Телефонных мошенников посадят

Телефонных мошенников посадят | Программа: ОТРажение | ОТР

Если ужесточить наказание до 10 лет тюрьмы, снизится ли количество преступлений по телефону?

2021-03-29T13:41:00+03:00
Телефонных мошенников посадят
Новая холодная война. Кто заменит мигрантов на стройке. Отдыхаем в России. Перспективы Союзного государства. Как бороться с раздражительностью
Весеннее обострение
Белоруссия. Перспективы сотрудничества
Сергей Лесков: Есть основания полагать, что в новой жизни, дверь в которую нам открыла пандемия, привычный нам спорт отмирает и на его место приходит киберспорт
США и Россия. «Плюшевые» санкции и реальные намерения
Выбить деньги с бывшего
Что вас раздражает?
ТЕМА ДНЯ: Отдохнём в России. Дорого
Некому строить?
Новая холодная война?
Гости
Виталий Вехов
профессор кафедры цифровой криминалистики МГТУ им. Н.Э.Баумана, эксперт в области информационной безопасности, доктор юридических наук
Алексей Парфентьев
начальник отдела аналитики «СёрчИнформ»

Иван Князев: Ну а сейчас вот о чем. Центробанк предлагает внести телефонное мошенничество в Уголовный кодекс, точнее – подвести жуликов под статью «Мошенничество в сфере компьютерной информации». Наказание там – до 10 лет лишения свободы, между прочим.

Тамара Шорникова: Ужесточать меры нужно. Это стало еще очевиднее в пандемию. В прошлом году регулятор направил на блокировку 26 тысяч телефонных номеров – на 86% больше, чем в 2019-м. Потери банковских клиентов выросли в полтора раза и составили около 9 миллиардов рублей. Но, чтобы наказать мошенников, их сначала нужно поймать. Как с этим обстоят дела? Спросим у экспертов.

Если вам звонили мошенники – расскажите, позвоните нам или напишите SMS.

Иван Князев: Ну да, это будет наш опрос для вас: вас обманывали телефонные мошенники – да или нет? 5445 – номер для ваших ответов. Пишите. Посмотрим, сколько нас таких, я бы сказал.

Тамара Шорникова: Нас?

Иван Князев: Да.

Тамара Шорникова: Было, Ваня, да?

Иван Князев: Было, конечно же, звонили. Правда, я не особо ведусь на такие дела.

Виталий Вехов у нас сейчас на связи, профессор кафедры цифровой криминалистики МГТУ имени Баумана, эксперт в области информационной безопасности. Здравствуйте, Виталий Борисович.

Виталий Вехов: Добрый день.

Иван Князев: Виталий Борисович, мы уже много раз в этой студии задавали вопросы нашим экспертам. Тут дело даже не в том, как их поймать (хотя поймать таких людей тоже тяжело), а что потом дальше с ними делать, как их наказать. Вот то, что сейчас предлагается как-то пересмотреть то, что прописано в Уголовном кодексе и, возможно, в Уголовно-процессуальном кодексе, – это поможет, грубо говоря, выходить на таких людей и наказывать их?

Виталий Вехов: Это поможет лишь отчасти, поскольку будет решена проблема повторного совершения таких преступлений, так называемого рецидива. Когда люди будут понимать, что за это им грозит до 10 лет лишения свободы, видимо, им несколько раз придется задуматься о тех гипотетических денежных средствах, которые они могут похитить с помощью телефонного мошенничества, и о тех реальных сроках, которые им придется в местах не столь отдаленных отбывать.

Конечно, эта предупредительная мера даст свой положительный эффект. Но дело заключается в том, что одна норма, которая будет добавлена, введена и усилена в действующем Уголовном кодексе, не решит всей проблемы в комплексе. Почему? Дело в том, чтобы довести дело до суда, необходимы специализированные следственные подразделения, для того чтобы провести качественное расследование и передать дело в суд. К сожалению, до 2010 года в милиции у нас такие подразделения были, а после переаттестации из милиции в полицию в 2010 году они были расформированы за ненадобностью.

Иван Князев: То есть я правильно понимаю, что у нас в полиции нет специалистов, которые могли бы вести такие дела, доводить их до суда, собирать доказательную базу и тому подобное?

