Связанные соцсетью

Связанные соцсетью | Программа: ОТРажение | ОТР

Как социальные сети изменили нашу жизнь? Обсуждаем в день 15-летия «Одноклассников»

2021-03-26T19:24:00+03:00
Связанные соцсетью
ТЕМА ДНЯ: Путин. Послание. Главное
Цифровое рабство. Сложная формула пенсии. Конец нефтяной иглы? Коттедж в ипотеку. Автомобили дорожают
Алгоритм цифрового рабства
Климат-контроль для России
Интуристы едут за «Спутником»
Нужен ли в школе обязательный второй иностранный язык?
Имеющихся в России запасов нефти хватит на 58 лет при существующих технологиях
Формула пенсии: попробуй рассчитай
Треть столичных аттракционов лишили регистрации
Годовалый автомобиль можно продать дороже его исходной цены
Гости
Роман Душкин
директор по науке и технологиям Агентства искусственного интеллекта
Людмила Бокова
и.о. директора Федерального института цифровой трансформации в сфере образования Министерства просвещения РФ
Александр Теслер
врач-психотерапевт

Ксения Сакурова: Ну, тему ностальгии мы продолжим. Пятнадцать лет назад в России появились «Одноклассники», уже через год аудитория первой русскоязычной социальной сети составила миллион пользователей, через два года – 10 миллионов. Ну а сейчас в России уже 99 миллионов пользователей всех социальных сетей. Согласно исследованиям, в среднем на одного жителя нашей страны приходится более 7 аккаунтов. Многие создают отдельные странички для работы и личного общения, а также используют разные площадки.

Александр Денисов: Сегодня самой популярной социальной сетью у россиян является YouTube, на втором месте «ВКонтакте», следом WhatsApp и Instagram, «Одноклассники» сейчас находятся лишь на пятом месте. Тем не менее 47 миллионов наших сограждан проводят там время.

Чем их привлекает старейшая русскоязычная сеть? «Одноклассники» совместно с исследовательским центром ResearchMe провели опрос «Зачем туда заходите?»: 62% ответили «чтобы пообщаться с близкими друзьями», 54% «поиграть», 49% «послушать музыку», 42% «посмотреть видео». Тут, видимо, пересекаются, и слушают музыку, и общаются то есть. Четверть пользователей Рунета через соцсети обмениваются фотографиями, лишь 10% пишут заметки.

Ксения Сакурова: Ну а на вопрос, за новостями из чьей жизни чаще всего вы следите, 67% ответили, что интересуются друзьями и родственниками, треть наблюдает за бывшими одноклассниками и однокурсниками, ну а 9% за бывшей второй половинкой.

Провели свой опрос и наши корреспонденты: «Вы бы смогли обойтись без соцсетей?» – вот что отвечали им в Липецке, Омске и Симферополе.

ОПРОС

Ксения Сакурова: Получается, хлеб, зрелища и социальные сети, вот третья составляющая того, что нам нужно. Будем обсуждать, какое место сегодня занимают социальные сети в нашей жизни, вместе с экспертами. У нас в гостях Роман Душкин, директор по науке и технологиям «Агентства Искусственного Интеллекта», и Людмила Бокова, исполняющий обязанности директора Федерального института цифровой трансформации в сфере образования Министерства просвещения Российской Федерации. Добрый вечер.

Александр Денисов: Да, добрый вечер, уважаемые эксперты.

Вопрос к вам обоим, почему социальные сети при обилии любого другого контента, как говорят, в интернете стали именно центральной нервной системой интернета, все там, и искрит все время, постоянно там. Как считаете, Людмила Николаевна?

