Татьяна Овчаренко: Если город отказал в установке пандуса или подъёмника, можно сделать это за свой счёт, а потом взыскать с города затраты

Татьяна Овчаренко: Если город отказал в установке пандуса или подъёмника, можно сделать это за свой счёт, а потом взыскать с города затраты
Леонид Григорьев: Мировой кризис бывает, когда грохается большая страна и происходит драматическое падение нефти
Как потребовать перерасчёт за оплату мусора и при этом добиться его своевременного вывоза
Дмитрий Гордеев: Местные бюджеты – это «тришкин кафтан»: очень большие публичные функции, а средств катастрофически не хватает
Саркис Дарбинян: Если мы хотим иметь конкурентные IT-сервисы, надо раз и навсегда отказаться от репрессивного правового регулирования этой отрасли
Погашение кредитов: какую часть семейного бюджета это отнимает?
Год в сапогах: военкоматы теперь займутся новобранцами и без официальной прописки
Таганрог остался без воды. О ситуации в городе - наш корреспондент Дмитрий Андреянов
«Матчи Евро-2020 у нас совершенно точно не отберут!»
Сокращение чиновников: станет ли в стране меньше бюрократии?
Какие пенсии в России? Достойная зарплата. Пентагон нацелился на Калининград. Лишние уроки. Тату детям не игрушка!
Гости
Татьяна Овчаренко
руководитель «Школы активного горожанина», эксперт в сфере ЖКХ

Рубрика «ЖКХ по-нашему». Недоступная среда. Инвалиды-колясочники то и дело жалуются на неудобные пандусы в подъездах. Они просят заменить их на электрические подъемники. Но остальные жильцы, как правило, против. Эту типичную историю разбираем сегодня в нашей рубрике. У кого какие права и возможности? И насколько они, действительно, ограничены?

Ольга Арсланова: Мы продолжаем. И время нашей рубрики – «ЖКХ по-нашему». Сегодня поговорим о том, как живет с инвалидом в многоквартирном доме, как отстоять свои права, обустроить пандус в подъезде, и что делать, если против этого выступают жильцы дома. Мы понимаем, что пандусы помогают не только людям с ограниченными возможностями, не только инвалидам, но очень они нужны и семьям с маленькими детьми, потому что спустить коляску по лестнице – тоже та еще история. Поэтому я думаю, что сегодняшняя тема будет интересна многим зрителям.

Петр Кузнецов: Вот случай, история, недавний пример. В Брянске инвалид-колясочник 2 года добивался установки пандуса в подъезде. Чиновники и управляющие компании проблему игнорировали, и только после обращения к журналистам жители узнали об этой истории, скинулись и поставили пандус за 65 000 рублей.

Ольга Арсланова: Вот цена вопроса. А в Костроме жильцы дома судятся с инвалидом, отказываясь платить по 16 рублей с квартиры за пандус. Столько стоит его содержание. А соцстрах и городские власти принимать подъемник на баланс отказываются. Дело дошло до суда. Там довольно серьезный скандал.

Петр Кузнецов: Вы понимаете, что такие истории происходят по всей стране. В России официально при этом работает программа «Доступная среда». Создавалась еще в далеком 2009 году. И по ней к 2020, то есть уже к следующему году, по всей стране должен появиться беспрепятственный доступ инвалидов к городской инфраструктуре. Правда, многие инвалиды до сих пор просто не могут покинуть свои дома.

Ольга Арсланова: Что с этим делать, какое есть законодательство и какие в нем пробелы существуют? Обо всем этом поговорим с руководителем Школы активного горожанина, экспертом в сфере ЖКХ и постоянной ведущей нашей рубрики Татьяной Овчаренко. Татьяна Иосифовна, добрый вечер.

Татьяна Овчаренко: Добрый вечер.

Петр Кузнецов: Здравствуйте.

Ольга Арсланова: Давайте разберемся, что на бумаге. Какими правами обладают жители, которым пандус нужен. Это могут быть инвалиды, это могут быть семьи с детьми.

Татьяна Овчаренко: По программе «Доступная среда», о которой только что говорили, все это должны быть пандусы в обязательном порядке, либо подъемники.

