Сколько ни предупреждай, пожилые люди все равно будут открывать дверь мошенникам. Проблемой должны заняться правоохранители!

Сколько ни предупреждай, пожилые люди все равно будут открывать дверь мошенникам. Проблемой должны заняться правоохранители!
Леонид Григорьев: Мировой кризис бывает, когда грохается большая страна и происходит драматическое падение нефти
Как потребовать перерасчёт за оплату мусора и при этом добиться его своевременного вывоза
Дмитрий Гордеев: Местные бюджеты – это «тришкин кафтан»: очень большие публичные функции, а средств катастрофически не хватает
Саркис Дарбинян: Если мы хотим иметь конкурентные IT-сервисы, надо раз и навсегда отказаться от репрессивного правового регулирования этой отрасли
Погашение кредитов: какую часть семейного бюджета это отнимает?
Год в сапогах: военкоматы теперь займутся новобранцами и без официальной прописки
Таганрог остался без воды. О ситуации в городе - наш корреспондент Дмитрий Андреянов
«Матчи Евро-2020 у нас совершенно точно не отберут!»
Сокращение чиновников: станет ли в стране меньше бюрократии?
Какие пенсии в России? Достойная зарплата. Пентагон нацелился на Калининград. Лишние уроки. Тату детям не игрушка!
Гости
Константин Крохин
председатель Союза жилищных организаций г. Москвы, юрист

Лжегазовщики. раскинули сети по всей стране. Под видом сотрудников газовых служб они предлагают купить доверчивым людям разные приборы, которые якобы должны обеспечить их безопасность. В случае отказа грозят даже отключить плиту.

Виталий Млечин: Ну а мы в ближайшие полчаса будем говорить о мошенниках – они появились уже, похоже, во всех сферах нашей жизни. В том числе по квартирам ходят лжегазовщики. Они предлагают доверчивым людям купить разные приборы, которые якобы должны обеспечивать их безопасность. Если жильцы отказываются, даже могут угрожать отключением плиты. То есть все достаточно серьезно выглядит.

Тамара Шорникова: 30 апреля этого года в эфире нашего телеканала был показан сюжет, в котором говорилось, что жертвами таких мошенников стали жители Челябинской области. Как нам сообщили в Главном управлении МВД по Челябинской области, в городе Старокамышинск была проведена проверка фактов, изложенных в сюжете. Информация о серии совершенных мошенничеств не подтвердилась. Настоятельно просим граждан, пострадавших от рук мошенников, обращаться в полицию.

Виталий Млечин: Чтобы все-таки это было официально зафиксировано. Тогда тех людей, которые пытаются вас обмануть, можно привлечь к ответственности. Если вы не обращаетесь в правоохранительные органы, то, соответственно, они помочь, к сожалению, ничем не могут.

Ну а чем мы можем помочь? Мы можем попытаться разобраться, как не попасться на удочку изначально. Будем делать это, естественно, вместе с вами и вместе с нашим гостем. К нам пришел Константин Крохин, председатель Союза жилищных организаций Москвы, директор филиала «Новая Москва» Московской торгово-промышленной палаты. Константин Викторович, здравствуйте.

Константин Крохин: Здравствуйте.

Тамара Шорникова: Здравствуйте. Зрителей просим присоединяться к разговору. Если у вас был опыт общения с подозрительными специалистами – звоните и рассказывайте, как вы поняли, что это не те. И вообще рассказывайте о том, как, по-вашему, стоит себя обезопасить от них.

Виталий Млечин: Что ваш опыт говорит? Насколько это сейчас частая и распространенная проблема, когда кто-то приходит просто в квартиру под видом газовщиков или кого угодно другого, какого-то специалиста и начинает что-то предлагать, продавать?

Константин Крохин: Вы знаете, к сожалению, это стало очень распространено. Буквально полгода назад, когда мне задавали этот вопрос, я говорил, что, наверное, это в регионах, наверное, в Москве этого нет. Вот за прошедшие полгода мои соседи, мои знакомые, мои сослуживцы сталкивались с подобного рода мошенничествами. Кто-то попался – ну, в основном это пожилые родственники. Кто-то не попался, потому что своевременно дети… взрослые дети были рядом и остановили незаконную и необоснованную сделку. Но это стало повсеместно, это действительно как какая-то напасть, как какая-то эпидемия.