Людмила Бокова: Ну, я думаю, что как раз люди и говорили о том, что для них это своего рода коммуникация, которая близкая, доступная. И та телефонная книга, которая есть, она в гаджете сразу отображает, кто есть в социальных сетях, можно тут же все в одном, собственно говоря, гаджете использовать, и коммуникацию, и общение, и, собственно говоря, сохранять, пополнять свои контакты. то есть найти любую группу, которая интересна, найти любое, скажем так, для себя занятие по продвижению того же товара, услуг и прочее, прочее. То есть сегодня действительно это популярно, это пользуется популярностью не только как коммуникация, но и как продвижение себя самого в социальных сетях.

Александр Денисов: Понятно. Роман, если это просто телефонная книга, почему же тогда соцсети, так сказать, хотят остаться, скаламбурим, Диким Западом? Упорно сопротивляются всякому регулированию, любой подход к снаряду заканчивается скандалом, выяснением отношений, отходом, как правило, государств, редко кто отваживается с ними разбираться, а это по-прежнему, я настаиваю на этом, остается Диким Западом, потому что в основном это западные сервисы.

Ксения Сакурова: Ну, они уже диктуют свои условия.

Александр Денисов: Почему они тогда сопротивляются, если это просто телефонная книга?

Роман Душкин: Ну, я бы поспорил по поводу западного, потому что пользователей все-таки больше не на Западе. Но я сейчас включу немножко режим зануды. Социальные сети была всегда, и это круг наших знакомых, круг нашего общения. Просто сегодня вот то, что мы называем социальными сетями, вот Facebook, Instagram, YouTube и все остальное прочее, – это всего лишь платформы для реализации нашей потребности в общении. Если человек – это социальное существо, мы не можем без общения, мы всегда должны реализовываться, самоактуализироваться через общение с себе подобными. И само собой разумеется, что при появлении новых информационно-коммуникационных технологий появляются такие новые возможности, как соединение людей независимо от границ, независимо от временны́х зон, независимо от языков, на которых люди общаются.

Александр Денисов: Это все понятно. Хорошо, общение, телефонная книга – почему они сопротивляются регулированию, объясните?

Роман Душкин: Так вот регулирование. Давайте подумаем...

Александр Денисов: Если все так спокойно и мирно.

Роман Душкин: Нет, все совсем не так. Смотрите, как я сказал, социальная сеть – это круг вашего общения. Вот вы общаетесь с вашими знакомыми, с какими-то людьми, и вдруг кто-то пытается влезть вот в это ваше общение своими регуляторными лапищами – вы будете этому сопротивляться?

Ксения Сакурова: И, Саша, будут тебе говорить, какими словами красноречивыми кому и что отвечать.

Роман Душкин: Регулятору я бы посоветовал сначала узнать, более глубоко понять природу новых явлений, с которыми мы сталкиваемся, прежде чем лезть туда своим рылом в эту тонкую материю.

Александр Денисов: Мы поняли.

Людмила, к вам вопрос. Отличается ли чем-то виртуальный мир, соцсеть от этого мира? Красть нельзя и там и тут, оскорблять нельзя и там и тут, домогаться к детям нельзя и там и тут, тебя привлекут. На улице у тебя могут попросить паспорт, ты его обязан предъявить, почему у тебя нельзя попросить паспорт в Сети, я не понимаю? Почему каждый раз это приходится доказывать с помощью отдельного закона и объяснять, что речь идет об обычной ответственности перед законом.

Людмила Бокова: Абсолютно.

Александр Денисов: Почему это приходится делать?

Людмила Бокова: Нет, абсолютно согласна с этим тезисом, потому что сегодня виртуальное пространство, пространство социальных сетей, ничем не отличается от того, если мы идем по улице. Мы же не совершаем на улице противоправных действий, хулиганства и прочего, прочего, точно так же и социальная сеть, вовлекая огромное количество людей, соответственно, должна регулироваться с точки зрения тех же самых норм, которые есть у нас в жизни.

Александр Денисов: Почему они хотят остаться сферой беззакония, зоной беззакония?

