• Главная
  • Программы
  • ОТРажение
  • Шломо Вебер и Станислав Мурашов. Экономика ЧМ-2018: сколько вложили, сколько получим и что останется регионам?

Шломо Вебер и Станислав Мурашов. Экономика ЧМ-2018: сколько вложили, сколько получим и что останется регионам?

Гости
Шломо Вебер
профессор, ректор Российской экономической школы, научный руководитель Лаборатории исследования социальных отношений и многообразия общества
Станислав Мурашов
экономист по России «Райффайзен Банка»

Экономика ЧМ-2018. Что останется регионам после Чемпионата мира по футболу? На него потрачено больше полутриллиона рублей. Это и спортивные сооружения, и инфраструктура. Как изменится жизнь страны, когда разъедутся болельщики? Прогноз экономистов в студии «ОТРажения».

Ольга Арсланова: Ну а теперь о мероприятии, в котором наши будут участвовать. Дело в том, что впереди Чемпионат мира по футболу, осталось уже меньше недели. Кстати, в преддверии Чемпионата ВЦИОМ даже провел опрос и выяснил, сколько россиян будут следить за трансляцией матчей Чемпионата мира по футболу, – выяснилось, что более половины россиян, естественно, это лучший результат по всем чемпионатам, никогда такое количество не готово было смотреть…

Юрий Коваленко: А также сколько верят в нашу победу.

Ольга Арсланова: Кстати, верят в нашу победу больше 10% опрошенных.

Юрий Коваленко: Каждый десятый оптимист.

Ольга Арсланова: Да. Кстати, даже во время прямой линии президент отметил, что в России удалось решить сложную задачу, загрузить всю инфраструктуру, которая была создана к Олимпийским играм в Сочи, такая же судьба должна быть и у 11 стадионов, которые возвели к мундиалю. Вот что он заявил.

Владимир Путин: Мы истратили большие деньги на это. И нужно, чтобы вся эта инфраструктура работала и прежде всего работала на развитие спорта, причем массового спорта, детского спорта. Нужно создавать детские, юношеские команды, лиги, организовывать соревнования. Надо чтобы все эти объекты были окупаемыми, эффективно работающими. В принципе это все возможно при грамотном подходе, и вот очень многое будет зависеть от руководителей регионов Российской Федерации. Потому что после того, как Чемпионат мира закончится, оргкомитет передаст это все в собственность регионов. Хочу обратиться сейчас к своим коллегам в регионах: ни в коем случае нельзя допустить, чтобы на этих площадках вдруг возникли какие-то рынки, которые возникали на спортивных сооружениях Москвы в середине 1990-х гг. Ну и, конечно, я думаю, что РФС, наш Российский футбольный союз тоже должен принять активное участие в том, чтобы загружать по уму эти объекты, чтобы там проводились крупные, интересные матчи, чтобы это вызвало необходимость формирование новых, интересных, сильных, перспективных команд, чтобы у нас, наконец, на собственной базе росло новое поколение спортсменов и футболистов.

Ольга Арсланова: Для тех, кто забыл, еще раз напоминаем: Чемпионат пройдет с 14 июня по 15 июля. В 11 городах России построили стадионы, на которых будут играться матчи, пройдут они в Москве, Калининграде, Санкт-Петербурге, Волгограде, Казани, Нижнем Новгороде, Самаре, Саранске, Ростове-на-Дону, Сочи и Екатеринбурге. Сегодня во время нашего эфира мы ждем звонков, наверное, в первую очередь от жителей вот этих городов, – рассказывайте, как это все выглядит, какая сейчас атмосфера и как идет подготовка. Звоните в прямой эфир и пишите SMS.

Юрий Коваленко: Ну и поскольку тема у нас тоже достаточно к этому близка, – какими бы вы хотели видеть свой город и участие в нем вот этих самых спортивных объектов, которые построены? Потому что потратили на все это 683 миллиарда рублей или 13 миллиардов долларов с лишним по среднему курсу с начала 2013 года. Хотя сумма рекордная, расходы были растянуты на несколько лет и с легкостью растворились в общем объеме российской экономики. "Мы не ожидаем, что Чемпионат мира внесет заметный вклад в экономику в целом: игры продлятся всего лишь месяц, и сопутствующий экономический стимул меркнет в сравнении с экономикой России размером в 1.3 триллиона долларов", – это написали аналитики "Moody’s Analytics" еще 28 мая.

Ольга Арсланова: Итак, совокупный бюджет Чемпионата 680 миллиардов рублей, там только 30% направлены на спортивную инфраструктуру, то есть стадионы и тренировочные базы; 50% – на улучшение транспортной инфраструктуры, получается, что мундиаль для России означает еще и дороги и аэропорты, возможно, это даже в чем-то важнее, чем стадионы и футбольные поля. Часть инвестиций при подготовке к Чемпионату мира, большая часть была направлена не в строительство и модернизацию спортивных объектов, а на транспортную, телекоммуникационную и энергетическую инфраструктуру. Ну и более того, в Минэкономразвитии считают, что Чемпионат, проведение мундиаля окажет позитивное влияние на экономику регионов в долгосрочной перспективе в том числе и за счет увеличения потока туристов. Ожидается, что имидж нашей страны улучшится и туристы будут ездить к нам чаще даже после того, как Чемпионат мира закончится.

Ну что же, давайте экономику мундиаля вместе посчитаем с нашими гостями.

