Статья бюджета «дети»

Гости
Галина Шевченко
учитель начальных классов Краснодарской гимназии №23, заслуженный учитель Кубани, почетный работник общего образования
Алексей Коренев
аналитик Группы компаний «ФИНАМ»
Александр Гезалов
член экспертного совета при Министерстве просвещения РФ по вопросам детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей

Оксана Галькевич: Ну что, вот теперь, пожалуйста, рассказывайте, сколько вы уже потратили на свое счастье, ну то есть на детей, естественно, на их подготовку к новому учебному году. Все купили? Ничего не забыли? А букет, Константин?

Константин Чуриков: Или букеты… Вот отдельная, между прочим, статья расходов как раз именно вот в эти дни, сегодня вечером, завтра с утра. В этом году, вот уже посчитано, букет обойдется родителям дороже, чем в прошлом (ну, кстати, так, могли бы и сильнее), всего на 8%.

Оксана Галькевич: Ну, между прочим, это выше инфляции, Костя, да.

Константин Чуриков: Да. Расскажите, пожалуйста, сколько вы потратили на цветы учителю или (сейчас, кстати, модно) не на цветы, не знаю, канцтовары для учителя, ручки купить, особенно красную, да пожирнее…

Оксана Галькевич: Принтер в класс учителю.

Константин Чуриков: Вот. Может быть, еще что-то учителю надо.

Оксана Галькевич: Так, давай не будем товарный вот этот ряд развивать…

Константин Чуриков: Мне для учителей ничего не жалко, честно.

Оксана Галькевич: Ну, теоретически на все должно хватить, теоретически, если у вас, конечно, в семье нет первоклассника, они обычно дороже обходятся. Почему говорю «теоретически»? Потому что президент ведь сказал – президент сделал, по 10 тысяч рублей на ребенка все, я надеюсь, получили. Вот и расскажите, друзья, вы уложились в эту сумм?

Константин Чуриков: Да, на что вообще потратили эти деньги. Потому что есть вот разные данные. Аналитики университета «Синерги́я» провели исследование и выяснили, что родители по-разному распорядились этими деньгами, вот. Значит, 24% пустили их на оплату ЖКХ, на покупку продуктов (ну, это тоже, считай, на детей), на оплату кредитов. Там еще даже были те, кто, по-моему, потратил деньги на что-то, но не сказал на что.

Оксана Галькевич: Ха-ха.

Константин Чуриков: То есть это будет маленькой тайной.

Оксана Галькевич: Но подавляющее большинство все-таки честно признались, что на детей, на детей они потратили эти деньги, потому что школьная форма, обувь, канцелярские товары, вот эти вот гаджеты для учебы… Вот, кстати, новая статья расходов, без них теперь никуда.

Константин Чуриков: Без них теперь на учебу-то не пойдешь.

Оксана Галькевич: Да. Вот на это все и пошли так называемые путинские деньги, 10 тысяч рублей.

Константин Чуриков: Ну, много вопросов у всех перед 1 сентября, кстати, не только речь о расходах, ждем ваших звонков в прямой эфир. А прямо сейчас у нас на экране появится наш эксперт Алексей Коренев, аналитик группы компаний «ФИНАМ». Алексей Львович, здравствуйте, добрый вечер.

Алексей Коренев: Здравствуйте.

Константин Чуриков: Алексей Львович, ну бросается в глаза, что, в общем, и не все потратили эти деньги, и кто-то их хотел отложить, а кто-то даже потратил на что-то другое… О чем это говорит? Или это в принципе нормальная картина?

Алексей Коренев: Я думаю, что ни о чем не говорит, потому что, видимо, кто-то уже успел купить что-то раньше, не в последний же день покупают перед 1 сентября. Поэтому, видимо, эти выплаты кто-то пустил на какие-то другие нужды, правильно говорите, то же самое ЖКХ косвенно касается и детей. И понятно, что, собственно, 10 тысяч – это, конечно, приятное подспорье для большинства российских семей, но собрать ребенка в школу в этом году в очередной раз стало заметно дороже. По данным того же Росстата, на то, чтобы собрать в школу мальчика-первоклассника, нужно 19 600 рублей, на девочку уйдет на 4,5 тысячи больше, 24 100 рублей, это в среднем по стране. А, например, в той же самой Чукотке отправить девочку в школу – это уже 33,5 тысячи, на мальчика уйдет почти 27 тысяч. Понятно, что 10 тысяч – это подспорье, но проблему, собственно, они не решают.

Оксана Галькевич: Алексей Львович, ну вот мы говорим о том, что люди потратили на одно, на другое, на третье, но эти деньги так, по большому счету, знаете, так немножко успокоить нашу тревожную аудиторию – они ведь не окрашенные, это же можно было сделать, правда, и на ЖКХ, и на конфетки, и на тортики потратить, а можно и на школьную форму. Они только называются детскими, правда?