Понятно, что в условиях экономического кризиса мошенники ищут новые способы зарабатывания. И в этом смысле слабозащищенные социальные слои – прежде всего пожилые люди, одиноко проживающие пожилые люди – являются легкой добычей для подобных преступников.

Виталий Млечин: А как это выглядит? Действительно просто люди ходят по подъездам, по квартирам?

Константин Крохин: Это зависит от того, как организована охрана или контроль. В тех домах, где есть консьерж, или в тех домах, где есть охрана (а в Москве много таких жилых комплексов больших, где более или менее контролируется проход посторонних), они сначала делают обзвон. То есть сначала звонят, предлагают… Это может быть замена счетчика воды, замена счетчика газа, ремонт. Были случаи по проведению якобы капитального ремонта, когда люди попадали в квартиру и говорили: «У вас неправильно присоединена труба». И после такого обзвона, скажем, после такого разведывательного мероприятия со стороны злоумышленников потом идет обход.

То есть там, где они зацепились и видят, что трубку поднимает в дневное время пожилой одинокий человек – значит, можно к нему прийти. И потом уже под разным соусом, переодеваясь в спецодежду, говоря каким-то казенным языком, чтобы создалась видимость официальной организации, они начинают обрабатывать вот этих пожилых людей. То есть сначала открывается дверь, контакт. После этого, когда их пустили, начинается психологическая обработка. Обычно это два человека.

Виталий Млечин: Обычно все-таки двое, не один?

Константин Крохин: Обычно двое, да, потому что один на стреме – он следит за тем, чтобы не пришли посторонние, следит за обстановкой, выявляет места, где могут храниться ценности. А второй человек обрабатывает жертву разного рода разговорами.

Виталий Млечин: Они хотят сразу пройти внутрь? То есть как правильно себя с ними вести? Если к вам кто-то пришел, вот простая схема действий? Не пускать?

Константин Крохин: Никогда не нужно пускать чужих людей, какими бы организациями, какими бы просьбами (сбором средств, пожертвований и так далее) это ни сопровождалось. Просто нельзя пускать посторонних людей, если это не ваш родственник и если это не приглашенный вами, например, врач или какой-то специалист. То есть если вы не ждете, чужих людей нельзя пускать на порог дома. Это такое золотое правило.

Тамара Шорникова: Подождите, но есть же регулярные осмотры того же газового оборудования. Висят объявления на подъездах, что в такие-то дни будут приходить специалисты. И висит предупреждение: «Пожалуйста, окажите доступ специалистам по осмотру газового оборудования в свою квартиру».

Константин Крохин: В том случае, если в доме планируется регулярный осмотр, обход – в этом случае, как вы правильно заметили, будут на подъездах, на стендах висеть объявления о том, что будет осмотр. Будет название организации, которая проводит осмотр. Будет указан номер контактный диспетчерской службы, куда можно обратиться. И сегодня достаточно распространены такие граждане активные, как старший по подъезду, старший по дому. На практике они всегда владеют информацией, кто должен прийти, когда это будет. И в их задачи входит в том числе информирование жителей, чтобы они оказывали содействие.

Поэтому в данном случае необходимо иметь контакт с этими активистами, с управляющей организацией, если в доме нет активистов. И если кто-то к вам пришел, прямо по этому номеру позвонить и сказать: «Ко мне пришел Иван Иванович Сидоров, говорит, что из такой-то организации. Темноволосый, высокий, но одет совершенно не в спецодежду. Чтобы мне делать?» И конечно же, ему скажут: «Скорее всего, это не наш сотрудник. Наш сотрудник должен быть с удостоверением».

Вы знаете, что у нас с этого, с 2019-го, вступили поправки в законодательство жилищное, что все сотрудники управляющих организаций либо сотрудники организаций-поставщиков коммунальных ресурсов обязаны иметь при себе удостоверение с печатью организации. Поэтому это еще один признак, по которому можно проверить. Но еще раз повторюсь, что напечатать можно любое удостоверение…

Виталий Млечин: Да, вот я тоже хотел сказать, что подделать-то эти умелые люди могут все что угодно.

Тамара Шорникова: Нужно проверять звонком?

Константин Крохин: Контактировать, да, звонком, чтобы подтвердили, что такой-то гражданин действительно является представителем организации.

Тамара Шорникова: Телефонные звонки давайте послушаем. Сначала – Елена.

Виталий Млечин: Елена была первой. Елена из Екатеринбурга, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте.