Юрий Коваленко: Так сказать, имидж все, а деньги ничто.

У нас в гостях Шломо Вебер, профессор, ректор Российской экономической школы, – здравствуйте.

Ольга Арсланова: Добрый вечер.

Шломо Вебер: Здравствуйте.

Юрий Коваленко: И Станислав Мурашов, экономист по России "Райффайзенбанка". Здравствуйте.

Ольга Арсланова: Добрый вечер.

Станислав Мурашов: Здравствуйте.

Шломо Вебер: Кстати, выпускник Российской экономической школы.

Юрий Коваленко: Вы коллеги.

Ольга Арсланова: Видите, как вы удачно встретились.

Давайте разбираться. Мы понимаем, что да, самый дорогой мундиаль, властям очень выгодно всегда, мне кажется, в любой стране рассказывать о том, как они все это окупят, да? Стоит ли на это вообще рассчитывать? Стоит ли вообще такая цель – окупить Чемпионат мира? Потому что те траты, о которых мы только что сказали, окупить довольно сложно.

Шломо Вебер: Давайте я все-таки начну. Вот вы говорили о возможной победе, что 10% россиян верят…

Ольга Арсланова: Вы принадлежите к этим 10%?

Шломо Вебер: Я вот не знаю, но вот что я знаю заведомо…

Ольга Арсланова: Я верю, например.

Шломо Вебер: …то, что вчера вашингтонская команда по хоккею выиграла Кубок Стэнли, там ведущие три игрока – Овечкин, Орлов и Кузнецов, представители России – вот действительно выдающийся успех. Так что поздравим тех, кто действительно этого успеха заслужил. Овечкин ждал этой победы 14 лет и дождался.

Юрий Коваленко: С хоккеем у нас все хорошо.

Шломо Вебер: С хоккеем прекрасно.

Юрий Коваленко: Теперь мундиаль.

Шломо Вебер: Теперь действительно насчет экономической стороны. Тут много и Станислав, конечно, слов своих скажет. На самом деле понятно, что когда Россия боролась за право проведения Чемпионата, аргументы были не экономические, аргументы были про имидж страны, о котором вы упомянули, действительно экономические эффекты от того, что Россия будет смотреться совсем по-другому в мире. С точки зрения экономики понятно, что вопрос тут тяжелый, вклад в экономику. Смотрите, вложили 683 миллиарда, вы упомянули, это вложение действительно существенное, но мы не вкладывали в другие отрасли экономики, в которые можно было вкладывать, и непонятно, какой тут действительно подсчет. Но тем не менее действительно имидж – это вещь очень существенная и может привести к экономическим результатам.

Знаете, вот один пример совершенно, может быть, даже курьезный и не очень научный. В прошлом году мы участвовали, мы посетили Кубок конфедераций в Казани, там было огромное число представителей Чили, тысячи людей из Чили. Я потом посмотрел, изменился действительно торговый оборот с Чили, потом вырос у России или нет. И результат был следующий, что уже в 2017 году он вырос на 40%, а в начале 2018 года на 47%, почти 50%. Могут действительно не показывать, но как им понравилось, как им хорошо, как они себя хорошо почувствовал в Казани, вот из-за этого, может быть, экономический…

Юрий Коваленко: Но это в случае, если билеты на Чемпионат мира будут покупать исключительно бизнесмены и исключительно в своих корыстных целях.

Шломо Вебер: Ну тем не менее.

Ольга Арсланова: И все-таки у нас очень многие зрители смотрят на проблему довольно линейно, и это, в общем, понятно: приезжают люди не самые бедные, которые тратят, по-моему, подсчитано, около 200 тысяч в среднем на человека, все эти деньги останутся в нашей стране, это выгодно.

Станислав Мурашов: Ну в принципе, конечно…

Ольга Арсланова: Ну как? Они же будут покупать наши товары, питаться в наших ресторанах, жить в наших квартирах и отелях за безумные деньги.

Юрий Коваленко: Месяц.

Станислав Мурашов: Да, правда, в течение короткого периода времени, наверное. Но смотрите, действительно компании уже подсчитывают ожидаемые прибыли, действительно стоит ожидать того, что в сегменте ритейла, в гостиницах и ресторанах, в транспортном секторе действительно возможен ожидаемый рост прибыли, который будет заметен на общегодовой тенденции результатов этих компаний, этих отраслей. Но, конечно, стоит обратить внимание в первую очередь действительно на альтернативные издержки, о чем Шломо правильно сказал, что…

Ольга Арсланова: То есть это то, на что мы не потратили.

Станислав Мурашов: Да, на что мы не потратили, эффективность расходов очень разная в разных сегментах. Условно говоря, даже если мы сейчас говорим о тех целях, которые обозначены у нас в майском указе президента новом, там переключение на инфраструктурные моменты, на образование, на здравоохранение. По нашим расчетам, эти расходы имеют более интересный эффект для экономики, чем, например, расходы на оборону и на социальные какие-то вопросы. В данном случае и здесь тоже стоит применять такой подход и ориентироваться на то, куда мы могли эти деньги потратить. Потому что, конечно, сумма значительная; стоит, правда, отметить, что это 6 или 7 лет мы тратили эти деньги, то есть это не за один год, но, конечно…

Ольга Арсланова: По бюджету было размазано.