Людмила Бокова: Да, но у нас все-таки принят закон о фейках, и сегодня действительно у нас принят закон о том, что точно так же нельзя оскорбительно относиться, нужно защищать и понимать, что социальными сетями пользуются не только взрослые, но и дети, и та информация, которая может им причинить вред, она тоже не должна распространяться через социальные сети. То есть пропаганда наркотиков и прочие, прочие вещи также запрещены в социальных сетях. Я думаю, что здесь в данном случае никто не спорит, в том числе и разработчики социальных сетей, и они, скажем так, пытались и сами бороться своими способами, если я помню на память, тот же Facebook, например, пытался отметить, что вот это вот не совсем правильная информация, не совсем достоверная, бойтесь-бойтесь ее...

Ксения Сакурова: Facebook борется с фейкньюс опять же.

Людмила Бокова: Да, совершенно верно, то есть они предпринимают свои попытки это делать. Но при этом есть и законодательные ограничения, ну, к сожалению, государство вынуждено было пойти на это. Мы все с вами прекрасно помним, как мы переживали «Зимнюю вишню», после которой как раз родился закон о фейках, и там как раз ограничение не всей информации, а только та информация блокируется, которая повлекла за собой последствия определенные.

Александр Денисов: Как не спорят? Мы все наблюдали эту череду препирательств Роскомнадзора и Twitter, не хотели удалять детскую порнографию раз, информацию, пропаганду наркотиков два, сейчас я уже запамятовал, там несколько пунктов было, 4 тысячи страниц, там указывали 4 тысячи ссылок, они не хотели их удалять. То есть это называется, что они не спорят? Когда они блокируют Трампа, это их беды, бог с ним, но это тоже яркий пример. Это называется, они не спорят? Они зачем отстаивают свое право быть Диким Западом, я опять настаиваю на этой формулировке?

Роман Душкин: Я не склонен согласиться про Дикий Запад, здесь скорее, если вот говорить конкретно о Twitter, здесь налицо какая-то упертость вот этой конкретной социальной сети. Потому что да, несмотря на то, что вот эти все платформы, как я сказал, экстерриториальны, для них государственные границы, в общем-то, не имеют значения, поэтому они не хотят подчиняться какому-либо конкретному государственному регулированию.

Александр Денисов: А почему? Вот в чем причина?

Роман Душкин: Подождите. Но общечеловеческие какие-то принципы взаимного сосуществования они, конечно же, должны исполнять. И я не сомневаюсь, что в каких-нибудь документах Twitter, регулирующих контент, который там располагается, есть все что нужно, для того чтобы удалять и детскую порнографию, и вообще любую порнографию, и пропаганду наркотиков и чего бы то ни было противозаконного. Во всех государствах мира одно и то же противозаконно: возбуждение всякой розни, пропаганда самоубийств и прочего, прочего – это все противозаконно везде. И все площадки, которые предоставляют услуги по социальному взаимодействию, в своих документах это все тоже прописывают.

То, что Twitter уперся, скорее всего, это какая-то политическая воля каких-то конкретных людей в руководстве Twitter: Россия просит, мы России сейчас покажем. Вот, скорее всего, было что-то такое. Я не могу утверждать доподлинно и на 100%, но речь, скорее всего, идет о конкретных людях, которые дали указания не делать по указанию Роскомнадзора, потому что какой-то там Роскомнадзор какой-то России им не указн, вот что-то такое, скорее всего.

Александр Денисов: Да если бы только с Россией. А Facebook? Вы выгораживали Facebook, он помечает выступления наших политиков как ложные.

Людмила Бокова: Да.

Александр Денисов: Он спорит с правительством Австралии, будем перечислять, Великобритания с Google спорит...

Людмила Бокова: И удаляют, да.

Александр Денисов: То есть они бесконечно спорят со всеми. Почему они считают, что они должны быть сильнее государств? Вот, Людмила, вы мне можете объяснить вот это вот?

