Перепланировка квартиры: что можно, чего нельзя

Перепланировка квартиры: что можно, чего нельзя
Онкология. Блокировка банковских счетов. Рынок подержанных авто. Бензин. Работа для подростков. Промышленная политика
Рак: каждый имеет право на бесплатное обследование, лечение и реабилитацию по ОМС в крупных центрах
Алексей Рощин: Ранний детский труд поможет. Потому что хорошее образование приобрести трудно, а вот навыки пойдут на пользу
Как производят вентиляционное оборудование и системы отопления на заводе в Бронницах
Бензин снова дорожает. Это несмотря на соглашение между правительством и нефтяными компаниями
Покупка автомобиля на вторичном рынке. Пошаговая инструкция от специалиста по автоподбору
«Переводы между физлицами - самые подозрительные платежи на свете!» Что делать, если счет заблокирован? Советы специалиста по консалтингу
Почему канцерофобия страшнее самого рака? Главврач Центра им. Димы Рогачева - о ситуации с диагностикой и лечением онкологии
Обманутые дольщики. Мужчины 50+ без работы. Драка в Чемодановке. Проблемы ЕГЭ. Конфискация денег у госслужащих. Рубрика «Аграрная политика»
Как мужчинам после пятидесяти лет найти хорошую работу: почему служба занятости не может помочь?
Гости
Татьяна Овчаренко
руководитель «Школы активного горожанина», эксперт в сфере ЖКХ

Рубрика «ЖКХ по-нашему». Перепланировка по закону - какие могут возникнуть проблемы во время переделок в квартире? И главное - что разрешено, а что запрещено менять в жилом помещении?

Оксана Галькевич: Ну а у нас наша регулярная рубрика «ЖКХ по-нашему». Будем сейчас говорить о такой теме, которая касается очень многих: перепланировка квартиры. В студии – наш постоянный эксперт, руководитель «Школы активного гражданина», эксперт в сфере ЖКХ Татьяна Иосифовна Овчаренко.

Татьяна Овчаренко: Горожанина.

Оксана Галькевич: Горожанина. А я что сказала? Гражданина?

Татьяна Овчаренко: Гражданина.

Оксана Галькевич: Да практически одно и то же – горожанин, гражданин. Татьяна Иосифовна Овчаренко. Здравствуйте.

Александр Денисов: Здравствуйте, Татьяна Иосифовна.

Татьяна Овчаренко: Здравствуйте.

Оксана Галькевич: Татьяна Иосифовна, а есть какая-то статистика на самом деле, сколько квартир подвергаются или подвергнуты, так скажем, перепланировке, переделке квартир? Насколько частое это явление в нашей коммунальной жизни?

Татьяна Овчаренко: Ну, довольно частое, представьте себе, да. Ну, от очень мелкого, передвинуть унитаз…

Александр Денисов: Я сталкивался.

Татьяна Овчаренко: Вот, пожалуйста.

Александр Денисов: Соседи сверху переделали вентиляционный ход. Чувствую – не выходит из ванной воздух. Вызвали… Причем, знаете, с этим сложно бороться. Приходят товарищи из «Жилищника», они походили и говорят: «Нет, все в порядке, не переживайте». Еще раз вызвали – других. В итоге сказали: «Будем выяснять. Нас в квартиру не пускают», – отговорок много. В жилинспекцию я ходил, заявление писал. В итоге мне прислали фотографии в письме: вместо вентиляционного хода люди поставили стиральную машину, снесли стену, заложили. И пообещали мне, что наведут порядок. Вот не знаю, навели или нет.

Татьяна Овчаренко: Ну, это очень просто: берете спичку, зажигаете и подносите к вентиляционному…

Александр Денисов: Тянет – не тянет.

Татьяна Овчаренко: Тянет – не тянет. Самое первое. Увы, очень часто.

Александр Денисов: Самое первое – о чем думали люди? Очевидно же, что придут. Загадка какая-то.

Татьяна Овчаренко: Вы знаете, сейчас еще ничего. В 90-е годы это было поветрие, поветрие – сносили вентблоки. Или еще лучше – сносили… Есть квартир в Москве немало, где мусоропроводы шли…

Александр Денисов: Действующие.

Татьяна Овчаренко: Действующие. Они перекрывали и сносили. Да, было дело.

