Татьяна Волосовец: Рынок нянь должен выйти из тени. Нужны и обучение, и сертификация, и контроль

Татьяна Волосовец: Рынок нянь должен выйти из тени. Нужны и обучение, и сертификация, и контроль
Стоматология: вам бесплатно или хорошо?
Стоматология не по зубам. Наркоманы выходного дня. Переходим на российское ПО: что будет с рынком электроники?
Никита Кричевский: Людям нужно осознание того, что в них заинтересованы, что им помогут, если что
Юрий Мельников: Дешёвые энергоресурсы невыгодно экономить
Александр Хуруджи: Предприниматели не должны бояться ошибаться. А риски надо страховать
Инвестиции в российский бизнес. На примере производства холодильных витрин в городе Орёл
Максим Руссо: Дети на заказ с желаемыми свойствами – мы хотим спортсмена или мы хотим математика – это разве что через полвека станет возможно
«Взял кредит на зубы». Откуда такие цены в стоматологии? И станет ли в поликлиниках меньше зубных кабинетов?
Почему «голливудская улыбка» так дорого стоит, и как жители регионов находят деньги на лечение зубов?
Реальные цифры: ваши поправки в Конституцию
Гости
Татьяна Волосовец
профессор, директор Института изучения семьи и воспитания РАО

Анастасия Сорокина: В прямом эфире программа «ОТРажение», в студии по-прежнему Александр Денисов, Анастасия Сорокина. Мы обсуждаем темы с вами, подключайтесь, пожалуйста, звоните и пишите нам. Думаю, что многим родителям, бабушкам, дедушкам следующая наша тема будет очень интересна.

Александр Денисов: Да, «Няня без присмотра». Вот у нас сегодня в рубрике «Личное мнение» директор Института изучения детства, семьи, воспитания Российской академии образования Татьяна Волосовец, она расскажет, чем опасен неконтролируемый рынок нянь, почему эта профессия вышла из списка лицензированных, где находит гувернанток для детей наша элита, как проверяет, прежде чем пустить в детскую. Обо всем этом сегодня поговорим. Татьяна Владимировна, добрый вечер.

Татьяна Волосовец: Добрый вечер, здравствуйте.

Анастасия Сорокина: Здравствуйте.

Александр Денисов: Здравствуйте.

Вот самое интересное, мы говорим про либерализацию законодательства, про у бизнеса так называемую регуляторную гильотину, все посмеиваемся, что вот, мол, прописана была раньше толщина омлета. А ничего смешного нет. Вот на примере с нянями давайте покажем, разберемся на примере, к чему это привело. Эта профессия перестала быть лицензируемой, и что произошло с рынком нянь?

Татьяна Волосовец: Ну, к чему привело? Конечно, ничего хорошего нет в том, что родители приглашают на роль няни людей, у которых нет ни образования какого-никакого, хотя бы минимального, у которых нет медицинской справки о том, что у них здоровье физическое и психическое в норме. Родители даже не спрашивают, есть ли справка о несудимости у такого человека, потому что почему-то им это не приходит в голову, а может быть, няня только вчера вышла из мест заключения.

Александр Денисов: И такие няни бывают?

Татьяна Волосовец: И такие бывают, в жизни бывает все. И поэтому я, конечно, пользуясь случаем, я сейчас в прямом эфире, мне хотелось бы сказать: дорогие родители, будьте бдительны! Безусловно, когда вы приглашаете няню, конечно, нужно поинтересоваться и ее прошлым, ее, так сказать, образованием, ее знаниями, умениями, компетенциями, это все очень-очень важно. Но самое главное, конечно, сохранение жизни и здоровья детей. Нет ничего важнее у родителей, чем собственный ребенок, его жизнь и здоровье, поэтому важно, чтобы няня не была больна никакими, понятное дело, заболеваниями инфекционного характера, но и психическое здоровье ее тоже было бы в норме. Поэтому первое, что важно для родителей, – это попросить у няни справку о состоянии здоровья.

