Шанс на своё жильё: у кого он сейчас появился?

Гости
Юрий Эхин
эксперт по жилищной политике, член Союза архитекторов России
Петр Шелищ
председатель Союза потребителей России
Наталья Мысик
жительница г. Рыбинск
Галина Хованская
депутат Госдумы, председатель Комитета по жилищной политике и ЖКХ
Алексей Малый
эксперт ОНФ, доктор экономических наук, почетный строитель России

Оксана Галькевич: Ну и вот сейчас наша «Тема дня». Вы знаете, у нас тут объявился опять наш самый второй шанс, и опять исторический, решить жилищную проблему в стране. Второй, Костя, потому что не первый, в советское время, вы помните, тоже этот вопрос постоянно обсуждался и решался. Ну а исторический, потому что президент так сказал во время недавнего заседания Совета по стратегическому развитию и национальным проектам.

Константин Чуриков: Ну и нужно, как заявил Владимир Путин, не упустить такую возможность, этот шанс. Вот что предлагается для этого сделать: к 2026 году улучшить жилищные условия должны не меньше 5 миллионов семей, строить для этого нужно как минимум по 120 миллионов квадратных метров в год, а еще заняться, в общем, городской средой, она должна стать краше и удобнее в 1,5 раза.

Оксана Галькевич: Как минимум. В отличие от советского периода, реализация этой программы по строительству жилья тесно шествует с использованием банковских продуктов, проще говоря ипотеки. А тут есть определенные сложности, и дело даже не в том, что нет пока ясности в сроках программы льготной ипотеки, это, вот Мишустин как раз сегодня сказал, выяснится где-то осенью, приниматься будет решение, а дело в том, что стоимость жилья в нашей стране, ну скажем так, довольно высока.

Константин Чуриков: Мягко скажем. (Да, при этом доходы населения невысоки.) Например, как в Португалии, где квадратный метр в столице Португалии Лиссабоне стоит в 4 раза дешевле, чем в нашей столице Москве, а в Дубае в 2 раза дешевле. На первом месте в этом рейтинге Гонконг, почти 46 тысяч долларов за квадратный метр жилья, но это вообще самый дорогой город, к тому же там и места мало, людей много. Но вот у нас-то, у нас все как раз наоборот, и при этом снижается рождаемость.

Оксана Галькевич: Да. И вот, кстати, интересный поворот, Костя, кто будет жить в этом понастроенном жилье. На связи с нами, друзья, сейчас председатель Комитета Государственной Думы Российской Федерации по жилищной политике и ЖКХ Галина Хованская, давайте ее об этом спросим. И вы, кстати, тоже, пожалуйста, выходите с нами на связь, мы в прямом эфире, телефоны у вас на экранах.

Константин Чуриков: Галина Петровна, здравствуйте, добрый вечер.

Оксана Галькевич: Здравствуйте.

Галина Хованская: Здравствуйте, добрый вечер.

Оксана Галькевич: Галина Петровна, вы знаете, вот еще одну графику сейчас попрошу показать, жаль, что вы не увидите, но тем не менее, наших режиссеров, она касается средней стоимости жилья в мире. Там есть такие данные: в России квадратный метр в среднем стоит 981 доллар. Я умножаю на размер ну такой средней квартиры, не 30 квадратных метров, ну хотя бы 45, потом перевожу все это в рубли по курсу доллара, получается 3 миллиона рублей. У меня вопрос, не только кто будет жить в этом жилье, а кто будет покупать такое вот жилье среднего размера, не самое большое? Три миллиона рублей, у нас доходы населению позволяют тянуть такую стоимость даже в ипотеку?

Константин Чуриков: Большинству молодых семей.

Оксана Галькевич: Да.

Галина Хованская: Вы знаете, на самом деле очень серьезный вопрос, потому что позиция президента и позиция курирующего зампремьера несколько отличаются, когда они говорят о 5 миллионах очередников, семей точнее, семей, которые должны улучшить жилищные условия, ежегодно при этом называется.

Оксана Галькевич: Да. Так они должны улучшать-то за свой счет, своими силами, они же не в очереди на бесплатное получение, а в очереди, как говорится...

Галина Хованская: Да. Я хочу сказать, что, по моему ощущению, президент говорит не только о тех, кто с помощью ипотеки может приобрести жилье, а вот курирующий зампремьера говорит исключительно об ипотеке. То есть стройка ради стройки, понимаете, у нас только 30%, а сейчас даже меньше, граждан могут приобрести жилье с помощью ипотечного кредита. И далеко не все, точнее большинство подавляющее, это не те, перед кем есть обязательства государства по предоставлению жилья. Я говорю о многострадальных очередниках, которые по 20–30 лет в зависимости от региона надеются на то, что все-таки им когда-то жилье предоставят бесплатно.

Константин Чуриков: Галина Петровна, это очень важная ремарка. Получается, президент, с вашей точки зрения, именно это и вкладывает, да, в понятие исторического шанса?

Галина Хованская: Я считаю, что он в первую очередь говорит о том, что государство обязано гражданам улучшить жилищные условия. То есть обязательства уже приняты, они должны выполняться, об этом неоднократно говорил и Конституционный суд. Но вы понимаете, у нас даже дети-сироты не обеспечены жильем, что я считаю вообще позором просто.

Сегодня вот был отчет правительства, мы об этом говорили, и мы внесли сейчас инициативу с Сергеем Михайловичем Мироновым о том, чтобы этим детям не в подвал идти, не на вокзал, не в криминальную среду, а чтобы им оплачивали наем, так же как это в свое время делали с решением проблемы военнослужащих, это же не сразу решилась проблема до предоставления жилья, им оплачивали наем жилья. И по крайней мере у ребенка, ну у молодого уже человека, девушки, будет крыша над головой, и это будет очень серьезное решение проблемы. Так что я-то считаю, что говорить нужно в первую очередь о тех, перед кем есть обязательства государства.

Стройка ради стройки – это, конечно, я понимаю, строительная отрасль очень важна, она локомотив, все мы эти слова знаем, произносим. Но если это жилье, как вы правильно сказали, кто его будет покупать, кто его будет покупать, и оно будет просто стоять, значит, его нельзя будет реализовать, ну вот мне эта тема вообще, извиняюсь, не интересна. Меня интересует, сколько моих избирателей, которые стоят на очереди, получат жилье. Пусть это будет социальный наем, которого сейчас вообще, про него как бы забыли, то есть его предоставляют только в Москве в процессе реновации, переселения или в процессе реализации программы переселения из аварийного жилищного фонда.

