Татьяна Москалькова ответила на вопросы зрителей ОТР и рассказала о главных проблемах россиян

Гости
Татьяна Москалькова
Уполномоченный по правам человека в РФ

Виталий Млечин: Сегодня Международный день прав человека. Ну, это прекрасный повод побеседовать с уполномоченной по правам человека в России Татьяной Москальковой. Узнаем, как обстоят дела в нашей стране.

Татьяна Николаевна, здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте.

Татьяна Москалькова: Добрый день, Виталий и Оксана. Добрый день.

Виталий Млечин: Во-первых, большое вам спасибо, что нашли время с нами побеседовать.

Ну и во-вторых, первый вопрос, наверное, логично задать такой общий: сколько вообще пришло обращений в уходящем году? И на что жалуются наши сограждане чаще всего?

Татьяна Москалькова: Конечно, общая цифра мало о чем говорит. Но по сравнению с прошлым годом она существенно выше – это более 55 тысяч обращений, которые мы получили по электронной почте, по обычной почте, по интернет-каналам.

Но мы считаем, что здесь не только дело в том, что это пандемия, не только дело в том, что есть усложнение жизни, но и в том, что мы существенно расширили каналы доступа к уполномоченному по правам человека. Мы ввели интернет-приемную, личный прием по ВКС. Конечно, людям стало более удобно, для того чтобы прийти в наш институт со своими бедами, в институт уполномоченного по правам человека.

Виталий Млечин: На что жаловались чаще всего?

Татьяна Москалькова: Чаще всего – на социальные вопросы. Если это связано с пандемией, то это вопросы жилищных прав, медленно движется очередь. Люди во время пандемии не могли собрать документы для того, чтобы переподтвердить инвалидность. И очень важно, что были введены новые комплексы мер, которые позволяли людям облегчить решение этих вопросов.

Большое количество обращений было связано с проблемами экологии, здравоохранения, образования. С одной стороны, те, кто стали получать образовательные услуги дистанционно, считали, что эта услуга не адекватна той оплате, которая по договору внесена. Преподаватели, со своей стороны, тоже считали, что их работа усложнилась в режиме видеоконференцсвязи. Вот таких конфликтов интересов было достаточно много, и мы пытались в каждом случае разбираться и помочь людям, попавшим в трудную жизненную ситуацию.

Ну и традиционно большое количество обращений было связано с длительными сроками расследования преступлений, с отказами в возбуждении уголовного дела, с применением меры пресечения в виде заключения под стражу, с порядком и условиями содержания под стражей. Здесь были как и системные вопросы, так и индивидуальные, которые мы продолжаем рассматривать, по возможности вместе с органами государственной власти разбираться и помогать.

Оксана Галькевич: Татьяна Николаевна, мы проанализировали некоторые цифры, которые были в открытом доступе, по работе аппарата по правам человека. Давайте просто покажем сейчас эти цифры, попросим наших режиссеров вывести эту графику – как раз по жалобам о нарушении прав человека в нашей стране.

Вы знаете, я смотрю здесь: получение плановой медицинской помощи – стало больше в три раза; жилищных прав – в три раза; нарушение трудового законодательства – в семь раз. Ну, плюс 25% за год. Объем работы у вашего аппарата существенно увеличился! А вы как справляетесь? У вас там штат тоже вырос на 25%? Как?

Татьяна Москалькова: Спасибо большое за этот вопрос. Штат не вырос, а работы, действительно, стало больше. Пытаемся оптимизировать работу, найти какие-то новые механизмы, инструментарий, чтобы можно было быстрее рассматривать.

В частности, мы сегодня активно занимаемся вопросом цифровизации, запуском новой системы документооборота. Она называется «Логика», мы ее запускаем с 1 января, с тем чтобы человек, который прислал на электронную почту обращение, это обращение сразу же попадало к исполнителю, а не так сложно обрабатывалось, как это делается сегодня, порой вручную.

Оксана Галькевич: Татьяна Николаевна, а вот сейчас, под конец года, вы чувствуете, может быть, что этот рабочий процесс только набирает динамику? Почему спрашиваю? Потому что очень много сейчас разговоров вокруг, например, QR-кодов, люди этим возмущены. Закон еще пока не принят, он только обсуждается в законотворческой сфере, но тем не менее идет, знаете, в социуме такое тестирование этой инициативы. К вам обращаются с такими вопросами люди?