Алексей Коренев: Ну, называются они детскими, потому что это целевое выделение средств…

Оксана Галькевич: Но целевое – это обычно значит, что с нас потом могут спросить: «А ты потратил свои 10 тысяч на ребенка?»

Алексей Коренев: Ну да, по крайней мере можно будет честно сказать, что да. Понятно, что как бы, поскольку целевая выплата, то, естественно, она имеет определенную цель, в данном случае на детей. Сумма на самом деле в масштабах страны достаточно большая, это почти 203 миллиарда рублей. И надо иметь в виду, что вот такие выплаты, с одной стороны, для россиян, конечно, полезны, я думаю, что каждая семья обрадуется и выплате на ребенка 10 тысяч, и пенсионерам сейчас по 10 тысяч выплатят, и на военных по 15… Но эти же самые выплаты подхлестывают цены, потому что экономика, в общем, ее не обманешь.

Оксана Галькевич: А почему военным больше, чем детям?

Алексей Коренев: Вы знаете...

Константин Чуриков: Солдат ребенка не обидит, Оксана.

Оксана Галькевич: Ха-ха-ха.

Алексей Коренев: Ха-ха. Сергей Кужугетович сегодня дал четкое пояснение, почему были сделаны выплаты военным.

Оксана Галькевич: Так.

Алексей Коренев: Он сказал, что у военных инфляция и у военных пандемия.

Оксана Галькевич: А-а-а.

Алексей Коренев: Судя по тому, что остальным не выплатили по 15 тысяч, видимо, остальных россиян как-то ни пандемия не зацепила, ни инфляция. Но тем не менее надо понимать, что 203 миллиарда на детей и 500 миллиардов еще на пенсионеров и военных, и эти деньги, собственно, приходят в экономику сверх того, что было запланировано бюджетом. Естественно, придется каким-то образом, собственно, эти деньги обеспечивать, приход этих денег в экономику, то есть либо допэмиссия, либо займы. Соответственно, эти выплаты в конце концов подстегивают цены наверх. Поэтому получается так, что вроде бы, конечно, хорошо, но ощутить в полной мере эту помощь мы не сможем, потому что отчасти она будет «съедена» возросшими ценами в первую очередь как раз на те самые детские товары.

Потому что по итогам, например, предыдущей недели среди списка товаров наиболее подорожавших на первом месте, конечно, стройматериалы, они в последнее время сильно дорожают, смартфоны, а потом идут детская форма, детские джинсы, детская обувь. Причем подорожание существенное, там за неделю спортивная форма детская на 0,6%, детские джинсы на 0,5%, детская обувь на 0,3%, это за неделю. И в общем-то, надо понимать, что деньги, которые выплатили российским семьям, они побежали с ними в магазины, в результате подхлестывают инфляцию. Поэтому…

Оксана Галькевич: Алексей Львович, простите, пожалуйста, я хочу понять. Ну я понимаю, когда вот эти вот помидоры, огурцы, у них инфляция за неделю, зависит от сезона: помидор вырос, огурец не вырос. А спортивная школьная форма – она почему за неделю вот так к сентябрю-то? Почему не раньше, почему не позже? Она тоже на грядках растет, у нее сезон?

Алексей Коренев: Она росла. На самом деле школьная форма и спортивная форма росли и раньше, но традиционно все-таки закупаются в августе, ну дети летом где-то на даче, в лагере…

Оксана Галькевич: То есть все-таки человеческий фактор, кто-то ее там «подштыривает»?

Алексей Коренев: Все-таки да, под самый сентябрь начинают уже активно закупать на подросших за лето детей, соответственно, в августе траты на детские товары возрастают заметно, а в этом году добавились еще 10 тысяч, собственно, 203 миллиарда добавились в масштабах экономики страны, которые, собственно, тоже ускорили рост цен.

Константин Чуриков: Обратную связь хотите? Пермский край: «Не потратили ни копейки, от старших досталось младшим, – значит, все-таки крепкая большая семья. – А цветы с огорода», – правильно. Курган: «Да все деньги потратили на детей в школу, еще даже не хватило». Еще нам звонит, может быть, тоже чего-то не хватило или с лихвой, Вячеслав из Ульяновской области. Здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте.

Я хотел бы сказать как? Вот по поводу этих 10 тысяч. Ну это, будем говорить, как сказать, очень маленькая сумма. Вот рубашка на ребенка на 1 сентября с коротким рукавом 1,5 тысячи, стоит рубашка на ребенка – ну это куда такие деньги?