Людмила Бокова: Ну, все очень просто. Мы понимаем прекрасно, на чьей территории родилась та или иная социальная сеть, и она считает, что эта страна вполне себе может позволить ими руководить, а вот другим это непозволительно делать. Сегодня, к сожалению, мы констатируем, что не всегда социальные сети выполняют свою роль коммуникации, общения, пользовательского соглашения. Они чаще всего могут становиться в том числе и игрушкой в руках политиков...

Александр Денисов: Вот видите, а вы начали с телефонной книги, если бы я вас на это не вывел, вы бы так и утверждали, что это просто общение.

Людмила Бокова: Ну, они призваны для этого. Но мы все должны с вами прекрасно понимать, прежде чем мы заводим аккаунт в какой-либо социальной сети, я настоятельно советую очень внимательно прочитать пользовательское соглашение, очень внимательно. Оно постоянно меняется, оно видоизменяется, оно дополняется какими-либо правилами. Если вы соглашаетесь с этими правилами, ну хорошо, замечательно. Но я больше чем уверена, не все пользовательские соглашения не во всех социальных сетях такие уж безобидные.

Ксения Сакурова: Давайте примем звонок от нашего зрителя, из Липецка дозвонился Владимир. Владимир, здравствуйте.

Зритель: Мир вам.

Интернет – от слова «мир, которого нет», это суррогат общения. В наши годы, потому что телезрители вашего канала – это 50+, это люди действия, а люди, которые в интернете, – это люди бездействия. Страна нуждается в героях, а мы плодим, может быть, блогеров, больше никого. Так что «вайфайтесь» друг с другом, господа, у меня на работе так написано.

Александр Денисов: На работе?

Ксения Сакурова: Да, спасибо большое, Владимир.

Вот, кстати, начали мы говорить о том, что сегодня соцсети для людей. Вот как изменилась функция когда-то телефонной книги, когда-то средства общения? Сегодня это для нас что, Роман? Сегодня что мы там делаем и зачем мы там?

Роман Душкин: Ну как? Я начал с самоактуализации во время общения с себе подобными, это вот оно и есть. Смотрите, социальные сети, вот эти площадки, – это, в общем-то, не столько то, что известно и на слуху, Facebook, Instagram и так далее. Существуют специализированные социальные сети, например ResearchGate, это соцсеть для ученых, и ResearchGate, эта сеть объединила в себе, эта площадка объединила в себе, в общем-то, всех ученых мира, и ученые свободно обмениваются в ней материалами.

Сейчас есть некая политика, когда издательства закрывают доступ к научным работам, к статьям и так далее. Но когда ты зарегистрирован в ResearchGate, ты можешь напрямую у любого ученого попросить его материалы, и обычно тебе не отказывают, потому что у ученых тоже есть показатель, цитируемость, используемость их материалов и так далее. Если ты не можешь найти научную работу какую-либо в библиотеках, в издательствах, у тебя просят какие-то конские деньги за это, ты идешь...

Александр Денисов: «Конские деньги»? Хорошее...

Роман Душкин: В общем-то да, ты идешь в ResearchGate, но если ты ученый, туда не принимают так просто, ты идешь в ResearchGate, находишь эту работу, связываешься с ее авторами, большинство там, вот подавляющее большинство там, и ты с ними взаимодействуешь, коммуницируешь. То есть современные платформы взаимодействия с людьми открывают самые широкие просторы для именно экстерриториального общения, ты можешь найти любого человека не за шесть рукопожатий, а за одно, вот он.

Александр Денисов: Это здорово, вы хороший пример привели, если бы остальные сети тоже были построены по такому же принципу, для обмена знаниями, да мы бы только были бы рады. Но речь-то идет о других вещах, о проблемных, понимаете?

