Татьяна Овчаренко: С 2011 года по статистике аварийное жилье в стране застыло на цифре 3%. После 2013-го его просто перестали учитывать

Гости
Татьяна Овчаренко
руководитель «Школы активного горожанина», эксперт в сфере ЖКХ

Марина Калинина: Ну что, а сейчас наша рубрика «ЖКХ по-нашему». У нас в студии уже Татьяна Овчаренко – она подведет итоги года, зачитает письма телезрителей и ответит на их вопросы. Одна из главных тем – это аварийное жилье. Татьяна, здравствуйте.

Константин Чуриков: Здравствуйте.

Татьяна Овчаренко: Здравствуйте. Вот у нас есть письмо из Владимирской области…

Константин Чуриков: Да не одно, у вас там целая стопка, я смотрю.

Татьяна Овчаренко: Да. Вообще приходят, и мы благодарны, конечно. Люди доверяют Общественному телевидению и нашей передаче. Так что вот это только малая толика того, что нам приходит. Вот бывают просто вопиющие случаи. Вот из Владимирской области у нас письмо от пенсионерки Евгении Васильевны. Значит, ей без малого 79 лет вообще. Квартира изношена на 79%… простите, на 70%, но дом не признан аварийным. А у нас аварийность с 70% – это уже аварийное состояние. Вот мы сняли сюжет, и Анна Тарубарова расскажет.

Константин Чуриков: Посмотрим сюжет прямо сейчас.

СЮЖЕТ

Константин Чуриков: Мы сейчас отдельно подробно остановимся на судьбе жильцов этого дома. Уважаемые зрители, в каком состоянии ваши дома? Расскажите нам: 8-800-222-00-14. Татьяна Иосифовна, я не очень понял, что это такое. Чтобы провести экспертизу, надо собрать с квартиры по 3 тысячи рублей. Это как?

Татьяна Овчаренко: Ну, это безумие.

Марина Калинина: А зачем там, собственно, нужна экспертиза? Там все и так видно невооруженным глазом.

Татьяна Овчаренко: Значит, могу вам сказать, что по СНиПам и специальным инструкциям, которые в открытой печати, просто гроздьями висят, сказано, что в нашей профессии визуальный осмотр играет основную роль. То есть не требуется ничего выпиливать, вести куда-то, за тридевять земель и давить…

Марина Калинина: По-моему, достаточно сюжет посмотреть наш.

Татьяна Овчаренко: Да, абсолютно. И прекрасно знает администрация. Какие 3 тысячи? О чем речь? Это просто… Это для прокурора, вообще вся эта ситуация, потому что ничего не платить не должны. Другое дело, что я вынуждена вам сказать, что региональные… У нас вообще с законом о капремонте и о всяких аварийных и ветхих домах такая история: каждый регион может заводить свой закончик. Ну, они это делают, да. И в результате по региональному закону можно не признавать аварийным и не отправлять на капремонт дом свыше 70% износа.

Марина Калинина: А каким образом?

Татьяна Овчаренко: Ну, так они в законе написали, так простенько.

Марина Калинина: По этим закончикам, как вы говорите?

Татьяна Овчаренко: Да, это закончики. Я не могу их назвать…

Константин Чуриков: Подождите, у нас на фоне этих закончиков есть Уголовный кодекс, у нас даже есть статья «Оставление людей в опасности».

Татьяна Овчаренко: Да, совершенно, абсолютно.

Константин Чуриков: По сути, если люди живут в таком доме…

Татьяна Овчаренко: Абсолютно верно. Более того, всякий такой закон принять-то можно, но куда смотрит, так сказать, прокуратура? Потому что его нужно было немедленно опротестовать. И поэтому вся эта ситуация – вопиющая во всех смыслах. Ничего они не должны. Никакая экспертиза тут не нужна. Речь идет о немедленном… Если на капремонт они его, допустим, поставят, то проектно-сметная документация выполняется в счет капремонтовских платежей. И 30%, до 30% может дать местная власть прямо на проектно-сметные работы – до того, как жители дособерут это все и начнут там частично…

Марина Калинина: Может или должна?

Татьяна Овчаренко: Может, к сожалению. К сожалению, может. А может и не дать. И в результате того, что, похоже, там никто особо не интересовался, так сказать, всерьез своим положением, можно устраивать вот такие фокусы.

Константин Чуриков: Татьяна Иосифовна, но дома ведь не сами по себе становятся аварийными, кто-то им в этом старательно помогает. Ну, представим себе два дома одинакового года постройки, одинакового типа. За одним следит управляющая компания, и там все прекрасно, а за другим не следит. Вот здесь как быть? Ведь кто-то же в этом виноват?

