ТЕМА ЧАСА: Ковидное неравенство

Гости
Юрий Крестинский
председатель экспертного Совета Института развития общественного здравоохранения
Юлия Локтева
генеральный директор праздничного агентства «Артекс»
Марина Рябцева
корреспондент ОТР (г. Чебоксары)
Кирилл Янков
заведующий лабораторией Института народнохозяйственного прогнозирования РАН, член Общественного совета при Министерстве транспорта РФ
Дмитрий Андреянов
корреспондент ОТР (г. Ростов-на-Дону)
Анна Тихомирова
корреспондент ОТР (г. Кемерово)

Ксения Сакурова: Ну а мы продолжаем. Это программа «ОТРажение», Петр Кузнецов, Ксения Сакурова снова с вами. Еще много интересных тем у нас впереди.

Прямо сейчас поговорим о ковидном неравенстве. Жизнь россиян из разных регионов отличается все сильнее, и дело тут не только в доходах, как можно было бы подумать, дело в коронавирусе. Пока москвичи, например, стояли в очередях за вакцинами и ПЦР-тестами ради сертификата о вакцинации, жители Санкт-Петербурга гуляли в барах и фан-зонах чемпионата Евро, как правило, без масок.

Петр Кузнецов: Да. Петербург этим летом вообще на особом положении: массовые гуляния были не только во время чемпионата, гуляли, например, выпускники на «Алых парусах», и это на фоне роста количества заболевших и отмены другого крупного мероприятия, фестиваля «Дикая мята» в Тульской области. При этом Тула, конечно, отставала от Питера по числу новых заболевших.

Ксения Сакурова: Ну вот вообще логику в действиях региональных властей порой найти непросто. Ограничения вводятся и отменяются как будто на глаз, по крайней мере так было до сих пор. Ну а теперь все должно измениться: Роспотребнадзор вывел единую формулу возможности массовых мероприятий. Она привязана к количеству заболевших, протестированных, коэффициенту распространения коронавируса и многому другому.

Итак, согласно документу, мероприятия с участием до 1 тысячи зрителей можно проводить, если темп роста заболеваемости не превышает 10%, а коэффициент распространения COVID не более единицы. До 3 тысяч человек смогут собраться вместе там, где темп прироста заболеваемости не превышает 5%, а коэффициент распространения не более 0,8. Мероприятия от 3 тысяч и более возможны, если рост заболеваемости приостановлен, ну а коэффициент распространения не более 0,5. Вот такие сейчас общие требования уже появились, по крайней мере что касается массовых мероприятий. Ну а все остальное, как мы уже сказали, регионы определяют сами.

Петр Кузнецов: Мы сейчас как раз поговорим с регионами, с тремя из них. У нас сейчас на связи наши коллеги: это Анна Тихомирова, Кемерово, Дмитрий Андреянов, Ростов-на-Дону, и Марина Иванова, Чебоксары. Здравствуйте, коллеги.

Ксения Сакурова: Да, здравствуйте.

Дмитрий Андреянов: Здравствуйте, коллеги.

Петр Кузнецов: Кто первый сказал, с того и начинаем. Ростов-на-Дону, Дмитрий Андреянов, здравствуйте.

Ксения Сакурова: Здравствуйте.

Петр Кузнецов: На самом деле он был единственный.

Да, Дмитрий, как у вас борются с коронавирусом? Какие ограничения у вас? Какие нововведения? Что отменили?

Дмитрий Андреянов: Ну, наши санитарные и не только санитарные власти вступили в очередную схватку с инфекцией. Буквально третий день мы живем уже по новым ограничительным правилам, которые вот один из комментаторов, и мне этот термин понравился, «по достаточно противоречивому принципу» собраны эти самые правила.

И вот я составил такую табличку себе и действительно с этим термином был вынужден согласиться. Ну вот, например, запретили занятия физкультурой и спортом, со зрителями футбольные матчи там каких-то городских, районных чемпионатов проводить нельзя, но вот на главном стадионе областном «Ростов Арена», там проводились матчи Чемпионата мира и сейчас основные матчи чемпионата страны проводятся, там можно проводить спортивные мероприятия, но с условием, что стадион будет заполнен лишь наполовину. Также культурно-зрелищные мероприятия в общественных местах нельзя, что понимать под общественными местами, тоже не совсем понятно, либо это театры, либо это какие-то территории дворов, многоэтажек, не конкретизируется. Но вот политические мероприятия, такие как выборы, проводить можно, если на встрече с кандидатами, с депутатами приходит не больше 100 человек.

И вот тоже интересный момент из моей таблички: скажем так, кафе и рестораны, за столиком четыре человека и не больше, однако ограничения не распространяются на такие родственные посиделки, семейные банкеты в общепите. При этом, наверное, авторам этого ограничения следовало бы уточнить, как посетители, которых может быть неограниченное количество, будут доказывать эти самые родственные связи друг с другом. Причем оговорено, что родственники должны быть ближайшими, тогда они могут тесно сидеть за столом в любом ресторане...

Петр Кузнецов: Наконец-то есть официальная причина тещу за стол не сажать.

Ксения Сакурова: Ха-ха-ха!

Петр Кузнецов: Это хорошо.

Дмитрий Андреянов: Ну...

Петр Кузнецов: Табличку у вас взять и сказать, что вот, да...

Дмитрий, как, к слову о народе, ростовчане воспринимают все это многообразие ограничений? Мешает не мешает? Что особенно мешает? Или уже привыкли настолько, что... ?