Анастасия Сорокина: Татьяна Владимировна, как выбрать хорошую няню? Вот вы говорите, нужно знать вот эти критерии, здоровье и так далее. Но многие родители молодые, неопытные, может быть, наоборот, в какой-то экстренной ситуации экстренно ищут, просто хотя бы кто-то бы уже, знаете, выручил, уже надо выходить на работу, и берут действительно вот таких случайных людей. Особенно когда дети маленькие, понять, хорошо она ухаживает за ребенком или плохо, обижает она его, тяжело. Вот как, на что надо обратить внимание, или, может быть, где нужно искать няню?

Александр Денисов: Кроме цены, обычно же ценой руководствуются.

Татьяна Волосовец: Вы знаете, к большому моему сожалению, да, в первую очередь родители ищут няню подешевле, но не всегда дешевое было хорошим, я бы даже сказала наоборот, дешевое никогда не бывает хорошим. И следовательно, конечно, здесь должен быть не вопрос цены. Раз уж родители решили, что мама выходит на работу, папа априори работает, мама выходит на работу, значит, с ребенком должен сидеть человек ответственный, быть с ребенком человек ответственный, это очень важно.

Чем руководствоваться? Ну, в первую очередь нужно посмотреть на образование няни. Хорошо бы, если бы у няни кроме условных 11 классов образования было еще хотя бы педагогический или медицинский колледж, ну медицинский чуть похуже, педагогический все-таки получше. Потому что няня находится с ребенком целый день, она с ним разговаривает, у нее должна быть хорошая литературная речь, дети подражают речевым образцам, понятно, хотелось бы, чтобы ребенок говорил хорошо и правильно, было бы странно, если бы это было не так. Конечно, няня должна уметь с ребенком петь, играть, рисовать, лепить, но для этого нужны, собственно, знания и компетенции, этому учат, конечно, у нас в педагогических колледжах.

Конечно, очень важно, чтобы у няни было еще и такой вот определенное психологическое, может быть, ее какое-то «микрообразование», если можно так сказать, чтобы она хотя бы минимально знала, что такое психология ребенка, как общаться с ребенком. Ни в коем случае на ребенка нельзя кричать, это априори, а уж физические наказания запрещены категорически. И поэтому сейчас многие родители ставят камеры в своих квартирах, чтобы посмотреть, все-таки есть физические наказания или нет, это очень важно. Ребенок может забыть навсегда, за что его наказали, но чувство униженности, чувство боли может остаться с ним на всю оставшуюся жизнь, поэтому никаких физических наказаний категорически не должно быть.

Няня должна уметь общаться и с родителями тоже, выстраивать определенные рамки с родителями. Конечно, никаких грубых и бранных слов, исключено, тем более матерных, это исключено; никаких вещей, которые навязывают, например, вероисповедание, тоже априори нельзя, в чужой монастырь не надо со своим уставом. Не нужно говорить с ребенком о смерти, не нужно говорить с ребенком о сексе. Пожалуй, наверное, вот самые такие киты, что называется, основополагающие мною здесь обрисованы.

Ну а что касается развития ребенка, конечно, надо знать нормативы развития, и так как няня должна себя вести с ребенком, скажем, от 0 до 6 месяцев, от 6 до года, это совершенно уже по-другому от 1 до 3 и совершенно по-другому от 3 до 7. То есть что, собственно, необходимо ребенку на каждом возрастном периоде, няня тоже должна знать, и где-то действительно имеет смысл почитать книжку, а где-то уже пересказать этот рассказ, потому что если мы уже готовим ребенка к школе, если ребенку 6 лет, то, собственно, недостаточно сказки про теремок или про Колобка.

Анастасия Сорокина: Есть примеры, когда готовят няней, вот такой был эксперимент в Белгородской области.

Татьяна Волосовец: Да.

