Сергей Смирнов: Очень важно, что де-факто повышен порог нуждаемости

Гости
Сергей Смирнов
доктор экономических наук

Тамара Шорникова: Ну а мы приступаем к обсуждению одной из важнейших новостей этого дня.

Виталий Млечин: Да, пора.

Тамара Шорникова: Владимир Путин назначил ответственных за выполнение поручений из федерального послания и определил сроки, в общем, те даты, в которых хотелось бы увидеть какие-то результаты уже. Часть мер направлена на социальную поддержку.

Виталий Млечин: Да, давайте мы прямо сейчас расскажем основные направления этой самой поддержки и покажем их, самое главное, чтобы вам было это все проще увидеть и распознать. Так вот в законодательстве должны быть закреплены нормы помощи тем, кто взял ипотеку: ставки необходимо снизить до 8% годовых, а семьям с двумя и более детьми будет субсидироваться процентная ставка по ипотечным кредитам уже до 6%. Кроме того, семьям, которые взяли ипотеку и у которых после 1 января этого года родится третий и последующие дети, будут выплачивать 450 тысяч рублей в счет погашения кредита.

Тамара Шорникова: Теперь о пенсиях. Правительство должно обеспечить их пересчет с 1 января, при этом даже если доход пенсионера превысил прожиточный минимум, размер доплат уменьшаться не будет, как это часто делается сейчас, например, при индексации пенсий и различных доплатах. То есть сейчас это все будет сверх прожиточного минимума.

Виталий Млечин: К 25 марта кабинету министров поручено подготовить поправки о ежемесячной выплате неработающим родителям, опекунам ребенка-инвалида. Предусмотрено, что с июля она увеличится уже до 10 тысяч рублей, а со следующего года должна увеличиться и ежемесячная денежная выплата в связи с рождением или усыновлением первого или второго ребенка.

Тамара Шорникова: Ну вот еще одна мера для поддержки многодетных семей: предлагается уменьшить налоги, которые они платят за недвижимость и земельные участки размер 6 соток. Это такие основные меры, сейчас будем их подробно обсуждать вместе с нашим экспертом: у нас сегодня в гостях Сергей Николаевич Смирнов, доктор экономических наук. Здравствуйте, Сергей Николаевич.

Виталий Млечин: Сергей Николаевич, здравствуйте.

Сергей Смирнов: Здравствуйте всем.

Тамара Шорникова: И, конечно же, приглашаем вас, наших дорогих телезрителей, к участию в нашем разговоре. Расскажите, что вы важного услышали в послании президента, важного для себя конкретно? Какая мера, возможно, поможет вам? А может быть, вы рассчитывали на что-то другое, но эту поддержку не получили, не получите, не услышали о ней? Может быть, у вас есть свое предложение, как вам конкретно можно поддержать? Тоже звоните, рассказывайте и пишите, конечно, в SMS.

Виталий Млечин: Да.

Сергей Николаевич, а как вы считаете, вот эти меры, о которых было объявлено, которые, собственно, получили вот это подтверждение, – они эффективны? Это действительно то, что нам сейчас нужно, то, что действительно поможет людям, которые нуждаются в этой помощи?

Сергей Смирнов: Вы знаете, одна моя коллега когда-то говорила, что для нас с вами, для домохозяйств, для семей, лично для Иванова, Петрова, для Млечина, для Смирнова, очень важно, что это в дом, а не из дома. И все-таки, какими бы размеры этих выплат ни были и меры социальной поддержки, это все-таки работает на бюджет домохозяйства. Кроме того, вы задали очень важный вопрос, чего вам не хватило. Важно, что старые меры не отменяются при этом, они по-прежнему продолжают действовать и по многим из них в увеличенном, как говорится, размере. То есть объем социальной поддержки, безусловно, увеличился. Это первый момент, на который я бы хотел обратить внимание.

Второй момент – это очень высокая степень, если можно так сказать, оперативности. Когда было послание Федеральному собранию и когда дано это поручение? Я думаю, что за нашими органами исполнительной власти и законодателями тоже не заржавеет, как говорится, извините за вульгаризм такой, но тем не менее достаточно быстро все это раскручивается.