Дмитрий Андреянов: Ну, какой-то такой яростной реакции на эти самые ограничения нет, потому что кардинально они, скажем, как ограничения прошлогодние, когда все закрывалось, не влияют на жизнь горожан и сельских жителей. Ну, скажем, прекратились такие вот массовые рейды, проверки контрольные на автотранспорте, решили не наказывать людей, при этом те инспекторы, которые вроде как должны этих самых людей без масок выявлять и наказывать автотранспортников, что у них пассажиры без масок, они при этом ходят по салонам и эти самые маски уже раздают, потому что, видимо, посчитали, что репрессивные меры как-то не срабатывают, ну и опять же, может быть, по каким-то политическим соображениям, у нас выборы, ну и решили не злить электорат.

Ксения Сакурова: То есть все-таки пока эти меры, скажем так, нечувствительные для людей? А вот что бы их на самом деле взволновало? Что нужно закрыть, чтобы народ почувствовал?

Дмитрий Андреянов: Ну, видимо, вернуть тот самый локдаун прошлого года, чтобы полностью прекратила работу торговля, общепит. Но пока этими мерами, вернее не ограничительными, а теми мерами, которые должны способствовать массовой вакцинации, вот там, конечно, есть определенные трения с определенными категориями сотрудников, те же гостиничные работники стали массово увольняться, по данным ассоциации гостевого бизнеса. На железной дороге тоже там не сразу все поняли, что за массовая вакцинация, и если человек вовремя не вакцинировался… А в регионе сейчас проблемы с вакцинацией, останавливается вакцинация из-за нехватки доз. Соответственно, железнодорожный транспорт тоже, руководство железной дороги уже, соответственно, тоже сказало, что они не будут в обязательном порядке и срочно вакцинироваться, потому что у нас дорога встанет.

Петр Кузнецов: Вот, лучше бы график четкий вакцинации составили, чем график открытия и закрытия мероприятий, привязанный к статистике. Спасибо большое. Дмитрий Андреянов, Ростов-на-Дону.

Переносимся в Кемерово, оттуда Анна Тихомирова, узнаем, как в Кемерово работают антиковидные ограничения. Анна, приветствуем.

Анна Тихомирова: Добрый день.

В Кузбассе продолжается борьба с коронавирусной инфекцией. Последние ограничения вводились 15 июня, они не настолько строгие, как в других регионах. Опять были приостановлены массовые мероприятия в закрытых помещениях, где планируется численность более 50 человек. Также до 50% была снижена заполняемость кинотеатров, театров, спорткомплексов и других досуговых учреждений. Общепит у нас сейчас должен работать только до 2 часов ночи и открываться с 6 утра, но они могут работать в любое время навынос. Также у нас прекращена работа фуд-кортов в торговых центрах. Власти также порекомендовали работодателям перевести на удаленный формат не менее 30% сотрудников, особенно это касается тех, кто находится в положении, это беременные, также это люди возрастом старше 65 лет и те люди, у которых есть хронические заболевания. Кроме того...

Петр Кузнецов: Анна, простите, все эти ограничения, которые вы обозначили, они были приняты в один день, основываясь на статистике? Она резко ухудшилась, верно?

Анна Тихомирова: Да. Хочу отметить, что ранее в мае наблюдалось около 60 человек в сутки заболевших, а сейчас у нас в последние дни побит рекорд, это около 200 человек заболевших в сутки, что намного значительнее ухудшает ситуацию. Но пока дополнительных ограничений в эти дни не вводилось, посмотрим, что будет дальше.

Ксения Сакурова: Да, спасибо большое. Анна Тихомирова.

Движемся дальше в Чебоксары, Марина Иванова с нами на связи. Марина, а как у вас? Что происходит?

Марина Иванова: Здравствуйте.

У нас ситуация ухудшается, больше становится заболевших, сейчас 64, умерло 5 за день, больше, например, вчера было 4 умерших, позавчера 3, растет, в общем, и смертность, и количество заболевших. Тоже ввели ограничения, например, тоже отменили все массовые мероприятия, не только в помещениях, но и на улице, например, на Красной площади у нас, на набережной, где много людей, там... теперь сцена, где была живая музыка. Помимо этого, массовые мероприятия все-таки проходят: например, сегодня у нас в одном из районов идет «День поля», где собрались фермеры и различные сельскохозяйственные организации не только из Чувашии, но и из других регионов, там вот проходит. А другие мероприятия, конные бега должны были быть, какие-то ярмарки, их отменили, поэтому каким-то образом выборочно вот так вот.

Люди особо в масках не ходят, вообще не ходят, я бы сказал, только в магазине, когда на кассе уже расплачиваешься, надо надеть маску, в других местах практически не носят. Вакцинация у нас не очень идет, в республике всего 16% привитых, отстаем от средних показателей по России. В поликлиниках большие очереди, и вот всем советуют в мобильных пунктах, очень много вот этих вот автобусов медицинских, где около торговых центров, прямо на каких-то остановках стоят, по деревням ездят, там прививают. И кафе, рестораны тоже теперь в ночное время не могут работать, но им предложили, что они могут сделать статус COVID-free зоны, от всей республики всего четыре организации согласились и сделали, три в районе и одна закусочная в Чебоксарах, остальные не захотели так работать.

Ксения Сакурова: Всегда было интересно, есть ли ажиотаж в этих заведениях, которые себя объявляют COVID-free, правда ли там собираются вот эти люди, которые наконец-то сделали прививку, никого туда не пускают, и целую ночь напролет гуляют, едят. Много народу в них, вы не посещали?

Марина Иванова: Надо посмотреть, но меня не пустят, я пока не сделала прививку, мне пока еще...

Петр Кузнецов: Да-да-да.

Ксения Сакурова: Марина, все впереди.

Петр Кузнецов: Ксения на этот деликатный вопрос все-таки зашла через рестораны, прививались бы или нет. Спасибо большое, спасибо. Чебоксары, Кемерово, Ростов-на-Дону, вместе с нашими корреспондентами следим за тем, как новая схема, возможно, внедряется в наши регионы, как она будет работать.

