Сколько стоят деньги?

Сколько стоят деньги?
Лжебанкиры: как их вычислить по телефонному звонку? Рекомендации эксперта Дмитрия Ибрагимова
Сокращение бюджетных мест идет за счёт заочного образования. И это вполне правильно, потому что оно во многом было некачественным
Могут ли люди во власти работать честно?
Реальные цифры: траты на еду. Экономика и новые налоги. Аграрная политика: развитие села. Перелёт как роскошь. Ситуация в Грузии
Сергей Лесков: Компании вкладывают огромные деньги в социальную сферу не из гуманитарных соображений. Просто так оказалось выгодно
Академик РАН Иван Ушачёв - о комплексной программе развития села
Константин Калачёв: Для Грузии тема потерянных территорий всегда будет кровоточащей раной. Не говорите с грузинами о политике, если приехали в гости
Александр Фридлянд: Из года в год авиакомпании терпят миллиардные убытки из-за дорожающего авиакеросина. И это должно взорваться в цене авиабилета
Нацпроекты - это всего 8% экономики. А что будут делать остальные 92%? Смотреть, как бедные становятся беднее, а богатые богаче
Доходы от нефти мы не вкладываем в экономику, а кладём в кубышку на плохие времена. А они-то и настают, когда не занимаешься своей экономикой
Гости
Павел Медведев
общественный финансовый омбудсмен, доктор экономических наук, профессор

Виталий Млечин: А мы снова весьма серьезны, потому что тема тоже очень важная, у нас две темы подряд такие критически важные. Желание должно быть взаимным: Верховный суд встал на сторону клиента одного из крупных российских банков. Он возмутился тем, что кредитная организация у него за спиной изменила условия договора. Судя по числу жалоб, в нашей стране такой случай, мягко говоря, не единственный. Вот Верховный суд постановил, что так делать нельзя.

Тамара Шорникова: И еще одна новость из банковской сферы: на этой неделе стало известно, что клиенты «Сбербанка» столкнулись с новым видом мошенничества. Оказывается, злоумышленник может подойти к терминалу, не вставляя карту, выбрать какую-либо операцию, но не завершить ее. В результате следующий в очереди клиент видит на экране предложение вставить карту и ввести PIN-код, и если он последует указаниям, задумавшись, не обратив внимание на надпись, то предыдущая операция автоматически завершится и у человека спишутся деньги.

Виталий Млечин: В самом «Сбербанке», естественно, заверяют, что их банкоматы полностью безопасны, и призывают внимательно читать информацию на экране.

Давайте разбираться в ближайшие полчаса, чего здесь больше, хитрости кредитных организаций или нашей с вами невнимательности, в общем, продолжаем тему мошенничества. И у нас в гостях общественный финансовый омбудсмен Павел Медведев, – Павел Алексеевич, здравствуйте.

Павел Медведев: Здравствуйте.

Виталий Млечин: У нас вот так плавно мы перетекли из одной темы про мошенничество в другую тему про мошенничество, и я знаю, что вам по предыдущей теме тоже есть что сказать. Давайте с этого и начнем тогда.

Павел Медведев: Вы знаете, я, конечно, очень благодарен, что вы эту тему подняли, что у вас выступал, по-видимому, очень квалифицированный юрист. Но мне кажется, что ситуация намного более угрожающая, чем он, этот квалифицированный юрист, представляет.

У меня есть представитель в Башкирии, очень активный человек. В самое последнее время, в течение последнего года приблизительно, он выявил около тысячи случаев, когда граждан, извините, обычно гражданок, они более такой лабильной психикой обладают, их легче обмануть, они более доверчивы, заманивают бесплатными предложениями в медицинские центры, в центры красоты, подают чай, в который, по-видимому, намешаны какие-то мягкие транквилизаторы, которые психику подавляют, или… Там ноу-хау открыли в Башкирии, я этого сам никогда не наблюдал, в Москве такого ни разу не видел: опускают руки в расплавленный парафин, и в этом парафине какие-то отдушки есть, которые тоже подавляют твердость характера.

И пугают страшными болезнями – испугать человека страшными болезнями, оказывается, очень легко – и тут же предлагают лечение этой страшной болезни, но только за большие деньги. Денег у человека, как правило, нет, предлагают кредит. И это поставлено на поток. Если мой представитель тысячу случаев таких обнаружил… Кстати говоря, одна женщина умерла, у нее оказалась аллергия на те добавки в чай, которым поят эти мерзавцы.