Ольга Арсланова: В каждом подъезде, где есть в этом нужда.

Татьяна Овчаренко: Или лифты. Тут собака и зарыта. Потому что часть проектов и зданий у нас, которые существуют, в них невозможно установить внутри пандус в связи с тем, что соотношение плоскости 1 к 5, то есть на метр высоты 5 метров длины.

Ольга Арсланова: Это требование…

Татьяна Овчаренко: Это требование ГОСТа, СНИПа и так далее. Это для того, чтоб вы не убились, как у нас входе в метро. Обратите внимание. Эта система, при которой швеллеры, то есть такие металлические полозья, кладут прямо по лестнице, это совершенно недопустимо. И они должны быть демонтированы. Потому что уклон опасность для жизни создает. Если вы не дай бог сядете на коляске, вы убьетесь.

Ольга Арсланова: Подождите. Вот советские наши дома, 12-этажки, 14-этажки, например, стандартные – там очень мало пространства в подъезде. То есть там по большому счету некуда монтировать. Только можно сверху положить.

Татьяна Овчаренко: Да. Есть два варианта. Можно пристроить градусник. Знаменитые лифты, которые вешают на наружную стену. Исключительно для пользования инвалидов с индивидуальным ключом. Это возможно. И то не обязательно. Но детки очень любят кататься на этих самых лифтах.

Можно строить специальные подъемники. В том числе существуют такие направляющие в самых узких местах. В пятиэтажках элементарно, где войдешь и сразу ступеньки. Где коляска подцепляется и с помощью тельфера, то есть такого моторчика, подымается на нужный этаж. У нас этого не делают. Я видела только один такой подъемник в Омске для инвалидов-афганцев. Хотя это известная система. Прямо по лестнице можно. И очень часто просто не хотят делать. Достаточно часто.

Ольга Арсланова: Не хочет кто?

Татьяна Овчаренко: Ни управляющая организация не хочет делать. Потому что это надо проект, надо что-то там покупать, надо устраивать, надо за этим следить. Нет.

Петр Кузнецов: Смотрите, даже если в подъезде живет одна мама с коляской, недавно стала мамой, ей это необходимо, уже на основании только запроса одной мамы обязаны поставить пандус?

Татьяна Овчаренко: Нет.

Петр Кузнецов: Как должно быть? Или должно быть 10 мам и инвалид?

Татьяна Овчаренко: Общее собрание. Им порекомендуют купить коляску с такой перевалкой, с помощью которой можно подыматься по лестнице. «Сама, пожалуйста». Но вообще общее собрание может обязать управляющую организацию. Это будут единовременные затраты, за которые надо будет рассчитаться. И установить пандус или подъемник, или поручни. Но для мам с коляской поручни совершенно… Вы же коляску ведете. Поэтому вы не можете за поручни держаться одновременно. А для инвалидов это имеет значение.

Ольга Арсланова: Смотрите, мамы с коляской, в общем-то, довольно часто встречаются в наших домах. И здесь всегда можно какой-то общественный интерес, договориться и найти компромисс. С инвалидами сложнее, потому что часто получается, как в некоторых региональных историях, что против одного жителя ополчается весь дом. Считают, что интересы одного человека не должны превалировать. Обязаны ли действительно все остальные жильцы оплачивать содержание, в частности, высокотехнологичных подъемников, которые действительно недешево стоят?

Петр Кузнецов: Слушайте, они оплачивают содержание?

Татьяна Овчаренко: Да. Это же входит в общее имущество.

Ольга Арсланова: Это же баланс дома?

Петр Кузнецов: Неважно, что это за конструкция, высокотехнологичная или…

Татьяна Овчаренко: Если элементарная, то добавится полквадратного метра уборки.

Ольга Арсланова: Это просто ужасающая ситуация. На этом судебном процессе, о котором мы говорили, там до того уже дошло, до того люди разгорячились, им жалко этих денег, говорят: «А что будет, когда этот инвалид умрет, а мы будем продолжать оплачивать эту конструкцию? Что нам надо будет с ней сделать?»