Мы продолжаем наш эфир. Почитаем пока ваши сообщения. Например, Омск пишет, поддерживая тему, которую начал наш корреспондент Дмитрий Андреянов по тому, что в Ростове не хватает вакцины: «У нас в Омске тоже не хватает, сегодня в новостях сказали, что поступили аж 22 тысячи вакцин, и это на город-миллионник». Не соглашается телезритель из Ростовской области, кстати, с нашим корреспондентом, пишет, что «масочный режим нигде не соблюдается, липовую прививку можно нарисовать в любой поликлинике», это показания телезрителя из Ростова-на-Дону. «Вакцины нет, как привиться? Ждите, вам позвонят. А когда? Мы ждем с весны», – это Пензенская область. И Хабаровский край: «Может, лучше закрыть границы, а не издеваться над своим народом?»

Ксения Сакурова: Вот что лучше, будем обсуждать. С нами на связи Юрий Крестинский, председатель Экспертного совета Института развития общественного здравоохранения. Юрий Александрович, здравствуйте.

Юрий Крестинский: Добрый день.

Ксения Сакурова: Вот мы обсуждаем ту замечательную формулу, которую наконец вывел Роспотребнадзор, о допустимости массовых мероприятий в зависимости от роста количества заболевших. Вот прежде всего хотелось бы понять, это, насколько я понимаю, первое такое федеральное решение, которое будет, видимо, обязательным для всех регионов, то есть у нас начнется наконец-то некая уравниловка ковидная, или это все-таки только рекомендации?

Юрий Крестинский: Ну, конечно, это только рекомендации. Более того, надо посмотреть, как эти рекомендации покажут себя на практике, после того как они будут внедряться в том или ином регионе. Мы понимаем, что мы впервые сталкиваемся с такой ситуацией, поэтому любая рекомендация должна пройти проверку жизнью, вот по факту этой проверки уже будем делать дальнейшие выводы.

Ксения Сакурова: А насколько вообще целесообразно то, что у нас в каждом регионе все эти меры применяются как-то на глаз? Вот с нами сейчас разговаривали корреспонденты, где-то 200 заболевших в сутки, где-то 60, но и там, и там ночью не работают рестораны, хотя ситуация разная. Почему так?

Юрий Крестинский: Еще раз, это потому, что мы впервые столкнулись с подобной ситуацией и каких бы то ни было стандартов в мире на сегодняшний день не выработано. Мы видим, что некоторые страны полностью закрываются, даже не разрешают людям выходить из дома, даже разрешают выходить только за продуктами по часам, а некоторые работают в полном режиме при сопоставимом причем уровне заболеваемости. Мы сможем сделать какие-то выводы лишь только тогда, когда пандемия пройдет, когда будет накоплена статистика, для этого пройдут годы. Поэтому каждый рождает свои собственные решения и проверяет их жизнью. Наверное, это главный ответ на ваш вопрос.

Петр Кузнецов: Ну и, наверное, если раньше губернаторы сами принимали решение, ну местные власти, то теперь они будут, получается, менее самостоятельными. Но ведь при этом они лучше знают обстановку в своем регионе, чем формула Роспотребнадзора четкая.

Юрий Крестинский: Вы правы, и многие губернаторы, многие главы регионов сами принимали подобные решения исходя из собственного видения. Но страна большая, и часть регионов просто просили какие-то рекомендации, чтобы соответствовать неким общепринятым правилам. Вот сейчас если не правила, то рекомендации выработаны, и для тех, кто считает, что он недостаточно компетентен, чтобы принимать решения о закрытии или незакрытии тех или иных учреждений культуры и быта, теперь смогут принимать решение на основе выработанных централизованно рекомендаций.

Петр Кузнецов: Юрий Александрович, а эти данные, они официальные, статистические исключительно данные, да? То есть, насколько мы понимаем, максимально объективные. Но насколько они отражают реальную ситуацию в регионе на самом деле? И второй вопрос: не получится ли так, что их теперь будут подкручивать под нужные мероприятия?

Юрий Крестинский: Я бы не хотел выступать в роли оракула. Я допускаю, что в части регионов нашей страны статистические цифры более близки к реальности, чем в другой части регионов. Действительно, даже ментальные особенности жителей тех или иных регионов заставляют их вести себя по-разному. Кто-то, когда заболел, просто прячется дома и старается лечиться до тех пор, пока не почувствовал себя хорошо. Кто-то считает важным и должным сразу позвонить в скорую помощь, сразу заявить о своем заболевании врачу. То, что вижу я, ситуация очень разнится от региона к региону, и поэтому насколько данные статистики близки к реальности всегда, ну во всей истории, по крайней мере за свою жизнь, был вопросом актуальным.

Статистика – она такая штука: с одной стороны, она есть, а с другой стороны, когда хочется ей доверять, мы доверяем, когда не хочется, не доверяем. Однако другой статистики на сегодняшний день у нас нет, поэтому опираться на какие-то лишь догадки, на мой взгляд, было бы более странным, чем все-таки опираться пусть даже не на совсем качественную статистику.

Петр Кузнецов: Опасение из Ростовской области от нашего телезрителя: «Скоро и в магазины пускать не будут». Я все-таки, Юрий Александрович, вас хочу в качестве оракула еще помучить. Вот как вам кажется, ограничения для непривитых, ждет ли страну еще одна формула после этой, что непривитым нельзя четко в кафе, в транспорт, в музей и так далее, вот целый перечень объектов?