Вот я призываю полицию научиться вставать со стула: одна такая жалоба, полицейский, я думаю, в гражданской форме должен прийти, или женщина-полицейский, кстати говоря, женщины-полицейские очень часто (это мой личный опыт) оказываются чрезвычайно дотошными и добросовестными гражданами. Женщина-полицейский в штатской форме туда приходит и мгновенно обнаруживает то, что там происходит. Сам факт навязывания кредита уже очень подозрителен, и запугивание страшными болезнями очень подозрительно. Я думаю, что не надо быть большим специалистом, достаточно быть добросовестным полицейским, чтобы выяснить, что происходит.

Тамара Шорникова: Мы говорили о том, что сложно доказать такие инциденты. По вашему опыту, были ли реальные случаи разбирательств действительно, привлечения к ответственности кого-либо?

Павел Медведев: Очень редко, и причина состоит в том, что, как мне кажется, нет закона о вставании со стула: был бы закон о вставании со стула, полицейские бы вставали со стула, шли бы и делали то, что я сейчас прошу делать.

Виталий Млечин: Вы несомненно правы в том, что полицейские могли бы и должны бы с этим бороться. Но я подумал о другом: ведь раз только в одном регионе такое количество подобных случаев, это же означает что? – что люди туда идут. Ведь их же никто не заставляет, максимум можно позвонить по телефону и предложить им туда прийти. Значит, люди самостоятельно, по своей собственной воле приходят в эти медицинские центры. Казалось бы, защититься от этого проще простого: ну не ходи туда, и ничего не будет.

Павел Медведев: Это неправда, их заставляют, их заставляет нищета! К сожалению, медицина становится все в большей мере платной, и если вдруг вам обследование бесплатное предлагают…

Виталий Млечин: Неужели в это можно верить, что сейчас что-то может быть бесплатно?

Павел Медведев: Когда долго-долго нет денег даже на еду полноценную, то начинаешь верить во многое.

Тамара Шорникова: Давайте поговорим сейчас про инстанции, в которые мы так же вынуждены ходить, так же в том числе по той же причине, потому что собственных денег не хватает, нам нужны дополнительные кредитные средства, – поговорим, собственно, про банки и то, как мы с ними сотрудничаем.

Виталий Млечин: Взаимодействуем, да.

Тамара Шорникова: Во-первых, запустим наш SMS-опрос: вы довольны обслуживанием в своем банке? «Да» или «нет» отвечайте, мы в конце этой темы подведем обязательно итоги.

И вот, собственно, первый отклик уже есть, к нам дозвонился Владимир, послушаем.

Виталий Млечин: Да. Здравствуйте, Владимир, вы в эфире.

Зритель: Добрый день, да.

Виталий Млечин: Как вам ваш банк?

Зритель: Я хотел бы вопросик задать. Вот на днях закрыл депозит годовой в «Ренессанс Кредит», такая организация. И как бы все шло нормально, но в договоре была прописана капитализация процентов, но они мне ее простили просто-напросто. Вот хотел задать Павлу Алексеевичу вопрос…

Павел Медведев: Я не понял, что с процентами?

Виталий Млечин: Да, вы, пожалуйста, расскажите еще раз относительно процентов, мы тут не поняли, что произошло. У вас должна была быть капитализация процентов, а что произошло?

Зритель: А просто мне ее простили и все.

Павел Медведев: Просто что?

Тамара Шорникова: В смысле «простили»? Не начислили?

Зритель: Не начислили.

Павел Медведев: Проценты не начислили?

Зритель: Начислили проценты без капитализации.

Павел Медведев: Без капитализации. Ну теоретически вы можете пойти в суд, но боюсь, что в суд идти себе дороже.

Виталий Млечин: Ну это, видимо, не очень большая сумма просто, которую можно выиграть в результате.

Павел Медведев: Да, как правило, люди попадаются на небольшие суммы, и тогда судебная процедура, даже если вы можете справиться без адвоката, что очень трудно, даже тогда вам эти судебные хлопоты обходятся дороже, чем тот выигрыш, который вы можете получить.

