Штраф для хама на госслужбе

Штраф для хама на госслужбе | Программы | ОТР

Законопроект уже одобрило правительство

2020-04-29T12:36:00+03:00
Штраф для хама на госслужбе
Многоэтажный самострой. Белоруссия и «раскол» Европы. Налоговое бремя. Корабли-призраки и частный космос
Самострой обернулся самосносом
«Мы всё, что могли, потеряли! За что мы провинились в этой стране?!». Сюжет из Краснодара о погорельцах самостроя и обманутых дольщиках
Инаугурация по факту. О необычной церемонии вступления Лукашенко в должность президента Белоруссии
Михаил Любимов: Ситуация очень тревожная, прежде всего из-за роста национализма. Мы движемся к миру, какой был перед Первой мировой
Бюджет повышенных соцобязательств. Расходы на социальные нужды увеличат почти вдвое
Отопительный сезон: одни мёрзнут, у других батареи раскалены... Почему каждый год так?
Частный космос
Лишние налоги: государство слишком много берёт с бизнеса и населения?
Что хотят читать дети?
Гости
Любовь Адамская
доцент кафедры «Государственное и муниципальное управление» Финансового университета при Правительстве РФ
Елена Назарова
профессор кафедры общественных связей и медиаполитики ИГСУ РАНХиГС, доктор социологических наук

Иван Князев: Сколько стоит хамство? Депутаты предлагают наказывать чиновников за оскорбление граждан. Законопроект уже поддержали в правительстве, но неужели теперь все чиновники станут у нас вежливыми и заботливыми.

Тамара Шорникова: Ну, или это будет, как с некоторыми штрафами, например, как со штрафом за курение в общественных местах. Вроде, штраф есть, но на улицах, например, на остановках в парках по-прежнему дымят. Посмотрим, как собираются бороться с хамами на госслужбе. Вот, какие штрафы и какие наказания предлагают ввести для зарвавшихся чиновников депутаты, и Правительство уже поддержало.

Первичное нарушение, то есть кто-то впервые что-то неприятное вам сказал: от 50 тысяч рублей до 100 тысяч. Если позволил себе повторить - это 100 тысяч и 150 максимум. Есть такой вариант, который хочется обсудить с экспертами - дисквалификация. Если нарушение впервые было зафиксировано - до 1 года. Если чиновник регулярно общается не так, как нужно, то до 2 лет дисквалификация может грозить. Как это будет реализовано?

Иван Князев: Да, это достаточно интересный момент - погонят с работы что ли получается?

Тамара Шорникова: Кто будет наказывать? Чиновники чиновников, как это будет работать, давайте выясним.

Иван Князев: И вообще, как поставить на место зарвавшегося чиновника. Друзья, ждем ваши предложения и ответы на следующий вопрос: вас оскорбляли чиновники? Да или нет, напишите нам. В конце обсуждения мы подведем итоги нашего опроса.

А сейчас у нас на связи Елена Назарова, профессор кафедры общественных связей и медиаполитики РАНХиГС. Елена Александровна, здравствуйте.

Тамара Шорникова: Да, Елена Александровна, смотрите, вот первая смс. Только объявили тему, Ульяновская область пишет: «Для чиновников штраф, как для слона дробинка». Как вам кажется, вот такие меры действительно как-то изменят ситуацию, изменят культуру общения чиновников с гражданами?

Елена Назарова: Я полагаю, что эти меры позволят дисциплинировать вот эту самую среду чиновников. Грубо так говорим: «чиновники», на самом деле - госслужащие. Прекрасно понимаем, что это люди... Эта система достаточно многоуровневая, поэтому те люди, которые непосредственно служащие - общаются с потребителями, с населением, конечно, в этом отношении дисциплинирующие нормы иногда бывают просто необходимы. Поэтому угроза штрафа, либо каких-то других, помимо предусмотренных типовым Кодексом этики и служебного поведения государственных и муниципальных служащих...