Юрий Крестинский: Я думаю, что вопросы допуска или недопуска непривитых или привитых граждан либо заболевших или переболевших будет постепенно трансформироваться. Я полагаю, что сегодня те ограничения, которые введены только по поводу непривитых граждан, могут дополняться данными, скажем, по наличию антител либо по наличию клеточного иммунитета. Мы понимаем, что находимся в стадии изучения вируса, мы не знаем до конца еще, как работает иммунитет, достаточно ли того или иного титра антител, для того чтобы не прививаться, достаточно ли наличия Т-клеточного иммунитета, чтобы не прививаться. Поэтому правила, что называется, меняются на ходу. Я не исключаю, я даже в этом уверен, что мы еще не раз будем пересматривать правила и требования по долям привитого населения, а также по допуску или недопуску граждан в те или иные учреждения или виды транспорта.

Ксения Сакурова: Юрий Александрович, вот возвращаясь к ситуации с тем, что каждый региональный лидер сам принимает эти решения. Но людей смущает то, что они не понимают логику этих решений. Я с вами абсолютно согласна, что каждый глава свой регион и своих людей знает лучше, ситуацию и так далее. Но в чем логика, почему, например, в ресторан без QR-кода нельзя, а в метро – пожалуйста? Это не выглядит для человека как действительно меры, которые защищают население. Люди не понимают, почему это работает, почему, допустим, на главный стадион Ростова-на-Дону можно пойти, на спортивное мероприятие, а на все остальные нельзя: что, коронавирус облетает этот стадион? Вот здесь у людей-то ведь вопросы не к тому даже, что ситуация от региона к региону меняется, а к тому, что внутри региона логики не понять.

Юрий Крестинский: Ну, здесь я могу ответить достаточно очевидно на этот вопрос. Действительно, те ограничения, которые мы сегодня видим, носят некий избирательный характер. Вот действительно, почему в ресторан нельзя, а в транспорт можно? Конечно же, транспорт является тем местом, где вероятность передачи вируса от одного человека другому в разы превышает такую вероятность, например, в пункте общественного питания. Сделано это с единственной целью – чтобы стимулировать граждан к вакцинации, потому что доля тех граждан, которые вакцинированы, в нашей стране все еще остается недостаточной для формирования коллективного иммунитета и остановки развития эпидемии. Если останавливать транспорт, общественный транспорт, то это существенным образом уже скажется на экономике.

Еще раз подчеркну, избирательность объясняется именно целью склонить граждан принять решение в пользу вакцинации, то есть создаются некие избирательные неудобства, для преодоления которых ты должен пойти и вакцинироваться, вот чем объясняется такая логика. А если говорить о научной логике, то, конечно же, общественный транспорт является тем местом, где передача вируса от человека к человеку наиболее вероятна.

Ксения Сакурова: Ну вот все равно ситуация со стадионом непонятна, почему один стадион оказался в привилегированном положении. Тут все-таки даже стимулами как-то сложно объяснить.

Петр Кузнецов: Видимо, для этого общая формула и была разработана, чтобы человек видел, что не только в его регионе так все работает, это работает по всей стране, внесет какое-то понимание, в том числе снизит социальное напряжение.

Юрий Крестинский: Да, вы правы, вы правы. Даже от первых лиц государства мы слышали комментарий по поводу присутствия большого числа граждан на стадионах Санкт-Петербурга во время Чемпионата мира, что объяснялось и объясняется международными обязательствами России опять-таки. И мы видим, что порой бывают ситуации, когда действительно обязательства нашей страны могут противоречить санитарным интересам. В некоторых случаях приходится идти на компромиссы. Но еще раз подчеркну: сегодня та избирательная политика, которая в различных регионах ограничивает невакцинированных граждан к доступу в те или иные учреждения, своей целью имеет именно расширение числа вакцинированных людей.

Петр Кузнецов: Да, потому что как получается? Если мы основываемся на статистике, будем действовать согласно этой вот разработанной четкой формуле, получится каким образом? – она снижается, мы двери открываем. Соответственно, мы же понимаем, что с этим открытием дверей, с новым послаблением приходит новая волна, ну вот как это случилось сейчас, новая волна сейчас продолжается, началась она почему? – потому что были весенние послабления, и так до бесконечности, если при этом уровень вакцинированных будет ниже.

Юрий Крестинский: Не соглашусь, не соглашусь с вами по поводу выводов о причинах возникновения новой волны. Новая волна вызвана возникновением нового дельта-штамма коронавируса, который является более контагиозным и вирулентным и в принципе распространяется с другой скоростью, несет более тяжкие последствия для здоровья заболевших. Как раз к весенним послаблениям это не имеет никакого отношения.

Петр Кузнецов: Ну хорошо, были в прошлом году летние послабления, к осени мы получили всплеск, тогда еще нового штамма не было. Но я и с вами соглашусь, безусловно, да, здесь еще индийский пришел.

Да, спасибо, спасибо большое. Юрий Крестинский, председатель Экспертного совета Института развития общественного здравоохранения, с нами был на связи.

А мы общаемся с нашими телезрителями также в прямом эфире по связи, по телефону. Самара.

Ксения Сакурова: Ирина из Самары, да. Ирина, здравствуйте.

Петр Кузнецов: Добрый день, Ирина.

Зритель: Здравствуйте, здравствуйте.

Ксения Сакурова: Да, слушаем вас.

Зритель: Алло?

Ксения Сакурова: Слушаем вас, здравствуйте.

Зритель: Ну, я хотела сказать вам по поводу, что, значит, «Ковидное неравенство». Я 10-го числа, мы втроем, я, сестра и ее муж, поехали и сделали первую прививку от COVID. Я вообще за всякие вот эти вещи, потому что так должно быть, по-человечески это правильно. По поводу ношения масок – я лично...

Петр Кузнецов: Ирина, простите, маски ладно, сейчас мы к ним вернемся. Я правильно понимаю, вы недавно сделали?

Зритель: 10-го числа...