Другое дело, что какие-то сюжеты, безусловно, вызывают где-то экономические, а где-то терминологические споры, безусловно, вызовет. Давайте начнем, наверное, с самого простого, с терминологического спора.

Виталий Млечин: Давайте.

Сергей Смирнов: Вот то, что называется социальными доплатами к пенсиям. Все-таки социальная доплата – обращаю внимание, «доплата» – это та выплата, которая идет на компенсацию различий или разницы между прожиточным минимумом и той пенсией, которую вы заработали. Вы могли заработать эту пенсию ниже прожиточного минимума, и социальная доплата по экономической своей сути должна компенсировать вот эту самую разницу.

Тамара Шорникова: То есть дотянуть до суммы прожиточного минимума.

Сергей Смирнов: Да, подтянуть. Если мы индексируем социальную доплату, это уже, в общем-то, не социальная доплата, это нужно назвать как-то по-другому. Но это не так важно – важно, что эта социальная доплата, как ее ни назови, все-таки будет компенсироваться на уровень тот же самый, на который компенсируются пенсии. Кстати, я должен сказать, что это уже проторенная дорожка. Скажем, у нас есть в некоторых регионах и в России в целом, иногда летом, когда сезон овощей и так далее, снижается прожиточный минимум. При этом абсолютно четко (он может снизиться на 100 рублей, на 150) те социальные выплаты, которые зависят от прожиточного минимума, действительно не уменьшаются, они считаются по прошлому прожиточному минимуму. Так что технология здесь отработана.

А вот второй вопрос более принципиальный и значимый. Все-таки те самые 8% и 6% по ипотеке. Вы знаете, не у всех граждан Российской Федерации есть ипотека. Нет, я только рад за тех, кто получит, так сказать, преференции и льготы, но получается, что это в принципе будет происходить за счет других налогоплательщиков, это мы должны четко абсолютно понимать. И поклонникам социальной справедливости я могу сказать, те, кто ратуют за прогрессивную шкалу подоходного налога, НДФЛ и так далее: вот это один из вариантов, как говорится, поддержки недостаточно обеспеченных, поддержки бедных и так далее. Может быть, вот такого рода меры перераспределительные будут способствовать некоему повышению, что ли, благосостояния или по крайней мере не ухудшению благосостояния бедных семей.

Тамара Шорникова: А вот что касается тех же 8%, сама формулировка, что правительству совместно с Банком России нужно будет обсудить, как добиться этого снижения до уровня 8%. Все-таки действительно экономика рыночная, банки устанавливают процентные ставки самостоятельно. Это что? Это будут какие-то определенные госбанки, которые по указу свыше должны будут снижать свои ставки? Каким образом эта договоренность будет достигаться?

Сергей Смирнов: Вы знаете, действительно вы произнесли очень важную фразу о том, что это продукт переговоров, окончательное решение. Собственно говоря, на этих переговорах при принятии окончательного решения должны быть проработаны механизмы, за счет каких ресурсов, в какие сроки правительство или региональные какие-то бюджеты, в данном случае скорее всего федеральный бюджет будет компенсировать банкам недополученную прибыль. Потому что все-таки экономика рыночная, да, и банки с государственным участием да, существуют, но Центробанк у нас, кстати, независим от правительства как бы, поэтому ему диктовать, какие решения ему принимать, он все-таки… Наверное, Эльвира Сахипзадовна, в общем-то, немножко напряглась в этом отношении, но тем не менее это все-таки банк, не зависимый от правительства. И мне кажется, что это все-таки будут какие-то средства, которые будут выделяться.

Тамара Шорникова: То есть действительно…

Сергей Смирнов: Банки не будут работать себе в убыток, мы это с вами прекрасно понимаем.

Тамара Шорникова: …часть станет платить меньше за счет того, что наши с вами полностью налоги уйдут в докапитализацию банков каких-либо?