Александр Денисов: «Зачем? Нам не надо».

Оксана Галькевич: Татьяна Иосифовна, а на самом деле как должно быть-то? В Сашиной истории люди сначала сделали. А они вообще… Саша, ты выяснил? Они ее зарегистрировали, эту переделку? Разрешение на нее было?

Александр Денисов: А как ее можно зарегистрировать, Оксана?

Оксана Галькевич: То есть – нет?

Александр Денисов: Перебитый вентиляционный ход.

Татьяна Овчаренко: Нельзя ни в коем случае.

Александр Денисов: В случае пожара представляешь это?

Оксана Галькевич: Ну, как можно зарегистрировать? Пришел с «котлетой» куда-нибудь и зарегистрировал.

Александр Денисов: Оксана, в школах котлеты носят.

Оксана Галькевич: Я не ношу, кстати, котлеты в школу, не надо.

Александр Денисов: Нет, говорят, что носят.

Оксана Галькевич: Татьяна Иосифовна, я к тому, что сначала, если вдруг люди задумали что-то в своей квартире, хотят каких-то изменений, сначала нужно сделать проект и получить на него разрешение, правильно? Ведь так?

Татьяна Овчаренко: Да. Но сначала вы в местное самоуправление обращайтесь, ну, в его исполнительный орган – в администрацию или в управу. И идете обычно (ну, по-разному) к районному архитектору, если вы перегородку двигаете или что-то такое, и получаете разрешение. При этом вы должны доказать, что вы собственник, что все члены семьи (а вот это сложно) согласны. Ну, это в случае перепланировок. В смысле переустройства, подвинуть что-то незначительное – обычно нет. То есть куча документов. И после этого вы получаете проект или эскизный проект. После этого вы вызываете мастеров, и они делают.

Оксана Галькевич: Давайте посмотрим, как это бывает на самом деле в обычной нашей жизни. Есть у нас история одна из Петербурга.

Один из петербуржцев почти год жалуется на последствия перепланировки, которую сделали ее соседи. Евгений Мартынов рассказывает, что ремонт проблемного жилья хозяин начал в сентябре прошлого года. Рабочие оборудовали в квартире пять санузлов и таких мини-кухонь. Комнаты постоянно сдаются разным людям. По сути, там появился мини-хостел, в этой квартире. Евгений Мартынов жалуется на шум и на неприятные запахи из этой квартиры. Все тянет прямо к нему в дом, в квартиру. Из-за этого, он говорит, его семье приходится постоянно жить с открытыми окнами – что летом (что еще более или менее сносно), что зимой.

СЮЖЕТ

Александр Денисов: Евгений Мартынов обратился в районную администрацию и в «Жилкомсервис». Сейчас чиновники готовят обращение в суд по поводу несанкционированной перепланировки.

Татьяна Иосифовна, вот «нехорошая квартира».

Татьяна Овчаренко: Непонятно, почему целый год. Это вообще надо очень быстро делать и подавать в суд, потому что квартиру эту можно продать и нужно продать. Товарищу дать остаток средств, которые…

Александр Денисов: В смысле – через суд продать?

Татьяна Овчаренко: Да, продавать через суд. Ну, потом он назначает продавца и так далее. И там судебные издержки вычитаются, остается как раз на собачью будку. Да, очень впечатляюще.

Оксана Галькевич: Поучительно. Уважаемые телезрители, кстати, если у вас есть какие-то вопросы именно по перепланировкам квартир или какие-то ситуации, с которыми вы сталкивались, звоните нам или пишите на SMS-портал. Вот Татьяна Иосифовна у нас в студии, в прямом эфире сможет что-то прокомментировать.

Татьяна Иосифовна, вот эта история в Петербурге – там ведь, судя по всему, юридическое лицо. Хостел – это уже бизнес какой-то, это не просто квартира частного хозяина.

Татьяна Овчаренко: Еще хуже.

Оксана Галькевич: Еще хуже?

Татьяна Овчаренко: Это еще хуже.

Оксана Галькевич: Для хозяина.

Александр Денисов: Я вот сомневаюсь, что юрлицо. Ему вряд ли бы разрешили все это провернуть, официально это невозможно сделать.