Петр Кузнецов: 10-го числа. Но если вы говорите, что вы всегда за подобное, почему это произошло вот совсем недавно только, ведь вакцину можно получить с конца прошлого года?

Зритель: Знаете почему? – потому что я в декабре месяце только переболела COVID.

Петр Кузнецов: Понятно, ага, по медицинским причинам.

Зритель: Ну вот. Я бы хотела вот такой вопрос какому-нибудь специалисту задать... Я вас не слышу, что вы говорите.

Петр Кузнецов: Давайте. У нас впереди специалисты, может быть, которые вам не помогут, но давайте попробуем.

Зритель: Вы знаете, по поводу того, что дается бумага, да, сертификат. Скажите, вот у меня родственники живут в Казахстане, от Самары 250 километров, есть такой замечательный город Уральск, мы туда ездили на автобусе, сейчас это все прекратилось, только такси. Будет ли действовать сертификат этот при проезде через границу? Потому что требуют все равно тесты ПЦР. Тогда только для внутреннего, что ли, пользования, получается? Ну или где-то страны, которые принимают за границей такие... А вот Казахстан?

Ксения Сакурова: Вот видите как, Ирина, мы как раз пытаемся разобраться, где какие правила. И когда мы говорим о ковидном неравенстве, мы как раз и пытаемся понять, почему это неравенство между регионами и странами существует, почему нет каких-то единых правил, почему...

Петр Кузнецов: Да, но мы ваш вопрос запомнили и обязательно его зададим при случае, потому что мы эту тему обсуждаем чуть ли не каждый день, зададим его. Если с нами еще Ирина есть из Самары, не отключилась, можно ей вопрос еще задать? С нами Ирина, нет? Ирина? Ответа нет.

Ксения Сакурова: Нет.

Петр Кузнецов: Хорошо. Давайте тогда мы с Юлией Локтевой поговорим, это генеральный директор праздничного агентства «Артекс» из Санкт-Петербурга. Юлия, здравствуйте.

Ксения Сакурова: Здравствуйте.

Петр Кузнецов: Петербург, где все можно...

Юлия Локтева: Добрый день.

Петр Кузнецов: Гуляй не хочу.

Ксения Сакурова: Да, тот самый город, где разрешено все, ну до недавнего времени было разрешено.

Петр Кузнецов: Видимо, вам повезло в этом плане.

Юлия Локтева: Как повезло? В любом случае праздничной сфере сейчас из серии прикапываться к земле привыкать. Начинается какое-то легкое послабление, люди интересуются; снова послабления заканчиваются, все отказываются – вот примерно так выглядит праздничная сфера сейчас.

Ксения Сакурова: Юлия, но сейчас у вас есть какие-то мероприятия, вы что-то проводите или уже нет?

Юлия Локтева: Конечно, проводим, конечно, естественно, проводим. Потому что, во-первых, наша основная специализация – это корпоративы, тимбилдинги, все, что касается компаний и физических лиц. Вот, например, есть мама, бабашка, тетя, они же все равно между собой общаются, какой смысл им запрещать организацию юбилея, к примеру, этой бабушки, которой 50 лет, которая, например, уже привилась или переболела? Поэтому как проводили, так и проводим. Но, естественно, нет абсолютно крупных праздников, то есть праздников в 400, 500 тысяч человек, их нет, их можно проводить только городу, нам нельзя.

Ксения Сакурова: А вот это вот, кстати, интересный момент. То есть в Санкт-Петербурге проводили «Алые паруса», в этот момент вы не могли провести какое-то масштабное мероприятие, ни вы, ни ваши коллеги из сферы?

Юлия Локтева: Нет, мы нет, нет, нам нельзя.

Ксения Сакурова: А чем это объясняли? Почему вам нельзя собрать такое количество людей?

Юлия Локтева: Постановлением губернатора. То есть городу можно, нам нельзя, кесарю кесарево, вот примерно так.

Ксения Сакурова: И вы и ваши коллеги сейчас находят выход в небольших частных мероприятиях?

Юлия Локтева: Да-да-да, только в небольших частных мероприятиях. Никакие большие конференции и так далее делать нельзя, это запрещено.

Петр Кузнецов: На каких условиях даже такие маленькие, небольшие мероприятия проводятся? Что, перед кем нужно отчитываться, Юлия?

Юлия Локтева: Нет, мы ни перед кем не отчитываемся, у нас ничего не спрашивают. То есть это, как правило, закрывается ресторан, никто ничего не видит, что там происходит в ресторане, это 75 человек или 175, никто этого не видит, ресторан закрыт. А это сотрудники одной фирмы, которые и так между собой общаются каждый день: все мы заходим в отдел кадров, все мы заходим в бухгалтерию, в транспортный отдел и так далее. В фирме же, в компании все между собой общаются.

Петр Кузнецов: Ни перед кем не отчитываетесь, я вот к чему. А вы сказали, что есть распоряжение губернатора, запрещающее, например, проводить мероприятия, когда проводились при этом «Алые паруса», то есть вы в принципе можете проводить, как вы сказали, никто не проверит, сколько человек пришло в этот закрытый ресторан, например?

Юлия Локтева: Да, никто не проверит, но компании, естественно, боятся, особенно большие компании.

Петр Кузнецов: Сами компании, то есть сам заказчик?

Юлия Локтева: Да, сам заказчик боится, да.

Петр Кузнецов: Какие сейчас основные заказы и от кого? Что это?

Юлия Локтева: Небольшие компании из серии просто отдохнуть, съездить на шашлыки.

Петр Кузнецов: Сами они, конечно, без Юлии Локтевой не смогут это сделать, да?

Ксения Сакурова: Ха-ха-ха.

Юлия Локтева: Ха-ха. Нет, ну здесь мы приглашаем... Нет, мы приглашаем повара, мы приглашаем кейтеринг, артистов, поэтому...