Константин Чуриков: А у вас сколько ушло в семье?

Оксана Галькевич: Вот я тоже сегодня бегала закупала вот эти все, я очень удивилась.

Зритель: У нас трое детей в семье, мы многодетная семья считаемся.

Константин Чуриков: Сколько у вас из них идут в школу, сколько ушло?

Зритель: В смысле?

Константин Чуриков: Сколько ушло на детей, на подготовку к школе?

Зритель: Вот подготовка на детей. Вот возьмите прописи, 3 тысячи отдали, рубашка белая на один день, на один день сходить 1,5 тысячи…

Оксана Галькевич: Парадная форма, да.

Константин Чуриков: Да.

Зритель: Да, это только рубашка.

Оксана Галькевич: Да.

Зритель: Не считая там обувь, потом еще костюм нужен, он тоже, как бы сказать, ну как сказать, костюм… Вот старший есть, но он на 6 лет его старше, он ему не подходит.

Константин Чуриков: Ну да, это долго ждать, да.

Зритель: Да. Ну как бы сказать, это очень маленькая сумма для многодетных семей.

Константин Чуриков: Дети – это постоянная инвестиция, потому что они все время растут, вот у них такое есть обыкновение. Спасибо, Вячеслав, за ваш звонок.

Оксана Галькевич: Инвестиция, да, инвестиция… Тут просто наш зритель рассуждает другими категориями. Вот разница, кстати, между инвестициями и тратами, Алексей Львович, для экономистов есть разница в понятиях?

Алексей Коренев: Да, конечно. Инвестиции – это, собственно, те траты, которые не пропадут даром, они вернутся с прибылью, сторицей, поэтому инвестирование в детей и вообще в образование, даже в собственное образование – это, на мой взгляд, лучшие инвестиции, которые только могут быть. А уж что касается детей, так тут даже обсуждать не стоит: понятно, что дети стоят на первом месте. Кстати говоря, по поводу рубашки: я посмотрел сейчас тут, пока человек звонил, – по данным Росстата, в среднем рубашка стоит 2 560 рублей, так что за 1,5 тысячи он еще дешево купил. Футболка 777 и так далее, джемпер 1 200… То есть цены существенно выросли в этом году.

Константин Чуриков: Но это был, да, Ульяновск, там все-таки зарплаты не московские, слава богу, что и цены еще пока не московские.

Алексей Коренев: Но тем не менее мы видим, что цены выросли практически на все. Традиционно все-таки на детские товары, на школьные товары инфляция чуть ниже официально зарегистрированной Росстатом, она действительно получилась порядка 4% с небольшим, при том что официальная сейчас 6,7%. Хотя на самом деле надо понимать, что данные Росстата зачастую очень сильно расходятся с фактическими цифрами, потому что ощущаемая инфляция, которую вот россияне видят на своих кошельках, порядка 12,5–13%, то есть…

Оксана Галькевич: Алексей Львович, а вот интересно, я не знаю, можем мы с вами это обсудить сейчас или нет, интересный все-таки момент – вопрос ценообразования на детские товары. Потому что ну вот действительно, 1,5 тысячи рублей за сорочку для мальчика, парадная не парадная, повседневная, неважно, но ведь и взрослая стоит примерно таких же денег, чуть дороже в зависимости от… Почему? Ну простите, на маленького ребенка ткани меньше, пуговиц меньше, еще чего-то. Вот вопрос ценообразования, обращаешь всегда внимание на то, что детские товары прямо так по-взрослому стоят.

Константин Чуриков: Да, не по-детски.

Алексей Коренев: Вот если бы из очень дорогой ткани шилась школьная форма, наверное, разница была бы, скажем так, более заметна. А так на самом деле расходы на ткань не главная статья, все-таки самое сложное – это, собственно, труд к тому, чтобы сшить эту рубашку, пришить эти пуговицы, в конце концов, клапаны-карманы. Плюс логистика, плюс ретейл, то есть тут цепочка расходов-то длинная, начинайте считать от хлопкового поля и до магазина – везде выросли издержки. И на самом деле, я говорю, вот если брать рубашку на взрослого и рубашку на ребенка, доля ткани там не так велика, а вот все остальное примерно одинаково: что детскую, что взрослую рубашку нужно сделать, привезти, держать на складе, потом продать и так далее, основные расходы здесь.

Константин Чуриков: Алексей Львович, еще звонок. Юлия из Саратова, здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте, ведущие, студия.