Сергей Смирнов: Да, ага. И кстати, очень любопытный момент насчет перераспределения в пользу нуждающихся или в пользу той же самой демографической политики, когда мы говорим… Вы вспомнили про эту меру, от 5 до 7 квадратных метров выводятся из-под налогообложения. Но это мы должны приплюсовать еще к той общей норме, которая выводится из-под налогообложения независимо от уровня наших доходов, многодетности ил монодетности. Это тоже, в общем-то, мера, которая способствует перераспределению. Может быть, это вариант действий и некоторый ответ сторонникам прогрессивной шкалы НДФЛ.

Тамара Шорникова: Еще просто сразу по ипотечным ставкам. Уже начинают сыпаться эти SMS, видела уже подобные комментарии на форумах, как раз…

Сергей Смирнов: А поддерживают, кстати, наверняка ведь, нет?

Тамара Шорникова: Те, кого это непосредственно коснется, разумеется, но есть же ведь и другие – например, многодетные, у которых детки родились до той самой рубежной даты…

Виталий Млечин: И им обидно очень.

Тамара Шорникова: И они закономерно спрашивают, что… У кого-то там на месяц «не успел» ребенок, скажем так, но они уже не попадают в эту программу. Настолько дороже обошлась бы эта программа, если бы посчитали всех сейчас с определенным количеством детей? Почему мы не можем всем сразу помочь, кто подпадает под эти критерии?

Сергей Смирнов: Вы знаете, это… Да, вот как говорят математики, некий эпсилон на окрестность некой точки. Ну вот вы родились 31 декабря, а с 1 января пошла какая-то социальная программа. Я всегда был сторонником того, чтобы делать какие-то в окружении вот этой точки смягчения, – скажем, не 450 тысяч, но дайте половину этой суммы, предположим, тогда будет не так обидно, как мне кажется. Если бы люди заранее знали, я думаю, что они, может быть, либо ускоряли, извините, роды, либо пытались их задержать хотя бы на 1 день. Но в данном случае, вы видите, все, как говорится, управленческие какие-то решения. Но мне кажется, что эта проблема действительно существует, так или иначе, мне кажется, правительство должно вернуться к решению этого вопроса, просто проанализировать, какие есть варианты.

Виталий Млечин: Вот из Краснодарского края сообщение, пожалуйста: «Добрый день. Многодетная семья, в 2018 году родился четвертый ребенок. У нас ипотека в банке «Кубань», материнский капитал пошел на первоначальный взнос, но наш банк отказывается предоставить нам льготу под 6% годовых. Очень нужна поддержка государства». Могут ли они на что-то рассчитывать?

Сергей Смирнов: Я думаю, они должны вроде как бы… Или они не попадут уже под новый вариант. Мне кажется, это действительно та самая проблема, и если, скажем так, будут какие-то обращения в то же самое правительство, я думаю… Просто, вы понимаете, люди, которые принимают вот эти решения, для них важны какие-то действительно рубежные даты, как тот же пенсионный возраст и так далее, и тому подобное. Но вот недаром же, когда повышался пенсионный возраст, все-таки были определенного рода смягчения: не сразу на 5, а на 6 месяцев, понятно, на 6 месяцев за год у лиц предпенсионных возрастов. Мне кажется, что вот здесь к этому нужно вернуться, безусловно, и я бы двумя руками проголосовал за такого рода решение.

Тамара Шорникова: Да. Еще раз призовем наших телезрителей не только писать нам, но и звонить. Расскажите, какие меры социальной поддержки…

Сергей Смирнов: О!

Тамара Шорникова: …от президента вы бы отметили, что, по вашему мнению, очень хорошо, а чего вам не хватает, какую меру поддержки конкретно вам нужно обеспечить?

И Татьяна из Омска последовала нашему призыву, позвонила в эфир.

Виталий Млечин: Да, подает пример всем. Татьяна, здравствуйте, мы слушаем вас.

Зритель: Здравствуйте.

Тамара Шорникова: Слушаем.

Зритель: Да-да, здравствуйте, ведущие, здравствуйте, гость в студии. Я вот не знаю, у меня вопрос такой или пожелание, не знаю…

Виталий Млечин: Ну вы сформулируйте, мы сейчас обсудим, вопрос это или пожелание.