Анастасия Сорокина: Давайте посмотрим репортаж Максима Волкова о том, как там решили проблему с нянями.

СЮЖЕТ

Анастасия Сорокина: Татьяна Владимировна, по-моему, прекрасный пример, ну вот 30 нянь…

Татьяна Волосовец: Замечательный пример! Я должна сказать, что мы с Белгородом, Белгородской областью работаем, наш институт работает, у нас довольно такие плотные связи. Не могу не сказать о том, что в этом году, летом совместно с общественной организацией «Соседи» мы провели тоже курсы при помощи финансирования президентского гранта, мы обучили больше 200 нянь. Для нянь это были курсы бесплатные, потому что они осуществлялись за деньги президентского гранта. И я считаю, этот опыт хороший, мы и с Белгородом работали, первые, кто у нас получил удостоверение, были как раз белгородские наши коллеги. Это, наверное, один из немногих регионов, который в этой тематике, что называется, на какой можно равняться.

Ну, не могу не сказать об опыте Башкортостана, в городе Уфе тоже достаточно давно уже происходит ситуация работы сертифицированных нянь, но они там работают не в системе образования, а в системе социальной, и тоже родители очень довольны, потому что опять же для родителей такая социальная няня бесплатна, сами понимаете, насколько это важно для родителей. Поэтому у Белгорода, Башкортостана можно брать прямо и калькировать на любой регион Российской Федерации.

Анастасия Сорокина: Давайте узнаем, что в Тюменском регионе, оттуда нам звонит Людмила. Здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте.

Анастасия Сорокина: Да, Людмила, говорите, пожалуйста.

Зритель: Я бы хотела задать вопрос. У Арины Родионовны какое было образование? И хотела бы еще сказать, что няне необязательно быть врачом или педагогом, няня должна быть хорошей матерью, добрым, отзывчивым человеком. А сейчас накручивают не пойми что. Спасибо.

Анастасия Сорокина: Спасибо, Людмила, вам за звонок.

Александр Денисов: Спасибо. Ну кстати, Арина Родионовна совсем не старушка была, по имени-отчеству, женщина средних лет.

Татьяна Волосовец: Да, ну уж точно не «голубка дряхлая моя». Ну Арина Родионовна жила давно, так же, как Александр Сергеевич Пушкин, который посвятил ей известные стихи. Мы живем в другое время, в XXI веке, и конечно, для современных людей нужны и современные няни, ничуть не умаляя тот вклад…

Александр Денисов: …достоинства Арины Родионовны.

Татьяна Волосовец: Да, тот вклад Арины Родионовны, который внесен в воспитание Александра Сергеевича, нет никаких по этому поводу возражений. Но уважаемые коллеги, конечно, возможно, есть и такой запрос родителей, когда няня может быть и не педагогом, и не знать ничего в области, скажем, каких-то медицинских манипуляций.

Но мы сегодня видели пример как раз того, когда няни необходимы детям с ограниченными возможностями здоровья, с инвалидностью, тут уж, конечно, нужны навыки вот такого вот ухода за детьми, которые предполагают и минимальные медицинские, сестринские, скажем так, манипуляции. Я должна сказать о том, что действительно есть такой запрос у некоторых родителей, что нужен только присмотр и уход, то есть помыл, покормил, присмотрел, чтобы не упал, и этого достаточно. Но таких родителей немного; большинство родителей, бо́льшая часть родителей хотят все-таки, чтобы няня занималась и развитием детей.

И я совершенно не согласна с нашей телезрительницей: няня не должна быть мамой, няня должна быть няней, а мама должна быть мамой, и детско-родительские отношения не должны выходить за пределы собственно семьи. Няня – наемный работник: сегодня одна няня, завтра другая, и конечно, не нужно вот здесь смешивать вот эти понятия «няня» и «мама». Мама всегда одна, папа всегда один, и у ребенка должно быть совершенно точно понимание, что никакой другой мамы у него нет.