Тамара Шорникова: Слушаем вас.

Зритель: Я вам хочу рассказать о своей ситуации, о встрече с этими лжегазовиками.

Виталий Млечин: Давайте.

Зритель: Ну, в первую очередь я вам хочу сказать, что я постоянно смотрю вашу передачу, очень ее люблю, но часто не согласна с теми советами, которые вы даете, поскольку они так далеки от наших реалий, в которых мы живем.

Тамара Шорникова: Так, ждем ваших советов.

Зритель: Что касается лжегазовиков. Первый раз я даже не поняла, что это пришли лжегазовики. Сколько мы воспитывались в советское время… Более того, моя мама работала в горгазе, я даже ходила с ней на работу. И для меня это нормально. Человек позвонил, сказал, что горгаз. Открыли, запустили. Потом я только стала сопоставлять какие-то факты, что она даже не посмотрела, не посмотрела ни книжку, ничего и ушла. И потом, вспомнив, в какое время мы живем, я только поняла, что это лжегазовики. Перерыла тогда на эту тему весь интернет.

Виталий Млечин: А что хотели от вас? Что вам говорили?

Зритель: «Вам требуется замена шланга – это стоит столько-то». А шланг у меня как бы исправный, нам буквально года два назад меняли. Он ставится то ли на 10, то ли на 15 лет – ну, достаточно длительный срок. Потом: «Вам нужно поставить прибор от утечки газа, который стоит 15 тысяч». Потом – что-то еще. «Кран поменять, сейчас более современные вышли». Хотя были газовики и они сказали: «Нормальный кран, ничего менять не надо». И сопоставив всю эту цепочку, понятно, что это какие-то надуватели пришли, то есть, грубо говоря, мошенники.

Виталий Млечин: Так а вы что ответили? Как вам удалось избавиться от этого человека?

Зритель: Она ушла. Более того, я вам сейчас скажу, когда она ушла, я подумала… У нас есть такой тамбур. И я, будучи с активной жизненной позицией, когда я поняла, что это мошенники, но уже их нет, то думаю: «Ну, что же я тут-то ее не задержала? Нужно было вызвать полицию». Но я сообщила об этом факте в полицию. Но что они сделают? Руками развели. Я позвонила в горгаз – они тоже сказали: «Так не открывайте двери, читайте объявления». Допустим, у нас управляющая компания не вывешивает своевременно объявления, то есть заблаговременно – за три дня, за пять дней. Они уже по факту вывесили, и все. Не всегда ты видишь это объявление.

Но я вам скажу последний случай. Опять приходили эти лжегазовики. Я уже знаю, что это лжегазовики. Я стала им задавать вопросы: «А где вы работаете? А почему вы пришли? А покажите удостоверение». Более того, я сфотографировала удостоверение. Я, честно говоря, думала, что она не даст его сфотографировать. Она дала. Я вызвала полицию. Полиция пришла, взяла все фотоматериалы. Он взял же с меня объяснение, тот участковый, и все, и дело закрыли. Сказали: «В следующий раз не открывайте двери. Мы с ними ничего сделать не можем». Я говорю: «Вы понимаете, что кто-то… Ну ладно, я не открою, а бабушка откроет. А потом взлетим на воздух мы все». Вот ведь что страшно.

Виталий Млечин: Да, логично, вы правы абсолютно. Спасибо вам большое. То есть тут получается даже… Правильно, они же не убили никого – так что им полиция может предъявить?

Константин Крохин: Ну, в данном случае все-таки я бы сказал, что вот те наши советы, которые мы даем, не пускать посторонних людей… Бдительность жительницы здесь же и сработала. То есть это и хорошо, что… Она не стала жертвой преступления, в отношении ее не было совершено ни мошеннических или каких-то иных действий. И правильно, что полиция в данном случае выдала отказное. Вот если бы у нее украли деньги или навязали ей за 15 тысяч новый шланг – тогда бы она была жертвой преступления, и можно было бы предъявлять претензии. В данном случае как раз сработала профилактика. И слава богу, что все благополучно закончилось. Жительница очень активная, это хорошо.

Тамара Шорникова: Еще один телефонный звонок – Пермь, Зоя. Здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте.

Тамара Шорникова: Слушаем вашу историю.