Ксения Сакурова: Ну, Саш, я думаю, что здесь каждый, в общем-то, волен выбирать, он как волен выбирать канал телевидения, который смотрит, так и волен выбирать, зачем использовать соцсети. Меня вот больше пугает то, что сейчас почти все глобальные соцсети – это такие маркетплейсы. То есть когда-то мы там все собрались, чтобы дружить и общаться, когда-то мы там оставили кучу своей информации, и теперь нам, основываясь на всем этом, продают что-то.

Людмила Бокова: Вас проанализировали.

Ксения Сакурова: Да, нас проанализировали. Меня вот это пугает. А что дальше? Сейчас наши данные используют, чтобы нам что-то продавать, теперь все глобальный маркетплейс, у «ВКонтакте» есть такси, у них есть даже система быстрых переводов денег, чего там только нет. А дальше-то что? Что они дальше будут делать с нашими данными, которые мы сами, подписав пользовательское соглашение, им разрешили использовать?

Людмила Бокова: Ну а дальше, собственно говоря, зависит от вас. Если вам это не нужно... Ну, многие социальные сети действительно пытаются сделать некие опции, когда ты можешь отписываться от чего-то, ты можешь просто просматривать, но не быть участником, тебе ничего не придет. Тот же, например, Telegram-канал, у них очень много вещей, которые пользователь может использовать для себя, для своей собственной защиты, то есть просмотрел, не более того.

Но тем не менее мы все прекрасно понимаем, что есть более, скажем, открытые сети, когда ты их ведешь, когда ты общаешься, ты должен понимать, что любая информация там остается навсегда, поэтому ответственность очень колоссальная на самом человеке лежит. Ее нельзя, она не исчезает никуда, это вот то, что там осталось. Даже если вы ее удалите, она все равно останется в интернете, и при любом... Скажем, любой специалист, задав поиск, все равно о вас все найдет.

Александр Денисов: Вот видите, вы еще одно место нащупали, так сказать, против нас, как направлены против нас соцсети. То есть, во-первых, они не хотят подчиняться, они хотят жить по своим законам, непонятно, вот хотят и все. Потом финансовый вопрос. Можем ли мы сделать вывод, что имеем дело с уже готовым цифровым каганатом, который мир захватил, который ставит себя выше государства, и не каждое государство отваживается с ними связываться?

Вот мы, бывает, только заявим, вот сколько раз Роскомнадзор, давайте посчитаем, говорил про регистрацию детей в социальных сетях только с определенного возраста с разрешения родителей, – да раза, наверное, три, вот последний вчера был, и они отозвали. Ведь они чего-то боятся, они, наверное... Вот рыночная экономика все-таки со здравым смыслом не всегда совместима. Можем сказать, что это цифровой каганат, который захватил все, и он нам диктует?

Роман Душкин: Слово «каганат» здесь, конечно, немножко смешно звучит, но...

Александр Денисов: Ну а почему нет?

Роман Душкин: Некоторые называют это цифровым концлагерем, но я бы все равно не стал это так прямо вот заострять. Это новая реальность, с которой нам приходится жить. Пятьдесят лет назад было что-то одно, и наверняка находились люди, которые говорили: «Вот радио порабощает наших детей, а телевидение так вообще адское изделие». А 100 лет назад или 200 лет назад монахи-переписчики книг говорили: «Печатный станок – это изделие...»

Ксения Сакурова: Происки дьявола.

Роман Душкин: Происки сатаны, да. Надо относиться к этому как к постоянно меняющемуся миру, и научно-технический прогресс идет, и он дает нам какие-то блага. Да, есть побочные эффекты, есть такие нюансы, но технологии, как я люблю всегда говорить, они амбивалентны, они не добрые и не злые, они такие, какие есть. В хороших руках они повышают наше качество жизни, а в злых руках они устраивают Хиросиму и Нагасаки. Ядерная энергия: в одних руках она мирный атом, а в других руках она ядерная бомба. Так же и здесь.

Александр Денисов: Про Хиросиму...

