Страховка от подтопления в регионах зоны риска

Гости
Михаил Порватов
заместитель директора департамента развития имущественного страхования физических лиц Всероссийского союза страховщиков
Александр Савченко
директор Центра ситуационного мониторинга и региональных исследований РАНХиГС

Иван Князев: Президент Владимир Путин поручил проработать ограничения на строительство жилья в зонах постоянного подтопления. Речь о тех районах, где топит каждый год. Люди теряют свое имущество, государству постоянно приходится выплачивать разные суммы компенсации. Но это еще не все. Граждане жалуются, что страховые компании не хотят работать с клиентами в таких регионах. Либо выдвигают условия, которые людям не по карману.

Тамара Шорникова: Один такой пример из Чувашии. Местные компании отказываются страховать участки и жилые дома в зонах подтопления, поскольку стопроцентных выплат страховщикам в этом случае не избежать. Территории, которые регулярно оказываются в воде, в Чувашии предостаточно. Самый многострадальный город – Алатырь. Цивильск тоже долго время был в черном списке страховых компаний до того, как там построили дамбу.

СЮЖЕТ

Иван Князев: Черный список страховых компаний регулярно обновляется, для чего активно мониторятся сайты МЧС, которые выставляют информацию об опасных районах. Те, кто хочет застраховать свое жилье на такой территории, помимо двойного тарифа за страховку должны предоставить и дополнительные документы, к примеру с прогнозами от метеобюро. Обсудим сейчас с экспертами эту ситуацию. Михаил Порватов у нас на связи, заместитель директора департамента развития имущественного страхования физических лиц всероссийского союза страховщиков. Здравствуйте, Михаил Николаевич.

Михаил Порватов: Здравствуйте.

Тамара Шорникова: Да, здороваемся с экспертом, и коротко зрителям: ждем, конечно, ваших звонков. Сейчас у нас многие города подтопило. Кубань, Крым, Дальний Восток. Звоните, рассказывайте, как у вас работают страховые компании, ваше жилье застраховано или нет.

Иван Князев: Михаил Николаевич, понятно, что страховым компаниям, наверное, самая выгодная работа там, где никогда ничего не случается, где дома не горят, где люди просто платят деньги, никаких ураганов и т.п. И даже воры не приходят, не залезают в квартиры. Но, тем не менее, есть действительно такие случаи, что компании прямо эти свои списки согласовывают с метеосводками?

Михаил Порватов: Знаете, наверное, лучше этот вопрос задать непосредственно страховщикам, страховым компаниям. Я могу сказать следующее. Что если есть равномерное проникновение в страховании в зонах, подверженных чрезвычайным ситуациям, и зонах, не подверженных чрезвычайным ситуациям, это одна история. Если мы говорим о страховании непосредственно в зонах высокого риска, которых затапливают, которые постоянно горят и т.д., то, конечно, это совершенно другая история. Понимаете, страховщики – это бизнесмены.

Иван Князев: Я понимаю, что вы хотите сказать, Михаил Николаевич. Просто понимаете, бизнес бизнесом, а в чем тогда смысл работы страховых компаний?

Михаил Порватов: Смысл страховых компаний в следующем. Есть две темы по этому поводу. Первая. На сегодняшний день работает уже два года с небольшим федеральный закон №320-ФЗ. В соответствии с которым субъекты Российской Федерации наделены правом разрабатывать региональные программы страхования жилых помещений на случай наступления чрезвычайных ситуаций, на случай наступления иных событий, так называемых бытовых рисков. Если такая программа действует, то договоры страхования, по сути, являются публичными, т.е. страховщик заключает договоры со всеми, кто к нему обращается. И таким образом интересы владельцев жилых помещений, которые находятся в рисковых зонах, компенсируются владельцами помещений, которые находятся в нерисковых зонах. То есть в этом случае смягчается та проблема, о которой мы говорим. Второе. Есть поручение президента Российской Федерации, поручение председателя Правительства Российской Федерации о том, чтобы проработать вопрос об обязательном страховании жилых помещений граждан. Там, правда, сказано только в рисковых зонах. И здесь может возникнуть та проблема, о которой я говорил. Но, тем не менее, по сути, это такое ОСАГО, только в отношении страхования жилых помещений. Поэтому данная проблема тоже может быть решена путем введения обязательного страхования.