Зритель: История такая. В нашем доме (а у нас дом – пятиэтажка) мы это проходили, газовики приходили, денежки получили. Правда, они сделали, но была проблема с опломбированием. Так сказать, это лучший вариант. Они приходят в форме, они приходят с документами. Я председатель дома. Теперь мы сделали так – новый домофон, и жестко людям сказали: «Не к вам идут – никому не открываем. Никому!» Если я открываю, например, я говорю: «Документы меня не интересуют, потому что я их сама могу напечатать. Нет объявления». У нас есть фирмы, с которыми мы работаем, и люди об этом знают. Все, никого не пускаем. Да, имели неприятности, люди недовольные: «Откуда такая нашлась?» – и так далее. Еще и какие-то угрозы. У них есть полный список жителей дома, все у них есть, когда кто проходил. В общем-то, начиная от формы и документов. Это весьма опасно.

И женщина из Екатеринбурга, которая говорила, она совершенно права. Я думаю так: решение вопрос у нас глобальное должно быть. В доме должен быть председатель (у нас управляющая организация). Он должен быть оплачиваемый. Я работаю, к сожалению, на общественных началах, потому что с жителей дома не хотелось бы драть финансы, которые у нас есть. Ну, это уже другой вопрос.

Тамара Шорникова: Понятно, да. Председатель и контроль.

Зритель: Должен быть человек. И должен быть контроль. И люди должны у нас в России понять: открывать дверь никому нельзя!

Тамара Шорникова: Да, спасибо, Любовь, за вашу историю.

Мне хочется узнать про алгоритм. Вот пришел, например… Допустим, это действительно нормальный специалист, что называется, с документами, действительно работающий в специальной конторе. Он пришел проверить газовое оборудование. Дальше он может предлагать какие-то услуги, говорить о том, что что-то неисправно, нужно починить? Что с этой информацией делать человеку?

Константин Крохин: Мы с вами, по-моему, год назад тоже говорили о газовой проблеме, что у нас есть системная проблема. У нас сами контролирующие организации они же являются и продавцами услуг. И получается, что в нормальной ситуации я бы вам так сказал: должна быть газовая инспекция, газовый надзор, который в советское время существовал. Он пришел, проверил и выписал вам акт проверки, в котором говорится, что у вас неправильно установлен шланг, у вас устарели приборы, вам необходимо или желательно… Потому что для жилых помещений это обязательная установка, для индивидуального жилого строительства обязательно газоуловители и индикаторы загазованности. А в жилых домах, где, допустим, используются бытовые плиты для приготовления пищи, это необязательно, и никто не заставляет. Там, где газовые котлы, это обязательно.

Получается, что государственная инспекция должна вам выдать предписание, что нужно сделать. У вас на руках будет, по сути, конспект ваших нарушений или опасений, которые необходимо устранить. И вы потом на открытом рынке, где есть поставщики… А они могут быть рекомендованы районной администрацией, они могут быть рекомендованы Ростехнадзором, иными организациями, которые выдали соответствующий допуск к этим работам. И вы выбираете, исходя из состояния вашего кошелька, исходя из предпочтения оборудования – импортное, российского производства и так далее. И, как говорится, выбираете или вам предлагают.

Сегодня же получается так, что та организация, которая обслуживает общедомовые сети, она должна проверять, обходить. И она же вам предлагает что-то поменять. На этой, скажем, развилочке и получаются проблемы. Потому что сказать: «Совсем не берите у них ничего», – это то же самое: «А как же люди исправлять будут?» Но развести функции контроля и функции оказания услуг жизненно необходимо. Ну, год прошел с момента этих взрывов, перед Новым годом были взрывы. Мы говорили об этой системной проблеме. Правительству было поручено в феврале дать предложения. Ну и что? Какой результат? Никаких предложений, никаких изменений, ждем очередного взрыва. Понимаете?

Получается, что между тем, что опасаться того, что кто-то что-то исправит и сделает неправильно или пускать/не пускать… Вот если мы скажем: «Ну, совершенно не пускайте!» – тогда кто будет контролировать газовые сети в квартире? Начинаем пускать – туда попадают мошенники, которые вам продают по 40–50 тысяч ненужные шланги. Вот пока государство не возьмется за функции надзора, пока государство не даст указания правоохранительных органам – ловить этих шпионов, ловить этих преступников…

Вы знаете, по капремонту в Москве поймали банду – там чуть ли не 30 человек. Преступная группа имеет межрегиональный характер, у них разведка, все данные есть. Вот поймали же их, подключили правоохранительные органы. Пока государство не станет выполнять эти функции… Как говорится, козла в огород запустили – его надо оттуда прогнать. Потому что население, сколько бы мы их ни учили по телевизору, пожилые люди, одинокие все равно будут пускать, все равно их будут обманывать, забирать эти деньги, потому что там идет глубокая психологическая обработка, когда это происходит.