Татьяна Овчаренко: Конечно, таким образом, как он сделал. Количество спальных мест, между прочим, определяется, там норматив есть некоторый. Поэтому, пять раз по пять спален и столько туалетов…

Александр Денисов: И по пять туалетов и кухонь.

Татьяна Овчаренко: Туалет – ни в коем случае! Это же мокрые процессы, их можно только двигать в пределах этих мокрых процессов. То есть вы можете заузить туалетную комнату – ну, может, вы такой.

Александр Денисов: А можно и расширить?

Татьяна Овчаренко: Может, вы Водянова, вы вот так входите – и вам ничего не мешает.

Оксана Галькевич: Мы? Да. Мы стремимся.

Татьяна Овчаренко: Можете немножко «заехать» на кухню – тоже мокрые процессы, это пожалуйста. А как жилые… Говорят (например, я считала, что это местное законодательство), что едут «едут» на коридор, «выезжают» конструкции. Но вообще – нет. Хотя и нежилое, но все-таки нет.

Александр Денисов: Вы знаете, насчет мокрых точек. Сейчас единственное, что останавливает людей от всех вот этих перепланировок – это возможная будущая перепродажа квартиры. В данном случае это препятствие для продажи, потому что… Чаще всего сейчас через ипотеку берут. Приходит человек из банка, оценивает. И как только он видит, что мокрая точка где-то не там, где-то стена, где-то что-то заложили – он тут же это описывает. И банку уже не интересно выдавать под залог такой квартиры кредит, потому что они этого не любят, они не связываются. Они говорят: «Найдите другую квартиру». И все, человек не может продать. Так он наказан.

Татьяна Овчаренко: Да, это верно. И потом, в техпаспорт же это вносится в БТИ. Вы же продать не можете без этого. Но была амнистия, когда… Вот я развернула ванную, у меня просто сталинский дом. Это одно время было не «ай-ай-ай». Я пошла к районному архитектору, и он сказал: «Глупости какие! Вот-вот войдет». И действительно, всем нам сняли эти просто развороты.

Александр Денисов: Но это же вообще не критично.

Татьяна Овчаренко: Да, если ты правильно все сделал, в соответствии с нормативами. А так – нет, ни в коем случае.

Оксана Галькевич: Зрители комментируют историю в Петербурге и говорят: «Ха, подумаешь, хостел! У меня соседи на 14-м этаже бордель устроили». Тоже в суд надо подавать и выселять?

Александр Денисов: Вы знаете, кстати, смешная история, если насчет этого. Обычно люди довольны, потому что там устанавливают двери, видеокамеры, там охрана и порядок. И все довольны.

Оксана Галькевич: В борделе?

Александр Денисов: Да. И все говорят: «Тишь и благодать!» Никто не возмущается. Даже полицию не вызывают. И все прекрасно знают.

Татьяна Овчаренко: Замечательно.

Александр Денисов: Давай.

Оксана Галькевич: Мне про котлеты сказал, а сам тоже в другой теме, я смотрю.

Александр Денисов: В курсе, да.

Оксана Галькевич: Телефон… ой, да, у нас раскалился, звонков очень много. Татьяна из Ставрополя.

Александр Денисов: Оксана, не теряйся.

Оксана Галькевич: Ну, я всегда на месте. Татьяна, здравствуйте.

Зритель: Алло.

Оксана Галькевич: Здравствуйте. Говорите, пожалуйста, Татьяна.

Зритель: Добрый день. Вот здесь говорят, что сами делают перепланировку. А нас заставляют делать перепланировку.

Оксана Галькевич: Это как?

Зритель: У нас старые дома, 58-го года, двухэтажки. Нас заставляют из ванной вынести в кухню газовые… Господи! Быстро хотела сказать.

Оксана Галькевич: Колонки?

Зритель: Колонки. Господи! У нас 6,5 квадратов кухня. Нас заставляют сделать в кухне счетчики газовые и колонку туда. Извините, чтобы передвинуть стенку, мне посчитали, у меня выйдет, чтобы все это сделать по закону, 25 тысяч. Вы меня извините, я пенсионерка, у меня сын инвалид. И что я должна? А мне надо, кроме этого, после сделать полностью ремонт. И теперь ко мне приходят газовики и говорят: «А у вас незаконно колонка стоит, мы ее не будем смотреть». И что это?