Татьяна Москалькова: Да, конечно. И очень хорошо, что в Государственной Думе проводится сегодня мониторинг и сбор мнений людей, для того чтобы понять, как идея нашла воплощение в законопроекте. Сама идея нам понятна: люди, которые осуществили прививку, и те, которые хотят иметь большую гарантию своей безопасности. Эта идея понятна. Вопрос: как она воплощена в законопроекте?

И сегодня совершенно очевидно, что законопроект требует существенной доработки, существенной доработки, для того чтобы появились QR-коды и для тех, кто без прививки, но имеет, например, большое количество антител. Стало быть, он переболел, прививка ему сегодня не показана, и он в то же время не является субъектом повышенных рисков.

Оксана Галькевич: То есть именно это – по антителам, да? Именно этот момент вас сейчас в нынешней редакции смущает? Или, может быть, что-то еще требует доработки, по вашему мнению?

Татьяна Москалькова: Доработки много других моментов требуют. Буквально сегодня мы получили заключение наших экспертов, которым я направляла эти законопроекты на проработку, на заключение. Я его готова направить в Государственную Думу. Там очень много вопросов, связанных с использованием QR-кодов! Не хватит нашей передачи…

Я очень благодарна, что ОТР уделяет внимание вообще вопросам прав человека в разных сегментах, в разных группах прав граждан. И то, что в сегодняшний день вы особенно подняли тему справедливости и тему награждения тех людей, кто выделяется из общей массы добрых людей, тех, кто смог увидеть чужое горе и протянуть руку помощи, несмотря на свое личное время, несмотря на свое личное благополучие. И вот сегодня мы таких чествовали, а вы их всех презентовали. Огромное вам спасибо!

Виталий Млечин: Так это вам спасибо.

Надежда из Твери нам звонит, давайте ее послушаем. Надежда, здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте, Надежда.

Зритель: Здравствуйте. Звоню по поводу бесплатных лекарств. Я инвалид второй группы, до сих пор не могу получить свое лекарство, которое мне нужно, «Фосфоглив» и полоски для измерения крови. Все кормят обещаниями: «Вот-вот-вот будет». Попробовала дозвониться до облздрава – не берет никто телефон. В общем, в какие инстанции ни звонила, вплоть даже до «Единой России» – никто не берет трубку, все заняты, заняты, заняты. И ежедневно с утра начинается такое: звонки – трубку не берут, все занято.

И с кого спросить? Кому пожаловаться? Ноги ходят плохо, ходить каждый раз не могу. Поэтому очень прошу: помогите, пожалуйста!

Оксана Галькевич: Надежда, оставайтесь пока на связи.

Татьяна Николаевна, можно я вас спрошу? Можно мы вам работы добавим в преддверии Нового года, если вы не против?

Татьяна Москалькова: Да-да-да.

Оксана Галькевич: Мы возьмем телефон…

Татьяна Москалькова: Это очень знаково. Нет, можно Надежда продиктует телефон?

Оксана Галькевич: Да. Мы возьмем ее телефон, зафиксируем проблему и передадим вам в аппарат, как мы это делали прежде. Вы не против же, да?

Татьяна Москалькова: Я бы была вам благодарна, если бы Надежда прямо сейчас в эфире продиктовала свой телефон. И сегодня она получит от нас звонок, мы узнаем все подробности: ее адрес, куда она прикреплена. И ей будет оказана… я уверена, что ей будет оказана помощь.

Оксана Галькевич: Татьяна Николаевна, я просто боюсь, что это личные данные.

Виталий Млечин: Да, в эфире, наверное, не стоит этого делать.

Оксана Галькевич: Надежда, может, и не захочет делиться ими в прямом эфире на всю страну. Может быть, мы как-то вас свяжем просто.

Татьяна Москалькова: Да, конечно, вы нас свяжете. А еще я продиктую телефон нашей горячей линии…

Оксана Галькевич: Давайте.

Виталий Млечин: Давайте.

Татьяна Москалькова: …которая в ежесекундном режиме принимает эти обращения, и мы их берем в работу. 8-800-707-56-67.