Тамара Шорникова: Михаил Николаевич, какой вопрос хочу задать. Это для понимания, для обсуждения с другими экспертами в нашем эфире понадобится. Например, пример Кубани. Кубанское бассейновое водное управление регулярно вносит изменения в приказ об установлении зон затопления, подтопления, расширяя количество населенных пунктов и рек, представляющих потенциальную угрозу. За 2018 год вышло два таких документа. В 2019 году – четыре. В 2020 году – пять. За неполный 2021 год – четырнадцать. А в связи с чем эти новые документы появляются? Как-то сильно меняется климат, те реки, которые раньше особо не бушевали, стали сильно разливаться? Или в этих зонах продолжают строить дома, гостиницы?

Михаил Порватов: Климат действительно меняется. Мы знаем, что средняя температура воздуха, я имею в виду, повышается, повышается регулярно. Соответственно количество стихийных бедствий действительно увеличивается.

Тамара Шорникова: Количество домов сохраняется прежним в этих зонах?

Михаил Порватов: Это нужно спросить региональные власти.

Тамара Шорникова: Понятно. Может быть, просто страховщики мониторят, что там за объекты, интересно же, наверное, новый рынок исследовать. Хорошо, давайте вместе еще посмотрим материал.

Иван Князев: Одна история из Краснодарского края у нас есть. Дом Марии Сибирко до сих пор стоит в воде. Паводок в очередной раз не обошел его стороной. Правда, в этом году уровень воды дошел почти до двух метров и держался трое суток.

Тамара Шорникова: Такое с жильем пенсионерки случилось впервые. Испорчена вся мебель, бытовая техника, полы и стены. Огород вместе с поспевшим уже урожаем просто смыло потоком. Раньше хозяйка дом с участком страховала, а в этом году решила сэкономить.

СЮЖЕТ

Тамара Шорникова: Михаил Николаевич, а что с ценами? Действительно, у нас много смс, жалуются, что страховали бы в общем, если была бы посильная какая-то регулярная сумма, все-таки как-то спокойнее. Но это дорого.

Михаил Порватов: Еще раз. Понимаете, если мы говорим о страховании только в рисковых зонах, которые постоянно подвержены наводнениям, пожарам, другим стихийным бедствиям, то, конечно, страховщик рассчитывает размер страховой премии исходя из вероятности наступления страхового случая. И в такой ситуации действительно премия может быть достаточно большая. Но мы на этом примере увидели, как важно страхование, потому что страховой риск обладает признаком случайности его наступления, т.е. может наступить, может не наступить, дом может затопить, может не затопить. Поэтому страховаться надо. И страховаться надо везде, в том числе, скажем, в Москве, например, где чрезвычайных ситуаций практически не бывает, но, тем не менее, периодически что-то случается, либо соседи залили, либо был сильнейший ливень этим летом уже. Поэтому страхование очень важно. И в этом смысле очень важно реализовывать федеральный закон №320-ФЗ, о котором я говорил, разрабатывать региональные программы. И тогда люди будут защищены от подобных рисков.

Тамара Шорникова: Михаил Николаевич, а коротко. Я понимаю, что там, наверное, много факторов оценки риска, но в среднем. Видели, например, небольшой домик героини нашей. Это в среднем сколько страховка в месяц или в год?

Михаил Порватов: Вы знаете, сейчас очень сложно сказать, для этого необходимо информация, прежде всего, от МЧС России по данному конкретному региону по данной конкретной территории. Конкретную цифру я сейчас не готов назвать.

Тамара Шорникова: А можете сказать планку, от скольки начинается стоимость таких страховок? Если это такая не очень благополучная зона?