Парадоксально, но этим несчастным, которые живут с угрозой для жизни, им как раз повезло, им предоставят жилье, и предоставят по нормам предоставления, а вот что делать остальным, у которых, как на кладбище, 3–4 метра на человека, и они живут и ждут, а купить не могут. У некоторых даже нет денег на то, чтобы снять квартиру для молодой семьи, для них хотя есть в законодательстве целый раздел, целый раздел, посвященный некоммерческому найму, это наемные дома, которые должны быть в публичной собственности либо муниципалитета, либо субъекта федерации и предоставляться по ценам, которые ниже, чем рыночная цена на рынке, когда вы снимаете квартиру...

Оксана Галькевич: Галина Петровна, вы знаете, сколько раз мы пытались к этой теме в прямом эфире подступиться, и вот у нас сложности были, так скажем, потому что ни один регион практически ничего по этой теме сказать не может просто потому, что такого фонда там нет, понимаете. И героев не найти, которые..., очень сложно.

Галина Хованская: Это не совсем так, Оксана.

Оксана Галькевич: И программа не реализуется.

Галина Хованская: Но их очень мало.

Оксана Галькевич: Мало-мало, очень мало.

Галина Хованская: Два десятка домов всего на всю страну – это цифра, конечно, несерьезная для такой страны, как наша.

Константин Чуриков: Конечно.

Оксана Галькевич: Ну так, собственно, я о том и говорю.

Галина Хованская: И поэтому нужна программа, специальная федеральная программа...

Оксана Галькевич: Вот.

Галина Хованская: ...такая же, как по переселению из аварийного жилищного фонда.

Оксана Галькевич: Вот.

Галина Хованская: Вот тогда это заработает.

Константин Чуриков: Отлично. Галина Петровна, вы же сегодня были на заседании, где вот Михаил Владимирович Мишустин выступал...

Галина Хованская: Да, конечно.

Константин Чуриков: Помните, как Владимир Вольфович сказал? – «все хорошо, Михаил Владимирович, но, мне кажется, кто-то вам мешает что-то делать». У меня вопрос по поводу строительного лобби. Вот вы говорите сейчас о соцнайме, вы говорите о том, что квартиры надо предоставлять в некоторых случаях. Но есть вот эти прекрасные люди, у которых свои интересы.

Галина Хованская: Да, да. Их интересует только стройка, причем какая: я построил дом, и я его завтра продам. А когда вы строите по государственному или муниципальному заказу жилье, тот же наемный дом, он остается в публичной собственности, он дает возможность решать проблему муниципалитету обеспечения жильем нуждающихся, кто у них стоит на очереди, а их гораздо больше, чем федеральных очередников, вот это тоже надо помнить об этом. И это деньги вдолгую, как бы «вдлинную», а им хочется сегодня: построил – продал, построил – продал. Ну, в период кризиса, если не будут продавать жилье, они вынуждены будут строить наемные дома и уходить вот на такую схему, понимаете? Ну что делать, пока вот такая ситуация.

Оксана Галькевич: Галина Петровна, давайте...

Галина Хованская: Но разговоры о том, что нет таких нуждающихся в таком жилье некоммерческом, – это неправда. Были опросы сделаны фондом «Институт экономики города», 49% из тех, кто стоит в очереди, нуждается, готовы пойти на некоммерческий наем, потому что сейчас они вынуждены снимать, отдавая последние деньги частнику за квартиру, для того чтобы жить в нормальных условиях.

Константин Чуриков: Да.

Оксана Галькевич: Ой, вот мне интересно, такие, знаете, мне казалось, очевидные вещи, оказывается, прямо целые исследования под это дело подводятся.

Галина Петровна, давайте вместе выслушаем Зинаиду из Московской области. Здравствуйте, Зинаида.

Галина Хованская: Давайте.

Константин Чуриков: Зинаида, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте. Город Ивантеевка.

Оксана Галькевич: Так.

Константин Чуриков: Так.

Зритель: Миридонова Зинаида Васильевна. У меня такой вопрос. Я из детского дома вышла в 1980 году, и мы сейчас двое сирот, муж и я, и два инвалида ждем квартиру с 1991 года, и нам не дают, говорят «ждите».

Оксана Галькевич: Двадцать девять лет.

Константин Чуриков: Так, Зинаида Васильевна, во-первых, оставляйте свои координаты нашим редакторам. Галина Петровна, мы понимаем, что, наверное, таких вот Зинаид Васильевных немало в нашей стране, но...

Галина Хованская: Их, к сожалению, много, понимаете, это больше 200 тысяч, это целый город бездомных сирот. И вот это... Я когда говорю о том, за что стыдно, два фактора: аварийное жилье, это позор России, но с этой проблемой более-менее сейчас все-таки начали справляться достаточно успешно, и дети-сироты бездомные, которых мы не обеспечили крышей над головой. Поэтому сейчас вот наше предложение для оперативного решения проблемы, пока не построили это жилье, все-таки оплачивать наем, пусть они снимают эти квартиры, потому что в регионах не такая высокая цена этого найма, это не Москва, Москва-то справилась с проблемой детей-сирот, и вот это я вижу как выход оперативный, понимаете? Потому что недопустимо детей оставлять без жилья.

Константин Чуриков: Галина Петровна, я как оперативный выход вот вижу только одно, что мы вам через продюсеров наших передадим контакты этой несчастной женщины...

Оксана Галькевич: Зинаиды Васильевны.

Константин Чуриков: Если что-то в ваших силах, помогите ей, пожалуйста.

Галина Хованская: Хорошо, передавайте.

Константин Чуриков: Спасибо большое, спасибо.

Оксана Галькевич: Спасибо.

Галина Хованская: Спасибо.

Константин Чуриков: Галина Хованская, председатель Комитета Госдумы России по жилищной политике и ЖКХ.

Оксана Галькевич: Ну а сейчас у нас еще один звонок, из Краснодарского края Надежда. Надежда, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте.

Зритель: У меня вот такой вопрос. Я уже давно на пенсии, но еще работаю, у меня социальное жилье, но оно без удобств. Я просто хочу понять, почему за старых людей никто ни разу не поднял вопроса, чтобы вот какие-то условия тоже улучшить, чтобы можно было эту старость прожить в нормальных условиях: вода горячая, туалет. Ну это же невозможно всю жизнь в деревне дрова, печки, таскай вот эту воду... Ну вот я говорю, за старых нигде ничего не сказано, меня это волнует.

Константин Чуриков: Так, Надежда, подождите, вопрос: конкретный населенный пункт, где вы живете, проживаете?

Зритель: Краснодарский край, станица Линейная.

