ТЕМА ЧАСА. Чиновникам зарплату не прибавят?

ТЕМА ЧАСА. Чиновникам зарплату не прибавят? | Программы | ОТР

Минфин предлагает оставить госслужащих без индексации зарплат в нынешнем году. Это правильно?

2020-08-03T13:53:00+03:00
ТЕМА ЧАСА. Чиновникам зарплату не прибавят?
Наталья Починок: Никакие профессии не умрут, они просто будут иметь всё большую цифровую составляющую
Внимание – мошенники!
Россию XVIII века от любой европейской страны отличал громадный культурный раскол общества, в котором одна часть не понимает, как живет другая
Что у школьника в тарелке?
ТЕМА ДНЯ: Продукты накрыло цунами цен
«Всё включено» по-русски
Траты растут! Покупаем больше или платим дороже?
Прививка от ограничений
Что нового? Екатеринбург, Абакан, Биробиджан.
90 лет Михаилу Горбачеву. Миллиарды для села. Пенсии работающим. Налог на роскошь. Жить стали хуже
Гости
Любовь Адамская
доцент кафедры «Государственное и муниципальное управление» Финансового университета при Правительстве РФ
Игорь Строганов
доцент кафедры предпринимательства и логистики РЭУ им. Г.В. Плеханова
Георгий Остапкович
директор Центра конъюнктурных исследований ВШЭ

Иван Князев: Ну и мы снова в студии. Программа «Отражение» продолжает свою работу. С вами по-прежнему Оксана Галькевич…

Оксана Галькевич: …и Иван Князев с вами по-прежнему. А новости тут такие, которые хотим с вами обсудить, вы знаете, кого-то, наверное, расстроят, а кого-то, может быть, обрадуют, потому что речь пойдет сейчас о чиновниках и государственных служащих, а также об их зарплатах. Министерство финансов в борьбе за сокращение дефицита бюджета предлагает оставить эту категорию россиян без индексации их заработков в этом году.

Иван Князев: Минфин, кстати, это делает не впервые. Ведомство Антона Силуанова регулярно использует этот инструмент, когда нужно сбалансировать бюджет. По закону госслужащим ежегодно полагается прибавка индексации, а Минфин снова предлагает этого не делать. Вот который год без прибавки.

Оксана Галькевич: С одной стороны, у федеральных чиновников зарплаты – скажем так, жить можно, да? Если посмотреть по 2018 году, то там средний показатель – 126 тысяч рублей. Хотя мы и говорили о том, что это весьма такой… ну, не всегда адекватный показатель, средний показатель, но тем не менее жить можно. Но это федералы все-таки, а у нас в стране, кроме федеральных чиновников, есть еще региональные чиновники и государственные служащие, есть муниципальные – те самые, что работают, как говорится, на земле.

Иван Князев: Маленькие люди.

Оксана Галькевич: Вот там какие у них зарплаты, какие доходы? Вряд ли, я думаю, космические, Иван.

Иван Князев: Да вообще, наверное, не космические. 37 тысяч рублей в месяц – это средняя зарплата работников муниципалитетов России, почти на 13 тысяч ниже средних показателей по стране. Ситуация разная, конечно, в зависимости от региона. На Севере и в отдельных субъектах федерации, на Дальнем Востоке – выше, это традиционно. А вот, например, в Псковской области – всего 18 тысяч рублей в месяц.

Оксана Галькевич: Вы знаете, мы, уважаемые зрители, хотим к вам сейчас обратиться с такой просьбой и с вопросом, как-то безэмоционально. Всем сейчас сложно, зарплаты у многих падают и меняются не в желаемую, так скажем, сторону, но тем не менее, если как-то спокойно говорить о доходах других людей, то как вы считаете, нужно ли индексировать зарплаты чиновникам и государственным служащим? Это наш опрос. В ближайший час мы будем собирать ваши мнение, в итоге в финале этого часа подведем итоги.

Иван Князев: Ну а сейчас представим экспертов. У нас на связи Любовь Адамская, доцент кафедры «Государственное и муниципальное управление» Финансового университета, кандидат социологических наук. Здравствуйте, Любовь Владимировна.

Оксана Галькевич: Любовь Владимировна, здравствуйте.

Любовь Адамская: Здравствуйте, Иван. Здравствуйте, Оксана.

Оксана Галькевич: Любовь Владимировна, смотрите. Получается, если предложение Силуанова будет принято к действию, то государственные служащие и многие чиновники останутся в нашей стране уже не первый год без какой-то индексации ожидаемой. Как вы считаете, правильное решение? Ну, цель-то благородная – надо сбалансировать бюджет. Как вы считаете, решение правильное – за счет этого госсектора ситуацию балансировать?