Типовой Кодекс, который по сути дела не регламентирует, но декларирует определенные положения, нормы поведения, предусматривал лишь моральную ответственность госслужащих и, как вариант, рассмотрение на дисциплинарной комиссии, созданной этим самым органом гос. власти. Но так как моральное взыскание не всегда бывает действенным, то, я так полагаю, что нормы штрафования и также, помимо абстрактной формулировки: «учитывать вот эти этические нарушения в поведении при аттестации» они получили радикальное звучание, в частности, появилось понятие дисквалификации. Как у спортсменов за допинг дисквалификация на какой-то определенный период.

Иван Князев: Елена Александровна, скажите пожалуйста, а что мы вообще сейчас понимаем под понятием «оскорбление человека»? Это когда тебя чиновник или какой-нибудь служащий «по матушке» послал, на личности перешел или просто грубо разговаривает, что мы понимаем под этим?

Елена Назарова: Думаю, что можем понимать все, что угодно. Мы понимаем, что люди, прежде всего, имеют определенное настроение, самочувствие, какая-то обстановка, вполне возможно. И несовпадение этих разных факторов при общении двух индивидов может привести к такой конфликтной ситуации. Но чаще всего такие спорные, конфликтные ситуации возникают тогда, когда обратившийся за помощью человек вместо разъяснения ситуации получает какое-то жутко формально и зачастую негативно окрашенное сообщение, которое заставляет его задуматься, в принципе, о правомерности вербальных действий со стороны другого человека. Как следствие, на уточняющий вопрос он получает еще более формальный, либо уже личностно окрашенные сообщения. Таким образом, у нас происходит вот этот эмоциональный срыв. Конечно, недопустимы совершенно оскорбления личные, переход на нецензурные выражения.

Причем, мы должны понимать, что сейчас все эти коммуникации - они становятся прозрачнее, потому что практические все рабочие места в наших электронных приемных сопровождаются видеозаписью. То есть здесь дисциплинарной комиссии уже намного проще дать свою оценку поведению гос. чиновника и, соответственно, человека, обратившегося с этим заявлением, потому что уже становятся ясны причина и следствие. Я полагаю, что эти принятые меры плюс цифровизация, которая у нас сейчас идет - повсеместная запись, приведут к тому, что у нас сократится количество подобных ситуаций.

Тамара Шорникова: А судьи кто, кто в этих комиссиях? Потому что действительно важный вопрос, все субъективно достаточно, даже если видеозапись есть. Гражданин может чувствовать себя оскорбленным, комиссия признает, что все по форме было сказано, если, конечно, там нет мата и чего-то откровенного.

Иван Князев: Тут Приморский край еще спрашивает: «А за отписки в таком случае тоже будут штрафовать?»

Тамара Шорникова: Давайте сначала разберемся, кто в комиссии, кто решает, оскорбительно это было или нет.

Елена Назарова: Помимо представителей этого самого органа гос. власти, в котором произошел инцидент, еще присутствуют независимые арбитры. В частности, у нас, допустим, преподаватели наших вузов, авторитетные профессора, являются членами комиссий различных министерств и ведомств, что позволяет включить элемент объективности в оценке этих действий. Поэтому комиссия - это не обязательно непосредственно сами руководители, либо работники этих ведомств, которые заинтересованы в том, чтобы сгладить ситуацию и отстоять своего коллегу. Чаще всего это объективные оценки, которые принимаются во внимание при аттестации.

Иван Князев: Будем надеяться, что так оно и будет. Елена Назарова была на связи, доктор социологических наук. А сейчас еще один эксперт. Кстати, про отписки надо будет еще спросить, воспринимать ли это как оскорбление человеческого достоинства.

Тамара Шорникова: Давай пропустим вперед телезрителей и потом подключим эксперта.

Иван Князев: Татьяна из Краснодарского края нам дозвонилась. Татьяна, здравствуйте.

Зритель: Я бы хотела сказать. Я живу в городе Сочи, Лазаревский район, в Лазаревском. И по жизни мне, конечно, приходилось не однажды обращаться к чиновникам. И я скажу, что у нас очень вежливые чиновники. Конечно, это не уровня Губернатора, а это Пенсионный фонд, Администрация, соц. защита и т.д. Вот недавно совсем мне пришлось обратиться по поводу обещанных продленных субсидий, 1 апреля было. Все замечательно, мне объяснили, успокоили, говорили: «Чем помочь?».