Тамара Шорникова: Ну а теперь возвращаемся к тому, с чего мы, собственно, начали. Верховный суд разъяснил: все изменения какие-то в договоре с клиентом только с его согласия. Но у меня такой вопрос, я действительно не очень представляю себе ситуацию, когда клиента вызывают, говорят: «Вы знаете, мы хотим по кредиту повысить процент – вы согласны?» Клиент говорит «да». Ну это вряд ли такая реальная ситуация…

Виталий Млечин: Ну так и не должно быть.

Тамара Шорникова: Есть ли все-таки действительно какие-либо форс-мажорные ситуации в экономике либо какие-либо другие, по которым банк все-таки может как-то в одностороннем порядке, без уведомления клиента условия поменять?

Павел Медведев: Вы знаете, очень часто тарифы меняются в одностороннем порядке. Теоретически гражданин об этом может узнать, если он регулярно выходит на сайт банка и изучает многие-многие страницы, которые периодически меняются. Если у него другой работы нет, одна только есть работа читать сайт банка, он скорее всего поймает это изменение, пойдет в банк и скажет: «Вы знаете, вы вчера опубликовали изменение, я имею право в течение двух недель от вас уйти, для того чтобы эти изменения меня не коснулись». Но так как подавляющее большинство людей должны где-то работать, им некогда читать этот сайт, и очень многие попадаются.

Виталий Млечин: И получается, что это законно?

Павел Медведев: До сих пор это было законно, потому что банки теоретически давали возможность гражданину узнать заранее и отказаться от обслуживания, если ему это не нравится.

Тамара Шорникова: Подождите, это нужно самостоятельно как-то искать информацию? Уведомлять-то они должны, соответственно, чтобы у меня была возможность…

Павел Медведев: Уведомляют, уведомляют на сайте. Если вы подадите в суд, они принесут этот сайт в суд и покажут судье, судья скажет: «Да, действительно, что же это вы ленивый такой, не читаете тысячу страниц этого сайта каждый день?»

Виталий Млечин: Ну а теперь, после решения Верховного суда, эта практика изменится?

Павел Медведев: Вы знаете, я очень благодарен Верховному суду. Вообще есть такое правило, к счастью: чем выше суд, тем он лучше знает законы. Относительно недавно, впрочем, уже с год тому назад, для меня чрезвычайно важное решение принял Верховный суд. Теоретически гражданин, беря кредит в банке, может избавиться от некоторых накруток, самая главная накрутка – это навязанное страхование. В течение двух недель человек может подать заявление и избавиться от этой накрутки, ему должны вернуть деньги.

Но естественно, банки живут на этом свете давно, у них прекрасные юридические департаменты есть, юридическим департаментам дают задание придумывать хитрые накрутки. И конечно, банки давно придумали, как избавиться от этой неприятности, от необходимости возвращать деньги. Один из способов (способов много) такой: не заключать с вами страховой договор, а присоединять вас к договору, который банк уже давно-давно со страховой компанией, больше двух недель тому назад, заключил. Поэтому когда вы возражаете, то вам говорят: «Ну подождите, вы же должны были в течение двух недель, а мы уже три года тому назад заключили договор, что же мы вам деньги должны возвращать?» – и не возвращали.

Дошло дело, не поленились граждане, опять-таки повторяю, граждане, которые любят больше нас, чем себя, потому что они очень много средств и сил потратили на это, дошли до Верховного суда, и Верховный суд сказал: «Ах, присоединение? То есть вы пытаетесь сделать вид, что вы правильно все делаете, на самом деле по существу делаете неправильно? Вернуть назад в первую инстанцию и пересмотреть решение». Это прекрасно. Но только теперь же каждый раз, когда гражданин попадает в такое положение, когда его присоединяют к страховому договору, он же должен идти в суд. То есть надежда выиграть значительно выросла, но нагрузка не упала.

Тамара Шорникова: Давайте послушаем Ивана из Саратова, Иван хочет рассказать о какой-то названной услуге. Иван, здравствуйте.

Виталий Млечин: Рассказывайте.