Татьяна Овчаренко: Ничего не надо. Да ну, глупости это все. Это, знаете, отсутствие милосердия. «Никто не знает, - говорят англичане, - откуда выскочит заяц». Ты не можешь знать, что произойдет с тобой. Ты в любой момент можешь превратиться вот в этот разряд населения. И поэтому…

Ольга Арсланова: Заплатить 16 рублей в месяц.

Татьяна Овчаренко: 16 рублей – это просто смешно. Честно вам скажу. Даже при самой тяжелой бедности. И второе. Действительно, нужно и можно добиваться – перевалить эту оплату на местный бюджет. Если настолько тяжело, допустим.

Ольга Арсланова: Почему эти траты не берет на себя Соцстрах в очень многих городах?

Татьяна Овчаренко: Потому что состав договора страхования определяет, во-первых, закон о страховых условиях. Во-вторых, сама страховая организация, которая радостно выбрасывает оттуда все, что можно. А вы мне скажите, почему у нас людей старше 60 лет не страхуют, когда все население Земли резко постарело? Дискриминационное решение. Никто его не оспаривает.

Петр Кузнецов: Я в процессе подготовки, даже если просто погуглить пандусы, подъезды, там сразу поисковик вываливает: «Пандус для подъезда. Установка, доставка бесплатно», «Пандус для колясок. Цена под ключ – 9500». Мы сейчас узнали из истории, что люди сами скинулись, поставили сколько? 65 000. Можно ли самостоятельно установить пандус?

Татьяна Овчаренко: Конечно. Это улучшение комфортности и потребительских свойств дома. Так это называется вообще. И жители имеют право и по закону о защите прав потребителей самостоятельно принять решение, заказать проект, оплатить. А могут сначала потребовать это от города, тот им откажет, после чего они это сделают, а потом взыщут с города затраты. Да, закон разрешает. Потому что доказать, что у города нет денег и возможностей этот самый пандус привезти – это довольно сложно.

Ольга Арсланова: Это просто смешные траты.

Петр Кузнецов: То есть потом они могут рассчитывать на компенсацию?

Татьяна Овчаренко: Да.

Петр Кузнецов: Давайте послушаем Земфиру из Башкирии. Здравствуйте, Земфира.

Зритель: Добрый вечер. Я вам очень признательна за то, что вы такой глобальный вопрос подняли. Я хотела вас поблагодарить от жителей всей России. Это очень насущно. Расскажу вам историю. Это город Уфа. У нас проводился технический ремонт подъезда. Мы попали в программу правительства Хабирова, который руководителям дал провести ремонт подъездов и прилегающие лестничные клетки подъезда. У нас был пандус, установленный ранее, и его строители демонтировали. То есть та фирма, которая проводила этот ремонт. И никто нам его до сих пор не восстанавливает. Мы обращались в управляющую компанию и в наше ЖЭУ, и в строительную компанию. Никто не понимает. Идет какая-то непонятная игра в пинг-понг. Каждый проблему эту перекидывает на другого. И мы просто уже не знаем, как нам быть.

Дело в том, что у нас есть инвалиды, инсультники, инфарктники, и плюс у нас есть люди, которые бывшие блокадники и дети войны. На нашу просьбу никакой реакции нет. В Instagram я обращалась, писала неоднократно Хабирову. У нас реакции никакой нет. Нас просто игнорируют.

Ольга Арсланова: Куда дальше? Спасибо.

Татьяна Овчаренко: Трудно сказать. Здесь и для прокуратуры дело. Вообще ваше уничтоженное общее имущество надо взыскивать с тех, кто это сделал, виновное лицо. Это у вас в принципе управляющая организация. На нее был возложен наверняка контроль за производством этого ремонта. И вы, безусловно, должны обратиться в суд за моральным вредом, потому что вам созданы недопустимые условия проживания. Физический и моральный ущерб. Так что если вы подадите коллективный иск и каждый из вас заложит соответствующие деньги, думаю, вам удастся этих людей образумить.