Потом недавно увидела в воде какой-то мусор, нашла, кому позвонить, сказали: «Спасибо, что позвонили. Обязательно выясним, почему там...» Мне кажется, что слишком на чиновников... Опять же, высокопоставленные чиновники - с ними я не общалась. Обычные чиновники, наши близкие, я считаю, что очень внимательные люди. Если закон где-то им не позволяет что-то сделать для человека, то обижаться... Зачем на них обижаться, что могут, они все, как положено, делают.

Тамара Шорникова: А дела-то делают, помимо вежливого общения? Решаются ваши проблемы?

Зритель: Общение вежливое, я ни разу...

Тамара Шорникова: Общение вежливое, ваши проблемы решаются?

Зритель: Что, проблемы?

Тамара Шорникова: Ваши, да. С чем обращались, собственно.

Зритель: Наши проблемы решаются. Мы обращаемся, наши проблемы решаются.

Тамара Шорникова: Спасибо.

Иван Князев: Отлично, а то так действительно можно улыбаться, а ничего толком не сделать.

Тамара Шорникова: Приходите завтра.

Иван Князев: Сейчас у нас еще один телезритель, Любовь, на связи, Ивановская область. Здравствуйте, Любовь.

Зритель: Здравствуйте.

Иван Князев: У вас в области вежливые чиновники?

Зритель: Нет. И с какими бы просьбами мы не обращались к ним, исполняют частично, но не все. Так что я думаю, что надо какой-то закон действительно принимать и каким-то образом ставить их на место.

Иван Князев: Ну, не исполняют...

Тамара Шорникова: Вы можете пример привести какой-то?

Иван Князев: Разговаривают-то как? Да, пример.

Зритель: Ну, вот например, мы проживаем в сельской местности, в Савинском районе, село Панфилово. Дорога в ужасном состоянии. Сколько бы мы не обращались, куда бы мы не обращались. И телевидение... Даже был федеральный «Пятый канал Санкт-Петербург». Воз и ныне там. Дорога так и разбита. Едет автолавка к нам 2 раза в неделю, то есть хлеб мы можем есть только 2 раза в неделю. К нам она, к сожалению, стала ездить 2 раза в неделю. С просьбами по поводу продуктовых наборов обратилась к ним...

Иван Князев: Любовь, но это бездействие. А как разговаривают-то они?

Зритель: Вы знаете, в последний раз по поводу продуктового набора Королькова Ирина Николаевна, не знаю, какой голос нужно было иметь... Я даже не знаю, как вам высказать. Такой крик я услышала, я никогда в жизни ничего подобного не слышала. Она даже не дала мне высказать по телефону, что я конкретно хотела ей сказать. Понимаете, в чем дело.

Иван Князев: Понимаю.

Зритель: В общем, такую грубость я услышала, я просто была в шоке. Я - человек пенсионного возраста, она мне в дочери годится, и такое отношение. Но это только не у нее одной.

Иван Князев: Понятно, спасибо вам большое. Это, конечно же, недопустимо. А вот теперь спросим у нашего следующего эксперта. Любовь Адамская у нас на связи, доцент кафедры «Государственное и муниципальное управление» Финансового университета при Правительстве. Здравствуйте, Любовь Владимировна.

Тамара Шорникова: Да, академии, в которой, как раз чиновников учат, в том числе, и правильно общаться с нами, гражданами.

Иван Князев: Любовь Владимировна, это наше такое вот социально-национальное явление, помните, как в фильме «Вокзал для двоих»: «Ты хамишь, тебе хамят, ты в ответ хамишь». Вы молодых ребят учите, которые будут работать на госслужбе. Какой подход у вас?

Тамара Шорникова: Вряд ли хамить учат.

Иван Князев: Ну, понятно.