Татьяна Овчаренко: Конечно. И потом, там остался открытым вопрос: а вообще капремонт исполнялся с момента строительства? Дело в том, что если капитальный ремонт не проводился (а похоже, что никогда не проводился)…

Марина Калинина: Ну, судя по всему, нет.

Татьяна Овчаренко: …да, то первый наймодатель обязан был. То есть до сегодняшнего дня осталась обязанность на администрации в таком случае провести капитальный ремонт. Если не могут расселить – значит, пусть по бревнышку перебирают. Какие 5 миллионов на кровлю? Ну, это все дико слушать! Это дико слушать!

Марина Калинина: Ну а что в дальнейшем-то ждет этих людей?

Татьяна Овчаренко: В принципе, все равно…

Марина Калинина: Справедливости они могут добиться в данной ситуации? И каким образом?

Татьяна Овчаренко: Ну как? От управляющей организации они должны требовать все-таки исполнения ее прямых обязанностей. Стены, я вижу, там как-то проходит странным образом это самое… Что там? Теплоснабжения или вентиляция? Там невозможно понять – что. Нужна настойчивость. Но вообще, конечно, проблема в том, что на местах нет денег на строительство нового жилья, очевидно. Тогда это надо приводить в порядок.

Константин Чуриков: И вообще, по-моему, там нет денег. Мы сегодня с Мариной нашли новость… Это где? В Омской области? Сегодня люди утепляли теплотрассу коврами, чтобы тепло доходило.

Марина Калинина: Да, чтобы тепло доходило до дома.

Константин Чуриков: Мы вечером подробнее об этом расскажем.

Марина Калинина: Теплотрассы мерзнут в холода.

Татьяна Овчаренко: Вообще для Омской области это характерно.

Константин Чуриков: Давайте послушаем Александра из Кемеровской области. Добрый вечер, Александр. Что у вас?

Зритель: Здравствуйте. Мы звоним из села Яшкино, получается. У нас дом признан… в аварийной ситуации, затоплен весь первый этаж. Мы обращаемся по откачке воды, а нам говорят: «Соберите деньги на откачку – тогда все будет». Подходим к начальнику ЖЭКа, а он ходит, смотрит на нас и говорит: «Ну, что я могу сделать? Вы деньги дайте, деньги дайте». У вас Новый год, а у нас там хоть каток заливай, в этом подъезде. Вот скажите…

Марина Калинина: А сколько денег-то требуют с вас, какую сумму?

Зритель: Получается, что хотят скачать 500 тысяч рублей со всех жильцов. В этом доме жильцов – 50 человек.

Константин Чуриков: Александр, подождите. Там же у вас морозы лютые. Там уже не вода, а там уже лед должен быть на первых этажах.

Зритель: Там уже лет, в подъезде лет. Просто нам выйти нужно. Нам нужно согнуться, чтобы выйти из подъезда.

Константин Чуриков: Кошмар! Спасибо за ваш звонок.

Татьяна Овчаренко: Не могу ничего сказать. А летом что было?

Константин Чуриков: Слушайте, вот вы говорите, Татьяна Иосифовна…

Марина Калинина: Летом затопило, видимо, а зимой замерзло.

Татьяна Овчаренко: Тогда летом надо было…

Марина Калинина: Потом оттает, опять будет лужа.

Татьяна Овчаренко: Но есть же причина этого залива. В чем дело?

Константин Чуриков: Но вы же сами говорите, что есть прокурор. А где у нас прокурор? Как в том фильме – там же, где и Наполеон, в соседней палате? Где прокурор?

Татьяна Овчаренко: Во-первых, у нас с прокуратуры по ЖКХ всю ответственность сняли. Просто прокуроры у нас ребята очень живые, и они посодействовали тому, чтобы жалобы по ЖКХ они не рассматривали. В законе практически исключены…

Марина Калинина: А кто их должен рассматривать?

Татьяна Овчаренко: Госжилинспекция – у нас единственный орган, который обладает всеми правами.

Марина Калинина: И это конечный пункт?

Татьяна Овчаренко: Да. Он – начало и конец. Как в Библии, да. И может с огромным трудом, если сильно захочет, возбудить административную…

Константин Чуриков: Как в Библии? В смысле – Альфа и Омега?

Татьяна Овчаренко: В смысле – Альфа и Омега. Он сам себе, да. Вы посмотрите эту статью 20-ю. Она занимает полторы страницы мельчайшего убористого текста вообще.

Константин Чуриков: Нет, подождите. В сфере ЖКХ уже апокалипсис начинается. Давайте Юрия послушаем из Липецкой области. Юрий, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте.