Я в этом году, в общем-то, в прошлый раз я получила только одну 10 тысяч, потому что ребенку уже исполнилось 16 лет, и они, в общем-то, как бы растворились не знаю куда. В этом году я решила их не тратить ни на какие такие расходы, как капремонт и коммунальные услуги. Все школьные товары я купила еще весной, вот, и поэтому я ездила… У меня был у дочери день рождения в августе, и мы поехали на этот день рождения в Москву, то есть я ее водила в наш, так сказать, «российский Диснейленд», ходили мы в «Кидзанию», вот все эти прекрасные места…

Константин Чуриков: Знаем, да.

Зритель: Сын старший тоже, чтобы мы гуляли по Москве по прекрасной…

Константин Чуриков: Новые впечатления перед учебным годом, правильно.

Зритель: Да, у меня уже сын, как бы ему 17 лет, на него в этом году тоже выплатили, то есть ему понравилось, мы были, когда он был маленький… То есть я посчитала, что нужно эти деньги потратить на удовольствие.

Оксана Галькевич: Вот так.

Константин Чуриков: Да.

Зритель: На расширение кругозора моих детей.

Константин Чуриков: А почему нет, кстати?

Оксана Галькевич: Да.

Константин Чуриков: Правильно! Спасибо за ваш звонок.

Оксана Галькевич: Тоже решение на самом деле.

Константин Чуриков: Нам зрители пишут, Ленинградская область: «Что вы ноете? Вам же подкинули деньги на детей». Ну кстати, у нас, как вы выражаетесь, собственно, и на портале никто не ноет, все как бы пишут, что деньги действительно пошли по назначению.

Алексей Львович, а давайте посчитаем, сколько вообще, в принципе подкидывалось (если так уместно сказать) денег на детей вот просто за последние, можно сказать, за последний календарный год или за полтора года? Потому что уже на моей памяти выплаты три-четыре точно было как минимум.

Алексей Коренев: В 2020 году начались серьезные выплаты, когда были проблемы, связанные с пандемией, были проблемы, связанные с падением доходов, проблемы на рынке труда, тогда как раз пошли первые выплаты. Они сначала касались не всех детей, потом, собственно, систему немножко подравняли, причесали, сейчас все школьники могут получать выплаты. Я, честно говоря, даже не считал сколько, действительно там уже порядка трех-четырех, наверное, было.

Можно сказать одно: поскольку все это изначально в бюджете не было предусмотрено, то для бюджета это, конечно, тяжелый удар, государству сейчас приходится выкручиваться. Но надо понимать, что это социально значимые статьи расходов, потому что не помогать, собственно, многодетным или вообще семьям с детьми никак нельзя, дети – наше будущее, поэтому помощь детям абсолютно оправдана. Ну, собственно, наверное, одна из немногих выплат, которая вообще у меня, например, не вызывает вопросов, она действительно необходима.

Оксана Галькевич: Подождите, Алексей Львович, а это прямо вот серьезный такой, большой, серьезный финансовый удар по государственным каким-то расходам, да? Такое обременение?

Алексей Коренев: Ну давайте посчитаем.

Оксана Галькевич: Давайте.

Алексей Коренев: 203 миллиарда на детей мы сейчас выплатили, у нас расходная часть бюджета 21,5 триллиона, то есть это порядка 0,95%, то есть почти 1%; только выплаты на детей – это 1% от расходной части бюджета, это эти выплаты. У нас еще впереди пенсионеры, военные, там уже полтриллиона, соответственно, полтриллиона – это больше 2% и 0,5% от ВВП страны, то есть это уже серьезные выплаты для государства. И понятно, что для того, чтобы бюджет как-то держать в рамках, скажем, чтобы не скатить его в серьезный дефицит, приходится эти деньги изыскивать: частично за счет займов, частично за счет эмиссии.

И вот это вот как раз в итоге не сразу, но отображается на ценах, все равно подталкивает цены вверх, потому что эти деньги из экономического оборота не выходят, они остаются в цепочке товар – деньги – товар. И естественно, как только денежная масса начинает превышать объем предоставленных услуг и созданных товаров, цены идут вверх.

Константин Чуриков: Алексей Львович, ну вы прямо рассуждаете как Эльвира Набиуллина, она тоже в свое время говорила, что вот нельзя так вот направо-налево раздавать эти «вертолетные деньги», потому что цены поползут вверх, а у них там в ЦБ задача сдержать инфляцию. Ну так это мы с вами никогда не решим тогда проблему бедности, нет? Тогда и зарплаты повышать нельзя.