Зритель: Да-да, сейчас, хорошо. Вот не лучше ли отменить вообще все социальные поддержки, а сделать достойные зарплаты, достойные пенсии? Тогда люди сами смогут и расплатиться за ЖКХ, и будет у людей на что купить лекарства, и все, будет людям хватать зарплаты и пенсии, чтобы жить достойно.

Виталий Млечин: Спасибо, Татьяна.

Тамара Шорникова: Спасибо, Татьяна.

Виталий Млечин: Лучше однозначно?

Сергей Смирнов: Ну неочевидно, на самом деле, потому что…

Виталий Млечин: Нет, ну как же? Если бы у всех была гигантская зарплата и гигантская пенсия, тогда бы никому не понадобились…

Сергей Смирнов: Нет, тогда бы вообще не возникало проблем никаких.

Виталий Млечин: Конечно.

Сергей Смирнов: Но в любой стране, даже экономически развитой, такая проблема существует, и проблема поддержки бедных… Ну не всем дано работать с высокой заработной платой, не все вырабатывают высокую пенсию, поэтому меры социальной поддержки существуют. А как дать высокую зарплату? Ну вот хорошо, развивается как-то бурно предприятие в рыночном секторе, негосударственное, предположим; работодатель платит высокую заработную плату, а потом спрос на его продукцию падает. Это закон рынка, достаточно посмотреть демографию предприятий, есть такой Росстат наш критикуемый, но тем не менее он ведет такую статистику, демография предприятий и организаций, сколько предприятий ушло с рынка в каком-то году, сколько предприятий пришло на рынок. Это очень мобильные цифры, в рыночной экономике по-другому быть не может.

Ну существует «Роснефть», понятно, эти существуют всегда и в государственной экономике или в окологосударственной экономике всегда будут существовать. А негосударственный сектор – что с этим делать? Опять же то же самое сельское хозяйство: номинально действительно очень низкая заработная плата. Понятно, что часть там зарплата в тени и так далее, но как обеспечить им высокую заработную плату? Это не очень понятно. Кто им будет платить? Региональный бюджет? Это не очень понятно, тогда он не сможет содержать то же самое образование, ту же самую медицину и так далее, и тому подобное. Тут есть проблема. И поэтому…

Если бы у нас была советская эпоха, если бы у нас была плановая экономика… Ну вот как пенсии 132 рубля, если мне не изменяет память, у абсолютного большинства населения, максимум был такой, а заработная плата была очень сильно дифференцированной. Доктор наук мог получать 500 рублей, а, скажем, водитель автобуса получал 200 рублей или 300 рублей, а дворник, извините, который скреб с 6 часов утра московские дворы, получал до 100 рублей абсолютно точно. В плановой экономике эта проблема тоже не решалась.

Тамара Шорникова: Но у нас регулярно, когда заводится разговор о плановой и рыночной экономике, зрители начинают писать, что есть же в любом случае предприятия с государственным участием, соответственно, их нужно обеспечить государственным заказом, обеспечить им сбыт, тогда будут и рабочие места – да, не для всех, но для большой части населения. Возврат к такой модели сегодня возможен?

Сергей Смирнов: Я думаю, что он невозможен. Наоборот, я сторонник того, чтобы у государственных предприятий и организаций на рынке была конкуренция со стороны негосударственных предприятий и организаций, иначе мы приходим к монополии… Но не будем сегодня касаться кормления детей в школе…

Тамара Шорникова: А мы уходили от нее в некоторых сферах?

Сергей Смирнов: Мне кажется, что был вариант, когда мы от нее уходили, и сейчас в принципе, если посмотреть тот же сайт госзакупок, к сожалению, мы тянемся в ту эпоху, когда, в общем-то, практически это была монополия. А на самом деле, мне кажется, действительно должно быть некое расширение участия именно негосударственных предприятий. Возьмите тот же самый социальный сектор, вот этот не очень успешный, пока не очень распространенный эксперимент с доступом тех же самых частных медицинских организаций к Федеральному фонду обязательного медицинского страхования. Это пока еще не очень сильно у нас в стране пошло, потому что государственные те же самые поликлиники и так далее фактически сидят на этом. Что в этом плохого, если это будет, придет какой-то частник? Я понимаю, что это некая идеальная модель.