Виталий Млечин: Просто когда деньги похищают – это неприятно, но это не смертельно хотя бы. А если поставят какое-то плохое газовое оборудование, которое взорвется потом, – вот это страшно.

Константин Крохин: Это первое, что страшно. Но и второе. Ведь те случаи, о которых мы говорим – по 40–50 тысяч пенсионеры отдавали лжегазовикам или лжесантехникам. 40–50 тысяч – это огромная сумма для пенсионера. Поэтому я здесь как бы…

Виталий Млечин: Но жизнь все равно дороже.

Константин Крохин: Жизнь дороже, да. Но мы не можем сказать, к чему это приведет.

Тамара Шорникова: Давайте послушаем телефонный звонок – Любовь, Курганская область. Любовь, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте. Мне 78 лет. Месяца два назад к нам в квартиру раздался звонок, приходят два молодых человека, довольно опрятно одетые. Один заходит в квартиру и просит разрешения не разуваться. Они якобы из газовой службы. Ну, конечно, я их впустила, но один остался на лестничной площадке. И вот этот один молодой человек разложил передо мной кучу всяких документов и сказал, что необходимо ставить уловитель какого-то газа, хотя у нас в квартире одна газовая плита. «Это стоит такую сумму, но так как вы пенсионер, я вам поставлю за меньшую сумму, в два раза уменьшу. А если вы не поставите – пеняйте на себя. Через месяц к вам придут и будут с вас просить полную сумму».

До того момента у меня был уже такой случай: приходил молодой человек, предлагал установить уловитель каких-то микробов на воде, в общем. Ну, я-то, конечно, слушать слушала все. Но хорошо, что дома оказался мой муж, он вышел из комнаты. И этот молодой человек с угрозой: «Смотрите, как вы не пролетели, что вам поставят потом этот прибор за большую сумму».

Тамара Шорникова: Ну понятно.

Зритель: И быстро ретировался. Я давай звонить в службу газовую – никто не ходит. А он представился работником МЧС. «Прошли массовые взрывы, так что надо…» В МЧС тоже ответили, что никто ничего не знает. Вот такая история была у меня.

Тамара Шорникова: Да, Любовь, спасибо вам за нее.

Давайте определимся. Действительно, может быть, какие-то недочеты, шланги и так далее – это какая-то понятная информация от работников газовой службы. А какие слова должны действительно насторожить? Какие уловители, не знаю, сигнализаторы и другие приборы точно вам не будут предлагать работники компаний специализированных?

Константин Крохин: Ну, кроме запорного крана и шланга, в бытовой газовой плите больше нет никаких приборов и необходимости замены. Когда вам предлагают устанавливать какие-то дорогие уловители, какие-то дорогие приборы учета газа и так далее – для плиты это не нужно. То есть как только вам начали предлагать то, что в принципе не входит в комплект и не требуется – это первое, что должно насторожить.

Второе – стоимость. Любой такой прибор, любой элемент, запчасть стоит в пределах тысячи рублей. Как только все вышло за 5–10 тысяч, или цифры 9, 15 – это тоже должно насторожить, потому что не каждый человек дома хранит такие деньги. И всегда можно остановиться, даже предполагая, что это добросовестный товарищ пришел к вам, работник, сказать: «Вы извините, у меня таких денег нет. Давайте-ка я посоветуюсь. Вы все мне напишите, что вы говорите. Я посоветуюсь с детьми, посоветуюсь с соседкой, посоветуюсь с управой – и после этого я вам позвоню. Оставьте свои координаты». То есть приостановка вот этого контакта тоже может очень помочь.

И вот те примеры, о которых говорилось… Как раз этот случай и был. Люди, исходя из собственного опыта, почувствовали неладное, отложили, а потом выяснилось, что это мошенники.

Тамара Шорникова: Это не зависит от модели плиты? Ну, например, подороже плита – соответственно, и запчасть к ней наверняка подороже.