Станислав Мурашов: Да. Пик, правда, пришелся все равно на прошлый год, мы это очень хорошо увидели в данных по инвестициям в основной капитал, когда у нас был резкий такой взлет капиталовложений во втором квартале, мы, в частности, связываем это и с расходами на Чемпионат мира. Но в целом, конечно, стоит понимать, что и альтернативы могли бы быть другими, и эффект, который может наблюдаться позитивный после окончания Чемпионата мира, конечно… Его тоже не стоит переоценивать, потому что, конечно, отчеты, которые я видел, где предполагается, что ожидаемый эффект после Чемпионата мира в течение нескольких лет будет превышать 100 миллиардов рублей, – это, конечно, на мой взгляд очень и очень оптимистичная оценка, я бы так сказал. Хотя, конечно, позитивно то, что есть расходы не только на спортивные сооружения, но и на инфраструктуру.

Ольга Арсланова: У нас есть два сюжета из городов, которые готовятся принимать матчи Чемпионата, это Самара и Ростов-на-Дону. Давайте посмотрим, на что там все эти деньги тратились.

СЮЖЕТ

Ольга Арсланова: И у нас на связи зритель из Ростова-на-Дону Денис. Здравствуйте, Денис.

Зритель: Здравствуйте.

Ольга Арсланова: Посмотрели репортаж про свой город? Что добавите?

Зритель: Да, посмотрел только что репортаж. Хочу сказать, что все как бы очень печально проходило, вот это строительство новой "Арены". Говорят, что сейчас развязки, все красиво, а на самом деле это какие-то проблемы были для людей выехать за город, кто живет, можно сказать, в пригороде, это был просто кошмар, были пробки многокилометровые, стояли. Полгорода перекопано и осталось до сих пор. Ничего не успевают сделать, на центральных улицах плитка стоит просто ершом, ее там не успевают утрамбовывать, потому что, видимо, я не знаю, либо деньги куда-то делись, либо как-то люди такие, как-то так все получилось.

А вообще по самому Чемпионату мира – ну да, это все красиво, хорошо, ярко, красочно, атрибутика, сборные лучшие. Но честно говоря, я считаю, что нашей стране есть куда потратить эти миллиарды, не красоваться перед всем миром и не говорить, что вот мы самый дорогой Чемпионат мира, вот мы тут готовы, все супер. Поэтому как бы не особо впечатления, честно говоря, от грядущего Чемпионата мира.

Ольга Арсланова: Спасибо, Денис, за то, что позвонили.

К экономике. Курс рубля: многие говорят, что могут быть приятные для нас изменения, потому что приедут иностранцы и инвестируют в наш рубль.

Шломо Вебер: Может быть, оно так и произойдет, но на самом деле я не думаю, что влияние Чемпионата мира по футболу на рубль будет значительным, этого действительно как-то с точки зрения макроэкономики не видно, что суммы будут такими, что они могли бы привести к серьезным изменениям курса рубля, я этого не вижу, так что… С этой точки зрения…

Юрий Коваленко: А можно ли сравнивать Чемпионаты мира с теми, которые были в других странах? Можем ли мы сравнивать?

Шломо Вебер: Можем, конечно.

Юрий Коваленко: И что произошло дальше после Чемпионата?

Шломо Вебер: Ну кстати, действительно просто хороший, потому что если мы говорим, скажем, о странах БРИКС, то вот у нас были последние два Чемпионата в Южно-Африканской республике и в Бразилии. И кстати, по расходам в Бразилии было очень похоже, та же сумма, 13 миллиардов. На самом деле там не все стадионы используются, безусловно, нет в Южной Африке возможностей для использования стадионов. Но знаете, при всем при том, что некоторые стадионы запущены, до сих пор в Южной Африке считают, что это был успешный Чемпионат мира. Почему он был успешным? – по тем же причинам, о которых я говорил, что вот имидж страны действительно изменился, на страну смотрят по-другому. Так что с точки зрения инвестиций в будущем…

Но сколько это будет, насколько это произойдет, непонятно, но тем не менее скажем так, что такой неэкономический эффект был значительный. С точки зрения использования стадионов в Бразилии и Южной Африке они, в общем, не были очень успешными. Так что надеюсь, что в России этого не произойдет. И вот упомянули как раз в Самаре, что вот там будут использовать как тренировочную базу. Я был в Екатеринбурге, они разберут стадион и отправят трибуны с этого стадиона в область для юношеского и молодежного футбола, – вот такого рода вещи действительно могут оказать влияние на развитие.

Ольга Арсланова: А помните, были негативные прогнозы перед Олимпиадой в Сочи, что эти объекты не будут использоваться, Олимпиада, тоже самая дорогая в истории, никогда не окупится. Но Сочи теперь можно сказать, что точно стал самым популярным курортом в нашей стране.

Шломо Вебер: Безусловно, так что… Но вопрос-таки опять, мы говорили вместе со Станиславом, вопрос об альтернативном использовании этих средств, что можно было бы сделать, если бы этого не делалось, но тем не менее нет, Сочи был успешным с этой точки зрения. Я надеюсь, что и Чемпионат мира будет успешным. Так что выиграет Россия или нет, как сказал президент, главным победителем будет даже не сборная, а организаторы. Ну вот посмотрим.

Ольга Арсланова: Станислав, я вот смотрю на список самых дорогих мундиалей, получается, что чуть дешевле, чем наш, был в Бразилии, а вот в развитых экономически странах – Германии, Японии, Южной Корее – значительно дешевле. Почему так? Почему страны с не самой сильной экономикой тратят больше всех на такие мероприятия?