Что касается непосредственно квалификации няни, обычно няню кадровые агентства ищут под запрос родителей. Ведь мы можем говорить условно о няне еще и как о воспитателе, ведь это может быть действительно воспитатель, который владеет еще и плюс иностранным языком, есть такой запрос родителей, плюс няня водит ребенка, например, на какую-то спортивную секцию, может быть, вместе с ним плавает в бассейне, то есть вот таких всяких нюансов очень много. Я говорила о таком усредненном родительском запросе.

Другой вопрос, что вот эта деятельность, деятельность няни, к сожалению, вышла за пределы надзора и контроля, и я считаю, что это опасный такой звоночек. Конечно, контролировать деятельность нянь нужно, безусловно нужно. Сейчас это ответственность родителей, то есть поставили родители камеру, увидели что-то непозволительное по отношению к своему ребенку и с няней расстаются.

Александр Денисов: Да камера – это же вообще не панацея, на улице же не видят, что происходит с ребенком.

Татьяна Волосовец: Конечно.

Александр Денисов: Как они там гуляли…

Анастасия Сорокина: Все не проконтролируешь.

Татьяна Волосовец: И на улице не видишь, не все проконтролируешь. Поэтому, конечно, должны быть действительно у родителей какие-то гарантии. И вот в этом смысле сюжет наш, который мы с вами видели из Белгорода, говорит о том, что няня должна быть сертифицированной, абсолютно с этим согласна.

Александр Денисов: А кстати, вот насчет Белгорода, там хотя и комментировал начальник управления, замначальника управления социальной защиты населения Белгородской области этот проект, эти сертификаты дают повод повысить цену за свои услуги? Понятно, с инвалидами, возможно, они работают от органов соцзащиты, денег не берут, возможно, не берусь судить. А со всеми остальными-то, очевидно: «Вот у меня сертификат, я стою дорого, прошла курсы».

Татьяна Волосовец: Понимаете, с одной стороны, да, действительно, «я прошла курсы и стою дороже», чем просто человек, который когда-то в свое время, давным-давно закончил 11 классов и никакой, абсолютно никакой подготовки не имеет. Я считаю, что, если человек закончил курсы, у него есть определенные знания, умения, компетенции, конечно, он должен стоить дороже. Но и для родителей это в определенном смысле гарантия, что если человек в процессе работы, например, с психологом на курсах действительно для себя понял и осознал, что, скажем, физические наказания невозможны, что с ребенком можно найти общий язык и для этого есть специальные, определенные кейсы, которые с психологом прорабатываются, и у него есть возможность эти знания психологические применить на практике, – ну неужели для родителя это плохо?

Анастасия Сорокина: Давайте узнаем у наших зрителей. Московская область, на связи Виталий. Здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте.

Анастасия Сорокина: Да, Виталий, вы в прямом эфире.

Зритель: А вот я бы хотел обратиться к ведущей. Вот она сейчас говорит про сертификаты, оплату. А она сама в какой семье воспитывалась, ее как наказывали?

Александр Денисов: А как связаны сертификаты и оплата, простите? Поясните.

Татьяна Волосовец: С наказаниями.

Зритель: Ну по поводу воспитания детей, вот ее как воспитывали?

Анастасия Сорокина: Татьяна Владимировна, это вопрос, видимо, к вам.

Александр Денисов: Спасибо.

Татьяна Волосовец: Наверное, скорее всего, вопрос ко мне. Я росла в семье педагогов, моя мама дошкольный педагог, моя бабушка учительница и директор школы. И конечно, в нашей семье никакие физические наказания были недопустимы однозначно. Я, видимо, каким-то понятливым была ребенком, со мной достаточно было поговорить о том, что правильно делать, а что неправильно, и в общем, я слушалась родителей. Скорее всего, это относится, в общем, наверное, к высоким профессиональным компетенциям моих родственников, но, видимо, мне просто повезло.