Константин Чуриков: Добрый вечер.

Зритель: Добрый вечер. У меня такой вопрос к вам. Я с 82-го года на Севере, город Ноябрьск. Ушел на пенсию, мне сейчас 68 лет. У меня инфаркт, сахарный диабет и прочие заболевания. Я сейчас нахожусь в Липецкой области по состоянию здоровья, тут другой климат. Мое аварийное жилье признали, и уже четыре года я жду. Я квартиру не стал получать, а деньгами, чтобы построить дом в Липецкой области. И вот я жду, звоню в Салехард, не могу дозвониться губернатору. В Ноябрьск я приезжал. Пихают туда-сюда, ни привета, ни ответа. Четыре года я жду. Как это так?

Константин Чуриков: Юрий, подождите. Ямал оставим на Ямале. Вот вы сейчас в Липецкой области. Вы где живете? Что у вас за дом?

Зритель: Я сейчас живу, снимаю квартиру, дом.

Константин Чуриков: С ним какие-то проблемы? Он аварийный, он плохой? Что с этим домом?

Зритель: Нет, у меня квартира-то в Ноябрьске.

Константин Чуриков: Все понятно. Вопрос о ноябрьской вашей квартире.

Зритель: И о деньгах, которые неизвестно куда девались.

Марина Калинина: То есть ваша проблема в том, что вы попросили вам выплатить деньги вместо того, чтобы дать новое жилье, а эти деньги вам так и не выплатили?

Зритель: Да. Вот четыре года я жду уже.

Марина Калинина: Понятно, спасибо. Насколько часто такие ситуации вообще? И что делать с этим?

Татьяна Овчаренко: Ну, достаточно часто. Это деньги без контроля.

Марина Калинина: А где эти деньги зависают тогда?

Татьяна Овчаренко: Ну, ведь из рассказа ничего не известно – кто ему обещал, что обещал, в каком объеме, в какой последовательности. Это вопрос… Деньги нельзя выпускать на такое расстояние, так сказать, из рук и ожидать, что тебе исполнят обязательства, без контроля. Так что тут…

Константин Чуриков: Татьяна Иосифовна, возвращаюсь к аварийным домам. Можно ли получить от вас какую-то пошаговую инструкцию, как бороться за правду людям? У нас есть громкий нацпроект, называется «Жилье и городская среда», утвержден Минстроем.

Татьяна Овчаренко: Да-да-да, есть.

Константин Чуриков: Министр Владимир Якушев настроен действительно бороться за все хорошее. Как сделать так, чтобы дома попадали в программу?

Татьяна Овчаренко: Вот вышло постановление 1090 совсем недавно, 6 декабря оно вступило в силу… 9-го вступило в силу. Там есть наконец какой-то механизм о том, как аварийное жилье признавать аварийным. А то одно время вообще не признавали. И этому свидетельствует статистика: у нас с 2011 года аварийное жилье в стране застыло на цифре 3%. То есть…

Константин Чуриков: Константа такая.

Татьяна Овчаренко: Такая константа. Вот после 2013 года просто перестали учитывать. Сейчас опять считали – и опять 3%. В соответствии с этим постановлением есть специальные инструкции о признании… Они действуют уже, не знаю, десятки лет. Визуальный осмотр специалистами. Кстати, жители сами могут. Если есть среди них строители со специальным образованием, самостоятельно могут актировать и требовать, и требовать по суду признания. Без суда здесь не обойтись. Надо признавать дома аварийными по заявлениям в суд. Если тебе администрация отказывает – значит, надо принуждать шаг за шагом эти действия совершать. Раз.

И второе. Ну что? Деньги нужны. На строительство нового жилья нужны деньги, а средств нет.

Марина Калинина: Татьяна Иосифовна, ну, по итогам года мы так поняли, что действительно аварийное жилье – это главная проблема, которая была сейчас, в этом уходящем году, да?

Татьяна Овчаренко: Да.

Марина Калинина: А с чем еще, с какими проблемами сталкиваются люди, которые присылают письма? Что вы еще для себя отметили, какие проблемы еще важны?

Татьяна Овчаренко: Меня совершенно потрясла история города Ейска (Краснодарский край). И это, кстати, проблема не только Ейска. Это нехватка питьевой воды, причем не просто нехватка питьевой воды, а людям предоставляют горячую воду на полчаса в день, и там вообще по графику. А сейчас предложили водовозками довольствоваться. Помнится, в детстве в селах такое, вот возили с колокольчиком. А вся проблема в том, что их магистральный водовод (а город – под 100 тысяч человек) в плохом очень состоянии, и нужны какие-то деньги, чтобы его привести в порядок. Но Краснодарский край, как вы знаете, один из беднейших в нашей стране…

Константин Чуриков: Нищенствует.