Любовь Адамская: На мой взгляд, вообще решение даже немного запоздалое. Немного, немного. Почему? Потому что, в принципе, это нужно было давным-давно сделать. Мы понимаем, что внутренний валовый продукт зависит от тех людей, которые работают руками и которые не только платят налоги, но и их труд – это как раз то эффективное, что можно увидеть и почувствовать.

Что касается чиновничьего аппарата, особенно федерального уровня… Мы с вами несколько раз в программах уже говорили о том, что очень резко завышены. И понять критерии эффективности чиновников, которые сидят в хороших кабинетах, в дорогих креслах, хорошей итальянской мебелью окружили себя… Особенно сейчас, после этих нехороших ситуаций с пандемией в обществе, я думаю, это вызывает раздражение у людей. И все это раздражение, весь этот негатив, естественно, направлены на первое лицо государства.

Оксана Галькевич: Любовь Владимировна…

Любовь Адамская: И то, что сегодня Антон Силуанов предложил – это норма реальная, и она будет одобрена народонаселением.

Оксана Галькевич: Любовь Владимировна, то, что она будет одобрена – в принципе, во многом я уже вижу по реакции нашего SMS-портала.

Иван Князев: Ну, сомнений не вызывает.

Оксана Галькевич: Но мы с вами в наших эфирах много говорили не только ведь о федеральных чиновниках. В том числе вы говорили о том, что у нас чиновник чиновнику, госслужащий госслужащему – рознь. Есть регионы, есть муниципалы. Вот мы с Иваном только что показали, какие зарплаты у муниципалов в муниципалитетах. Ну, там же, в общем, не сказать, что шикарно-то.

Любовь Адамская: Да, муниципальный сегмент мы с вами, действительно, Оксана, всегда проговаривали. И я за муниципалов искренне душой переживаю. Почему? Потому что любое движение по сокращению или штатных единиц, или заработной платы на федеральном уровне всегда почему-то сказывается именно на муниципальном сегменте. И страдает именно муниципальный сегмент.

Мне кажется, что муниципалов нужно рассматривать как особую категорию. И их трогать на сегодняшний момент просто нельзя. Их можно посмотреть только с той позиции, как, например, сделать, скажем так, в каком-то коэффициенте побольше им заработную плату. Почему? Потому что они работают, как вы верно сказали, именно на земле. И на земле гораздо сложнее работать, нежели в кабинетах.

Хотя, в принципе, я смотрю, некоторые политики пытаются сказать следующее: «Как это так?!» Да даже из практики исхожу. Год учебный закончился. Я сейчас к ведущим политикам, которые знаменитые, у вас выступают, они и на Первом канале, обращаюсь: «Будьте учредителями именной стипендии для студентов. Раз в год это 15–17 тысяч рублей».

Вы знаете, что мне помощники членов Совета Федерации отвечают? «Что вы, Любовь Владимировна? Мы живем сейчас на одну заработную плату. И вы не понимаете, что члену Совета Федерации очень тяжело выступить в качестве учредителя именной стипендии студента, который из его региона».

Вы знаете, я теряюсь в таком случае. И когда этот уровень федеральный говорит о таких вещах вслух, то начинает у меня повышаться пульс за тех, которые работают непосредственно на земле, потому что сегодня муниципальные сотрудники… Вы показали, что 37 тысяч. Это еще что-то. А ведь получают и 12, и 15 тысяч рублей. Это сложно.

Поэтому здесь нужно было бы акцент сделать именно в параллели: у чиновников федерального уровня убрать (но нужно подумать, как это логично сделать, чтобы было понятно) и как-то индексировать именно муниципальным служащим.

Иван Князев: Простимулировать муниципалитеты.

Оксана Галькевич: Любовь Владимировна, вы знаете, вы так эмоционально (прямо чувствую, что накипело) описали вашу беседу с людьми из высших эшелонов власти. Я думаю, им объяснить будет сложно, Любовь Владимировна. Если вы не сумели…

Иван Князев: Они этому не обрадуются.

Оксана Галькевич: Но мы все равно будем стараться.

Иван Князев: Давайте сначала звонок послушаем, а потом разберемся все-таки, из чего складывается заработная плата муниципальных чиновников на местах.

Ну а сейчас с нами на связи… Какой регион?

Оксана Галькевич: Валентина из Владимира.

Иван Князев: Владимир у нас.

Оксана Галькевич: Здравствуйте, Валентина.

Иван Князев: Здравствуйте.

Оксана Галькевич: Главное – не перепутать.

Иван Князев: Да-да-да.