Оксана Галькевич: Это горячая линия…

Татьяна Москалькова: …уполномоченного по правам человека в Российской Федерации.

Оксана Галькевич: Отлично! Мы будем повторять в течение эфира номер горячей линии нашим зрителям.

Виталий Млечин: Да, обязательно.

Оксана Галькевич: Друзья, записывайте.

Надежда, ваш телефон мы попросим наших редакторов взять у вас и передадим сообщение Татьяне Николаевне.

А для вас, уважаемые зрители, у кого есть еще необходимость, связывайтесь, пожалуйста, по горячей линии: 8-800-707-56-67. Горячая линия уполномоченного по правам человека в нашей стране.

Виталий Млечин: А как еще можно обратиться? Только по телефону позвонить? Или есть еще какие-то способы связи? Вот вы говорили про цифровизацию.

Татьяна Москалькова: Виталий, очень просто. Вы входите в интернет, набираете: сайт уполномоченного по правам человека в Российской Федерации. У вас высвечивается окошко «Как написать обращение?». И выходит трафарет, вы его заполняете: фамилия, имя, отчество; телефон; проблема. Оно сразу же регистрируется, отдается в работу. С людьми свяжутся.

Также можно по горячей линии либо по телефону, который обозначен на сайте уполномоченного по правам человека, записаться на личный прием. И будет назначено время, когда примут наши специалисты. И я тоже постоянно веду прием граждан.

Оксана Галькевич: Татьяна Николаевна, вы не первый раз у нас в эфире, знаете, что он интерактивный. Люди нам продолжают звонить и писать. Примем звонок из Калининградской области. Татьяна, здравствуйте.

Виталий Млечин: Здравствуйте, Татьяна.

Зритель: Здравствуйте. Вы знаете, я вернулась на родину, на Урал… Ну, я сейчас в Калининградской области. Я вернулась на родину в 2008 году. С 2001 года мне не включили в стаж при начислении пенсии почти семь лет. Есть международное соглашение от 13 марта 1992 года, где таким, как я, Казахстан, Узбекистан… Ну, не у всех равные условия, буду говорить за себя, но Казахстан – там обязательно должны включать. Раньше на сайте Пенсионного фонда висело даже, что гражданам, которые вернулись из СНГ в Россию, обязательно включается этот стаж.

Я прошла и суды, и Путину писала на сайте, и Медведеву писала. И все возвращается обратно на места. Раньше возвращалось на Урал, где я жила. Сейчас я переехала сюда – опять на места. И все, и тишина.

Оксана Галькевич: Результата нет?

Зритель: Вот этот международный договор раньше висел, я говорю, на сайте Пенсионного фонда.

Оксана Галькевич: С 2008 года вы, Татьяна, пытаетесь с системой бороться, отстаивать свои права?

Зритель: Ну, я уже где-то последние четыре года поняла, что это бесполезно. И к уполномоченному по правам человека я обращалась. Раньше было Министерство соцзащиты и здравоохранения, к Афанасьевой, по-моему. Она мне давала ответ: «Вам должны включить». Это еще на Урале. Я пришла в Пенсионный фонд с этим письмом, что мне ответили…

Оксана Галькевич: Татьяна, давайте переадресуем. Ситуация понятна, вы все очень детально описали.

Татьяна Николаевна, что скажете, как прокомментируете?

Татьяна Москалькова: Без документов очень трудно прокомментировать. Но мы поднимем все, что у нас есть. У нас в этом году появился новый канал взаимодействия с Пенсионным фондом, его возглавил коллега Кигим. И у нас развивается Евразийский альянс омбудсменов. Я сделаю запрос непосредственно своему коллеге, уполномоченному по правам человека в Казахстане, с тем чтобы подняли документы и могли подтвердить вот это время работы в другом государстве. И уже с документами, конечно, примем какое-то решение, поймем, в чем здесь загвоздка, почему не получается помочь человеку столько лет.

Виталий Млечин: Татьяна Николаевна, мы посмотрели сейчас свежие новости, касающиеся работы вашего аппарата, несколько ваших интервью. Вы сказали, что стало расти количество жалоб на условия охраны труда. Вот что беспокоит людей? С чем это связано? И как можно в этой сфере помочь?