Константин Чуриков: Станица, да. Хорошо, Надежда, но, поправьте меня, если я неправ, у нас вообще такая вот общая проблема в сельской местности, что там плохо с удобствами. У вас в этой станице кто-то решил этот вопрос?

Зритель: Нет, конечно.

Оксана Галькевич: Надежда, скажите, у вас сейчас свой дом, да, свое собственное частное жилье, я правильно понимаю?

Зритель: Нет-нет, не мое, тоже я живу как мне дали, социальное жилье.

Оксана Галькевич: А, социальное жилье, но вы просто хотите, чтобы это была благоустроенная квартира?

Зритель: Да, потому что возраст уже, вот 70 лет будет.

Оксана Галькевич: Понятно. Ну вот, собственно говоря, спасибо вам за звонок, потому что именно во время таких звонков масса нюансов совершенно открывается, которые не предусмотрены, не включены, никак нигде не упоминаются.

Константин Чуриков: Да, и традиционно все-таки эти блага цивилизации более доступны, скажем так, в городских условиях, в станицах сложно с этим, сложно.

Оксана Галькевич: Слушай, ну должны быть нормальные условия жизни не только вот в этих квартирках-живопырках...

Константин Чуриков: Кто спорит.

Оксана Галькевич: А то иначе мы к малоэтажному жилью никогда не перейдем.

Давайте посмотрим небольшой опрос, наши корреспонденты провели в Краснодаре, кстати, в Чебоксарах и Владивостоке, спрашивали людей, доступно ли там вообще жилье.

ОПРОС

Константин Чуриков: Ну да, с такими зарплатами сложно, я думаю, и во Владивостоке, и в Краснодаре, в общем, во многих городах, к сожалению.

Оксана Галькевич: Это гораздо выше по крайней мере среднестатистической по Росстату, у нас там в районе 45 средняя, а самая распространенная в России 25, где-то там примерно зарплата.

Константин Чуриков: Ну, сейчас у нас есть возможность поговорить с жительницей города Рыбинск Ярославской области Натальей. Наталья, здравствуйте.

Наталья Мысик: Здравствуйте.

Константин Чуриков: Наталья, расскажите, что у вас. Вот мы знаем, у вас там история чудеснейшая просто, картина маслом с вашим новым домом. Расскажите всей стране, пожалуйста.

Наталья Мысик: Ну, у нас новостройка, два дома, которые были построены по региональной программе по расселению аварийного и ветхого жилья в 2012 году. И практически сразу, с 2013 года, дом стал разрушаться. Бесконечные маячки, нам их без конца ставят, они лопаются, но почему-то управляющая компания 5 лет молчала и не говорила о том, что дом ведет себя очень плохо, они управляли нашим домом, какие-то там работы проводили, но, в общем, ситуация, конечно, такая ужасная. И неимоверными усилиями нам удалось обратиться в прокуратуру, прокуратура в свою очередь исковое заявление в суд подала о том, чтобы признали наши дома аварийными. Но вот обращений, конечно, было очень много...

Константин Чуриков: Так, подождите, Наталья. Значит, дом вам сдали в эксплуатацию в 2012 году, сыпаться он когда стал?

Оксана Галькевич: Через 6 лет он стал сыпаться.

Наталья Мысик: Нет, сыпаться он стал почти сразу.

Константин Чуриков: Вот.

Оксана Галькевич: А, сразу, вот так?

Наталья Мысик: Дом стал сыпаться почти сразу, да, то есть он уже в 2013 году, появились трещины на фасадах, все стало сыпаться, обрастать плесенью, в подвале постоянно вода, постоянно летом у нас все время комары. Ну ужасно просто.

Оксана Галькевич: А что за дом еще, кстати, расскажите про технологию. Там ведь он каким-то особым образом у вас, инновационно построен.

Наталья Мысик: Инновационные новостройки, да. В общем, это монолитная конструкция, которая состоит из пенополистиролбетона, и, в общем-то, вот вы сами видите, из чего он состоит, шарики. И когда была строительная экспертиза, соответственно, эксперты дали такое заключение, я когда его читала... Причем заключение это тоже мы с боем получили, то есть все какие-то сплошные у нас преграды, везде с боем...

Оксана Галькевич: Но все-таки аварийным ваш дом признали уже, а стало быть, вам должны сказать сроки, предложить сроки по расселению, по предоставлению новой жилплощади.

Наталья Мысик: Ничего, никаких сроков нам никто не озвучивает.

Константин Чуриков: Живите кто хотите.

Наталья Мысик: Вернее как, озвучивают, но по крайней мере никаких документов официальных на расселение наших домов нам никто не предоставляет.

Константин Чуриков: Наталья...

Оксана Галькевич: Так, в разговоре.

Константин Чуриков: Хочется понять предполагаемые масштабы этого бедствия. Вы узнавали, подобные инновационные дома, может быть, где-то еще строятся, вот этот тип дома?

Наталья Мысик: Ну, вы знаете что? Мне как бы неизвестно наверняка, но, когда у нас был прямой эфир на «Радио России», там журналист как раз из Омской области выступал, к сожалению, я не помню его фамилии, он говорил, что, оказывается, по всей России такие вот инновационные новостройки построены, ну практически из строительного мусора. Ну, наш дом, вероятно, не исключение в этой ситуации. Деньги потрачены на строительство этих домов, виновных до сих пор никого не нашли...

Оксана Галькевич: Подождите, а застройщик что, далеко убежал, до какой-то границы, что ли, успел убежать?

Наталья Мысик: Ой, а застройщик, вы знаете, в 2016 году эта организация, ООО «Трест Стройтехника-7», она была успешно ликвидирована в городе Туле, это как бы информацию я узнала из материалов в Следственном комитете и в МВД, то есть я очень много информации изучила по этой проблеме.

Константин Чуриков: Трест, который лопнул.

Оксана Галькевич: Понятно.

Наталья Мысик: Ну примерно как-то так, да, трест, который лопнул, да.

Оксана Галькевич: Да, спасибо.

Константин Чуриков: Наталья, сейчас будем разбираться в вашей истории и в историях подобных пострадавших, как и вы. У нас на связи Петр Шелищ, председатель Союза потребителей России. Здравствуйте, Петр Борисович.

Петр Шелищ: Здравствуйте.

Оксана Галькевич: Да, Петр Борисович, здравствуйте. Петр Борисович, скажите, ну вот дом, новый дом, только что построенный, только что сданный начинает сыпаться буквально сразу после заселения. Я думаю, что это, конечно, не единственное, Наталья просто зрительница и житель этого дома, она не может знать. Что, собственно говоря, делать? Какие системные меры нужно принимать, чтобы таких случаев не было в нашей практике или хотя бы управа на них была?