Оксана Галькевич: Здравствуйте.

Иван Князев: Слушаем вас.

Зритель: Вы знаете, я хочу сказать, что, в общем-то, я согласна, что надо все-таки здесь не уравнивать. Некоторые чиновники в регионах получают настолько низкие зарплаты! – 30 тысяч, 20 тысяч. А некоторые… Ну, я уж не говорю о высших чинах, у которых вообще заоблачные зарплаты.

Но попутно у меня еще такой вопрос. Бюджет наш из чего складывается? Почти каждый день смотрю сюжеты, как мы взяли под свою опеку Сирию. Конечно, надо помогать Сирии. Но прежде всего надо, наверное, заботиться о своих людях. Им бесплатно сахар, мука, консервы. За счет чего им такие льготы устраивают?

Иван Князев: Валентина, наш бюджет из разных источников формируется, из разных доходов. И статьи расходов тоже бывают разные. Тут одно с другим путать нельзя.

Знаете, что мне хотелось у вас узнать? Вот вы лично общаетесь с теми или иными госслужащими? Ваше мнение – как они работают? Много ли работают? Сильно ли они загружены? Хорошо ли живут? Может, я не знаю, у вас там по соседству замки, машины и так далее.

Зритель: Да нет. У меня, например, родственник работает чиновником. У него зарплата – 15 тысяч. Ну, правда, там еще премиальные, туда-сюда. Ну, набегает где-то 30 тысяч, но не больше. Вот как? И не всегда еще бывает, что премиальные платят. А зарплата – 15 тысяч. Такая должна быть. И ее не индексировать?

Иван Князев: Особенно не разживешься на такие-то деньги.

Зритель: Да. Причем таких чиновников, наверное, немало. Я имею в виду – в регионах. Я не имею в виду Москву, где, конечно же, другое государство.

Оксана Галькевич: Федерального уровня чиновники. В принципе, так у нас в государстве просто устроено. Спасибо, Валентина.

Иван Князев: Спасибо вам, Валентина.

Оксана Галькевич: Любовь Владимировна к нам возвращается. Любовь Владимировна?

Любовь Адамская: Дело в том, что, вероятнее всего, это не чиновник. Мы с вами проговаривали, что чиновник – это чин, это статус. Вероятнее всего, это служащий.

Как правило, мы всегда путаем служащего аппарата и чиновника. У чиновника идет доплата за его чин. Собственно говоря, это и является его заинтересованным коэффициентом к заработной плате, почему повышается чин – повышается заработная плата. Как правило, это выслуга лет. Как правило, это еще ряд критериев, которые помогают прийти к чину и к повышению заработной платы.

Значит, был задан вопрос: как же формируется бюджет? Да, у бюджета очень много составляющих, из чего он состоит. Но в последней публикации экономист Михаил Хазин, которую я очень и очень разделяю, он предложил: «Давайте откажемся от того, чтобы бенефициарами недр, как ранее это было сделано, были западные компании. Так не проще ли передать в руки юридических лиц, находящихся в юриспруденции Москвы?» Потому что недра у нас на сегодняшний момент действительно значительные, скажем так…

Иван Князев: Любовь Владимировна…

Любовь Адамская: Вся таблица Менделеева в России.

Иван Князев: Любовь Владимировна, я прошу прощения. Ну, это совершенно отдельная тема для разговора.

Знаете, мне интересно, как формируются зарплаты у муниципалитетов, у тех чиновников, служащих, госслужащих. Я не знаю, табель о рангах я не видел, как они там делятся. То есть все эти истории, что они могут себе выписать две-три премии в размере заработной платы – это все в реальности есть? Или это только какие-то такие истории, которые на высшем уровне, на уровне губернаторов?

Любовь Адамская: Нет, две-три премии они не могут себе выписать. Они могут выписать одну премию на муниципальном уровне. Это по итогам года. Да, это действительно есть. Как правило, руководитель муниципального органа, если он честный, то он большой премией по итогам года делится со всеми остальными. А если он немного жуликоватый, скажем так, то бывает такое, что он выходит на совет депутатов – это представительный (законодательный) орган, – советуется. Естественно, эта премия за год – это, как правило, в размере полностью зарплаты. Но опять-таки, понимаете, сравнивать муниципальный уровень с федеральным, где зарплата 240 тысяч, а здесь будет вместо 37, допустим, 75 – это тоже как бы не разговор.

Другой момент мы еще с вами забыли. Законодательный орган… Уже не представительный (законодательный), а чисто законодательный федеральный уровень, депутаты-федералы. У них заработная плата не идет в сравнение с тем регионом, с той заработной платой в регионе, который они возглавляют… которые они представляют, прошу прощения.