Я считаю, еще раз повторюсь, что, если в семье есть физическое насилие, если в семье ребенка бьют, ничего хорошего из этого не получится. Насилие вызывает насилие, и в этом смысле мы потом увидим, как дети проявляют насилие в школе по отношению к своим друзьям, соученикам, во взрослой жизни, то есть ничего хорошего в будущем, когда он будет уже взрослым, когда он будет состоявшимся человеком, его равное детское насилие, которое проявлялось к нему в возрасте 3–5 лет, оно все равно сыграет с ним злую шутку в его судьбе. Поэтому, дорогие родители…

Анастасия Сорокина: Сертифицированная няня скорее обладает знаниями, как этого не допустить.

Татьяна Волосовец: Как этого не допустить и как можно найти к ребенку подход. К любому ребенку можно найти подход, и даже те дети, о которых мы говорим, что это дети с СДВГ, это двигательно активные дети, про которых говорят, что они не сидят на месте, крутятся беспрерывно, невозможно ничем увлечь, – можно! Есть методики, есть методы, приемы, есть педагогические технологии, есть, в конце концов, психологические кейсы, все разработано, все в руках сертифицированной няни.

Александр Денисов: Вопрос, сколько это будет стоить только.

Анастасия Сорокина: Давайте выслушаем Елену из Ростовской области. Елена, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте. Вот вы знаете, я хочу рассказать свою историю. Вот ваша гостья говорит, что нужно образование чтобы у нянечки педагогическое, медицинское было образование. Вы знаете, я работала няней у богатых людей, у меня образование 8 классов. Когда я там проработала, пришла, девочке было всего годик, маленькая девочка была, и сразу мне ее мамочка молодая сказала: «Вы знаете, я хочу, чтобы вы были второй мамой в мое отсутствие, когда меня нет, чтобы вы любили мою девочку, понимаете? Мне не надо, чтобы вы ей ни кушать готовили, ни стирали, ничего, вы только за ней смотрите и все», – понимаете? Медсестра приходила ей массажики делала, вот что хочу сказать. Любить надо ребенка, самое главное – любить! А преподавателя они наймут, придет, с ней будет заниматься, развивать ее, медсестра придет тоже к ней. Понимаете, любовь должна, самое главное – любовь.

И когда я от них уходила, она сказала мне, говорит: «Вы знаете, я няню уже не буду, я вынуждена ее отдать тогда в частный садик, после вас няней не хочу я никаких других». И ее папа мне признался, говорит: «Я пригласил своих друзей (она главный врач) и сказал: «Вы понимаете, я никогда не встречал такую женщину, чтобы так любила чужого ребенка». Видимо, какая-то у них, наверное, запись, видеокамера была, но я же тогда ничего не знала, никогда не работала няней, видимо, что-то было, прослушивалось, наверное, как я с этой девочкой общалась, понимаете?

Александр Денисов: Очевидно, если они за вами наблюдали, то они вас как-то и проверяли перед приемом на работу. Как они вас проверяли? По базам МВД? Расскажите.

Зритель: Никак не проверяли.

Анастасия Сорокина: Справки какие-нибудь спрашивали?

Зритель: Никак не проверяли. Из роддома медсестра, где рожала она эту девочку, предложила ей меня, все.

Александр Денисов: По рекомендации, в общем.

Зритель: Да, по рекомендации: сказали, что есть женщина, которая хорошая, нормальная. Но у меня никакого ни образования, 8 классов. Я с девочкой и читала книжечки, и гуляла, с ней все делала, с этой девочкой. Но меня освободили, ни готовить ничего, если только подогреть что-то, все, «вы только за ней смотрите и любите», вот она мне так и сказала, молодая мамочка сказала.

Анастасия Сорокина: Ну а сейчас вы работаете няней, Елена?