Петр Кузнецов: Тут реплик у нас много из разряда «замечательные соседи». «Разве в высотных домах нет лифтов? – пишет Москва. – Переселять колясочников на первые этажи. Для инвалидов надо строить социальное спецжилье, а не лепить где попало пандусы». Иркутская область как будто отвечает: «Все под богом ходим. От сумы до тюрьмы не зарекайся. От инвалидности – тем более».

Ленинградская: «Есть же откидные пандусы». Не понимаю. Это что, решает? В основном те, кто против, они руководствуются тем, что это просто дополнительные платы будут. Здесь же не о физическом, наверное, неудобстве остальных жильцов, которые не согласны, речь идет.

Татьяна Овчаренко: Тем более – откидные. Они же прижимаются к стене. Да, это такие… Понимаете, дорогие друзья, которым жалко 16 рублей. Вас обсчитывают на тепле и горячей воде на тысячи, десятки тысяч и сотни тысяч рублей. Вы это сносите.

Ольга Арсланова: И получают эти деньги люди далеко не с проблемами.

Татьяна Овчаренко: А 16 рублей соседу вы простить не можете. Может, как-то решите для себя эту проблему?

Ольга Арсланова: Давайте поговорим с Романом из Тамбова, а потом посмотрим сюжет из Ярославля. Разные истории, но проблема одна и та же.

Зритель: Здравствуйте. Я бы хотел вам предложить вариант зацепов для поднятия инвалидом самого себя в подъезд. То есть у нас на пандусе не существует таких элементарных зацепов для рук, которые были бы удобны колясочнику.

Ольга Арсланова: Соответственно, всегда нужен кто-то, кто будет помогать.

Татьяна Овчаренко: Кто будет тебя толкать. А если есть зацеп, то ты…

Ольга Арсланова: А в чем проблема сделать эти зацепы?

Татьяна Овчаренко: Никто не думает. Самого инвалида никто не спрашивает. Это сплошь и рядом. Собрания не собирают. Так что это такая недодуманность.

Петр Кузнецов: Роман, вы еще с нами? У вас в подъезде, в вашем жилом доме стоит такая штука, такие зацепы? Или вы просто видели, предлагаете такие внедрять?

Зритель: У меня стоит своя самодельная штука, которая помогает подыматься.

Петр Кузнецов: У вас жильцами речь о каком доме идет? Многоэтажном? Пяти?

Зритель: Пяти – это уже многоэтажный, я считаю.

Ольга Арсланова: Но проблем с жильцами, с соседями нет?

Петр Кузнецов: Проблем не было при установке таких устройств с соседями?

Зритель: Проблем не было никаких. Я имею в виду – удобства для поднимания себя в коляске.

Ольга Арсланова: Да.

Петр Кузнецов: Мы поняли, как это работает. Просто не додумываются. Спасибо, что такие идею подкинули.

Татьяна Овчаренко: Спасибо, что напомнили об этом. Переселение на первые этажи – это, во-первых, требуется согласие. Хороший выход. И второе – хорошо бы на этих первых этажах для инвалидов делать прямой выход на улицу, как во всем мире. С собственным маленьким участочком. Мы же не делаем. Хотя это решает проблему.

Что касается социальных домов для инвалидов, то вопрос этот решен. Но у нас гетто для инвалидов строить не будут.

Ольга Арсланова: И хорошо.

Татьяна Овчаренко: И хорошо. Вы скажите – завтра не дай бог кто-то станет инвалидом, быстренько его пакуем – и в этот дом. Выбрасываем его из дома, где он живет, где у него друзья, знакомые. Это не наш хоккей.

Ольга Арсланова: Посмотрим историю из Ярославля и вернемся в студию.

СЮЖЕТ

Петр Кузнецов: Судя по этой истории, если и ставят, то без экспертизы, без пробы и, соответственно, без участия живущих в подъезде.

Татьяна Овчаренко: Там один не пандус, а два уголка, которые приварили к лестнице. Он подлежит демонтажу.

Петр Кузнецов: А на бумаге этот пандус поставлен.

Татьяна Овчаренко: Этот. А второй у них нормально.

Ольга Арсланова: Мы говорили о том, что сейчас действует программа «Доступная среда». До 2020 года, по логике, должны быть первые результаты. У нас сейчас 2019-й. Хотя бы новое жилье, которое строится сейчас, достаточно пригодно для жизни людей с инвалидностью, для детей с маленькими детьми?