В той же самой Псковской области, мы говорили, дай бог, что заработная плата – 37 тысяч рублей. А у депутата, представляющего Псковскую область, – 437 тысяч рублей. Плюс мы еще не говорим о льготах медицинского назначения на каждого члена семьи.

Оксана Галькевич: Любовь Владимировна, в Псковской области как раз одни из самых низких у муниципалов зарплаты – там 18 тысяч. Понимаете? А 37 – мечта.

Любовь Адамская: Да. Ну и 18 тысяч – это тоже низко. Я к вопросу о том, чтобы нам с вами увидеть разницу, где есть деньги за что-то… Что, у нас такое эффективное сейчас законодательство? Конечно нет.

И когда разговариваешь и проводишь какие-либо тестовые замеры, например, среди людей, я вам хочу сказать, что очень тяжело общаться с людьми. У людей такое накипает! И высказывают. Я говорю: «Что же вы мне-то высказываете? Я просто провожу опрос». – «А что, Любовь Владимировна, там не понимают?» И все это идет на первое лицо государства, весь негатив. Понимаете?

Чиновник себе сидит в кабинете, десятый заместитель министра, и он получает 240 тысяч рублей. А человек, который непосредственно на земле работает, он получает эти 17–18 тысяч. И вот эта разница… Сейчас говорят «социальная дистанция». Вот социальная дистанция не в пандемии. Это физическая дистанция, санитарная дистанция.

Оксана Галькевич: Да, санитарная.

Любовь Адамская: А что касается социальной дистанции, то она в рублях, в конкретных рублях на проживание. И сейчас она очень завышенная, очень критическая. И нужно срочно принимать меры и срочно что-то с этим делать, ибо неминуемо люди могут всколыхнуться.

Оксана Галькевич: Вот так, Любовь Владимировна. Да, действительно, у вас накипело. Спасибо вам за такой неравнодушный разговор.

Иван Князев: Спасибо.

Оксана Галькевич: Мы знаем, что вы всегда за своих коллег, за ваших студентов, которые вырастают, выпускаются и потом работают, в том числе и на земле, болеете. Спасибо. Любовь Адамская была у нас на связи, доцент кафедры «Государственное и муниципальное управление» Финансированного университета, кандидат социологических наук.

У нас еще один звонок есть. Так, Татьяна у нас была, но звонок, к сожалению, сорвался. Владимир из Липецка. Здравствуйте, Владимир.

Иван Князев: Здравствуйте, Владимир.

Зритель: Здравствуйте. Бесконечное количество комитетов, комиссий, департаментов, управлений. И никто ведь не спрашивает о результатах их деятельности. Ведь сейчас можно принимать решения не в коллегиальном плане, потому что чиновники все самоудалились якобы из-за коронавируса, а как раньше было – вече. Публичное обсуждение, вопрос выносится. И высказываются все граждане, у которых есть личное мнение. Гляди, что-нибудь и родили бы.

К сожалению, у нас в Липецке получилось так, что у мэра фрейлины и фавориты. И они настолько удалились! Ни на телефоны не отвечают, ни на письма не отвечают. И самое главное – не приходят на публичные обсуждения. Дело в том, что если есть вертикаль власти, то зачем заменять ее горизонталями? Просто чиновники вообще не нужны. А к ним нужно подходить как?..

Оксана Галькевич: Владимир, то есть вы пишете запросы какие-то, отправляете письма и не получаете ответа, да?

Иван Князев: На них никто не реагирует?

Оксана Галькевич: При этом вы знаете, что есть законом установленные сроки, в рамках которых вы эти ответы должны получить. Вы ответы все равно не получаете. И что вы делаете как гражданин?

Зритель: Вот сейчас у вас в новостях было, что в Липецкой области пруд чистят за 30 миллионов. А до этого 200 миллионов израсходовали, чтобы кувшинки убрать. Ни кувшинки не убрали…

Иван Князев: На что пошли деньги – непонятно.

Оксана Галькевич: Владимир, я просто хотела сказать, что если вы не получаете ответов на ваши запросы, то вы можете обратиться в прокуратуру, например. Спасибо большое.

Иван Князев: Ну, либо в вышестоящие инстанции, необязательно сразу в прокуратуру.

Оксана Галькевич: Ну, сначала надо хотя бы прокуратуру. Сказать: «Вы знаете, пишу-пишу, а ответа нет». И там найдутся люди, которые займутся этими чиновниками, которые с отчетностью не работают, с обратной связью.

Иван Князев: Сейчас с этим строго на самом деле.