Михаил Порватов: Я могу привести пример, скажем, Москвы, где программа страхования жилых помещений граждан существовала с 1996 года, и страховой тариф составлял порядка ста рублей в месяц в среднем по Москве.

Иван Князев: Это на самом деле, наверное, не так уж и много, если в месяц сто рублей. Смотря, конечно, какие у тебя доходы. Михаил Николаевич, смотрите какой момент. Сейчас президент фактически даже не сколько предложил обязать, фактически это уже наказ на исполнение, скажем так. Чтобы страховые компании работали в таких зонах, в зонах риска, в зонах подтопления. Как это будет выглядеть? Очень хотелось бы понять.

Михаил Порватов: Что вы имеете в виду, поясните, пожалуйста.

Иван Князев: То, что сейчас президент фактически обязал страховые компании работать в зонах подтопления, чтобы они не отказывали своим клиентам, не задирали какие-то дополнительные высокие цены. Как это будет выглядеть?

Михаил Порватов: Смотрите, у нас есть пример обязательного страхования автогражданской ответственности – ОСАГО. Я не могу сказать, что президент Российской Федерации обязал страховые компании страховать все имущество. Для этого нужны законодательные и подзаконные акты, причем в достаточно большом количестве. Как работает ОСАГО, например. В ОСАГО есть специальная лицензия на страхование ОСАГО. И страховщик сам решает, он будет эту лицензию получать или не будет. Значит, порядка пятидесяти на сегодняшний день страховых компаний, в свое время их было больше сотни, имеют лицензию по страхованию ОСАГО. Далее. Закон об ОСАГО говорит о том, что договор страхования ОСАГО не является публичным. То есть если к страховщику обращается страхователь, то страховщик не имеет права отказать в заключении договора страхования. Я полагаю, что примерно такая же конструкция должна быть в случае введения обязательного страхования жилых помещений граждан.

Тамара Шорникова: Спасибо. Михаил Порватов, заместитель директора департамента развития имущественного страхования физических лиц всероссийского союза страховщиков. Большое количество смс у нас на портале скопилось. Пензенская область: страховка дело, конечно, хорошее, пока не наступит страховой случай, тогда начнется хождение по мукам. Москва: застрахуй жилье, а что случится, концов не найдешь и ничего не получишь, вот вам и страховка. Таких, конечно, сообщений много.

Иван Князев: Из Ленинградской области: когда страхование было государственным, то люди охотно страховались, а сейчас не верят. Из Тверской области: смысл работы страховых компаний в зарабатывании денег, а не раздаче их. Вот, что говорят наши телезрители.

Тамара Шорникова: Александр Савченко, директор центра ситуационного мониторинга и региональных исследований РАНХиГС. Подключаем к разговору еще одного эксперта.

Иван Князев: Здравствуйте, Александр Борисович.

Александр Савченко: Добрый день.

Тамара Шорникова: Александр Борисович, просьба выключить телевизор, мы, кажется, слышим его фоном у вас.

Александр Савченко: Да, у меня просто идет с запаздыванием сигнал, извините, пожалуйста.

Тамара Шорникова: Поэтому лучше говорить по телефону.

Александр Савченко: Да, давайте сделаем так.

Тамара Шорникова: Да, спасибо вам огромное. Александр Борисович, вопрос вот какой. Очевидно, что места такие проблемные. Их топило в прошлом году, в этом, наверняка будет в следующем или через два года. А насколько в принципе эта история со страхованием актуальна? Может быть, программы разработать по переселению из таких зон? По аналогии, например, с расселением аварийного жилья. Насколько это возможно сейчас в масштабах страны?