То же самое по организациям соцобслуживания возьмите, те же самые государственные или муниципальные те же самые детские сады – а почему не получить доступ к этому бюджету, скажем, некая группа объединяется… Мы говорили тут об этом, некие матери объединяются в группу, кто-то из них «пасет» детей своих подруг и так далее в частном детском саду. Вот это, на мой взгляд, очень важно, тогда действительно абсолютно законно вот этот негосударственный сектор получит доступ к бюджетным ресурсам, и это очень важно.

Тамара Шорникова: Пока у нас часто что-либо частное для потребителя этих услуг равнозначно очень дорогому. Не факт, что качественнее, но дороже однозначно, что касается, например, частных клиник.

Сергей Смирнов: Вы знаете, я понимаю, за счет чего это происходит, потому что чтобы попасть нормально в государственную поликлинику… Я не говорю про Москву, хотя тут тоже масса проблем, но те же самые регионы и так далее, достаточно почитать социальные сети, то, что там происходит, и люди очень жалуются на возможности доступа, на результаты, так сказать, оптимизации, на необходимость поездок в какие-то другие клиники и так далее. Это решается только развитием конкуренции, как мне кажется. Я не говорю про ошибки в государственной политике.

Тамара Шорникова: Антон, Свердловская область.

Виталий Млечин: Здравствуйте, Антон, мы слушаем вас.

Зритель: Добрый вечер, уважаемые гости. Вот у меня вопрос к вашему гостю. Президент молодец, умничка, решил, чтобы пересчитали пенсии с января. А вот за предыдущие годы почему нельзя посчитать в таком же порядке? Ведь там же тоже неправильно индексировали пенсии. Согласитесь со мной? Вот у меня 10 700, мне до сих пор непонятен факт пересчета конкретной пенсии у меня. Я механизм не могу понять, и почему-то другие годы тоже нельзя пересчитать.

Виталий Млечин: А вы с какого года хотели бы, чтобы вам пересчитали?

Зритель: Ну хотя бы за последние 2 года. Там же тоже неправильно индексировались, по этому же методу. Согласитесь со мной?

Сергей Смирнов: А скажите, вы неработающий пенсионер или работающий?

Зритель: Я сейчас неработающий.

Сергей Смирнов: Неработающий.

Виталий Млечин: Понятно. Давайте попробуем ответить.

Сергей Смирнов: Да, попробуем ответить. Вы знаете, я считаю, что государство у нас на самом деле в большом долгу, но не по порядку пересчета, а по пересчету пенсий за 2015 год, когда они были компенсированы на 1/3. Ну а почему не гасятся эти долги? Помните, по 5 тысяч выплачивалось?

Тамара Шорникова: 5 тысяч единовременная выплата.

Сергей Смирнов: Но это была, извините, подачка все-таки и работающим, и неработающим пенсионерам по 5 тысяч. Почему этого не происходит? Почему государство не признало свой долг, притом что был нарушен федеральный закон, изначально существовавший, что это фактически в 3 раза ниже уровня инфляции 2015 года, – ну так спросите у государства, конвертируйте это во что-то, в какие-нибудь ценные бумаги, в те же самые облигации федерального займа, между прочим. Ну я так, от балды, извините опять же за вульгаризм мой второй в сегодняшней речи, но попробуйте какие-то активы и так далее компенсировать.

А почему не происходит перерасчет? Ну по 2017 году, в общем-то, вы знаете, был такой порядок, действительно социальные доплаты не индексировались, но индексировались пенсии на уровень инфляции. Как он считался? Такого разрыва по-любому не было, не в 3 раза. И мне кажется… Даже на 0.1 процентных пункта было выше уровня инфляции. Ну а почему не предложен механизм перерасчета? – это то же самое, как долг государства за 2015 год. Мы с вами, к сожалению, здесь ничего не решим, хотя я сторонник того, чтобы государство признавало свои долги перед нашими гражданами, в том числе перед пенсионерами.

Тамара Шорникова: Еще один звонок из Оренбурга.

Виталий Млечин: Да, Сергей, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте.