Петр Шелищ: Закон-то дает управу. По закону «О защите прав потребителей», который советую все-таки знать всем нашим гражданам, потому что сталкиваемся мы с нарушениями постоянно, вот предусмотрено, что в случае выявления существенных недостатков, в данном случае в жилом доме, а существенный недостаток тот, который, в общем, не позволяет в нем жить, делая жизнь в нем опасной для собственной жизни и здоровья, своего имущества, или лишенный тех удобств, на которые вы вправе рассчитывать были, приобретая квартиру в этом доме или получая квартиру в этом доме… Так вот, в этом случае, если недостатки возникли до того, как вы туда въехали, то вы в течение 5 лет со дня принятия результата, вот этого самого дома, можете потребовать, чтобы вам бесплатно устранили эти недостатки. Если их...

Константин Чуриков: Петр Борисович, вот в данном конкретном случае, вы слышали, что Наталья рассказывала, они поняли, что там недостатки, но через какое-то время, то есть не сразу. Въехали они и были в полной уверенности, что все нормально, а вот время прошло, год-два, и все стало сыпаться. Вот тут-то как быть?

Петр Шелищ: Нет, я же сказал, что по истечении 5 лет, до 5 лет любые недостатки должен безвозмездно устранять застройщик, а после 5, от 5 до 10 лет, он обязан устранять существенные недостатки, а если устранить не может в течение 20 дней, то вы имеете право, вы как потребитель этой квартиры имеете право потребовать расторжения договора и возвращения вам денег, которые были уплачены.

Константин Чуриков: Но видите, а трест-то лопнул, все, человека нет, ищи-свищи, понимаете.

Оксана Галькевич: И судя по всему, этого момента, этого пункта в законодательстве недостаточно, раз уж вы обратились к Минстрою со своей идеей, с предложением о том, что застройщики должны определять срок службы жилых домов.

Петр Шелищ: Совершенно верно. Вот проблема в том, что люди, которые въезжали в этот дом, они же не думали, что это на 5 или на несколько лет, они думали, что это, и вправе были думать, поскольку так предусматривает государственный стандарт, ГОСТ 2010 года, что в расчете менее чем на 50 лет нормальной эксплуатации жилые дома многоквартирные не должны быть рассчитаны. Значит, естественно, они вправе были этого ожидать.

Но никто им не сообщил, и они не интересовались, какой срок службы у этого дома. А сроки службы по закону «О защите прав потребителей» на все, что может представлять по истечении какого-то времени опасность для жизни, здоровья и имущества граждан, должны устанавливаться. Вот если бы попытались установить застройщики срок службы 5 или 10 лет, никто бы не взял это жилье, естественно. Если бы они установили срок службы, то они отвечают; если вот они исчезли, как в данном случае, то это говорит о том, это жизненная абсолютно ситуация, постоянно с этим сталкиваемся, это говорит о том, что...

Константин Чуриков: Петр Борисович, ну так они нам и сказали про...

Петр Шелищ: ...надо ввести обязательное страхование ответственности застройщика за обеспечение срока службы построенного дома.

Константин Чуриков: Ну да.

Петр Шелищ: Тогда будет следить страховая компания, чтобы не потерять деньги, будет следить, чтобы он не исчез, извините.

Оксана Галькевич: А мы за это заплатим из стоимости квартиры, видимо.

Петр Шелищ: А если он исчез, заплатит страховая компания.

Константин Чуриков: Да. Петр Борисович, но вы, наверное, шутили, когда сказали про срок службы 5–10 лет, что это можно прописать, потому что мы все-таки за свои кровные деньги, тем более за взятые в кредит, мы не шалаши покупаем все-таки, а квартиры, дома.

Давайте сейчас вот обратимся, а вы прокомментируете, собственно, эту информацию Союза потребителей, ваша информация: панельные дома 5 этажей, базовый срок службы, ну это хрущевки, считается, что 50 лет; кирпичные пятиэтажки 100 лет; панельные блочные вот эти 9- и 16-этажки, которые до 1980 года были построены, 100 лет; панельные дома до 1998 года – 90–100 лет. Это как вы вот это все так установили?

Петр Шелищ: Да, все правильно, вы только не упомянули, что более ранние дома, до Хрущева, сталинки довоенные 125 лет, послевоенные 150 лет. Но с условием, так же как для этих самых 9- и 16-этажек, что посередине этого срока будет проведена реконструкция.

Оксана Галькевич: Капитальный ремонт.

Петр Шелищ: Ну, реконструкция – это немножко иное, там меняются при необходимости несущие конструкции. Вы же видите, как у нас, скажем, в Москве капитальный ремонт, что называется капитальным ремонтом? Вам заменили трубы отопления парового, покрасили фасад, сказали, что это капитальный ремонт. А срок службы дома определяется несущими конструкциями, их надежностью.

Оксана Галькевич: Ну, Москва такой, знаете, случай, здесь капитальный ремонт иногда реновация, полная причем.

Давайте выслушаем звонок из Кировской области, Светлана у нас на связи. Светлана, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте.

Зритель: Вот у нас походу вообще шансов нет на жилье.

Оксана Галькевич: Почему?

Зритель: Да у нас даже воду выкачать не могут из дома.

Константин Чуриков: Подождите, Светлана...

Зритель: У нас вообще заливает водой...

Константин Чуриков: Будем исходить из того, что у всех есть исторический шанс.

Зритель: Нету. Даже к нам никто не ходит, не проверяет, как мы живем. Здесь у нас система, такой поселок...

Константин Чуриков: Так, Светлана, давайте подробнее.

Оксана Галькевич: А где в Кировской области вы живете? Да, расскажите подробнее, чтобы было понятно.

Зритель: Дом 2-этажный, он уже признан аварийным давным-давно.

Оксана Галькевич: Так. В Кирове?

Зритель: Да, и ничего не переселяют, Кировская область, поселок Вахруши.

Оксана Галькевич: Ага.

Константин Чуриков: Сколько лет не переселяют? Светлана, давайте, чтобы мы поняли всю фактуру.

Оксана Галькевич: Сколько ждете, да.

Зритель: Так все обещают, ходят они обещают, что «скоро переселим, скоро переселим»...

Оксана Галькевич: Сколько обещают?

Зритель: Так уже 5 лет или 10 обещают.

Оксана Галькевич: Вот, 5 лет, добились.

Зритель: У нас уже все рушится, все падает, и на все всем наплевать.

Оксана Галькевич: Вы там семьями с детьми, старики-родители?

Зритель: Семьи с детьми, да, еще и старики, пенсионеры.