Ксения Сакурова: Это не те шашлыки, Петр, это другие шашлыки явно.

Юлия Локтева: Это другие шашлыки, да, это профессиональные шашлыки.

Петр Кузнецов: Но все это на территории Санкт-Петербурга. Если заказ поступает из какого-то другого региона, я думаю, что не исключено и такое, в таком случае... ? Были ли у вас вот такие заказы? Из соседнего даже...

Юлия Локтева: Да, из Москвы, из Смоленска. Но все как-то вот подвисло, из серии «ну давайте посчитаем, но мы не уверены», и все постоянно просят одно и то же, изменение пунктов в договоре о том, что, если будут ограничения, чтобы мы полностью вернули деньги.

Петр Кузнецов: Ага-ага, прописывается этот момент.

Юлия Локтева: Да.

Петр Кузнецов: Заказчик как часто требует, чтобы все работники вашей компании предъявили сертификат о вакцинации, чтобы себя обезопасить, или, например, сами хотят, чтобы все их сотрудники... ? Знаете, сейчас разные схемы есть по подходу к своим сотрудникам в плане вакцинации. Может быть, каким-то образом через вас они пытаются дать понять своим сотрудникам, что нужно вакцинироваться, «только тогда вы попадете на эту частную вечеринку»?

Юлия Локтева: Вообще не встречались, не сталкивались с этим. Единственный раз, когда мы ездили на какое-то легкое декорирование, украшение, где-то это было полгода назад в компанию «Яндекс», они попросили у нас привезти справку о том, что сотрудник не болен COVID, все.

Петр Кузнецов: Работающий там. Юлия, скажите, пожалуйста, вы наверняка знакомы с новым распоряжением, с новой схемой Роспотребнадзора, который теперь будет якобы действовать на территории всей страны, для каждого региона будут единые правила: столько-то процентов прирост – значит, проводить нельзя, рестораны закрыты, здесь тоже закрыто, это ограничения. Как вы к нему относитесь? Как это будет работать? Вы с надеждой какой-то особой воспринимаете или больше как очередная мера ужесточения, еще жестче будут правила?

Юлия Локтева: Дело в том, что бо́льшая часть... Во-первых, рестораны умрут однозначно, вот рестораны в таком виде, в котором они сейчас есть, они умрут.

Петр Кузнецов: Ну да, основная ваша площадка потенциальная.

Юлия Локтева: Да. Останутся лофты, закрытые лофты, в которые попасть невозможно, то есть это, например, бизнес-центр, 3–4 этажи, и что там происходит, никто не знает. Вот в этих лофтах, они и сейчас уже на 3–4 месяца забронированы вперед.

Петр Кузнецов: Ага.

Ксения Сакурова: Это потому, что там можно собрать больше 75 человек и этого никто не увидит?

Петр Кузнецов: И их не так много, да, ну не так много, как ресторанов.

Юлия Локтева: Да-да, то есть там можно собрать больше, это первый момент. Второй момент: естественно, все, что касается праздников, сфера абсолютно сейчас на коленях, это, конечно, жуткое состояние, потому что никакой стабильности, никакой уверенности в завтрашнем дне нет.

Ксения Сакурова: Юлия, а как вы выстраиваете свою работу? Вы каждое утро открываете сайт стопкоронавирус.рф, смотрите, какой прирост заболевших, и, собственно, строите свои собственные прогнозы, закроют не закроют, когда закроют? Как у вас это работает?

Петр Кузнецов: Да, или общаетесь как-то с официальными какими-то данными, с источниками?

Юлия Локтева: Вообще не смотрю, потому что и так тяжело, еще каждый день, знаете, из серии, как мазохистка почитала, что происходит. Нет, просто по факту уже тогда, когда происходят какие-то изменения, по факту уже к ним подстраиваемся. А так не слежу, не выслеживаю, не смотрю, потому что, если ко мне обратится клиент, у которого будет большее количество человек, естественно, я не скажу клиенту: «Я не буду у вас проводить праздник», – я не откажусь от денег. Потому что директору бизнес-центра абсолютно все равно, коронавирус или еще что-то, каждый месяц я должна платить. То же самое я должна каждый месяц платить сотрудникам, и моим сотрудникам вообще все равно, коронавирус или белая горячка, все что угодно, я должна каждый месяц выдать заработную плату.

Петр Кузнецов: То есть на нарушения, увы, приходится идти...

Юлия Локтева: Конечно, ну а как, а как?

Петр Кузнецов: Подождите, а ответственность разве не лежит на организаторе мероприятия, то есть на вас? Или организатор мероприятия тот самый директор торгового центра, заказчик?

Юлия Локтева: Директор торгового центра, он же собирает, это первый момент.

Петр Кузнецов: Он несет ответственность.

Юлия Локтева: Второй момент: вы понимаете, я занимаюсь этим 20 лет, я не хочу составлять свое резюме на HeadHunter.

Ксения Сакурова: Ага.

Петр Кузнецов: Ага. Скажите, вам...

Юлия Локтева: Соответственно, я не хочу этого делать, поэтому я подстраиваюсь под реалии, которые есть, и я не единственная под них подстраиваюсь как могу, в том числе и с какими-то противозаконными моментами.

Петр Кузнецов: Надо полагать, многие праздничные агентства так действуют. Скажите, пожалуйста, Юлия, вам приходится под условия в таком случае заказчика подстраиваться, я о ценовом сегменте, то есть идти на уступки? Как по ценам? То есть у вас возрастают ваши услуги, или сейчас наоборот?