Александр Савченко: Знаете, коротко говоря. Все мы видели, в том числе и на вашем канале, кадры затопления южного берега Крыма или сочинской зоны, зоны большого Сочи. Как вы себе представляете переселение людей оттуда? Поэтому есть, наверное, какие-то зоны, откуда люди с удовольствием уедут, но в большинстве случаев это уже устоявшийся уклад. Кстати говоря, в вашем же репортаже дама пожилая, которая говорит, что это произошло первый раз, и такого никогда раньше не было, поэтому я думаю, вопрос о переселении должен каждый решать индивидуально. Вопрос в другом, мне кажется. Здесь надо разделить два принципиально разных момента. Вариант первый – это страхование как бизнес. И можно обязать страховые компании что-то делать. Но будет потом следующее примерно так же, как у нас происходило с отчислением за переводы по стране. Или с роумингом, когда эти же расходы компании перебрасывали на другие статьи и т.д. Понятно, что компании будут продолжать делать бизнес. Это их дело, они конкурируют, и у них, наверное, будет все лучше получаться.

Другое дело, когда есть чрезвычайные ситуации, и люди нуждаются в экстренной помощи. И здесь можно вспомнить о механизме частичной компенсации процентов по ипотеке, можно вспомнить другие льготные меры, там для малого, среднего бизнеса, например, и т.д. И подумать в этом направлении. Безусловно, важный шаг. Что значит обязал компании? Теперь им придется об этом думать. Отмахнуться от этого нельзя, придется работать. И это хорошо. Но дальше так тонкости механизмов, которые, я думаю, будут отлаживаться еще какое-то время. С одной стороны.

С другой стороны тут есть другой, на мой взгляд, очень важный вопрос, который сейчас не надо забывать. Эти все стихийные бедствия этого лета показывают актуальность тех стратегических инициатив, которые сейчас реализуются, в том числе в рамках и нацпроекта «Жилье и городская среда» и целого ряда других стратегических инициатив по дорогам и по магистральной инфраструктуре. Потому что это проблема. Когда встает крымская федеральная трасса на какое-то время, это страшно тоже. Поэтому это комплексная проблема, которую решать надо долго, если мы хотим решить окончательно. А в том, что касается помощи людям, ее, безусловно, надо оказывать оперативно, но это скорее социальный механизм, а не чисто экономический. А то, что страховые компании обязали как бы начать об этом думать, я считаю, что это шаг в очень правильном направлении.

Иван Князев: Давайте вместе послушаем наших телезрителей. Сергей из Мурманска сейчас на связи. Послушаем телезрителей. Здравствуйте, Сергей.

Зритель: Здравствуйте. Я звоню по поводу этих страховых случаев и оплаты этих всех вещей. Мы платим за тридцать квадратов, у нас небольшой домик, шесть тысяч. Страховая выплата где-то примерно 400 тысяч, т.е. если что случится, нам только выплатят 400 тысяч. Если на всю сумму страховать, то это нереально, грубо говоря, если страховая выплата будет миллион или полтора миллиона.

Иван Князев: А почему вы платите так много? У вас там что прописано в страховом случае? Шесть тысяч за тридцать квадратных метров.

Зритель: От всех несчастных случаев. Мало ли ураган, пожар и все остальное.

Иван Князев: Вы там фактически от всего застраховались сразу.

Зритель: Нет, предлагает так Росгосстрах от всех несчастных случаев. Ведь неизвестно, что произойдет. Мы живем в лесистой местности, пожар может произойти, допустим, как горит где-то в Якутии или еще что-то.

Иван Князев: И долго у вас эта страховка?

Зритель: Она годовая.

Иван Князев: А сколько лет вы ей уже пользуетесь? Сколько лет платите?

Зритель: Лет шесть-восемь пользуемся.

Иван Князев: Каждый месяц по шесть тысяч. Да, можно посчитать, сколько уже заплатили.

Зритель: Нет, не каждый месяц, а в год шесть тысяч.

Иван Князев: А, в год. Да, хорошо. Спасибо вам большое. Александр Борисович, а по поводу этих мест, этих зон риска. У нас с каждым годом их все больше и больше будет становиться? Можно как-то этот момент просчитать?