Константин Чуриков: Понятно, грустная история.

Оксана Галькевич: Спасибо, Светлана.

Константин Чуриков: Петр Борисович, вы говорите, что, значит, застройщики должны будут это высчитывать. А у нас, ну вот согласно той информации, которую мы только что представили с вашей помощью, у нас же власти контролируют вопрос износа домов, тот же Минстрой есть, там есть в каждом регионе свои какие-то там министерства аналогичные. Они должны как-то ходить или нанимать людей специальных, экспертизу смотреть: так, у нас вот тут по улице Ленина, значит, стоит кирпичный дом 5 этажей, 100 лет уже отслужил или отслужит вот-вот, может, там что-то надо? Вот этот контроль ведется, или всем плевать, извините за выражение?

Петр Шелищ: Вы знаете, я многие годы жил в доме, который простоял больше 200 лет и еще простоит, я думаю, столько же. Все дело в том, как строить и как эксплуатировать.

Но мы ведь предложили не только разработать стандарт обязательный для расчета срока службы жилых домов, потому что обязаны сегодня застройщики его рассчитывать, но они делают это как бог на душу положит, кто их проверит? Нужен какой-то общий метод стандартизированный, нужно их обязать, и их, и госэкспертизу при утверждении проектов новых домов, и комиссии, которые принимают новый дом, проверять, что построено именно так, что вот этот срок службы будет реально действовать.

Но после этого возникает вопрос. Допустим, на 100 лет рассчитан дом, через 100 лет уже застройщика не будет, да и через 50 уже, скорее всего, не будет – что делать? И вот тут у нас есть другое предложение, с этим связанное.

Константин Чуриков: Так.

Петр Шелищ: Это надо нам отказаться от котлового метода сбора на капитальный ремонт, когда все собирают для всех. Вот я въехал в дом, который рассчитан на 100 лет, и я каждый год должен отчислять 1/100 стоимости своей квартиры на то, чтобы через 100 лет тот, кто будет в ней жить, смог приобрести равноценное новое жилье. Это нормальный метод амортизации, амортизационных отчислений, который применяется везде в промышленности, и это, мне кажется, совершенно естественный и правильный подход.

Константин Чуриков: Так, здесь закладку поставим, у меня вопрос.

Оксана Галькевич: Да. Петр Борисович, а заключение Минстроя уже есть по вашему предложению?

Петр Шелищ: Да нет еще, это всего-то недели не прошло, как мы послали, просто СМИ подхватили, это хорошо. Мы одновременно направили в правительство и предложение, как можно решить жилищный вопрос огромного числа граждан, о которых сейчас говорили ваши слушатели, не занимаясь новым строительством. Потому что новое строительство – это прекрасно, но есть огромное количество одиноких пожилых людей, которым не хватает на жизнь, и серьезно не хватает, средняя пенсия у нас меньше 16 тысяч, а квартиру свою или частный дом на тот свет с собой они не заберут. И они рады были бы отдать их в собственность кому-то, но без риска, потому что отдать частному лицу по договору пожизненного содержания с иждивением опасно, мы это знаем.

А если бы этим государство занялось, что мы и предложили, мы предложили создать государственный такой рентный фонд, который бы принимал в собственность по договорам пожизненного содержания с иждивением от одиноких пожилых людей их квартиры и дома, а платил бы им регулярные рентные выплаты за счет тех, кто хочет, понимает, что лет через 10, через 15 подрастут дети, им надо будет где-то жить, они не смогут в однокомнатной, двухкомнатной, даже трехкомнатной квартире жить с вами, и надо о них думать, и надо и можно, зарплата позволяет, понемножку каждый месяц выплачивать в такой фонд.

Константин Чуриков: Да. Петр Борисович, вы сами же сказали, что там будет с этим застройщиком лет через дцать, вот все мы смертны, фирмы закрываются-закрываются и так далее. Хорошо, платят, предположим, платежеспособные граждане в нашей стране начинают платить вот эту сотую, значит, стоимости квартиры на ремонт через 100 лет. Понимаете, но это платится кому, государству, получается, да? А государство у нас такое, оно может завтра передумать, оно завтра скажет: «Ой, че, а вы правда платили? Извините, ребят, суровые годы настали».

Оксана Галькевич: «Мы что-то не видим», да.

Константин Чуриков: Да. Вот как это будет работать, я не понимаю.

Петр Шелищ: Ну, что я могу вам на это ответить? Наша сила нашей экономики прямо определяется доверием государству, это для меня абсолютно очевидно, и это очевидно для любого экономиста. Экономика – это наука о доверии. Если нет доверия, никакой перспективы нет ни у граждан, ни у страны. Так что, я думаю, об этом надо прежде всего думать государству и нам с вами тоже.

Константин Чуриков: Ну да, просто этой точки зрения, я боюсь, что вот у второй вашей вот этой идеи про отчисления пока перспектив нет, потому что доверия, кажется, не прибавилось.

Оксана Галькевич: На 100 лет вперед, да.

Константин Чуриков: Спасибо.

Оксана Галькевич: Да и много чего может измениться в нашей стране. Петр Шелищ у нас был на связи, председатель Союза потребителей России.

Давайте, друзья, сейчас посмотрим сюжет о том, как в Рязани люди буквально только въехали в какую-то новостройку и уже подумывают съезжать. Почему? – все подробности в репортаже.

СЮЖЕТ

Константин Чуриков: И с виду такой вот приятный, красивый, нарядный новый дом. Я вот подумал, что я, кажется, такие дома и в Москве видел, нет?

Оксана Галькевич: Не знаю, Костя.

Константин Чуриков: Мы сейчас побеседуем с Алексеем Малым, это эксперт ОНФ, доктор экономических наук, почетный строитель России. Алексей Алексеевич, здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте.

Алексей Малый: Добрый вечер, уважаемые телезрители, добрый вечер, уважаемые друзья. Масса интересных историй, конечно, и хочется прокомментировать с самого начала передачу, и себестоимость как бы жилья. Допустим, вот мы знаем, что за последние 20 лет у нас только подготовительные работы, до выхода на площадку, в Москве около 2 тысяч долларов обходятся на квадратный метр, и очень большая часть в этом именно перенос инженерных сетей, различные новые подводки. Это большая нагрузка, потому вот сравнивать по разным городам некорректно, потому что город Москва особый город в этом плане, очень загруженный, очень много в нем всяких особенностей.

Константин Чуриков: Подождите-подождите, Алексей Алексеевич, подождите, там есть города, где горы, там тоже сложно прокладывать инфраструктуру, Лиссабон на холмах находится больших, высоких.