Оксана Галькевич: Давайте на самом деле посмотрим на то, как работают чиновники и государственные служащие самых разных уровней в совершенно разных регионах. Ситуация отличается, мы уже говорили, и по зарплатам, и по условиям труда. Давайте посмотрим. Мы часто показываем, как живет учитель, как живет врач. А как живет чиновник в нашей стране?

Иван Князев: В Чувашии, например, и в Свердловской области. Смотрим.

СЮЖЕТ

Иван Князев: Вот так прямо сразу и не скажешь, что человек при власти: без галстука, на работу едет на служебной «Ладе», вполне себе скромный, выезжает на места.

Оксана Галькевич: Нет, ну слушайте, наверное, у всякой профессии есть какие-то свои атрибуты. Тут иногда нам люди пишут, не знаю: «Год поработал – и купил себе Niva Chevrolet». А что, в принципе, должен себе позволить человек, который занимается той или иной профессией, работает государственным служащим или чиновником? Как нам сказала Любовь Владимировна, чин обязательно должен быть. Ну, так или иначе. Он же не должен совсем какое-то существование нищее влачить.

Друзья, мы ждем по-прежнему ваших высказываний. Они достаточно эмоциональные на нашем SMS-портале. Нам можно позвонить, кстати, тоже. Может быть, я не знаю, вы приведете пример хорошо работающих чиновников, порядочных, которые решают проблемы вашего района или региона. А может быть, и наоборот.

Иван Князев: Не все же время их ругать.

Оксана Галькевич: Да. В общем, любые мнения принимаем в прямом эфире. Звоните, пишите.

А сейчас у нас на связи еще один эксперт, собеседник – директор Центра конъюнктурных исследований Высшей школы экономики Георгий Остапкович. Георгий Владимирович, здравствуйте.

Иван Князев: Здравствуйте, Георгий Владимирович.

Георгий Остапкович: Здравствуйте, Оксана. Здравствуйте, Иван.

Иван Князев: Георгий Владимирович, смотрите, какое дело. Ну, с одной стороны, когда эта инициатива проговаривалась, говорили, что нужно сбалансировать наш бюджет, потому что мы получили выпадающие доходы из-за низкой стоимости нефти на мировом рынке и так далее.

Ну, тогда сразу же два вопроса. Во-первых, ну почему за счет государственных служащих, которые, как мы выяснили, все-таки не всегда получают много? А с другой стороны, ну хорошо, вот чиновнику и так ничего не индексируют, получают они мало. А где же он тогда будет искать пути заработка, находясь при этом при власти? Вот здесь вопрос. Вот как вы считаете, как прокомментируете?

Георгий Остапкович: Вы знаете, вы сразу несколько вопросов задали.

По поводу сбалансированности бюджета. Я думаю, то, что Силуанов предложил сократить зарплату чиновникам – конечно, это фрагмент в балансировке. И он, конечно, не влияет на сбалансированность бюджета. Для этого есть совершенно другие, более фундаментальные механизмы.

Если говорить вообще о государственных служащих и их зарплатах, то, в принципе, я тут должен стать адвокатом дьявола. Я не знаю, конечно, может быть, в меня сейчас камни от ваших телезрителей полетят. Ну нет такой страны, чтобы не было государственных чиновников, чтобы не было государственных служащих. И во всех странах – вы возьмите Америку, вы возьмите Европу, экономически развитые страны – там очень большая доля государственных служащих.

То, что, может быть, их надо сокращать – я думаю, что этот вопрос можно рассмотреть. Но – не по зарплате. У них ответственность, огромная ответственность, именно у федеральных государственных служащих. Да, муниципалам, конечно, может быть, надо поднимать. Но очень высокая роль государевых служащих. Понимаете, во все века… Мы с X века фиксируем, что у князей были, как говорится, свои государственные служащие. Во всем мире огромную нагрузку несут государственные служащие.

А теперь – если обратиться к цифрам. Да, на государственное управление в бюджете на 2020 год предусмотрено 1 триллион 400 миллиардов рублей. Это больше, чем на здравоохранение. Это больше, чем на образование. На треть больше. Понимаете? Наверное, вот такую диспропорцию нужно… ну не то чтобы удалить, а пересмотреть. Может быть, надо…

Тут сюжет в чем? Сейчас проблема даже не в сокращении заработной платы, а вообще посмотреть принципы управления в стране. Вот если бы лет пять назад меня спросили: «Вот как нужно изменить экономику, что нужно сейчас сделать?» – я бы сказал: «Структурные реформы, какие-то институциональные, реформа предпринимательского климата». А сейчас я скажу, что нужно в первую очередь сделать реформу управления и разобраться в управлении страной, именно в регуляторных функциях, пересмотреть функции министерств, посмотреть какие-то другие.