Сергей Смирнов: Здравствуйте.

Тамара Шорникова: Слушаем вас.

Зритель: В Оренбурге при рождении третьего ребенка и последующих выделяют ежемесячное денежное пособие в размере 6 тысяч с копейками.

Тамара Шорникова: Так.

Зритель: Когда платили 1.5 года старшенькому (3 года сейчас ему), отплатили, а эти двое (у меня двойня в 2017 году родилась), им ничего не дали. Выходит, что третий ребенок ребенок, а последующие не дети! Вот так вот.

Тамара Шорникова: Так, понятен вопрос. И подскажите, на ваш взгляд, вам бы какая мера поддержки помогла?

Зритель: Я не знаю, какая мера поддержки. Мне интересен только тот факт, мне 65 лет, у меня пенсия плюс добавка за троих детей… 13 тысяч, кормлю, состав семьи у меня 7 человек, потому что у жены двое детей, как говорится, 7 человек мы живем на 13 тысяч, плюс какие-то добавки идут, 1 тысяча рублей на троих, на ее двоих 1 300, так выкручиваемся. Но просто интересно, почему третий ребенок ребенок, а вот четвертый и пятый уже не ребенок, вот у меня такой вопрос.

Тамара Шорникова: Понятно. Спасибо, Сергей.

Виталий Млечин: Спасибо.

Сергей Смирнов: Ну четвертый и пятый подпадают… Они как бы покрываются третьим, скажем так. Если есть льгота на третьего, то… Я думаю, что просто не хватит денег, если платить за четвертого и пятого. Есть три – значит, вы по максимуму получаете те меры, которые существуют. И когда ребенок несовершеннолетний, естественно, вам выплачивают и на четвертого, и на пятого на самом деле вот эти самые, до достижения ими определенного возраста.

Кроме того, что очень важно, как мне кажется, что де-факто в этом федеральном послании и в тех мерах, которые предложены по реализации его положений, повышен порог нуждаемости: теперь вот эти самые пособия, детские в том числе, которые определяются на основе оценки прожиточного минимума, – это не 1.5 прожиточных минимума на душу вот этой самой семьи, а 2 прожиточных минимума. То есть признан тот факт, что уровень бедности все-таки у нас выше.

Виталий Млечин: Сергей Николаевич, времени практически не осталось, давайте подводить итог. Единственное вот пришло сообщение из Саратовской области: «Как же так правительство борется с бедностью, поднимает МРОТ на 100 рублей, пенсии на тысячу, при этом мусор 1 200, НДС 2 процентных пункта, все это прекрасно понимают». То есть с одной стороны увеличиваются выплаты социальные, с другой стороны, и выплаты наши в карман государству тоже увеличиваются. И движение-то все-таки в каком направлении – больше государство нам дает или мы государству?

Сергей Смирнов: Вы знаете, я бы сказал так: государство стало больше давать бедным, как мне кажется, в этом году или будет больше давать бедным. Что касается вот этого мусора и всего прочего, мы платим все-таки в данном случае не столько государству, мы платим тем компаниям, которые де-факто в наших платежках еирцовских и так далее, мы платим тем компаниям, которые выиграли опять же фактически на безальтернативной основе конкурсы, тендеры по вывозу этого самого мусора.

И вот здесь, как мне кажется, активная роль должна быть той же самой Счетной палаты в лице господина Кудрина, тех же самых… Да тот же самый Общенародный фронт, как бы к нему ни относиться… Я не видел их позиции по поводу тех самых платежек за мусор по регионам. По-моему, это очень конкретное дело для тех, кто призван или пытается нас защитить.

Виталий Млечин: Спасибо вам большое.

Сергей Смирнов: Спасибо вам.

Виталий Млечин: У нас в гостях был доктор экономических наук Сергей Смирнов. Мы беседовали о социальной поддержке россиян, анонсированной президентом. Вернемся через пару минут.

Тамара Шорникова: Спасибо.


Подписаться на ОТР в Яндекс Дзене

О реализации послания президента

Комментарии

  • Все выпуски
  • Полные выпуски
  • Яркие фрагменты
  • Интервью
  • Сюжеты