Константин Крохин: Нет, это не зависит от плиты. Есть, конечно, плиты, которые автоматически уже снабжены подобными, скажем, защитными устройствами. Это не приборы учета, а это защитные устройства. Но именно по той причине, что это простейшее оборудование, газовая плита, это не газовый котел, это не водонагреватель, то там нет необходимости в таких дорогостоящих системах. Иначе бы у нас их не могли эксплуатировать, они были бы запрещены, потому что нигде, где есть газовая плита, нет газовых уловителей и нет тех дорогостоящих… И там не нужен прибор учета, потому что у нас плата берется за газ, за газовую плиту по количеству проживающих, а не по объему. А прибор дорогой, и он совершенно не нужен. А там, где есть водонагреватели, там, где есть газовые котлы – это в основном индивидуальное жилищное строительство либо очень старый жилой фонд. Там это есть, но это доли, мизерные доли процента от всего жилого фонда, поэтому не требуется.

Виталий Млечин: Прекрасное сообщение из Тверской области пришло: «У моей подруги электроплиты в доме. К ним пришли газовщики».

Константин Крохин: Ошиблись. Разведка плохо сработала.

Виталий Млечин: Ну, это очень забавно, да.

Максим из Москвы. Здравствуйте, Максим.

Зритель: Добрый день.

Тамара Шорникова: Алло. Слушаем вас.

Зритель: Меня зовут Максим. Я проживаю в районе Внуково, это Москва. Дело в том, что один раз, возвращаясь домой, я увидел у себя в почтовом ящике извещение, что нам необходимо срочно менять счетчики на воду. Соответственно, на этих бумажках было написано МФЦ, то есть государственная организация. Как выяснилось потом, это люди просто открывают фирму и называют ее МФЦ. Набираешь туда, и говорят: «МФЦ». – «Вы государственная организация?» – «Да, государственная. Вам необходимо менять счетчик на воду». На самом деле это просто люди открыли фирму и пользуются как бы неграмотностью граждан.

Очень много бабушек на это попалось, у нас в районе Внуково очень много жалоб. С них просто смеются, когда они приходят и жалуются. Они говорят: «А зачем вы звонили? Зачем вы меняли счетчики?» То есть я говорю о чем? Нет профилактики. Я лично вызвал наряд полиции, написал заявление, приложил вот это все. Сказали, что среагирует участковый, придет. Никакой реакции! МВД района Внуково вообще не работает, реакции никакой – ни ответа, ни привета. Участкового я вообще в глаза ни разу не видел. То есть у нас получается так: если тебя не убили, если тебя не обворовали – значит, можно ходить, обманывать и все делать. Понимаете? То есть – профилактика.

Виталий Млечин: Да, понятно, ваша мысль ясна. Спасибо большое. Как раз о профилактике мы и говорим. Если все будут знать о том, что не надо звонить по этим номерам, не надо открывать дверь, то тогда…

Тамара Шорникова: Нужно знать номера своей управляющей компании, ДЭЗ и так далее.

Константин Крохин: И надо знать номер участкового. Ну, я на примере… Мне больше близки дома, где есть товарищества, есть кооперативы, где есть какой-то актив. Это прежде всего председатель. Это прежде всего члены правления, старший по дому и так далее. И в каждом таком доме, в каждом подъезде есть фотография участкового, есть его мобильный телефон, есть старший по дому. И если что-то происходит – будь то капитальный ремонт, будь то благоустройство на территории, – всегда найдутся один или два человека в доме, которые засомневаются и позвонят. То есть эта горизонтальная связь должна быть.

И второй очень важный момент, который затронул зритель, – это то, что сами сотрудники правоохранительных органов должны создавать, скажем, атмосферу нетерпимости к подобного рода преступлениям. Это не простые преступления, это не отнял вещь или булку, не побил кого-то. Здесь же очень хитро работают на уровне психологии, на уровне сбора информации о жильцах. Поэтому в отношении них необходимо также работать. То есть правоохранительные органы должны свою часть работы нести.

Виталий Млечин: Ну, пока мы о себе не позаботимся, видимо, никто и не позаботится. Спасибо большое. У нас в гостях был председатель Союза жилищных организаций Москвы, директор филиала «Новая Москва» Московской торгово-промышленной палаты Константин Крохин.

Тамара Шорникова: Спасибо.

Виталий Млечин: А прямо сейчас мы расскажем, что будем обсуждать сегодня вечером.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)

Выпуски программы

  • Все видео
  • Полные выпуски