Зритель: Здравствуйте. Вас беспокоит из Саратова Иван Михайлович. Дело связано с тем, что я в 2018 году имел такую оплошность взять на препараты на лекарственные, то есть оформить, не брать кредит, а оформил только. Они мне сказали под 24% общий процент, 24.9%. Когда я подписал, это все прочитал, думаю: почему здесь вот внизу написано еще 55%. Подхожу к девочке, которая оформляла, она: «Да это не обращайте внимания, вы сразу получаете всю сумму, 55 тысяч, а потом будете под 24%».

Но я пошел к юристу, юрист сказал: «Ни в коем случае не получайте этот кредит, он у вас будет под 55%, а не под 24.9%» Я не стал, в этот же день я обратился в банк с просьбой расторгнуть договор, чтобы… Оформил заявление, все послал, не стал платить. Они мне стали: «Платите», – SMS на телефон, что «Вы должны оплатить, оплатить, оплатить». И потом передали в какую-то компанию, та компания начала раз пять в день меня этими SMS, потом родственников моих, дочерей и все прочее…

Тамара Шорникова: Иван, понятно.

Павел Медведев: Я могу прокомментировать.

Виталий Млечин: Да, давайте.

Тамара Шорникова: Судя по размеру процента, это, наверное, микрофинансовая организация была, да?

Павел Медведев: Иван Михайлович, спасибо, что вы подняли этот вопрос. Значит, объяснение, что написано в договоре. Написано в договоре: если вы тратите деньги, которые взяли взаймы, в безналичной форме, вы платите 24% или сколько он там сказал; если вы берете в наличной форме, вы платите 55%. На мой взгляд, это бандитизм. В правовом верхнем углу, как положено по закону, пишется так называемая полная стоимость кредита, по духу по крайней мере закона. Там надо написать такую величину, которая принципиально может быть самой большой при самом неудачном поведении клиента, а пишут-то не самую большую. Мне кажется, что тут уже Центральный банк должен со стула вставать, это прямой обман. Есть же надзор, слава богу, за поведением банков, ну как же так не видеть этот обман?

Виталий Млечин: Да, ну а в чем проблема договор-то прочитать? Когда меняют задним числом, это одно, но когда в договоре тебе написано русским языком?

Павел Медведев: Русским языком, но мелкими буквами и очень много.

Виталий Млечин: Ну сомневаешься – не подписывай, возьми паузу.

Павел Медведев: А если человеку нужно зубы ремонтировать, есть невозможно, от этого желудок болит, врач давно сказал, что желудок нельзя вылечить, потому что зубы у вас больные? Люди часто оказываются прижатыми к стенке, очень часто. 10% самых бедных людей имеют на душу 5.8 тысячи. Ну если зуб заболел, что делать, если у вас в месяц 5.8 тысячи? Следующие 10% имеют 10.3 тысячи – что делать, если зуб заболел, а у вас в месяц только 10.3 тысячи рублей? Приходится идти и брать кредит. И не поймешь, что там написано, там же все написано очень по-ученому, эти же банкиры кончили финансовую академию.

Виталий Млечин: А как возвращать потом?

Павел Медведев: Непонятно как, но выбор такой: болит зуб – жизни нет, или потом как-нибудь зуб не будет болеть, как-нибудь справлюсь. Всегда альтернатива такая ужасная, не то чтобы это хорошо, а это плохо, выбирают то, что хорошо, – и то плохо, и это плохо.

Тамара Шорникова: Давайте другие мнения послушаем от наших телезрителей. Мы спросили, довольны ли вы обслуживанием в своем банке, сейчас посмотрим более полную картину.

ОПРОС

Виталий Млечин: Ну вот да, то, что уговаривают, то, что торопят, то, что говорят «вы на это вообще не обращайте внимания, а это тут вообще написано не для вас», – это, конечно, точно… Вот есть какие-то, я не знаю, психологические методы, что ли, как вот себя, что себе сказать перед визитом в банк, чтобы на это не попасться максимально?

Павел Медведев: Вы знаете, язык прореагировал на финансовую систему, он придумал новое слово «накрутки». Лингвисты говорят, что лишнее слово язык либо не вырабатывает, либо выработает и забывает мгновенно.

Виталий Млечин: Забывает сразу.

Павел Медведев: Не забывает слово «накрутка». Закон о вставании со стула нужен.

Тамара Шорникова: Давайте послушаем телефонный звонок.

Виталий Млечин: Александр из Москвы. Здравствуйте, Александр.