Станислав Мурашов: Отчасти здесь, конечно, эффект того, что необходимо строить больше инфраструктуры, о которой как раз говорилось. В принципе и дорожная инфраструктура оставляет желать лучшего, и аэропорты, на эти вещи отчасти идет больше средств. Хотя, конечно, надо понимать, что здесь, видимо, есть еще и фактор того, чтобы потратить больше, чтобы уж точно…

Ольга Арсланова: …произвести впечатление.

Станислав Мурашов: …покрыть все необходимые издержки. Ну и не исключено, конечно, что и коррупционный фактор здесь играет важную роль, потому что потратили много, но до реальных инвестиций дошло гораздо меньше денег, возможно, коррупции в развитых странах гораздо меньше, меньше этот негативный эффект, чем в развивающихся.

Юрий Коваленко: Вот представим себе ситуацию: ура, российская команда идет с завоеванным кубком фотографироваться, болельщики разъезжаются. А вот огромное количество… Я молчу про аэропорты, это хорошо, про деньги, закатанные в асфальт, это прекрасно, – а вот гостиницы, которые остались? Они ведь точно никогда никому не пригодится. Почему нельзя пустить это все на социальное жилье либо каким-то образом использовать так, чтобы это гарантированно было использовано?

Ольга Арсланова: А у нас разве строилось так много новых гостиниц? Вроде бы используется то, что уже готово, жилой фонд.

Станислав Мурашов: Да, совершенно верно. То есть, с одной стороны, не так уж и много построено, чтобы пускать это на социальное жилье, а те улучшения, которые были сделаны в уже существенной инфраструктуре, скорее всего, были не такими большими, потому что в первую очередь бизнес рассчитывает скорее на аномально высокий приток спроса, а спрос, соответственно, выражается в повышении цен, нежели чем в улучшении качества предоставляемых услуг.

Но, конечно, важно понимать, что важным моментом здесь является то, что это все точечно очень локализовано, такие вещи. И как я уже говорил, в первую очередь эффект был бы гораздо больше, если бы, например, мы тратили по чуть-чуть, но на более протяженные территории, условно говоря, то есть если бы мы, например, строили дороги во всех регионах по чуть-чуть, чем закатывали в асфальт деньги, которые, как мы видели в видеосюжете, наверное, даже вредят жителям региона, в котором, собственно, эти инвестиции делаются.

Ольга Арсланова: Все лучшее туристам, да, жители потерпят.

Станислав Мурашов: Да.

Шломо Вебер: Кстати, еще один момент маленький, вкратце. Вот вы упомянули западные страны, более развитые страны. В тех странах частный бизнес является участником всего этого процесса, берет на себя значительную часть расходов, как это произошло, скажем, в Атланте с Олимпийскими играми, в Лондоне в некоторой степени. И поэтому там действительно развитие как-то более… Государственный карман страдает не так.

Станислав Мурашов: Да.

Ольга Арсланова: Послушаем жителей городов, которые будут мундиаль принимать. У нас Аркадий из Нижнего Новгорода, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте. Вот построили у нас этот стадион на стрелке, очень виден со всех сторон, мощное сооружение. К нему тут тянули дороги, во время Чемпионата все будет обеспечено. Но в Нижнем никогда не было и неизвестно когда будет классная команда, это колоссальное сооружение будет простаивать, – вложенные миллиарды, которые не дают отдачи. Кто планировал потом дальнейшее использование и отдачу с этих спортивных сооружений? Это в Самаре хорошо, там есть "Крылья Советов", а у нас, а в других городах? В стране уйма всяких нужд: у нас наводнения, у нас разрушающееся жилье, а мы ставим памятники эпохе Путина, любителю спорта.

Ольга Арсланова: Спасибо за ваш звонок.

Юрий Коваленко: Спасибо.

Ольга Арсланова: И Калининград у нас на связи. Виталий, приветствуем вас.

Зритель: Добрый вечер. Я звоню из города Калининграда, зовут меня Виталий. Наш город тоже будет принимать Чемпионат мира по футболу. Вы знаете, я вот слушал предыдущих оппонентов, они немножко как-то… У нас как-то люди так настроены: не делают – плохо, делают – тоже плохо. Вот это мне непонятно. Я очень рад, я вижу, как развивается наш город перед Чемпионатом. У нас вообще прямо город растет на глазах, все благодаря нашему и президенту, и губернатору Алиханову, большое им спасибо. Город так преображается! У нас делаются дороги, у нас делается стадион красивый, построенный, мы готовы принимать гостей.

Вы знаете, я вам скажу, что я очень рад и за свою страну, и за Путина. И то, что сейчас делается в нашем городе… Вы посмотрите, я вижу, как и в других городах все это, люди, наоборот, должны радоваться, что наша страна двигается вперед, а не топчется на месте. Конечно, есть какие-то проблемы и внутренние, и разные, но я думаю, мы будем идти вперед, и если наш народ будет сплоченный, будут радоваться, что мы процветаем, приедут гости… Зря вот говорят, что делаем для кого-то, кто-то приедет посмотреть – нам же останется, нам, нашим детям, мы будем развивать спорт, будем развивать футбол, почему нет? Я очень рад, я очень благодарен нашему правительству, рад, что мой город…

Ольга Арсланова: Да, понятна, Виталий, ваша позиция. Спасибо большое.

Зритель: Спасибо большое.