Юлия Локтева: Сейчас, наоборот, очень низкие услуги. Актеры согласны на более низкий уровень оплаты их труда, намного более низкий, чем это было раньше. Актеров огромное количество свободных, то есть раньше же в это время тимбилдинги, корпоративы, выездные мероприятия, квесты, квизы, сейчас мероприятий мало, а вся актерская братия хочет, естественно, так же и кормить свою супругу, и сам кушать, и детки, и ипотеки, и все на свете. Поэтому, естественно, цена снизилась и у нас также снизилась.

Петр Кузнецов: Ага.

Ксения Сакурова: Юлия, а есть вообще какой-то прямой диалог с властью вообще всего сообщества вашего, тех, кто организуют мероприятия? Есть ли у вас свой, может быть, какой-то правозащитник или какой-то представитель, который приходит и может...

Петр Кузнецов: Да, посредник.

Ксения Сакурова: ...прийти в кабинет, может хотя бы выяснить ситуацию, чтобы потом донести до других коллег, до представителей отрасли?

Юлия Локтева: Нет, к огромному сожалению...

Петр Кузнецов: Вот и заказ.

Юлия Локтева: ...у нас такого нет.

Ксения Сакурова: Понятно.

Петр Кузнецов: Юлия, заказчик звонит. Юлия, еще несколько минут уделите нам, пожалуйста.

Юлия Локтева: Да, конечно-конечно.

Петр Кузнецов: Вы в таких условиях в каких льготах… Раз речь зашла как раз о посреднике между вами и какими-то официальными органами – в каких льготах, уступках, субсидиях вы сейчас нуждаетесь как праздничное агентство, как сфера таких вот услуг?

Юлия Локтева: В первую очередь послабления в налогах, конечно же, налоговое бремя, которое с нас никто не снимал, которое мы также должны платить и оплачивать. Конечно же, вот именно налоговое законодательство, не знаю, отсрочить... Ну, хотя отсрочить – что это дает? Через 3–4 месяца все равно эти деньги нужно платить. Наверное, в первую очередь чтобы наша сфера была освобождена от уплаты каких-то, хотя бы части каких-то налогов.

Петр Кузнецов: Ага. И скажите, пожалуйста, нет ли возможности, Юлия, сейчас перейти в онлайн-формат каким-то образом и переформатировать праздничное агентство в такой формат?

Юлия Локтева: Это неинтересно.

Петр Кузнецов: Может быть, новые возможности появляются и заказчику самому это выгоднее? Я не знаю, те же самые квизы проводить онлайн, викторины онлайн, по Skype всех собрать.

Юлия Локтева: Энергетики нет, энергетики нет ведущих, энергетики нет команды. То есть смысл квиза и квеста в том, что мы делимся на команды, то есть мы команда, например, одна, другая команда вторая, то есть мы вместе, мы звено, мы думаем, у нас общие эмоции. Этого нет, то есть очень редко было такое, чтобы вообще этот формат нравился кому-то. То есть мы проводили, и, конечно же, вот чего-то не хватает. Это как искусственный кофе, то есть это ненастоящее.

Петр Кузнецов: Да.

Ксения Сакурова: Юлия, а может быть, выход в том, чтобы взять и переехать в другой регион? Я не имею в виду вас лично, а просто начать делать мероприятия в тех регионах, где сейчас ограничения, например, не такие жесткие? Хотя, конечно, Петербургу грех жаловаться, в общем-то, возможность работать есть, но тем не менее. Вот в случае, если все закроют и собираться не более троих, может, в соседнюю область?

Петр Кузнецов: В соседнюю, да, и как раз Роспотребнадзор выдал единые правила, смысл переезжать?

Ксения Сакурова: Ну подожди, они пока рекомендации.

Петр Кузнецов: Как вариант.

Ксения Сакурова: Юлия, вы не рассматривали такую возможность, выездной корпоратив, ну не знаю, в Карелии, например?

Юлия Локтева: Мы предлагаем такой формат. Но вопрос состоит в том, что очень большое время дорога занимает, а люди в первую очередь хотели бы отдохнуть, пообщаться между собой, отдохнуть. И до Карелии, получается, через же не час, не два и не три езды, то есть большое расстояние.

Ксения Сакурова: Ну хорошо, не в Карелии, в какой-нибудь другой области, неважно, там, где можно гулять до утра, ключевое, мне кажется, для корпоратива.

Юлия Локтева: Берутся шатры, шатры вывозятся в поле под Ленинградской областью и до утра.

Ксения Сакурова: Все, достаточно выехать из города.

Юлия Локтева: Да-да.

Ксения Сакурова: Спасибо большое. Юлия Локтева была с нами на связи, генеральный директор праздничного агентства «Артекс» из Санкт-Петербурга.

Петр Кузнецов: У нас сейчас из Санкт-Петербурга же Александр, насколько мы понимаем, если он еще на линии. Здравствуйте, Александр.

Ксения Сакурова: Да, Александр, здравствуйте.

Зритель: Добрый день.

Меня коснулась как раз тема «Ковидное неравенство», коснулась причем напрямую и в отдыхе, и в работе. По работе мне отказал работодатель в приеме на работу, поскольку у меня есть противопоказания для этой прививки, вообще для прививок, он с удовольствием бы взял меня, но у него установка на 60–70% привитых сотрудников работающих, потому что они с людьми. А по отдыху – не могу ходить в любимое кафе, потому что требуют тоже QR-код, у меня, соответственно, его нет. Получается дискриминация: вот меня, здорового человека, не взяли на работу и не пустили отдохнуть, хотя есть болезни, люди болеют, и со СПИД люди ходят, понимаете?

То есть вот как это все сейчас разрулить, я вот, честно, в растерянности, потому что ну вот носить с собой справку, это личные данные, почему мне нельзя и как, вообще не предусмотрено. Вот менеджер, я его тоже понимаю, который берет на работу или который пускает в кафе, вот придут, оштрафуют на 100 тысяч заведение из-за меня, а сотрудники полиции вообще не будут разбираться, они же не медики, какие противопоказания, почему, об этом не говорится, и таких людей очень много. Вот мне врач сказал, диабетикам, например, не рекомендуют какие-то прививки делать, и так далее.