Татьяна Овчаренко: Ну, впервые слышу, что надо из ванной переносить газовые отопительные приборы. Говорят, что кур доят. Они вам показывают какой-то закон?

Зритель: Я собрала документы четыре года тому назад, решила, что пока более или менее себя чувствую хорошо. Я пошла в горгаз и думаю: «Переставлю, как-то что-то сделаю». Они мне сказали… Они мне посчитали и, говорю, выставили 25 тысяч. Это только передвинуть. Мне надо передвинуть стенку, сделать маленькую ванную и перенести. Колонку нельзя ставить, потому что там вода. Там плита – нельзя. В общем, я не знаю, куда все это вмещать.

Татьяна Овчаренко: Не знаю относительно плиты. И относительно того, что там вода, тоже не знаю. Я вас спросила: они вам законные основания предъявили? Письменно, не разговоры.

Зритель: Да, сказали, что колонка…

Татьяна Овчаренко: Еще раз, простите, пожалуйста. Вы все время говорите «они сказали».

Зритель: Горгаз. Я была в горгазе.

Татьяна Овчаренко: Ну и что? Да нет, вы, пожалуйста, запросите у них документы, которые это обосновывают, а не «они сказали», потому что мало ли что им интересно. Я впервые об этом слышу.

Зритель: Вы понимаете, у нас два квартала старых. Вот у нас недавно был такой неприятный инцидент с другим кварталом. И там было прямо сказано… Нам обещали: «Если вы разрешите поставить большой дом, мы сможем сделать, чтобы вы колонки не переносили в ванную». Это было сказано по телевизору.

Оксана Галькевич: Это как-то очень странно звучит.

Зритель: Это было по ставропольской передаче.

Татьяна Овчаренко: Ставропольский край? Не удивляюсь.

Александр Денисов: Спасибо.

Оксана Галькевич: Татьяна, спасибо большое. Я все-таки предлагаю прислушаться к совету Татьяны Иосифовны Овчаренко и запросить какие-то документы, законные основания, а не опираться на мнения каких-то передач, людей, которые что-то говорят.

У нас есть еще просто звонки, у людей много вопросов. Любовь из Челябинска, здравствуйте. Говорите, пожалуйста.

Зритель: Здравствуйте. Дело в том, что я проживаю в 12-этажном доме панельном на шестом этаже. В 2014 году мои соседи купили квартиру однокомнатную и сделали там грандиознейшую перепланировку: они снесли три несущих стены, демонтировали подоконные части и часть несущей стены между комнатой и кухней, оконные блоки, радиаторы, арки в несущих стенах, демонтировали балконную плиту-ограждение и вместо нее установили панорамное окно. Кроме этого, получилось еще объединение балкона с комнатой и балкона с кухней – квартира увеличилась на 10 квадратных метров.

Александр Денисов: А эти соседи сверху или снизу над вами живут?

Зритель: Рядом.

Александр Денисов: Рядом?

Зритель: Они рядом. У меня разрушается квартира, как бы в углу у меня идет трещина. И в другом углу идут гармошкой обои – я их не вскрываю и не знаю, там есть трещина или нет трещины. И в коридоре трещина пошла.

Александр Денисов: А в жилинспекцию жаловались на соседей?

Зритель: Обратилась. Ну, сначала мы в прокуратуру, в инспекцию и везде составили акты и объяснили, что общедомовая собственность разрушена и демонтирована. Они ничего, дальше продолжали, три дня сносили все. Потом я обратилась в суд. И суд я проиграла, потому что они предоставили поддельный технический паспорт. Когда я об этом случайно узнала, и мне дали справку, я обжаловала. 25 мая 2015 года было вынесено постановление отменить решение суда и принять новое решение – обязать восстановить квартиру № 23 в прежнее состояние до перепланировки и реконструкции. Но они до сих пор не восстанавливают. Судебные приставы бездействуют. Год они вообще молчали, а потом стали писать отписки.

Кроме этого, они 27 октября 2017 года незаконно окончили производство, без всяких оснований. Через полтора месяца мы об этом узнали. Вмешалась администрация города. И они задним числом, от 1 ноября, отменили это постановление и возобновили производство. И сейчас по телевидению 23-го числа судебный пристав Федерального управления судебных приставов Анастасия Кускова вообще заявила о том, что у них к Банниковым и нет никаких претензий, потому что остались только какие-то небольшие нюансы…

Оксана Галькевич: Татьяна Иосифовна, вы можете что-то прокомментировать?