Ольга Арсланова: Вот смотрите, разные точки зрения. У нас и на SMS-портале зрители разделились: кто-то говорит, что отлично, восстанавливают города, которые в этом нуждались, улучшают то, что и так было хорошо, а другие говорят, что потемкинские деревни, вроде бы какие-то там главные улицы восстановили, красиво, а по сути на повседневной жизни все это не отразится. Кто по вашему мнению прав? Изменится ли к лучшему жизнь в этих городах для населения после того, как Чемпионат закончится? Я имею в виду повседневную городскую жизнь.

Шломо Вебер: Вы знаете, экономисты всегда говорят о правой руке и о левой руке, значит, правы и те, и другие, безусловно, единой правды нет. Действительно, какие-то улучшения будут, безусловно, в Самаре это все выглядит очень хорошо, в Екатеринбурге выглядит тоже хорошо, приезжали; в Калининграде, кстати, действительно, я уж не знаю про стадион, там некоторые проблемы, но тем не менее с окрестностями там действительно есть развитие, так что там будет хорошо. Конечно, понятно, что эти деньги не могли резко улучшить благосостояние жителей всей страны, даже тех 11 городов, которые упомянуты. Так что действительно правда посередине.

Я на самом деле надеюсь, что… Может быть, благосостояние, благоустройство, все это вещи такие, непонятно, как это произойдет. Я надеюсь, что может произойти, – так это вклад в юношеский и молодежный футбол и в население, здоровье населения, больше и лучше отношение к спорту, более здоровое отношение к здоровому спорту. Вот если эти вещи сдвинутся хотя бы немножко, тогда это полный успех Чемпионата мира.

Юрий Коваленко: Политическая воля превратила Сочи в место, откуда никогда не выезжают соревнования, чемпионаты, форумы, универсиады и прочее. Может быть, про это говорил Владимир Путин, когда у него спросили про стадионы?

Шломо Вебер: Безусловно.

Юрий Коваленко: Потому что у нас на всю страну меньше 50 футбольных команд в двух дивизионах, что вдвое меньше, чем в Германии, кстати.

Шломо Вебер: Да.

Юрий Коваленко: И такое количество стадионов нам просто не нужно, у нас имеющиеся-то не заполнены никогда.

Шломо Вебер: Безусловно.

Юрий Коваленко: В таком случае каким образом политическую волю федерального масштаба, регионального масштаба можно соединить воедино, чтобы заставить это все сделать? Потому что опять начнутся переписки, перебрасывание из стороны в сторону.

Шломо Вебер: Безусловно, будет трудно использовать все эти сооружения. Сочи немножко другого порядка, там более разнообразные спортивные объекты, здесь это все… Вот говоря о том же Калининграде, Саранске, понятно, что есть города, в которых понятно, что они не будут заполнены. Каким образом это можно сделать?.. Екатеринбург будет эти трибуны рассылать каким-то образом. Понятно, что ресурсы были израсходованы, израсходованы неоптимально, что уж тут говорить: понятно, когда строишь 12 стадионов.

Кстати, интересный вопрос. Во вы сравниваете, вот мы недавно беседовали с организатором катарского Чемпионата мира, там страна-то какая-то маленькая, там строить 9 стадионов, тот же вопрос возникает. И вот как раз организатор этого катарского чемпионата сказал, что они с самого начала, за много лет, у них самое главное не сам стадион, а план использования стадионов после…

Юрий Коваленко: То есть они детей уже заранее начали тренировать?

Шломо Вебер: Заранее тренировать, использование стадионов необязательно как какие-то спортивные площадки, а как какие-то парки, другого рода вещи. Они с самого начала думали про использование после Чемпионата, это было главное место. Здесь произошло немножко наполовину, так что опасности и вызовы впереди.

Ольга Арсланова: Самару давайте послушаем, Анна в прямом эфире. Здравствуйте.

Зритель: Добрый день. Я хотела сказать, что нам сначала вообще не очень понравилась эта идея с проведением Чемпионата в нашем городе, потому что как-то город был не очень готов к этому. Но потом все, конечно, сильно преобразилось. Были, конечно, проблемы с дорогами, пробки, пока все ремонтировали, но результат: сейчас мы ездим по городу, конечно, город очень сильно преобразился.

Я вспоминаю пример Сочи, когда там была Олимпиада, во время Олимпиады там тоже были непокрытые газоны какие-то, сломанные дороги недоделанные. Но сейчас Сочи вообще прекрасный пример, там производится много конференций, очень много туристов и так далее. И вообще мне понравилось, что вскрылись какие-то проблемы в городе с тем же самым губернатором нашим "замечательным", хороший толчок для города был сделан. Я думаю, что всем гостям очень понравится в Самаре, они приедут еще к нам много раз отдохнуть, искупаться в Волге, погулять по городу.

Ольга Арсланова: Спасибо.

И Саранск тоже в прямой эфир выходит. Евгений, добрый вечер.

Зритель: Добрый вечер.

Ольга Арсланова: Как у вас воспринимают грядущий мундиаль?

Зритель: Да. На самом деле не совсем был согласен с некоторыми выступающими телезрителями, потому что на самом деле Чемпионат мира – это не только стадион в городе. Допустим, большое достижение заключается в том, что выбрали не только города-миллионники, которые будут принимать замечательное такое мероприятие, но еще и такие города, допустим, как Саранск. Потому что этот город получил просто второе дыхание, вторую жизнь: какие построены развязки, какой построен аэропорт, какие построены дороги. Поэтому на самом деле это только можно расценивать как положительное.