Татьяна Овчаренко: Нищенствует просто! 80% у них на рис, рисовые поля, воды хватает. А тут не хватает денег. И поэтому этому городу, который вообще, если посмотреть по новому административному делению, и не город вовсе. Вообще это ужас, когда читаешь. Ему выделили на весь город неполных полмиллиарда рублей на три года. А на вот это, на жилищно-коммунальное, чтобы что-то там подлатать – 26 миллионов.

Я могу вам сказать, что Ейск не Москва, но даже в Ейске это смешные деньги. При этом туда входят, естественно, магистрали, разводка (часть) и канализация, тоже с ней все ай-ай-ай. Ну, что говорить? Жители просто вне себя. При этом они оплачивают. И с ними никакого перерасчета. У них уменьшили давление. Почему воды мало? Она идет маленькой струйкой. Когда они бунтуют, ну, как всегда, за час до появления комиссии на арене, вода идет с напором. Как только она исчезает… Ну, вы знаете, это по всей стране вот эти фокусы. С этим надо бороться.

Константин Чуриков: Подождите, у нас сейчас на связи как раз и кузница, и житница, и здравница – Краснодарский край. Здравствуйте, Сергей, слушаем вас.

Зритель: Здравствуйте. Мир вашему дому! Хорошо, что существуют такие передачи, как у вас.

Константин Чуриков: Спасибо.

Зритель: Я обращался уже во все инстанции. У меня на руках экспертиза, признали мое жилье непригодным, 77%. Все произошло после наводнения. Когда я администрации поселения сказала, она сказала: «У вас речки не было здесь». Но у нас с гор пошла вода и смыло две хаты.

Константин Чуриков: Это то, что осенью было, этой осенью? Да, Сергей?

Зритель: Нет, это два года назад еще было.

Константин Чуриков: Ну, там чуть ли не каждый год в районе Туапсе эти все затопления.

Зритель: Да. Я по этому поводу ездил в Москву. Мое письмо лежит уже третий год у президента Российской Федерации, в приемной, третий год. 7 июля оно было там. Ездил в прокуратуру – так и не добился. Но перед этим в меня еще сотрудники милиции два раза стреляли, расстреляли дом. Это до этого еще было, понимаете? Я уже на протяжении 20 лет по всем инстанциям обошел все, и только одни угрозы. И нигде правды нет. Обращался в инстанции по правам человека в Краснодаре – бесполезно. Обращался в Краснодаре в следственный отдел…

Константин Чуриков: Сергей…

Зритель: Меня все прекрасно знают, и знают, что у меня с жильем, что в данный момент я живу в сарае. Понимаете, в сарае, действительно в сарае.

Константин Чуриков: Сергей, давайте мы сделаем так. Мы периодически в нашей студии, здесь, в прямом эфире встречаемся с уполномоченным по правам человека, с Татьяной Москальковой. Будьте добры, оставьте свои координаты. И все, что вы нам изложили, максимально подробно, в письменном виде – в редакцию. И я думаю, что в будущем году уже, в январе, попробуем с Татьяной Москальковой встретиться и поговорим по вашему поводу.

Марина Калинина: Да, ей передадим обязательно всю эту информацию.

Константин Чуриков: Спасибо за ваш звонок. Конечно, волосы дыбом.

Марина Калинина: Давайте еще Андрея из Кемеровской области сразу послушаем. Андрей, здравствуйте.

Константин Чуриков: Андрей, добрый вечер.

Зритель: Здравствуйте.

Марина Калинина: Да, говорите, пожалуйста.

Зритель: Добрый вечер. Вот у меня такой вопрос. Вот смотрите. У меня дом старый, то есть я взял квартиру как студент. Я ребенок-сирота. То есть эту квартиру мне не дало ни государство, никто, а купил я ее на свои деньги. То есть я копил пенсию, получал за маму, за папу. Получается у меня такой вопрос. Дом поставлен неправильно. Я как строитель говорю, что дом поставлен неправильно – с каждый стороны дует. Когда морозы, еще тепло, 20 градусов, еще тепло. Но когда ветреная ситуация, ветреная погода – в доме 14–15 градусов. Извините, так за что я тогда деньги-то плачу? Вот у меня просто вопрос: за что? Я просто не понимаю. Я учусь… Мне эта коммуналка на однокомнатную квартиру, которая в Прокопьевске, так она 2 тысячи. Так я на эти 2 тысячи… Это просто моя стипендия.