Татьяна Москалькова: Ну, самым красноречивым и горьким основанием является последняя трагедия с шахтерами в Кузбассе. Но этому предшествовали и обращения семей, обращения граждан о том, что не соблюдаются элементарно условия безопасности труда. И мы каждый раз направляли на проверку эти данные в прокуратуру, в органы ведомственного контроля.

Сегодня, наверное, настало время, и президент поставил такую задачу – приобщиться к работе прокуратуры и других конкретных органов, со своей стороны добавить и аргументов, и наших возможностей инструментария для того, чтобы можно было поднять уровень безопасности и ответственности собственника за устройство, за использование всех необходимых механизмов, обеспечивающих безопасность. И, конечно, роль и ответственность контролирующих органов за безопасность труда.

Виталий Млечин: А что вы советуете людям, которые к вам обращаются с этой проблемой? Как им лучше поступить, пока они ожидают этих изменений? Это же за один день не произойдет.

Татьяна Москалькова: Каждая ситуация имеет свой адрес и свой конкретный объект, где нарушаются права человека, трудовые права, право на безопасность. И в этом случае мы ничего не советуем, мы начинаем действовать. Мы связываемся конкретно и с прокуратурой этой территории, и с теми министерствами, которые обязаны контролировать, с губернатором и, конечно же, с уполномоченным по правам человека в субъекте Российской Федерации. Как правило, он приходит на это предприятие, смотрит сам на месте, обследует ситуацию. И нередко удается исправить это.

Виталий Млечин: Так, звонок еще один – из Москвы Татьяна.

Оксана Галькевич: У нас есть звонок от Татьяны из Москвы, да.

Виталий Млечин: Здравствуйте.

Зритель: Алло. Здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте.

Зритель: Меня слышно?

Виталий Млечин: Да.

Зритель: У меня вопрос такой, я коротко. Моему мужу 62 года. Он брал кредит. Ну знаете, получилось так, что полгода почти что болезнь была у него, вовремя не платил. Да, он виноват, никто не отрицает. Был суд, решение суда – выплачивать 3 100. Теперь приставы высчитывают из пенсии. Ну, пенсия составляет 20 с чем-то тысяч, а на руки он имеет 10 тысяч. К приставам попасть очень сложно! Пока запишешься, пока чего… Я уже не говорю о том, что там каждый второй ругается по этой же причине.

Вот он записался на 16-е число, но… Смех и грех, извините, он буквально недавно еще и ногу сломал. Вот как мне теперь быть? Под Новый год они точно вычтут, и он опять останется с десяткой на Новый год, то есть 10 тысяч на карман. Вот подскажите, как быть.

Татьяна Москалькова: Уточните, пожалуйста, какая это область.

Виталий Млечин: Москва.

Татьяна Москалькова: А, Москва? Да, хорошо. Будьте добры, пожалуйста, таким же образом передайте сегодня ваш телефон, мы с вами свяжемся. Я лично переговорю с судебными приставами города Москвы, они всегда очень откликаются на все наши обращения, ходатайства. И все, что в наших силах, мы сделаем для того, чтобы вам помочь.

Виталий Млечин: Ну и еще одна тема, которой мы частично уже коснулись, но все-таки она настолько важная, что представляется правильным к ней вернуться. Вот вы недавно в одном из интервью сказали, что несмотря на то, что решение о вакцинации каждый лично принимает для себя, но тем, кто отказывается от прививки, тем надо быть готовым к определенным ограничениям. Вот как уполномоченный по правам человека, пожалуйста, расскажите, где эта грань между свободой принятия решения и ответственностью перед обществом в целом? Как это все-таки должно в идеале строиться?

Татьяна Москалькова: Вы сейчас эту фразу взяли из контекста, но в контексте нужно иметь в виду, что все детали использования QR-кода тем, кто привитым, и тем, кто не привитый, должны быть отражены в законе, прописаны детально. Поэтому я постоянно говорю о том, что в том виде, в котором он сейчас находится, а их два законопроекта в Государственной Думе, они вряд ли могут быть приняты. По крайней мере, я со своей стороны формулирую поправки, которые не ущемили бы права тех, кто принял решение не прививаться.

Оксана Галькевич: Татьяна Николаевна, вы знаете, вы назвали номер горячей линии в прямом эфире, а у нас на SMS-портал пошли прямо сообщения: «Повторите», «Повторите», «Повторите». Мы с вашего позволения сейчас заголовок просто поменяем, если можно, друзья.