А вот как это будет использоваться дальше, это на самом деле и наша задача как жителей, это задача, естественно, и местной власти, а жителей следить за тем, чтобы там рынков не появлялось, затем чтобы там не было каких-то непонятных вещей, а это использовалось так, как это делается в Сочи. Мы вот каждый год семьей ездим в Сочи, местные люди, вот время прошло, а они повторяют: "Не было бы этой Олимпиады, непонятно, через сколько было бы то, что сейчас есть в Сочи". Поэтому…

Ольга Арсланова: Спасибо, Евгений, здорово.

Станислав, не хочу обижать Самару, Саранск, тем не менее как делался выбор городов? Ведь очевидно, что можно было бы сэкономить, выбрав действительно самые крупные, самые готовые с инфраструктурной точки зрения, с точки зрения жилого фонда и так далее города и не тратить столько денег.

Станислав Мурашов: Ну конечно, выбор, безусловно, необычный. Но с другой стороны, это и хорошо, потому что и транспортная инфраструктура все-таки хотя бы получила возможность на какое-то развитие, конечно, и в городах можно было построить инфраструктуру, которой до этого не было.

Вопрос еще несколько другой здесь стоит, что вот мы построили, соответственно использование этих объектов в дальнейшем очень хорошо было бы поддержано, например, расходами на собственно детские спортивные школы, на тренировочные базы, на вот это вот все, это бы очень хорошо поддержало, в общем-то, это бы отчасти сняло вопрос о дальнейших перспективах использования этих спортивных объектов. А насколько я понимаю, все-таки у нас в первую очередь планом было именно построить и провести Чемпионат, чтобы сделать это в срок, чтобы, так сказать, не опоздать. Это, конечно, все-таки не очень дальновидно, на мой взгляд; все-таки надо выделять деньги на детский спорт, программы на будущие периоды, чтобы это дало возможность развитию детского спорта, спортивных команд.

Юрий Коваленко: Но все же обслуживание одного стадиона примерно 280 миллионов в год. При учете, что у нас 90% всех футбольных команд содержатся за счет региональных бюджетов и стадион содержится за счет региональных бюджетов, каким образом это возможно будет хоть как-то совмещать? То есть стадион в таком случае проще разобрать действительно, даже не перевезти куда-то, а просто разобрать и продать его.

Станислав Мурашов: Хороший вопрос. Вопрос в том, что действительно у нас стоит задача не переформулировать этот спортивный объект под какие-то другие нужды, а именно сохранить его в рамках спортивной инфраструктуры. Безусловно, очень сложно придумать какой-то такой эффективный способ; наверное, власти надеются на то, что эти издержки как-то окупятся. Но, конечно, если бы я принимал такие решения, я бы все-таки подумал в большей степени о том, как бы сделать все-таки не спортивное использование этих объектов, а какое-нибудь другое, возможно, рекреационное…

Юрий Коваленко: Стадион?

Станислав Мурашов: Не знаю, каким образом.

Шломо Вебер: Парк.

Станислав Мурашов: Парк, например, как раз хорошая идея: если не рынок, то во всяком случае парк, потому что парки очень хорошо, как раз развивают инфраструктуру города. Да, конечно, сложно понять, как использовать этот объект в спортивных целях и зарабатывать на этом деньги, но, видимо, государство готово мириться с этим, во всяком случае пока такая готовность, наверное, есть.

Ольга Арсланова: Этого же опасаются и наши зрители. Волгоградская область пишет: "Пройдет Чемпионат мира, стадионы передадут на городской баланс, сколько же десятков миллионов будет стоить городу его содержание в месяц?" Действительно тоже переживают.

Давайте послушаем Петербург, Валентина с нами. Здравствуйте.

Зритель: Добрый вечер.

Юрий Коваленко: Здравствуйте.

Зритель: Я вас беспокою из Санкт-Петербурга. Вот тут красивые слова говорят, правильно, все-таки такое мировое соревнование у нас будет проходить. Все это мероприятие, улучшение города, только для показухи, только для показухи, и всех туристов будут проводить по тем местам, которые только можно показывать. А что у нас творится во дворах, это прямо волосы дыбом встают, особенно Василеостровского район, там же даже пройти по улице нельзя, аромат из подвалов… Срам, в общем, один срам. Как это так? И не достучишься до чиновников, я знаю, что там большие фонды выделяют для благоустройства нашего города, город-сад… Я была в Париже, нет сравнения, наш Петербург является величайшим городом во всем мире. И почему такое отношение, я не представляю, не могу, прожила уже 77 лет, меня прямо бесит, бесит, почему такое отношение к такому городу. Это же кошмар! Немножко подальше проедете, одни безобразия: трубы взрываются, затопляют – это же кошмар! И до Полтавченко не достучишься.

Ольга Арсланова: Спасибо, Валентина.

Юрий Коваленко: Спасибо большое.

Ольга Арсланова: Я вот, кстати, Валентину поддержу, опять же не в обиду Москве, мне кажется, самый красивый город страны, настолько не совпадают его фасадная часть с той частью, где основное население города живет, там, конечно, этот контраст значительно заметнее, чем в Москве.

Шломо Вебер: Вы знаете, я сейчас был в Петербург, позавчера, действительно там можно кое-что сделать по-другому, понятно. Но как бы с общей точки зрения действительно я Валентину полностью поддерживаю. Но вот, скажем, в Москве как раз улучшения инфраструктуры транспортной довольно-таки существенно: все мы знаем, все видят новые станции метро, как-то все стало работать намного лучше. Так что я думаю, что Москва-то использует вот эту подготовку к Чемпионату мира для улучшения.