Виталий Вехов: Да, конечно. Если вы придете и обратитесь к участковому оперуполномоченному либо в следственное подразделение в любом отделе полиции, что у вас украли кошелек, то его худо-бедно найдут. Но если вы скажете, что у вас украли электронный кошелек, то сначала вас не поймут, с чем вы сюда пришли. Далее вас всеми возможными незаконными способами будут уговаривать не подавать заявление.

Но если такое не произойдет и вы заявление все-таки подали на возбуждение проверки и последующего расследования, то дело будет приостановлено за отсутствием лица, совершившего данное преступление. А статистика показывает, что 86% уголовных дел, возбужденных по этому направлению, приостанавливаются за отсутствием лица и не доходят до суда.

Иван Князев: Сколько процентов? Еще раз.

Виталий Вехов: Около 86%.

Иван Князев: То есть это так называемые «глухари», да?

Виталий Вехов: Ну, имеется в виду, что возбуждаются не все уголовные дела по аналогичным заявлениям.

Тамара Шорникова: Но не 100%, мы понимаем из этой цифры. Соответственно, какие-то дела все-таки раскручиваются, доходят до суда. А кто ими занимается? Как сейчас поисковая работа ведется?

Виталий Вехов: Занимаются ими единичные специалисты, высококвалифицированные, имеющие, как правило, два высших образования: юридическое по линии следствия, и второе – инженерно-техническое образование по линии IT-технологий. Таких людей чрезвычайно мало, поскольку никто за 43 тысячи рублей в месяц не готов работать.

Иван Князев: Виталий Борисович, ну а как работа-то ведется, если на пальцах нам разложить? Вот нужен человек с двумя высшими образованиями. А что там сложного? На примере можно разъяснить нам? Как поймать этого мошенника?

Виталий Вехов: На примере? Очень сложно свести те юридические определения и нормы, содержащиеся в Уголовном кодексе, в Уголовно-процессуальном кодексе, в действующем законодательстве, перевести их в нормальный юридический, понятный для суда язык доказательств, поскольку у нас имеются технические термины, технические данные, а они не всегда совпадают в определениях с теми юридическими нормами, которые мы имеем в законе. Вот в чем сложность.

Первая сложность – знать нормативно-правовые и технические данные, регламентирующие порядок применения IT-технологий, и те стандартные, применяемые для общеуголовных преступлений нормы права, которым обучают в высших учебных заведениях системы МВД, ФСБ и Следственного комитета России. Вот в чем заключается сложность.

Иван Князев: Я так понимаю, что как раз вот эта нынешняя статья, которая все это будет просто квалифицировать как мошенничество в компьютерной сфере, она все это дело упростит? То есть обманул человека – обманул. А как он там технически, сам он эти деньги перевел, не сам, но у тебя был умысел. Значит, будешь отвечать.

Виталий Вехов: Ну, одного умысла недостаточно. Необходимо доказать, что действительно он выполнил эти действия с помощью конкретного электронного устройства, зарегистрированного на него либо зарегистрированного на иное лицо. Вот в этом сложность как раз и будет заключаться.

Тамара Шорникова: Давайте послушаем вместе телефонный звонок – Владимир, Ростов-на-Дону. Здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте.

Тамара Шорникова: Да, слушаем вас.

Зритель: Вы меня слышите?

Иван Князев: Да-да-да.

Зритель: Смотрите, моя история. Два часа ночи, люди спят. Звонят и говорят: «Ваш сын сбил женщину, сейчас ее повезли в больницу. ГАИ пишут протокол. Чтобы решить эту всю проблему, надо 300 тысяч». Вы понимаете, вот вы спите, все нормально, два часа ночи. И вас шандарахнуло по голове! А тем более я знаю, что сын был на работе.

Но мы на это дело не повелись. Собрали дома «генеральный штаб» и приняли такое решение – мы сделали семейный пароль. И вот потом, когда мне такие вещи звонили, я просто говорю так: «Пароль?» – «Он пишет, он занят». Я говорю: «Пусть он скажет пароль». – «Да вы понимаете…» Я говорю: «Пароль! Есть пароль? Нет? Все, до свидания». Вот так.