Алексей Коренев: А тут на самом деле очень сложный такой замкнутый круг. С одной стороны, конечно, нужны выплаты, с другой стороны, эти самые выплаты, как правильно говорит Набиуллина, я с ней соглашусь, она все-таки специалист, они приводят к тому, что цены идут вверх. Тут никуда не деваться, потому что для того, чтобы цены вверх не шли, еще раз повторю, должен быть строгий баланс между количеством произведенных товаров и услуг и общим объемом денежной массы, которая обращается в стране. Как только денег больше, так цены пошли наверх. Поэтому здесь вот такой сложный замкнутый круг, приходится Центробанку крутиться, он будет вынужден поднимать процентные ставки, чтобы немножко сдержать инфляцию и стерилизовать часть денег, скажем так, на депозитах банковских, потому что банковские депозиты становятся интересными, выгодными, поэтому часть денег уйдет туда, не все пойдет в потребление, часть пойдет в накопление. Но…

Константин Чуриков: «Приходится Центробанку крутиться» – а людям знаете, как приходится крутиться, ха-ха?

Алексей Коренев: Представляю.

Константин Чуриков: Да, спасибо большое, Алексей Львович.

Оксана Галькевич: Спасибо.

Константин Чуриков: Алексей Коренев, аналитик группы компаний «ФИНАМ». Нам звонят.

Оксана Галькевич: Давайте и Владимир выслушаем, Ирина из этого города. Здравствуйте, Ирина.

Зритель: Добрый день, добрый вечер.

Оксана Галькевич: Добрый.

Константин Чуриков: Здравствуйте. Ну что, сколько у вас набежало?

Зритель: Ой, вот смотрите, у нас в семье трое детей. Я бы вот вообще хотела сказать большое спасибо государству за эти выплаты. В прошлом году это нам была большая помощь, в этом году была большая помощь. Вот вы только подумайте, сколько должны получать родители троих детей, чтобы одеть их полностью к школе. У нас ребенок ходит в кадетский класс, у него только один китель выходит 5 тысяч рублей, это не считая брюк, рубашек и обуви. То есть для нас это было большое-большое подспорье, вот хочу сказать спасибо за это.

Оксана Галькевич: Ну здорово, замечательно! Спасибо вам за ваш звонок, спасибо.

Константин Чуриков: Мы продолжим эту же тему буквально через пару минут, просто мы должны в соответствии с законом выполнить наши обязательства, потому что скоро 19 сентября.

Оксана Галькевич: А потом мы подробно поговорим, друзья, нам люди – настоящие, живые люди – расскажут, на что конкретно они потратили эти деньги.

Константин Чуриков: 31 августа, все готовятся – ну, те, у кого есть дети, естественно, или внуки – отправить их в школу, те, кто школьного возраста. Вот сейчас обсуждаем, сколько это удовольствие стоит нынче.

Оксана Галькевич: Да. Друзья, и вообще расскажите, цветы покупали не покупали, какие цветы, букеты покупаете для учителей: розы, астры, гладиолусы?

Константин Чуриков: Или с огорода, как нам написали зрители.

Оксана Галькевич: Да, или с огорода.

А мы сейчас подключаем к нашему разговору учителя начальных классов из краснодарской гимназии №23, заслуженного учителя Кубани, почетного работника общего образования Галину Валерьевну Шевченко.

Константин Чуриков: Галина Валерьевна, здравствуйте.

Оксана Галькевич: Да, здравствуйте.

Галина Шевченко: Добрый вечер.

Оксана Галькевич: Галина Валерьевна, вот, вы знаете, я вдруг подумала: я знаю, чем у меня сегодня будет поздний вечер занят, ну и чем там сейчас мои уже достаточно…

Константин Чуриков: Ты все не рассказывай.

Оксана Галькевич: …взрослые дети занимаются. Я им сказала: значит так, погладить брюки, погладить, рубашку приготовить на завтра…

Константин Чуриков: А.

Оксана Галькевич: …ботинки, сменную обувь… В общем, все раздала там и так далее. А чем занимается учитель накануне 1 сентября? Вот ваш вечер, вечер учителя накануне праздника?

Галина Шевченко: Ну, я сейчас еду в школу, потому что сейчас вечером вместе со своей младшей дочерью мы будем украшать класс, надувать шары, расставлять парты и готовить все для того, чтобы завтрашний день был действительно праздником.

Константин Чуриков: Галина Валерьевна, мне казалось, для этих целей есть родители вообще-то.

Оксана Галькевич: Родители, да, обычно.

Константин Чуриков: И дети, если они большие уже лоси.

Оксана Галькевич: Но это начальные классы, все-таки маленькие.

Галина Шевченко: Ну, дело в том, что дети у меня небольшие, дети начальных классов.

Константин Чуриков: А.

Галина Шевченко: Родители, у них впереди 9 месяцев, у них будет возможность, для того чтобы…

Константин Чуриков: …потаскать кирпичи, да.

Галина Шевченко: …помочь и быть рядом… Да, ну кирпичи у нас никто таскать не будет…

Константин Чуриков: Ну я шучу, да.