Виталий Млечин: Вот он уже появился на ваших экранах.

Оксана Галькевич: Вот телефон горячей линии уполномоченного по правам человека, аппарата уполномоченного по правам человека в России, он у вас сейчас на экранах, друзья. Все, кому нужно, обращайтесь туда. У кого есть возможность, успевайте это сделать у нас в прямом эфире.

Валерий из Ярославля.

Виталий Млечин: Здравствуйте, Валерий.

Зритель: Здравствуйте. Меня зовут Валерий Владимирович.

Оксана Галькевич: Здравствуйте, Валерий Владимирович.

Зритель: В многоквартирных домах молодые люди запускают шум постоянно, не дают пенсионерам и детям отдыхать. На сегодняшний день восемь раз вызывали милицию. Милиция приезжает, отправляет акты в административную комиссию. Административная комиссия не заседает. Люди продолжают бузить и не дают спокойненько отдыхать ни детям, ни пенсионерам. К сожалению, в кодексе написано, что штраф за нарушение – 200 рублей. Ребята, над нами смеются?

Давайте наведем порядок в законе и примем решение – вплоть до выселения из жилья и ограничения жить в этом городе. Пора наводить порядок! Люди у нас все одинаковые. Товарищ Москалькова, вы как генерал прокуратуры, обеспечьте, пожалуйста, милицию тем, чтобы она занималась своими делами. И административная комиссия, и прокуратура должны заниматься тишиной, для того чтобы люди жили спокойно. Одна сплошная лабуда!

Виталий Млечин: Сурово! Спасибо большое.

Оксана Галькевич: Да, спасибо нашему зрителю.

Виталий Млечин: Хотя по поводу шума – это, конечно, важный вопрос.

Татьяна Москалькова: Вы знаете, вы подняли очень важный вопрос! Правда, я не генерал прокуратуры, а генерал полиции в отставке, после этого депутат Государственной Думы двух созывов и ныне уполномоченный по правам человека. Но мне приятно, что вы видите во мне сильного человека, который может обладать возможностями переломить сложную ситуацию.

Действительно, сегодня в Административном кодексе Российской Федерации нет ответственности за эти правонарушения. Конечно, конечно, это правонарушения. И, конечно, должна быть ответственность за эти действия. Причем очень правильно отмечено, что полиция составляет только протокол и сама не вправе наложить взыскание на нарушителей, а только вправе отправить в административную комиссию, которая заседает в определенные периоды. И вообще разрыв функции правоохранительной очень пагубно сказывается на правах людей.

Я в своем докладе, который будет представлен президенту, обязательно буду отражать эту позицию и буду просить внести изменения в Административный кодекс, чтобы именно в Административном кодексе Российской Федерации, а не субъекта Российской Федерации, появилась ответственность за нарушение правил о тишине.

Виталий Млечин: Спасибо.

Оксана Галькевич: Татьяна Николаевна, спасибо вам большое.

Друзья, мы напоминаем, что у нас в эфире сегодня была уполномоченная по правам человека в Российской Федерации Татьяна Николаевна Москалькова. Мы сейчас повторим, вот вы видите на экране номер горячей линии.

Виталий Млечин: Да, телефон горячей линии: 8-800-707-56-67.

Еще раз: огромное спасибо Татьяне Николаевне Москальковой за то, что побеседовала сегодня с нами и ответила на наши и на ваши вопросы.

Мы сейчас прервемся совсем ненадолго, а потом будем обсуждать судьбу мигрантов в нашей стране. Так что никуда не уходите, мы еще не закончили.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать

Ваш комментарий будет опубликован после проверки модератором

Комментарии (1)
Олег Столяров
самый большой экономический удар по правам человека в России нанесла монетизация льгот. Особенно и очень обидно в части обеспечения льготными лекарствами. Считались то деньги на всех, а тратились на реально нуждающихся. А когда все получили, причитающуюся им часть деньгами (а кто же от своей доли то откажется?), то на нуждающихся то денег и не осталось. Больше сотни миллиардов пришлось государству туда добавлять. Что еще раз подтверждает аксиому: прежде чем право дать, посчитай - сколько это будет стоить?