Константин Чуриков: Андрей, я еще одного не понял. У нас по закону сирот должны обеспечивать жильем, государство должно обеспечивать. Почему вы были вынуждены самостоятельно покупать жилье?

Зритель: У меня очередь идет – 583-й. Я по очереди 583-й.

Константин Чуриков: Все понятно, да. Жить где-то надо.

Зритель: И ждать я тоже не собираюсь, когда мне дадут подачки. Я тоже ждать не собираюсь. Я взял и накопил. Вот я жил в общежитии, да, я накопил. Но я же купил это себе. Я плачу за нее деньги.

Марина Калинина: Ну смотрите. Андрей, скажите, пожалуйста, а чего вы сейчас хотите?

Зритель: Так у меня вопрос: куда мне обращаться? Почему у меня дома, когда ветреная погода, у меня дома 14–15 градусов?

Марина Калинина: Все понятно, спасибо.

Зритель: И у меня стоят новые пластиковые окна.

Константин Чуриков: Дело происходит в Сибири, а не в Симферополе.

Марина Калинина: Спасибо.

Константин Чуриков: Да, спасибо, Андрей.

Татьяна Овчаренко: Это очень известное явление. Вы не первые и не последние. Есть знаменитая повесть Грековой Ирины, в которой описываются такие дома, построенные военными. Это продувание стен, явление обычное. Непонятно, почему вы платите. Актируйте разницу. Вы должны платить за 18 градусов. И прекратите платежи.

Константин Чуриков: А как актировать разницу?

Татьяна Овчаренко: Ну, с помощью соседей. Акт. Утром встал – замерил. Купил за 150 рублей шаровой термометр.

Марина Калинина: Но там же есть правила замеров.

Татьяна Овчаренко: Да, они в инструкции.

Марина Калинина: На определенном расстоянии от пола, от стены.

Татьяна Овчаренко: Да. Или в центре, в геометрическом центре комнаты. Это несложно, каждый может это делать. Хоть каждый день ведите этот учет. Это первое. И предупредите, что оплату приостанавливаете. А вот что касается продувания стен, то нужно… это вопрос вообще капитального ремонта. То есть стены, которые продуваются… Я вам могу сказать, что и в городе Москве я жила в доме, в котором раствор можно было проткнуть арматурным щупом. И протыкали. И дуло замечательно, пока не привели все в порядок. Это явление, к сожалению, в строительстве известное.

Константин Чуриков: Спрашивает Ростовская область: «Как быть нам, частным домам старой постройки? Они аварийные, нам никто не поможет, сами ремонтируем». Вот людям, которые не в многоквартирных домах живут, что им делать?

Татьяна Овчаренко: «Частник мучается частно», – есть такая пословица.

Константин Чуриков: Часто и частно.

Татьяна Овчаренко: Да. Частник – частно. Кстати, помощь часть из них, согласно региональному законодательству, может получать на такое, если будут обращаться. Ну, может, если деньги есть и могут выделить, единовременную помощь оказывать, например, в строительстве. Но там очень много обстоятельств, которые затрудняют ее получение, скажем так.

Константин Чуриков: Сейчас как войти в программу? Ветхими и аварийными у нас считаются дома, признанные таковыми до какого года?

Татьяна Овчаренко: Нет, признанные да хоть сейчас.

Константин Чуриков: В настоящее время?

Марина Калинина: Ну, они и сейчас могут быть признаны.

Татьяна Овчаренко: Да. Нет, они просто перестали учитывать аварийность и ветхость с 1 января 2013 года.

Марина Калинина: Но сейчас опять начали.

Татьяна Овчаренко: Да. А так они и до этого были. Это постановление 90-х годов, инструкции. В них все есть уже, ничего не надо. Нужно только хотеть.

Марина Калинина: А это самое главное слово – «захотеть».

Татьяна Овчаренко: Это самое главное, да.

Константин Чуриков: Все есть, да, только денег нет. Спасибо большое. Это была рубрика «ЖКХ по-нашему». Татьяна Иосифовна, вас с наступающим Новым годом.

Татьяна Овчаренко: И вас также.

Константин Чуриков: В новом году будем встречаться так же – по четвергам. У нас в студии была Татьяна Овчаренко… По средам, конечно! Татьяна Овчаренко, руководитель «Школы активного горожанина», эксперт в сфере ЖКХ. Мы исчезаем ровно на полчаса. Впереди большой выпуск новостей, через полчаса вернемся.


Подписаться на ОТР в Яндекс Дзене

Рубрика «ЖКХ по-нашему»

Комментарии

  • Все выпуски
  • Полные выпуски
  • Яркие фрагменты
  • Интервью
  • Сюжеты