Виктор Данилов-Данильян: И не делать в пожарном режиме, совершенно верно. Средства для этого есть, есть модели. При современном уровне развития вычислительной техники и информатики, это совсем другие проблемы, чем те, которые возникали хотя бы 30-50 лет. Сейчас можно очень много посчитать из того, что раньше не удавалось. Но ведь не считают.

Оксана Галькевич: Виктор Иванович, скажите, а какие-то, я понимаю, что может быть странно звучит мой вопрос, но, тем не менее, законодательные нормы, которые прежде чем браться за проект, требуют провести некие исследования, посоветоваться с учеными, провести вот эти гидрологические исследования, и запрещают, в конце концов, строительство в поймах рек. У нас что-то такое есть на законодательном уровне?

Виктор Данилов-Данильян: Запрещать строительство в поймах рек – такого законодательства нет. Но есть законодательство, касающееся зон санитарной охраны, например. Оно постоянно нарушается. Оно нарушается злостно просто, злокачественно. И лидирует в этом отношении Московская область. Так что законы-то у нас есть некоторые, я не хочу сказать, что они вполне достаточные. Но даже они не выполняются сплошь и рядом. Даже их перечеркивают фактически.

Константин Чуриков: Мы как раз через несколько минут будем говорить в эфире о новой стратегии России. Начнем со стратегических документов. Спасибо вам большое. Виктор Данилов-Данильян, научный руководитель института водных проблем РАН.

И здесь тоже у нас большие проблемы. Будем разбираться со стратегией. Через пару минут. А стратегия у нас новая.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)