И вот когда вы сделаете реформу управленческую, тогда нужно смотреть уже по зарплатам. Все зарплаты чиновников высшего ранга, среднего ранга, нижнего ранга регламентируются отдельными постановлениями. Есть постановления по окладам министерств, постановления по окладам служб. Конечно, никакой зарплаты в 260 тысяч, как ваш предыдущий спикер говорил, нет. Это доход у них, может, 260, а зарплата у них не такая высокая, даже у чиновников высокого ранга. От зарплаты идет пенсия. Она не может быть такой.

Оксана Галькевич: Георгий Владимирович, подождите, там речь шла именно о федеральных чиновниках. Там нет таких зарплат в министерствах, вы хотите сказать? Они сидят там на этих средних 37 тысячах, что ли?

Георгий Остапкович: Нет-нет-нет. Стоп, стоп, Оксана! Давайте так, еще раз…

Оксана Галькевич: Давайте, да.

Георгий Остапкович: У чиновников есть зарплата и есть содержание. Вот зарплата у него может быть 25–30 человек… ой, тысяч рублей.

Оксана Галькевич: Душ.

Георгий Остапкович: А содержание может быть 120–150 тысяч. Понимаете? Там же идут накрутки всякие: от его пользы, от секретности, от ранга и звания, от выслуги лет. Но сама зарплата не такая уж и большая.

Оксана Галькевич: Подождите, подождите, подождите! Георгий Владимирович, вы имеете в виду что? Оклад невысокий, да? И дальше – надбавки. Вы об этом говорите? Что за содержание?

Георгий Остапкович: Да, дальше надбавки идут.

Оксана Галькевич: А, надбавки? Тогда понятно. Все, теперь поняли.

Иван Князев: А тогда индексация этих надбавок тоже не коснется? Или надбавки – это вообще отдельная история?

Георгий Остапкович: Нет, они все фиксированные, они идут от зарплаты.

Оксана Галькевич: Понимаете, дело в том, что, Георгий Владимирович, мы же обсуждаем-то сейчас здесь не оклады. Оклады у всей страны… И в «Газпроме», наверное, оклад тоже такой. Если глянешь зарплату, то, наверное, маленькая-маленькая. А с надбавками, как вы говорите, красиво там получается! Мы сейчас то, что на выходе, обсуждаем.

Иван Князев: Что на карточку приходит.

Георгий Остапкович: Оксана, а вот давайте посмотрим на выходе, последние данные Росстата по начисленной заработной плате по профессиям. Так вот, зарплата на госуправлении… Правда, там военное обеспечение, то есть обслуживание военных. У них средняя зарплата – 48 тысяч. Меньше, чем средняя по стране. А, например, в авиации и космонавтике – 140 тысяч. А у тех, кто стоит у трубы, у нефтяников, – 209 тысяч. Это по данным Росстата. Производство табака – 115 тысяч. А у государевых людей – 50 тысяч, на уровне средней.

Так что давайте как-то немножко дифференцировать. У нас, конечно, сейчас признак хорошего тона – во всем обвинять чиновников. Разлили дизель в Норильске – чиновник виноват. Электричка позже приехала – чиновник виноват. Ну не надо так уж прямо окончательно негативно относиться к чиновникам!

Уровень средней зарплаты, если сравнивать зарплату чиновников, даже на уровне министра, по сравнению с европейской – сопоставимый или даже чуть-чуть ниже у российских. То, что муниципалам надо поднять – согласен, согласен. Но и среди муниципалов есть полно лежебок, которые не то чтобы вредят, но, по крайней мере, мало что делают.

Оксана Галькевич: Соответственно, не зарплата – инструмент, а, как вы говорили, система должна как-то меняться, система управления.

Георгий Остапкович: Конечно, конечно.

Оксана Галькевич: Вы знаете, мы показали сюжет сейчас всего лишь из двух регионов. Там приличные люди. Видно, что на своих местах, что-то делают. Нам люди пишут, что мы тут создаем альтернативные реальности, что мы всех обманываем, вводим в заблуждение. Друзья, нет, мы вас не обманываем! Такие люди есть. Жизнь – она вообще разная, понимаете, она не состоит только из черного.

У нас есть звонок сейчас, прозвучал.

Иван Князев: Послушаем наблюдения Татьяны из Мордовии. Татьяна, здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте, Татьяна.

Зритель: Здравствуйте, дорогие ведущие ОТР.

Оксана Галькевич: Здравствуйте.