Вот сегодня звонили, уже два раза звонили: «Вам открыли счет на миллион. Пожалуйста, мы вам даем кредит, берите». Я говорю: «Ребята, я кредиты никогда не брал и не беру». Но откуда они знают мой телефон? Откуда они знают, где я живу? Откуда они знают мою фамилию? Откуда они все это знают? Кто им дает такую информацию?

Иван Князев: Спасибо, спасибо вам за вашу историю, Владимир.

Тамара Шорникова: Виталий Борисович, если все-таки говорить о мерах, которые могут приструнить каким-либо образом мошенников или упростить работу правоохранительным органам, на мой взгляд, каких мер не хватает? Что бы еще можно было ввести?

Виталий Вехов: Я хочу связать свой ответ с тем, что сейчас было озвучено в эфире потенциальным потерпевшим. Мы сами предоставляем эти данные мошенникам (я задаю на заданный им вопрос в эфире), когда заполняем бонусные, различные скидочные карты. Мы указываем там телефон, мы указываем адрес электронной почты, мы указываем фамилию, имя, отчество и некоторые другие свои данные, которые позволяют мошенникам потом в последующем использовать их для совершения преступления.

Иван Князев: Но это же незаконно.

Виталий Вехов: Вот когда мы с вами это поймем, тогда мы, во-первых, облегчим работу правоохранительным органам, а во-вторых, защитим свои денежные средства от аналогичных способов совершения преступлений.

Тамара Шорникова: Ну да, Ваню поддержу. Мы, конечно, оставляем. И, наверное, могли бы поаккуратнее с этим обходиться. Но нам гарантируют конфиденциальность этих данных. Соответственно, кто-то несет ответственность за сохранение.

Виталий Вехов: Никто вам конфиденциальность данных не гарантирует, когда вы в «Пятерочке», в различных сетях заполняете бонусные и скидочные карты. Они идут не персонифицированно. И в тех документах, в которых вы пишете, вы указываете только те данные, о которых я сказал, которые в последующем могут быть использованы против вас. Но ни о какой защите вы не подписываете никакой документ. Обратите внимание на это.

Иван Князев: еще одно маленькое уточнение, Виталий Борисович. Наш телезритель говорил, что когда ему так звонят и говорят, что его сын кого-то сбил, – это же мошенничество?

Виталий Вехов: Нет, это не мошенничество, это покушение на мошенничество. Но здесь опять же надо проводить расследование, поскольку сначала надо найти этого человека, а потом…

Иван Князев: Подождите, подождите минуточку! А если бы человек деньги перевел вот сейчас, то есть все-таки он бы послушал этого злоумышленника и деньги ему перевел, то факт преступления был бы уже?

Виталий Вехов: Это достаточно сложно доказать, поскольку он это сделал самостоятельно, находясь в здравом уме и светлой памяти. Его никто не вводил в заблуждение, если это не…

Иван Князев: А как это не в заблуждение, если его сын был на работе и никого не сбивал?

Виталий Вехов: А?

Иван Князев: Ну, если его сын был на работе и никого не сбивал. То есть получается, что ему позвонили, сказали заведомо ложную информацию, попытались обмануть, чтобы выманить из него деньги.

Виталий Вехов: В данном случае, конечно, это мошеннические действия. Но их надо доказать.

Иван Князев: Понятно.

Виталий Вехов: А доказывать некому.

Иван Князев: Спасибо.

Тамара Шорникова: Виталий Вехов, профессор кафедры цифровой криминалистики МГТУ имени Баумана, эксперт в области информационной безопасности, доктор юридических наук.

Ну что? Аккуратнее. Да? Все, что можно сказать в данном случае.

Иван Князев: Нет, ну история с семейным паролем – очень хорошая. На заметку.

Тамара Шорникова: Абсолютно, да.

Посмотрим видеоматериал. Наши корреспонденты в Казани, Калининграде и Владивостоке спросили у местных жителей, становились ли они жертвами телефонных мошенников. Вот что отвечали.