Татьяна Овчаренко: Мы не можем обсуждать здесь большие судебные процессы. Вы решайте, вам что дороже – собственная жизнь или бездействие приставов? И соседям вашим. Или вы полагаете, что если очередной дом осядет (а панельные садятся сразу с большим количеством жертв), то опять найдутся денежки вас куда-нибудь на окраину запихать в очередной курятник? Я вообще поражаюсь в этом смысле людьми. Если бы рядом со мной только начали такие работы, клянусь, я собственные усилия бы предприняла, объяснила бы соседям степень опасности и вынесла бы этих соседей.

Александр Денисов: А там же, наверное, уже невозможно заделать, раз панельный дом, уже трещины.

Татьяна Овчаренко: Это очень опасно. Это очень опасно, потому что дом панельный. Если у нас кирпичный, каменный дом, мы подоконный блок можем выбить без разговоров, потому что рама у нас, ну, оконная специальная, она идет донизу. Но и то, если другая конструкция балконов. Если лоджия – ничего страшного. А это очень опасно! У нее обои, поэтому наша слушательница не смотрит, есть ли трещины или нет. Это идиотизм какой-то.

Оксана Галькевич: Нет, Татьяна Иосифовна, здесь, справедливости ради, все-таки нельзя ее упрекнуть в бездействии абсолютно.

Татьяна Овчаренко: Ее – нет. А что думает Челябинск? Это вопрос действия и бездействия. Надо возбуждать уголовные дела за действие и бездействие правоохранительных органов.

Оксана Галькевич: Татьяна Иосифовна, вот спрашивает Владимирская область: «А как быть с новостройками? Сдают собственнику квартиру без стен. Где брать мокрые зоны? В МВФ?»

Татьяна Овчаренко: Вообще, между прочим, есть проект, в котором они обозначены, есть планировки. Просто вам предлагают это сделать. Нужно требовать проект и находить в нем, где это. И потом, там где-то выводы есть, они же выводят сети.

Александр Денисов: Торчат, конечно.

Татьяна Овчаренко: Торчат.

Александр Денисов: Сливы и трубы.

Татьяна Овчаренко: Ну, где торчит – там и мокрая зона.

Александр Денисов: Туда и ставьте.

Оксана Галькевич: Люди комментируют еще истории, которые мы обсуждаем. Вот пишут: «Чтобы обращаться в суд, нужны основания. А если не пускают в квартиру те люди, которые делают перепланировку и, соответственно, досаждают какими-то последствиями, в общем, ты не знаешь, о чем писать».

Татьяна Овчаренко: Писаешь в ФСБ о том, что там регулярно собираются неизвестные лица и приносят большие тяжелые сумки. Я серьезно совершенно говорю. И требуйте немедленно. Вы подозреваете, что там… Потому что гражданин имеет право подозревать и имеет право представлять себе.

Александр Денисов: А раз перепланировка, то большие сумки точно выносят.

Татьяна Овчаренко: Да, вносят и выносят.

Оксана Галькевич: И выносят, кстати.

Татьяна Овчаренко: Да. Требуйте вскрытия квартиры. Что значит «не пускают»? Такого нет. В законе написано, что если у полиции есть основания предполагать, что совершается действие, опасное для жизни и здоровья граждан, то она без всяких разговоров вскрывать, никого не спрашивая.

Александр Денисов: Ну, минимум – участкового можно попросить, ему обязаны открыть.

Татьяна Овчаренко: Наряд, да.

Оксана Галькевич: Участковый не войдет в квартиру чужую.

Татьяна Овчаренко: Ну, требовать, а потом подавать в суд.

Александр Денисов: А жилинспекция имеет право входить?

Татьяна Овчаренко: Конечно.

Александр Денисов: По требованию?

Татьяна Овчаренко: По требованию. Нельзя отказать при таких обстоятельствах, нельзя. Если человек не пускает в квартиру – это основания для веских подозрений. И, следовательно, квартира должна быть вскрыта. Все. Фокусы «мое – не мое»… Пожалуйста, в лес, в избушку, медведей пригласим, будут гости, и все будет хорошо.

Оксана Галькевич: Любовь, Московская область. Здравствуйте.