Зритель: Я звоню за свой поселок Явас в Зубово-Полянском районе. Совсем никакого благоустройства нет! Глава местной администрации является уроженцем нашего поселка, но ничего не хочет делать. Мы, кучка волонтеров, немножко работает над этим. Одни отписки. Никто ни с кого не спрашивает. Никто ничего не хочет делать, выполнять. Все как идет по наклонной, так и идет.

Иван Князев: Татьяна, вы говорите, что он из вашего поселка. Так вы пришли бы к нему всем поселком без всяких этих бумажек и спросили бы: «Почему не делаешь благоустройство?»

Зритель: Потому что он сидит на замке.

Иван Князев: На замке сидит?

Зритель: Он сидит, на ключ закрывшись. Или его нет, он уехал в район, в Зубову Поляну. Район у нас процветает, потому что туда уходят все средства, а наш поселок загнивает.

Оксана Галькевич: А в районе зайти в какой-нибудь кабинет всем вашим поселком или активом вашего поселка и сказать, что глава этот ваш не делает ничего?

Иван Князев: Сосед ваш.

Зритель: У нас еще люди такие… Вот я говорю, что нас, активистов, несколько человек. Люди говорят за плечами, а так не хочет никто ничего. Все хотят, чтобы кто-то что-то сделал. Он даже организовать не может толком ничего.

Оксана Галькевич: Так он, значит, знает об этом, что люди ничего не сделают, не пожалуются и не пойдут никуда против него.

Иван Князев: И пользуется этим.

Зритель: Не пойдут, все боятся.

Оксана Галькевич: А чего бояться-то?

Зритель: У нас система такая. Погоны носят многие, поэтому боятся за своих родственников, детей, чтобы не выгнали с работы.

Иван Князев: Слушайте, ну это…

Оксана Галькевич: Сказать кому-то в районе, что глава у вас там дорогу не ремонтирует – за это можно чем-то рискнуть?

Зритель: Благоустройства нет вообще никакого – ни лавочек, ни урн, вообще ничего!

Оксана Галькевич: Это мы поняли, это мы поняли. Спасибо.

Иван Князев: Спасибо.

Оксана Галькевич: Слушайте, интересная просто логика, Георгий Владимирович. То есть где-то до района доехать и сказать: «Наш глава ни черта не делает», – это, оказывается, опасно. А это действительно опасно? Это мнимая опасность или реальная? Может, просто ситуацию на местах мы не представляем?

Георгий Остапкович: Да нет, Оксана, конечно, опасности никакой нет. Но у нас уже какая-то ментальность такая российская: если поставили начальника, то на него, как говорится, грех жаловаться. Вряд ли кто-то пойдет, тем более группой, жаловаться на свое руководство, потому что он побоится получить «ответку». Вы понимаете?

Оксана Галькевич: Георгий Владимирович, грех не жаловаться. Давайте менять эту ментальностью. Не жаловать грех, друзья!

Иван Князев: Все-таки не зря их называют «слуги народа».

Георгий Остапкович: У нас на Дальнем Востоке события какие-то происходят. Не знаю, как там дальше будет.

Оксана Галькевич: Так мы-то про тех, которые, знаете, асфальт не кладут, благоустройством не занимаются.

Иван Князев: Лавочки не ставят.

Оксана Галькевич: Мы-то о таком.

Георгий Остапкович: Ну правильно. А это к муниципальным чиновникам, если асфальт не кладут. При чем здесь министр экономики или председатель Центрального банка? У нас сейчас принято, что во всем виноваты Минэкономики, ЦБ и Правительство – что лавочки не ставят и асфальт не кладут.

Оксана Галькевич: Георгий Владимирович, скажите, а вообще в принципе работа государственного служащего насколько сейчас в умах востребована? Вы знаете, когда, например, молодых людей опрашивают: «Кем ты хочешь стать? Где ты хочешь работать?» Вот был такой анекдот, что все хотят в «Газпром». А многие ли хотят на эту государственную службу?

Георгий Остапкович: Вы знаете, таких прямых опросов нет, но косвенные опросы показывают, что доля людей, которые хотят уйти в государственную службу, постоянно увеличивается. К сожалению, там появляется такой недобросовестный доход, который на государевой службе можно получать. То есть, помимо содержания, можно получать еще и дополнительный доход, неправедный.

Иван Князев: По разным схемам.

Оксана Галькевич: Шкурками соболей, борзыми щенками…

Иван Князев: Да-да. За некоторые уголовные статьи есть.

Георгий Остапкович: Ну да.

Иван Князев: Спасибо вам, спасибо вам, Георгий Владимирович. Георгий Остапкович был у нас на связи, директор Центра конъюнктурных исследований Высшей школы экономики.