ОПРОС

Иван Князев: Аферисты еще какие! Правильно делаете, что не доверяете, уважаемые пенсионеры. Вот из Оренбургской области пишут: «Мне писали: «Мама, помоги!» А если я папа, то как быть?» Из Приморского края: «Звонили, представлялись сотрудниками Следственного комитета, – на секундочку. – Вот как тут не поверить?»

Тамара Шорникова: Калининградская область: «Цифра» содействует криминалу», – пишет телезритель. И коротко: «Обманывали», – сообщение из Челябинской области.

Иван Князев: Еще один эксперт у нас на связи – Алексей Парфентьев, начальник отдела аналитики SearchInform, специалист в сфере информационной безопасности. Здравствуйте, Алексей Борисович.

Алексей Парфентьев: Здравствуйте.

Иван Князев: Тут, наверное, самый главный вопрос: как их выявлять все-таки, как их находить, чтобы потом их в тюрьму доставлять, сажать?

Алексей Парфентьев: Ну, на самом деле их выявление – не такая простая задача. Существует несколько методик их выявления, несколько уровней работы и правоохранительных органов, и сотрудников служб информационной безопасности банков, и так далее.

Во-первых, здесь нужно пояснить саму суть проблемы, которую вы уже частично затрагивали в эфире. Это то, что мошенники не могут работать без предварительного этапа, который заключается в утечке наших с вами персональных данных. Если утечка не произойдет, мошенникам будет просто не с чем работать, они не смогут позвонить вам и убедить вас в том, что он сотрудник банка, Следственного комитета или еще чего-то. То есть первый этап борьбы с мошенниками – это, в общем-то, борьба с утечками.

Существует специальная практика, существует законодательство по утечке. Это определяется 152-м законом «О персональных данных». В принципе, вся методика там изложена на самом деле. Предыдущий спикер говорил о том, что наши данные никак не защищены, когда мы кому-то их отдаем. На самом деле это не так, они по закону обязаны быть защищены.

И единственная проблема, единственный момент негативный, который здесь существует, он заключается в том, что ответственность за утечку, за разглашение персональных наших с вами данных, допустим, если вы сотрудник банка с доступом к таким данным, она определяется от нескольких тысяч рублей до нескольких десятков тысяч рублей для юридических лиц. А вознаграждение в Даркнете на базу персональных данных измеряется в миллионах рублей. Риск налицо. И недостаточная жестокость, жесткость законодательства тоже налицо. Это причина, по которой мошенники вообще существуют.

Вторая причина, по которой их сложно поймать и по которой эта деятельность вообще имеет такую огромную популярность, как сейчас (по отчету Центробанка, каждый десятый звонок из банка – это звонок мошеннический, это звонок от мошенников), состоит в том, что существующий уровень цифровизации, во-первых, дает практически всем клиентам банков и вообще всем гражданам абсолютно любые цифровые сервисы и возможность в три клика перевести деньги, все что угодно, достав смартфон из кармана. И второе – эта же самая цифровизация дает мошенникам возможность быть глубоко анонимными, и их крайне сложно найти.

Именно поэтому… В сюжете говорилось о том, что полиция не очень хочет, не очень имеет желание большое разбираться в таких делах. Иногда в возбуждении дела просто отказывают, потому что нет состава преступления.

Тамара Шорникова: Алексей Борисович, понятно, что, действительно, наверное, непростой путь – обнаружение таких мошенников. Но когда касается нас, то выясняется, что очень просто получить о нас какую-либо информацию. Зашел в магазин, подключил вайфай – и все, уже завтра тебе «прилетела» контекстная реклама нужного порядка. То есть кажется, что это как сложно, так и легко одновременно. Почему в отношении нас так легко информация выведывается, а вот их определить сложно?

Алексей Парфентьев: Согласен с вашим утверждением. На самом деле главный фактор борьбы со всеми этими телефонными мошенниками – это просто желание и просто воля. Есть много случаев, когда «колл-центры» этих мошенников организованы прямо в исправительных учреждениях – то есть, грубо говоря, в тюрьме. Мне не очень верится, что закрытое учреждение со специальным регламентом, где каждое действие заключенного подконтрольно, могло не заметить факта, что у них внутри, в камере работает «колл-центр». То есть временами, да, просто отсутствие желания, отсутствие воли здесь налицо.