Зритель: Нет, я уже сейчас не работаю няней, все. Это была моя первая вот эта, я так к этой девочке привязалась. Любовь должна быть, а все это вторично, все эти… Пригласить можно медсестру, вот приходила медсестра, делала ей массажики, так же можно потом, они бы ей пригласили и педагога, она бы с ней занималась. Главное, любовь должна быть у няни к ребенку. Все, спасибо.

Александр Денисов: Спасибо.

Анастасия Сорокина: Спасибо.

Давайте быстро еще один звонок от Ольги из Оренбургской области успеем выслушать. Ольга, здравствуйте.

Зритель: Да, здравствуйте. Я уже увидела по бегущей строке, что я не единая в своих мыслях. Самая надежная няня – это родная бабушка, самая верная. Поэтому верните, пожалуйста, пенсионный возраст бабушкам в 55 лет, чтобы они могли помочь своим детям внуков здоровых выращивать. Спасибо.

Анастасия Сорокина: Спасибо, Ольга, вам за звонок.

Александр Денисов: Есть поговорка такая: «Есть бабушка, ее бы убил, нет бабушки, ее бы купил», – прости господи, когда некому сидеть.

Татьяна Волосовец: Ну, дорогие телезрители, ну кто против? Конечно, родная бабушка лучше. Но, во-первых, у нас семьи не все живут в одном городе дети и родители, бывает часто, что они живут в разных городах, чисто географически это невозможно. Бабушки многие работают, пенсионный возраст действительно увеличили. Поэтому куда деваться молодым родителям? Вариантов не так много: либо нужно вставать в очередь и получать место в так называемой ясельной группе, группе для детей младенческого и раннего возраста, не все родители готовы к этому, да и не все регионы готовы предоставить такое место, либо искать надежную няню. Бабушка – лучший вариант, кто бы спорил, но если нет родной бабушки рядом, что же делать? Тогда надо искать человека, который подходит.

Предыдущий наш телезритель, телезрительница сказала о том, что надо любить, – никто не против, безусловно, надо любить. Но кроме того, что любить, у няни должны быть определенные знания, умения и компетенции, абсолютно очевидно.

Александр Денисов: Татьяна Владимировна, вот начали мы с лицензирования, что это вывели из-под надзора. Ну вывели, там какая логика была? Чтобы это подешевле стало? Так дешевле не стали услуги, они такие же, как были, дорогие, так и остались. Вон, няня в Москве сколько, 60 тысяч в месяц?

Анастасия Сорокина: Ну, все варьируется, почасовые, есть разные варианты.

Татьяна Волосовец: Да, все варьируется.

Александр Денисов: Смысл тогда это было выводить из-под надзора?

Анастасия Сорокина: Почему? Кому это было нужно?

Александр Денисов: Все равно это доступнее не стало.

Татьяна Волосовец: Не знаю, кому это было нужно, вопрос не ко мне, а к контрольно-надзорным органам, которые этим занимались и дали такую какую-то рекомендацию. Моя вот сейчас позиция абсолютно очевидна. Во-первых, рынок нянь должен перестать быть «серым», он должен выйти из тени, потому что няни – это все равно вот такая какая-то «серая» история, когда родители находят человека, непонятно, где нашли, непонятно, что за человек, никаких гарантий у родителей нет…

Александр Денисов: Непонятно, почему он безработный, этот человек.

Татьяна Волосовец: Непонятно, почему он безработный. Понимаете, там много всяких вопросов. Иногда перед родителями стоит только вопрос оплаты, но еще раз повторюсь, ребенок – это самое дорогое, что есть у родителей, ну уж действительно нужно об этом подумать. Поэтому, конечно, нужен и процесс их обучения, и процесс их сертификации, и собственно процесс контроля, а как же, собственно, няня воспитывает этого ребенка, насколько…

Анастасия Сорокина: Вот камеры правомерно вообще использовать, когда следят за работой няни?