Галина Шевченко: Вот. Поэтому для меня это важно, для меня завтрашний день – это большой праздник, и для меня важно, что я это сделаю сама. Я соскучилась, я 3 месяца не видела своих учеников…

Оксана Галькевич: У вас не 1-й класс в этом году, да? У вас какой?

Галина Шевченко: Нет, у меня в этом году 4-й класс…

Оксана Галькевич: Выпускной!

Галина Шевченко: Они уже подросли, но для меня они все равно малыши, и я с нетерпением жду завтрашней встречи.

Оксана Галькевич: Ага.

Константин Чуриков: Галина Валерьевна, вот обсуждают сейчас, в последние годы обсуждается, зачем учителям столько цветов, они как бы не знают, куда их деть, ну что, не солить же эти цветы. Вот вы как считаете, вообще где здесь разумный какой-то компромисс, какое-то разумное решение?

Оксана Галькевич: Как относитесь к этой инициативе, да?

Галина Шевченко: Я отношусь к тому, что 1 сентября – это праздник, я думаю, что вы со мной согласны, правда?

Константин Чуриков: Конечно.

Оксана Галькевич: Так.

Галина Шевченко: Конечно. Вот вы когда идете на праздник к близкому, любимому человеку, перед вами не стоит же дилемма, покупать цветы или купить три килограмма порошка, или килограмм моркови? Вы если идете действительно к любимому человеку, за которым вы соскучились, если вы хотите подарить его от души, то вы, конечно, купите цветы. Я не за корзины, не за огромные охапки букетов, я за то, чтобы это было искренне и от чистого сердца.

Буквально маленький пример. Дело в том, что я из семьи военных, и когда я шла в 1-й класс, мы жили в далеком-далеком гарнизоне. И для того, чтобы привезти этот букет цветов, мой отец потратил ночь, но утром я шла в школу к своей первой учительнице, держа в руках букет цветов. Я ждала, я волновалась, и для меня это был огромный-огромный праздник. Я не думаю, что что-то изменилось, вопрос в наших головах, как мы к этому относимся.

Ведь много цветов не бывает. Вы никогда не задумывались о том, дарят ли цветы техслужащим, уборщицам, сторожу, работникам столовой? У нас есть такая традиция, у нас никогда не вянут цветы, мы дарим их тем, кто рядом с вашими, с нашими детьми на протяжении всего учебного года. А еще у нас есть огромное количество учителей-пенсионеров, которые сейчас из-за COVID, из-за всех этих мер безопасности не могут прийти в школу на школьные линейки в силу возраста. Поэтому завтра мы вместе с моими уже взрослыми учениками, 7-го класса, поедем к нашим ветеранам и подарим им эти цветы в знак уважения, в знак того колоссального труда, который они вложили в свое время и подарили все, что могли, детям.

Оксана Галькевич: Ага.

Галина Шевченко: Поэтому много цветов не бывает. Есть разные выходы. Да, дети рисуют эти цветы, лепят, делают какие-то поделки, и это тоже выход. Главное, чтобы это шло неформально, чтобы это действительно было…

Константин Чуриков: …от сердца, от души, искренне.

Галина Шевченко: Да, да.

Константин Чуриков: Не потому, что там в родительском чате кто-то кому-то написал: «Давайте скинемся».

Оксана Галькевич: Да нет, мы на самом деле имели в виду, знаете, сейчас такая появляется, может быть, традиция не традиция, но, допустим, дарят учителю красивый букет один от всего класса, а остальные какие-то средства собирают и перечислять их на благотворительные цели. То, что вы рассказали, тоже, кстати, очень хорошо, ветеранов-учителей поздравить, сотрудников школы.

Галина Шевченко: Вы знаете, я вообще не против одного букета, красивого букета, действительно, если это от сердца и это искренне. Но ведь есть у нас с вами традиция тихой благотворительности, правда, когда мы совершаем добрые дела и, помогая нуждающимся, не кричим об этом, а делаем это как что-то естественное, не только на 1 сентября, в течение всего учебного года. Дарить или не дарить – это принимает каждый для себя сам, ребенок и родитель. Но сказать родителям «не дарите мне цветы» я не могу, я считаю, что это нетактично, это неэтично. Если этот порыв идет от души, а я его останавливаю фразой «не дарите, а отдайте вот кому-то», то это будет не совсем правильно, я боюсь, что меня просто не поймут.

Константин Чуриков: Галина Валерьевна, спасибо большое! Легкого вам 1 сентября, с наступающим праздником вас, с Днем знаний, а там уж и с Днем учителя, ждать его тоже недолго. Спасибо большое!