Петр Кузнецов: Грубо говоря, строится ли оно сразу с пандусами?

Ольга Арсланова: Эти дома же уже в этой среде?

Татьяна Овчаренко: Вообще обязаны. Трудно сказать. Если, как я видела неоднократно в Москве, берутся проекты 1974 года, то…

Ольга Арсланова: Вот сейчас, в 2000-х?

Татьяна Овчаренко: Да. Заводы никуда не делись. Которые делают эти дома. Тут свои фокусы строительные.

Ольга Арсланова: А так что, дешевле?

Татьяна Овчаренко: Конечно. Уже 200 раз себя окупил. А если более современные проекты, как, кстати, и тут, в последнем репортаже, там хорошие входные группы, большой вестибюль – все можно и нужно делать нормально. Это просто в данном случае деньги куда-то ушли загадочно, а пандус там возможно установить. Там и дверь входная незаконная. Одна створчатая. Как она там проезжает – не знаю.

Петр Кузнецов: Просят еще здесь уточнить, сколько должно пройти между подачей заявки и установкой пандуса. Видимо, подали заявку. Тут сообщение не до конца прогрузилось.

Татьяна Овчаренко: Даже затрудняюсь. Если это не относится к капитальному ремонту… Вообще незамедлительно. До конца 2020 года должны им поставить. Там нет никакой сложности абсолютно. Это для текущей работы должны быть заложены. Были в прошлом году при осенне-зимнем сезоне заложены на этот год. И так далее.

Ольга Арсланова: Как, по вашим наблюдениям, борются за свои права сегодня люди с инвалидностью? Они достаточно осведомлены о том, что им положено, и достаточно ли они активны в этой борьбе?

Татьяна Овчаренко: Нет, не очень. Во-первых, часть из них безнадежно считает, что уже ничего не изменить. И у них создается впечатление, что о них никто не думает. А общества защиты инвалидов очень неровно работают. Особенно для тех, кто не может выехать… Еще ж туда надо приехать, в это общество, там что-то подать. А некоторые борются усиленно и серьезно защищают их права. Так что это по-разному.

Петр Кузнецов: Тут жуть просто. Из Тверской области пишут: «У нас откидной пандус упал на годовалого ребенка. Стало на одного инвалида больше». Кто несет прямую ответственность за неправильно установленную конструкцию?

Татьяна Овчаренко: Эксплуатационники. Управляющая организация. Они эксплуатирующая организация в этом доме. Нужно возбуждать дело и так далее.

Ольга Арсланова: Есть история, в частности, в Москве, когда все-таки жильцы добиваются демонтажа пандуса по той или иной причине. Не хотят платить или есть какие-то претензии к конструкции. А дальше нового так и не привозят. Что делать в этой ситуации тем, кому пандус нужен? Только суд?

Татьяна Овчаренко: В принципе инвалиды должны требовать по-прежнему установки. Если нет – требовать по суду. Прокуратура по закону… Это практически единственная категория, которую прокуроры… защищают в области ЖКХ. Так что обязаны они выступать от их лица как их представители в судах общей юрисдикции. И, соответственно, в административных.

Петр Кузнецов: Давайте закончим ответом на вопрос из Тверской области: «В Финляндии в каждом подъезде лифт, тамбур для колясок, велосипедов. У нас все-таки места не хватает или совести?»

Татьяна Овчаренко: У нас головы нет на плечах. Обычно кочан капусты. Первое, что сократили в свое время – это все вспомогательные помещения. У нас в квартирах вы много кладовок видели? А между тем в комфортабельном жилье 40% площади должно быть отведено под места хранения и обработки. Обработка – это сушка, стирка.

Петр Кузнецов: Большое спасибо. Рубрика «ЖКХ по-нашему». Татьяна Овчаренко, руководитель Школы активного горожанина, эксперт в сфере ЖКХ. Спасибо вам большое.

Татьяна Овчаренко: Спасибо.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)

Выпуски программы

  • Все видео
  • Полные выпуски