Людмила Бокова: Да. Но если вы соглашаетесь с социальными сетями, с пользовательским соглашением, у вас нет права отступить назад, когда вы уже отдали свои данные, все, кнопка...

Ксения Сакурова: А у меня есть вопрос: а есть ли возможность у нас сейчас быть вне этого?

Людмила Бокова: Ну... Фактически, если такое будет дальше наступление, мы вынуждены будем, для того чтобы использовать какие-то услуги и еще что-то, соответственно, мы вынуждены будем пойти по этому пути. И это достаточно, действительно очень опасно для общества.

Ксения Сакурова: А не получится (прости, Саш) так, что те, кто выберут для себя путь без соцсетей, они станут своего рода старообрядцами, отщепенцами, людьми вне общества?

Людмила Бокова: Ну, они просто будут лишены некоего рода информации, которая будет для них недостижима. И уровень, скажем так, социализации тоже будет меньше. Ну, не исключено, что, например, Госуслуги в цифровом виде, если мы будем получать только через социальные сети и только посредством интернета, то вот она, пожалуйста, прямая зависимость.

Ксения Сакурова: Ну вот они уже есть в «Одноклассниках», Госуслуги.

Александр Денисов: У нас на связи врач-психотерапевт, подключим к разговору Александра Оскаровича Теслера. Александр Оскарович, добрый вечер.

Александр Теслер: Добрый вечер.

Александр Денисов: Александр Оскарович, а можем мы предположить, что социальные сети используются для, так сказать, растабуирования запретных тем, не очень приличных тем? Вот приведу пример, недавнее интервью, все мы слышали про это, одной блогерши с маньяком, который там не кается вовсе в своих грехах, а, так сказать, хвастается, говорит, что он стал звездой, в общем, позирует, говоря по-простому. При этом накручиваются большущие просмотры.

Не возникает ли в обществе, что эта тема растабуирована? Раз все смотрят, значит, это, наверное, нормально. Приведу еще пример. По всем соцсетям гуляли одно время сюжеты про школьников, которые в Америке бесчинства творят, это плодилось, это тоже в какой-то мере растабуировало, приходило в голову другим подросткам. Можно много таких примеров подбирать. Правильный ли мы делаем вывод, что соцсети растабуируют запретные темы в том числе и для нашего общества?

Александр Теслер: Ну, давайте начнем с того, что такое технический прогресс? Технический прогресс не может быть ни плохим ни хорошим, как сказал предыдущий спикер, амбивалентный. Но амбивалентный – это и хочу и не хочу, и люблю и ненавижу, то есть это... нолики, единицы, это скорее человеческие маркеры. Вопрос в другом, что каждая идеология, может быть, конфессия, она старается каким-то образом табуировать определенные моменты, которые она считает проблемными для нравственности, для воспитания подрастающего поколения. Точно так же как появление радио, в Советском Союзе глушили «Голос Америки», чтобы это не мешало идеологическому воспитанию подрастающего и подросшего поколения...

Александр Денисов: Александр Оскарович, ну насчет радио, вы знаете, по радио нельзя транслировать порнографию, нельзя продать наркотики, нельзя сделать прочие прелестные вещи, поэтому что вы к этому радио?

Александр Теслер: Это... было описано, что с появлением фотографии ученик фотографа на следующий день стал делать порнографические фотографии.

Александр Денисов: Да, да.

Александр Теслер: Вот. А дело государства, в общем-то, регламентировать проблемный контент какой-то. Так что с появлением социальных сетей, в общем-то, появился в нашем государстве закон Яровой, в других государствах собственные какие-то фильтры. Это сложно назвать, конечно, каким-то образом цензурой, но есть взрослые люди, которые в ответе, причем с согласия всего общества, существует общественная организация, которая регламентирует показ 12+, 6+. Вот даже в Большом театре 12+ был «Щелкунчик», детей моложе не пускали. Есть люди, которые решают, главное, чтобы это были люди квалифицированные.