Татьяна Волосовец: Вы знаете, ну что значит правомерно или не правомерно? В стране разрешено все, что не запрещено, использование камер не запрещено, следовательно…

Александр Денисов: Ну, они у себя дома.

Татьяна Волосовец: Они у себя дома, они имеют на это право. И может быть, действительно камера дисциплинирует в какой-то степени человека, который понимает, что все-таки за ним смотрят. Но уж действительно нужно такого находить человека, который не из-за страха, за совесть работает, не потому, что ему страшно, что его камера снимает, а потому, что он по-другому не может.

Александр Денисов: Вот Ольга не знала и работала, потом только узнала, которая нам позволяю.

Татьяна Волосовец: Ну да.

Анастасия Сорокина: И то предполагает, может быть.

Татьяна Волосовец: И то предполагает, а может быть, и была камера, откуда она про это знает? Понимаете, и опять же под запрос родителей. Вот у этих родителей был запрос, что ничего делать не надо, только любить, ну можно книжечку почитать. Но современные родители совершенно другие, и они своих детей видят успешными в будущем, поэтому они хотят, чтобы дети развивались, чтобы дети получали какие-то знания, чтобы у них были какие-то навыки, чтобы они в первом классе были успешными и так далее, и так далее.

Александр Денисов: Татьяна Владимировна, вот все эти проблемы – это же оборотная сторона отсутствующей у нас инфраструктуры детства: ясельных групп у нас нет, в детских сад попасть сложно…

Анастасия Сорокина: Сложно.

Александр Денисов: То у тебя до часу дня, то потом до шести, и все, и привет, а если до восьми, тебя ждать никто не будет, то есть крутись как хочешь. Мы бы избежали всех этих жутких историй с нянями, которые там что-то творят с детьми, просто создав инфраструктуру детства, ну хотелось бы вернувшись к старой, которая была в советский период. Все, мы уже не можем ее себе позволить?

Татьяна Волосовец: Ну вот видите, я вздыхаю тяжело, потому что вспоминаю 1990-е гг., когда детские сады массово закрывались, здания передавались, не знаю вообще даже кому, просто передавались кому-то здания, продавались, передавались и так далее. Мы сейчас расхлебываем спустя 25–30 лет эту ситуацию. Детей в стране много, это очень хорошо, что у нас много детей, чем больше у нас женщины будут рожать детей, тем более как-то вот спокойнее за страну. Но я должна сказать, что ведь у нас в стране за последние 5–6 лет построено огромное количество и введено мест. Если у нас еще в 2014 году очередь была 2 миллиона 200 тысяч детей, то сейчас очередь 78–80 тысяч, понимаете?

Александр Денисов: Но яслей по-прежнему нигде нет.

Татьяна Волосовец: Ясли – это только-только поставлена задача введения новых вот этих мест, в этом году 140 тысяч мест в стране будет введено именно для детей в возрасте до 3-х лет. Но сами понимаете, 140 тысяч на огромную страну – это, в общем-то, капля в море. Конечно, нужно строить больше, я с вами совершенно согласна, нужно вводить какие-то другие вариативные формы, развивать частные детские сады, привлекать индивидуальных предпринимателей, для того чтобы можно было организовать группы, семейные группы развивать, ну то есть по максимуму дать возможность развития вариативности, и вот тогда мы эту проблему с очередностью решим. Сейчас пока она пробуксовывает, потому что частный сектор, негосударственный сектор развивается очень медленно.

Анастасия Сорокина: Если мы говорим сейчас про такую… Понятно, что ситуации у всех разные, деньги тоже разные в зависимости от того, где няня работает и так далее. Очень часто нам пишут учителя, очень часто пишут работники социальных каких-то учреждений, что очень низкие зарплаты, очень много проблем. А вот эти люди, педагоги, действительно поработавшие в детских садах год, десятилетие – вот они, интересно, могут найти себе возможность свои навыки, свой опыт применить, работая няней?