Любовь Адамская: Здравствуйте, Иван. Здравствуйте, Тамара. Значит, все, что касается студентов, - да, конечно. Это классическое образование, мы, конечно же, этому уделяем внимание и говорим об этикете, о правильности общения. Мы говорим во всех сегментах для развитой личности. Но мне очень хотелось бы, с вашего позволения, все-таки ответить на уровень общения муниципального сегмента с гражданами, потому что когда он студент, мы его обучаем, и он, как студент, показывает свои знания, и мы ему за это ставим оценки, аттестовываем его. Здесь на этом уровне все хорошо.

Другой момент, когда они попадают в практическую прикладную, то там получается какой-то слом. А вот почему это происходит, это вопрос, который сейчас, наверное, можно объяснить следующим. Муниципальный уровень получает недостаточно средств для реализации тех полномочий, которые на него возложены, и срабатывает какой-то психологический момент, что вот пристают жители. Но жители не знают, что у нас нет финансирования, у нас нет денег на реализацию полномочий. И вот этот контент неудачный уже выходит за рамки, наверное...

Иван Князев: На психику давит.

Любовь Адамская: Да, и поэтому вот это давление на личностные взаимоотношения между двух, скажем так, людей... Нет, двух субъектов в общении. И так оно и получается, что один кричит, другой кричит, а дело-то не делается. Конечно, профессор обозначила очень хорошо момент такой, что кто же будет как независимые в комиссии? Вот здесь нужно было бы, конечно, очень резко и радикально поменять вот этих экспертов. Было сказано, что одни члены комиссии идут с одного университета в другие университеты - мы все равно соблюдаем определенную мягкость в общении. А вот что касается комиссий, то нужно, мне кажется, не приглашать людей, которые в системе. А нужно пригласить из сегмента муниципального: председателей совета домов, может, представителей общественных организаций, но не ангажированных. И это муниципальный уровень, и муниципальный уровень подскажет, кого лучше приглашать. Еще, извините...

Иван Князев: Такое жюри присяжных нужно сделать, да?

Любовь Адамская: Вы знаете, может быть, немного совпадает, когда действительно заседателей приглашают. Там целый большой список, и этот список работает долго. Даже не знают, кого потом пригласят в течение какого-то возраста, то есть в течение какого-то времени.

Спешу сказать следующее. Очень хочу обозначить, уважаемые ведущие, следующий момент. Мы говорим все равно всегда и жалуемся на муниципальный уровень. Но это немножко несправедливо, потому что муниципальный уровень оплачивается очень мало. Они там на копейки работают, что называется, за честь и за достоинство личности, и не более того. Нужно говорить именно о чиновниках класса регионального, федерального.

Иван Князев: Депутатов, желательно.

Любовь Адамская: Они, к сожалению, далеки от реальных событий на территории, поэтому было бы очень хорошо, если бы все-таки хорошую оплату поставили муниципальному сегменту, а федеральному и региональному сделали меньше, потому что нет такой большой хорошей обратно связи, которая сегодня, сейчас в таких сложившихся сложных ситуациях необходима и нужна. Время показывает, что имущественное неравенство сегодня очень велико. Депутат Госдумы сидит, получает 400+, бизнес, мелкий бизнес получает на муниципальном уровне 20-30 тысяч рублей.

Тамара Шорникова: Да, Любовь Владимировна, согласны. Может, и поближе к жизни были бы те самые в высших эшелонах чиновники.

Иван Князев: Если бы меньше получали.

Тамара Шорникова: И не получались бы эти фразы про «макарошки везде стоят одинаково» и т.д.

Иван Князев: Это точно. Любовь Адамская была с нами на связи, доцент кафедры «Государственное и муниципальное управление» Финансового университета.

Несколько смс прочитаю. Воронежская область пишет: «Ну, оскорблять не оскорбляли, но ведут себя высокомерно». Тюменская область: «Они не оскорбляют, но и делать ничего не делают», как мы уже обозначили.

Тамара Шорникова: И подведем итоги нашего смс опроса «Вас оскорбляли чиновники?» 83% наших телезрителей сказали: «Да, так и было».

Иван Князев: Кто знает, может, с принятием этого закона и такая тенденция изменится.

Тамара Шорникова: Посмотрим.

Иван Князев: К следующей теме переходим.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)