А насчет социальной сети... Ну да, конечно, появилась свобода, но свобода, как писал когда-то Энгельс, есть осознание необходимости, и эту свободу тоже, в общем-то, люди зрелые каким-то образом могут использовать, а люди незрелые, конечно, могут во вред использовать. Весь вопрос ведь о другом, чтобы не закрывать информацию, потому что, например, научная информация должна быть, научная информация всегда может сопровождаться какой-то иной информацией...

Александр Денисов: Александр Оскарович, а вам не кажется, что, если мы будем так философски смотреть на вещи, вот прогресс амбивалентен и прочее, мы однажды проснемся в обществе, которое мы не узнаем, Александр Оскарович? Вы не узнаете своего соседа через стенку, вы не узнаете молодежь.

Александр Теслер: ...то мы вообще ничего не узнаем и никогда не узнаем, потому что свет будет потушен, не то что компьютеры не будут работать, но, скажем, и... разных машин, так что придется стирать белье в тихом Доне. Я считаю, что все-таки так огульно говорить, что показали бесчинства, стрельбу в американской школе и сразу начались бесчинства в русских школах... Поверьте, школьники с удовольствием снимают издевательства друг над другом, издевательства над педагогами, и это не американское влияние. А то, что существуют соцсети и школьники там это выкладывают, – ну это данность.

Александр Денисов: Александр Оскарович, но вы же знаете, что любое упоминание ведет к переизданию, любое упоминание ведет к переизданию.

Александр Теслер: Ничего не сделаешь, только воспитание, воспитание в семье во главе угла.

Александр Денисов: Да. Если соцсеть не чистит, отказывается чистить свои ленты, любое упоминание ведет к переизданию, это провоцирует, это формирует реальность, создает, все, новая реальность.

Александр Теслер: Ну, нам нужны герои. Вот, например..., до того как появился герой, никто авгиевы конюшни чистить и не собирался. Понимаете, нужны люди, которые умеют это делать, и умеют это делать квалифицированно. Запретами ничего не сделать, запреты рождают только противодействие, Ньютон нам все про это рассказал. Весь вопрос в том, чтобы к этому подходить, как когда-то говорили, конструктивно, не все огульно запрещать, потому что это провоцирует только сопротивление, а объяснять. Как-то 20 лет назад меня пригласили в 6 класс, чтобы с классом, где учился ребенок моей коллеги, я провел воспитательную беседу о сексе, о наркотиках и прочее; я от шестиклассников узнал много для себя нового. Так что, поверьте, дети наши знают очень много того, что нам в голову не приходило, весь вопрос в том, чтобы дети приходили к нам за разъяснениями, чтобы у нас был контакт с нашими детьми и мы могли детям рассказать, как у папы Михалкова, что такое хорошо и что такое плохо.

Ксения Сакурова: Я все-таки хочу добавить ложку меда в эту нашу дискуссию. Александр Оскарович, а есть плюсы какие-то, с которыми вы сталкиваетесь? Есть люди, которые находят что-то действительно хорошее в социальных сетях и это их как-то лечит, это помогает им в жизни?

Александр Теслер: Ну, это не только лечит. Если бы не было социальных сетей в этот тяжелый год, год пандемии, год изоляции, это тот самый клапан на скороварке, все бы взорвалось. И так дикое количество семейного насилия, суицидов за этот год произошло. Но если бы не было социальных сетей, то народ, находясь в состоянии депривации, в состоянии изоляции, скажем прямо, я боюсь, что это бы превысило критическую массу и могло случиться все что угодно. Социальные сети – это тот самый предохранитель, который дал людям возможность общаться, меняться информацией, снимать напряжение. Так что в любом техническом прогрессе, конечно, можно найти и минусы, но это один большой плюс. А чтобы не было минусов, нужно, в общем-то, родителям быть ближе к детям.