Вы знаете, такой общий принцип Чемпионатов мира, если посмотреть на все. Вот сейчас задают вопрос, какие города, какие страны использовали Чемпионаты мира лучше остальных? Ответ как бы простой: страны и регионы с более высоким уровнем развития на самом деле и используют это лучше, тем, кому уже было хорошо, тем стало еще лучше, а тем, кому было средне… Поэтому мы все это слышим. Но в Петербург можно было, конечно, вложить больше.

Юрий Коваленко: А кстати, можно тогда сразу расставить точки над "и"? Могли ли организаторы Чемпионата, люди, которые участвовали в подготовке города к Чемпионату, использовать деньги, которые направлены на Чемпионат, на улучшение труб в подвалах домов Василеостровского района или нельзя?

Ольга Арсланова: Или такой статьи там нет?

Юрий Коваленко: Да?

Шломо Вебер: Ну задачи-то не стояло. Они могли бы, конечно…

Станислав Мурашов: Это было бы нецелевым использованием средств.

Шломо Вебер: Да. Мы об этом и говорим, что возможно было альтернативное использование средств, но вот решение было таким, такого порядка, вот оно и...

Ольга Арсланова: Вот смотрите, Самара нам пишет: "Одна цель была – закрыть реальную картину города высокими заборами, на эти деньги можно было расселить людей из бараков, в таком, например, бараке я живу", – пишет наш зритель.

Еще у нас есть звонок из Нижнего. Владимир, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте. Я бы вот хотел с другой точки зрения сказать о Чемпионате мира. Я живу в Нижнем Новгороде. Наш город при подготовке к Чемпионату мира просто преобразился, стал молодым, красивым, спортивным. Построили новые дороги, новые станции метро, преобразовали внешний вид города. Он у нас очень красивый, на стыке двух больших рек, и если его увидят, посмотрят на наш город, какой он великолепный, старый, как тут все интересно устроено… В результате этого Чемпионата мы просто все в восторге. И деньги пошли не олигархам, не тем, которые украдут, а людям пошли. Все злобствующие, мне кажется, выражают точки зрения тех, кто хотели тут украсть, а у нас людям, простым людям один восторг.

Ольга Арсланова: Понятно, здорово, спасибо большое, Владимир.

Юрий Коваленко: Спасибо.

Ольга Арсланова: Давайте поговорим немного о малом бизнесе. Поддержит ли малый бизнес Чемпионат мира? Ведь сколько кафешки смогут заработать, не знаю, какие-то мини-отели, да даже бабушки на рынках?

Станислав Мурашов: На самом деле они, наверное, и будут являться самыми важными бенефициарами этого праздника спортивного, потому что, конечно, туристы приезжают, основной фокус, в котором будут находиться эти компании, именно туристы. Как я уже говорил ранее, гостиницы и рестораны, транспорт, такси прежде всего, транспортная инфраструктура. Конечно, гостиницы и рестораны будут являться важными бенефициарами. Вторым, правда, важным бенефициаром будет являться FIFA, потому что она получает основную долю...

Шломо Вебер: А может, и первым.

Станислав Мурашов: Да, конечно, первым.

Ольга Арсланова: По объемам да.

Станислав Мурашов: Я имею в виду, что если брать по близости к России, к российской экономике, то все-таки, конечно, да, малый бизнес будет бенефициаром. Правда, конечно, поступает информация о том, что когда они пытаются поднять цены, все-таки власти как-то контролируют этот процесс, то есть им не удастся так сильно, наверное, как они хотели бы поднять, поправить свои финансы, но тем не менее, конечно, они будут являться самым главным бенефициаром – гостиницы и рестораны, транспорт, ритейл, они будут в фокусе.

Ольга Арсланова: Как изменится жизнь тех, кто не работает в малом бизнесе, наша, которые живут в этих городах? Ведь цены наверняка все равно вырастут. Мне, например, таксист вчера рассказал, что у них идут кадровые чистки в их парках, потому что оставляют только лучших, машины простаивают.

Шломо Вебер: Да.

Ольга Арсланова: Машин меньше, очевидно, цены на такси будут расти.

Шломо Вебер: Правильно.

Ольга Арсланова: Купить какой-нибудь привычный бизнес-ланч за 300 рублей работающий человек, наверное, тоже себе не сможет позволить, потому что Чемпионат мира. Насколько это будет дорого и дискомфортно? Или все будет отлично?

Шломо Вебер: Будет очень дискомфортно. У меня знакомые, которые живут недалеко от "Лужников", там уже надо получать разрешение на въезд машины, вообще не пускают людей, в общем-то, на машинах вообще туда не доедешь, на своей собственной машине, с которой ты жил уже много лет, туда не доедешь. Конечно, дискомфортно будет, конечно, цены поднимутся, безусловно. Так что вот это надо взвешивать против бенефициаров малого бизнеса.

Станислав Мурашов: Да, безусловно.

Шломо Вебер: И вот жителей… Но они являются и бенефициарами, и жителями, так что где-то посередине, правда, должно остановиться. На самом деле действительно это все произойдет. Посмотрим, как это будет.