Александр Савченко: Если убрать спекуляции, связанные с углеродными выбросами и т.д., фактом является то, что климат резко меняется. Последний раз такое было это где-то 1550-1560 года, так называемый малый ледниковый период в Европе. Было такое, когда пошел гулять молот ведьм, которым пытались в частности объяснить начавшиеся эти все погодные, неугрожаемые и эпидемиологические катаклизмы. Сейчас похожего рода период. Есть костяк ученых, которые считают, что это никак не зависит от углеродных выбросов, это связано с активизацией вулканической активности, там с изменением формы Земли, но это детали. По сути дела. Мы столкнемся с тем, что будут продолжаться климатические изменения. Поэтому с этим надо учиться работать.

Иван Князев: А есть понимание, в каких районах они будут у нас случаться, эти климатические сбои и стихийные бедствия? Помимо стандартных.

Александр Савченко: Конечно, есть. Просто у нас страна необъятная. Вам показывают панорамные съемки с воздуха Амурского бассейна, это происходит там каждый год. Иногда больше, это там муссонный климат, иногда больше, иногда меньше. А летом идут осадки, подтаянные. Тоже самое горят леса. Они у нас сколько уже горят на нашей памяти? Я помню 2010 год – катастрофические пожары в центральной полосе. И это все продолжается, это и будет продолжаться. С этим надо учиться работать, увы. Это стоит огромных денег. Теперь самое главное, как в теории мобилизации товарища Шапошникова, правильно расставлять приоритеты и те ограниченные ресурсы, которыми мы располагаем, их так разумно расходовать. Эта проблема, с которой сталкивается весь мир. Горит Голливуд, горит Испания, горит Италия, затапливают Германию, живописало телевидение эти все ужасы. Причем там немецкое население говорило, что мы никогда не думали, что в нашей цивилизованной стране такое возможно. Возможно, как выяснилось.

Тамара Шорникова: Александр Борисович, я дополню. Понимая эти новые возможные потенциальные зоны риски, политика партии, что называется, есть такая, чтобы хотя бы не строить в этих зонах? Чтобы не получать новое жилье, которое нужно страховать, и новые риски, и возможные потери, в том числе человеческие.

Александр Савченко: Смотрите, сейчас идут вообще за это лето, пока все были заняты пандемиями, отпусками и т.д., на мой взгляд, в нашей стране произошли тектонические сдвиги в механизмах стратегического планирования в очень, на мой взгляд, позитивном направлении. Главное заключается в том, что мы постепенно научаемся правильно координировать наши усилия из разных источников и на разных территориях. И в этом смысле реализация тех программ, которые есть, просто надо строить адекватно тому, с чем мы будем сталкиваться. Ликвидировать ветхое и аварийное жилье – это все записано, на самом деле. Благоустраивать территория, только всерьез, ливневку делать, а не бордюры класть в два этажа. И тогда как-то мы начнем постепенно решать проблемы. Надо более таргетированно работать. Как бы в этом направлении я бы смотрел в первую голову.

Тамара Шорникова: Спасибо.

Александр Савченко: Поэтому сейчас, я говорю, власть осознает стоящие проблемы и на них реагируют. Другое дело, чтобы все скоординировано происходило по всей стране во всех ветвях.

Иван Князев: И на всех уровнях. Спасибо вам большое. Александр Савченко, директор центра ситуационного мониторинга и региональных исследований РАНХиГС был с нами на связи. Из Тверской области сообщение: чтобы страховаться, нужно нанимать юриста. Из Тверской опять же: дом за счет страховщиков не восстановишь, а на диван с холодильником и так можно накопить.

Тамара Шорникова: И Нижегородская область: давайте страховать от жары, три месяца солнце и жара. Тоже новое явление относительно в нашей жизни.

Иван Князев: Скоро продолжим. Будем говорить еще об одном бедствии. Конечно же, ковид-19. Но здесь есть маленькие интересные открытия от ученых.

Тамара Шорникова: Да, будем говорить о том, насколько вообще генетика влияет на что-то в нашей жизни. На здоровье или нездоровье, на успех, на разные, в общем-то, явления.

Иван Князев: И на предрасположенность к болезням.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)