Оксана Галькевич: Давайте как раз сейчас посмотрим…

Константин Чуриков: Галина Шевченко, учитель начальных классов краснодарской гимназии №23, заслуженный учитель Кубани, почетный работник общего образования.

Оксана Галькевич: А сейчас давайте посмотрим тот самый опрос, о котором мы говорили, о том, какие траты на школу в этом году выдержали родители…

Константин Чуриков: Все-таки вот ложку дегтя, да, не терпится?

Оксана Галькевич: Да, и кто на что потратил, собственно, эти средства, которые получил от государства. У нас Краснодар как раз, Липецк и Самара в этом опросе. Внимание на экран.

ОПРОС

Константин Чуриков: Точно, я думаю, что миллионы родителей присоединяются. В продолжение, так сказать, предыдущей беседы с учительницей нам пишет Владимир Исаев, наш зритель, Оксана: «Учитель воспринимает цветы в праздничные школьные дни примерно так же, как артист на сцене (Оксана). Это акт некоего признания этого нелегкого труда». Кто спорит? Никто не спорит.

Оксана Галькевич: Да, это как тихая благотворительность, акт признания тоже должен быть каждодневным, понимаешь.

Константин Чуриков: Ну, это в идеале, когда мы все будем несказанно богаты.

Оксана Галькевич: Да.

Константин Чуриков: Александр Гезалов, член Экспертного совета при Министерстве образования России по вопросам детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей. Александр Самедович, здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте.

Александр Гезалов: Добрый вечер, добрый вечер.

Константин Чуриков: Александр Самедович, ну подключайтесь. Вот как бы вы все-таки рассудили, какие траты лишние, какие не лишние? Как, в общем-то, скажем так, разумнее… Может быть, какой-то совет от вас, как разумнее распорядиться бюджетом?

Александр Гезалов: Вы знаете, я думаю, что сегодня можно было бы сделать такой замечательный проект – это когда городские школы могли помогать сельским школам. Потому что сегодня в селах, в деревнях малокомплектные школы, ресурсов не хватает. Я бываю в малых городах России, езжу, вижу, что там и парты старые, и не хватает много чего, вот те же шторы обновить, интерактивные доски… Поэтому мог бы быть проект «Школа школе», не только цветы да благотворительности, деньги на это отдавать, а в том числе чтобы школы более сильные центральных регионов помогали сельским, поселковым, деревенским школам. Это очень хорошо.

Константин Чуриков: Извините, Александр Самедович, а вот проект «Государство школам сельским» можно?

Оксана Галькевич: Вот я просто, вы знаете, хотела спросить – а как вы себе это представляете? Ведь школа городская, допустим, ну есть у нее определенный бюджет. То есть чтобы помочь сельской школе или школе в малом городе, это что, надо собрать с родителей этой… ? Я аж заикаться начала, потому что я все это проходила неоднократно, и на принтер собирают, на что-то, на черта лысого только, простите, не собирали за эти 10 лет. Как это выглядеть-то должно?

Александр Гезалов: Смотрите, вот сейчас идет акция 1 сентября «Дети вместо цветов». Почему бы не сделать акцию «Школа вместо цветов»?

Оксана Галькевич: А-а-а, вот так вот.

Александр Гезалов: Потому что, действительно… Ну конечно. Потому что 1 сентября и в селах, и в поселках, в деревнях тоже пойдут первоклашки, и хотелось бы, чтобы ресурсы, которые часто действительно не всегда правильно тратятся, направлялись бы на шефство и поддержку вот этих вот малых, значит, поселений. Почему нет? Это было бы, наоборот, очень хорошо и здорово, дети детям, только дети, которые имеют возможности это сделать, детям, которые этой возможности не имеют.

Оксана Галькевич: Да, идея хорошая, благородная…

Константин Чуриков: Секунду-секунду, Александр Самедович…

Оксана Галькевич: …но должен быть какой-то фонд, наверное, какая-то структура…

Константин Чуриков: Да, какой-то должен быть, мне кажется, действительно фонд, какая-то, может быть, структура. Я нисколько не манипулирую фактами, просто вот открою ссылку, которая произвела на меня впечатление накануне вечером после эфира: «Чистая прибыль «Газпрома» выросла в 22 раза по сравнению с тем же периодом прошлого года. Прибыль, относящаяся к акционерам, составила 968,5 миллиардов рублей, то есть почти триллион», – ну это так, это просто к слову.