Александр Денисов: Спасибо большое. Александр Теслер был у нас на связи, врач-психотерапевт.

Честно говоря, Людмила, вас не удивляет все-таки? Тема-то серьезная, и разговор об амбивалентности вот немного меня смущает.

Людмила Бокова: Ну, если относиться ко всему, все можно назвать...

Александр Денисов: ...амбивалентным.

Людмила Бокова: ...с точки зрения плюсов и минусов. Действительно, если говорить о технологиях, они содержат в себе определенное... Но мы должны понимать не с точки зрения амбивалентности, а с точки зрения того, что социальная сеть – это уже альтернатива реальной жизни, и с этим надо как-то, что-то, собственно говоря, воспринимать, как-то жить и защищать то, как мы это делаем и регулируем в повседневной жизни.

Ксения Сакурова: А мне еще очень интересна тема, что сейчас по сути дела отдельно существует человек и его аватар. Допустим, аватар Ольги Бузовой зарабатывает для Ольги Бузовой значительно больше, чем она сама, то есть ее образ в социальных сетях, то, что продает реклама, по большому счету, кормит саму физическую оболочку Ольги Бузовой. Вот куда мы дальше пойдем по этому пути, Роман?

Роман Душкин: Да опять же я повторюсь и скажу, что это не явление сегодняшнего дня, это было не придумано сегодня. Маски, которые надевают люди, выходя в общество, они были всегда. То есть да, сегодня, с появлением платформ социальных сетей, это стало очень легко. И там если даже взять какие-нибудь... Вот знаете, какие есть еще платформы для социального взаимодействия? Это банальные игры, игры, в которые мы играем, социальные... Вот смартфон, у всех есть смартфоны, там мобильные многопользовательские игры, и люди в этих играх тоже осуществляют социальные взаимодействия, миллионы людей во всем мире играют друг с другом в эти игры.

Людмила Бокова: Главное, чтобы они потом в реальности не играли с оружием.

Роман Душкин: Я о другом. И вот в играх они надевают различные маски, маски троллей, эльфов, каких-то других существ, и взаимодействуют друг с другом через это, и это тоже прикольно, почему бы нет.

Александр Денисов: Почему бы закону не разрешать снимать эти маски и заглядывать, кто там под этими масками? А ведь они упираются, они не хотят эти маски снимать.

Роман Душкин: М-м-м... Ну вот, мне кажется, это некая такая более интимная сторона человеческой жизни. Вы вот все время хотите, чтобы кто-то кому-то куда-то заглянул, а зачем?

Александр Денисов: В случае необходимости, если речь идет о преступлениях, мы говорим об этих вещах.

Роман Душкин: Конечно. Вот когда преступление будет совершено, тогда нужно будет иметь возможность его раскрыть.

Людмила Бокова: Но подстрекательство к преступлению – это тоже начало преступления.

Роман Душкин: Но разве у нас не презумпция невиновности? Пока преступление не совершается, люди добропорядочные...

Людмила Бокова: А как вы докажите его, если человек анонимный?

Александр Денисов: Если под маской, вот именно.

Ксения Сакурова: Ну и всегда ли, кстати, игра – это подстрекательство? Может быть, это просто выпуск пара, ведь такое же тоже бывает, я думаю, что психологи это подтвердят.

Спасибо большое! Я напомню, говорили мы сегодня про юбилей у «Одноклассников», 15 лет назад появилась эта первая русскоязычная сеть. Сегодня с нами были Роман Душкин, директор по науке и технологиям «Агентства Искусственного Интеллекта», и Людмила Бокова, исполняющий обязанности директора Федерального института цифровой трансформации в сфере образования Министерства просвещения Российской Федерации. Спасибо большое.

Александр Денисов: Спасибо.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)
Как социальные сети изменили нашу жизнь? Обсуждаем в день 15-летия «Одноклассников»