Петр Кузнецов: Слушайте, Александр, а вот этот медотвод, его нужно потом подтверждать, или он навечно?

Зритель: В том-то и дело... Нет, мой медосмотр не навечно, мне просто по показаниям врача нельзя делать прививку...

Петр Кузнецов: Пока?

Зритель: Да, пока нельзя, и вообще нельзя мне.

Петр Кузнецов: Когда можно будет сделать, сделаете?

Зритель: Мне до конца моей, надеюсь, долгой жизни нельзя делать прививки вообще больше, то есть я исчерпал. И вот сейчас люди ведь, понимаете, прививаются, у меня коллеги привились второй уже раз..., третий. Я опять же своего врача спрашивал, он доктор медицинских наук, он говорит, что это все равно что лошадь стегать, ну организм человека в прямом смысле слова, раз-два-три, и потом иммунка просто сдаст. Не знаю, насколько врач прав или нет... Поэтому как бы вот «Ковидное неравенство» – это не неравенство, это дискриминация по признаку конкретно прививки или здоровья получается. Хотя я считаю, что это несправедливо и неправильно, поскольку мировая практика...

Ксения Сакурова: Ну, Александр, я думаю, что, может быть, имеет смысл вам обращаться действительно и защищать свои права все-таки. Если 40% сотрудников имеют право в том числе иметь...

Петр Кузнецов: Ну, опять же, если медотвод настоящий.

Ксения Сакурова: Да.

Петр Кузнецов: Да, спасибо.

Кирилл Янков, член Общественного совета при Минтрансе России, с нами на связи. Кирилл Владимирович, приветствуем вас.

Ксения Сакурова: Здравствуйте.

Кирилл Янков: Добрый день.

Ксения Сакурова: Вот мы говорим о том, какая разная ситуация в регионах. Нас привлекла новость из Башкирии, где теперь в междугородние автобусы будут пускать только с QR-кодом, пока что это первый такой случай, больше нигде в регионах такого нет. А почему у нас такие разные правила для разных видов транспорта, для разных регионов, даже если речь идет о междугороднем сообщении? Почему нет какой-то единой системы?

Кирилл Янков: Ну, ведь с самого начала пандемии, как известно, основная ответственность за ограничительные меры была возложена на главы субъектов федерации, и это оправдано, потому что очень разная ситуация в разных субъектах федерации. Но, конечно, да, определенные меры субъекта федерации, но мне кажется, что там, где речь идет о транспорте межрегиональном и международном, наверное, на федеральном уровне должны такие меры приниматься или не приниматься. Это действительно странно.

Понимаете, дело в том, что у нас ездят на транспорте межрегиональном жители всей Российской Федерации, ездят иностранцы, а, например, напомню, что иностранец, привитый зарубежной вакциной, никакой QR-код о прививке вообще получить не может, у нас пока эта проблема не решена. Я думаю, что эти меры, может быть, они и оправданы, это надо спросить все-таки эпидемиологов и вирусологов, насколько они оправданы, но то, что они должны быть для межрегионального и международного сообщения каким-то унифицированными, – да, это, безусловно, так. Для внутрирегионального, да, я понимаю, что Собянин имеет право принимать меры в отношении московского метрополитена, в отношении городского транспорта; наверное, Радий Хабиров, глава Башкирии, может в отношении электричек, автобусов, которые следуют по Башкортостану, тоже какие-то меры предпринимать, но только не для межрегионального транспорта.

Петр Кузнецов: Кирилл Вадимович, насколько это ущербно финансово прежде всего, с финансовой точки зрения для транспорта, если в отдельно взятом регионе транспорт лишается части граждан, пассажиров?

Кирилл Янков: Я думаю, что это минимум в два раза, а скорее всего в три раза, снижает пассажиропоток и выручку. При этом надо понимать, что те, кому надо уехать, все равно уедут: они, например, на сервисе попутных поездок, сейчас очень просто из региона в регион перемещаться, и паспорт показывать не надо, тем более не надо показывать QR-коды. Люди, которым надо уехать, найдут как уехать, только они не перевозчику отнесут деньги, а заплатят какому-то частнику, владельцу легковой машины.

Ксения Сакурова: То есть это просто деньги пойдут мимо транспортных предприятий?

Кирилл Янков: Да-да, конечно.

Ксения Сакурова: И неравенство у нас ведь еще и внутри регионов получается. Вот в Санкт-Петербурге ограничили количество мест в речных трамвайчиках, при этом нет никаких ограничений на пассажиров в метро, и это тоже просто решение конкретных властей.

Кирилл Янков: Ситуация с метро и с водным городским транспортом намного сложнее, чем кажется. Помните, когда в Москве в апреле прошлого года вдруг в какой-то день начали пускать в метро только по кодам, какие там образовались очереди и давки при входе?

Петр Кузнецов: Да-да-да.

Ксения Сакурова: Ага.

Кирилл Янков: Так тоже нельзя. Надо в принципе исходить из того, что, даже когда пандемия закончится, в метро и в городском транспорте стандарт должен быть хотя бы один человек на квадратный метр, а не четыре человека на квадратный метр...

Петр Кузнецов: Распределение пассажиропотока грамотное. Спасибо вам большое. Кирилл Янков, член Общественного совета при Минтрансе России. Большая тема была.

Оставайтесь с нами, впереди третий насыщенный час «ОТРажения», не выключайте ОТР.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)
В каждом регионе теперь свои порядки. Ищем логику в коронавирусных ограничениях вместе с экспертами