Оксана Галькевич: Вы знаете, на самом деле, когда я говорила о себестоимости, это, видимо, вы имеете в виду мои расчеты, я брала на самом деле среднее по стране, и там средняя по стране стоимость совсем не московского квадратного метра дана, 981 доллар. В Москве такие цены знаете? Кстати, если знаете, подскажите.

Алексей Малый: Их нет, конечно.

Оксана Галькевич: Да, в Москве таких цен нет, это средняя по стране. В любом случае средняя по стране 3 миллиона с лишним квартира – много ли у нас людей, которые даже по льготной ипотеке возьмутся за такое?

Алексей Малый: Ну, это зависит от финансовых структур, то есть в первую очередь от банков, и если они дают на эти сроки, то я думаю, что люди смогут взять. Потому что при той зарплате, которая есть по регионам, во всяком случае отчетная, по статистике, она вполне посильна на 3 миллиона.

Константин Чуриков: Алексей Алексеевич, вот я как, можно сказать, пока еще молодой отец, вот я это все посмотрю, и мне совершенно не хочется брать никакую ипотеку, потому что мне могут втюхать вот это, понимаете.

Алексей Малый: Ну, я сейчас увидел как бы в передаче те здания и сооружения, жилые дома которые называются, построенные по сомнительным технологиям. И здесь, конечно же, упущение всех надзорных служб, надзорных властей, упущение инвесторов, которые инвестировали, потому что сделаны некачественно проекты, неправильно составлены технические задания, соответственно, так сказать, как сказала жительница, дом построен практически из мусора.

То есть изначально дается техническое задание на проектирование. Вот, например, техническое задание на проектирование станции метро в Москве давалось со сроком годности на 300 лет, Сталин ставил такую задачу, и мы сегодня отслеживаем станции метро, и многие конструкции действительно находятся в прекрасном состоянии, простоят 300 лет, это согласно изначально требованиям застройщика. И если застройщик жилых домов сегодня дает правильные задания, то дома будут стоять и 100 лет, и 150, и больше.

Константин Чуриков: Это потому что Сталин по-сталински давал задание? Как нам, учитывая наш исторический шанс, вот сейчас правильно строить? Что для этого нужно? Какие основные проблемы вы видите как эксперт?

Алексей Малый: Ну, я вижу сегодня основные проблемы именно в выборе конструктива здания, потому что пытаются выбрать что подешевле, а получается как подороже, вот и все, достаточно просто, народная мудрость, что скупой платит дважды. И если люди хотят выбрать дешевый конструктив... То есть здание – это очень сложное довольно такое сооружение, оно состоит из множества-множества мелких деталей: это фундамент, несущие конструкции, ограждающие конструкции и так далее. И если какая-то из них выходит из строя, это влияет как бы на долговечность и возможности эксплуатации всего здания.

Оксана Галькевич: Алексей Алексеевич...

Алексей Малый: Ну вот здесь... нет, и, если где-то допущены при проектировании какие-то неточности, тем более допущены генеральным подрядчиком при исполнении какие-то неточности, потому что он обязан строить строго по проекту, или подобраны неправильно материалы, заменены на другие материалы, не по проекту, это, конечно, преступление.

Оксана Галькевич: Алексей Алексеевич, вот мы с вами, стало быть, еще один момент отыскали в нашей дискуссии, еще один поворот. То есть, собственно, на этом рынке, на рынке жилья, чтобы не было вот таких вот историй, как в Рязани или как в Ярославле, должны работать профессиональные люди. Как, собственно, сделать так, чтобы на рынок эти люди только профессиональные, которые правильно все считают, несущие конструкции, материалы, нормальные проекты делают, чтобы только нормальные люди были допущены к работе?

Алексей Малый: И конечно же, квалификация рабочих, потому что какой бы ни был проект...

Оксана Галькевич: И квалификация рабочих, да.

Алексей Малый: ...если рабочие не квалифицированы, они могут как бы элементарно испортить, положив не то и не туда.

Оксана Галькевич: Да, я с вами согласна. Как этого добиться, как это обеспечить?

Алексей Малый: Как это обеспечить? Это обеспечить страхованием, это обеспечить ответственностью довольно жесткой и, конечно же, постоянным строительным контролем. Во-первых, каждый проект контролируется автором проекта, надзор авторский производится, каждый проект контролируется строительным контролем, скрытые работы, все работы, буквально ежедневно составляются акты и контролируются. То есть если это люди неквалифицированные или они работают, как бы коррумпированы, скажем так, вместе с застройщиком, конечно, получается строительство из строительного мусора.

Константин Чуриков: Алексей Алексеевич, вы меня, конечно, извините, я думаю, что в других регионах тоже, но, я не знаю, вот у нас строят, например, дома часто гастарбайтеры, я сам это вижу. Ну, у них, конечно, на лице не написано, квалифицированы они или нет. Но как системно решить эту проблему?

Алексей Малый: Системно решить проблему исключительно контролем, потому что это должны быть надзорные органы, они сегодня у нас есть, которые должны проверять...

Константин Чуриков: Подождите, «у нас должны быть контрольные органы, они сегодня у нас есть».

Оксана Галькевич: «Они у нас есть».

Алексей Малый: ...рабочих, состояние строительной техники, от этого тоже очень многое зависит, и так далее. Должен быть комплексный строительный контроль.

Константин Чуриков: Понятно.

Оксана Галькевич: А сейчас у нас бардак, я правильно понимаю, Алексей Алексеевич? Сейчас бардак в этой сфере?

Константин Чуриков: Под надзором.

Оксана Галькевич: Надо наводить порядок?

Алексей Малый: Надо наводить порядок.

Оксана Галькевич: Значит, бардак.

Алексей Малый: Во-первых, порядок есть, но в этом порядке полно недобросовестных застройщиков, которые нанимают подрядчиков, субподрядчиков, пятых субподрядчиков, которых контролировать уже сложно.

Оксана Галькевич: Ага.

Константин Чуриков: Ага.

Алексей Малый: Должен на работе участвовать именно тот генеральный подрядчик, который является по документам генеральным подрядчиком, вот это очень важно.

Константин Чуриков: То есть где-то найти квалифицированных негастарбайтеров, значит, обязательно честных застройщиков надо поискать, нанять просто, объявление повесить, ну и, конечно, чтобы органы контролировали, тоже надо как-то это сделать. Ладно, ну как это сделать, потом.

Алексей Малый: Эти... уже десятки лет и более-менее все известны.

Константин Чуриков: Да?