Татьяна Овчаренко: Здравствуйте.

Оксана Галькевич: Любовь, сделайте, пожалуйста, телевизор потише, пожалуйста, на минимум звук. Говорите с нами по телефону.

Зритель: Вы знаете, Татьяна Иосифовна ответила на мой вопрос.

Оксана Галькевич: Да?

Зритель: Насчет оконного блока. Я ее поняла, так что…

Оксана Галькевич: Ну все. Отлично! Спасибо, Любовь. Тогда предоставим время нашим другим телезрителям, у нас как раз Калининград хочет вопрос задать. Александр, здравствуйте, приветствуем вас в прямом эфире.

Зритель: Здравствуйте, здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте.

Зритель: Значит, у меня ситуация практически точно такая же, как сюжет был в Петербурге. В прошлом году (у нас старый немецкий дом) соседи с четвертого этажа затеяли перепланировку и переустройство без всяких разрешительных документов. Мы обратились в комитет градостроительства и архитектуры, к господину Крупину. Во все инстанции, короче, обращались. Разрешения на строительство никакого не было. Строительство и перепланировка квартиры продолжилась. В итоге они из трехкомнатной квартиры сделали двухкомнатной, переместив часть стены кухни в сторону маленькой комнаты.

Мы подали документы в суд. Судья, рассматривая наше дело, отказала в выездном заседании, чтобы определиться и посмотреть, что здесь все-таки творится, в верхнем квартире. В итоге мы дело проиграли. Но самое интересное – получилось так, что в декабре месяце 2018 года было выдано разрешение сроком на месяц на переустройство и перепланировку этой квартиры. То есть год они ее переустраивали без всяких разрешений, потом на месяц это разрешение было выдано. И квартира была узаконена. И где правда, что называется?

О чем говорит Татьяна Иосифовна? «Обращайтесь в суд». Обратились, а результат-то был нулевой. Было сначала дело сделано, а только потом было выдано разрешение администрацией, администрацией города Калининграда было выдано разрешение. О чем это говорит? Я так думаю, что это говорит о коррумпированности чиновников, которые плевали на наши обращения – притом не только мое, а нас несколько человек.

Александр Денисов: Спасибо большое, спасибо.

Оксана Галькевич: Александр, давайте Татьяну Иосифовну выслушаем, времени мало очень остается.

Татьяна Овчаренко: Ну, в оправдание вашей судьи. Я в своей жизни за свою практику три раза видела живого судью, который выезжает на место происшествия, если это не уголовное, а гражданское дело. Так что она вполне добросовестно подошла.

Во-вторых, в старых немецких домах перегородки между кухней и жилыми комнатами могут быть ненесущими, их можно таскать туда-сюда, если, конечно, на это есть какие-то конструктивные основания. Так что вот так судить с плеча, что судья… что там какие-то взятки, я бы не взялась. А то, что задним числом оформлено и время прошло… Штрафы там положены вообще. Ну, «могучий» штраф – 2,5 тысячи рублей.

Оксана Галькевич: Ой, страшное дело!

Татьяна Овчаренко: Это, конечно, подорвет благосостояние этой семьи.

Оксана Галькевич: Абсолютно.

Татьяна Овчаренко: И срок уже этого штрафа истек.

Оксана Галькевич: Татьяна Иосифовна, очень мало времени остается…

Татьяна Овчаренко: В кодексе короткие периоды.

Оксана Галькевич: Давайте на несколько вопросов ответим. «Можно ли перенести дверной проем в несущей стене?»

Татьяна Овчаренко: Если вы устроите специальную конструкцию – двутавровые балки, целое дело, заведете их туда – можно. А так – нет.

Оксана Галькевич: «Можно ли по стояку, где находится спальня, делать кухню?» По стояку.

Татьяна Овчаренко: Нет.

Оксана Галькевич: Нельзя. Мы бы спросили о большем, но уже не успеваем. Спасибо большое. Татьяна Иосифовна Овчаренко была у нас в студии, руководитель «Школы активного горожанина», эксперт в сфере ЖКХ, – каждую среду в этой студии в это время, уважаемые друзья. Ну а у нас впереди большой выпуск новостей. Не прощаемся с вами, сразу после вернемся.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)

Выпуски программы

  • Полные выпуски
  • Все видео