Относительно FIFA хотел бы упомянуть, что Российская экономическая школа организует конференцию как раз по экономике футбола во время Чемпионата мира. Президент FIFA, господин Инфантино, обещал у нас выступить с открытым словом, рассказать о том, как вообще FIFA смотрит, как она относится к этому Чемпионату и как они смотрят на будущее. Потому что действительно они хотят сейчас намного больше Чемпионат, денег больше зарабатывать. Кстати, сейчас 32 команды приехало, со следующего Чемпионата они хотят 48 команд делать. В общем, все это бизнес, который растет и который, в общем-то, может и вредить жителям страны.

Юрий Коваленко: А вот, кстати, жителям страны и малому бизнесу – кто-нибудь будет контролировать, каким образом будут формироваться цены у малого бизнеса? Потому что отпустили в свое время гостиницы, и ночь стала стоить 50 тысяч рублей, как в президентском люксе где-нибудь в Париже, как сравнивала наша телезрительница. С малым бизнесом каким образом все это будет?

Шломо Вебер: Ну есть ограничения, кстати, на цены, есть политика в отношении цен. Вопрос только, конечно, будут ли все этой политике следовать, сумеют ли действительно найти всех виновных, которые этому следовать не будет. Неясно на самом деле. Есть жалоба в Волгограде о том, что цены на квартиры, на гостиницы довольно низкие, что не дает возможности тем, кто хотел бы более фешенебельные места, уже не получается. Так что, в общем, тут палка о двух концах.

Юрий Коваленко: То есть следить будет полиция все-таки, да?

Шломо Вебер: Ну конечно.

Ольга Арсланова: Траты на безопасность, говорят, какие-то совершенно беспрецедентные. Очевидно, это оправдано. Как это в других странах происходило? Какое усиление безопасности, вот этих сил мы увидим?

Станислав Мурашов: На самом деле я думаю, что у нас это все-таки действительно оправдано, хотя, возможно, и переоценено, как у нас в принципе…

Ольга Арсланова: Риски вы имеете в виду?

Станислав Мурашов: Риски, да. Хотя, конечно, в первую очередь, поскольку, как мы уже говорили, одним из важных моментов, целей, которые преследует этот Чемпионат, – это все-таки, наверное, именно имидж, очень было бы неудачным, если бы что-то произошло, если что-то пойдет не так. Поэтому, конечно, важно выделять эти средства, хорошо, что мы их имеем.

Но в других странах на самом деле ситуация тоже… Значительная часть средств идет на безопасность, поэтому, конечно, организаторы должны в первую очередь думать даже не столько о том, чтобы контролировать цены или как-то следить за малым бизнесом, в первую очередь, конечно, безопасность.

Юрий Коваленко: А вот в 1980-е гг. в Олимпиаду за 101-й километр вывозили всех, кто был не согласен с режимом, кто был с криминальным прошлым, кто имел какие-то преступные наклонности. В этот раз не будет такого?

Ольга Арсланова: Ну мы же все здесь.

Станислав Мурашов: Я думаю, что мы уже не в 1980-х гг., поэтому, конечно… Я думаю, что контроль усилится, конечно, не над теми, кого раньше вывозили за 101-й километр. Я, конечно, думаю, что контроль будет в первую очередь в части безопасности, потому что сейчас и паспорта у болельщиков, сейчас и ужесточен, как Шлома говорит, контроль над въездом. В общем, я думаю, что за это бояться не стоит.

Ольга Арсланова: Ну и давайте поговорим о главном, наверное, ради чего это все и придумали, – имидж нашей страны. Сможем ли мы, как вам кажется, переломить, скажем, не очень хорошее к нам отношение сейчас на Западе?

Шломо Вебер: Я думаю, что мы сможем в значительной степени этого добиться. Действительно люди принимают, люди гостеприимные, мы слышали голоса и в Самаре, и в Нижнем Новгороде. Так что я думаю, что гостеприимство действительно… Это очень важно, что люди приезжают… Кстати, единственный момент, что Соединенные Штаты не попали на Чемпионат мира, я думаю, это был бы интересный момент, чтобы действительно люди увидели своими глазами, не только из средств массовой информации.

Ольга Арсланова: И интересно, чтобы россияне увидели американцев.

Шломо Вебер: И чтобы россияне увидели американцев, что они тоже как нормальные люди ходят, двигаются; итальянцы не приехали. Тем не менее я думаю, что это очень важный момент, как раз этот момент является очень важным, – гостеприимство, чтобы не было всяких эксцессов, чтобы люди действительно подумали и вернулись домой: "О!" Вы знаете, на самом деле как бы мы ни хотели, у нас есть эта конференция, которую я упомянул, у нас есть английские коллеги, которые не захотели приехать. Почему не захотели? Ну потому что не чувствовали, что им будет комфортабельно в этих условиях. Так что чем больше приедут, чем больше покажем, тем, наверное, лучше все это будет.

Юрий Коваленко: Жалеть будут. Ну им фотографии покажут остальные болельщики.

Шломо Вебер: Покажут, да.

Ольга Арсланова: Спасибо большое. У нас в гостях были экономист по России "Райффайзенбанка" Станислав Мурашов, ректор Российской экономической школы Шломо Вебер. Спасибо большое, уважаемые гости.

Юрий Коваленко: Спасибо.

Шломо Вебер: Спасибо вам.

Станислав Мурашов: Спасибо.

 

 

 

 

 

  • Все выпуски
  • Полные выпуски
  • Яркие фрагменты
  • Интервью
  • Сюжеты