Алексей Малый: Дело в том, что в целях экономии или из-за отсутствия ресурса, когда они берут больше, чем могут построить, они приглашают субподрядчиков, субподрядчики приглашают вторых субподрядчиков, и вот здесь начинается как бы проблема, потому что приходят уже на рынок неизвестные.

Константин Чуриков: Так, вам пока звонят, нам тоже.

Оксана Галькевич: Да, Алексей Алексеевич, нам тоже звонят. Алексей из Тверской, ваш тезка, кстати. Здравствуйте, Алексей.

Зритель: Здравствуйте. Я звоню из Тверской области, город Бежецк, Алексей меня зовут.

Оксана Галькевич: Так.

Зритель: Я просто хочу с вами поделиться простыми вещами. Я отношусь к молодой семье, у меня двое детей. Мы 5 лет жили в квартире от родителей, которые получили бесплатно в советское время, но у нас большие квартплаты. И вы знаете, мы просто купили участочек и построили сами, своими силами небольшой дом 7 на 7, как вот ваш гость говорил, с фундаментом, купили брус. И у нас уже как бы своя канализация, свой водопровод, подвели газ, и нас уже не беспокоят ни ЖКХ вот эти, ни вот эти новостройки, которые делают, как вы показали, из пенопласта, понимаете?

И... Ну... Буквально то есть совсем другая жизнь, чем в квартире, в которой мы жили, отопление у нас включают в октябре месяце, понимаете, это для детей очень плохо, квартира большая была, 3-комнатная, отапливать ее обогревателями вообще невозможно практически. И вообще у нас молодежь сейчас стремится даже жить за городом, то есть в деревне, недалеко от города, потому что, понимаете...

Оксана Галькевич: Так это ж хорошо, хорошо и для семьи, может, у вас еще и третий, и четвертый родится.

Константин Чуриков: Какой вы молодец, Алексей!

Оксана Галькевич: Молодец!

Константин Чуриков: Вот давайте по вашему типовому проекту вашего типового дома из бруса обустроим Россию, да? И все. Спасибо.

Алексей Малый: Мы хотим, это тысячелетняя история нашей страны, мы гордимся тысячелетней историей нашего народа. Есть традиции, наши люди всегда жили в частных домах, умели хорошо строить, наши предки, прадеды, деды, отцы. Я думаю, их пример не нужно забывать и к их примеру нужно идти.

Оксана Галькевич: Ой, Алексей Алексеевич, вы прямо с таким задором комсомольским. Спасибо.

Константин Чуриков: Спасибо.

Оксана Галькевич: Сразу хочется верить, что все проблемы будут у нас решены. Алексей Малый, эксперт ОНФ, доктор экономических наук, почетный строитель России, был у нас в эфире.

Константин Чуриков: Я просто добавлю, мы еще не только предками хотим гордиться, но и нынешними застройщиками, и нынешними контролирующими органами, которые...

Оксана Галькевич: Да мы сами хотим нормально жить, да.

Константин Чуриков: Должны, очень должны.

Оксана Галькевич: А не только, да...

Наталья из Омска, давайте тоже выслушаем и перейдем к следующему эксперту. Наталья, здравствуйте.

Зритель: Добрый вечер. Ну, сразу хочется сказать по поводу того, что вот у нас не хватает контролирующих органов, – вы знаете, по-моему, чересчур, очень много контролирующих органов.

Константин Чуриков: Так.

Зритель: Когда касается какой-то конкретной проблемы, никого не найти. Я просто скажу, купили квартиру в новостройке в хорошем доме, все замечательно, все хорошо, а получилось так, что мы лето прожили..., зима, осенью, и зимой у нас просто вылазит снег, то есть лед на стенах.

Константин Чуриков: Ага.

Зритель: Управляющая компания руками разводила-разводила, вот куча контролирующих органов, прямо безумное количество, прямо не знаешь, к кому обратиться. Бегали-бегали по этим инстанциям, подали в суд, управляющая компания нам так вот, знаете, с такой усмешкой сказала: «Вы чего, с ума сошли?» Я говорю: «В смысле с ума?» – «Вы что думаете, что вы там что-то выиграете, что ли? Вы понимаете, кто за нами стоит?» Я говорю: «А кто за вами стоит?» Ну то есть, понимаете, власть за ними стоит, и им вообще все равно, этой управляющей компании.

Константин Чуриков: Подождите, а как называется ваша управляющая компания?

Зритель: Ее сейчас нет уже, называлась она «ПИК-Регион».

Константин Чуриков: А, так это известная компания.

Зритель: Мы еле-еле ее снесли, да, мы ее еле снесли, потому что там у нас все жители просто в таком шоке были. Они дождались, когда пройдет 5 лет, то есть уже закончится вот это вот время страховки, и все, они благополучно, уже потом мы их это... Поэтому контролирующих органов много.

Но вы знаете, хочется пример привести: вот почему в Эмиратах, в Дубаях... Вот они строят, жизнь какая-то, понимаете, Советского Союза, и все там нормально, и дети рождаются, уже как бы заведомо у них там и на книжке лежат деньги, и они не думают о завтрашнем дне, понимаете, там все хорошо, там все для людей. А мы как вот эти вот, я не знаю, как какие-то муравьи, все копошимся, всю жизнь что-то куда-то стремимся, что-то делаем...

Оксана Галькевич: ...а потому что у них скучно, Наталья: как это, вот родился и не думаешь ни о чем.

Константин Чуриков: Ну да. Кроме того, я хочу напомнить, что у них, да, много нефти, но у них мало людей, а у нас вот проблема немножко другая. Спасибо большое, Наталья.

Оксана Галькевич: Спасибо.

Давайте еще одного эксперта подключим, Юрий Эхин у нас на связи, эксперт по жилищной политике, член Союза архитекторов России. Юрий Брониславович, здравствуйте.

Юрий Эхин: Добрый вечер.

Константин Чуриков: Здравствуйте.

Оксана Галькевич: Юрий Брониславович, вы знаете, нас тут люди очень просят узнать все-таки, а как у нас в свете всех этих решений, в свете всех этих целей и задач будут обстоять дела с малоэтажным строительством. Потому что, когда наши власти говорят о том, что нужно строить не меньше 120 миллионов квадратных метров в год, 5 миллионов семей должны улучшить свои условия, подразумевается, что за этим стоят опять многоэтажки, многоэтажки, многоэтажки. А малоэтажное строительство как-то вообще отражено в этих всех программах и целях?

Юрий Эхин: Ну, как-то отражено, но упор, вы совершенно правильно сказали, федеральные власти делают на многоэтажное строительство, больше того, на строительство в крупных и крупнейших городах, городах-миллионниках. Поэтому малоэтажному строительству посвящаются некоторые заявления по крайней мере, но конкретные планы мне неизвестны до сих пор, хотя разговор идет как минимум 2 года.