Иван Князев: Ну а если ли какие-то механизмы прописать, как с этим взаимодействовать, то, может быть, тогда и желание прибавится? Потому что появится какой-то алгоритм, как можно действовать. Я не знаю, правоохранительные органы поймут его и начнут применять.

Алексей Парфентьев: Да, есть. У Банка России есть инициатива о введении уголовной ответственности (причем довольно серьезной – до 10 лет) за сам факт мошеннического звонка. В эфире говорилось, что сейчас…

Иван Князев: Мы об этом и говорим, да.

Алексей Парфентьев: …такая мера не работает. Сейчас нужен потерпевший, финансовый ущерб, доказанный факт – и тогда действительно это превращается в уголовный процесс. До этого момента, когда потерпевших еще нет, но мошенники уже вовсю звонят, уголовным делом это не является. И в этом разрезе это предложение Банка России – оно очень правильное.

Тамара Шорникова: Давайте вместе послушаем телефонный звонок. Татьяна?

Иван Князев: Московская область. Здравствуйте.

Зритель: Алло.

Тамара Шорникова: Коротко, если можно, Татьяна.

Зритель: Ну, еще мошенники пытаются различным образом снимать деньги с карт, с наших счетов. Меня пригласили прямо к банкомату. Ну, наверное, рассчитывали, что возраст постарше, может, не настолько хорошо знакома. И быстро пытались диктовать. Во-первых, предложили бухгалтера сразу, другого человека, чтобы выглядеть это как организация. Пытались сменить пароль.

Тамара Шорникова: Татьяна, итог какой? Получилось у них у вас обмануть?

Зритель: Нет, ничего не получилось. Я на самом деле проехала просто для того, чтобы понять очередную схему, каким образом пытаются снимать деньги. Было много вариантов, они пытались звонить. Заманивают, как правило, когда пытаешься взять квартиру или гараж, двойной ценой, тройной ценой. Объясняешь, что в другом городе. Из мест не столь отдаленных люди тоже звонили. Я говорю: «Ребята, не тратьте свое время, я все прекрасно знаю».

Тамара Шорникова: Спасибо вам за звонок.

Иван Князев: Спасибо.

Тамара Шорникова: Поблагодарим также и эксперта – Алексея Парфентьева, начальника отдела аналитики SearchInform. Спасибо за комментарии.

Подведем итоги нашего опроса. Спрашивали вас: обманывали ли вас телефонные мошенники?

Иван Князев: 68% наших телезрителей, сказали «да». Соответственно, 32% – «нет».

Тамара Шорникова: И вот еще одна SMS, прямо только что «свалилась», из Калужской области: «В один день было 15 звонков с неизвестных номеров. Я не отвечаю». Ну, терпению прямо позавидовать можно.

Иван Князев: Как пишет Ульяновская область: «Тем, кто не отвечает, и не звонят». Ну, действительно, пока на данный момент, наверное, это самый такой действенный способ.

Тамара Шорникова: Да. В общем, будьте осторожнее, не ведитесь!

А сейчас расскажем, о чем наши коллеги будут говорить вечером.

Иван Князев: «Налоговая нашла свободную кассу». Федеральная налоговая служба и Минфин хотят усилить контроль за использованием кассовых аппаратов на рынках и ярмарках. Как это предлагается делать и каким результатам может привести? Об этом – в 20:00.

Тамара Шорникова: «В коммунальные тарифы все включено». Генпрокуратура выявила странные дополнения к платежам за воду. В ряде регионов сбытовые компании включали в тариф выплаты топ-менеджменту, обслуживание автомобилей и аренду офисов. Подробнее – в половине десятого… простите, девятого.

Иван Князев: Аграрии предупреждают о резком росте затрат на новую посевную кампанию. Что и как подорожало на земле? И к какому росту цен на продукты это приведет? Узнаем в 21 час.

Тамара Шорникова: Спасибо за ваши звонки, вопросы и рассказы о собственном опыте. Продолжайте смотреть ОТР. И не забудьте в 20:00 включить.

Иван Князев: До встречи, друзья!

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)
Если ужесточить наказание до 10 лет тюрьмы, снизится ли количество преступлений по телефону?