Татьяна Волосовец: Ой, вы знаете, именно они как раз-таки в первую очередь и находят вот эти места работы. Это те люди, которые отработали какое-то количество лет воспитателями в детских садах, у которых есть уже опыт, которые умеют и знают, как работать с детьми. И родители, родительский запрос именно на эту категорию педагогов, но не на пенсионеров, а именно на категорию людей, скажем, между 37–47 годами, вот на этот средний возраст, чтобы, с одной стороны, был уже опыт работы, а с другой стороны, это еще была молодая, крепкая женщина. Кстати, на нянь-мужчин спроса вообще нет, в основном спрос на нянь-женщин.

Александр Денисов: Да я бы удивился, увидев такое объявление о няне-мужчине.

Татьяна Волосовец: Ну это так, к слову.

Александр Денисов: Если только чтобы воспитать настоящего мужчину, тогда да.

Анастасия Сорокина: Хотя раньше были и гувернеры тоже, Александр Сергеевич Пушкин…

Татьяна Волосовец: Гувернеры были, конечно.

Александр Денисов: Да, опять Пушкин, да что ж такое.

Анастасия Сорокина: Никуда без него.

Татьяна Волосовец: Ну сегодня день имени Пушкина.

Александр Денисов: Арина Родионовна теперь, скажем прямо, не каждому по карману.

Татьяна Волосовец: Ну, смотря что вы имеете в виду, какой смысл в «Арина Родионовна». Арина Родионовна – крестьянская женщина, не очень, скажем, грамотная, но хорошо знающая сказки, потешки, колыбельные и так далее. Конечно, это было здорово. Но опять же для Александра Сергеевича, когда он чуть-чуть подрос, наняли уже гувернера, то есть уже когда пришло время изучать основы наук, уже Арина Родионовна была не про это.

Анастасия Сорокина: Может быть, это правильно? Может быть, мальчикам надо мужчин-нянь все-таки нанимать, потому что…

Татьяна Волосовец: Вы знаете, наверное, не нянь, может быть…

Анастасия Сорокина: …гувернеров.

Татьяна Волосовец: ...это домашний воспитатель, может быть, это как-то по-другому. Может быть, действительно у нас мальчики растут в таком феминном обществе: воспитатели женщины, помощники воспитателя в детских садах женщины, учителя начальных классов на 95%, наверное, женщины, малый процент мужчин, да и вообще учителя в школе в основном женщины, что уж об этом говорить. А очень многие мальчики растут в неполных семьях, а там дома мама и бабушка. Ну и где пример мужского воспитания? Где пример мужских поступков?

Анастасия Сорокина: То есть безработным мужчинам надо задуматься?

Татьяна Волосовец: Конечно! Где пример мужских поступков? Вот и растут наши мальчики под маминым оком, изнеженные, собственно, с таким вот таким несколько женственным воспитанием, а потом мы говорим, куда же делись настоящие мужчины.

Александр Денисов: Это у нас прозрачный намек для военных пенсионеров, вот где они могут себя найти.

Татьяна Волосовец: Себя применить, да.

Александр Денисов: Да. Мы рассказывали, что кто-то маникюр там делал, вот, пожалуйста, еще один способ.

Анастасия Сорокина: Можно и в гувернеры пойти.

Спасибо. Обсуждали тему нянь с Татьяной Владимировной Волосовец, директором Института изучения детства, семьи и воспитания Российской академии образования. Спасибо, что были с нами в студии.

Татьяна Волосовец: Спасибо, всего доброго, до свидания.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (1)
Арсен
Образование у вас рынок, услуги рынок и няни рынок. Сначала надо избавиться от продажного мышления и само всё наладится. Многих вопросов без общества продажности раньше просто не возникало. У нас даже не надо воспитывать общество потребителей, люди рождённые в СССР как-то сами отформатировали свой мозг под рынок.

Выпуски программы

  • Все видео
  • Полные выпуски