Оксана Галькевич: Но это же катастрофа. Это к тому, что вот эти все многоэтажные окраины наших городов – это же безумие, это стягивание людей в крупные центры городские, в мегаполисы.

Константин Чуриков: Юрий Брониславович, Оксана очень хочет в деревню просто.

Оксана Галькевич: Очень хочу, да, причем в нормальную, с удобствами, Костя.

Юрий Эхин: Ну, я Оксану понимаю. Знаете, давайте вот по порядку, может быть, начнем. Вот вы назвали сейчас в очередной раз цифры, 120 миллионов квадратных метров и 5 миллионов семей должно...

Константин Чуриков: Ежегодно.

Оксана Галькевич: Да, ежегодно.

Юрий Эхин: ...ежегодно улучшать жилищные условия. По нацпроекту «Жилье и городская среда» первоначально было к 2024 году. Буквально дней 10 тому назад на очередном совещании президент с курирующим вице-премьером...

Константин Чуриков: ...Хуснуллиным.

Юрий Эхин: ...Маратом Хуснуллиным назвали другие сроки, 2026-й и 2027-е гг.

Оксана Галькевич: Ага, да.

Юрий Эхин: Таким образом, программа по непонятным пока причинам была продлена на 3 года. Скажем, если причиной этому является коронавирус трехмесячный, то как-то не срастается. Дело в том, что в вашем эфире буквально год назад я говорил, что нацпроект «Жилье и городская среда» неосуществим в этих цифрах и в эти сроки, ну вот власти в очередной раз подтвердили мою правоту...

Оксана Галькевич: Они вас услышали просто, Юрий Брониславович, посмотрели «ОТРажение», услышали и все поняли.

Юрий Эхин: Возможно.

Константин Чуриков: «Не, не успеваем, надо отсрочить».

Юрий Брониславович, много было сказано у нас по поводу качества строительства, много было сказано о том, что необоснованно завышаются цены на жилье. Скажите, пожалуйста, кем и как они завышаются и что сделать, чтобы вот эти люди, которым это сегодня выгодно, чтобы им это было невыгодно? Ваше мнение.

Юрий Эхин: Ну, завышаются потому, что, как правило, в жилищном строительстве так или иначе участвуют власти местные, в Москве это очень мощное участие благодаря или из-за программы реновации, ну и в других регионах, на самом деле исключений я практически не знаю. Везде, повсеместно власти так или иначе участвуют или прямо заинтересованы в массовом жилищном строительстве. Поэтому все сложности, которые возникают, так или иначе связаны с этим фактом, власти, которые заинтересованы. И причем этот интерес, как правило, коммерческий, ну хотя и политический тоже, мы видим, президент настаивает на том, чтобы эти цифры были достигнуты, и говорит о том, что таким образом есть второй шанс решения жилищного вопроса...

Константин Чуриков: Подождите, Юрий Брониславович, так это, видимо, хорошо, мы что, как бы против этих показателей и этих целей, да? Я просто вот хочу понять, наверное, чтобы вот так вот бойко это все вводить, наверное, надо, чтобы у людей не просто деньги на это были, но чтобы и по условиям соцнайма это жилье давалось и выдавалось, о чем Галина Петровна Хованская нам говорила. Так вот как, как сказать, из этой цепочки убрать того, кому выгодно играть на повышение, чтобы метр был дорогой, недоступный?

Оксана Галькевич: Но Юрий Брониславович, видимо, таким аккуратным образом намекает на коррупционную какую-то составляющую, я права, Юрий Брониславович, в своей прямоте?

Юрий Эхин: Да, совершенно верно.

Оксана Галькевич: Вот видите.

Константин Чуриков: Подождите, но мне всегда казалось, что это застройщик вот этот злой дядя, понимаете, алчный, весь в золоте, вот это он нарисовал вот столько-то.

Оксана Галькевич: А чиновник?

Константин Чуриков: А про чиновников мы редко слышим.

Юрий Эхин: Оксана, Константин, я хочу сказать вот какую немаловажную вещь. Дело в том, что если мы посмотрим на цифры, 120 миллионов квадратных метров и 5 миллионов семей, то обнаружим интересную вещь. Вот если поделить 120 миллионов на 5 миллионов семей, получится 24 квадратных метра на семью. Средняя семья у нас в России 3,2 человека, таким образом получается по 7,5 квадратных метров на одного человека.

Константин Чуриков: Ой.

Юрий Эхин: При том что социальная норма у нас в России 18 квадратных метров на человека. И когда на самом высоком уровне называются такие цифры и никто не дает убедительных или каких-либо объяснений, то это само по себе вызывает огромные вопросы.

Оксана Галькевич: Слушайте, так это же очень интересно. Это получается, это какая-то антидемографическая программа, потому что в такой квартирке на этих квадратных метриках размножаться, простите, невозможно.

Юрий Эхин: Это правда.

Константин Чуриков: Подождите, стоп, у нас соцнорма, по-моему, 14 метров на человека, на нос?

Оксана Галькевич: Восемнадцать.

Юрий Эхин: Что вы говорите, простите?

Константин Чуриков: Соцнорма 18, да?

Юрий Эхин: Восемнадцать квадратных метров на человека, при том что в Москве, значит, условия постановки на учет на улучшение жилищных условий составляет всего лишь 10 квадратных метров на человека, и это самая низкая по стране норма, она практически равна послевоенной сталинской норме обеспечения. И вот эти 2 факта, которые я сейчас назвал, в общем, на мой взгляд, ставят под сомнение не только реальность осуществления этой программы, но и искренность властей, когда они говорят о решении жилищного вопроса, тем более вторым шансом.

Константин Чуриков: Ну, я себя только тешу надеждой, может, кто-то не ту бумажку подсунул и не так посчитал?

Оксана Галькевич: Да, бояре плохие, да.

Юрий Брониславович, я хочу сказать, что только в очередной раз, уж сколько нам открытий чудных готовит всякий разговор с вами в прямом эфире. Хочется уже встретиться наконец в этой студии.

Константин Чуриков: Спасибо.

Оксана Галькевич: Спасибо. Юрий Эхин, эксперт по жилищной политике, член Союза архитекторов России, был у нас в прямом эфире.

Константин Чуриков: Ну, конечно же, это еще не все, мы не можем просто так отпустить людей и уйти.

Оксана Галькевич: Сейчас о том, что нас удивило и взволновало сегодня.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (1)
Наталья
Здравствуйте. А как можно обратиться со своей жилищной проблемой к вам?
И за какие деньги?