Оксана Галькевич: У нас есть звонки. Давайте сейчас Ирину из Москвы быстро выслушаем. Ирина, здравствуйте.

Иван Князев: Нет, Ирина у нас не дождалась.

Оксана Галькевич: А, Ирина слетела, да.

Тогда у нас еще один эксперт к нам присоединяется в прямом эфире – Игорь Строганов, кандидат экономических наук, доцент кафедры предпринимательства и логистики РЭУ имени Плеханова. Здравствуйте.

Иван Князев: Здравствуйте, Игорь Алексеевич.

Игорь Строганов: Здравствуйте.

Иван Князев: Игорь Алексеевич, такой вопрос. По вашему мнению, чиновники должны много получать или мало? Точнее – сколько тогда они должны получать, чтобы они качественно работали, не думали о том, чтобы где-нибудь на стороне подзаработать, как-нибудь вопросы решить за деньги или, как Оксана говорит, борзыми щенками?

Оксана Галькевич: Это не я сказала, а это один известный писатель.

Иван Князев: Ну да. Вы процитировали.

Иван Князев: Сколько должен получать чиновник?

Игорь Строганов: Ну, это не совсем корректная формулировка, на мой взгляд. Что такое «много», а что такое «мало»? «На жизнь хватает» – это одна сумма. Скажем, реализация каких-то потреблений – это вторая сумма.

Ну и не забывайте такую вещь, что когда человек получает определенный доход и у него есть возможность что-то потреблять, то у него все время растут требования, он все время хочет увеличить это потребление. И если у него есть возможность потреблять, увеличивать это потребление, увеличивать приток средств теми или иными средствами, то он это будет делать.

То есть здесь, наверное, вопрос не в том, чтобы ограничивать зарплату чиновникам, делать ее большой или маленькой, а в том, чтобы ограничивать их возможность тратить. Например, сделать так, чтобы тратить они могли заработанные средства только в России. Это первый путь. Кстати, по такому пути частично идет Китай, и местами у него это получается.

Второй путь – это, например, то самое довольство, про которое говорил предыдущий оратор. Давать не в форме денежных средств, а в форме каких-то чеков, в форме каких-то услуг, заранее оплаченных, которые ведут именно на российские компании, российские службы и российские возможности.

То есть ты чиновник, ты работаешь. Ты хочешь поехать в отпуск? Ты едешь в Россию опять-таки и наслаждаешься тем уровнем комфорта, который ты как чиновник помог создать. Соответственно, ты тратишь свои деньги на российские товары, которые опосредованно с твоей помощью, соответственно, либо создавались, либо ты им мешал создаваться. И так далее.

И тогда это вложение тех же самых действительно высоких зарплат, ну, если мы в целом говорим, вложение их в российскую экономику. И, в общем-то, это каким-то образом тоже такой немножечко минимальный вариант контроля, когда то, с чем ты работаешь, то ты и получаешь.

Оксана Галькевич: Игорь Алексеевич, я прошу прощения, что перебиваю вас, но времени просто все меньше остается. Давайте еще вот к чему подойдем. Мы начали с этой темы: Силуанов предложил не индексировать зарплаты, потому что нужно сбалансировать сюжет… ой, бюджет, простите. А насколько это вообще существенная статья федерального бюджета – зарплаты этих чиновников? Насколько это поможет сократить дефицит бюджета? Коротко, если можно.

Игорь Строганов: Да не поможет это ничего сократить.

Оксана Галькевич: Не поможет?

Игорь Строганов: На самом деле основная статья потери денег – это уход в офшоры и неэффективное управление, когда деньги выделяются бюджету, например, на регионы, и до половины просто утекает неизвестно куда.

Вот когда мы это уберем, когда мы наладим контроль, когда чиновник будет работать и знать, что он отчитывается точно и своей свободой, и деньгами, и возможностями, и так далее, то тогда у нас и эффективность будет хорошая. По большому счету, в бюджет можно сколько угодно денег накачать. Вопрос в том, как мы их тратим.

Оксана Галькевич: Вы знаете, пора подводить итоги нашего опроса. Мы спрашивали: нужно ли индексировать зарплату чиновникам? Только 7% считают, что нужно индексировать. Жесточайший, жесточайший дефицит доверия, кризис доверия у нас в стране.

Спасибо. Игорь Алексеевич Строганов был у нас на связи, кандидат экономических наук, доцент кафедры предпринимательства и логистики РЭУ имени Плеханова, друзья.

Иван Князев: Говорили мы о зарплатах чиновников, о том, индексировать ли им, повышать ли их заработные платы, и о том, насколько это все может сказаться в целом на нашем бюджете, если им не повышать. Скоро продолжим.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)