Зритель: Добрый день. У меня, значит, такое сообщение к вам. Дело, как говорится, прошлое, это было 5 лет назад, брал кредит в нашем «Сбербанке России». Значит, как держателю зарплатной карты на сайте «Сбербанка» мне было обещано 18% годовых. Когда я подал заявку, кредит был оформлен. Я пришел в «Сбербанк» уже оформлять кредит, процентная ставка выросла до 26%. Ну просто учитывая то, что мне больше обращаться, как говорится, некуда, нет ни богатых родственников, никого, чтобы занять денег, пришлось брать кредит под вот такие вот проценты. И вообще я считаю по поводу, кстати, обслуживания банка: то, что сейчас процентная ставка вроде как по сравнению с прошлым, с 5 годами ранее, снижена, везде пишется на всех сайтах любого банка, что процентная ставка от 11%, от 12%, а на самом деле, когда уже приходишь, ставка значительно выше.

Тамара Шорникова: Да, хорошо, спасибо.

Виталий Млечин: Спасибо.

Павел Медведев: Вот сейчас этот человек нас невольно ввел в заблуждение: он рассуждает о ставке, а надо, как велел нам президент Российской Федерации, думать о том, сколько вам реально стоят деньги, а деньги стоят ставка плюс накрутка. Я считал, я переводил накрутки в проценты. Обычное дело в 1.5–2.5 раза деньги стоят дороже, чем та ставка, даже если это 26%.

Тут я должен нечто сказать, что, может быть, не одобрят слушатели, я должен два слова сказать в пользу банков. Банки, как при советской власти магазины, обязаны продавать деньги по некоторым ограниченным ставкам. Центральный банк каждый квартал вычисляет некоторые средние, сообщает их банкам, и через квартал банки имеют право продавать деньги только на 1/3 дороже, чем сообщает им Центральный банк. Как при советской власти, для того чтобы купить билет в Большой театр, надо было еще 5 билетов купить в театр, в который никто никогда не ходит, это называлось «продажей с нагрузкой», теперь вместо слово «нагрузка» есть слово «накрутка». Поэтому я призываю не смотреть на проценты, а, как велит президент, смотреть на то, что реально стоят деньги.

Тамара Шорникова: В суд идти действительно часто хлопотно и себе дороже бывает. Есть какие-то альтернативные методы, как можно маленьким шагом изменить большую ситуацию? Горячая линия Центробанка, что-то еще?

Павел Медведев: Вы про Россию спрашиваете или про другие страны?

Тамара Шорникова: А мы только про нее, как правило, потому что мы живем в этой стране, нам интересны ее дела.

Павел Медведев: Только про Россию, а я хотел про другие страны рассказать. В других странах придуман официальный пост финансового омбудсмена, и если речь идет о небольших деньгах, то гражданин не должен идти в суд: он идет к финансовому омбудсмену и бесплатно получает поддержку, консультацию, если надо, и у финансового омбудсмена есть административный ресурс, есть закон или соглашение, в германоязычных странах соглашение, в англо- или франкоязычных закон. На основании закона или на основании соглашения между финансовыми организациями финансовый омбудсмен оказывает давление на финансовую организацию, и она его слушается.

Виталий Млечин: У нас 30 секунд всего осталось. Очень много сообщений о том, что банки – это зло, в общем, им не доверяют люди. А как вы считаете, изменится картина в каком-то обозримом будущем? И что можно для этого сделать?

Павел Медведев: Вы знаете, я огромное количество сил и времени трачу на то, чтобы изменилось. И надо быть честным, 15 лет назад было еще хуже, поэтому есть прогресс. Я надеюсь, что он будет продолжаться.

Виталий Млечин: Спасибо вам огромное. У нас в гостях был общественный финансовый омбудсмен Павел Медведев. Мы беседовали о наших отношениях с банками, которые не всегда с нами честны. И 73% наших зрителей недовольны обслуживанием в своих банках, это, конечно, печальная статистика. Но постараемся завершить на положительной, на позитивной ноте, что все-таки когда-нибудь эта ситуация изменится в лучшую сторону.

Прямо сейчас расскажем, о чем пойдет речь в вечернем блоке программы «Отражение».

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)

Выпуски программы

  • Полные выпуски
  • Все видео