Александр Гезалов: Ну, вы знаете, на самом деле есть ассоциация «Малые города России», есть ассоциации школ, сельских школ, ее возглавляют замечательные люди, которые занимаются поддержкой сельских, поселковых и деревенских школ. Поэтому не надо никаких фондов, действительно, у «Газпрома» свои деньги, но, возможно, люди людям – это тоже какой-то тренд, потому что мы сегодня знаем, что ресурсов не хватает. Вот, например, сегодня в Тульской, Тверской, Владимирской областях передавали семьям малоимущим, многодетным семьям те канцелярские принадлежности, игрушки и то, что мы отправили им в течение лета, потому что не все семьи могут сегодня позволить себе приобрести тот набор, о котором вы говорили.

Я просто приведу вам пример. У меня у самого пятеро детей, и вот трое у меня школьники. Для того чтобы отправить этих троих детей, которые за лето подросли, уже школьная форма выросла, уже тетрадки поменялись, портфели порвались, нужно порядка 100 тысяч рублей вот на троих детей, чтобы подготовить. А что это, подготовить? Это физкультурная форма, это новая сменка, это тетради, это портфель, это ручки и так далее, и так далее. Понемножку, но это набегает достаточно большая сумма, и те деньги, которые дает государство в течение месяца, 10–15 тысяч, этого тоже недостаточно, а тем более летом многие не работают, находятся в отпусках.

Поэтому, я считаю, здесь должна быть прямая благотворительность в том числе и со стороны общественных организаций и фондов, в принципе чем мы и занимаемся, потому что собрать ребенка в школу и его туда, чтобы он там не чувствовал себя ущемленным, достаточно сложно, поверьте мне.

Оксана Галькевич: Спасибо.

Константин Чуриков: Спасибо.

Оксана Галькевич: Александр Гезалов, член Экспертного совета при Министерстве образования России по вопросам детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей.

Сейчас у нас звонок, Юлия, Москва.

Константин Чуриков: Юлия, Москва.

Оксана Галькевич: Как раз из Москвы тоже, да.

Константин Чуриков: Здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте, Юлия.

Зритель: Алло, добрый вечер, уважаемые ведущие…

Оксана Галькевич: Добрый.

Зритель: …добрый вечер, наши жители.

Я бы хотела сказать по поводу того, что… Здесь очень много было правильно сказано, у нас тоже в классе, вот у меня дочка идет в 8-й класс, мы отказались от букетов всем учителям, мы покупаем учителю от класса один букет, а остальные деньги мы тратим на благотворительность.

Оксана Галькевич: Очень хорошая, кстати, мне кажется, вся эта инициатива…

Константин Чуриков: Это вы какой-то фонд выбрали?

Оксана Галькевич: Не вижу ничего неэтичного в этом.

Зритель: Мы выбираем разные: когда-то животным, кто-то иногда, в течение года мы приносим корм животным, кто-то корм, кто-то лекарства, ну кто что может, это не обязаловка вот такая, вот кто что считает нужным, у кого какие возможности есть.

Оксана Галькевич: Юлия, а вы расскажите, баталии у вас в родительском чате какие-то были по поводу вот этой истории, этой инициативы? И как учитель ваш к этому отнесся? Это тоже очень интересно.

Зритель: Учителя относятся к этому очень замечательно. Вы понимаете, что всегда есть в классе кто-то такой, кто будет недоволен.

Константин Чуриков: Да.

Оксана Галькевич: Ага.

Зритель: Без этого, к сожалению, никуда.

Константин Чуриков: Это не значит, что мы не должны это обсуждать в сегодняшнем эфире, Оксана.

Оксана Галькевич: Нет, ну то есть получается так: из 30 человек в классе 20, допустим, собирают деньги и отдают на благотворительность, а 10 приходят с букетиком, да?

Зритель: Больше, больше.

Оксана Галькевич: Больше, может быть больше, да, ну примерно так, заставить же нельзя.

Константин Чуриков: Плохо ты думаешь о людях.

Оксана Галькевич: Ну почему, Костя? Заставить же никого нельзя.

Константин Чуриков: Спасибо большое, Юлия! Очень хороший, кстати говоря, действительно почин, и хорошо, что он становится таким уже все более массовым…

Оксана Галькевич: Спасибо.

Константин Чуриков: …как мы вот видим, собственно, по нашему SMS-порталу.

Продолжим через пару минут, ну извините, о грустном – COVID не дремлет, расскажем почему, что такое.

Оксана Галькевич: Ты в следующий раз отчетность какой-нибудь другой компании приведи. Бедный «Газпром», уже места живого на нем не осталось.

Константин Чуриков: Ха-ха.

Оксана Галькевич: «Газпром»-«Газпром», «Газпром»-«Газпром».

Константин Чуриков: Приведем-приведем, не переживай.

Оксана Галькевич: Давай вот другую нефтегазовую компанию, я посмотрю на тебя.

Константин Чуриков: Хорошо.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)
Сколько в этот раз потратили родители на сборы в школу? Подсчитаем!